Радуга завтрашнего дня Смолл Бертрис

Король сердечно рассмеялся, что в последнее время делал крайне редко.

— Кузен, — объявил он герцогу, — клятвенно обещаю, что если настанет день моего торжества, я дарую титул графа Брей жене твоего брата для ее второго сына. У нее доброе сердечко, и к тому же это великодушие мне ничего не будет стоить.

Теперь настала очередь Чарли смеяться.

— Наш дед сказал почти то же самое, когда наградил Джемми Лесли титулом герцога Гленкирк, — пояснил он. — И прибавил, что, поскольку замок и земли у Лесли уже есть, подобная щедрость обойдется ему даром.

— Голос крови, — кивнул король, вытирая выступившие на глазах слезы. — Ах, Чарли, я давно так не веселился.

Дьявол, дождаться не могу, пока мы вернемся в столицу и будем снова жить как прежде.

— Всему свое время, ваше величество, — отозвался Чарли.

Утром они обнаружили войско Кромвеля у ворот Вустера. Король ожидал врага не раньше полудня, но уже с рассветом все городские ворота, кроме самых маленьких, зорко охранялись. По всему выходило, что Патрик никоим образом не сможет уйти незамеченным. Узнав об этом, герцог долго сыпал проклятиями. Он не желал умирать за этого короля. Ему не терпелось поскорее выбраться на дорогу и ехать на север, к жене.

Граф Дерби, пробравшийся в город накануне вечером, принес печальные новости: его силы в Ланкашире были уничтожены. Местные дворяне не поднялись на помощь королю, а Кромвель, постоянно пополнявший казну за счет налогов, имел денег более чем достаточно, чтобы заплатить любому количеству наемников. У английского же короля не было средств, чтобы вознаградить даже маленькое войско.

Только надежда на возвращение трона, после чего все, верно служившие ему, получат достойное возмещение. Поэтому знать опасалась присоединяться к королю. Неимущие же стекались к Кромвелю, раздававшему золото после каждой битвы.

Силы Кромвеля двинулись на юг и юго-запад, стараясь не дать королю добраться до Лондона. В ответ король приказал подорвать все четыре моста через Северн. Но хотя три удалось уничтожить полностью, четвертый был только поврежден, и солдаты Кромвеля смогли его восстановить. Через день после прибытия лорда-протектора пушки начали обстреливать город. Король велел своим людям держаться под защитой стен, поскольку узкие улочки служили естественным прикрытием.

Он послал три шотландских полка охранять место слияния рек Северн и Тим. Генерал Мидлтон ринулся на врага в дерзкой попытке захватить пушки, но потерпел поражение и потерял много солдат.

Лорд-протектор мог бы атаковать город немедленно, но он был человеком суеверным и выждал до третьего сентября, первой годовщины своей победы при Данбаре, прежде чем поднять войска на штурм. Патрик Лесли, застрявший в Вустере, решил, что ему скорее всего не суждено умереть, потому что было бы слишком невероятным погибнуть в один день с отцом. Или это Господь так изволит шутить над ним?

Утром третьего сентября король поднялся на верхушку огромной квадратной башни собора, спокойно обозревая тридцатитысячное войско Кромвеля, собравшееся у ворот Вустера.

Под ним расстилался город с кривыми и узкими улочками, по обеим сторонам которых теснились средневековые дома. Его армия насчитывала около двенадцати тысяч.

Карл II обреченно вздохнул. Будет поистине чудом, если он выиграет это сражение, а в чудеса он не верил. Все же ему предстояла битва.

Он король Англии и Шотландии. Ему следовало иметь пятьдесят тысяч человек, готовых умереть за него… так почему же надежды не сбылись? Почему никто не сказал ему, что англичане смертельно перепуганы и не окажут поддержки своему монарху? Почему никто не упомянул, что все хотят лишь мира и покоя?

И сейчас, глядя вниз, он предчувствовал, сколько порядочных, ни в чем не повинных людей с обеих сторон умрут сегодня. Знал, что, когда солнце сядет за Молвернские холмы, он по-прежнему останется королем, но только по имени. И скорее всего снова придется бежать, спасая жизнь.

Если он уцелеет.

Король повернулся к своему кузену, единственному, которому позволил подняться вместе с ним.

— Это невозможно, — заметил он.

— Да, — кивнул Чарли.

— Нужен какой-то план, — начал король.

— Когда время настанет, сир, мы пройдем через ворота Клэпс. Генералы Кромвеля уверены, что вы не повернете на север, и поэтому самые маленькие ворота почти не охраняются, чтобы беспрепятственно погнать всех выживших шотландцев к границе, — пояснил Чарли.

— Хм-м-м-м, — задумчиво промычал король.

— В случае неминуемой опасности вам придется бежать, ваше величество, — тихо предупредил герцог, — иного выхода нет.

— Вспомни и ты о своем обещании, Чарли, и возьми брата с собой, — хмыкнул Карл. — Не думаю, чтобы Патрику Лесли так уж хотелось попасть в плен.

— Верно, — улыбнулся Чарли;

Внизу снова началась канонада.

— Пора спускаться, — вздохнул король. — Уходи как можно быстрее. Пусть потом не говорят, что в этот день Кромвелю удалось избавиться сразу от двух Стюартов.

— Пожалуй, уеду-ка я во Францию, кузен, и буду ждать в Париже ваших приказов. Думаю, я смогу добраться туда раньше вас. Кромвель все силы бросит на ваши поиски, сир.

Меня он искать не будет, но я предпочел бы, чтобы бежали вы, а не я.

Они спустились с башни на площадь, где уже ожидали королевские генералы. Двоюродные братья обнялись, пожелали друг другу удачи, и Чарли поспешил в «Лебедь» сообщить брату, что они немедленно уезжают.

— И как, черт побери, нам выбраться из этой передряги? — рассерженно осведомился Патрик. — Оглянись вокруг, посмотри, что творится! Паника! Пожары! Трясущиеся от страха жители!

— Северные ворота почти не охраняются, — спокойно сообщил Чарли. — Мне посоветовали прорываться этой дорогой.

— Вот как?! — заорал Патрик. — Значит, дошло и до этого? Оставляешь короля еще до начала битвы?! Почему же не сообразил, что делать, до того, как мы попали в капкан?

— Ни один Стюарт не должен сегодня умереть, — подчеркнул Чарли. — Подумай, что поднимется, если люди Кромвеля смогут утверждать, что убили Карла Стюарта? Королю будет в сто раз труднее вернуться.

Никто ведь не будет уточнять, какой именно Стюарт погиб.

Значит, ему придется долго доказывать, что он не какой-то — чертов самозванец.

— Твой кузен и его советники могли бы и раньше сообразить, — проворчал Патрик.

— Если мы уйдем, пока бой разгорается у форта Ронял, то сможем вовремя пройти через ворота Клэпс и повернуть на запад.

— Почему это на запад?

— вскинулся Патрик. — Мне нужно на север.

— Туда пойдут войска Кромвеля, когда битва окончится, — возразил Чарли. — А на западе у меня есть друг, который приютит нас, пока не минует худшее. Потом я намереваюсь пробраться в Бристоль и сесть на одно из наших судов, идущее во Францию. Можешь ехать со мной, а уж оттуда вернуться в Шотландию или сразу ехать назад. Но пока мы должны укрыться в безопасном месте.

За окном бушевал бой: дрались уже на самих улицах.

Форт Ройял пал. Генерал Лесли, не вовремя вспомнивший Данбар, был настолько обескуражен, что не оказал достойной поддержки людям короля. Кое-кто из солдат в отчаянии бросал оружие. Король, лишенный опоры, безуспешно пытался собрать своих сторонников. Он храбро бился, заслужив восхищение не только союзников, но и врагов. Но сопротивление было бесполезным: по улицам текли кровавые ручьи и валялись горы трупов. Однако сражение продолжалось, и уже на закате короля убедили бежать через те же ворота, которыми ранее воспользовались Патрик и Чарли. Настала ночь, но резне не было конца войско Кромвеля окружило шотландцев в отчаянной попытке отыскать короля.

Чарли и Патрик оставили Вустер в середине утра, воспользовавшись всеобщим хаосом и смятением. Как и ожидалось, ворота Клэпс, самые маленькие и не имевшие стратегического значения, никто не охранял. Отъехав от города на несколько миль, братья повернули на запад, к Уэльсу.

Шум битвы постепенно стихал, и вскоре вокруг слышалось лишь пение птиц. Чарли, очевидно, знал дорогу, и Патрику оставалось послушно следовать за старшим братом. Наконец, когда солнце уже опускалось за горизонт, они свернули с дороги и медленно поехали по едва протоптанной тропе, прихотливо вившейся среди деревьев.

Тропа привела их к темному каменному дому, на первый взгляд казавшемуся заброшенным. Не успели всадники остановиться, как прогремел выстрел, и Патрик Лесли, выругавшись, схватился за плечо.

— Барбара! — вскрикнул Чарли. — Это мы, и ты только что подстрелила моего брата, черт возьми!

Последовало долгое молчание, прежде чем дверь дома открылась. На крыльцо выбежала женщина и бросилась в объятия герцога Ланди.

— О Господи, Чарли, мне так жаль! — всхлипывала она, целуя его.

Чарли позволил себе вдоволь насладиться поцелуями, прежде чем отстранил льнущую к нему незнакомку.

— Не мешало бы хоть раз подумать, прежде чем сделать, — упрекнул он. — А теперь помоги моему брату добраться до дома, пока я отведу лошадей в конюшню.

Патрик, морщась от боли, с трудом сполз с седла. Женщина обняла его за плечи, велела опереться на нее и повела в дом.

— Который из братьев? — спросила она, дотащив его до гостиной и усаживая в кресло перед камином. — Судя по виду, шотландец?

— Шотландцев трое, — простонал Патрик. — Я самый старший. Патрик Лесли, герцог Гленкирк, к вашим услугам, мадам.

— Мистрис Барбара Карвер, — представилась дама. — Потерпите, пока я снимаю с вас куртку, милорд.

— Вы всегда стреляете в гостей, мадам? — поинтересовался Патрик, мучительно морщась.

— Пуля застряла в плече. Придется ее вытащить, — вместо ответа сообщила Барбара, принимаясь развязывать ворот сорочки.

— Вы и пальцем ко мне не притронетесь, пока мой брат не войдет в эту комнату, — предупредил Патрик.

— И неплохо бы вощить виски, если у вас есть.

Кроме того, вы не ответили на мой вопрос.

— Сами знаете, какие сейчас времена, — мягко напомнила Барбара. — Уже стемнело, и я не разглядела, кто именно подъезжает к дому. Я женщина одинокая, и в доме никого нет, кроме престарелой служанки.

Говоря все это, Барбара шагнула к буфету, налила что-то в оловянную чашечку и протянула Патрику. Тот одним глотком осушил ее и удивленно раскрыл глаза, узнав знакомый вкус.

— Это же виски из Гленкирка! — воскликнул он.

Женщина кивнула:

— Верно. Ваш брат очень его любит, и я всегда держу этот сорт для него.

— А где ваш муж?

— Много лет как мертв. Видите ли, мой отец был зажиточным херефордским торговцем. Я знала вашего брата еще девочкой, так как мой отец поставлял товары в Королевский Молверн и я часто ездила туда с ним. Лорд и леди де Мариско были очень добры ко мне. После кончины отца мать вышла за его старшего приказчика. Отчиму падчерица была не нужна, поэтому он хотел отдать меня в служанки, но разве для этого меня растили! Узнав о моих несчастьях, леди де Мариско устроила мой брак со сквайром Рэндаллом Карвером, бездетным вдовцом гораздо старше меня. Он был очень добр ко мне, но, к несчастью, я так и не родила ему детей, хотя старалась быть хорошей женой. Пожалуйста, позвольте мне смочить вашу рану виски. Хоть и будет щипать, зато не воспалится.

Барбара осторожно разорвала рубашку и осмотрела плечо.

— Хорошо еще, что пуля вошла неглубоко. Что ж, по крайней мере меткий был выстрел!

Патрик невольно рассмеялся. Черт побери, ну и попал он в переплет!

Но тут ему стало не до смеха: Барбара протерла рану тряпочкой, смоченной виски. Патрик охнул и побледнел.

— Ну как, выживет? — спросил Чарли, входя в комнату.

— Нужно вытащить пулю, но он не давал ничего делать, пока ты не придешь.

— Будет дьявольски больно, братец, — жизнерадостно объявил Чарли. — Дай ему побольше виски, Барбара, и за работу. Пуля застряла в плече, но ничего серьезного не задето. Несколько дней пролежишь здесь, на попечении Барбары, ну а потом пора и в путь. Не сомневаюсь, что люди Кромвеля с утра начнут шарить по окрестным лесам, выискивая роялистов.

— А если заявятся сюда? — раздраженно бросил Патрик.

— Я спрячу вас в тайнике священника, милорд, — с улыбкой пообещала Барбара. Патрик только сейчас заметил, какая она хорошенькая.

— Тайник священника?

— Я католичка, милорд, поэтому и остаюсь здесь, в уединении и сравнительной безопасности. В наше время быть католичкой еще хуже, чем принадлежать к англиканской церкви. Сюда редко кто приезжает, кроме приглашенных или тех, кто знает, что их ждет радушный прием.

— И кого же можно ожидать в следующие несколько дней? — сухо поинтересовался Патрик. Эта женщина — настоящая красотка. Интересно, что за отношения у нее с братом? Вряд ли Чарли был неверен своей обожаемой Бесс!

— Пока что мои друзья слишком заняты, гоняясь за вашими, — усмехнулась Барбара, вручая ему уже не чашку, а бокал с виски. — Как только прикончите все, мы начнем, — объявила она. — Как верно сказал Чарли, будет больно, но ничего не попишешь. Чарли, а куда направишься ты?

— Во Францию. Искать прежде всего будут на севере и на востоке. Это даст мне время удрать в Бристоль. В тамошнем порту всегда стоят суда торговой компании О'Малли-Смолл. К тому времени, — как люди Кромвеля повернут на восток и юг, я уже буду на борту корабля. Король отослал меня, когда битва еще не разгорелась. Мы с Патриком сбежали через ворота Клэпс. Собственно говоря, моему братцу вообще нечего было там делать. Он не принял ничью сторону, просто матушка послала его за мной. А мой царственный кузен побоялся, что, если меня убьют, Кромвель объявит о гибели Карла Стюарта и еще больше замутит воды предстоящей реставрации моей семьи, поскольку, хотя сегодня не наш день, это время когда-нибудь настанет.

— Боже, спаси короля, — согласилась Барбара и обернулась к Патрику:

— Допивайте, милорд. Чем скорее я вытащу пулю, тем скорее подам сытный горячий ужин. Моя старая Люси сейчас хлопочет на кухне.

Герцог Гленкирк решительно проглотил виски, обжегшее желудок. На него напала дремота. Глаза закрывались сами собой. Он откинулся на спинку кресла. На душе вдруг стало легко, словно все заботы последних недель куда-то подевались.

Фланна…

Впервые за все это время Патрик осмелился думать о своей прелестной жене. К его возвращению младенец уже родится, и Фланна сможет лечь в супружескую постель…

Улыбка предвкушения озарила его красивое лицо, и как раз в этот момент в плечо ударила острая боль.

— Ад и проклятие! — взвыл он, пытаясь вырваться, избавиться от муки. Но боль не уходила. Открыв глаза, он узрел Барбару Карвер, ковырявшуюся в ране чем-то вроде остро заточенного ножа.

— Выпей еще виски, — велел Чарли, удерживая его в кресле.

— Иисусе! Я рад, что ничего важного не задето, мадам, — пробормотал Патрик, прежде чем потерять сознание.

— Слава небесам! — выдохнула Барбара. — Он так мужественно держится, но проклятая пуля засела глубже, чем я думала. Зато теперь я до нее доберусь.

Она вонзила нож глубже и стала медленно выталкивать круглую головку. Уже через несколько секунд она ловко подцепила пулю двумя пальцами и, вытащив, осмотрела, прежде чем отдать Чарли.

— Сувенир. Отвези матери и расскажи, что сделал для тебя Патрик, бросив дом и семью ради брата.

— Ну уж нет, — со смешком отказался Чарли, но все-таки сунул пулю в карман.

Мистрис Карвер смазала рану целительным бальзамом и забинтовала.

— Боюсь, рана заживет не так скоро, как хотелось бы.

— Куда ты его поместишь? — спросил Чарли.

— В соседнюю с моей спальню. Придется вставать ночью, чтобы взглянуть на рану. Боюсь, как бы плечо не распухло!

Чарли поднял брата — нелегкая задача, учитывая его вес и рост, — и понес наверх, где осторожно снял с Патрика сапоги и укрыл одеялом.

— Спасибо, младший братец, — тихо сказал он, спускаясь вниз по узкой лестнице.

Старая Люси, служанка Барбары, как раз расставляла блюда. Чарли тепло поздоровался с ней и получил в ответ столь же дружелюбное приветствие.

— Ты, должно быть, проголодался, — заметила Барбара. — Садись. Ты давно в Англии?

— Приехал вместе с кузеном, — ответил Чарли, накладывая себе сразу и форели, и говядины.

— А дети?

— На севере, — скупо обронил он. — В безопасности.

— Тебе следовало бы оставаться с ними, пока все не уладится. Почему король не понимает, что народ вовсе не собирается подниматься на его защиту?

— Никто не объяснил, — усмехнулся герцог, — и я даже не уверен, что английские роялисты и шотландские лорды обмениваются посланиями. Все могло бы получиться, если бы шотландцы не настояли на передышке в Вустере. Карл хотел сразу идти на Лондон.

— Слишком рано, — покачала головой Барбара. — Сейчас все смертельно боятся Кромвеля. Со временем, когда мы будем по горло сыты пуританами, тогда…

— А как же выжила ты? — удивился Чарли.

— Пуритане далеко не столь нравственны, какими хотят казаться. Я, разумеется, не распространяюсь насчет своей веры, и, кроме того, местный представитель власти время от времени меня навещает. Я держусь тише воды, ниже травы, поэтому вдову сквайра Рэндалла предпочли оставить в покое.

— А если этот человек сюда нагрянет? — встревожился Чарли.

— Он не солдат и вряд ли участвовал в битве при Вустере, но обязательно отправится туда, чтобы показаться на глаза Кромвелю и поучаствовать в казнях, которых наверняка будет немало. Вряд ли он явится сюда. Думаю увидеть его не раньше чем через несколько недель.

Они мирно поужинали, как в прежние времена, и, не тратя времени на слова, поднялись наверх.

— Позволь мне сначала взглянуть на твоего брата, — прошептала она и, войдя к Патрику, пощупала его лоб. — Небольшой жар, но этого следовало ожидать. Сейчас напою его разбавленным вином.

— Позже, — возразил Чарли, уводя ее в соседнюю спальню, где обнял и стал целовать. Языки их сплелись в неистовом танце. Не отпуская ее, он принялся быстро и ловко расшнуровывать шелковое платье.

Барбара, рассмеявшись, отстранилась.

— А сапоги, милорд? Не хватало еще пачкать мои тонкие простыни!

Она усадила его на стул и, встав на колени, стащила сапоги вместе с чулками.

— Фу! — воскликнула она, наморщив носик. — Интересно, сколько дней ты их не снимал?

— Чересчур долго, — вздохнул он, поднимаясь и притягивая ее к себе.

Скоро одежда Барбары грудой лежала на полу, а сама она, устроившись в кровати, наблюдала, как раздевается Чарли. Не устояв перед искушением подразнить его, она раскрыла пухлые створки своего лона и принялась играть с собой под жарким взглядом янтарных глаз. Острый язычок призывно обводил губы. Но и этого ей показалось мало.

Отняв пальцы, которыми она возбуждала свой крохотный бутончик, Барбара сунула их в рот и принялась сосать.

— Скорее, — торопила она, не скрывая владевшей ею похоти.

Ему следовало поосторожнее обращаться с одеждой, поскольку других вещей у него не было, но Чарли не мог не смотреть на Барбару. Смотреть и ощущать, как растет и вздымается его плоть. Непослушными пальцами он сражался с завязками. Барбара всегда была пылкой и изобретательной любовницей, но сегодня он хотел ее, как никогда раньше.

Наконец он остался обнаженным и немедленно лег рядом. Их губы снова слились в страстном поцелуе. Он наполнил ладони ее великолепными грудями, сжимая упругую и одновременно мягкую плоть, перекатывая большие соски между пальцами.

— Возьми меня, — пробормотала она. — Поиграем позже. Я хочу, чтобы ты вонзился в меня! Сейчас!

Он исполнил ее желание и застонал от невероятного наслаждения, испытанного всего лишь от первого выпада.

— Ах-х-х, Боже, Барбара! — простонал он, проникая все глубже.

— О-о, да! Да, Чарли! — вскрикнула она, сцепив ноги у него на спине. — О, возьми меня! Возьми!

Она сейчас потеряет сознание! Как он хорош! А его копье пронзает ее все с большей силой! Неужели он всегда был так велик или она просто забыла? И сейчас не может им насытиться!

Она подняла бедра, отвечая на каждый толчок своим собственным.

Голова Чарли кружилась. Сколько времени прошло с той ночи, когда он имел женщину?

Он не мог припомнить, и сознание этого потрясало. Он всегда был из тех мужчин, которые обожают постельные игры. Да, у него были и любящая жена, и прекрасная любовница, но и этого казалось мало.

Тепло ее плоти, ее горячие ласки сводили его с ума.

Сейчас он был похож на мальчишку со своей первой женщиной и совершенно не мог с собой совладать.

— Господи, — простонал он, исторгаясь в ее гостеприимное лоно.

— О да! — вырвалось у содрогавшейся в экстазе Барбары.

После, когда они отдыхали, Барбара без обиняков спросила:

— И давно у тебя не было женщины, дорогой Чарли?

— Очень, — признался он со слабой улыбкой.

— Ты изнурил меня, — сказала она улыбаясь. — Надеюсь, в тебе еще осталось сил на вторую схватку. Я тосковала по тебе.

— Может, и не на одну, — хмыкнул Чарли. — Мне тоже не хватало тебя, непочтительная девчонка. Ты столь же неукротима со своим пуританином? Или достаточно прошептать на ухо пару непристойных слов, чтобы удовлетворить его?

Нагнувшись, он поцеловал ее грудь.

— О, у нас забавная игра, — призналась она Чарли. — Я непослушная школьница с похотливыми и непристойными мыслями, в которых и признаюсь ему, после чего меня ждет наказание. Он поднимает мои юбки и шлепает меня по голой попке. Потом быстренько взбирается на меня, после чего спешит домой к жене.

— Проклятие! Милая, он мучит тебя?!

Барбара рассмеялась:

— Нет, разумеется, нет! Плохо ты знаешь меня, Чарли! Я бы ни за что такого не допустила! Просто он чувствует себя таким виноватым из-за шашней со мной, как, впрочем, и с любой женщиной, что не может возбудиться обычным способом. Я пыталась образумить его, но он так нуждается в подобного рода развлечениях, что благодарен за мою готовность потакать ему во всем.

— Ты видишься с ним в деревне?

— Иногда, но при этом едва здороваюсь, поскольку предполагается, что мы почти не знаем друг друга, — пояснила Барбара. — Его жена — настоящая мегера. Может, она и подозревает его в неверности, но ничего не может доказать.

.Он до смерти ее боится, поэтому и появляется не слишком часто. Правда, однажды, когда кто-то в деревне усомнился в моей преданности пуританам, он защитил меня и даже уговорил жену последовать его примеру, обвинив моего врага в том, что тот питает по отношению ко мне непристойные замыслы или зарится на мое небольшое имение. Заявил, что я респектабельная вдова уважаемого человека, которая до сих пор скорбит по усопшему мужу. Представляешь? Я была потрясена его смелостью!

— Очевидно, он любит тебя за доброту и понимание, — заметил герцог, целуя прядь русых волос. — Ты всегда была сама нежность, Барбара.

— Пожалуй, пора напоить твоего брата вином с водой, — прошептала она, поднимаясь и надевая сорочку.

— Скорее возвращайся, — лукаво окликнул он.

Глава 16

Патрик проснулся на рассвете и не сразу понял, где находится. Голова сильно кружилась. Малейшее движение вызывало приступ боли. Он повернул голову. Небо за окном спальни чуть посветлело. Он уже хотел позвать брата, но тут дверь отворилась и вошел Чарли, полностью одетый, налил в кубок разбавленного вина и поднес Патрику.

— Пей. У тебя небольшой жар, что, по словам Барбары, вполне естественно. Но рана чистая и не воспалилась.

Патрик жадно глотал прохладную жидкость. Утолив жажду, он неловко пробормотал:

— Я слышал вас прошлой ночью. Иисусе, Чарли, не знал, что у тебя любовница. Бесс тоже ничего не подозревала, и хорошо, иначе это разбило бы ей сердце.

— Она и в самом деле понятия не имела. Я горячо любил ее, но Иисусе, вспомни, что я Стюарт! Нам одной женщины мало. Мы с Бесс были женаты шесть лет, когда я возобновил знакомство с Барбарой. Бесс ждала ребенка, а Барбара к тому времени уже несколько лет вдовела.

— Поэтому ты спал с ней?

— Я был ее первым любовником. Когда мадам Скай узнала, то едва не убила меня, ибо Барбара считалась девушкой порядочной и росла в респектабельной семье. Но будущий герцог Ланди, по словам мадам Скай, не мог жениться на дочери торговца. Наша прабабка сначала убедилась, что девушка не носит моего ребенка, а потом выдала ее за сквайра Карвера. Я больше не видел ее до первой гражданской войны. Приехал в Вустер, и мы встретились на улице. Разговорились. Я узнал, что муж ее скончался. Как-то зашел в гости и., сам понимаешь…

— Не мог противиться соблазну и не поиметь ее? иронично осведомился Патрик.

— Боюсь, ты прав, — ухмыльнулся Чарли. — Барбара — прелестная штучка и, что еще важнее, хороший друг. То, что она сделала для нас, не оценить никакими деньгами, поскольку, если узнают, что она дала убежище двум роялистам, попросту казнят. Поэтому, братец, я и должен отправляться в Бристоль. Скоро рассветет, и не стоит, чтобы меня видели. Даже здесь, в этой великолепной глуши, никогда не знаешь, кто за тобой следит.

— В таком случае мне тоже следует уехать, — решил Патрик, пытаясь подняться, но лишь бессильно откинулся на подушки. — Черт возьми, Чарли, да я слабее новорожденного котенка!

— Барбара хочет, чтобы ты остался, пока не наберешься сил. Кроме того, ты должен знать, что происходит в округе, прежде чем отправляться на север.

— А ты не должен? — съязвил Патрик.

— Нет. У меня и так достаточно сведений. Вчера король потерпел жестокое поражение. Думаю, однако, что он успел сбежать, поскольку всегда умел вовремя выпутаться из сложных ситуаций, но долго ли он пробудет на свободе — дело другое. Ему понадобится вся хитрость, чтобы ускользнуть от врагов. Люди Кромвеля повсюду его ищут, и наверняка за его голову будет объявлена большая награда. Я должен добраться до Франции, рассказать королеве обо всем, что произошло, и заверить нашу мать, что все мы в полной безопасности. Если меня поймают, приспешники Кромвеля начнут повсюду кричать, что захватили самого Карла Стюарта. И это даже не будет ложью, просто никто не позаботится объяснить, какой именно Стюарт у них в плену, после чего войска короля разбегутся. Представляешь, как трудно будет доказывать королю, что он не самозванец? Поэтому мне нужно спешить. Дай мне руку, младший братец. Не знаю, когда мы увидимся, но увидимся обязательно. Передать матушке привет от тебя?

Патрик кивнул.

— Расскажи ей о Фланне и младенце, — попросил он. — С Богом, Чарли. Попытайся остаться в живых.

— Непременно, — пообещал герцог Ланди и, в последний раз пожав руку брата, направился к двери.

Патрик нетерпеливо смахнул катившиеся по щекам слезы. Не подстрели его эта чертова ведьма, он тоже собрался бы в дорогу. А теперь у него ноет все тело и он так измучен, что едва шевелится.

Веки Патрика устало опустились, и он снова заснул, а когда пробудился, солнце уже садилось за пурпурные холмы, видневшиеся в окне спальни. Сидевшая у камина женщина поднялась.

— Как вы себя чувствуете, Патрик Лесли? — спросила она, кладя руку ему на лоб. — Жара нет. Превосходно! Очевидно, из меня вышел бы прекрасный врач.

Она одарила его сияющей улыбкой, и Патрик снова восхитился ее красотой.

— Мне немного лучше, чем утром, — едва выговорил он. — Чарли действительно уехал, или мне все это приснилось?

— Уехал, — кивнула Барбара. — И сегодня мы больше никого не видели. Однако все еще может измениться, и на этот случай вам следует приготовиться. Лучше всего будет поместить вас в тайник священника. Когда сможете подняться, я вам покажу, где он. И вам не следует выходить из дома, чтобы вас не заметили. Но и это не всегда помогает, поэтому нужно выработать другой план. Если кто-то появится неожиданно и скрыться не будет времени, для всех остальных вы Пэдди, немой конюх, присланный сюда мистером Бекетом, мажордомом Королевского Молверна. Когда герцог распустил слуг и покинул Англию, мистер Бекет пожалел вас и направил сюда, зная, что мне необходим помощник по дому. Только не произносите ни слова, иначе по вашему выговору всякий признает в вас шотландца и никто не поверит, что вы не сражались за короля.

— Постараюсь уехать как можно скорее, — пообещал Патрик. — Вы были очень добры, мистрис Карвер, но я не хочу подвергать опасности доброго друга своего брата, который так великодушно приютил нас.

— Значит, вы не одобряете меня, милорд? — сердечно рассмеялась Барбара. — Мы с Чарли действительно давние друзья, еще с детства. Кем бы я была, если бы бросила вас на произвол судьбы? Вы не можете уехать, пока не заживет плечо и мы не узнаем, что творится сейчас в Англии. А теперь, если вы в силах подняться, можете поужинать со мной внизу. Когда вы в последний раз ели?

— Не помню, — пробормотал Патрик, чувствуя себя не много виноватым. Чем он отплатил за благородство этой женщины? Ханжеским осуждением?

Патрик сел и свесил ноги с кровати. Перед глазами все поплыло, но минуту спустя стало легче. Он медленно встал, проверяя себя на прочность. Плечо чертовски ныло. Но все остальное, кажется, в порядке.

— Люси приготовила говяжью ногу. Даже сюда доносится аромат! Пойдемте. Если почувствуете слабость, я вас поддержу.

Едва передвигая ноги, он спустился с лестницы. Барбара привела его в маленькую столовую и усадила за стол. Старая служанка принесла блюдо с ростбифом. На столе уже лежали масло, хлеб и сыр и стояло блюдо с жареной курицей. Не дожидаясь приказа, служанка наполнила тарелку герцога и приказала есть. Патрик заметил, как хозяйка спрятала улыбку, и принялся уничтожать еду. Когда тарелка опустела, Люси принесла ему миску с яичным кремом и клубничный джем. Патрик с жадностью запустил ложку в десерт. Бокал его тоже не пустовал. Он узнал знаменитое красное вино из семейного французского поместья Аршамбо.

Наконец он почувствовал, что наелся, и довольно вздохнул:

— Старуха — прекрасная кухарка.

— Ее зовут Люси, — сообщила Барбара. — Судя по вашему аппетиту, вы на пути к выздоровлению. Прошу еще раз извинить за то, что стреляла в вас. Я не ожидала гостей, а тем более Чарли. Надеюсь, вы меня простите.

Наверное, это вино размягчило его, иначе откуда бы взялись мысли о том, что он не судья своему брату и Барбаре Карвер? Недаром Чарли утверждает, что он истинный Стюарт, а ведь всякому шотландцу известно, что Стюарты отличаются особой жаждой жизни.

— А вы не могли сначала подождать, пока вас окликнут? — спросил он.

— Времени не было. Я целилась вам в сердце, Патрик Лесли.

— К счастью, вы плохой стрелок, — ухмыльнулся он. — Помоги нам Боже, когда женщина берет в руки оружие. Будь вы моей женой, я давно уже лежал бы в могиле, ибо Фланна разит наповал стрелами из своего лука. Да, я прощаю вас, Барбара Карвер. Вы прекрасно ухаживали за мной и еще лучше кормили.

— Вы совсем не такой, как Чарли, — заметила она.

— Да. Он прирожденный англичанин, я же — истинный шотландец. Наша ма родила пятерых сыновей: двух англичан и трех шотландцев. У меня две сестры-англичанки и одна шотландка, но все мы одна семья и преданы друг другу.

— Наверное, если вы не задумываясь покинули Шотландию, чтобы убедить Чарли оставить короля.

В комнату ворвалась Люси.

— Кто-то едет! — вскричала она. — Нам лучше спрятать гостя, госпожа.

Барбара Карвер поспешно поднялась.

— Пойдемте со мной, Патрик Лесли!

Он последовал за ней в гостиную и с изумлением увидел, как она, подойдя к камину, коснулась дальней стенки, которая немедленно отъехала. Перепрыгнув через пламя, Патрик скрылся в открывшейся нише.

Страницы: «« « ... 1213141516171819 » »»