На острове Гарвис-Грейвс Трейси

Глава 56 – Ти-Джей

– Мне же необязательно надевать галстук, правда?

Я нарядился в брюки защитного цвета и белую рубашку на пуговицах. На кровати лежала темно-синяя спортивная куртка. Мы собирались на ужин со Стефани и ее мужем Робом, и я выглядел более парадно, чем намеревался.

– Наверное, все же стоит, – сказала Анна, входя в спальню.

– А он у меня вообще есть?

– Я купила один, когда Стефани предупредила, куда они хотят пойти. – Анна открыла свой шкаф, вытащила оттуда галстук и помогла мне завязать его.

– Даже не помню, когда в последний раз носил эту удавку, – проворчал я, слегка ослабляя узел. Я уже познакомился со Стефани и Робом неделю назад, когда мы ходили к ним в гости. Они мне понравились. С ними было приятно общаться, и поэтому, когда Анна сообщила, что ее друзья приглашают нас на ужин в ресторан, я с радостью согласился.

– Буду готова через минуту. Еще не до конца решила, что надеть.

Она стояла перед шкафом в лифчике и трусиках, а я вытянулся на кровати, наслаждаясь открывшимся видом.

– Вроде ты утверждала, что в стрингах неудобно.

– Так и есть. Но, боюсь, сегодня без них не обойтись. – Анна вытащила из шкафа платье.

– Вот это? – спросила она, прикладывая к груди длинное черное платье без рукавов.

– Симпатичное.

– Или вот это? – Второе было темно-синим, коротким, с длинными рукавами и низким вырезом.

– Сексуальное.

– Значит, с выбором мы определились, – утвердила Анна и надела второе платье. Оно обтянуло ее в облипочку. Туфли на шпильках идеально подошли к платью.

Прежде я ни разу не видел ее такой нарядной. Обычно она носила джинсы – в основном «ливайсы» – с футболкой или свитером. Иногда надевала юбки, но никогда не наряжалась. Сейчас, когда Анна набрала вес, ее грудь заметно увеличилась, да еще бюстгальтер добавил дополнительный объем. Открывшееся в глубоком декольте зрелище вызвало у меня желание немедленно увидеть все остальное.

Анна собрала волосы в узел на затылке и вдела в уши висячие серьги вроде тех, из которых я мастерил рыболовные крючки на острове. Накрасила губы красной помадой. Я глянул на блестящие алые губы и захотел поцеловать ее.

– Потрясающе выглядишь.

Анна улыбнулась:

– Правда?

– А то. – Она выглядела шикарно. Красиво. Как уверенная в себе женщина.

– Пойдем? – позвала она.

Я был моложе любого из посетителей ресторана лет на десять, а то и на двадцать. Мы пришли на несколько минут раньше и последовали за Робом и Стефани дожидаться столика в тускло освещенный бар. Когда Анна проходила мимо, многие мужчины поворачивали головы.

Стефани заговорила с каким-то парнем. Мы с Робом собирались пробиться сквозь толпу, чтобы заказать какие-нибудь напитки, когда к нам подошла женщина со стопкой меню.

– Ваш столик готов, – обрадовала она.

Стефани никак не могла расстаться со своим собеседником. Тот был в костюме, но уже ослабил галстук и расстегнул две верхних пуговицы на рубашке. В руке он держал стакан чего-то вроде виски. Мужчина был один, и я подумал, что он, наверно, зашел сюда после работы.

– Почему бы тебе не присоединиться к нам за ужином? – предложила незнакомцу Стефани. – Вы не возражаете? – обратилась она к нам.

– Нисколько, – ответила Анна.

Я пожал плечами:

– Мы не против.

Когда мы расселись, Стефани представила мужчину:

– Это Спенс. В прошлом году мы вместе работали над общим проектом. – Супруги сели рядом со Спенсом, а мы с Анной устроились напротив. Я пожал Спенсу руку, отметил его налитые кровью глаза и понял, что он здорово набрался.

Роб заказал две бутылки вина, и официантка налила нам по бокалу, предварительно проведя с Робом сложный ритуал обнюхивания пробки и дегустации.

Я отпил глоток. Вино оказалось красным и очень сухим, и я еле удержался, чтобы не поморщиться.

Спенс целиком сосредоточился на Анне. Пристально следил, как она делает первый глоток. Его взгляд опустился с ее глаз и губ на грудь в вырезе.

– Вы мне кого-то напоминаете, – сказал он.

Анна покачала головой:

– Мы раньше точно не встречались.

Вот из-за таких случаев Анна терпеть не могла общаться с незнакомыми людьми. Они пытались ее опознать и в конце концов вспоминали, что видели ее на страницах газет и по телевизору. Затем начинались расспросы, сначала об острове, а потом и о нас.

К счастью, Спенс был слишком пьян, чтобы провести параллель, и Анна, казалось, расслабилась. Но хотя он и не узнал ее, но с ней еще не закончил.

– Наверное, мы разок куда-то ходили на свидание.

Анна подняла бокал и отпила немного вина.

– Нет.

– Так может, сходим?

– Эй, – вмешался я. – Ничего, что я здесь сижу?

Анна положила руку мне на колено и надавила.

– Все нормально, – шепнула она.

– Погоди. Так она с тобой? – обалдел Спенс. – А я-то думал, ты ее младший братик или типа того. – Он засмеялся. – Да вы, ребята, небось, шутите. – Тут на его лице мелькнул проблеск узнавания, и он осмысленно перевел взгляд с меня на Анну. – Ага, я просек, где тебя видел. На фотографиях в газетах. – Он фыркнул. – Ну, теперь ясно, как ты ее заполучил, малыш, но почему она до сих пор с тобой нянчится?

Роб покосился на Стефани и обратился к Спенсу:

– Перестань.

– Да, я с этим парнем. – От того, как уверенно Анна произнесла это и как презрительно посмотрела на обидчика, мне полегчало даже больше, чем от самих слов.

К нам подошла официантка.

– Простите, – наклонилась она ко мне, – позвольте мне взглянуть на ваше удостоверение личности.

Я пожал плечами:

– Я несовершеннолетний. Да и все равно не люблю вино. Забирайте.

Она улыбнулась, извинилась и унесла мой бокал. Спенс не сдержался:

– Так тебе даже нет двадцати одного? – Его громкий гогот нарушил тишину, но все пытались изобразить, что происходящее ничуть меня не унижает.

Мы опустили глаза в меню. Нам с Анной до сих пор было сложно выбирать блюда в ресторанах. Глаза разбегались.

– Что закажешь? – спросил я.

– Стейк. А ты? – Он взяла меня за руку и переплела пальцы с моими.

– Не знаю. Пасту? Тебе же нравятся равиоли?

– Еще как.

– Отлично. Возьму равиоли и поделюсь с тобой.

Стефани пыталась поддерживать разговор. Официантка вернулась и приняла у нас заказ. Спенс похотливо пялился на грудь Анны, даже не пытаясь скрыть сальную ухмылку. Я знал, о чем этот козел думает, глазея на нее вот так, и потребовалась вся моя выдержка, чтобы не дать ему в морду.

Когда Спенс отлучился в туалет, Стефани вздохнула:

– Извините. До меня дошли слухи, что от него ушла жена, и мне показалось, что будет мило с нашей стороны пригласить его поужинать с нами.

– Да все нормально. Не нужно обращать на него внимание, – успокоила подругу Анна. – Мне так все равно.

Спенсу больше никто не наливал, и к концу ужина он вроде немного протрезвел.

Официантка предложила десерт, но мы отказались и попросили счет.

– Мы со Стефани заглянем в дамскую комнату, – сказала Анна. – Подождем вас у выхода.

Мы с Робом оба хотели оплатить счет и в конце концов сошлись на том, чтобы разделить сумму пополам, заплатив наличными. Спенс бросил на стол несколько смятых купюр. Я засунул бумажник в карман и встал. Роб отодвинул стул, попрощался со Спенсом, не пожав ему руку, и пошел к дверям ресторана.

Спенс не стал подыматься.

– Жалость-то какая, что ты еще не дорос, чтобы пить со взрослыми, – оскалился он, развалившись на стуле.

– Жалей лучше, что не можешь потрогать мою красотку-девушку. А вино мне даром не надо.

Я усмехнулся, увидев, как он оторопел, и присоединился к Анне, Стефани и Робу.

– Что ты ему сказал? – поинтересовалась Анна.

– Что было приятно с ним познакомиться.

– Прости за сегодняшний вечер, – повинилась Анна, когда мы сели в такси.

– Ты тут ни при чем. – Я обнял ее.

То, что в ресторане мне нельзя было пить, ничуть меня не раздражало, в отличие от похотливых взглядов Спенса на Анну. Я так и знал, что алкашом она не заинтересуется, но не мог не думать, кто станет следующим. Не пьяная свинья, а человек с дипломом колледжа, знающий толк в вине и привычный к галстукам. Я до чертиков боялся, что когда-нибудь, возможно, очень-очень скоро, для Анны будет иметь значение, что я ничем таким не отличаюсь.

И мысли о том, что моя любимая свяжется с другим, были мне невыносимы.

Я начал целовать ее сразу же, едва мы вошли в квартиру, и делал это совсем не нежно, а крепко держа ее лицо в ладонях и жадно прижимаясь губами к ее рту. Анна никому не принадлежала, по этому поводу я не заблуждался, но в эту минуту она была моей и только моей. Добравшись до спальни, я через голову стянул с нее платье. За ним на пол полетели бюстгальтер и трусики. Я сдернул с себя галстук и мигом сбросил одежду. Уложив Анну на кровать, я склонил голову туда, куда весь вечер пялился Спенс, и принялся безжалостно целовать ее, оставляя следы, которые не сойдут несколько дней. Я трогал и целовал Анну, пока не ощутил, что она готова, а затем, оказавшись в ней, принялся двигаться медленно-медленно – так, как она особенно любила. На пике Анна выкрикивала мое имя, а я думал: «Именно я делаю это с ней. Именно я заставляю ее кричать от удовольствия».

Потом я пошел на кухню и достал из холодильника банку пива. Отнес открытую банку в спальню и включил телевизор, убавив громкость. Анна спала без задних ног, одеяло сползло ей до талии. Я укрыл ее, одной рукой обнял за плечи, а другой взял пиво.

Глава 57 – Анна

В апреле весенний дождь лил без остановки два дня подряд, и мы сидели дома.

Ти-Джей лениво переключал каналы. Я лежала на диване, пристроив ноги ему на колени, и читала книгу.

– Хочешь в кино? – спросил он, выключив телевизор.

– Конечно, – воодушевилась я. – Что будем смотреть?

– Не знаю. Давай просто дойдем до кинотеатра и выберем фильм на месте.

Я надела куртку, и мы вышли из квартиры под ливень. Ти-Джей взял меня за руку, второй рукой держа над нашими головами большой зонт. Я сжала его ладонь и улыбнулась, когда он стиснул мою в ответ.

Ти-Джей захотел посмотреть «Бэтмен: Начало». Мы стояли в очереди за попкорном, когда кто-то тронул его за плечо.

Повернулись. За нами оказались высокий парень в бейсболке и миниатюрная девушка в розовой толстовке.

Ти-Джей улыбнулся:

– Привет, Куп. Как дела?

– Вот, пытались найти, где бы переждать дождь.

– Ага, та же петрушка. Это Анна, – представил меня Ти-Джей, обнимая за плечи.

– Привет, – поздоровался Куп. – А это моя девушка, Брук.

– Приятно познакомиться, – кивнула я.

– Я и забыл, что ты в городе, – сказал Ти-Джей.

– Так и застряну в техникуме, если не подтяну успеваемость.

– Надо бы как-нибудь пересечься, – предложил Ти-Джей.

– Через пару недель предки сматываются из города. Закачу вечеринку. Приходите обязательно. – Куп улыбнулся мне, и я почувствовала, что он не лукавил, приглашая нас.

– Отлично, круто оторвемся, – загорелся Ти-Джей.

Пока школьные приятели болтали, я взглянула на Брук. Та с открытым ртом глазела на меня. Наверное, я казалась ей старой развалиной.

Ее гладкое розовое личико словно сияло. Она и не догадывалась, как и я в свои двадцать лет, насколько красива юная кожа. Хотя на острове я старалась постоянно носить бейсболку Ти-Джея и солнечные очки, но по большей части обходилась все же без них. И теперь, вспоминая обо всех тех годах, проведенных под палящим солнцем, я боялась, что однажды проснусь и обнаружу, что мое лицо задубело. Я тратила больше времени, чем решусь признаться, пытаясь ликвидировать ущерб, нанесенный тропическим солнцем. Заставила полку в ванной лосьонами и кремами, рекомендованными дерматологом. В результате кожа выглядела вполне здоровой, но лицо тридцатитрехлетней женщины никак не сравнится с лицом двадцатилетней девушки. Ти-Джей считал меня красивой и постоянно об этом твердил. Но что он скажет через пять лет? Через десять?

Мы зашли в зал и заняли свои места. Ти-Джей зажал ведерко попкорна между коленями и положил руку мне на бедро. Я не могла сосредоточиться на фильме. Все время воображала, как мы с Ти-Джеем пьем бочковое пиво из пластиковых стаканов в гостиной Купа в компании его приятелей.

Ти-Джей легко сошелся с моими друзьями. Не моргнув глазом, выдержал возмутительное поведение Спенса и спокойно отнесся к проверке удостоверения личности в ресторане из-за вина. Он не любил носить галстук, но все равно его надел. И поддерживал разговор с Робом и Стефани без видимых усилий.

При желании можно принять взрослый вид, прилично одевшись и подражая манерам людей постарше. Но если я попытаюсь влиться в компанию двадцатилетних ровесников Ти-Джея, попытаюсь подражать их поведению и стилю одежды, то покажусь в лучшем случае нелепой.

К концу фильма дождь уже прекратился. Мы вышли вместе с остальными зрителями и направились домой. На тротуаре я притормозила.

– Что случилось? – спросил Ти-Джей.

– Я не всегда буду так выглядеть.

– О чем ты?

– Я на тринадцать лет тебя старше, и каждый прожитый день старит меня еще больше. Я не всегда буду выглядеть так, как сейчас.

Ти-Джей обнял меня за талию и притянул к себе.

– Я знаю, Анна. Но если ты думаешь, что меня привлекает в тебе только внешность, то ты понимаешь меня не так хорошо, как я надеялся.

* * *

Я шла по проходу супермаркета с корзинкой, полной всяких мелочей: две бутылки каберне, органические спагетти из цельной муки, банка соуса маринара, салат ромейн, морковь и сладкий перец.

Ти-Джей отправился в парикмахерскую. Обычно мы закупали продукты вместе, частично потому, что мой парень желал сам оплачивать провизию, а во многом еще и потому, что мы оба до сих пор пребывали в восторге от супермаркетов. В первый раз войдя в магазин после переезда на новую квартиру, мы замерли посреди зала, ошалело разглядывая изобилие разнообразных вкусностей.

Я свернула в соседний проход и захватила пива для Ти-Джея, затем отыскала ингредиенты для шоколадного торта. Потом попыталась решить, какой хлеб лучше подойдет к ужину, и вдруг почувствовала, что кто-то тянет меня за штанину.

Рядом стояла малышка лет четырех, по лицу которой катились слезы.

– Ты мама? – пропищала она.

Я присела, оказавшись с ребенком лицом к лицу.

– Ну, нет. А где твоя мама?

Девочка крепче прижала к себе потрепанное розовое одеяльце.

– Не знаю! Ее нигде нет, а мамочка сказала, что если я потеряюсь, то надо найти другую мамочку, и та поможет.

– Не бойся, хоть я не мамочка, но тоже могу тебе помочь. Как тебя зовут?

– Клэр.

– Ладно, Клэр, – сказала я. – Пойдем попросим администратора позвать твою маму по громкой связи. – Малышка подняла на меня большие полные слез карие глаза и вложила крохотную ручонку в мою ладонь.

Мы шагали ко входу в магазин, когда из-за стеллажа выбежала женщина, зовущая Клэр по имени. В руке она тащила корзинку. На груди висел младенец в слинге.

– Клэр! О Боже, вот ты где. – Женщина метнулась к нам, поставила корзинку на пол и неловко подхватила Клэр на руки, стараясь не потревожить малыша. Страх сошел с лица матери, когда она крепко обняла дочку.

– Спасибо, что нашли мою девочку, – повернулась она ко мне. – Я всего на минутку выпустила ее, потянувшись за чем-то, а когда снова взглянула вниз, Клэр уже пропала. А я ужасно вымоталась из-за младшего и не могу ходить быстро.

Женщина была примерно моего возраста, плюс-минус год, и выглядела донельзя уставшей, с заметными кругами под глазами. Я подняла ее корзинку.

– Идете на кассу? Давайте помогу донести продукты.

– Спасибо. Буду очень признательна. Двух рук мне и вправду не хватает. Да вы, наверное, сами знаете, каково это.

Увы, не знаю.

Мы прошли к кассам и выложили покупки на ленту.

– Живете поблизости? – спросила она.

– Да, – кивнула я.

– Дети?

– Нет. Пока нет.

– Большое спасибо за помощь.

– Не за что. – Я наклонилась. – Пока, Клэр.

– Пока-пока.

Добравшись до дома, я разобрала пакеты, села на диван и от души поплакала.

Глава 58 – Ти-Джей

Анна стояла у кухонного стола и готовила мне шоколадный торт. Я поцеловал ее и вручил букет розовых роз, купленный по дороге от парикмахера.

– Они великолепны. Спасибо, – улыбнулась она. Достала вазу из-под раковины и наполнила водой. Сегодня волосы Анны были собраны в хвост, я обнял ее со спины и поцеловал в затылок.

– Помощь нужна? – спросил я.

– Нет, я почти закончила.

– Ты в порядке?

– В полном.

Но Анна не была в порядке, и достаточно было взглянуть на ее опухшие и покрасневшие веки, чтобы понять, что перед моим приходом она плакала. Но я не знал, как помочь, если Анна не желает рассказать мне о своих тревогах, и в глубине души даже думал, что, может, оно и к лучшему, на случай, если ее слезы связаны со мной.

Анна повернулась и слишком уж радостно улыбнулась.

– Хочешь погулять в парке, когда закончу с тортом? – предложила она.

Из ее хвоста выбилась одна прядь, и я помог заправить волосы за ухо.