Разумный инвестор. Полное руководство по стоимостному инвестированию Грэм Бенджамин

Главное различие между инвестором и спекулянтом заключается в отношении к колебаниям фондового рынка. Спекулянту важно предвидеть колебания фондового рынка, чтобы на них зарабатывать, инвестору – чтобы приобрести подходящие ценные бумаги по приемлемым ценам и держать их. Для последнего колебания рынка имеют значение с практической точки зрения, поскольку благодаря им цены то снижаются (и тогда разумный инвестор приобретает ценные бумаги), то растут (и тогда он воздерживается от покупки или продает свои бумаги).

Мы погрешим против истины, если будем настаивать, что инвестор должен воздерживаться от покупок до того момента, как на рынке установятся низкие цены. Дело в том, что этого момента можно ждать очень долго. При этом инвестор потеряет потенциальный доход и может упустить привлекательные инвестиционные возможности. Вообще говоря, инвестор, видимо, должен покупать акции в любое время, когда у него есть средства для этого,за исключениемтех случаев, когда цены на рынке намного превышают уровень, рассчитанный инвестором в соответствии с его методом оценки ценных бумаг. Считая инвестора разумным человеком, мы полагаем, что он всегда может найти на рынке выгодные объекты инвестиций.

Помимо прогнозирования динамики фондового рынка в целом, на Уолл-стрит большое значение придается выявлению отдельных акций или секторов, которые в ближайшей перспективе продемонстрируют более высокие результаты, чем рынок в целом. Сколь бы оправданными ни казались усилия, направленные на поиск таких бумаг, мы считаем, что они не отвечают ни потребностям, ни характеру настоящего инвестора. Это объясняется прежде всего тем, что ему придется конкурировать с целой армией биржевых трейдеров и опытных финансовых аналитиков. Опыт показывает, что как в этом, так и во многих других случаях, когда деятельность участников фондового рынка строится в первую очередь на ценовых колебаниях и уже во вторую – на внутренней стоимости ценных бумаг, коллективные усилия сводят на нет результаты работы отдельных, даже самых лучших аналитиков.

Инвестор, чей портфель состоит из правильно подобранных акций, должен быть готов к колебаниям их рыночной стоимости. Он не должен ни расстраиваться из-за ощутимого падения цен, ни бурно радоваться при ощутимом их повышении. Он всегда должен помнить, что рыночные котировки нужны ему лишь для того, чтобы удобнее было принимать обоснованные решения. Он может либо использовать их в своих интересах, либо просто игнорировать. Не стоит покупать акции просто потому, что их курс растет, и продавать только потому, что он падает. Вот девиз настоящего инвестора: «Никогда не покупай акции сразу после значительного роста их курса и никогда не продавай сразу после значительного его падения».

Дополнение к сказанному

Следует сказать несколько слов об использовании среднего уровня курса акций той или иной компании для оценки эффективности работы ее менеджмента. Об эффективности инвестиций акционеры судят как по размерам получаемых дивидендов, так и по долгосрочной тенденции изменения средней стоимости данной инвестиции. Логика говорит о том, что те же критерии должны использоваться и для оценки эффективности работы руководителей компании и того, как они учитывают интересы акционеров.

Это утверждение может показаться банальным, но оно заслуживает внимания. Дело в том, что до сих пор не существует общепринятого метода оценки эффективности менеджмента с учетом поведения курса акций компании. Более того, руководители корпораций постоянно напоминают о том, что не несут ответственностиза все,что происходит с курсом акций. Безусловно, они не отвечают за теколебания курса, которые, как мы постоянно подчеркиваем, не имеют никакого отношения к состоянию бизнеса самой компании и ее внутренней стоимости. Однако рядовые инвесторы, не отличающиеся здравомыслием или не имеющие достаточного запаса знаний, распространяют ответственность менеджеров и на рыночные котировки, в том числе винят их за низкий уровень последних. У хороших менеджеров, думают они, цены акций всегда высокие, а у плохих – низкие[186].

Доктор Джекил и мистер Рынок

В большинстве случаев рынок достаточно точно оценивает акции. Миллионы покупателей и продавцов, торгуясь по поводу цен, проделывают огромную работу по оценке компаний – в среднем по рынку. Но случается, что акции оцениваются не совсем адекватно, а иногда и совсем неадекватно. В таких случаях важно понимать, что делает тот, кого Грэм называет «мистер Рынок». Возможно, это самый яркий образ, позволяющий объяснить, почему цены акций иногда бывают необоснованными. Мистер Рынок, страдающий маниакально-депрессивным психозом, не всегда оценивает акции так, как оценивает их инвестор или потенциальный владелец частного бизнеса. Когда курс акций растет, этот господин охотно соглашается платить за них больше, чем они стоят на самом деле, а когда курс падает, отчаянно стремится избавиться от них, продавая по цене ниже истинной стоимости.

Но, может быть, со времен Грэма мистер Рынок изменился? Или он ведет себя так же, как раньше? Можно побиться об заклад, что он остался таким же, каким и был.

17 марта 2000 г. курс акций корпорации Inktomi достиг очередного пика – $231 625. С момента их размещения на рынке в 1998 г. акции этой компании, занимающейся разработкой программного обеспечения для интернет-поисковиков, выросли в цене на 1900 %. Всего лишь за несколько недель с декабря 1999 г. курс акций подскочил почти втрое.

Какие же изменения в деятельности компании Inktomi привели к столь значительному росту стоимости акций? Ответ очевиден: феноменально быстрый рост бизнеса. За последний квартал 1999 г. компания Inktomi продала продукции и услуг на $36 млн больше, чем за весь 1998 г. Если бы ей удалось поддерживать такие темпы роста в течение хотя бы последующих пяти лет, ее доходы могли бы увеличиться с $36 млн за квартал до $5 млрд в месяц. В такой ситуации чем быстрее растут акции, тем труднее представить, что их рост рано или поздно прекратится.

Но мистер Рынок, которому акции Inktomi вскружили голову, кое-чего не заметил. Компания несла убытки, и немалые. За последний квартал 1999 г. она потеряла $6 млн, за предыдущие 12 месяцев – $24 млн, а годом ранее – еще $24 млн. За все время своего существования корпорация Inktomi не получила ни цента прибыли. Но 17 марта 2000 г. господин Рынок оценил этот крошечный бизнес в $25 млрд (да-да, мы не ошиблись – именно миллиардов).

После этого господин Рынок впал в жесточайшую депрессию. И 30 сентября 2002 г., всего через два с половиной года после рекордного уровня цен – $231 625, акции Inktomi начали продаваться всего по 25 центов. В результате общая рыночная стоимость компании упала с $25 млрд до менее $40 млн. Значит ли это, что бизнес Inktomi претерпел такой же спад? Вовсе нет. Выручка компании за предыдущие 12 месяцев составила $113 млн. Что же изменилось? Только настроение мистера Рынка: в начале 2000 г. инвесторы были настолько очарованы Интернетом, что оценили акции Inktomi в 250 раз выше выручки компании. Теперь же они готовы были заплатить за них сумму, которая была в 0,35 раза меньше выручки. Мистер Рынок из доктора Джекила превратился в мистера Хайда, жестоко расправляющегося со столь любимыми им ранее акциями.

Но и жестокая депрессия мистера Рынка вряд ли имела под собой реальную почву. Так, 23 декабря 2002 г. компания Yahoo! Inc. объявила, что покупает Inktomi по цене $1,65 за акцию. Эта цена примерно в 7 раз превышала уровень 30 сентября 2002 г. Надо полагать, компания Yahoo! Inc. совершила выгодную сделку. Когда мистер Рынок так дешево оценивает акции, естественно, находятся покупатели, готовые покупать у него целые компании[190].

Оставайтесь собой

Понравится ли вам, если человек с диагнозом «шизофрения» будет навещать вас почти ежедневно и требовать, чтобы вы чувствовали себя так же, как он? Согласитесь ли вы впадать в эйфорию только потому, что в нее впадает он, или мучиться от депрессии только потому, что и он хандрит? Разумеется, нет. Вы будете отстаивать свое право оставаться собой и жить так, как велит ваш опыт и убеждения. Но в финансовом мире миллионы людей почему-то позволяют мистеру Рынку диктовать им, как себя вести, – несмотря на тот очевидный факт, что сам он время от времени ведет себя как буйнопомешанный.

В 1999 г., когда мистер Рынок был на вершине блаженства, американские трудящиеся перечисляли в среднем 8,6 % своей заработной платы на пенсионные счета 401(k). В 2002 г., после того как мистер Рынок три года подряд превращал акции в простые бумажки, средний процент взносов на пенсионные счета упал почти на четверть – до 7 %[191]. Чем дешевле становились акции, тем меньше было желающих их покупать – ведь вместо того, чтобы оставаться собой, все стремились подражать мистеру Рынку.

Разумный инвестор не должен полностью игнорировать мистера Рынка. Наоборот, он должен строить свой бизнес вместе с ним – но только до тех пор, пока это отвечает его, инвестора, интересам. Дело мистера Рынка – назвать цену. А стоит ли продавать или покупать по этой цене – решать вам. Не следует покупать или продавать ценные бумаги только потому, что на этом настаивает мистер Рынок.

Откажитесь подчиняться мистеру Рынку, и он станет вашим слугой. В конце концов, если порой кажется, что он снижает стоимость одних ценных бумаг, помните, что он одновременно повышает стоимость других. В 1999 г. фондовый индекс Wilshire 5000 – самый полный индекс, отражающий состояние рынка акций США, – вырос на 23,8 % (в основном за счет роста котировок акций высокотехнологичных и телекоммуникационных компаний). Несмотря на то, что из 7234 акций, входящих в расчет индекса, 3743 потеряли в стоимости, средняя цена выросла. В то время как акции высокотехнологичных и телекоммуникационных компаний были перегреты, как мотор гоночной машины в летний полдень, тысячи акций «старых отраслей», к которым мистер Рынок охладел, дешевели.

Так, акции компании CMGI, «инкубатора» для начинающих интернет-компаний, продемонстрировали высочайшие темпы роста: в 1999 г. их курс вырос на 939,9 %. В то же время акции Berkshire Hathaway – холдинговой компании, через которую великий ученик Грэма Уоррен Баффетт управляет такими гигантами «старых отраслей», как Coca-Cola, Gillette и Washington Post Co., потеряли 24,9 % своей стоимости[192].

Но потом, как это обычно бывает, настроение фондового рынка изменилось. Данные, представленные в таблице 8.2, показывают, что аутсайдеры 1999 г. стали звездами в 2000–2002 гг.

Что касается двух указанных холдинговых компаний, то в 2000 г. акции CMGI потеряли 96 %, в 2001 г. – 70,9 %, а в 2002 г. – 39,8 % стоимости. В целом они упали на 99,3 %. Акции же Berkshire Hathaway, наоборот, росли: в 2000 г. – на 26,6 %, в 2001 г. – на 6,5 %. В 2002 г. они упали на целых 3,8 %. В целом рост составил 30 %.

Можно ли обыграть профессионалов?

Один из важнейших выводов Грэма гласит: «Инвестор, впадающий в панику из-за необъяснимого падения рыночной стоимости портфеля, превращает свое основное преимущество в главный недостаток».

Что Грэм называет «основным преимуществом»? Свободу индивидуального инвестора решать, следовать за мистером Рынком или нет. У вас есть огромное преимущество, которое состоит в том, что вы можете иметь собственное мнение и руководствоваться им[193].

А вот у типичного управляющего инвестиционным фондом нет выбора: он вынужден подражать каждому движению мистера Рынка, т. е. покупать по высоким ценам и продавать по низким, бездумно шагая в ногу с этим господином. Вот лишь некоторые ограничения, с которыми сталкиваются управляющие взаимных фондов и другие профессиональные инвесторы.

• Управляя миллиардами долларов, они вынуждены концентрироваться в основном на акциях крупных компаний, которые приходится покупать в огромных количествах на многомиллионные суммы. В результате многие инвестиционные фонды становятся владельцами одних и тех же переоцененных гигантов.

• Инвесторы обычно вкладывают больше средств в инвестиционные фонды, когда рынок растет. Управляющие фондами направляют вновь поступающие ресурсы для покупки акций, которые уже имеются в их портфелях, тем самым взвинчивая цены до еще более опасного уровня.

• Если после падения фондового рынка инвесторы начинают изымать свои деньги из инвестиционных фондов, управляющим приходится продавать акции, чтобы получить наличные средства. Таким образом, во время подъема рынка фонды вынуждены покупать акции по завышенным ценам, а во время падения – продавать по дешевке.

• Многие управляющие инвестиционными фондами получают бонусы, если им удается переиграть фондовый рынок, поэтому они с такой одержимостью сравнивают доходность своих акций с эталонной, – например, с показателем доходности акций, входящих в расчет фондового индекса S&P 500. Когда в расчет индекса включают новую компанию, ее акции в обязательном порядке приобретают сотни инвестиционных фондов. (Если они этого не сделают, то в случае, если акции окажутся прибыльными, управляющие будут чувствовать себя дураками. Если же акции окажутся убыточными, никто не поставит им этого в вину.)

• От управляющих инвестиционными фондами сегодня требуют узкой специализации. Подобно тому, как врач рано или поздно становится узким специалистом – например, аллергологом-педиатром или отоларингологом-гериатром, – управляющие инвестиционными фондами вынуждены покупать только «акции роста» мелких компаний или, наоборот, «акции стоимости» средних[194]. Если компания становится слишком крупной или слишком мелкой, слишком дешевой или слишком дорогой, специализированные инвестиционные фонды вынуждены избавляться от ее акций, даже если управляющие этими фондами находят их замечательными.

В силу всех этих причин ничто не может помешать вам добиваться таких же успехов, как профессиональные инвесторы. Чего категорически нельзя делать (что бы ни говорили эксперты всех мастей), так это пытаться переиграть профессионалов в их собственной игре.В этой игре и сами профессионалы всегда проигрывают!Так зачем же вам-то в нее играть? Если вы будете играть по их правилам, то проиграете, так как станете, как и все профессионалы, слугой мистера Рынка.

Лучше признайте, что разумное инвестирование требует умения контролировать то, что поддается контролю. Вы не можете сделать так, чтобы доходность ваших акций или паев инвестиционных фондов (сегодня, на следующей неделе, в следующем месяце или в целом за год) была выше средней по рынку. В краткосрочной перспективе ваша доходность всегда будет зависеть от прихотей мистера Рынка. Но вы можете контролировать:

• затраты наоплату брокерских услуг– торгуя редко, терпеливо и дешево;

• затраты на управление активами– отказываясь от покупки паев взаимных инвестиционных фондов с высоким уровнем годовых издержек;

• свои ожидания– прогнозируя доходность на основе реальности, а не фантазий[195];

• свои риски– решая, какую часть средств вложить в рискованные операции на фондовом рынке, а также через диверсификацию и ребалансировку портфеля;

• свои налоговые счета– держа акции как минимум год или, по возможности, лет пять, чтобы снизить налог на прирост капитала;

• и, что важнее всего,свое поведение.

Если вы смотрите финансовые телеканалы или читаете обзоры рынка, вы, скорее всего, считаете инвестирование одним из видов спорта, или чем-то вроде военной операции, или формой борьбы за выживание.Но цель инвестирования не в том, чтобы победить других в их игре. Она заключается в том, чтобы научиться играть в свою игру.Задача разумного инвестора – не в том, чтобы найти акции, курс которых будет расти или падать иначе, чем у других. Она в том, чтобы не стать злейшим врагом самому себе. Разумный инвестор не должен покупать акции по высокой цене только потому, что мистер Рынок кричит «Покупай!» и продавать их по дешевке только потому, что этот зловредный господин шепчет «Продавай!»

Если ваш инвестиционный горизонт достаточно широк – не менее 20–25 лет, вы можете использовать лишь один разумный подход к инвестированию: покупать автоматически каждый месяц и в любое другое время, когда у вас появляются свободные деньги. Оптимальный объект такого длительного инвестирования – паи индексного фонда, отслеживающего весь рынок. Продавайте только в том случае, если вам срочно понадобились деньги. В качестве психологической поддержки заполните и подпишите «инвестиционный контракт» с самим собой – образец вы найдете в конце главы.

Разумному инвестору следует также отказаться от того подхода к оценке своих финансовых достижений, который используют многие. Если какой-нибудь инвестор из Дубьюка, Далласа или Денвера, в отличие от вас, сумеет добиться более высокой доходности, чем доходность фондового индекса S&P 500, вы не потеряете ни цента. А на его надгробной плите не напишут: «Он переиграл рынок».

Однажды мне пришлось брать интервью у представителей общины пенсионеров Бока-Ратон (штат Флорида) – одной из самых богатых общин в штате. Я спросил этих милых людей (а многим из них было далеко за 70), удалось ли им хоть раз в жизни переиграть фондовый рынок. Кто-то ответил «да», кто-то – «нет», но большинство не знали, что сказать. Один старичок вздохнул: «Кто его знает? Все, что я могу сказать, так это то, что мои инвестиции принесли мне достаточно денег, чтобы провести остаток жизни в этом чудесном уголке».

Можно ли ответить лучше? В конце концов, цель инвестирования состоит не в том, чтобы заработать на фондовом рынке больше, чем средний инвестор, а в том, чтобы заработать достаточно денег для собственных нужд. Лучший способ оценить эффективность своих инвестиций – не сравнивать вашу доходность с показателями фондового рынка, а убедиться в том, что вы придерживаетесь собственной стратегии и принципов, которые обязательно приведут вас к цели. И еще: не важно, пришли ли вы к финишу первым; важно то, что вы к нему все-таки пришли[196].

Деньги и мозги у каждого свои

Почему же мистер Рынок так нравится инвесторам? По всей видимости, человеческий мозг устроен так, чтобы создавать инвесторам как можно больше проблем. Людям свойственно во всем искать закономерности и пытаться уложить реальность в жесткие схемы. Психологи доказали, что, если человеку показать несколько случайно выбранных предметов, он будет искать в этом наборе закономерность. Точно так же, играя в кости, мы «нутром чуем», что сейчас выпадет семерка, следя за бейсбольным матчем – что сейчас нападающий доберется до базы, покупая лотерейный билет – что обязательно выиграет билет с таким-то номером, а играя на бирже – что эта компания вот-вот станет новой Microsoft.

Последние исследования мозговой деятельности показали, что этот орган способен находить закономерности даже там, где их не может быть в принципе. Реагируя на повторяющиеся события, соответствующие участки мозга (передняя поясная кора и прилежащее ядро) автоматически начинают ожидать, что оно будет повторяться и дальше. Если событие действительно происходит, в организме вырабатывается природный антидепрессант дофамин, заставляющий человека испытывать удовольствие. Поэтому, стоит курсу акций подскочить 2–3 раза подряд, как вы рефлекторно начинаете ожидать, что он будет расти и дальше, – и, если он действительно растет, ваш мозг начинает вырабатывать «гормон счастья». В итоге вы впадаете в почти наркотическую зависимость от своих собственных прогнозов.

Но когда акции падают, финансовые потери возбуждают так называемое миндалевидное тело – участок мозга, отвечающий за чувство страха и тревоги. Срабатывает пассивно– или активно-оборонительный рефлекс, как у загнанного в угол животного. Пожарная сирена заставляет ваше сердце биться чаще, вид ползущей змеи приводит вас в ужас, а резкое падение курса акций вызывает чувство страха и неуверенности[197].

Блестящие психологи Даниэль Канеман и Амос Тверски доказали, что переживания, вызванные финансовыми потерями, вдвое более интенсивны, чем переживания, вызванных получением эквивалентной прибыли. Заработанные $1000 всего лишь приятно греют карман, но потеря такой же суммы бьет по эмоциям с двойной силой. Утрата денег бывает настолько болезненна, что многие инвесторы из-за боязни новых убытков распродают свои портфели по дешевке или отказываются их расширять.

Это позволяет объяснить, почему мы зацикливаемся на абсолютных показателях падения рынка и забываем об относительных (процентных). В результате, когда ведущий финансовых новостей буквально кричит, что «фондовый рынок катится в пропасть – индекс Доу упал на 100 пунктов!», большинство людей вздрагивают. Но если индекс Доу – Джонса вчера был на отметке 8000 пунктов, падение составляет всего лишь 1,2 %. Как вы отреагируете, если, рассказывая о погоде, ведущий вдруг завопит: «Все пропало! Катастрофа! Температура упала с 30 до 29,5 градуса»? Ведь и в этом случае падение составляет всего 1,2 %. Если вы забываете оценивать динамику рыночных цен именно в процентном отношении, вы рискуете постоянно впадать в панику даже при самых незначительных колебаниях рынка. Если вы собираетесь заниматься инвестициями в течение нескольких ближайших десятилетий, научитесь правильно реагировать на биржевые сводки (см. врезку ниже).

Какими должны быть финансовые новости

Фондовый рынок падает, и вы включаете телевизор, чтобы услышать последние сводки. Но представьте себе, что вы смотрите не CNBC или CNN, а финансовый канал Бенджамина Грэма (Benjamin Graham Financial Network, BGFN). На этом канале вы не услышите тревожного звука звонка, оповещающего об окончании торгов. Вы не увидите ни толп брокеров, снующих по биржевому залу как голодные крысы, ни инвесторов, с замиранием сердца ожидающих, не появится ли напротив тикера красная стрелка.

Зато вы увидите огромный плакат на фасаде Нью-Йоркской фондовой биржи, на котором аршинными буквами написано: «РАСПРОДАЖА! СКИДКА 50 %!» В качестве музыкального сопровождения будет звучать песня канадской группы Bacham-Turner Overdrive «You Ain’t Seen Nothin’ Yet». Затем репортер торжественно объявит, что «сегодня акции стали еще более привлекательными, потому что индекс Доу – Джонса упал на 2,5 %. Акции дешевеют четвертый день подряд. Инвесторы, предпочитающие компании сектора высоких технологий, находятся в еще более выигрышном положении – акции Microsoft за день потеряли почти 5 % стоимости, и их акции стали еще более доступными. Это одна из лучших новостей за прошедший год, на протяжении которого акции уже потеряли 50 % стоимости. Сегодня они продаются по самым выгодным ценам за много лет. При этом авторитетные аналитики дают оптимистические прогнозы относительно дальнейшего падения фондового рынка на протяжении следующих недель и месяцев».

Вслед за этим последует комментарий аналитика Игнатца Андерсона из компании Ketchum & Skinner, который скажет: «Я считаю, что в июне акции потеряют еще 15 % стоимости. Мой прогноз достаточно оптимистичен. Я ожидаю дальнейшего падения цен акций. Если все пойдет хорошо, они подешевеют еще на 25 %, а может быть, и больше».

«Будем надеяться, что Игнатц Андерсон прав, – радостно заметит ведущий. – Падение цен акций стало отличной новостью для инвесторов с достаточно широким инвестиционным горизонтом. А теперь предоставим слово Уолли Вуду, который расскажет о погоде».

В конце 1990-х гг. многие инвесторы совершенно терялись, если не могли по несколько раз в день проверять курс своих акций. Но, как указывает Грэм, для типичного инвестора «было бы гораздо лучше, если бы акции вообще не имели рыночных котировок. В этом случае он был бы избавлен от душевных мук, вызванных ошибочными суждениямидругихучастников фондового рынка». Если вы проверили стоимость своего портфеля в 13:24 и снова захотели это сделать в 13:37, задайте себе три вопроса.

• Если бы в 13:24 я позвонил агенту по недвижимости, чтобы узнать, сколько стоит мой дом, стал бы я перезванивать ему в 13:37?

• Если бы я все-таки перезвонил и он сказал бы, что цена изменилась, стал бы я продавать свой дом?

• Если я не буду каждую минуту проверять, не изменилась ли стоимость моего дома, помешает ли это росту цены?[198]

Единственный правильный ответ на эти вопросы – «Конечно, нет!». Так же следует относиться и к отслеживанию стоимости инвестиционного портфеля. Инвесторы с 10-, 20– или 30-летним инвестиционным горизонтом могут не обращать внимания на ежедневные капризы мистера Рынка. И в любом случае для тех, кто инвестирует в расчете на долгие годы, падение цен акций – хорошая, а не плохая новость, поскольку это позволяет им купить больше дешевых акций. Чем дольше акции падают, тем дольше вы сможете их покупать и тем больше денег в конце концов заработаете, если будете твердо и последовательно придерживаться такого подхода. Не нужно бояться медвежьего рынка – он должен вас радовать. Разумный инвестор должен чувствовать себя спокойно, владея акциями компаний или паями взаимных фондов, даже если фондовый рынок перестанет снабжать его ежедневными котировками на протяжении следующих 10 лет[199].

Удивительно, но, как уверяет нейропсихолог Антонио Дамасио, «вы будете лучше владеть собой, если поймете, насколько плохо вы собой владеете». Признав свою склонность к неадекватному инвестиционному поведению – покупкам при высокой стоимости и продажам при низких ценах, вы признаете необходимость использования таких методов, как усредненное равномерное инвестирование, периодическая ребалансировка портфеля и подписание «инвестиционного контракта» с самим собой. Поставив почти весь свой портфель «на автопилот», вы избавитесь от пагубной привычки прогнозировать рынок. Это позволит вам сконцентрироваться на долгосрочных финансовых целях и игнорировать необъяснимые перепады настроения мистера Рынка.

Мистер Рынок угощает вас лимонами? Так сделайте из них лимонад!

Грэм учит, что вы должны покупать, когда мистер Рынок кричит: «Продавай!» Но из этого правила есть одно исключение, о котором должен знать разумный инвестор. Продажи на медвежьем рынке могут иметь смысл, если они позволяют экономить на налогах. В соответствии с налоговым законодательством США инвестор имеет право вычитать из налогооблагаемой базы величину зафиксированных (т. е. не «бумажных», а фактически понесенных в результате продажи подешевевших акций) убытков (не более $3000)[200].

Допустим, в январе 2000 г. вы купили 200 акций Coca-Cola по $60 за акцию. Общая стоимость инвестиций составила $12 000. В конце 2002 г. цена акций упала до $44 за акцию, а стоимость вашего пакета снизилась соответственно до $8800. Убыток, таким образом, составил $3200.

Вы можете поступать так, как поступают большинство людей: оплакивать свои убытки или делать вид, что их не было. Но вы можете поступить иначе и поставить ситуацию под контроль.

До конца 2002 г. вы можете продать все акции Coke, зафиксировав убыток в $3,2. Затем через 31 день, как того требует налоговое законодательство, вы можете снова купить 200 акций Coke. Таким образом, вы сможете уменьшить ваш налогооблагаемый доход за 2002 г. на $3000, а оставшиеся $200 убытка использовать для уменьшения налогооблагаемой базы в 2003 г. При этом вы по-прежнему будете владеть акциями компании, в которую вы верите, – но теперь вы заплатите за те же акции почти на 1/3 меньше, чем в первый раз[201]. Если Дядя Сэм субсидирует наши потери, имеет смысл продать акции и зафиксировать убытки.

Инвестиционный контракт

Я, (ФИО), настоящим подтверждаю, что являюсь инвестором и намереваюсь наращивать свой капитал на протяжении многих лет в будущем.

Я отдаю себе отчет в том, что нередко буду подвергаться соблазну покупать акции или облигации, когда их цена растет (или начинает расти), и продавать их, когда цена падает (или начинает падать).

Настоящим я заявляю о своем отказе следовать за рынком и обязуюсь принимать решения самостоятельно. Торжественно клянусь никогда не покупать ценные бумаги из-за повышения их курса и никогда не продавать их по причине его падения. Вместо этого я обязуюсь ежемесячно вкладывать в ценные бумаги $___ в рамках автоматического инвестиционного плана или программы усредненного равномерного инвестирования в указанный ниже взаимный инвестиционный фонд (указанные ниже взаимные инвестиционные фонды) или диверсифицированный портфель:

_______________________________________________,

_______________________________________________,

_______________________________________________,

Обязуюсь также инвестировать дополнительные объемы средств, если таковые будут в моем распоряжении (и если я смогу позволить себе потерять их в краткосрочном периоде).

Настоящим заявляю, что буду владеть каждой из перечисленных выше инвестиций на протяжении длительного периода, как минимум до __ _________ 20__ г. (т. е. как минимум в течение 10 лет с момента подписания настоящего контракта). В соответствии с условиями этого контракта единственным исключением является срочная потребность в наличных средствах в случае наступления непредвиденных обстоятельств (болезнь или потеря работы) или для покрытия плановых расходов (покупка жилья, плата за обучение и т. д.).

Я, нижеподписавшийся, подтверждаю свое намерение не только выполнять условия этого контракта, но и перечитывать его всякий раз, когда буду подвергаться соблазну продать какую-либо из моих инвестиций.

Настоящий контракт действителен только при подписании его хотя бы одним свидетелем и должен храниться в надежном месте, достаточно доступном для того, чтобы я мог перечитывать его по мере необходимости.