Рейтинг бывших мужей Хрусталева Ирина

Глава 15

– Виталий, дорогой, я бы не стала тебя просить об этой услуге, но вопрос стоит очень остро, – соловьем заливалась Галина в трубку. – Можно с уверенностью сказать – это вопрос жизни и смерти! Ты просто обязан нам помочь и уговорить своего брата осветить нам все, что касается этого дела. Поверь, от этого зависит судьба человека, причем не одного, а сразу нескольких. Ты понимаешь меня?

– Галина Алексеевна, я прекрасно вас понимаю и, конечно, попробую закинуть Владимиру удочку, но обещать ничего не могу. Вы сами должны знать, что подобные вопросы просто так не решаются. Эта информация строго конфиденциальна, чтобы ее раздобыть, моему брату нужна веская причина.

– Он же генерал-майор, какая ему нужна причина? Пусть скажет, что хочет знать, что происходит в его ведомстве.

– В том-то все и дело, что это как раз не его ведомство, а совсем другое. Оно находится не в его районе.

– У него разве нет связей в том районе? Виталь, не морочь мне голову, при желании все возможно. Никогда не поверю, что генерал-майор не сможет достать информацию.

– Ну, не знаю… Будь вы не частные детективы, а служащие правоохранительных органов, тогда другое дело, а так…

– Виталий, если бы мы были ментами, я не побеспокоила бы ни тебя, ни твоего брата и все сведения добыла самостоятельно, – перебила молодого человека Галина. – Больше всего в этом вопросе нас интересует заключение экспертизы. В какое время была убита девушка? Это очень важно! – с нажимом заявила она. – Если тебе удастся выцепить эти сведения, ты спасешь невинного человека от тюрьмы! Очень прошу, сделай это, а я, в свою очередь, скажу Толику, чтобы он повысил тебе зарплату за сотрудничество. Такой чейнж годится?

– Годится, – засмеялся молодой человек. – До чего же вы настырная, Галина Алексеевна, не мытьем, так катаньем своего добиваетесь.

– Значит, договорились?

– Я же сказал, попробую что-то сделать, – повторил Виталий. – Я думаю, что Владимир мне не откажет, если я намекну, что меня попросил об этом Анатолий Васильевич, Володя очень уважает его.

– Вот и ладненько, с нетерпением жду твоего звонка.

– Всего доброго, Галина Алексеевна.

– Пока.

– Ну, что он сказал? – нетерпеливо спросила Люсьена, когда Галя закончила разговор с Виталием.

– Сказал, что сделает все от него зависящее, нам остается только немного подождать.

– И как долго? – уныло спросила Василиса.

– А вот этого сказать не могу, – развела Галя руками. – Чего не знаю, того не знаю. Главное, что дело сдвинулось с мертвой точки и нам есть чего ждать, остальное – дело техники. Если в заключении экспертизы написано, что девушка была убита между десятью вечера и двумя часами ночи, тогда можно смело выходить из подполья: на это время у тебя есть стопроцентное алиби. Ты была в клубе «Саванна», и подтвердить это могут десятки людей.

– А если в заключении будет указано другое время?

– Тогда этот факт все усложнит, и твою невиновность придется доказывать иными путями, – откровенно заявила Галина.

– Какими, например?

– Пока не знаю, нужно хорошенько все обмозговать и найти верное решение.

– Легко сказать – найти решение, – вздохнула Надежда. – Знать бы еще, где его искать!

– Я думаю, первое, что нужно сделать, – поехать на место преступления и провести разведку. Вдруг удастся что-нибудь полезное разнюхать?

– Каким образом?

– Пошататься среди жителей дома, послушать, о чем они говорят, можно и с соседями побеседовать.

– В качестве кого мы будем с ними общаться?

– В качестве детективов, естественно, кого же еще?

– И как мы объясним, с какой стати детективы интересуются этим преступлением?

– Надя, я тебя умоляю, – сморщила Галина носик. – Совсем необязательно докладывать, что мы являемся частными лицами. У нас корочки тоже красного цвета, и стоит только простым обывателям увидеть их, как все вопросы вылетят у них из головы. Пусть считают, что мы из милиции, мы не собираемся никого разубеждать, а если вдруг и найдется кто-то слишком бдительный, я найду, что ему ответить.

– Насколько мне известно, не очень-то народ любит откровенничать с милицией. Люди прекрасно знают – только стоит попасть в свидетели, начнут всех таскать по поводу и без повода.

– Ты, наверное, права, – нехотя согласилась Галина. – Значит, нужно придумать что-нибудь еще.

– Что, например?

– В конце концов, для того чтобы получить информацию, есть беспроигрышный способ.

– Какой?

– Деньги! От них еще никто никогда не отказывался.

– Полностью согласна, только, может быть, сначала стоит подождать сведений об экспертизе?

– Нечего ждать, нужно действовать, – возразила Люсьена. – Не будем терять время, едем, – нетерпеливо предложила она. – Если даже экспертиза докажет, что Василиса не виновна в смерти своей подруги, мне все равно хотелось бы узнать, как обстоит дело.

– В каком смысле? – не поняла Надежда.

– Мне хочется знать, кто настоящий преступник!

– Зачем тебе это?

– Как это – зачем? Ну, ты даешь, подруга, – удивилась Люся. – Если нам удастся найти его, ты представляешь, как это дело поднимет рейтинг нашего бюро? Это вам с Алькой наплевать, как именно у нас дела обстоят, а для нас с Галиной это вопрос принципиальный.

– Почему же нам наплевать? – возмутилась Надежда. – Мы с Альбиной всегда помогаем вам чем можем.

– Кстати, про Альбинку-то мы совсем забыли, – подскочила Галина на стуле. – Вот идиотки, ведь она же может нам помочь своими параненормальными примочками! Вдруг она что-нибудь увидит и подскажет – где искать и что, и главное, кого искать? Нужно ей позвонить, пусть немедленно приезжает сюда.

– Ты сначала своему Толику позвони, может, она у него еще, – дала совет Люсьена.

– Уже звонила, он сказал, что все разъехались. Если бы Алька оставалась, он бы сообщил.

– Вот зараза какая, даже не позвонила ни разу, не поинтересовалась, куда мы делись, чем занимаемся, – проворчала Люся. – Все ей по фигу.

– Ты же знаешь, что у нее сейчас голова полностью забита только одной проблемой – ее картиной, заказанной для выставки, – напомнила ей Надя. – С утра до вечера в мастерской торчит, похудела так, что на шланг от пылесоса стала похожа.

– Надя права, я Альку еле-еле уговорила хоть на время праздника о своей мазне забыть и поехать к Толику, – подтвердила Галина. – Ходит как привидение, все о чем-то думает, думает…

– Быть творческим человеком – это, конечно, очень хорошо, но не до такой же крайней степени? – хмуро проворчала Люсьена. – Ведь у Альки из-за этого вся личная жизнь побоку. Вон, Виталик: обхаживал ее, обхаживал, да и не выдержал, понял, что нашу художницу ничего не интересует, кроме ее картин. А после того, как в нее молния ударила, она вообще какая-то странная стала, все время в себе. Так ведь тоже нельзя, правда? Жизнь-то мимо проходит, и с этим нужно срочно что-то делать.

– Что мы-то можем сделать?

– Как что? Ведь мы – Алькины подруги, мы просто обязаны вытащить ее из этой нирваны.

– Каким образом? – вздохнула Надежда.

– Нужно подумать, это ты у нас психолог, тебе видней. А может, загипнотизировать ее? – оживилась Люсьена. – А что? Мне кажется, это очень разумная идея, как вы считаете, девчонки?

– Можно, конечно, попробовать, только для этого требуется Алькино согласие.

– А помнишь, она тебя просила, чтобы с ней поработал гипнолог в твоем центре и избавил ее от способностей к предвидению событий? Скажи, что ты решила откликнуться на ее просьбу, и сразу же получишь ее согласие.

– Ага, а в результате что получится? Вместо избавления от мучивших ее способностей я ее обману, сделаю так, чтобы она сбавила обороты в своем творчестве? Нет, это нечестно, непорядочно, я так не хочу.

– Подумаешь, нечестно, – фыркнула Люсьена. – Зато ты человеку личную жизнь наладишь, да и здоровье тоже, а то она скоро совсем есть перестанет. А талант, если он есть, то никуда не денется, как писала она свои картины, так и будет писать, только в разумных пределах.

– Да она же меня потом живьем съест!

– А ты не допускай «людоедства», это в твоей власти. Перед сеансом дай указание своему специалисту-гипнологу, чтобы он частично стер ей память.

– Ты соображаешь, что говоришь? – возмутилась Надя. – Стирать память – это очень серьезно, это тебе не ластиком по бумаге водить – тут сотру, а тут оставлю! Здесь нужен специалист такого уровня, каких у нас в стране по пальцам пересчитать можно. Нет, на это я пойти не могу.

– Да, жалко, что отца Олега Котова нет в живых, он-то был всем специалистам – спец, – вздохнула Люсьена. – Помнишь, Галя, даже тот психо-Айболит и то признавал в нем огромный талантище, даже убил за это.

– Убил «Айболит» его не столько за это, сколько за бешеные дивиденды, получаемые от клиники, – возразила Галина. – Но ненавидел он своего учителя за талант лютой ненавистью, что правда, то правда. Он даже его с Вольфгангом Мессингом сравнил, а это тебе не хухры-мухры[3].

– Девочки, не будем говорить о прошлом, отвлекаться на неприятные воспоминания, у нас и без этого проблем навалом, – остановила подруг Надежда. – Вопрос с Альбиной пока оставим открытым, мы все равно не вправе принимать решение за нее. Сейчас у нас совсем другие задачи. Мне кажется, стоит сделать то, о чем говорила ты, Галя.

– Я много о чем говорила, уже в голове все перепуталось, напомни, что ты имеешь в виду, – откликнулась Галина.

– Вы с Люсьеной садитесь в машину, поезжайте к дому Никиты и оценивайте ситуацию на месте. Надеюсь, все понятно?

– Понятно. Люся, собирайся, – распорядилась Галина. – А вы чем займетесь?

– За нас не волнуйся, у нас тоже найдется дело, – улыбнулась Надя, посмотрев на Василису. – Пока вас не будет, мы поработаем с личными проблемами, они мешают жить, привели к такому финалу, что…

– Моя проблема здесь ни при чем, – возразила Василиса. – Я угнала машину Никиты не потому, что мне очень этого захотелось, а потому… ты прекрасно знаешь причину.

– Не будь у тебя этой проблемы, в твоей голове никогда бы не родилась безумная идея – угнать машину, – парировала Надя. – И не спорь, я знаю, о чем говорю.

– Ладно, общайтесь, мы поехали, – заторопилась Галина, вскакивая со стула.

– Отчаливайте, чем скорее вы уедете, тем быстрее приедете, – махнула ей рукой Надя.

– Раньше сядем, раньше выйдем, – хмыкнула Люсьена. – По коням, подруга, – подмигнула она Галине. – Хлебнем адреналинчику для тонуса, а то что-то застоялись мы с тобой!

– Это точно, застоялись, – согласилась Галя, направляясь к двери. – Надя, если вдруг позвонит Альбинка, скажи ей, чтобы все бросала и срочно двигала к тебе.

– Почему срочно?

– Она обязательно что-нибудь «увидит» и подскажет, в каком направлении следует плясать, я уверена.

– Хорошо, я ей скажу, – пообещала Надежда. – Ни пуха ни пера, девчонки.

– К черту, к черту, тьфу-тьфу-тьфу, – сплюнула Люсьена, торопливо догоняя Галину.

Глава 16

– Похоже, никого нет дома, – проворчала Галина, упрямо нажимая на кнопку звонка. – Жаль, очень жаль! Она ближайшая соседка Никиты, могла что-то увидеть, услышать… что-то знать, кого-то подозревать…

– Успокойся и прекрати звонить, контакт задымится от перенапряжения, – остановила подругу Люсьена, снимая ее руку с кнопки. – Ничего страшного, появится попозже. Пока что мы к кому-нибудь другому зайдем, поговорим, глядишь, за это время и она появится.

– К кому, например?

– Хотя бы в квартиру этажом выше, она как раз над квартирой Никиты находится.

– Там наверняка тоже никого дома нет, – вздохнула Галина. – Уже в третью квартиру звоним, и все без толку. Повымирали они все, что ли?

– На работе, наверное? – предположила Люся.

– Сегодня выходной – вместо субботы, забыла? Ладно, идем на следующий этаж, может, повезет.

Девушки миновали лестничный пролет и позвонили в дверь.

– Чего надо? – рявкнул хриплый голос спустя минуту.

– Простите, уважаемый, вы не могли бы открыть нам дверь? – вежливо спросила Галина. – Нам нужно с вами поговорить.

– Об чем говорить-то?

– О жизни, блин, – тихо проворчала Люсьена себе под нос. – О происшествии, которое случилось в вашем доме! – громко ответила она.

– Менты, что ли, снова пожаловали? Не об чем мне с вами разговаривать, все, что знал, я уже рассказал. Я занят!

– Вы ошибаетесь, мы не из милиции.

– Откуда же тогда?

– Вы считаете, что разговаривать через дверь – это удобно? – спросила Галина.

Через мгновение загремел замок, в двери показалась маленькая щелочка и сверкнул любопытный глаз хозяина.

– Кто такие? – повторил он.

– Разве сами не видите? – лучезарно улыбнулась Галя. – Молодые симпатичные дамы к вам в гости пожаловали, а вы их на пороге держите. Да вы не бойтесь, мы не кусаемся.

– А кто это здесь вас боится? – криво усмехнулся хозяин квартиры и распахнул дверь. Перед девушками предстал здоровенный мужик с волосатым торсом, на котором не было живого места от наколок. Без всяких объяснений было понятно, что этот человек не один год провел в местах не столь отдаленных.

– Вот это да-а! – откровенно восхитилась Люсьена. – Эрмитаж вместе с Лувром отдыхают! Кто же это вас так изрисовал?

– Места надо знать, – буркнул здоровяк. – Чего надо?

– Может быть, все-таки пригласите нас в дом? – настойчиво спросила Галина. – Или вы хотите, чтобы наш разговор слушали все ваши соседи?

– Ладно, проходите, – нехотя согласился мужчина и отошел от двери, давая девушкам пройти. – Шагайте в кухню, у меня там бульон на плите стоит.

– Спасибо, мы сыты, – испуганно брякнула Люсьена.

– А вам никто и не предлагает.

– Можно не разуваться? – спросила Галя, с опаской глядя на замурзанный пол.

– Чего?

– Можно мы не будем разуваться?

– Можно… только осторожно, – проворчал мужик.

– В каком смысле?

– Ни в каком, это поговорка такая, – усмехнулся хозяин квартиры. – Топай давай, чего встала, как столб? – подтолкнул он Галину в спину. Люся не стала дожидаться того же и чуть ли не бегом последовала в кухню.

Мужчина подошел к плите взглянуть на бульон, даже не предложив девушкам присесть. Они притулились у подоконника и терпеливо ждали, пока он освободится.

– Чего молчите-то? – не поворачиваясь от плиты, спросил хмурый хозяин квартиры.

– А что говорить? – пискнула Люсьена.

– Это я у вас должен спросить, что говорить, – пожал мужчина плечами и, повернувшись в сторону окна, уставился на сыщиц тяжелым взглядом. – Это же вы ко мне пришли о чем-то поговорить, а не я к вам.

– Ну да, – неуверенно пробормотала Люся. – Мы хотели узнать, что случилось с Никитой, вашим соседом с нижнего этажа.

– А что ж в милиции не спросили?

– Бесполезно, нам они точно ничего не скажут, – вздохнула Галина, решив сыграть на «больной» струне мужчины. – Не любят они нас. Извините, пожалуйста, как вас зовут?

– Григорием.

– А отчество?

– Обойдусь без отчества, мы люди простые, из рабочего класса, – буркнул хозяин. – И за что же вас милиция не любит?

– За то, что мы – частные детективы, – спокойно рассекретилась Галя.

– Надо же, – усмехнулся Григорий. – Впервые встречаюсь с такими детективами. Придумали небось?

– Ничего мы не придумали, вот наши документы, – возмущенно возразила Люсьена, вытаскивая из сумочки корочки. – У нас все законно, с лицензией работаем.

– Симпатичные вроде бабы, а туда же, – хмыкнул Григорий, глянув на удостоверение.

– То есть? – не поняла Галина.

– Женщине нужно дома сидеть, щи варить, детей рожать, а не заниматься всякой ерундой.

– Частный сыск – это не ерунда, а серьезное дело, – не согласилась Люсьена.

– А я про что? Я про то и говорю, что серьезными делами мужики должны заниматься, а не такие свиристелки, как вы, – осклабился Григорий.

– Мы не свиристелки, – возмутилась сыщица. – Зачем оскорблять людей?

– Да никто вас не оскорбляет, успокойся, – махнул рукой здоровяк и, снова повернувшись к плите, начал помешивать свой бульон. – Наоборот, предостерегаю.

– А чего нас предостерегать?

– Вот вы ко мне в квартиру запросто прошли, даже, можно сказать, нахально напросились, а сами не знаете, кто я такой, что у меня на уме. А вдруг я – маньяк, убийца, до молодых девок охотник, а вы сами ко мне в берлогу холостяцкую свалились? – хитро прищурился он.

– Маньяк? – испуганно икнула Люсьена, бледнея на глазах.

– То, что вы – человек… много повидавший в этой жизни, я сразу поняла, достаточно было взглянуть на вашу художественную галерею, – слабо улыбнулась Галина. – Но на маньяка-убийцу вы совсем не похожи, не нужно нас пугать.

– Значит, в этот раз вам просто повезло, но в следующий может обломаться, – нравоучительно произнес Григорий. – Ты правильно заметила, что я много повидал, – кивнул он. – Видал я и маньяков, да и не одного. Так вот, хочу вас предупредить, дорогие детективы, что ни один из них не был похож на маньяка! На вид – человек как человек, мирный такой, тихий, а на поверку… Так что же вы хотите у меня спросить? – резко оборвал он разговор на неприятную тему.

– Нас интересует все, что вы можете сказать о Никите и о том, что произошло.

– Про Никиту? А что про него говорить? – пожал плечами Григорий. – Я мало с ним пересекался за этот год… А до этого я пять лет отсутствовал.

– Может быть, вы что-то слышали или видели? Ведь его квартира как раз под вашей, а стены в блочных домах сами знаете какие.

– Конкретно насчет убийства я ничего не могу сказать, ничего не видел и не слышал, но что пулю он неспроста схлопотал – дело ясное.

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Галина.

– То самое! Бабник Никита был страшный, ни одну юбку мимо себя не пропускал, даже замужними не брезговал, вот и доигрался. Ему эту «десятку», на которой он раскатывал, какая-то богатенькая мадам подарила, а ей уже далеко за тридцать.

– Откуда вы знаете?

– Земля слухом полнится, да и сам я вроде не слепой, – хмыкнул Григорий. – Он водил знакомства только с теми дамочками, у кого денег полно, на простушек и не смотрел никогда.

– А почему вы говорите о нем в прошедшем времени? – насторожилась Люсьена. – Ведь люди говорили, что он еще был жив, когда милиция приехала.

– Да нет, бабы во дворе судачили – помер вроде, – неуверенно ответил Григорий.

– Это точно?

– Не знаю, за что купил, за то и продаю.

– Значит, вы считаете, что в Никиту могли стрелять именно поэтому? – вклинилась Галина. – Из-за того, что он за каждой юбкой волочился?

– Мне считать нечего! Пусть милиция поразмыслит на эту тему, я лишь высказываю думки свои, да и то вам одним, – хмуро ответил Григорий. – Капитану, который ко мне зашел, я ничего такого не говорил, и без меня желающие побазарить найдутся. Одна Зинаида Николаевна чего стоит, язык, как веник, метет не разбирая.

– Зинаида Николаевна – это кто?

– Соседка Никиты, у них двери рядом, – объяснил Григорий. – Да и с матерью его, Верой, они в дружбе. Вот она все про них знает, да и не только про них, она, по-моему, обо всех в курсе всего. Капитан тот у нее очень долго сидел. Зинаида небось душу-то отвела, наверняка все ему выложила, чего она там считает!

– Да, надо непременно к ней зайти, может, и нам какую-нибудь полезную информацию удастся узнать, – сказала Галина.

– Только не говорите ей, что вы детективы, она не поймет, – предупредил их Григорий. – Скажите, что из милиции, она власть очень уважает, да и корочки ваши точь-в-точь на милицейские похожи.

– Хорошо, так и сделаем. Григорий, и все же: вы думаете, что какой-то ревнивый муж узнал, что его жена имеет связь с Никитой…

– Я же сказал: ничего я не думаю, говорю лишь то, о чем весь двор знает, – раздраженно перебил Галину хозяин квартиры. – У меня своих проблем выше крыши, есть о чем покумекать, не хватало еще шашнями соседа мозги себе засорять! Повторяю, Никита – бабник и альфонс каких поискать, а уж дальше сами прикиньте, брать вам этот факт во внимание или нет.

Григорий достал из нижнего ящика холодильника овощи и начал неторопливо их чистить. Он помыл морковь с картофелем и принялся аккуратно скоблить ножом картофелину, стараясь снимать кожуру тонким слоем.

– «Шерше ля фам», значит? – пробормотала Галина. – Ищите женщину…

– Галя, а на фига какому-то ревнивому мужу понадобилось еще и Алену… – неуверенно начала было Люсьена, но Галина окинула ее таким взглядом, что подруга подавилась на полуслове.

– Пойдем, коллега, не стоит мешать Григорию заниматься домашними делами. Заглянем к Зинаиде Николаевне, пообщаемся со всезнайкой, – заторопилась она. – Спасибо большое за информацию, Григорий, простите за беспокойство.

– Пожалуйста, – буркнул тот, не прекращая чистить картофель. – Дорогу до двери, надеюсь, сами найдете или проводить?

– Сами найдем, до свидания, – улыбнулась Галя.

– Всего хорошего, дверь за собой захлопните.

– Хорошо. Простите, Григорий, но, если вдруг у нас возникнут какие-нибудь вопросы, мы можем вновь к вам обратиться? – спросила Галина.

– Валяйте, если, конечно, застанете дома, – он пожал плечами. – Я на двух работах тружусь, так что дома меня практически не бывает. Сегодня вам, можно сказать, повезло, напарник попросил поменяться с ним сменами, приди вы на пару часов позже, остались бы ни с чем.

– А мобильный телефон у вас есть?

– Как не быть.

– А… можно узнать номер?

– Записывайте.

Галина поспешно черкнула номер телефона в записную книжку своего мобильника, пока Григорий не передумал. Еще раз попрощавшись с хозяином, девушки вышли из квартиры, не забыв захлопнуть дверь.

– Слава тебе, господи, ушли, – облегченно выдохнула Люсьена, оказавшись на лестничной площадке. – Странный какой мужик этот Григорий! Когда он о маньяке заговорил, я от страха чуть не грохнулась в обморок!

– Он не странный, просто жизнью, видно, здорово битый, – сделала вывод Галина. – Сразу понятно, что человек в тюрьме сидел.

– Это из-за наколок, что ли?

– Не только из-за них. Когда он о Никите заговорил, бросил фразу, что пять лет отсутствовал, я сразу поняла, что он срок отбывал. И Григорий, кстати, прав, что предостерег нас насчет маньяка, – заметила Галина. – Это нам с тобой информация к размышлению на будущее, а то действительно, вечно мы лезем сломя голову, сами не зная куда. Ведь в один прекрасный момент и правда можем нарваться на какого-нибудь отморозка.

– А я тебе давно говорила, что нам оружие необходимо для самообороны, – напомнила ей Люсьена. – Только ты почему-то этот вопрос мимо ушей пропустила.

– Я никогда и ничего не пропускаю мимо ушей, – возразила Галина. – На владение оружием требуется разрешение, это первое, а второе – желательно еще и пользоваться им уметь. Ты умеешь стрелять из пистолета?

– Нет, и учиться не собираюсь, – сморщила Люся носик. – У меня никогда не получится выстрелить, да еще и в человека. Достаточно приобрести электрошокеры, отличное средство самообороны, между прочим.

– А что? Хорошая идея, – согласилась Галина. – Завтра же займемся этим вопросом вплотную. Ну что, идем, еще раз попытаем счастья у Зинаиды Николаевны?

– Пошли, надеюсь, она вернулась.

Девушки начали спускаться по лестнице, вполголоса переговариваясь, и только повернули, чтобы пройти последний пролет, как вдруг резко замерли на верхней ступеньке. У двери квартиры, соседней с Никитиной, бледная как смерть, не шевелясь, лежала женщина, сжимавшая в руке мобильный телефон, – похоже, именно Зинаида Николаевна.

Глава 17

Майор Крапивин уехал из управления, когда время уже почти подошло к обеду. Немилосердный кашель и насморк настолько его измучили, что продолжать работу он просто не мог – ни физически, ни морально. Дав необходимые распоряжения своему заместителю, капитану Корчагину, он попросил у начальника управления разрешения – пусть его отвезут домой на служебной машине. Начальник с готовностью откликнулся на эту просьбу, майора Крапивина в управлении уважали. Только Николай Васильевич переступил порог квартиры, как попался в руки своей заботливой и энергичной жены. Сначала она чуть ли не насильно накормила его горячим борщом, а потом под ее упрямым нажимом майору пришлось съесть целую горсть каких-то таблеток от простуды и запить эту прорву лекарств чаем с малиной. А еще она заставила «приправить» все это стаканом кипяченого молока с медом. Затем ему посчастливилось выдержать экзекуцию растирания пяток отвратительно воняющей мазью и согласиться натянуть толстые шерстяные носки, немилосердно коловшие ступни. Лишь после всего этого больному, измученному майору милостиво разрешили лечь спать. Только он блаженно растянулся на кровати, укрылся одеялом с головой и приготовился отправиться в гости к Морфею, как зазвонил его мобильный телефон. Этим номером мог воспользоваться только ограниченный круг людей и лишь в самом экстренном случае.