Отчаянная помощница для смутьяна Свободина Виктория

— Зачем? — тяжело дышу. Мне уже не хочется останавливаться. Я меня крышу совсем снесло. Обвила шефа ногами и обняла за шею. Хочу своего босса. Еще ближе, еще глубже… сильнее. Но босс медлит, хотя и не перестает двигаться, а с каким наслаждением Андрей приник к моей груди, целуя. Я улетаю.

— У меня там контрацептивы, — уже тоже с трудом произносит мой начальник. — Или я сбегаю. Подождешь?.. Какая же ты вкусная, — Андрей схватил меня за зад посильнее и… вопреки своим же словам, стал двигаться все быстрее и быстрее во мне, с неустанной энергией и силой вколачивая своего дружка в меня.

— Андре-е-ей, — занервничала уже я, только нормально нервничать уже не получается. Меня уносит. Да…

Ох. Меня накрыла волна ощущений. Что это? Такого удовольствия я с мужем никогда не испытывала, он у меня был первым и единственным мужчиной и…никогда.

Плаваю в нирване. Полностью дезориентирована. Старательно запоминаю новые необычные ощущения, а то вдруг такого у меня больше никогда не повторится.

Радов, делает последние сильные толчки, замирает… и довольный жизнью наваливается на меня сверху, устраивает мою голову у себя на плече и обнимает.

— Сейчас отдохнем немного и снова повторим. Уже нормально и с чувством, с толком, с расстановкой. Я просто взорвался. Давно никого не было. Ха, если мы сейчас тройню не заделали, я очень удивлюсь.

Мигом выплыла из сладкой неги. Дернулась собираясь вырваться. Накрыло осознание всего, что сейчас произошло. И… шеф, со всем своим шикарным телом почти одет остался — вон, и рубашка на месте, полностью застегнутая, а совершенно голая! И уже возможно немного беременная. Что за подстава?

— Эй, ты куда? — шеф вернул меня на место.

— Домой.

— Куда это домой? Ты и так дома.

— К родителям.

— С чего вдруг? Я вообще-то тебя никуда отпускать не собираюсь.

У меня паника.

— Вдруг я беременна? Зачем вы это сделали?

— Давно, кстати, можно уже на ты, — шеф совершенно спокоен, с задумчивым видом дотронулся до одной моей груди, обхватил рукой, приподнял… — большая какая, — с просто жутким довольством в голосе произнес мой пошлый шеф и потянулся к объекту измерений. Босс взял в рот кнчик груди и с явным наслаждением стал посасывать, легонечко прикусывая. Я вздрогнула, крепко вцепившись в плечи Андрея. Да что же такое. В низу живота у меня все сладко сжалось лишь от этой простой ласки. — А уж когда молоко придет, еще больше станет. Всем троим точно хватит, — весело прошептал мужчина, когда оторвался от груди.

Что?! Стукнула шефа по плечу и уже активно стала выбираться из его объятий.

— Ксю… ну Ксюша. Спокойно. Я шучу. Ты же у меня хорошая девочка. Лежи смирно, дядя Радов что-то снова сильно возбудился, а твои трепыхания вызывают охотничий инстинкт. Сейчас ведь опять незащищенный секс случится.

— Вот еще. Только попробуйте.

— И что, если попробую? — широко улыбается начальник, прижимая меня к себе все крепче, крепче и крепче. Вот уже и вновь чувствую восставшее достоинство Андрея у себя практически между ног.

— С мужем не разведусь, — брякнула первое, что пришло в голову. Ха, и возможных детей на мужа запишу. Месть два в одном. Я тоже, шучу, конечно, так делать не собираюсь. И вообще заводить детей пока все-таки не собираюсь, тем более, во множественном числе.

— Только попробуй, — угрожающе повторил Радов мои же слова. — Тогда быстро вдовой станешь. Я привык все радикально решать.

— Я заметила. Вы не ответили. Зачем вы это сделали? — ерзаю, пытаясь отодвинуться подальше от воинственно настроенного шефа… во всех местах настроенного.

— Если ко мне на «ты» начнешь обращаться, отвечу.

— Хорошо, — ощущаю себя очень скованно. Ни за чтобы не подумала еще час назад, что, вдруг пересплю сегодня с шефом. Взглядом нашла свое платье на спинке дивана. Стянула одежду вниз, прикрыв себе грудь, что предположительно будет кормить минимум троих Радовских наследников. Мне бы ванну…

Шеф платье у меня из рук вырвал и закинул далеко-далеко.

— Мне так больше нравися, — пояснил свою позицию босс. — Я еще не все рассмотрел. Что касаемо, зачем и почему. Ты сладкая, нежная, страстная. Так стонала. Я не сдержался, это раз. Ты мне нравишься, дети — цветы жизни, я не против, если они вдруг они у нас появятся, лучше с тобой, чем с кем-то другим, это два. И три — мне как-то звонил отец, сказал, что твою кандидатуру, на тот случай, если ты и правда окажешься беременной, одобряет, правда я не понял, с чего вдруг. Возможно, отец захотел срочно внуков, и решил, что дать мне выбор — либо нежелательная мне женитьба на Лене, либо внуки ему.

— Да… и ты решил, что лучше сделать мне ребенка, чтобы решить свою проблему? — вот теперь я окончательно обиделась. И вообще, я сейчас голая и уязвимая.

— Нет. Я решил, что нечего тебя лапать каким-то левым мужикам, а дальше все как-то само собой получилось. Я это решил, еще, когда мы с Лехой зашли на кухню, а ты там полураздетая на шесте, и коса так заманчиво колышется… и не только коса.

В общем, решить то решил, а как вам с Лешей об этом деликатно сказать, так и не придумал. Деликатность — это вообще не мое. Я еще пытался сдерживаться за столом, а потом подумал, что…

— «Хватит это терпеть». Я слышала.

— Ага.

— И что дальше?

— А дальше нас ждет долгая, умопомрачительная ночь и…

— Мне нужно в аптеку.

— Зачем это?

— Таблетки покупать. И в душ бы еще перед этим зайти.

Сбрасываю с себя руку и ногу Радова, которые шеф уже успел на меня закинуть.

— Я с тобой.

— В аптеку?

— И в душ.

Шеф шустро вскакивает с дивана, подхватывает на руки и… несет в свою личную ванну.

— Я против совместных купаний, — на всякий случай говорю я.

— А я очень даже не против.

— Андрей.

— Ксюша.

— Андрей!

Вместо ответа мужчина меня поцеловал. Ну… ладно. Совместный душ это тоже интересно.

Личный Радовский душ мне очень нравится. Ну… когда шефа не было, я как-то проникала в его душевую. Нет, не мылась, просто поглядеть, что и как. Это практически отдельная комнатка, выложенная мраморной плиткой, со стеклянной дверцей в качестве входа в рай с тропическим дождем, обеспечивающимся за счет специальных душевых насадок, вмонтированных в потолок и стены.

Босс поставил меня в центре душа, быстро разделся сам и включил душ на полную мощность. Струи воды хлынули на нас почти со всех сторон. Ощущения… жутко приятные.

— Здорово, да? По утрам, если нужно срочно взбодрится или перестать думать о своей соседке и партнерше по спаррингу, я его также включаю. Только вода ледяная.

Шеф обнял меня крепко и… все. Стоим, молчим, наслаждаемся. Вода массирует, греет, снимает напряжение. Сейчас мне тепло не только снаружи, но и где-то внутри. А сердце бьется так быстро-быстро.

Несмело обняла своего босса в ответ. Что я делаю, что делаю? Хотя у меня с шефом уже все было, дружка видела в деле. Могу и обнять.

Андрей дернулся, что-то сделал, и в душе заиграла музыка. Вот это уже совсем запрещенный прием. Песню узнала сразу. Это “Love Me Tender”, та композиция, что исполнял когда-то Радов в караоке. Это… это просто…

— Потанцуем? — предложил Андрей.

Танец медленный и очень чувственный, при этом совершенно простой — мы двигаемся по кругу в такт музыке. Ладони Андрея скользят по моей спине.

— Ты очень сексуальная, Ксюш, — шепчет мне на ухо Андрей. — Хочу тебя. Сейчас.

Я оказываюсь прижата к влажной теплой стене. Радов опускается передо мной на колени, берет за бедра, целует живот… что-то беззвучно шепчет мне в пупок и прокладывает дорожку поцелуев вниз, губы босса дотрагиваются до моей… подружки.

Все. Мой нервный смех портит момент.

— Что? — удивленно интересуется Радов, поднимаю голову.

— Если у тебя дружок, то у меня кто? Подружка ведь, да?

Хохочу в голос. Истерически. Блин, сейчас шеф подумает, что у меня крыша поехала. Хотя… да, едет.

— Шеф… — не могу говорить, смех мешает, но попытаюсь. Отдельными словами. — А… как думаете… думаешь… наши… друзья, сдружаться?

Босс вздохнул, встал и взял гель для душа.

— Уже подружились, Ксюш. И еще не раз дружить и общаться будут, — босс активно намыливает тело, только не свое, а мое, почему-то.

— Андрей, а можно я сама помоюсь? — прикрываю грудь руками и… втягиваю в себя живот. Шефу ничего не надо втягивать, у него кубики.

Руки мне развели. Музыку шеф выключил. Я даже смеяться перестала.

— Почему? Я хочу тебя трогать, любоваться тобой.

— Да чем там любоваться?

Радов с недоумением на меня смотрит.

— Как это чем?

ГЛАВА 22

Андрей берет меня за руку и заставляет меня покрутиться из стороны в сторону. Мой живот все еще втянут. Свободной рукой перекинула мокрую косу себе на грудь. Плохое, конечно, прикрытие.

— Сколько ты сейчас весишь, Ксюш?

— Много.

— Ну сколько?

— Семьдесят два килограмма, — краснея, призналась я.

— Ну и отлично. Больше и не надо сбрасывать, а то еще попа пропадет. Лично меня все устраивает. Спортом, конечно, будем заниматься, это полезно, но голодать не надо. Ксюша, ты посмотри на себя. Ты же у меня красавица, — Андрей открыл дверцу душа и взял два полотенца — одно для себя, другое для меня, быстро вытер свое тело… и заодно мое.

Стою, как безвольная кукла, позволяя шефу делать со мной все, что ему заблагорассудится. Правда, в своё полотенце вцепилась, как в спасательный круг. Вот оно, прикрытие.

Босс выдрал полотенце из моих рук и подвел к большому зеркалу, удивительным образом еще не запотевшее.

— Смотри.

Зеркало отражает меня и Радова. Голых.

Мужчина встает сзади и обхватывает руками мою грудь, чуть ее приподнимая и с явным удовольствием мнет молочного цвета полушария, бесстыдно теребит розовые соски. Вновь неудержимо краснею.

— Когда мы бегаем в парке, я очень жалею, что у меня нет ружья, — признался Андрей. — Чтобы отстреливать всех мужиков, что на тебя пялятся. Ксюш, у тебя есть все, что нужно. Шикарная грудь, попа, волосы, длинные ноги. Мне нравится твое лицо, губы, голубые глаза. Про волосы надо говорить, или сама догадаешься?

Мне в попу недвусмысленно упирается член Андрея.

— Ну вот. Еще какие-то сомнения в том, что у тебя есть, чем любоваться, остались? — босс толкает меня вперед, прижимая к зеркалу.

— Ай, — Андрей вошел в меня резко и неожиданно. — Андрей!

— Да, Ксюш? Ты такая горячая, влажная. Удержаться невозможно, — Радов смотрит на меня через зеркало. В глазах мужчины пылает огонь, и от этого огня я сама начинаю плавиться. Босс обхватывает мои бедра и начинает двигаться. Сначала медленно, но темп постепенно ускоряется.

Зажмурилась. Возле зеркала мне этим еще никогда не приходилось заниматься. Это смущает, и в то же время очень возбуждает.

Андрей действует уверенно и напористо, умело доводя себя и меня до пика. Мне до сих пор не верится в происходящее. Я и мой босс. Подумать только.

— Да, Ксюша, да, — Андрей берет меня за косу и тянет ее вниз, отчего я закидываю голову, и Радов целует меня в шею.

На меня вновь, как и от первой близости с Андреем, нахлынул водоворот ощущений.

Вслед за мной, хрипло, тяжело дыша завершает и Радов. Какое-то время стоим, замерев, возле зеркала.

— Какая ты страстная, — вдруг произносит шеф. — Твое тело так чутко реагирует на любую мою ласку.

Босс проводит костяшками пальцев по моей шее, спускается вниз, обводя грудь, чем вызывает толпы мурашек по моему телу, затем спускается еще ниже и еще… уже сама, крепко прижимаюсь к Радову и откидываю голову ему на плечо. Я чувствую, что Андрей еще во мне. Наслаждение невероятное.

— Потрясающе, — комментирует Радов и целует меня в плечо.

Запоздало понимаю, что до спальни мы опять не дошли.

Из ванны мы с шефом вышли уставшие, но довольные.

Кушать хочется жутко после всего, но поздно вечером перекусы устраивать нельзя. Только водичку пить остается.

— Чай будешь? — лениво так интересуется шеф.

— Нет, — еле переставляя ногами иду в свою комнату. Покрепче затягиваю пояс длинного мужского халата, который стянула у босса в душе.

— Ты куда? — спрашивает Андрей.

— К себе.

— Зачем?

— Одеваться.

— А смысл? Все равно скоро снова раздеваться.

— Я в аптеку.

Радов что-то пробормотал себе под нос. Кажется, это что-то нецензурное. А еще, кажется, были слова упрямая, упорная, выносливая…

Полностью одевшись, вышла в гостиную, где оказался не менее одетый улыбающийся шеф, поигрывающий связкой ключей от квартиры.

— Ну, пойдем что ли.

Ближайшая аптека в соседнем доме, до нее мы с шефом дошли за минуту, вот только она оказалась закрыта.

— Я знаю, где тут круглосуточная аптека, Отсюда минут пятнадцать пешком. Пойдем туда? — беспечно интересуется Радов.

— Да.

Неспешно бредем по набережной. Босс ведет нас по одному ему известному маршруту. Радов взял меня за руку и переплел наши пальцы.

Мне так хорошо сейчас, спокойно, в душе словно разливается приятное тепло, грозя разрастись до немыслимых масштабов. Хочется широко улыбаться и танцевать. Вечер замечательный, такой спокойный. Погода теплая. Все вокруг кажется таким волшебным и романтичным… или я попросту влюбилась.

— Андрей.

— Да, Ксюш? — босс идет прямо, вот только смотрит на небо и улыбается… широко.

— Ты это серьезно по поводу детей?

— Почему нет? Я уже не юнец, чтобы бояться заводить семью.

— Почему со мной?

Радов перестал созерцать небо, повернув голову ко мне.

— На этот вопрос я отвечу тебе позже. Хорошо?

— Почему не сейчас?

— Пока не готов. Вон, смотри, твоя аптека.

Мужчина перевел нас через дорогу и завел в здание — Ну, бери, что тебе нужно скорее. Я, кстати, намерен сегодня все-таки досмотреть фильм, а после вновь заняться кое-чем интересным. Предлагаю нарушить опять твою диету и купить мороженое. Как ты на это смотришь? Можешь не волноваться, я позабочусь, чтобы набранные калории ты быстро сожгла и… отнюдь не пробежку в этот раз.

Мне сейчас как-то не до мороженого.

— Может, вы нужные таблетки купите? — спрашиваю нервно. Мне отчего-то стыдно.

— А мне они зачем? Нет уж, ты хотела, так что давай сама, — шеф сует мне в руку крупную купюру.

Встаю в небольшую очередь. Передо мной лишь один мужчина покупает лекарства. И тут за мной пристраивается еще какая-то женщина, вот блин.

— Что вам? — интересуется аптекарь, когда подходит моя очередь. Понимаю всю глубину подставы начальника. Как спросить? Что именно в таких случаях берут.

Надо было хотя бы в интернете прочитать информацию, пока шли, а я в романтику с головой ушла.

— Мне… средство, для прерывания возможной беременности, — промямлила я.

Чувствую, что мое лицо пылает.

— Простите, я вас не расслышала.

Щелкнула входная дверь, и за женщиной в очередь встал молодой мужчина.

Собираю волю в кулак, произношу четко:

— Мне средство для прерывания возможной беременности на ранней стадии.

— Какое?

— А какие у вас имеются?

— У вас есть рецепт?

— Нет.

— Подобные средства обычно подбираются индивидуально. И, как правило, по рекомендации врача.

— А без рекомендации можно что-то взять? Универсальное.

— Не советую.

Вот же, блин. Вышла из очереди, провожаемая любопытными взглядами покупателей. Скорее отсюда.

— Ну что, купила? — Радов ждал меня возле аптеки.

— Нет.

— Что так?

— Порекомендовали сначала с врачом проконсультироваться по поводу таблеток.

— Врачи уже сейчас вряд ли работают. Только завтра уже теперь.

— Нет, — выдохнула я.

— Что, нет?

— Не пойду к врачу.

— Да? Почему?

— В конце концов, я не против детей, и я тоже в том возрасте, когда надо бы уже заводить детей.

— Ты серьезно? — шеф очень удивился и вместе с тем обрадовался.

— Вполне, — Радов обнял меня и закружил.

Нет, не быть мне романтической личностью. Во-первых, сейчас, когда прошел шок, вспомнила, что скоро у меня месячные должны начаться, так что дни не опасные в плане возможной беременности, во-вторых, я и правда не против детей, в третьих, если они вдруг и появятся, то… генетика у них будет хорошая, ведь папочка у них будет просто красавец, в-четвертых, даже если у нас с боссом не сложится, в нем, и в том, что детей своих он не бросит и будет полностью обеспечивать, я уверена.

Так что, и боссу приятно, и мне, а главное, никаких таблеток.

На обратном пути шеф попросив меня немного его подождать, заглянул в супермаркет, а вышел оттуда, держа в руке два больших вафельных рожка с мороженым, а в другой большой букет роз нежного розового цвета.

— Это тебе, — мне вручили цветы и рожок с мороженым.

Как же приятно. Повисла у Андрея на шее. Мне уже улыбаться больно, поскольку улыбка не сходит с лица.

— Спасибо, — поцеловала шефа в щеку, Андрею же это было мало, мужчина дотянулся до моих губ и поцеловал очень страстно и жадно.

Стоим на улице и долго целуемся, как какие-нибудь подростки.

Все-таки здорово, что муж мне изменил, иначе бы вряд ли стала работать у Радова, столько всего бы и за всю оставшуюся жизнь не испробовала, а главное, никогда бы не почувствовала вот такие, настоящие сильные эмоции, когда в дрожь бросает лишь от одного мужского прикосновения, когда коленки подкашиваются, в животе порхают бабочки, а душа стремится воспарить в небеса.

Болтая о всякой ерунде и неспешно поедая вкусное мороженое, дошли до дома.

Первым делом мы посетили, наконец, спальню Андрея. По просьбе босса, под его жадным взглядом я распустила косу и полностью разделась. Шеф, не отрывая от меня завороженного взгляда, уложил на кровать, расправил волос так, что они словно разметались по постели, полюбовался на это дело и… навалился на меня сверху, принявшись жадно целовать и ласкать мое тело, не давая проявить инициативу самой. Мне оставалось только тихо стонать и плавиться от прикосновений Андрея.

— Какой же он дурак… — не понимаю, шепчет ли это босс, или мне кажется — я уже в том состоянии, когда реальность находится где-то за гранью. Шеф невероятно меня распалил и завел. Андрей проникает в меня. Ощущения такие сладкие, порочные и вместе с тем долгожданные. С готовностью поддаюсь на встречу. — И я тоже дурак. Зачем так долго было терпеть?

Ранее утро. Где-то звонит мой будильник, установленный на телефоне. У меня нет сил на то чтобы открыть глаза и пошевелиться. Нахлынули воспоминания. Такая горячая ночь. Начальник, оказывается, мне достался страстный, неутомимый и с фантазией. Узнала для себя много нового и интересного. Мне кажется, за эту ночь я должна сразу килограмм десять сбросить.

— Ксюша, выключи уже наконец, свой будильник, — раздается сбоку от меня сонный приказ начальника. — Мы на работу сегодня не идем.

Честно пытаюсь разлепить глаза и, чтобы встать, стараюсь сбросить с себя тяжелую руку ногу босса, которые те на меня взвалил. Получается плохо.

— Ладно, лежи, я сам.

— Телефон, кажется, в сумке, а сумка на полу, — лениво поясняю я.

Шевеление на кровати, быстрые звуки шагов, и вскоре будильник перестает пиликать.

На какое-то время установилась мертвая тишина, уже начала вновь засыпать, когда услышала тихие смешки Андрея.

Открываю глаза. Радов роется в моем телефоне.

— Ксюш, а это когда ты меня голым сфоткать успела?

Сон пропал тут же, его вспугнул ужас. Резко села, широко распахнув глаза. Так и есть. Радов с моим телефоном.

— Андрей, отдай! — сделала рывок, попытавшись схватить свой гаджет, но шеф вовремя убрал руку с телефоном, а свободной рукой уложил меня вновь на кровать, и там зафиксировал. Вырываюсь, как могу. — Андрей!

— Ксюш, да у тебя целая коллекция моих фоток и видео.

Заиграла знакомая мелодия и голос.

— О, а это из караоке, когда я выступал, — звук прервался. — Так… а Лехиной записи тут нет и фотографий его тоже. Тут только мои фотки и Себастьяна.

Запоздало понимаю, что на папку с фотографиями надо было хотя бы пароль ставить.

Спряталась под одеялом. Вот позор то.

— Знаешь, Ксюш, у меня далекое чувство. Я в шоке, но все равно очень приятно. Признайся. Ты в меня влюблена. И уже очень давно судя по тому, когда сделано первое фото.

— Нет. Просто ты фотогеничный, вот и все. Я получала эстетическое чувство наслаждения от красивых фотографий.

— И видео?

— Да.

— То есть, ты в меня ни капельки не влюблена?

— Нет.

— Даже сейчас? — с моей головы стянули одеяло

— Ну… — к такому вопросу я оказалась не готова.

— Так влюблена или нет?

— А ты? — надо переводить стрелки.

— Я — очень даже, — слышу щелчок, словно у фотоаппарата, оглядываюсь. Андрей держит в руках уже свой телефон, наведенный на меня.

— Ты что делаешь?

— Я тоже хочу большую коллекцию твоих фотографий. Желательно в голом виде. А то совещания, порой, такие долгие и скучные, будет, чем себя порадовать.

— Андрей, — укоризненно произношу я, вновь натягивая на себя одеяло. Я точно не фотогеничннач, к тому же со сна, неумытая и нечесаная. Так. Стоп. Шеф сказал, что влюблен в меня?! Сердце екнуло и забилось чаще.

Мне под одеяло просунулась рука босса, с зажатым в пальцах телефоном.

— Смотри, я тоже тебя фотографировал.