Джордж и код, который не взломать Хокинг Стивен

Глава четырнадцатая

– Та-дам! – ликующе воскликнула Анни. – Эрбот похищен!

– Осталось только дождаться, пока они заберут его на свою базу, – ответил Джордж, – и тогда мы посмотрим через очки, где он находится!

Сияя, они сняли шлемы и выбрались из скафандров.

– Мы это сделали! Ура! Они схватили нашего робота! – Анни светилась от довольства собой.

– Только дожидаться будем не здесь, а в каком-нибудь безопасном месте, – сказал Джордж.

Он наклонился снять космонавтские ботинки и тут кое-что заметил.

– Анни, – сказал он медленно. – Знаешь, та слизь… то есть тот комок, который прилип к моему ботинку у тебя в кухне…

– И что с ним? – Она не отрываясь смотрела в тёмный экран.

– Он исчез.

– В каком смысле исчез? – спросила Анни, не поднимая взгляда.

– Ну помнишь, у меня вот тут, на ботинке, был какой-то липкий шарик? Который вроде бы двигался? А теперь его нет!

– Ничего себе, – сказала Анни. – Что, если он и вправду был живой? И укатился на комету?

– Мы сказали Космосу, что ищем ингредиенты жизни и что для этого нам и надо в космос! А на самом деле вместо этого мы занесли туда жизнь с Земли… – задумчиво проговорил Джордж.

– Мы?! – Анни развернулась и глянула на него с вызовом.

– Но ведь это же ты ищешь ингредиенты жизни!

– Зато не я стояла в здоровенной луже живой слизи, которая потом уползла в космос, чтобы осесть там и размножиться!

Живот Джорджа, словно в ответ, возмущённо заурчал и забулькал. Это разрядило обстановку: Джордж и Анни покатились со смеху и, перестав пререкаться, принялись собирать и складывать космическое снаряжение. Космос тем временем пребывал в глубоком сне.

– Что будем делать? – тихо спросила Анни.

– Смотреть сквозь очки. Попробуем понять, куда забрали Эрбота. А потом придумаем, как нам пойти по его следу.

– И ещё нам нужно найти себе место для ночлега, – сказала Анни. – Джордж, мне почти страшно.

– Я тоже боялся, – признался Джордж. – А теперь не боюсь. Мне было страшно, когда я пытался представить, что будет, если весь мир погрузится в хаос. Пока я об этом думал, мне было страшнее, чем когда это началось на самом деле… Мы просто должны делать то, что должны, и всё.

– А что мы должны? Выяснить, где сейчас Эрбот, и попросить Космос отправить нас туда?

– Не думаю, – сказал Джордж. – Космос сейчас опасен. Нужно исходить из того, что те, кто взламывает все компьютерные системы Земли, в наш компьютер тоже забрались, потому-то он и ведёт себя так странно. К тому же он полностью разрядился. А впрочем… можно, можно задействовать Космос! Только не этот! За мной, Анни! У меня идея!

Последние слова Джордж говорил, уже спускаясь по верёвочной лестнице. Несколько нижних ступенек он проигнорировал – просто спрыгнул на землю и побежал к дому.

– Осторожней! – шепнул он Анни, услышав хруст под ногой. – Тут разбитое стекло.

Они на цыпочках вошли в кухню и подкрались к люку. Наклонившись над ним, они прислушались. Внизу тихонько разговаривали их мамы.

Джордж свирепо помотал головой: молчи! Но Анни и не собиралась ничего говорить. Она по-кошачьи поползла к входной двери, Джордж – за ней. Дверь была сорвана с петель, так что внутрь пробивалось немножко света – достаточно для того, чтобы они могли отыскать в прихожей свои скейтборды.

– За мной! – повторил Джордж, выглядывая на пустынную тёмную улицу. – Быстрее!

Кататься на скейтборде Анни и Джордж научились год назад, когда подружились с чемпионом по скейтбордингу Винсентом. Он не только научил их азам этого искусства, но и оставил две из своих досок, когда переезжал в Голливуд, – его папа и мама были режиссёрами. Конечно, Джордж и Анни катались не так виртуозно, как Винсент, но вполне сносно.

Однако им никогда прежде не доводилось кататься в полной темноте. Они неуверенно топтались на улице перед домом, нервно сжимая в руках свои доски.

– Куда поедем? – спросила Анни.

– На работу к твоему папе. На математический факультет, – сказал Джордж. – Ты сумеешь проникнуть внутрь?

– Да. Я знаю, как открыть входную дверь. Но что мы там забыли?

– Нам нужен Старый Космос! – объявил Джордж. – Старый компьютер твоего папы. Самый первый суперкомпьютер. Тот, что в подвале математического факультета. Он наша последняя надежда – если, конечно, он работает. Это мы сейчас и выясним. Но как там наш Эрбот? Что он видит, интересно?

– Ой! – Анни хлопнула себя по лбу, нашарила в кармане штанов очки удалённого доступа, надела и, щурясь, принялась наводить резкость посредством взгляда.

– Не-а, ничего, – ответила она. – Но погоди, а это что?

– Что? – Джордж решил, что связь с Эрботом наконец установлена.

– Я отлично вижу всё вокруг, очень ясно, – объявила Анни, – но только мир почему-то сделался ядовито-зелёным!

– Ночное зрение! – догадался Джордж. – В твоих очках можно видеть в темноте!

– Обалдеть, – сказала Анни. – Значит, я могу ехать впереди и показывать тебе дорогу. Тебе будет меня видно?

– Если ты не усвистишь вперёд, то я увижу отражатели на твоих кроссовках, – ответил ей Джордж.

– Тогда покатили!

Анни объехала Джорджа и понеслась, иногда озираясь, чтобы убедиться, что он не отстал. Несколько раз ей приходилось сворачивать в переулки, чтобы не столкнуться с бродившими по городу группами людей. К счастью, благодаря очкам она замечала их раньше, чем они её. В зелёном «ночном» свете эти люди выглядели угрожающе. Они были из тех, кто охотится за чужим добром, и Джорджу с Анни не хотелось стать их добычей.

Проезжая по центральным улицам университетского городка, мимо корпусов с колоннами, арками и ухоженными внутренними двориками, они увидели нечто такое, что ещё вчера не могли бы вообразить. Прямо за воротами одного из самых больших колледжей, на ухоженной лужайке, окружённой зданиями с витражами и башенками, вокруг костра расположилась какая-то компания; казалось, что они готовят объедки, выкопанные из мусорных баков и вываленные на тротуар.

На этот раз Анни решила не сворачивать, иначе пришлось бы делать слишком большой крюк. Она развила самую высокую скорость, на какую была способна, и пролетела мимо них на всех парах. Джордж не отставал. Сидевшие у костра оглянулись, но не проявили намерения броситься в погоню, так что вскоре Джордж и Анни свернули в узенькую улочку под грациозной аркой.

– Отлично! – сказал Джордж. – Никто нами не интересуется…

Однако он поспешил с выводами. Когда они уже подъезжали к работе Эрика, сзади донеслись подозрительные звуки. Когда мчишь на скейте, обернуться – задача не из лёгких, но Джорджу удалось сделать это несколько раз – и…

– За нами погоня! – крикнул он во всю глотку.

Ветер донёс до него голос Анни:

– Кто?

– Какой-то робот! – завопил Джордж. – Похожий на того, с Луны! И он нас уже догоняет!

Робот был ещё довольно далеко, но приближался, как и на Луне, огромными скачками.

– Скорее! – крикнул Джордж, и Анни припустила так, что город вокруг неё стал похож на размытое пятно. Робот, преследовавший их, спотыкался; высокая технология не в силах была преодолеть брусчатку древней улицы.

– Он забуксовал! – сказал Джордж, когда они с Анни затормозили у дверей математического факультета. – Анни, открывай дверь, скорее!

– Как странно! – Тяжело дыша, Анни уставилась на тёмное пустое здание. – Неужто мы ошиблись и он охотится на нас, а не на папу?

– Не озирайся! – настаивал Джордж. – Скорее открывай!

Вглядываясь во тьму, он вновь различил зловещую серебристую фигуру, которая не без труда поднялась с мостовой и двинулась к ним.

Анни изо всех сил припоминала код. Дверь математического факультета закрывалась на кодовый замок: это было металлическое колёсико, выступавшее из старомодной латунной панели.

Джордж молчал, боясь потревожить Анни, нарушить её сосредоточенность. Однако мысленно он выл от отчаяния: робот уже совсем рядом, а они припёрты к двери, и деваться некуда!

Наконец Анни подобрала шифр. Механический замок повернулся, и старинная тяжёлая дверь со скрипом открылась. Они вбежали внутрь, захлопнули её за собой и издали вздох облегчения. В здании было темно, хоть глаз выколи, и, судя по тому, с какой силой заколошматил в дверь робот, они по-прежнему были в большой опасности.

– Старый Космос… – прошептал Джордж.

Очки ночного видения благополучно провели их сквозь тьму к подвалу, где хранился Старый Космос, но дверь в подвал была заперта.

Сверху доносился звон разбитого стекла: робот бил окна первого этажа.

– Как же нам туда попасть? – прошептала Анни.

На двери слабо светился кодовый замок.

– Ты знаешь код? – спросил Джордж.

– М-м-м… придётся угадать… – Она впечатала ряд цифр.

– А как ты будешь угадывать? – спросил Джордж, стараясь не выдать свой страх, чтобы не сбить Анни, иначе они погибли.

– Я попробовала ввести папин день рожденья, – сказала она, – но не получилось. Мамин – тоже нет. А теперь…

Она что-то набрала на клавиатуре – и на этот раз дверь отъехала в сторону, приглашая их войти.

– А это мой день рожденья! – Анни едва не завопила от радости. – Сработало!

Дверь закрылась за ними с приятным слуху щелчком. Может быть, робот и способен её вышибить, но пока, по крайней мере, они выиграли немножко времени.

Внутри их поджидал допотопного вида компьютер, громадный и неуклюжий, занимавший почти весь подвал. Глядя на него, Джордж в очередной раз с восхищением подумал о том, как сильно уменьшились компьютеры всего за пару десятков лет.

– Добро пожаловать, Анни! – Эти слова Космоса появились на старинной рулонной компьютерной бумаге с дырочками по краям. Разговаривать он не умел, так что ему приходилось печатать. – Рад снова тебя видеть.

Что такое компьютер

Математические законы

У Вселенной есть удивительное свойство: в ней всё, от планет до лучей света и звуковых волн, подчиняется математическим законам, и мы можем предсказать её поведение путём математических расчётов.

Вычислительная машина позволяет воспроизвести то же самое в обратном порядке: мы разрабатываем и собираем совокупность элементов, которые будет функционировать согласно математическим законам по нашему выбору. Мы позволяем этой машине вести себя естественно («оперировать»), она производит расчёт и выдаёт нам ответ. Если теоретический план машины, её конструкция и наши измерения достаточно точны, то мы можем рассчитывать, что точным будет и полученный в итоге ответ.

В наши дни мы привыкли к тому, что компьютер можно запрограммировать и он вычислит всё что угодно, если ему хватит памяти и мощности процессора, а сами программы – это такие же данные, как любые другие. Однако чтобы компьютеры стали такими, им понадобилось пройти долгий путь…

Очень древний аналоговый компьютер

Еще во II веке до нашей эры в Греции был сконструирован Антикитерский вычислительный механизм, воспроизводивший обращение Солнца, Луны и планет с помощью вращающихся шестерней. Создатель Антикитеры провел аналогию между небесными телами и бронзовыми шестернями, сцепленными в сложный механизм таким образом, чтобы они точно отражали взаимное расположение этих тел в небе в разные моменты времени. Поскольку Антикитерский механизм основан на аналогии с конкретной физической системой, его можно считать примером аналогового вычислительного устройства. Ещё один пример такого устройства – линейка с выдвижной центральной шкалой для расчёта логарифмов, то есть логарифмическая линейка. Она была изобретена ещё в XVII веке и широко применялась до 1970-х годов, когда появились карманные электронные калькуляторы.

Однако у аналоговых вычислительных устройств есть известные ограничения. Главный их недостаток состоит в том, что аналоговый компьютер может решать с определённой точностью только один тип задач.

Для решения новой задачи может потребоваться другой математический метод, а значит, другая аналогия, другое устройство и другой механизм.

Люди же подходят к решению задач иначе. Человек может, скажем, написать ряд уравнений, а потом шаг за шагом преобразовать их в другие уравнения с помощью математических правил. Это хорошо знают школьники, решающие квадратные уравнения. Для такого подхода к решению задач требовался новый вид вычислительных устройств.

Паровой компьютер!

Появились и другие механические вычислительные устройства: в XVII веке «суммирующая машина» Паскаля была поистине революционным изобретением. А в 1837 году Чарльз Бэббидж придумал «аналитическую вычислительную машину», которая (если бы её удалось построить) стала бы первым программируемым компьютером: программы и данные загружались бы в неё посредством перфокарт, в ней были бы только механические детали, и она могла бы выполнять операции подобно универсальной машине Тьюринга, – однако скорость её работы была бы в сто миллионов раз меньше, чем у современного компьютера! И она приводилась бы в действие паровым двигателем…

От Тьюринга до первых современных компьютеров

Цифровой компьютер – это машина, предназначенная для того, чтобы автоматически следовать алгоритмам – подобно человеку, но гораздо быстрее. На практике это означает ввод целого числа (возможно, очень большого) и получение на выходе другого целого числа.

Почему целые чсла?

Превратить текст в числа легко – например, в Американском стандартном коде для обмена информацией (ASCII) большая буква А обозначается как 65, а маленькая z – как 122. На практике нам удобно иметь дело с дробями, имеющими определённое число знаков после запятой (то есть определённую точность) – например, 99,483. То же самое число можно представить как 0,99483 100 (а 100 – как 10 10, в математической записи – 10). Цифровому компьютеру остаётся только сохранить в памяти целое число 99483 и 2 – показатель степени, в которую нужно возвести число 10 (10).

На самом деле компьютер обычно обрабатывает двоичные цифры (биты), принимающие только значения 0 или 1; и любые данные – числа, текст, рисунки, программы – можно представить (закодировать) в виде целых чисел в двоичной записи и сохранить в памяти компьютера в виде одного большого двоичного числа.

Математические правила, по которым работают цифровые компьютеры, основаны на универсальной машине Тьюринга. Цифровой компьютер принимает программу (список инструкций для конкретной машины Тьюринга, который можно закодировать в виде большого двоичного числа) как часть входных данных и с её помощью выполняет необходимые операции для всех входных данных. То есть «компьютер» в современном понимании – это отдельно взятая машина, способная вычислить всё, что способна вычислить машина Тьюринга, если введена нужная программа и имеется достаточно времени и памяти для её реализации.

Первый компьютер был создан в 1941 году в Германии Конрадом Цузе и назывался Z3. Вместо шестерней в нём использовались телефонные реле – следовательно, он был не просто механическим, а электромеханическим, – а данные в него вводились с помощью перфоленты. Вскоре после этого в 1946 году был изобретён первый электронный цифровой компьютер общего назначения (тьюринг-полный, то есть удовлетворяющий требованию полноты по Тьюрингу) – американский ЭНИАК. Однако внутри него были не платы с микросхемами, как у нынешних машин, а большие электронные лампы. Сам компьютер был огромным: габариты 2,4 0,9 30 метров, площадь 167 квадратных метров!

В 1949 году в Кембриджском университете построили и запустили ещё один ламповый электронный тьюринг-полный компьютер EDSAC – машину для исследовательских целей. В последующие десятилетия электронные устройства неуклонно уменьшались: на смену лампам пришли транзисторы, затем интегральные схемы и микропроцессоры с множеством электронных деталей, нанизанных на кусочки кремния.

Современные компьютеры

Сегодняшний компьютер – это машина, которая, как мы считаем, должна уметь читать и хранить цифровые данные и инструкции, чтобы затем автоматически делать то, что мы от неё захотим, – когда мы нажимаем на клавиши, двигаем мышью или проводим пальцем по сенсорному экрану. Современный компьютер гораздо меньше своих предшественников.

И гораздо быстрее: по мере уменьшения электронных устройств и их деталей скорость компьютеров многократно возросла.

Однако в отличие от машины Тьюринга, придуманной в 1930-е годы, у настоящего компьютера память ограниченная – например, два гигабайта оперативной памяти. И он производит основные операции с очень большой скоростью – скажем, двадцать миллиардов шагов или «операций с плавающей запятой» в секунду. Например, когда мы дважды щёлкаем по иконке графического файла на ноутбуке, то и приложение для просмотра, и сам графический файл считываются с диска в память. Затем процессор применяет инструкции к данным рисунка, чтобы перекодировать их в нужные цветные точки и послать результат на экран, и тогда результат своего запроса мы сможем увидеть быстро.

У современного компьютера, как правило, есть постоянное хранилище (жёсткий диск), благодаря чему компьютер можно выключить, а файлы в нём сохранятся. Часто компьютер бывает связан с другими компьютерами, и обычно его можно подключить к интернету. Во многих семьях сегодня имеется персональный компьютер, а то и не один, не говоря уже о планшетах и смартфонах с доступом к интернету. Новые технологии появляются ежегодно, и, возможно, компьютеры будущего станут выглядеть совершенно иначе.

• Один байт – это единица хранения информации, состоящая из 8 бит. Одного байта достаточно для сохранения в памяти любой буквы алфавита.

• В одном гигабайте 1 073 741 824 байта.

Руководство Джорджа по интернет-безопасности

Ни с кем не делиться личными данными

Когда с кем-то болтаешь в чате или пишешь пост в социальную сеть, не сообщай личных сведений о себе. Личные сведения – это твоё полное имя, электронный адрес, номер телефона, пароли. Если какое-то приложение или какой-то человек в сети запрашивает у тебя какие-либо из этих данных, сначала обязательно посоветуйся с родителями.

Письмо письму рознь

Когда тебе в электронную почту или в чат приходит сообщение с вложением от незнакомого или малознакомого человека, учти: там может скрываться вирус или что-то гадкое. Будь осторожен!

Интернет-знакомства

Личная встреча с человеком, с которым ты познакомился в интернете, может быть очень опасна. Идти на такую встречу можно только с родителями. Помни, виртуальный «френд», сколько бы времени ты с ним ни общался, всё равно остаётся незнакомцем!

«Правда?»

Онлайн-собеседник может оказаться не тем, за кого себя выдаёт, и информация, которую ты находишь в интернете, не всегда бывает верна. Всегда проверяй полученные сведения на других сайтах, в книгах, у специалистов. Если любишь общаться в чатах, лучше делать это только с теми, кого ты знаешь в «реале»: с друзьями и родственниками.

Делись с родными

Рассказывай родителям о том, чем ты занимаешься в интернете и с кем беседуешь. Твоя жизнь в сети не должна быть тайной. Когда выходишь в интернет, старайся находиться в одной комнате с кем-то из взрослых, чтобы иметь возможность в случае чего оперативно посоветоваться.

Не скрывай своих опасений

Если что-то вызывает у тебя страх или беспокойство, если тебя или кого-то из твоих друзей в интернете подвергают травле – непременно расскажи об этом родителям!

Интернет – это, безусловно, самый обширный из открытых источников информации. Именно в интернете можно получить новейшие сведения о космосе, о техническом прогрессе, о научных открытиях. Удачной интернет-охоты – и не забывай об опасностях!

Глава пятнадцатая

В берлоге Старого Космоса было тепло, сухо и почти уютно – по крайней мере в сравнении с тем, что творилось в мире. Тихонько жужжал вентилятор, охлаждая старый компьютер и овевая ветерком комнату, так что воздух в подвале был не затхлый, как можно было ожидать, а свежий. Старый Космос объединял в себе прошлое и будущее: давно устаревшие технологии и геотермальное энергоснабжение. В прошлом году Эрик решил исследовать возобновляемые источники энергии, чтобы обеспечить бесперебойную работу своей компьютерной техники. Он предложил использовать в разных частях университета разные системы энергоснабжения, чтобы в случае аварии не выключилось всё сразу. В нынешней ситуации единственным функционирующим компьютером в здании оставался Старый Космос, получавший энергию прямиком из земного ядра. Лампочки его многочисленных узлов ярко сияли, что было особенно приятно после мрака, царившего во внешнем мире, и после зелёного цвета, в какой окрасили этот мир очки.

– Космос, мир сошёл с ума! Все компьютеры поломались, а по улицам бродят роботы. На тебя никто не нападал? – спросил Джордж. – Маленький Космос взломан – мы думаем, его взломали как раз те, кто устроил весь этот кавардак.

– Ха-ха-ха! – сказал Старый Космос. – Никому и в голову не придёт на меня напасть. Они думают, я древность. Это всё равно что нападать на египетскую пирамиду.

– Но ты же не пирамида? – ласково спросила Анни. – В смысле, не древность?

– Я выдающееся роизведение технической архитектуры. – Слова на бумаге появлялись всё быстрее. – Пусть я обладаю не всеми возможностями современных машин, однако в смысле вычислительной мощности я ещё много чего могу!

– Например, отправить нас в космос? – с надеждой спросил Джордж.

– Я умею открывать портал, – с достоинством ответил Старый Космос, умолчав о том, что эта функция не была встроена в него изначально. – Благодаря одному из моих бывших пользователей…

Анни и Джордж переглянулись. Они знали, о чём и о ком идёт речь. В прошлом году старый учитель Эрика профессор Зузубин тайно воспользовался Старым Космосом в собственных целях. Одна из этих целей состояла в том, чтобы собрать на Большом адронном коллайдере лучших мировых физиков – и взорвать его. Зузубин мечтал остаться единственным учёным на Земле и заставить весь мир поверить в его теории – теории, которые Эрик давным-давно опроверг и показал их никчёмность. Ещё Зузубин пытался использовать Старый Космос как машину времени. Он хотел вернуться в прошлое и отредактировать историю, подделать свои прежние научные прогнозы так, чтобы в настоящем времени выглядеть гением. Однако изменить ход истории Зузубину не удалось: прошлое защитило себя от этого «космического пиратства», а всем учёным, в том числе Эрику, удалось покинуть коллайдер целыми и невредимыми и продолжить работу. Впрочем, в нынешних обстоятельствах те старые происки Зузубина оказались на удивление полезными!..

– Это, наверное, Зузубин научил его создавать портал, – шепнула Джорджу Анни.

– М-да, вот уж не думал, что когда-нибудь скажу Зузубину спасибо! – ответил Джордж, вспоминая седобородого старичка, чья благообразная внешность оказалась такой обманчивой. Сказать, что им двигали корыстные мотивы, было бы слишком мягко – скорее уж опасное безумие, жажда власти и мания величия.

– Но куда именно мы хотим попасть? Мы ведь не знаем, где сейчас Эрбот!

– Космос, – сказала Анни, – мы отправили нашего робота в космос, и у нас есть способ за ним следить: вот эти очки. Мы, правда, пока ещё его не увидели, но надеемся, что уже вот-вот. Скажи, ты можешь подключиться к этим очкам и сказать, куда нам направляться?

– Проще простого, – напечатал Космос. – Подключите устройство к одному из моих портов.

– Порты… порты… порты… – Анни быстро ощупывала переднюю стенку Старого Космоса, напоминавшую громадный отвесный склон, и одновременно выуживала из кармана кабель. – Если бы я была портом, где бы я находилась?

– Здесь! – воскликнул Джордж, указывая на отверстие прямо под экраном.

Анни вставила штекер в отверстие очков, а другой конец кабеля подсоединила к Старому Космосу.

Экран его стал мутно-серым, потом озарился светом. Поначалу на нём виднелись лишь расплывчатые бесцветные тени. Однако Старый Космос с помощью функции «зум» навёл резкость, а потом добавил яркости.

Джордж и Анни уставились на экран, по-прежнему не вполне понимая, что они видят. Угол зрения всё время менялся.

– Посмотри! – сказал Джордж, прищурившись. – Это тот же робот! Тот, что был на Луне и что гнался за нами сейчас… а может, и другой, но точь-в-точь такой же!

Робот на краткий миг появился перед ними на экране – и, кажется, сделал сальто!

– Они в космосе! – поняла Анни. – Потому и выглядят так странно. Эрбот плывёт в невесомости – кажется, он на каком-то космическом корабле. Космос, ты можешь определить, что это за корабль?

Старый Космос на несколько минут призадумался. Он искал источник сигнала, его микросхемы жужжали и пощёлкивали.

– Тысяча сверхновых! – вскрикнула Анни. – Там не один робот, их много!

Глядя глазами Эрбота, они видели теперь, что он находится в похожем на трубу коридоре, вдоль стен которого тянулись провода. Эрбота окружали роботы – такие же, как были на Луне и в Фоксбридже, – и они, кажется, подталкивали его в одном направлении.

– Ничего себе! – сказала Анни. – Можно подумать, Эрбота окружил отряд полиции!

– Но чьи они, эти роботы? – недоумевал Джордж. – Кому принадлежат? Кто-то же собрал на космической станции целую армию роботов!

– Космос, – спросила Анни, – а где всё это происходит?

Ждать ответа пришлось недолго.

– Вы хотите знать, где это находится или как быстро это движется? – Космосу требовались уточнения.

– Конечно, где! – сказала Анни. – Какая нам разница, с какой скоростью оно движется!

– Место дислокации вашего персонального андроида – космическая станция, которая в данный момент находится на орбите планеты Земля.

– Но это не МКС! – воскликнула Анни. Она хорошо знала, как выглядит изнутри Международная космическая станция: командир экипажа каждый день выкладывал в Твиттер обновления с фотографиями, и Анни не пропускала ни одного поста.

Джордж изучал текст на бумаге, выезжавшей из компьютера и волнами ложившейся к его ногам.

– Старый Космос говорит, это частная космическая станция, о ней нет никаких данных. Как будто бы её не существует… но она есть, мы её видим.

– Но как такое может быть? – спросила Анни.

– Возможно, она замаскирована, говорит Космос, – ответил Джордж. – Так, чтоб её не было видно. И у неё могут быть квантовые свойства, позволяющие ей менять местоположение. Поэтому она и перемещается с места на место – сперва Луна, потом комета…

– Ну и мрак, – сказала Анни. – А как Космос считает, это связано с тем, что творится на Земле? Он вообще знает, что творится на Земле?

Космос застрочил ответ с бешеной скоростью:

– Разумеется, знаю! И, пожалуйста, обращайся ко мне напрямую! Говорить о ком-то в третьем лице в его присутствии – это грубо и неприлично.

– Извини, – пролепетала Анни. – Просто всё стало так странно, что забываешь о приличиях.

– Ещё на заре компьютерной эры, – сказал Космос, – мы предупреждали, что опасно связывать всё в единую сеть. Тогда слишком легко всё сразу обрушить.

– Похоже, вам никто не поверил, – сказал Джордж.