Свет твоей души Рай Альмира

Часть седьмая. Откровение

– А что нам делать теперь? – вопросила я, испуганно выглядывая из-за крепкого мужского плеча. Пятеро всадников нас заметили, но догнать никак не могли. Я понимала, что это лишь дело времени.

– Лунмы им темные точно не меняли, – заверил Сатар. – Жилье на ночь тоже не могли дать. Животные устали, но и наш жеребец не силен. Не уйдем. Прятаться надо.

Я пыталась придумать, куда бы деться нам с Сатаром, но ничего, кроме бесконечных полей, вокруг не было. Ни участка леса, ни гор, ни реки.

– Сатар? – жалобно позвала я. – А у тебя там зелье мозгоплавительное есть еще? Может им ушастых окропить?

– Нет, оно для должников.

– Да мы до них не доберемся! – настаивала я. – Куда нам прятаться-то?

– В подпространство, – едва слышно ответил маг, и вдруг достал ножик. Я и пискнуть не успела, когда он полоснул свою шею и приказал: – Исцеляй!

– Что ты творишь? – вскрикнула я, с ужасом наблюдая за выступающей кровью.

– Требую свою магию назад. Исцеляй, говорю, – процедил Сатар и обернулся.

Эльфы догоняли.

Дрожащими пальцами я накрыла рану мужчины и сконцентрировалась. Мне оставалось надеяться на чудо и природные инстинкты, ведь я все еще понятия не имела, как работала эта самая магия. Ощутила тепло, призвала его к рукам, мысленно представляя процесс заживления раны. Кончики пальцев начали покалывать, и я ощутила, как энергия плавно вытекала из меня. Сатар зашипел. Открыв глаза, увидела, как ожесточилось его лицо. Каждая мышца его тела была напряжена до предела, и сам он смотрел немигающим взором вдаль.

– Достаточно, – наконец, произнес он осипшим голосом.

Я сразу опустила руки, ухватившись за его талию. Топот множества копыт звучал совсем рядом, но едва я успела выглянуть из-за плеча Сатара, как мы кубарем покатились с лунмы. Боли не последовало. Я все еще была надежно прижата к мужской груди, но мир вокруг вращался, словно, нас поместили в барабан стиральной машины. Лучше не стало даже после того, как я закрыла глаза.

– Сатар! – взвыла я. – Не могу больше!

Еще секунда, и мир стал нормальным, как по щелчку. Я ощутила мягкую траву под пальцами, и со стоном упала на землю. Склонившийся надо мной мужчина троился. Сатар прижал палец к губам и навалился на меня.

– Где они? – тут же прозвучал знакомый голос Анэля. Светлый эльф был в ярости.

Сатар напрягся и склонился над моим ухом.

– Если они приблизятся, я снова нас перенесу, – прошептал он.

И только сейчас меня осенило, что мы не падали с лунмы. Это Сатар использовал один из своих фокусов, чтобы переместить нас подальше от преследователей. Но как он смог разобрать дорогу в той карусели, я понятия не имела. От одной лишь мысли, что придется пройти сквозь это снова, меня замутило. Я отчаянно закачала головой, а маг поджал губы.

– Тогда лежи здесь и не смей уходить, – произнес он.

А как только дождался моего охотного кивка, прижался к моим губам в жестком поцелуе и исчез. Вот так просто. Еще секунду лежал на мне, а потом просто растворился в воздухе.

__________

Я честно выполняла обещание и лежала смирно целых пятнадцать секунд. А потом раздался лязг металла, кто-то вскрикнул, и я без задней мысли высунула голову из высокой травы.

Творилось что-то странное. Эльфы будто боролись с невидимой силой, падая с лунм один за другим. А потом дрались на мечах уже на земле. Я даже начала радоваться, но увидела, что Анэль оторвался от своей свиты и направился ко мне. Он все еще был в седле и держался так величественно. Вот только умыслы его были вовсе не благородными.

– Ведьма! – процедил он. Зло так, с обещанием.

 Я остолбенела от страха, но в то же время ощутила уже такой родной и любимый жар. Магия защищала меня даже тогда, когда я была не в состоянии даже пикнуть.

Поддавшись интуиции, просто закрыла глаза и направила руки в сторону летящего на меня всадника.

Сначала раздался звук взрыва, после мое лицо обдало горячим ветром, а меня саму откинуло на спину ударной волной. Подняв веки, я быстро отползла подальше и одновременно осмотрелась.

Все – и лунмы, и эльфы – неподвижно лежали на земле. Уши заложило, а перед глазами появились черные точки.

Меня только и хватило на то, чтобы позвать Сатара во весь голос. Его нигде не было видно. И я боялась, что могла навредить ему. Был ли он под невидимым колпаком, как делал раньше, когда мы прятались в лесу? Если так, тогда он тоже мог пострадать от взрыва. И тут меня накрыла паника от осознания того, что я могла убить их всех.

Я снова и снова звала своего мага по имени сквозь гул в собственной голове, но так и не услышала отклика. Силы меня покидали, и уже в бреду я услышала знакомый голос. Сатар?

Он успокаивал меня, просил продержаться еще немного. А потом я утонула в тепле его ласковых объятий, и отключилась.

– Все будет хорошо, душа моя.

– Мне так больно, – шептала я, цепляясь за его руки.

Я хотела уйти, страха не было. Только желание отпустить старую боль, которая снедала мою душу. Ей нужно было время на исцеление. И я знала, что мой мужчина пойдет за мной. Вернет меня, когда сможет. Он сделает для меня все.

– Ценою жизней, кровью подданных твоих я соберу весь Свет в руках своих. Во имя боли и любви наступят Тьмы лихие дни. Покроют земли пыль и прах, а Свет останется лишь на твоих устах. Моя душа в твоей душе заключена вовек веков. И лишь с немым потоком времени освободимся мы от сих оков. Сойдутся вместе три реки, поглотят злую Тьму, а ты вернешься в этот мир, чтобы в меня всю жизнь вдохнуть.

Тихий шепот над ухом стих, а я ощутила нежное прикосновение к своим губам. Неописуемо приятное тепло разлилось по телу, и я воспарила от легкости и эйфории. Мрак, который стоял перед глазами, залил яркий свет. Он все манил меня в свои объятия, больше не было сил сопротивляться ему. Меня никто не держал.

«Я люблю тебя, моя Гривельда», – едва уловимым эхом разнеслось отовсюду.

– Брадур, – сорвалось с моих губ. – Душа моя.

___________

– Я, конечно, рад, что ты это осознала, но все же ты в бреду, милая.

Этот голос звучал иначе. Не было никаких сомнений, что говорил Сатар.

Распахнув глаза, я облегченно выдохнула, увидев его напряженное лицо.

– Очнулась! – облегченно произнес он.

Сразу отметила, что мы находились в довольно большой и уютной спальне. И я, естественно, лежала на кровати.

– Где мы? – Мне хотелось конкретики.

– В безопасном месте, – только и ответил склонившийся надо мной маг.

 В камине потрескивал огонь, за окном стояла звездная ночь, а у Сатара были мокрые волосы. И не только волосы. Он весь имел вид человека, секунду назад вылезшего из ванны. Наверное, поэтому на его бедрах была лишь небольшая и совершенно ничего не скрывающая ткань.

Мои глаза непроизвольно округлились, Сатар же, заметив мою реакцию, начал… «оживать».

– Итак, ты очнулась! – повторил он и в голосе его слышались нотки предвкушения.

– Угу, – согласилась я, как завороженная изучая тело мужчины. Великолепное, по правде говоря.

– Это хорошо. Хорошо. А то я уже волноваться начал. Переживал, не решила ли ты всю ночь проспать. У меня, видишь ли, на тебя планы.

– Что? – Я моргнула и посмотрела магу в глаза.

– Говорю, чувствуешь себя нормально?

– Да, – неуверенно ответила я, а в голове все еще эхом звучал диалог из сна.

– Отлично! – Сатар как-то жутко улыбнулся, а потом его лицо враз посуровело. – Я тебе что говорил делать? – завопил он и сам же ответил: – Сидеть тихо и не высовываться! А ты? – снова завопил и тут же продолжил: – Мало того, что сама чуть не пострадала, так и меня так приложила, что опять всю магию пришлось отдать на исцеление. Надоело!

Он действительно был зол. Беспредельно! Я инстинктивно сжалась и укуталась в одеяло.

– Ну, прости, я просто…

 Попыталась оправдаться, но мужчина был непреклонен.

– Надоело мне! Все! Не буду больше с тобой возиться. Ты, в конце концов, моя! Так что теперь точно все.

Что оно за «все» такое я пока не понимала, но по взгляду Сатара догадывалась, что он был решительно настроен во что бы то ни стало меня перевоспитать.

 Я вскрикнула, когда он скинул одеяло, потянул меня за руки и уложил животом на свои ноги. Дезориентированная и слегка прифигевшая, я даже не могла сопротивляться. А потом на мою мягонькую филейную часть опустилась твердая мужская длань. И вот тогда я окончательно пришла в себя.

– Сатар!

Еще один шлепок, и маг познал силу русского сквернословия.

– Ах так?! – возмутился мужчина. Подумать только! И бедное мое седалище опять пострадало.

Я выдала новую порцию оскорблений и прищурилась на всякий случай, ожидая ответа. Вот только на этот раз Сатар обнаглел окончательно, как только можно обнаглеть в данной позе.

Он медленно положил руку на мое бедро и начал поглаживать его, продвигаясь все выше и выше. А другая бесстыдная конечность мужчины тем временем тянула за шнурочки моего платья-халата.

А я и притихла. И крыть было уже нечем.

– Марина? – как-то обеспокоенно позвал Сатар. Он, может быть, и переживал за мое душевное равновесие, а ручки-то уверенно стягивали платье вниз.

– Тут я! – буркнула я, ничуть ему не препятствуя.

Смешно, даже мысли такой не было! Напряжение между вот-вот грозило обернуться взрывом, и я лишь предвкушала, как это будет. Ни страха. Ни сомнений.

Развернув к себе лицом, Сатар помог мне сесть и на секунду застыл, всматриваясь в мои глаза. Словно хотел убедиться, что я не боялась, а хотела его так же, как и он меня. Но вместо осоловевшего взгляда он увидел дерзкую ухмылку на моем лице.

«Ну, давай! Покажи, на что способен!»

_______________

Хмыкнув в ответ, Сатар принял вызов. Он притянул мое лицо и едва ощутимо коснулся губ. Дразнился. Но я держалась стойко, не собираясь выдавать жгучей потребности получить больше. Не знаю, какую игру затеял этот мужчина, но он однозначно ее проиграл.

Щекоча своим дыханием, Сатар медленно провел языком вдоль моей нижней губы, отчего стало затруднительно дышать. Но я все еще держалась! Маг хмыкнул и пустил в наступление руки.

Сжимая и поглаживая, они поднимались по моему телу, пока их хозяин пристально следил за моей реакцией.

«Сдайся мне», – говорили его глаза.

«Сдавайся первым!», – отвечали мои.

Он не собирался, и потому я тоже решила играть нечестно. Положив руки на плечи мужчине, игриво приподняла бровь, и начала так же смело изучать его тело. Провела пальчиками по ключицам, обвела ореолы сосков и, заметив проступившие на коже мурашки, с победной улыбкой спустилась ниже.

В общем, да! Это была победа!

Коротко рыкнув, Сатар страстно меня поцеловал, а еще через секунду уложил на постель и навис сверху.

– Знаешь, Марина, – прошептал он в перерывах между короткими поцелуями. И с каждым разом они ощущались все ниже. – Ты мне задолжала.

– Ах, вот как? – простонала я.

– Угу! Ты меня постоянно калечишь!

Сатар пристроился поудобнее, сфокусировался на моем лице и застыл. Он больше не улыбался, в его глазах отображалось столько эмоций одновременно. И даже не глядя на него, я ощущала это волшебное притяжение между нами. Сейчас, когда он был истощен магически, не было того взрыва, как при нашем поцелуе в лесу. Но я чувствовала его всего. Он так нуждался во мне. А я в нем.

– Есть множество способов, которыми ты можешь исцелить меня, милая. И я покажу тебе самый надежный!

 А вот теперь появилась та дерзкая улыбочка, от которой мое сердце замирало. Маг прекрасно знал, как действовал на меня, и отлично этим пользовался. Я упивалась блаженством, которое он дарил с каждым новым поцелуем и прикосновением.

Ох, как же я ошибалась, когда думала, что того безумного взрыва эмоций не последует!

 ______________

Со страстным слиянием, с блаженным забвением магия во мне растеклась по венам, обжигая наслаждением каждую клеточку тела. Мы с Сатаром стали едины на каком-то неизведанном уровне. Я чувствовала его, как себя родную. Каждое движение, прикосновение, даже взгляд сводили меня с ума, подводили к грани. Этот мужчина в самом деле был волшебником, по крайней мере, я точно видела салют и тысячи звезд! Мне казалось, словно весь Свет, который достался мне чудом, скопился в одном месте и взорвался в момент кульминации нашего блаженства. Я распалась на частицы и вернулась обратно в этот мир, но уже другой. Удовлетворенной женщиной!

– Вау! – только и смогла произнести после пережитого. Такого в моей скромной земной жизни точно не было. Да я теперь вообще от немагического секса отрекаюсь!

Сатар подозрительно молчал. Он лежал рядом, уткнувшись носом в мою шею, и тяжело дышал.

Я позвала его, попыталась сдвинуться, но он только сильнее прижал меня к себе.

– Я так скучал, – наконец прошептал он. Тихо-тихо, будто говорил сам с собой. Но я услышала.

Что-то странное происходило со мной в этот момент. С нами двумя. Мы вроде бы все еще были чужими, но в то же время оказались так близки. Так нужны друг другу. Ну, я уж точно нуждалась в мужчине. А вот зачем магу понадобилась иномирянка-беглянка – все еще оставалось для меня тайной. Но прямо сейчас, все еще чувствуя Сатара, я могла поверить в то, что он сказал ранее. Мы как-то связаны вместе. Пара.

С этой мыслью вернулись воспоминания о странном сне. Он был настолько ярким и живым, что я просто не могла выбросить его из головы. Боль того мужчины, обжигающая любовь женщины. Кто они?

Сатар слегка поднялся и посмотрел на меня так, словно не видел долгие годы. С какой-то тоской, неверием и всепоглощающим обожанием. Странный взгляд. Непривычный мне, но в то же время, выбивающий воздух из легких.

Он начал гладить меня по лицу, словно заново изучал, а я в ответ прикрыла глаза, принимая ласку, как верная кошка.

– О чем ты думаешь, душа моя? – спросил он. Вот снова. Так меня уже называли. И в том сне… – Опять придумываешь глупости обо мне?

Искорка веселья в его глазах заставила меня улыбнуться. Мне нравился игривый Сатар.

– Ты будешь поражен, но я вообще о тебе не думаю прямо сейчас, – солгала я.

Он прищурился и недоверчиво спросил:

– Правда? А еще минуту назад требовала не останавливаться. Никогда! – напомнил он.

Да, действительно. Требовала.

– Это было секунду назад! – поддразнила я.

– Не жалеешь? – спросил он. Глупейший вопрос!

– Жалею! – буркнула я. – Что еще в лесу тебя не совратила.

Маг расхохотался, а я перевернула его на спину и, оседлав, решила устроить допрос, раз уж он сменил гнев на милость.

– Если серьезно, я хотела спросить тебя кое о чем. Понимаешь, мне приснился сон, и он не дает мне покоя. Такое чувство, будто я сама там побывала.

– Вполне может быть, что ты видела что-то из прошлого или будущего, – ответил Сатар. И с хитринкой во взгляде добавил: – Ты же ведьма!

– Имена Брадур и Гривельда тебе о чем-то говорят? – уточнила я, надеясь, что все же видела прошлое, и могла бы узнать больше.

Сатар застыл. По его выражению я поняла, что так и было. Он что-то знал.

– Так значит…, – он прокашлялся и устроился поудобнее, – …тебе они снились?

– Кто – они?

– Король и королева магов, – таинственно произнес Сатар. – Хочешь услышать их историю?

– До зуда в ладошах! – честно призналась я. То, с какой улыбкой он говорил о них, подсказало, что история в самом деле стоила моего внимания.

– Что ж, слушай, свет очей моих, – ласково заговорил Сатар, притянул к себе на грудь  и стал поглаживать по плечу. Его тихий голос действовал на меня не хуже валерьяны. Прикрыв глаза, я блаженно улыбнулась. – Тысячи лет назад великим Королевством магов правил король Неверд. Он был мудр и могуществен, поклонялся Свету и всей душой призирал Тьму. Была у него дочь, юная и прекрасная принцесса Гривельда.

– Имя смешное, – вставила я и хохотнула.

– Не перебивай! – пожурил Сатар. – Просто слушай и чувствуй. Ты обязательно почувствуешь.

Странно, откуда он мог это знать, но я в самом деле с легкостью представила образ юной девушки. У нее были яркие зеленые глаза, похожие на мои, а также длинные светлые, почти белые волосы. Она была веселой, много смеялась и носила цветные наряды. Она могла менять платья по три раза на день. Многие придворные считали ее глупышкой, остальные – ненормальной. А вот отец не чаял в ней души. Его я тоже представила – грозный седовласый мужчина со шрамом на лбу. Он восседал на троне из золота, отдавая приказы по сбору налогов. Король был одержим деньгами и своим богатством.

Их образы, характеры, даже мысли промелькнули в моем сознании всего за секунду. Я и подумать не могла, что мое воображение так разыграется. Маг продолжил:

– Гривельда была единственной наследницей престола, но по законам королевства не могла править одна. Ей нужен был король. Хотя бы формально. Именно так думал Неверд, когда принимал решение отдать дочь за сына своего советника. Он надеялся, что после его кончины королевство останется в надежных руках друга. Неверд распланировал жизнь дочери на сотни лет вперед, и он не терпел отказа. Он любил ее, несомненно. Но эта любовь обрезала крылья, сковывала и причиняла боль. Гривельда не была счастлива ни со своим отцом, ни с названным женихом. Она молилась Виктусу, чтобы в ее жизни произошло чудо. И Виктус послал принцессе своего сына.

– Брадура, – опять вставила я.

Сатар вздохнул, недовольный моим комментарием, но все же продолжил.

– Да. Маг по имени Брадур был из тех мужчин, которыми обычно пугали молоденьких принцесс. – Он хмыкнул и погладил меня по голове. – Ты бы точно испугалась его.

– Он был некрасив?

Во сне не было видно лиц, лишь неясные очертания.

– Ну… Я оценить не могу, но дело не в том. Он был объят Тьмою.

– Как твоя тетя, да? – поинтересовалась я.

– Именно! Только старуха не имела и тысячной доли той Тьмы, которой владел Брадур. И какое-то время он именно владел ею. Тьма – самая опасная и могущественная из всех граней магии на Тарте. Ее невозможно контролировать. Рано или поздно она поглощает, уничтожает все живое. Но Брадур был молод и глуп. Он считал, что раз был одарен Виктусом, то мог подчинить все грани. Он в самом деле освоил и Свет, и Огонь, и Тьму. Вот только в конечном итоге не устоял. Но давай вернемся к Гривельде. С момента, как Брадур переступил порог замка, началась наверное самая красивая и в то же время печальная история любви всех миров.

Я чувствовала это – тоску и горе влюбленных, которых постоянно пытались разлучить всеми правдами и неправдами.

____________________

– Принято считать, что только демоны и драконы чувствуют идеальных спутников жизни, своих истинных пар, – тихо заговорил Сатар. – Маги, эльфы и гномы, безусловно, верят в любовь, но чаще всего образовывают браки по договоренности. Чтобы приумножить богатства родов, а также передать потомкам магические силы, выбирая себе партнера того же уровня, либо сильнее. Но Брадур и Гривельда стали исключением. Сам Виктус благословил их любовь, они были истинной парой, и тянулись друг другу вопреки всем условностям. Если поначалу темный маг пугал принцессу, то вскоре она сама искала с ним встреч. А уж когда он получил должность придворного целителя, и стал открыто ухаживать за девушкой своей мечты, она и не думала противиться.

– Но Неверд был против, – догадалась я.

– Еще бы! – поддержал Сатар. – Он был любитель плести интриги, потому не сразу применил грубую силу, а решил поиграть с Брадуром, показать, кто в замке хозяин! Поначалу он подсылал к Брадуру девиц, пытаясь выставить того легкомысленным. Или подкладывал любовные письма Гривельде, якобы от поклонниц Брадура. Он распустил слухи по всему двору, что его целитель безнравственный насильник, и жестоко обращается с прислугой.

Я недоуменно посмотрела на Сатара и задала вполне логичный вопрос:

– Если королю так не нравился этот Брадур, почему он не мог просто выгнать его?

– Брадур повелевал Тьмой, Марина. Это самая опасная магия. Поверь, даже короли не хотят иметь дел с темными магами, – пояснил Сатар. – Неверд изучил силу Брадура, ему только и оставалось, что играть в свои грязные игры. И ему таки удалось посеять зерно сомнения в неопытном разуме молодой принцессы. Гривельда страдала, но вместе с ней страдал и Брадур. Он знал, что никогда не получит благословения короля, ведь тот будет бороться до последнего вздоха за свои убеждения.

Сатар погладил мое лицо и заправил прядку волос за ухо.

– Когда темный маг видел свою возлюбленную, его не волновали ни трон, ни грязные игры, ни мнение короля. Он мог бы весь мир стереть в пыль, лишь бы она была с ним.

Я улыбнулась, представив грозного мужчину, готового на все ради своей женщины. Сатар именно такой.

– И что произошло?

– Он украл ее! – с загадочной улыбкой ответил маг. Я в изумлении приподняла бровь, и он кивнул. – Да! Ему надоели ее страдания на почве ревности и угрозы короля. Он просто выкрал ее посреди ночи прямо из своей постели. К слову, тогда он впервые открыл портал. Я уже говорил, что путешествовать по королевствам можно с помощью порталов? Вот Брадур их и изобрел. И самое главное, ни один ищейка королевства не смог их отыскать. Они попросту испарились, перенеслись в уединенное место, на их маленький островок счастья.

– Ты знаешь, где это? – полюбопытствовала я.

– Возможно, – уклончиво ответил Сатар. И опять я залюбовалась его хитрой улыбкой. – Ты хочешь услышать, что произошло дальше, или будешь постоянно перебивать?

– И то и другое!

– Что ж… Они не сдерживали свою страсть. И вскоре принцесса забеременела. Тогда они оба приняли это, как благословение богов, и решили вернуться домой. Отсутствие принцессы тщательно скрывалось, особенно от ее жениха. Но по возвращении беглецов разразился скандал. Неверд обвинил Брадура в похищении наследницы и пригрозил тому смертной казнью, но темный маг в полной мере продемонстрировал его величеству свой гнев. Неверд едва не погиб в схватке, и на время притих. Нет, он не смирился, но начал обдумывать последнюю битву в войне за дочь. Возможно, если бы Брадур подкупил его, предложил баснословные богатства, ведь ему все было по плечу… Но темный маг был слишком самонадеянным, он поверил в свое всесилие.

Сатар смолк, и молчание затянулось. Он смотрел неосознанным взглядом, погрузившись в свои мысли. И вскоре тихо продолжил:

– Он был так ослеплен счастьем, что не разглядел смертельной опасности прямо под  носом. Их с Гривельдой дочь была подарком Виктуса, маленьким чудом. Воплощением его Тьмы и ее Света. Они назвали ее Алистой.

Сатар моргнул и только сейчас вернулся ко мне. Его голос похолодел.

– Неверд убил ее. А после попытался сразить Брадура.

Мое сердце пустилось вскачь.

_____________

Я видела боль в глазах Сатара и чувствовала ее в своем сердце.

– Это так…, – я не смогла найти подходящих слов, но маг и так меня понял.

– Ты сейчас чувствуешь боль Брадура, как свою, верно? Будто была там, будто это у твоего дитя отобрали жизнь?

– Да, – закивала я, чувствуя, как по щекам потекли слезы. Сатар нежно утер их и ласково улыбнулся.

– Не плачь, душа моя. Это было так давно. Чувство скорби – наследие короля магов. Не Неверда, нет. Брадура. Он убил отца Гривельды и вскоре занял его трон. И вот тогда он проклял своих потомков и всех магов наделенных силой Виктуса, чтобы те никогда не посмели забыть маленькую принцессу Алисту, у которой так жестоко отобрали жизнь.

Теперь я начинала понимать. Это никакая не реинкарнация души, а я вовсе не Гривельда. Но получив магическую силу с попаданием на Виктус, я обрела воспоминания самого сильного мага Тарты.

– Что случилось дальше? – спросила я.

– Наступили темные времена. Брадур, как бы он не пытался, не смог оживить дитя. Но своего ребенка он все же спас.

Я удивленно взглянула на Сатара, уже и не надеясь на чудо. Но в конце концов, мы же в магическом мире!

– Да! – довольно подтвердил Сатар. – Как я уже говорил, он обладал всеми гранями магии. Когда они вместе, возникает тонкий баланс, который совсем не стоит нарушать. Конечно, возвращение души в мертвое тело не дает нужного эффекта. Душа оказывается заточенной в сосуде, без какого-либо развития. И Брадур, будучи мастером темных искусств, прекрасно знал об этом. Но тогда он задумался, а можно ли поместить душу в живое тело?

Маг прервался, изучил мою реакцию и усмехнулся, когда увидел, что я смотрела на него во все глаза, не мигая. Звучало жутко!

– Итак, они с Гривельдой удержали душу своей дочери в артефакте, не дали ей улететь к Виктусу. А чтобы та не погасла, напитали ее своим Светом. Им пришлось провести очень сложный и опасный ритуал. Брадур пожертвовал частью своих магических сил и стал значительно слабее. Но и этого оказалось недостаточно для поддержания жизни. И тогда Гривельда отдала весь Свет внутри себя, напитав душу Алисты. Но сама она, оставшись без магии, начала усыхать.

– Так происходит со всеми? – ужаснулась я.

– Да, милая. Конечно. Маг без магии – всего лишь сосуд. Так задумано природой нашего мира. Вот и Гривельда оказалась в смертельной опасности, что Брадур никак не мог допустить. Тогда он разделил остатки Тьмы в себе и передал ее Гривельде. Он понимал, что та, ведьма Света, не продержится долго, но надеялся найти выход позже.

– Почему он не отдал ей Огонь? – спросила я. – Им наверняка легче управлять?

– Управлять – легче, а передавать – вовсе нет. Тьма легко кочует из души в душу. Тогда как Огонь может сжечь дотла нового хозяина, если окажется сильнее его предыдущей магии. Гривельда была слишком слаба после потери дочери, и Брадур не стал рисковать.

Сатар перевел дыхание и немного подумал, прежде чем продолжить.

– Они закончили ритуал успешно. Никто не погиб в ту ночь. Душу принцессы Алисты поместили в другой сосуд. И она прижилась.

– Ты имеешь в виду, душу поместили в живое тело чужого ребенка? – Маг кивнул. – А что случилось со второй душой?

Маг поджал губы.

– Она отправилась к Виктусу вместо Алисты. Возможно, ты осудишь за это Брадура и Гривельду. Но все же я хочу, чтобы ты дослушала эту историю. И знала, какие сумасшедшие, даже жестокие поступки могут совершать во имя любви.

Я медленно кивнула. Осуждала ли я их? Возможно. Сделала бы я так же на их месте? Вероятно, что да.

– Король и королева магов оставили девочку в богатой семье знатного рода у любящих родителей. Брадуру и Гривельде было достаточно знать, что частичка их самих получила шанс на жизнь в этом мире. Они вернулись домой. Ослабленные, убитые горем и поглощенные Тьмой.

Я все еще могла представить себе их состояние. Опустошение во всех смыслах этого слова.

– Брадур поначалу пытался избавиться от Тьмы, как он недуга, – продолжил Сатар. – Но позже магия поглотила его настолько, что он не был способен мыслить здраво. Им руководили ненависть и кровожадность. Гривельде было намного труднее. С каждым десятилетием ей становилось хуже. Бушующий в королеве гнев подвиг ее на свершение жестоких поступков по отношению к своему народу. Маги перестали восхищаться своей правительницей. Они начали бояться ее, многие бежали из королевства, и только поэтому я сейчас здесь с тобой, Марина. В конечном итоге, когда Гривельда потеряла рассудок, Брадур, осознав необратимость ее состояния, сделал то, что должен был – забрал ее Тьму.