Придворный. Заклинание Дронт Николай
Найджел
– Ты знаешь, дорогая, мне это не нравится.
– Терезочка тоже была против, но поплакала и смирилась.
– Мне это очень не нравится.
– Милый, зато Гильдия наконец выбрала главу, и этой главой стала Неста.
– Но все равно – мне это совсем не нравится.
– Давай рассмотрим ситуацию. Согласна, Тихий – мальчик перспективный и нравится дочке. Но! С ним ни слова об обручении сказано не было. А наследник герцогства – партия не в пример лучше, чем новоиспеченный барон. К тому же голоса магистров герцогства Смагд были отданы нашему кандидату, потому Неста и выиграла.
– Зато когда аус Хансалы узнали про помолвку, сочли себя обманутыми и вышли из коалиции. Тихий узнает – тоже будет не в восторге.
– После того как Неста стала Верховным Магистром, это уже не имеет никакого значения.
– Однако запомни – я был против.
Разрыв
Понедельник, 29 разноцвета. Знаете, чем отличается этот день от других таких же? Нет? У меня сегодня день рождения. Целых семнадцать лет. В отличие от нашего мира, днюха здесь – праздник интимный, новорожденного поздравляют только самые близкие люди, а в подарок преподносят лишь еду или питье. Своими руками выпеченный хлеб, бутылка вина со своего виноградника, яблоко с растущей у дома яблони – это типичные подарки. Я дарил родительнице испеченное вместе с папой печенье. Отцу – мамин пирог, для которого я лично просеивал муку, мыл фрукты, помогал, в общем. Мне доставалась моя любимая кулебяка с капустой, яйцами и луком. Потом мы семьей сидели за праздничным столом, пили чай и разговаривали. Посторонние на посиделки не допускались – они тут при чем? Даже тетка не стремилась присоединиться, не так она нам и близка.
После завтрака Кидор выложил несколько посланий, доставленных ночью. Первым было поздравление от родителей и… любимая кулебяка. Хоть я и сыт, но отказаться от нее не смог и съел большой кусок.
Второе письмо было от маленькой Терезы. Причем не поздравление. Я думаю, она и не знает, когда у меня праздник. В письме было написано лишь несколько слов: «Стах! Я буду помнить вас всегда. Уже не ваша Тереза». Так… И что случилось?
Объяснение нашлось в письме ее отца. Изысканно вежливо он поставил меня в известность о помолвке его дочери с наследником герцогства Смагд. К тому же вернул жетон для голосования и сообщил об избрании Несты Верховным Магистром. Мне показалось, Найджел был против разрыва, но герцог «из вежливости», только по жене, без особых прав, что он мог сделать?
Честно скажу – мне стало обидно. Дал почитать письма камердинеру, захотел посоветоваться с опытным человеком. Лицо Кидора окаменело, было видно, что слуга обиделся сильнее меня. Однако сдержался и пояснил – Ранбранды в своем праве, они по рангу выше, да и между семьями официальных разговоров о помолвке не велось. Но так дела не делаются. Оно, может, и не обязательно, но положено сначала лично переговорить с отвергнутым кандидатом в женихи, а лишь потом объявлять помолвку с другим. Из сего следует – отныне герцогства Ранбранд и Смагд нам не друзья. Не враги, возможно общение по деловым вопросам, но доверять после такого плевка никак нельзя. Кидор обещал написать знакомым и выяснить причину столь резкого разрыва, однако ответ придет только завтра. Сейчас же мне собственноручно требуется написать вежливый ответ, который есть в Письмовнике.
Есть там письма на любой случай, вот и «Ответ на неприятное известие от бывшего приятеля» тоже нашелся.
Третье письмо – от придворных волшебников, принимавших у меня экзамен на магистра. Сообщали об избрании Верховного Магистра, намекали на серьезные уступки Гильдии двору. Отдельно, целым листом следовало увещевание придворного целителя, лучшего хирурга страны, а по совместительству моего будущего учителя Бертиоса. Он узнал от ее светлости великой герцогини Силестрии о моих заслугах на ниве пластической хирургии. Ругал меня за напрасную трату сил и времени. Отвисшие телеса с оспинами на здоровье не влияют, потому делать с ними ничего не надо. А надо заниматься ранами и переломами. На полях этого листа Диваза сделала приписку: «Не слушай старого пердуна. Приедешь – сведи мне татушку, надоела. Потом мы с тобой поговорим об исправлении линии груди».
Дальше в почте остались лишь воскресные газеты с новостями. Великий герцог Эдмунд запросил помощи, а государь еще зимой ее обещал, и вот третьего дня через портал непрерывным потоком пошли войска. Шесть лет лучший полководец нынешнего поколения оборонял свои владения, иногда огрызаясь мелкими ударами на территории врага, но наконец наступила расплата. Первый армейский корпус еще не полностью передислоцировался, но уже с ходу захватил несколько ключевых приграничных укреплений с военными складами, ломящимися от запасов для предстоящей кампании. Найденные документы неопровержимо доказали, что вероломный противник готовил окончательный удар по нашему верному другу, надежному союзнику, а если говорить совсем тихо, то и жениху нашей принцессы.
Мельком писалось про отрицательную реакцию некоторых государей. Однако кто их будет слушать? Уж точно не его королевское высочество принц Торан, подготовивший эту военную операцию.
Про его величество упоминалось глухо. Положенные ежедневные бюллетени о здоровье были написаны как под копирку. Если отжать лишние словеса, то останется безнадежное «пока еще жив». Про моего принца писалось мало. В основном о «неустанных трудах и заботах». Как я понял, он взял под себя Казначейство и Министерство двора. Если и Служба Охраны короны ему подчинится, то тогда его милости останется только надеть корону, чтобы стать полным властителем королевства.
Его брат для обывателей представлялся умелым воителем, строящим планы блестящих военных кампаний.
Про меня в газетах не писали – отработанный пар, я уже сделал тиражи, больше ничего сенсационного не напишешь.
Почти ничего не сообщалось о ходе судебного процесса по заговору. Хотя обычно достаточно было пары-тройки дней для выноса приговора. Похоже, ждали решения государя… или его скорой смерти.
О выборах в Гильдию тоже упоминалось мельком. На момент издания газеты новость про Несту еще не дошла до редакции, да и не так интересовала она подписчиков.
После чтения ко мне подошла Эля. Мялась, краснела, но в конце концов призналась – грех с ней случился. Виноват, как я сразу догадался, Гедор. Сей коварный ловелас соблазнил наивную молодую женщину… или она его, как было на самом деле, точно не уверен. Но жениться на ней он пока не готов, предложил просто жить вместе – дескать, пока присмотримся друг к другу, а там решим. Не понравился такой подход Эле – чай, она дворянка, а не девка гулящая. По сему случаю просит у меня службы, с проживанием в башне, со столом и окладом жалованья талеров тридцать в месяц. Обещает быть полезной и верной.
Сомневаюсь я. Однако тридцать талеров не расход, согласился принять лаборанткой, для присмотра за алхимическим складом. А в дополнение пусть управляет лифтом для слуг. Сразу после решения служащая огорошила новостью. Доложила, что ее бывший возлюбленный не без корысти – не то что скрыл, но не упомянул про комнату управления башней, мостом и тремя сливами из озера. Третьего дня хвост распушил, показал женщине, а когда одним одеялом укрывались, та все мельчайшие подробности вызнала. Выше сорокового этажа, но ниже крыши есть зальчик, в котором находятся руны управления. Еще имеются три амулета, носители которых получают доступ в зал. Мало того, есть гримуар, в котором описываются команды управления башней. Но чтобы активировать руны, надо уметь творить заклинания не ниже шестого круга. Гедор до таких высот не поднимался, его предел – четвертый круг. В столице, в Управлении крепостей Военного Министерства есть копия гримуара и четвертый амулет. Владелец крепости, я то есть, может их затребовать для ознакомления.
Ничего себе информация, да? Эля тоже хороша – женился бы на ней мужик или не принял бы я ее на службу, разве узнал бы про такие дела? Пообещал премию, однако теперь веры ей совсем нет. Пусть приглядывает за башней, но посвящать в свои личные дела не буду: сдаст любому желающему по сходной цене. Я понимаю – ей хочется пристроиться, но мы ее приняли. Мало того что на нашем примирении с аус Хансалами она денег заработала, так и я ей еще по-родственному кое-что подбросил. Могла бы не искать выгоды, а сразу рассказать про дела Гедора. Но он-то хоть чужой, не так обидно.
Даже после такого разговора, вместо того чтобы сразу заняться разборками с гарнизонным волшебником, мне пришлось присутствовать при отправлении сводной ветеранской команды. Двадцать три солдата решили помочь управителю разобраться с арендаторами из Дубков. Вновь назначенный староста Яронин Хромой присутствовал здесь же с двумя арендаторами, причем опять один из них крестьянин, другой из отставных. Селянин лишь увидел меня, не сказав даже «здрасте», сразу стал причитать:
– Ваша милость, мы по глупости бумагу подписали. Бывшего старосту всем миром посекли, чтобы народу голову не морочил. Сейчас хотим вернуть, как раньше было. И вам убытку не будет, и нам новое место искать не придется.
Вот как дело повернулось! Но идти на попятную плохо – сегодня так решат, завтра эдак. А на меня команда собравшихся молодцов смотрит, не хочу их обижать. Если сейчас прокачу с участками, потом веры мне никогда больше не будет. Отвечаю:
– Постоянные колебания приличествуют только маятнику. Вы мне варианты представили, я выбрал один из ваших. От себя ничего не добавил, не убавил. Вы решили, я принял ваше решение. Давайте так и оставим.
Солдатики, чувствую, расслабились и повеселели. Второй приехавший, который из солдат, отдал честь и спросил:
– Ваше высокоблагородие, как прикажете быть с пойманными в лесу браконьерами? Ладно желуди воруют, тут даже за порубкой двоих поймали.
Вопрос понятен и прост, в любом учебнике по ведению хозяйства его разбирают.
– Поступайте по закону. Штраф вдвое от нанесенных убытков, конфискация добычи или потравы и орудий браконьерства. Если использовался верховой, гужевой или вьючный транспорт, то он конфискуется тоже. Треть штрафа положено отдать в казну, треть владельцу поместья, треть – поймавшему вора.
Глазки у солдатика загорелись, он даже непроизвольно облизнулся.
– Треть штрафа задержавшему, получается? Мне то бишь? Уж мы тогда с сынами расстараемся! А повозку с лошадью и топоры с пилами куда девать? В казну?
– Казне топоры ни к чему, сами разбирайтесь. А лошадь продавать надо, наверное… Не знаю…
– А батюшке приблудному можно одно хозяйство выделить?
– Оказывается, у вас есть храм?
– Есть, как не быть! Что мы, богохульники какие?! Часовенка стоит, а при ней батюшка обитает. Прошлый год прибился. Подкармливаем его. Он пока без матушки, по дворам кормится.
– Тогда решим так – батюшке, если мир не против, участок даем. Моя доля от штрафов и потрав пусть будет на украшение часовни направляться. Коли батюшка жены не имеет, необходимо срочно подыскать ему пару. А то соблазны всякие. Духовному лицу ходить по домам собирать куски неправильно. От меня ему будет жалованье – десять талеров в месяц и по одному дополнительно за каждую службу. И материи на приличную рясу прикажу выдать.
– Благое дело, ваше высокоблагородие, – подтвердил Яронин. – Батюшка молодой, худенький, но страсть какой душевный. Молитвы баском читает, аж заслушаешься. Мы от нашей общины ему тоже поможем. Коровенку выделим. Женим. Вот хоть бы и на моей Проське. Выросла девка, замуж пора. Для батюшки не пожалею, отдам. Опять же они друг на дружку поглядывают. И ложки-плошки она принесет в приданое, будет им на обзаведение.
Решение по штрафам староста хорошо принял. Пообещал всех нарушителей под корень вывести. Затем сводный отряд построился и пошел вниз, к лошадям. Селяне отправились за ними к своим повозкам. Я же задумался о тяжелой доле помещика.
Как ни удивительно, но ко мне подошел Гедор с помощниками. Судя по бледному виду и потертой книге в руках, он прознал о доносе Эли и пришел сдаваться. А раз Эля смотрела на него злорадно-торжествующе, значит, она ему сама и проболталась. Не слишком умный поступок, зато дал ей возможность сказать своему бывшему… скорее, несостоявшемуся… много всего и разного. Показала близость к главному в баронстве, объяснила, что волшебник потерял, отвергнув такую великолепную ее. Зря она так. Правильней было бы оставить его в неведении. Но раз так, то так, теперь ничего не изменишь.
Гедор сказал, что ждал, когда все посторонние уедут, и только потом хотел доложить об управлении башней. Я забрал книгу и все три амулета, а затем с небольшими перерывами на еду слушал лекцию о возможностях крепости. Они действительно впечатляют. Закрыв шлюзы, я могу засушить свои земли или земли Загорья. Третий шлюз резервный, и через него можно направить поток в безлюдную долину. Дорог туда почти нет, земля там очень так себе, кроме горных козлов ничего полезного не водится, потому и место никого особо не интересует.
Каждый пролет моста от башни до берега можно сделать непроходимым, просто активировав нужную руну. По команде плиты поворачиваются торчком, и скакать по ним – то еще удовольствие.
Одной командой башенный лифт выключается, а другой переводится в режим, когда без волшебника с амулетом он не двигается. На специальной полированной плите в стене можно посмотреть план любого этажа, а огоньки показывают находящихся там людей. Еще много чего можно сделать с помощью рун, но только достаточно сильному волшебнику. Мне, например.
Наследник
– Ваше королевское высочество, Верховный Магистр избран. Но аус Хансалы и, возможно, барон Тихий покинут коалицию.
– Тихий-то почему?
– Ваше королевское высочество, последние голоса Неста получила, заручившись поддержкой магистров герцогства Смагд. За них она пообещала руку своей внучатой племянницы Терезы. А Тихий…
– Я понял… Как же славно все сложилось! Ведь специально никогда такого не устроишь! Правда?
– Виноват, ваше королевское высочество…
– Тихий на нее обидится. И справедливо. Я его обещал поставить на связь с Гильдией. Неста получит прекрасного недоброжелателя в моем окружении. Во всяком случае, Стах не будет ей помогать устраивать дела. Почему аус Хансалы покинули Несту? Только из-за родственника? Или?
– Ваше королевское высочество, из-за родственника в основном. Но к тому же Неста ничем не смогла отблагодарить их за поддержку. Они рассчитывали на какую-нибудь должность при Гильдии. Пусть не секретаря и не библиотекаря, но хотя бы кого-то. Но Несте не хватало слишком многих голосов, и все ушло колеблющимся.
– Ясно. Главу клана ко мне на прием. Подготовьте две новые должности придворных волшебников. Одна в помощь Стаху… А вторая… вторая… вторая – надзор за использованием гильдейских порталов. Просто учет и статистика. Пока учет и статистика. А там посмотрим. Обе должности, скажем… полковничьи. У Стаха, кроме помощника, в штате трое. У портальщика – двое. Что по бюджету? Потянем?
– Вполне, ваше королевское высочество. После заговора много должностей освободилось.
– Отлично. Намекните Торану, что я НЕ ПРОТИВ, если кто-то из аус Хансалов получит должность при Генеральном Штабе. Понятно? Я не прошу, не рекомендую, но буду не против. Аус Хансалы мелкие, голодные, и их много.
Илга
Как глупо получилось! Уговариваешь отца, тратишь его деньги, а оказывается все совсем не так, как планировалось. Дурочка Анита сбежала с графом, а в Храме их отказались венчать! Видите ли, нет искренности в словах жениха! Как такое вообще возможно?! Когда и кому отказывали на таком основании?! Главное, ведь и не поспоришь. Чтобы граф искренне на простолюдинке хотел жениться, такое только в сказках бывает.
Священнослужитель лично вернул Анитку домой и часа три увещевал ее и родителей. До слез всех довел. Слава богам, удалось заметочку в «Сплетницу» протолкнуть, теперь Анита не конкурентка.
Свинка тоже дура! Выступила, называется, – сбежала со своим парнем. Ей-то какой смысл бегать? Кто на такую жирдяйку позарится? На ее фоне любая покажется стройняшкой. Переждала бы прием и шла в храм со своим кабаном.
Ханна и Эйван
– Тебе больно, миленький?
– Да нет! Подумаешь, разок ремнем по спине хлестнули! Вот меня раз бык боднул, хорошо безрогий, – тогда да! Больно было! А ремнем – ерунда!
– Но синяк на спине большой. Ты так смешно от папки по двору бегал! Пока он не запыхался и не сел.
– Ага! А ты ему такая – сразу платочек подаешь: «Утрись, папочка. Тебе нельзя быстро двигаться. У тебя одышка с испариной. Лекаря придется звать».
– Он у меня ругачий, но хороший. Как узнал, что твои родители мне магазин подарили, отдал тебе пакгауз в порту.
– У тебя приданое ничего так. Приличное. Я меньше ожидал.
– Это ты в мои сундуки не заглядывал. Там одних платьев три дюжины, материи еще больше. Первого сынишку мы в честь твоего папы назовем, а второго – в честь моего. Ладно?
Анита
– Не реви! Поздно реветь, теперь самая пора с обидчиками разобраться. Я справки навел. Графинчику твоему обещали после свадьбы пять тысяч талеров, помимо приданого от нас, а еще пять наутро, коли тебя огуляет.
– Он говорил, что любит! Обещал бросить старую жизнь, на приданое выкупить из заклада имения! Сказал, на все балы меня возить будет! Позавидовал кто-то, не дал замуж выйти.
– Не! Служка из храма письмо принес. Тебя его высокопреосвященство лично пожалел. У графа долгов больше приданого раза в два. Имения проданы с концами. Доход с майората и тот заложен. Деньги наутро ему обещали, чтобы от тебя ночью в игорный дом не сбежал. Знаешь, кто вас свести расстарался?
– Он сказал, что я красивая…
– А ты слушай мужиков больше, вообще до свадьбы ребенка в подоле принесешь. Илгуша, подруженька твоя закадычная, деньги заплатила, чтобы заметка в «Сплетнице» появилась.
– Вот сучка! Я ей отомщу! За что она меня так?!
– Тебе-то мстить зачем? Сиди и рыдай в платочек. А за что тебя – понятно. В высший свет захотела, а ты ей главная конкурентка. Как бюст вручать будем, на кого барон посмотрит? Тинку уже видел, не приглянулась она ему. Мика – наивна, да и невидная совсем. Ханка – толстая колода. Тебя Илга списала, думает, одна она и осталась. Но на этот счет есть очень большие сомнения. Я ведь такой – со мной по правилам, и я по правилам. Со мной по-плохому – мне тоже есть чем ответить. А уж коли мою семью задели…
– Я кислотой в ее зенки бесстыжие…
– Молчи, дура. Есть кому за тебя поквитаться.
Глава 6
Возвращение
Ранний завтрак
После воскресного скандала в Гильдии стоило ожидать, что Симон, глава клана аус Хансалов, будет зол. Однако ничего такого не было. Он истово работал ложкой, уничтожая кашу, и как будто не замечал любопытных взоров родственников. Между прочим, коих было чуть не вдвое против обычного. Они ожидали программного заявления и получили его за кофеем.
– Ната, кто там у нас с Эрной в подругах ходит? Сала?
– Да, точно.
– Она в полку при Желтом дворце служит. Эрна каждый день в Зеленом бывает. Неплохо. Стахушку, нашего чудо-мальчика, Неста с невестой прокатила, да и нам за все хорошее выдала фигу с маслом. Мы утерлись, но не забыли.
– Война?
– Какая война? Ты о чем, Корхилл? Не время сейчас воевать. Вчера меня к себе вызвал его королевское высочество, наследный принц Лагоз…
Все переглянулись и стали ожидать продолжения, но именно сейчас Симон тянул драматическую паузу, намазывая варенье на кусочек мягкой булки.
– Так дальше-то, дальше что было? – не выдержал кто-то.
– А? Что? – Кусочек был прожеван и запит изрядным глотком из чашки. – Наследник вызвал зачем? Тихого хочет на связь двора с Гильдией поставить. Однако боится, что тот по малолетству не справится, велит приискать ему помощника. Натурально, должность придворная, ранга полковника. На них двоих будет трое подчиненных в штате. Надо бы их тоже приискать.
Родня пораженно замолчала. Придворных в роду еще не было. Кроме Тихих, понятно. Но те не совсем свои. Ясно, что подчиненных приищут из рода или из ближайших… нет, только из рода. К чему другим столь сладкий кус отдавать?
– Да… Неста нас с местом обошла. Его королевское высочество считает, не совсем справедливо. Да… Велит еще одну должность принять, статистику по порталам вести. Кто, куда, сколько и зачем – сосчитать, описать и доложить. Может, где новый портал потребен, может, где старый прикрыть. Да… Не все одной Несте докладывать, может, аус Хансалы тоже чего сумеют. Должность опять придворная, опять полковничья, и требуется двоих подчиненных приискать.
Это же весь род так поднимется, что и представить сразу нельзя. Два полковника при дворе, пятеро под ними. Силища!
– В Генштабе по мажеским делам тоже человек потребен. Вот его королевское высочество, наследный принц Лагоз, про наш клан и вспомнил. Да… Долго аус Хансалы своего часу ждали, но вот он настал. Всем нашим передайте – стоять за наследника крепко. Коли коронация будет, всем родом присягнем. Теперь решим – кого куда ставить будем.
Мирный договор
Во вторник рано утром вернулись дипломаты с утвержденным договором. Получилось странно. Королевство с баронством не воевало, мирный договор им подписывать не с чего. Герцогство воевало, но оно вот-вот выйдет из королевства, а герцогиня юная незамужняя девица. Не пристало ей подписывать ни объявление войны, ни заключение мира, на то мужчины есть. Но мужа пока нет, а подпишет отец, наследник короны – опять королевство не в свое дело вмешается: герцогство в приданое идет. Решили, что война между баронствами дело обыденное и естественное, а значит, пусть бароны между собой мир и заключают.
Вроде дело понятное и правильное. Ан нет! Раз я подписываю МЕЖДУНАРОДНЫЙ договор, значит, я барон свободного баронства. Пусть присягнул герцогине, но земли-то мои. Рано или поздно герцогиня и я уйдем из жизни. Вдруг мой наследник не присягнет ее наследнику? Чье баронство будет? То-то! Часть земель уйдет из герцогства.
Сюзерен поставила визу на договоре. Мой принц прислал записку: велит подписать. Я, конечно, подпишу, но оно весьма странно. Одно есть объяснение – если что с герцогиней случится, мне можно попроситься обратно в королевство, тогда оно землями прирастет, а муж моей принцессы их потеряет. Голова идет кругом от политических раскладов.
В полдень прибыл гонец с той стороны. Сказал, что встреча в три пополудни на старых позициях пушек. Сразу после подписания будет обед в честь знакомства.
Кидор отнесся к одеванию серьезно. В данном случае армейский мундир не годится категорически – неприлично подчеркивать, что его победил какой-то шеф-комендант. Придворный мундир дело другое – подписать мирный договор с камергером, пусть и титулярным, достойное дело.
Барон Загорский оказался полным, улыбчивым человеком, жуиром, гастрономом и изрядным весельчаком. Подписание пергаментов и прикладывание печатей заняло не более четверти часа, затем часа три мы сидели за столом, болтали, как старые знакомые. Подвыпив, барон делал предложения вроде: «Дочку мою видел? Надоела мне, страсть! Хочешь – женись. Но не советую. Приданое приличное, но такая дура! Все о балах мечтает. Мужа на одних тряпках разорит». Или как вам такой пассаж: «Я почему тебя люблю? Из-за тебя смог весь Совет повесить и Уклад отменить. Правда-правда! Вон хоть у Мишо спроси. Их семьи в тюрьме сидят, жрут в три горла. Один убыток от них. Я бы и их повесил, да вроде не за что. И освободить нельзя – получится, на поводу у заграницы пойду. Хочешь, тебе их всех отдам?»
Я вроде ничего такого не говорил, но как-то само собой оказалось, что баронскую дочку обещал своей принцессе представить. И семьи повешенных, в честь подписания мирного договора, из тюрьмы к себе забираю. Даже взялся прислать эконома на предмет приискать покупателя на баронскую медь. И это все в непрерывном потоке слов и самых разных забавных анекдотов из жизни. Да уж… С таким переговорщиком мне встречаться еще не приходилось.
Баронская дочка, девочка лет двенадцати, села между нами, когда подали десерт. Дочь стоила отца, болтала без передыху. Пока ела торт, рассказала о мечтах попасть фрейлиной в любой приличный двор, выйти замуж за блондина, хотя можно за ярко-рыжего, но тогда обязательно с бородой. Объявила, что ее брат бука и бяка, хотя очень хороший, а я совсем страшненький, но симпатичный.
Слава богам, хоть баронский сын оказался нормальным. Поймал мой затравленный взгляд и утащил меня от болтушки под предлогом что-то показать. Показывать ничего не стал, только сказал, когда мы вышли из шатра: «А у меня так каждый день!» Постояли, помолчали, обратно в шатер вернулись. Тут я подумал, что ничего у меня соседи, особенно наследник барона, с ними можно дружить.
Вернувшись в башню, доложил камердинеру и эконому о ходе переговоров. Меня просветили – баронская дочка, представленная сюзерену, скорее всего, будет сочтена моей дипломатической победой. Медь? Почему не помочь за процент от оборота. А вот с семьями повешенных не все так просто. Ладно те, у кого деньги в заграничных банках остались, а остальных куда? Кормить-поить за свой счет? Разве что в столице их удастся куда пристроить.
Неста
– Найджел, скажи честно – почему наша фракция развалилась? Я понимаю, аус Хансалы, Тихому нельзя было не вернуть голос. Но остальные-то почему ушли?
– Неста, ты встала во главе Гильдии. Что от этого получили Луковичи, Шранты, Сейтар и другие? НИЧЕГО! Зато сторонние нейтралы и перебежчики заняли должности, получили выгодные заказы, дефицитные реагенты… деньги, наконец. У всех сложилось мнение, что быть верным нашей фракции невыгодно и даже глупо.
– Гильдия бедна…
– Гильдия богата на столько, на сколько богаты ее члены. Чиновники от магии, которым не хватает жалованья, могут бросить бумаги и заняться делом. Неста, я скажу страшные слова, но нам повезло, что так вышло. Если бы фракция не распалась, мы не смогли бы выиграть ни одного голосования. За неделю выборов слишком многие привыкли получать за свой голос хоть что-то. Они из принципа будут голосовать против любого твоего проекта, пока не получат оплату. Единственный выход – ничего не выдвигать самой, а стать арбитром. Сейчас ты можешь воспарить над Советом и равнодушно взирать, как грызут друг друга бывшие союзники. Нам придется отложить семейные амбиции и не вступать в драку. Год, два, а то и три. Только когда люди забудут о твоей готовности платить за голоса, можно будет вновь собирать союзников.
– Возможно, ты и прав… Но как быть с нашими планами?
– Я сказал – отложить, как будто их и не было. Не выдвигать никаких вопросов в повестку дня. Пусть теперь желающие протолкнуть резолюцию сами покупают наши голоса. Твой сейчас особенно дорого стоит.
– Возможно, я действительно увлеклась и слишком многим пожертвовала. Но и другие коалиции тоже потеряли голоса, лишь двор усилил свои позиции. И как изящно Лагоз обошел договоренности не усиливать дворцовый гарнизон боевыми магами?! Два магистра-боевика стали придворными, а пять опытнейших армейских волшебников-огневиков превратились в прикомандированных чиновников. Статистику по порталам они будут собирать, понимаешь. На обгорелую рожу Фины посмотришь – сразу поймешь: ей только покойников на личном кладбище учитывать!
– Все еще хуже, чем ты думаешь. Гильдейцы поняли, что двор может что-то дать, и кто-то это «что-то» уже получил. Аус Хансалы всем кланом перешли на сторону Лагоза. А если бы ты им дала хоть чуточку влияния в Гильдии, наследник даже не думал бы их переманивать.
– Считаешь, будут еще перебежчики?
– Конечно! После раскрытия заговора сколько земель освободилось? Сколько имущества конфисковано? Какие должности вакантны? Понятно, что хоть кто-то не удержится.
– Смагды хорошее приобретение, да?
– Зачем спрашиваешь? Ты сама знаешь, что нет. Всего три голоса. Причем нужные, только когда они определяют исход голосования. У аус Хансалов их тоже три, четвертый у Тихого. И те были настроены к нам куда лояльней.
– Зато у Терезочки перспективный жених.
– Отрицать не буду, пока да. Но скоро Смагды начнут у тебя выпрашивать подачки.
– Если мы не будем выносить свои вопросы, то, наоборот, требовать от Смагдов буду я. И поверь, они заплатят. У них нет хорошей партии для сына, а на мезальянс они не пойдут.
– Точно нет вариантов?
– Точно. Они и вышли на меня, когда последнюю из их списка просватали за границу. Невеста жениху нравится. Она же волшебница – это так романтично. Два влюбленных сердца и две провинции соединятся в одно целое.
Тереза
Очаровательнейшая кисонька, котячьего возраста, повалила плюшевого мишку и возлежала на нем, как на троне. Ее гладенькая шерстка была идеально белого цвета. Пусть, что называется, «средней пушистости», зато искрится при поглаживании ладошкой. Миленький розовенький носик так и требует потрогать его нежным пальчиком. Но глаза! Глаза затмевали даже остальные достоинства. Разные – один синий, другой зеленый. Оба сладко щурятся, когда видят в руках хозяйки блюдечко со свежайшими сливками. Оба внимательно вглядываются в замеченные непонятности. И оба светятся в темноте синим и зеленым огоньками.
Возможный жених прислал котенка будущей невесте в подарок. Царапка, так была названа киска, стоила безумных денег, однако достать ее было очень и очень непросто. Ведь светящиеся в темноте глаза и искры при поглаживании однозначно выдавали магическую породу и, при желании хозяйки, готовность стать фамильяром.
– Стах, вы ведете себя неподобающе. Рыцарь не должен позволять котятам дрыхнуть на себе. Как Царапка станет моей помощницей, тогда и можно будет ей разрешать лежать на вашем пузике.
Мишка выглядел несколько обиженным. За что его ругают? Наглая киса не спрашивает разрешения, а сразу ложится, да еще и роняет его, приспосабливая под лежанку. Вообще у медведика были и другие претензии. Мало того что его любимую дочку, куклу Стешу, заставляют одеваться в траурные одеяния, так и его разжаловали из мужей в простые рыцари. Правда, хозяйка обещала, что ненадолго, только до следующего месяца, пока новый жених не утонет, причем в ванной. Девочка не рассказала взрослым о видении, этот вариант замужества ей не понравился. Она не знала, вернется ли Стах в женихи, но фамильяр-котенок компенсировал любые неприятности.
Жарник
Быстро пролетела неделя нового месяца – жарника. Сделал важное дело. Алмазной пыли у меня прилично скопилось, опал тоже выдали в количестве, ртуть и фосфор нашлись среди реагентов в подаренной лаборатории, тут и свободное время случилось. В общем, решил сделать магические чернила для крайне полезного заклинания. Символ Смерти ни разу не боевые чары, его даже с минимальным функционалом рисовать минут десять. Я же хочу защитить комнату с рунами управления, значит, придется рисовать часа три-четыре. Функционал – срабатывание через две минуты после прохода в дверной проем, без предварительно сказанного контрольного слова. Для меня, понятно, проход безопасен. Найти ловушку возможно, только для этого надо войти в комнату, тем самым активировав сигил. Двухминутную задержку включил, чтобы в комнату зашли все желающие. После срабатывания те, кто находится в пределах пары дюжин шагов от Символа Смерти, дружно вымирают. Хотя очень мощные существа или архимаги, может, и выживут.
Просто, надежно, очень дорого и необходимо уметь творить заклинания восьмого круга. Понятно, чары школы Смерти. Я магистр школы Жизни, что одно и то же, если не обращать внимания на знак – плюс или минус. Еще один, помимо цены, минус чернил – их довольно долго делать, у меня они настаивались четыре дня. Зато ни один трактат не возбраняет приготовить побольше чернил, в запас. Словом, я приготовил их по максимуму, истратив всю алмазную пыль и почти все опалы. Пригодятся. Мне еще в столичном доме сейф защищать. Может, и другие места. Кстати, чернила универсальные, можно и попроще сигилы нарисовать – Символы Боли, Безумия, Сна, Страха, Убеждения… На них и чернил тратится меньше, более экономно.
Я почему комнату хочу защитить? Книгу и все найденные амулеты по праву хозяина крепости я забрал себе, но вдруг еще где-нибудь амулеты завалялись? А книга оказалась не оригиналом, а рукописной копией. Значит, еще копии имеются. Не будет моя защита лишней, точно не будет. Даже если вдруг зря перестраховался, то потеряю только время и дорогие реагенты. Но коли кто-то попробует перехватить управление, я как минимум буду предупрежден. Как максимум успею вернуться и написать новый сигил для следующих посетителей.
Вторая линия защиты – возможность телепортироваться прямо в зал управления. Не слишком просто настроить телепорт, причем только на себя, любимого, но я смог. Прямо в рунной комнате нарисовал пентаграмму, окружил ее цепочкой рун. Телепорт, да и портал, в это место можно открыть за секунду, активировав простенький свиток.
С хозяйственными хлопотами больше не разбирался. Только раз пришлось принять делегацию селян – ко мне приехал показаться батюшка из Дубков. Я же буду платить жалованье, и ему положено хотя бы представиться. Понятно, заодно получить обещанную материю на рясу, пожертвование на украшение часовни, завести разговор о преобразовании часовни в полноценный храм и тому подобное. Что делать? Пришлось соответствовать. И материей отдариться, и пожертвование сделать, и присутствующему здесь старосте дать указание, чтобы десятину с моих доходов откладывал на церковные расходы.
Батюшка совсем молодой, только окончил семинарию, но прихода ему не нашлось, а идти в помощники к священнику в отдаленный городок не захотел. Попросил наставников благословить его на странствие – может, боги направят его путь. Так ведь направили же! Он получил свою паству, теперь будет окормлять, остальное от него зависит.
Соседушка-барон выполнил свою угрозу, прислал арестованных членов семей советников и их ближайших сподвижников. Все оказалось не так плохо, у большинства нашлись деньги в заграничных банках или родственники, готовые забрать бедолаг. После рыданий, попыток обслюнявить мою руку, а также невнятных благодарностей отбыли почти все освобожденные. Остался лишь бывший главный рудознатец с женой и двумя помощниками. В благодарность за освобождение «из узилища ненавистного тирана» они мне бесплатно составят геологическую карту владений. Ну как бесплатно… Им обещал заплатить кто-то из ближних родичей повешенных. И, как мне кажется, с надеждой возобновить добычу с производством, если найдутся богатые залежи. Хребет же один. Может, не только в Загорье, может, и на другом склоне горы тоже найдется что полезное. Пусть ищут, хотя бы нанесут на карту границы моих владений.
Про разрыв отношений с Ранбрандами подробно написал знакомый Кидора. Терезой расплатились с магистрами герцогства Смагд за последние, недостающие для избрания голоса. Однако сейчас, когда страсти остыли, обе стороны считают, что продешевили. Ранбрандам после избрания Несты ничего в Совете не нужно, а дочка, с графством в приданом и герцогством в перспективе, весьма значимый актив. Смагды же надеялись на постоянную подпитку герцогства ресурсами Гильдии, но были не готовы платить по запрошенным Верховным Магистром ценам.
Еще «из интересного» автор рассказал, что излеченную от оспин деваху наняли «в заграницу» на три года горничной. Однако она так понравилась хозяину, что тот взял ее в конкубины. Правда, не как у нас, там может быть одновременно до сорока конкубин. Что пикантно, любая из них, родив ребенка, сразу становится женой, коих тоже немало.
Причем ее муж, узнав о моем лечении, просит осмотреть женщину из его гарема. Об этом же ходатайствует и автор письма, ибо иностранец у себя в государстве большой человек, один из шести глав города-республики. Таких богачей, как он, прозвали «торговыми принцами». Свой веский голос за прием подал и Кидор. Я его даже спросил:
– Скажи, а не берешь ли ты денег с пациентов за запись на лечение?
– Что вы, ваша милость! Как такое возможно?! Конечно нет!
– Хм-м… А, между прочим, зря. На мой заработок это не повлияет, ты сам того не допустишь. Но вот твое благосостояние немного улучшится. Давай требуй своего с тех, кто не обеднеет.
Первый раз вижу такой растерянной физиономию моего камердинера.
– Слушаюсь, ваша милость. Но как-то оно вроде не того…
– Все того!
Слуга у меня умный, а принцип материальной заинтересованности очень способствует творческому подходу в зарабатывании денег. Или не денег, быть может, услуг, информации или еще чего полезного. Кидор и так хорошо ведет дела, а с ручейком в свой карман будет просто землю рыть. Раз сразу не отказался, похоже, мыслишки-то были! Может, им ходу не давал, но со временем от таких соблазнов может и железный человек сломаться. А коли я даже не разрешил, а велел брать подношения, внутреннего конфликта у моего слуги не будет. Будет стимул подыскать пациентов повыгодней. Ну и просто про отношения не надо забывать. Как там интенданты говорили? «Живи сам и давай жить другим».
Камердинер ушел задумчивый, однако довольный. Мивда, его жена и моя кухарка, на ужин особенно расстаралась – испекла мою любимую кулебяку.
И уже через три дня к нам приехал посредник. Смуглый, черноволосый, в ярко-голубом бурнусе поверх длинного, до колен, белого пиджака. Под ним пышные синие шаровары. На ногах полусапожки, изукрашенные золотым шитьем. Говорит почти без акцента, но чувствуется иностранец – вычурные, слишком длинные обороты речи. Сразу после длинного приветствия посредник назвался Иктнаром и выложил семь неограненных драгоценных камней, размером с ноготь большого пальца. Пояснил, что это не аванс, а знак глубокого уважения. Договорились, что я приму пациентку завтра. Получил ларец смеси разного жемчуга. Объяснили – годовая добыча одного маленького острова.
На следующий день с раннего утра стали прибывать повозки и кареты. Из них выходили закутанные в белое фигуры и сразу ныряли в лифт. Причем все люди, оставшиеся с лошадьми и повозками, были полными, рыхлыми, но вооруженными евнухами.
Когда меня позвали к пациентке, я не думал, что окажусь в царстве ковров с подушками. Иктнар хлопнул в ладоши – и в комнату ввели маленькую девочку, целиком закутанную в платок. Еще хлопок – и малышка четырех-пяти лет стоит перед нами голышом. Страшное зрелище. На девочке совсем не осталось гладкой кожи. Изъедено оспенными шрамами все. Руки, ноги, туловище, голова. Редкие пряди волос пробивались через рытвины на голове. Не повреждены были лишь веки доверчивых, ждущих чуда детских глаз.
– Красная оспа, магическая и самая быстротекущая форма болезни. Ее матери, дочери халифа и любимой жене господина, подкинули зараженный платок, но девочка нашла и подняла его первой. Виновницы умирали долго. Целитель смог сохранить девочке жизнь, но не смог вернуть красоту. Вылечите ее, и благодарность моего господина превзойдет самые смелые ваши ожидания.
Я взялся лечить малышку не ради награды. Ни одна девочка не должна расти такой. Само лечение стало уже привычным делом, даже место мне помогало, но провозился я без перерыва до глубокой ночи. Буркнув «завтра закончу», ушел к себе. Вымотался страшно, хотя уже в середине процедуры творил чары почти автоматом. Количество перешло в качество. Каждая излеченная оспина давала капельку опыта, теперь его стало достаточно для инстинктивного понимания «что надо делать». Источник подпитывал меня, потому кожу малышки удалось привести в порядок за один сеанс. Остались мелочи – отрастить волосы на голове и поправить ногти на пальцах. Первого надеюсь добиться простым заклинанием Рост Волос. Второе сложнее. Но планирую выправить форму ногтей и выгладить их Лечащими Руками, а затем, для укрепления эффекта, использовать жемчужный крем. Хотя это будет уже завтра.
Черныш
Следующий день начался завтраком с Иктнаром. Человек был восхищен моим искусством и удивлен, что я могу еще что-то улучшить. Слово за слово, и он раскололся – скорее всего, маленькая пациентка станет его женой. Это слишком большая честь для его уровня, но он же видел девочку нагой! После такого просто обязан жениться. Не сейчас, лет через десять, не раньше, когда малышка станет девушкой, но это такой почет, что и сказать нельзя. Ее могли бы и мне отдать в жены, но в наших странах такие глупые законы – только одна жена и одна наложница! Курам на смех! У них так только бедняки живут. Кто поможет вашей жене лучше, чем другая ваша жена? Что ей делать, если ее не может подменить подруга, почти сестра? Да и мужчине лучше…
Вернувшись с излеченной девочкой, он получит новое место, ранга на два выше текущего. Он мне так благодарен, так благодарен, что хочет подарить подарок. Деньги мелочь – их всегда можно раздобыть. Рабов легко купить. Землю могут отобрать захватчики. Потому он пришлет самое лучшее, о чем только может мечтать любой мужчина, – жеребца антагонской породы. Его достоинства он расписывать не будет, их я и сам увижу. Понятно, я сделал блаженное лицо, рассыпался в благодарностях, но так и не понял точно – почему все мужчины мечтают о жеребцах именно этой породы.
После завтрака мне доложили, что вечером от гостей ускакал гонец, а под утро к ним приехал фургон под охраной десятка евнухов. Из фургона достали несколько сундуков, еще оттуда вышел мужчина в богатом наряде, как и остальные, укутанный с головы до ног.
На втором приеме маленькой пациентки присутствовал тонкоголосый евнух в расшитом золотом парчовом халате. Довольно надменный по отношению к своим людям, ко мне он обращался исключительно с улыбкой на устах и длительными славословиями. Переводил Иктнар, который сразу как будто съежился, стал говорить крайне вежливо и часто кланяться нам обоим. Но переводил он своеобразно, что-то вроде «этот обрезанный ишак, помесь шакала со змеей, изволил сказать вашей мудрости…», причем по виду и не догадаешься, что он говорит гадости.
Девочку больше не раздевали, наложить заклинание Рост Волос и чуть поправить изуродованные болезнью ноготки на руках и ногах я смог и без того. Волосы сразу подросли. Я боялся, что на поврежденных местах волосяные луковицы повреждены и мне придется варить зелье Роста Волос, но нет – у малышки волосы растут нормально.
После того как я выдал жемчужный крем и рассказал, как им пользоваться, в комнату притащили большие весы. Здоровые евнухи с мечами внесли корзины. На одну чашу весов посадили девочку, на другую стали ставить посуду из тончайшего фарфора, он и был упакован в принесенные корзины. Когда посуда перевесила, девочку сняли и увели. Впрочем, оставшийся в корзинах фарфор оставили.
Главный евнух масляно заулыбался, игриво мне подмигнул и разразился длинной тирадой. Иктнар перевел:
– Вашей мудрости и силе этот мерзкий кастрат привез красивый цветок – служанку для вашего гарема. Куплена, когда ей было три года, и с тех пор воспитывалась для исполнения своей должности. Она красива, стройна, ведьма низшего разряда, знает этикет, танцует и играет на цитре. Умеет готовить еду, шить и варить кофей. Хорошо управляется с кинжалом и разговаривает на разных языках. Девственна, но никогда не забеременеет. Может быть старшей служанкой и вести хозяйство всего гарема. Вашей мудрости невольницу необходимо познать, ибо она будет до самой смерти считать хозяином мужчину, лишившего ее девственности. По обычаю, после того ей надо будет подарить золотую вещь. Имени у нее нет, а дать его может только хозяин.
После перевода тирады главный важно кивнул, а один из евнухов выхватил кинжал и молниеносно воткнул в грудь переводчика.
– Осень плоха он пелеводила. Клупый, завсем клупый дулак, – пояснил начальник и перевел разговор: – Скусный тевоська. Слаткий, как халва. Спать ее нада.
Девушку ввели в комнату, и по знаку евнуха она скинула длинную рубаху. Стройная, красивая, но совершенно черная негритянка. Я таких в нашем мире видел только в кино. Евнух вновь подмигнул и ушел.
Покойника вытащили из комнаты рядовые евнухи. Негритянка осталась стоять голышом, с нескрываемым интересом разглядывая меня. У нее выделялись только белки глаз и зубы при улыбке, остальное сливалось в один черный цвет.
– Господин разрешит мне одеться? Или он хочет рассмотреть меня более подробно? – с лукавой улыбкой спросила девушка. – Я не против, только у вас холоднее, чем у нас, и мне немного зябко.
Конечно, я велел ей одеться, притащил к Мивде и рассказал о подарке, который из всей одежды имеет только рубашку. Кухарка заквохтала, утянула девушку в свою комнату и вернулась с Кидором. Не сильно интересуясь моим мнением, велела послать гонца в Сухояр, в дамский магазин.
Тут меня отвлекли – пациентка отбывала к родным пенатам. Главный евнух поулыбался, поподмигивал, косноязычно поблагодарил, дал команду, и кавалькада уехала к порталу.
Кидор, Балег и Мивда на цыпочках, стараясь дышать через раз и в сторону, расставляли на столе подаренный драгоценный тончайший фарфор. Негритянка, одетая в парадное Мивдино платье, рассказывала нам про назначение каждого предмета. В последней нераспакованной корзине обнаружились кошели с большими семиугольными золотыми монетами. Вес корзины фунтов около двадцати. Неплохо за два сеанса.
К вечеру вернулся гонец из магазина. С сундуком. На мой невинный вопрос: «Что там?» Мивда возмущенно ответила: «Надо же одеть девочку! Не голой же ей ходить среди мужиков!» Оказалось, что куплено типовое приданое девицы. Именно девицы – девушки-дворянки, пусть и небогатой провинциалки. Сколько стоит, спросить не решился, чтобы не спровоцировать новое возмущение. Сундук вместе с женщинами скрылся в комнате, а Кидор виновато отвел взгляд, но пояснил: «Очень экзотическая девушка. Ее надо красиво одевать».
Ночью ко мне в комнату пробралось мое новое приобретение. Не знаю, как можно прилично рассказать, что тебя изнасиловала девственница, причем твоя же служанка. Единственно, чем можно оправдаться, – она негритянка, но, слава богам, не людоедка, хотя ночью я было засомневался. Практики у девочки не было совсем, но теорию она знала на «отлично», да к тому же призналась, что подглядывала, когда господин посещал наложниц. Ночью я назвал девушку «Черныш», ей это прозвище понравилось, потому она решила так и зваться.
Утром я попросил Кидора принести ларец с мелкими золотыми вещицами, доставшимися нам от хозяина дома. Камердинер принес. Широким жестом, но несколько неосторожно предложил Чернышу: «Возьми себе все, что хочешь!» Та оказалась настоящей женщиной и взяла все. Взрыв восторга с поцелуями и прочими выражениями благодарности я пережил, однако задумался.
Позже, когда мы с камердинером остались вдвоем, он намекнул, что иметь такую… э… личную служанку престижно. Даже простая негритянка, привезенная из колоний, ценится господами, как… э… прислуга. А уж воспитанная при гареме, умеющая себя вести и к тому же волшебница, произведет среди господ сенсацию. Дамы, правда, могут делать вид, что эпатированы, но тоже будут крайне заинтересованы.
Потом меня отловила Мивда и сказала, что несчастной девочке сильно досталось в жизни, ее продали родители, она не видела ничего хорошего в гадком гареме и никогда не сможет родить. На этом основании я должен платить Чернушке не менее двадцати талеров в месяц, выделить две комнаты в доме – одну среди помещений прислуги, другую недалеко от моей спальни, еще нужно купить кое-какие мелочи, необходимые девушке, и зимнюю одежду из меха.
Вот тут я не понял – кого кому подарили? Но, с другой стороны, кофей на завтрак Черныш сварила отличный, и ночью… кхм… Да и не жадный я. А в черном шелковом платье, в белом кружевном передничке и белой газовой наколочке на кудрявых жестких волосах она так мило выглядит. Может, ей еще кипельно-белую ночную рубаху купить? Атласную. Интересно, как будет просвечивать?.. Кхм…
Словом, дожала меня Мивда, махнул рукой и согласился на все затребованные траты. За что получил от нее «добрый господин» и обещание совместно с Чернушкой приготовить «кое-что вкусненькое». Ужас какой-то! Крутят нами женщины, как хотят! И ведь лишь служанка! Не жена и даже не конкубина!
К обеду примчался фельдкурьер на взмыленных лошадях, привез записку от его милости: «Бросай все. Срочно ко мне!»
Наследник
– Ваше королевское высочество! Трое волшебников и два жреца погибли, но им удалось развоплотить умертвие.
– Такие потери?! Во что же обратился ваш бывший Верховный? Вампир?
– Хуже, ваше королевское высочество. Много хуже…
– Ну? Не тяните, я слушаю.
– Ваше королевское высочество, это лич. Пока не будет найдена его филактерия, он будет воплощаться вновь и вновь. После каждой смерти ему нужно будет лишь несколько дней для восстановления. Если повезет, то несколько недель или месяцев.
– А мы будем терять каждый раз по полудюжине людей?
– Ваше королевское высочество, боюсь, много больше. Мы не знаем, где его логово. Это сегодня он пришел, сразу после возвращения, чтобы сотворить мерзкий ритуал, пока государь еще жив. В следующий раз он может затаиться, подготовить значительно большие силы и начать призыв союзников из Нижних Планов.
– Про ритуал доложите подробнее. В кого должен будет превратиться государь после смерти? В какую нежить?
– Достоверно сказать трудно, ваше королевское высочество… Предположительно в высшее воплощение Костяного Рыцаря, в Костяного Короля.
– Чем нам это грозит?
– Ваше королевское высочество, я боюсь сказать…
– Неста! Мне наплевать, чего вы боитесь. Говорите, как есть.
– Ваше королевское высочество, все клятвы, данные живому государю, останутся в силе. Он может управлять всеми, присягавшими ему. Члены ордена Золотой Саламандры, признавшие его гранд-мастером, после своей смерти восстанут высшей нежитью. Но и при жизни они не смогут поднять руку на своего господина.
– Сколько у нас есть времени и что можно сделать?
– У нас осталось лишь несколько дней, ваше королевское высочество. Мы не можем пробиться через Призматическую Сферу, которую воздвиг лич. Она защитила ложе со всех сторон. Лучшие ученые Гильдии перерывают наши архивы и библиотеки в поисках информации, как преодолеть такую преграду. И пока мы не пробьем проход, сделать ничего невозможно. Даже просто смотреть на сферу опасно, она ослепляет неподготовленных людей на несколько десятков минут.
– То есть вы ничего не делаете, кроме чтения книжек и размышлений на тему «все плохо»?
– Ваше королевское высочество, если бы вы мне вернули ту книгу…
– Ее нет. Она уже уничтожена. И все подобные книги будут уничтожаться под моим личным контролем. Если, конечно, мы переживем этот кризис. Ваш лич… Кто главней из этой пары нежити?
– Наверняка лич. Обычно Костяной Король полностью под контролем волшебника, ваше королевское высочество.
– А как же клятвы, данные при жизни?
– Тогда не знаю, ваше королевское высочество.
– Неста, вы вообще хоть что-то знаете?
Совещание
В кабинет, деликатно постучавшись, заглянул дежурный:
– Ваше королевское высочество, барон Тихий просится на прием.
– Уже прибыл? Скорехонек! Зови его в переговорную. И срочно за Тораном и Лаурой, жду их там же.
Всего через несколько минут в обитом пробкой маленьком зале собралось совещание первых лиц королевской фамилии с титулярным камергером Тихим. После положенного приветствия принц Лагоз изволил его поругать:
– Прибыл, герой? У-у! Так бы и дал тебе по шее! Вот пропал бы ни за грош в ночной атаке, что мне твоим родителям пришлось бы говорить? А ты же еще себе даже сына не завел!
– От вас, ваша милость, мне получить по шее ценнее, чем из чужих рук орден. Это значило бы, что вы следите за мной, хотя я временно и не при вашей милости.
– Молчи уже, медоуст. По крайне важному и сверхсрочному делу позвал. Что так быстро прибыл – хвалю. Что-нибудь про призматическую преграду слышал?
– Виноват, ваша милость. Призматическая Стена или Призматическая Сфера? Первое заклинание – восьмого круга, второе – девятого.
Читать бесплатно другие книги:
