Функции памяти Кузнецова Дарья

Такие теории, конечно, тоже выдвигались и имели наибольшее количество сторонников, включая Дмитрова с его подчинёнными. Учитывая лёгкость, с которой харры обращались с пространством, и направленность эксперимента, этот вариант напрашивался сам собой. Но никто пока не сумел внятно объяснить, как такое возможно, что со всем этим делать и, главное, как это технически можно проверить. Увы, исследовательский комплекс на Индре был ориентирован на совсем другие вопросы и хранил далеко не все секреты погибшей цивилизации.

Мучениям физиков я немного сочувствовала, но наблюдала за исследованиями от случая к случаю, краем глаза. Гораздо сильнее занимала собственная жизнь и собственная работа — поиски следов древней харрской цивилизации. Сначала на Индре, в чьих лесах, помимо живого комплекса, было затеряно множество хуже сохранившихся зданий. А в перспективе — и за его пределами, и тут меня, на удивление, поддержал не только родной институт и ИСБ, но даже харрское начальство. Перед нами они не отчитывались и к каким выводам пришли — неизвестно, но явно несколько изменили отношение к знаниям. Было любопытно заглянуть в будущее и узнать, чем всё обернётся и как изменения скажутся на харрах и Индре, но принять живое участие в процессе — любопытно не меньше.

А вообще после обнаружения Сферы я вдруг поняла, что окончательно успокоилась и прижилась на новом месте. Что мне хорошо, совсем, и никакого сожаления об упущенных возможностях и переменах не осталось.

И когда я об этом размышляла, невольно задумывалась всё о том же: а была ли цепочка событий, которые привели меня сюда, случайностями? Древние харры не верили в них, не верила теперь и я. Больше того, с каждым днём сильнее крепла уверенность, что все эти происшествия старательно подводили к тому, чтобы человечество нашло Сферу. Настолько старательно, что невольно виделась в этом чья-то вполне осязаемая воля.

Но — странно — это не злило и не расстраивало, и на неизвестное нечто я почему-то совсем не злилась. Ответа на вопрос, зачем всё это нужно, я не знала, но твёрдо знала: это действительно важно. Просто важно. Для нас для всех, для Земли и Индры, даже, наверное, для всей Вселенной, пусть в её масштабах этот крошечный шарик совершенно теряется. И смерть моих друзей теперь не казалась напрасной, случайной и лишней

Кажется, теперь я точно, на собственном примере знала, чем именно найвин — высшее, априорное знание, космическая мудрость, — отличается от шайян.