Негатор. Возвращение неправильного попаданца Переяславцев Алексей

Глава 17

Сцена, которую я видеть никак не мог

Ах, эти Высшие маги бывают такими простодушными!

Кандидат в академики Хассан-орт наивно полагал, что найти доктора магии трансформации легко. Судите сами: бывают маги по этой специальности? Разумеется. Растут ли они в ранге? Как и для любой другой специальности: растут, но не все. До какого ранга они добираются? До докторского точно должны, а выше – сомнительно. Очень уж экзотическая магия, да и не особо востребованная.

Хрусталь мечты разбился о шершавую реальность. Да, преподаватели магии трансформации (2 экз.) носили оранжевую ленту, как то было принято в университете. Но… оба защищали докторскую не по основной специальности. Хассану пришлось спрятать академический снобизм в сундук и искать магистров. На это ушло несколько дней.

Результаты не слишком обнадеживали. Магистр Торот-эд, которого сдержанно хвалили и который защитил диссертацию именно по трансформации, уехал в неизвестном направлении. Разыскивать его было бы слишком долго. Следующий найденный магистр, как оказалось, также пожертвовал основной специальностью в пользу карьеры. И лишь третий подошел под требования. Переговоры начались именно с ним.

Стоит отметить, что Хассан и не подумал предложить беседу «без чинов». Во-первых, такое противоречило южным традициям; во-вторых, разница в рангах была очень уж велика.

Тощий, узколицый и цепкоглазый Фирут-ак внимательно выслушал условия заказа и самым тщательным образом не только осмотрел образец баррата, но и прогнал потоки. Наконец он поднял взгляд на собеседника.

– Высокопочтенный Хассан, описанная вами работа в принципе возможна. Ваш материал – кварц, состоящий из чрезвычайно мелких кристалликов, я такого и не видел никогда…

Хассан почувствовал раздражение и имел на то все основания. Этот магистр думает, будто кандидат в академики не способен оценить состояние и тип кристаллического агрегата?! Впрочем, чувства на поверхность не всплыли.

– Как вы понимаете, интенсивность потоков крайне неравномерна. Коэффициент Гуриса я оценил лишь приблизительно, но уж за пятьдесят вам ручаюсь. И потому трансформация никоим образом не может и не должна быть выполнена в один этап во избежание появления трещин, а также ради получения требуемой в конечном счете формы изделия. Три этапа, это самое меньшее. К тому же вы требуете точного соблюдения размеров, так что, скорее всего, пять. Каждый этап, считайте, потребует пяти-шести часов работы, очень уж материал плохо сочетается с любой магией. Я не желаю брать с вас лишнего, высокопочтенный…

Магистр поклонился. Хассан на поклон не ответил.

– …и потому полагаю плату в один золотой за каждый этап трансформации вполне справедливой.

Хассану удалось сторговаться на четырех золотых и пятидесяти сребрениках чохом.

От текущих дел отвлекла радиограмма от Моаны. Я прочитал, угумкнул и вызвал тех, кого я называл мысленно «малым кругом».

– Так, ребята, читайте.

Когда стихли шуршание бумаги и хмыканье, каждый начал обдумывать.

– Хорот, что скажешь?

– Скажу, что налицо сразу два напрашивающихся применения этого пирита. Первое – это изготовление оружия…

Блин, а об этом я и не подумал!

– …типа наших пистолетов и винтовок. На создание конструкции уйдет немало времени, да еще на отработку и выглаживание – помнишь, как я мучился хотя бы с затворной группой? – но через год тот, кому дадут такое в руки, станет опасным. Пусть это будет даже однозарядная винтовка. Да, еще одно. У нас пуля вращается. А они до этого додумаются не сразу. Второе применение – двигатели для корабля. Но это не по моей части. А двигателями для механизмов Хассан вряд ли интересуется.

– Соображения приняты. Тарек?

– Как инструктор по стрелковой подготовке добавлю: само освоение оружия этого типа есть дело не менее месяца. Важно еще и то, что стрелками почти наверное будут не маги, а это значит люди без хорошего образования. До таких все новое доходит медленнее. Я бы больше встревожился не оружием, а возможностью приплыть к нам в гости на корабле с такими двигателями.

– Шахур, твоя очередь.

– Что до судовых движков, то создание их в короткий срок реально. Эффективность будет, понятно, меньше, чем у наших, то есть сам процесс подготовки нужного комплекта кристаллов – скажем, полутора десятков пиритов – займет большее время, чем у нас. Правда, пирит – не редкость. И все равно я бы сначала отработал конструкцию движков и самих кораблей в деталях, а уж потом пускался через Великий океан. Но предусмотреть действия Хассана… сам понимаешь.

– Сколько времени может занять подготовка к плаванию?

– Кхм. Год, я думаю. За летний период можно довести до ума конструкцию и обучить экипаж. Впрочем, если людей брать среди Повелителей моря… хотя даже тогда к управлению кораблем, идущим под кристаллами, надо привыкать. Чес-слово, год.

Я стал анализировать вслух:

– Предположим, такой корабль построят. Океанского класса, без вопросов. То есть в Хатегате… да нет, что это я – в любом порту он будет бросаться в глаза. И выход в море скрыть невозможно. Зато можно другое: направить этот корабль на Юг с учебными целями, заодно и пряностей привезти. Мы-то так и поступили, и наш пример ни для кого не секрет. А направление отследить трудно, если вообще возможно. Держать группу соглядатаев в каждом порту на западном побережье – накладно будет. Дело даже и не в деньгах: есть риск провала.

– Командир, ты как-то упомянул о том, что человек может летать на машинах. Вот тебе средство разведки.

Пришлось еще более напрячь серое вещество:

– Друг, ты сейчас думаешь как офицер. Но тут надо учесть в равной степени чисто военные и экономические соображения. Что до разведывательной деятельности: нереально найти одинокий корабль в океане даже быстрым летательным аппаратом, если не знать наверняка, каким именно маршрутом то судно идет. Здесь придется поверить мне на слово. С экономической точки зрения: требуется такой аппарат построить, и это непросто. Полгода работы – жесткий минимум. Одновременно готовится тот, кто будет его водить. Подумайте еще вот над чем: сначала для отработки конструкции надо построить одноместный – нет, лучше двухместный – аппарат. Потом многоместный (скажем, на три-четыре человека) и вот на нем можно делать трансокеанские полеты. Да и то опасно, правду молвить. И наконец: деньги на воздухоплавание. Их надо раздобыть, а это сделать можно лишь в Маэре. То есть изготавливать товары и там продавать… ну, золото еще возможно, так его добычу наладить надо, то же и по кристаллам… хотя нет, с кристаллами-то проще…

Как всегда при напряженном анализе я начал ходить взад и вперед по помещению.

– Вот что можно сделать. Хорот, ты знаешь ремесленников, и ты, Шахур, тоже. Найдите головастого парня из подмастерьев, предпочтительно тех, которые головой работают не хуже, чем руками, да в счете сильны. Если это будет женщина, я не против. Задание не такое уж хитрое: прикинуть, как у нас будет с продуктами питания на этот год. Имею в виду, какое производство ожидается. Также он должен оценить, пусть и приблизительно, стоимость общественных работ. Заметь: налаживание производства не в счет, а вот данные по перспективам самого производства очень даже нужны. Деньги у нас пока что есть, сами знаете, но очень нужно прикинуть, насколько велика потребность и в них и в товарах на этот год. Вот когда появится большая ясность, тогда и примем решение по авиации. Пока что будем организовывать станцию слежения… хочу сказать, маяк на северном мысу бухты. Ориентир для залетных купцов.

Хорот проявил осторожность:

– Я ведь не знаю, как маяк устроен.

– И не надо. В гильдии мореходов можно купить чертежи. И еще напрячь Сарата: наверняка светоизлучатель магический, так пусть пошарит в библиотеке.

– А ведь нам всем троим не худо бы знать твои ближайшие планы.

– Верно, Тарек. Планы такие: через неделю, не позже, «Альбатрос» пойдет на восток. Я сам на нем, еще Шахур. Старшину заберу у тебя, не взыщи. А ты с Хоротом останешься, у вас и без меня дел по горло. На нас будет зайти в Хатегат, быстренько закупить то, что надо, да еще Сарата захватить и смыться в Фаррет. Есть кое-какая задумка. Да, вот что: если у кого-то имеются просьбы о закупках, пусть подают до того, как мы отчалим.

Право слово, я совершенно не ожидал такого эффекта от продажи светильников. Через три дня ко мне явилась целая делегация: двое подростков и один из моих стрелков-разведчиков. С собой они притащили явно тяжелые сумки.

Разведчик стал докладывать:

– Командир, эти двое уговорили меня сопровождать их на розыск кристаллов. Сказали, что дело для них привычное. Ну, твой приказ помню: ни шагу за пределы поселка без охраны. Вот они и нашли кое-что, а я могу показать на карте.

Карта являла собой очень примерный набросок. Я мельком подумал, что вот точно хорошее применение для авиации: помощь картографированию.

– Сколько они тебе пообещали? Треть? Ну ладно, показывайте.

Образцы посыпались на стол. Так, желвак агата – точнее, то, что от него осталось… а внутри бесцветный кварц. Размеры кристаллов невелики, не более трех сантиметров, зато их много. А это цитрины классического лимонного цвета, их мало, но они побольше, аж до четырех сантиметров. В качестве источников света не подойдут, но другие применения сыщутся. А вот это трехмиллиметровое… даже не сказать что. По остаткам формы можно угадать гранат, но цвет неопределенный. То ли пироп, то ли альмандин. Впрочем, хороший знак. Выходит, гранаты поблизости есть, тут уже мне надо бы пройти на разведку. А это? Форму вообще не видать, темно-серые… э, да они магнитные. Дважды хорошо: кристаллы нам нужны, а еще нужнее железная руда. И на закуску пирит. Обычно он кубический, но эти октаэдры тоже подойдут.

С полчаса мы провели в спорах и уточнениях: где что найдено. На карте появились условные крестики, кубики и кружки. Потом начался торг.

Один из пацанов вообще не получил денег: вся его прибыль ушла на светильник, за которым сборщика отослали к Шахуру. Неслыханную цену (двенадцать сребреников!) я запросил за исключительное качество продукта: означенный светильник с гарантией мог проработать год. Те, что раздали раньше, были куда менее долговечными, да и светили хуже по причине малого размера. Второй подросток и разведчик взяли вознаграждение деньгами.

За время, оставшееся до отъезда, я налаживал товарно-денежные отношения. Иришка покупала молоко и творог для нас всех (для Чука в первую очередь, понятно). Настоящим богатеем вдруг оказался Сугат: его верная Тунда проявила недюжинные способности в ловле кроликов. Хозяин был не в состоянии столько съесть и потому продавал часть добычи. Мне очень хотелось наладить разведение этих зверьков, и маги жизни поддержали идею, но она самым жалостным образом провалилась: у нас просто не было достаточного количества проволоки для создания клеток.

Другая сцена, которую я видеть никак не мог

«Воистину пиво – двигатель прогресса», – именно так подумал Сарат, которого пригласили на пару кружек светлого к толстяку Фарагу. Приглашавшие расщедрились с корыстными целями: проблема этих двух магистров не могла быть решена без превосходного напитка цвета свежей еловой смолы.

Первую кружку оставили без упоминания о делах, если не считать хвалы самому пиву, закуске (соленая сельдь, три сорта, свежайший завоз!), а также трактирщику за неповторимую атмосферу.

И лишь на середине второй кружки пошел серьезный разговор:

– Сарат, дружище, выручай! Тонем без тебя.

– А что такое?

– Помнишь, мы работали над «Вихрем Рухима»?

– Ну, было. Так что у вас сейчас?

– Не можем просчитать устойчивость.

– Если точнее, не можем БЫСТРО просчитать устойчивость.

– Сколько вам выделили на задачу? Полгода? А ну-ка, выкладывайте свои бумаги… так… понятно… то есть зависимость устойчивости от диаметра и от высоты, верно?

– Ага.

– Между прочим, реальная устойчивость зависит еще от рельефа – взаимодействие с потоками земли, сами понимаете – а еще от скорости перемещения. Да, чуть не забыл: учесть влияние природных воздушных потоков…

– Ик!

– Ну, местность я не представляю, тут вам виднее, а вот прикидку по остальным параметрам сделать можно. Но это работа.

Намек был – толще некуда.

– Не сомневайся, Сарат. Тут разговор пойдет не об одном золотом.

– Разговаривать о деньгах буду не с вами, ребята, а с доктором Файером. Он ведь распоряжается кредитами, верно? Работа не такая уж сложная, но!

Оратор многозначительно поднял уже пустую кружку, поскольку поднять палец для привлечения внимания он не мог. Толстяк Фараг превратно понял этот жест и тут же дал знак официанту поднести еще три. Видимо, выпитое пиво резко увеличило рассеянность Сарата, ибо тот даже не глянул на поднос. Впрочем, это не помешало ему взять одну. Особо почтенный подкрепил силы добрым глотком и закончил:

– Сделать вашу задачу можно. За мной чистые цифры. Хотите перевести их в графики – ваша забота, я не вмешиваюсь.

Некоторое время царило молчание, в течение которого уровень пива в кружках сильно понизился.

– Сейчас я занят на другом проекте. Но я вам ничего об этом не говорил.

Магистры истово затрясли головами: дескать, никогда, никому и ни за что.

– Общая теория устойчивости потоков в магии жизни. Так что с вашим делом, полагаю, и в два месяца не уложусь.

Великий теоретик вдумчиво оглядел кружку с внутренней стороны и небрежно добавил:

– Да, еще одно. Высокопочтенный… э-э-э… ну, не важно… хочу сказать, он будет недоволен моим отвлечением на вашу задачу. Вот вам резон болтать поменьше. По той же причине мое имя вылезать не должно. Расчеты сделаны – вот и ладненько. Как и кто – это неинтересно и никого не волнует. Результаты, повторяю, полностью ваши. Хотите – в докторской используйте.

Последовал совершенно легкомысленный взмах десницей. Магистры прониклись, а заодно допили свои кружки. Все дело выглядело насквозь логичным. Эта кристально ясная картина, вероятно, потускнела бы, знай весьма почтенные, что расчет уже готов. По договоренности со мной Сарат его сделал неделю тому назад.

«Дракон» рассекал форштевнем крупную зыбь. Мы направлялись в порт Хатегат. Там нас ожидал Сарат. К сожалению, без него обойтись в Заокеании было нельзя. Впрочем, по моим расчетам, он не должен был задержаться там более чем на две недели. В порту мы собирались высадить изгнанника (путешествие он большей частью провел в канатном ящике), а еще были торговые дела. Моей памяти хватило бы, чтобы запомнить их все, но я был не один, поэтому на свет божий родился предлинный список. Среди пожеланий были совсем уж экзотические, но все же выполнимые, как то: семена конопли (ее предполагалось пустить как на веревки, так и на бумагу); собаки той же породы, что Тунда, причем их требовали как крестьяне, так и солдаты; в список попали также норки, поскольку местные грызуны уже пощелкивали зубами на наши посевы. Кстати, Кири в очередной раз вышла замуж и быстренько подзалетела. В похвалу нашей норочке будь сказано: второй муж был, как и предыдущий, представлен хозяйке. Сам я его не видел, но Иришка так рсхваливала внешние данные зятя, что у меня даже зашевелились ревнивые мысли. Выражения были в стиле: «Ах, какой красавец! Какая у него шубка! Где ты еще видел такой цвет?»

После непродолжительного допроса выяснилось, что мех у будущего папеньки маленьких норочек темно-коричневый. Я простодушно удивился:

– А что тут такого?

Иришка посмотрела на меня, как на Чука, когда тот в очередной попытке поймать бабочку хватал полные ладошки грязи – с примерно такой же снисходительностью:

– Ты не понимаешь. Во-первых, этот цвет – страшно редкий. И потом, он такой красивый…

Я и вправду не понимал, зато крестьяне дали четкую оценку потребному количеству мышеловов. Даже с предполагаемыми норочками (а им еще подрасти надо) дефицит был очевиден.

Но и промышленных товаров было заказано препорядочно. К счастью, денег пока что хватало, а Харир обещал к моему приезду получить большие кварцевые кристаллы.

И еще одна сцена, которую я видеть никак не мог

Академик Тофар-ун ждал этого события с нетерпением, хотя подобное чувство полагалось недостойным для мага такого возраста и ранга.

По уже установившейся традиции, беседа протекала в Голубом зале.

– Дорогая Моана, полагаю, что у вас есть новости.

– Угадали, дорогой Тофар. Профес отправился через Великий океан…

– Ну, это не ново.

– …а по пути его пытался поймать в ловушку Старейший с командой.

Впервые за последние два года Тофар открыто выразил недоверие:

– Вы вполне доверяете вашему источнику, Моана?

Ответная улыбка госпожи кандидата в академики была исполнена уверенности. Ирония и другие сомнительные составляющие в ней не просматривались, конечно.

– О да. Всецело. Дело происходило так…

После непродолжительного рассказа воцарилось молчание. Почтеннейший спешно анализировал.

Судур, несомненно, предпринял это на свой страх и риск, в противном случае ему бы понадобилось письменное разрешение Академии. О таком стало бы известно. Допустим, применялся один из хранившихся в Академии малых кристаллов. Для уничтожения поселка «Глоткой жабы» и вправду достаточно. Впрочем, это можно представить как ремонт уже действующего заклинания.

Что же на этой территории могло случиться? Прямых свидетельств нет, и они не скоро будут: на этот участок нелегко пробраться. Зато есть косвенные. У Тофара был опыт оценки действий Професа: то, чего этому любителю не хватило. И неудивительно, поскольку лучшее досье на этого человека находилось в аналитической группе. Даже Первый имел не все… нет, факты у него почти все были, а вот их анализ – далеко не полный. Чего уж говорить о Старейшем…

Итак, что же там произошло? И какие можно сделать выводы?

Первый по важности, хотя и не самый очевидный: поскольку известно, что «горец» всеми силами бережет своих людей, то если у него была информация о предстоящей атаке (вполне разумное предположение), он успел всех вывезти. Возможно, и оборудование захватил. То есть удар пришелся мимо цели.

Второй вывод – напрашивающийся. До него мог додуматься и Старейший. Ему должно быть известно, что этот человек не прощает покушений на своих. Свидетельств – на целую папку хватит. Отсюда следует, что академик Судур-иг получил врага, но недооценил его возможности – к несчастью для себя.

Третий вывод куда менее очевиден, чем первые два. Из данных, имеющихся по Професу, можно вывести закономерность: он мастер на нестандартные решения. Что отсюда следует? Да то же, что и прежде: не стоит и пробовать как-то вредить ему самому или его людям. Толку не будет, а вот нарваться на ответные действия можно – причем такие, которые предусмотреть нельзя.

Почтеннейший не стал обманывать себя и правильно сделал. Не только военные, но и коммерческие предприятия Професа не поддавались предвидению. А делать зряшную работу академик не любил. Вот почему, анализируя события вокруг «горца» и его команды, Тофар предпочитал работать с фактами, а не с прогнозами.

Видимо, высокопочтенная прочитала что-то на лице у собеседника, поскольку факты тут же и были доведены до сведения:

– Но это не все. Мой командир нацелился на что-то такое в глубине материка и на южном побережье. По его словам, это растения, аналогов которым здесь нет. Добраться туда весьма непросто. Поэтому поселение играет роль опорного пункта. Думаю, раньше следующего года он эти экспедиции не предпримет.

– А как насчет кристаллов?

– Пока что обнаружены кварц и гранаты. Но вы же знаете: если командир говорит, что найденное «не очень-то», то оно такое и есть – по его меркам, конечно. Пока что Профес составляет карту, которую называет «геологической». Как я поняла, на нее нанесены места, перспективные для поиска и кристаллов и разных руд. Поселенцы нужны и для этих изысканий тоже. И вроде бы что-то потенциально ценное обнаружено. Кварц, но кристаллы гораздо лучшего качества. Если повезет, в следующем месяце образцы уже прибудут.

Так вот для чего нужна Заокеания! Настораживает, правда, уверенность Професа в наличии ценностей на этом материке. Не может быть, чтобы она зиждилась лишь на догадках. Что-то известно наверняка, но вот источник этого «чего-то» так и остается в тени.

Двое Высших магов распрощались в дружеских выражениях. Моана удалилась с явным желанием посплетничать с другими членами гильдии, а Тофар остался в Голубом зале.

Почему же только кварцы и гранаты? Ну хорошо, они сравнительно распространенные кристаллы. Но ведь Профес однажды выбросил в продажу шпинель! Это уже первый класс. Правда, только один раз. Приберегает высокоценные кристаллы для себя и своей команды? Да, такое может быть.

Допустим, этот знаток камней открыл месторождение полировочного камня на основе корунда. Уникальное, конечно, поскольку никто и никогда о таком камне не слыхивал. Тогда понятно происхождение и гранатов и шпинели с поверхностью класса «экстра». Однако этим нельзя объяснить мизерное количество кристаллов первого класса, ибо вполне возможна продажа кристаллов этого класса, но сравнительно дешевых. Мелкие бериллы не столь редки, мелкие корунды – также.

Зато гипотеза о естественном происхождении поверхности «экстра» вполне соответствует фактам. Хотя причины редкости соответствующих кристаллов первого класса так и остаются неясными.

Последний вопрос, едва ли не главный. Является ли это поселение угрозой стабильности?

Ответ: безусловно, но не сейчас, а в перспективе. Вряд ли Профес пошел на громадные расходы по его созданию только для того, чтобы найти нечто этакое в Заокеании, привезти это в Маэру и бросить людей на произвол судьбы. Наоборот, это поселение будет потихоньку расти и развиваться. Рано или поздно у них появится университет. И вот тогда опасность станет вполне зримой.

Тофар решил обязательно перепроверить свои выводы у ребят из группы.

Глава 18

Мы шли в Фаррет. Там нас ждали переселенцы, поддавшиеся на агитацию со стороны капитана Дофета.

Но по пути «Альбатрос» обязан был заскочить в Хатегат. С самого начала я задал жесткий срок: стоянка чем короче, тем лучше, и по-любому не более двенадцати часов. Очень уж хотелось уйти от неприятных встреч с представителями гильдии магов. Собственно, в порту нас ждала погрузка закупленных товаров и животных. То и другое брался обеспечить старшина Хагар. Продавать мы ничего не собирались за неимением товаров на продажу. Особым пунктом шла фанера. Я закупил все наличные запасы у Фарада (больше тонны), имея на то причины. Еще одним делом было посещение острова Стархат.

Первым делом, впрочем, было провожание бывшего поселенца на все четыре стороны. Провожающими были я и Хагар. Напутствие являло собой наглядное пособие на тему: «Как говорить кратко».

– Деньги у тебя не отбирали. Хватит добраться до Ржавой Горки и на обзаведение, а пустых домов там хватает. Увидим еще раз в Хатегате – пожалеешь. Вздумаешь какую подлость устроить – дважды пожалеешь. Вон.

Слов прощания мы не дождались. Зато получили пару взглядов, не исполненных любви.

Больше мы этого человека не видели.

Вторым делом была встреча с одноруким рыбаком. Он нашелся весьма быстро. Начали мы с покупки трех бочонков сельди, но наш разговор очень быстро ушел от торговой тематики.

– Что скажешь относительно моего предложения, рыбак?

– Меня зовут Шерхат, моего сына – Ботхар, мою дочь – Митха. Мы согласны. Всё наше в лодке.

Я оценил такую форму согласия.

– Меня зовут Профессор, можешь также звать меня сокращенно Профес или «командир». Сразу поставлю задачу. Мои люди еще не наладили выращивание пшеницы или иного злака в таком количестве, чтобы мы обошлись без рыбы. Ты будешь сам ловить рыбу и учить других. Имею в виду: ты и твоя семья. Как насчет твоей жены?

– Она ушла к Морским Отцам шестнадцать лет тому назад.

Я сопоставил возраст дочки и эту цифру. Похоже, женщина умерла от родов.

– Так как насчет учебы?

– Я не знаю, удастся ли это. Нужно родиться среди Повелителей, чтобы понимать море.

– Значит, тебе придется как следует постараться. Но имей в виду: хотя ты опытный моряк, не вздумай кичиться своими знаниями. Ты будешь наставником. Повторяю: наставником, а не владельцем рабов. И еще запомни: тебе придется изучить наш язык, потому что на наречии Повелителей только я говорю и еще один матрос. Обучишь пять экипажей рыбацких лодок – получишь сверх платы за рыбу щедрую награду.

Радостный визг не зазвучал в тоне голоса однорукого: