Светлая адептка. Академия целительниц Алфеева Лина
Делия Мейбус стояла у ограды дома, вцепившись в прутья, и, судя по подрагивающим плечам, горько плакала. Она и сама не заметила, насколько молниеносно покинула дом первого целителя и миновала путь от парадного крыльца до ворот.
* * *
– Змеи и крысы первыми бегут с тонущего корабля.
Другому за подобные слова я дал бы в морду. Сейчас удержался лишь потому, что говоривший никогда не оскорблял ради личного удовольствия. Временами Сатор вел себя как полный говнюк, но при этом кретином он не был. Хотя тут еще как посмотреть. Многие давно утверждали, что у черного мага с башней не все в порядке.
И все-таки это был Сатор, поэтому я лишь покрепче стиснул зубы и бросил:
– Обычно речь идет исключительно о крысах.
– В том случае, если судно – корабль, угодивший в шторм. Шалатарская академия тонет в кое-чем поинтереснее. – Убедившись, что я настроен на диалог и не подпалю его задницу с разворота, иллюзион сбросил укрывающий полог. – Тьма, мой недогадливый чешуйчатый друг. Она сгущается. Ритуалы черной ведьмы принесли свои плоды, и вы с Делией их почувствовали, раз с такой поспешностью покинули академию.
– Бред! Я всего лишь захотел показать девчонку местному целителю.
Сатор издевательски вскинул бровь. Пожалуй, я все-таки дам ему в морду, исключительно для профилактики.
– Тьма практически уничтожила чешуйчатых обитателей пустыни. Страх перед Тьмой у вас с Делией в крови.
– В Шалатаре что-то назревает? Что ты выяснил? Кто под подозрением? – неосознанно повысил голос, чем привлек внимание Делии.
Девушка встревоженно обернулась и нашла меня взглядом. Покинув дом первого целителя, она отказалась от экипажа. Мне и самому хотелось проветрить мозги, поэтому в академию мы отправились пешком. Уверен, что до этого вечера Делия Мейбус и не подозревала, насколько популярна в Шалатаре. С нею здоровался каждый второй прохожий, а сейчас обступила группа женщин, которым приспичило получить бесплатную консультацию. Решив, что Делии не помешает немного отвлечься, я не стал ее торопить. Вместо этого отошел к соседнему дому, где меня и окликнул Эдриан Сатор.
– Полегче, мой нетерпеливый друг. Если бы я знал что-то конкретное, то сейчас бы не отвлекал тебя от этой милой крошки. – Сатор перевел взгляд на Делию и плотоядно улыбнулся. Желание дать ему в морду стремительно трансформировалось в острую потребность. – Ты неплохой эмпат, Эгран. Верь своему чутью и, если поймешь, что больше медлить нельзя, хватай свою змейку и беги прочь от Шалатара.
– Спасибо за совет, но бегство – не мой метод.
– А зря. Ничто так не облегчает жизнь, как тактическое отступление. Будут новости – дам знать.
И маг растворился в вечерних сумерках, слившись со стеной дома. Сатор искал черную ведьму параллельно с Темной стражей. Он считал, что та затаилась после убийства Аманды Антер и сейчас выжидала, чтобы оценить последствия проведенного ритуала.
* * *
Адептки Шалатарской академии целительниц сошли с ума. Иначе разве стали бы они называть ректора Соер мошенницей? Я заглянула в зал отдыха в поисках одногруппниц и попала на всеобщее собрание. Градус напряжения на нем зашкаливал, особо рьяные предлагали немедленно идти к ректору и требовать объяснений.
– Мари, а что не так? Отчего все так взъелись на леди Клариссу? Она же всего лишь подменила участницу, отказавшуюся лечить морского нага.
– Вот именно. И как целитель нага осталась в игре, а Хранэль исключил Ани, посчитав не слишком расторопной. Ректор Соер всех обвела вокруг пальца.
– Глупости! Если бы леди Кларисса желала принять участие в отборе, она вошла бы в число участниц с самого начала.
– Какая же ты простушка, Делия. – Мари презрительно скривила губы. Сейчас она до такой степени напоминала погибшую Аманду, что у меня сердце екнуло. – Ректор Соер не могла сразу проявить интерес к отбору. В этом случае все задумались бы о призе, который получит победительница.
– Победительница поможет хранителю переродиться. Только и всего. Никакой личной выгоды. Мы все участвуем в отборе ради Хранэля…
– Глупенькая Делия. Победительница получит благословение светлого источника, и ее магия возрастет многократно.
– Это ты сейчас говоришь глупости, Мари. Узнать бы, кто распускает такие дикие сплетни…
– И что? Побежишь доносить Соер? Или это она тебя подослала шпионить? – Мари крепко ухватила меня за предплечье.
– Совсем сдурела?
Чтобы сплести простейший аркан, нарушающий кровообращение, достаточно пальцев одной руки. Рука Мари перестала слушаться хозяйку, пальцы девушки разжались, что также не поспособствовало улучшению ее настроения.
– Я не видела госпожу ректора после того, как хранитель объявил результаты испытания. Мне без разницы, веришь ты или нет, но если еще хоть раз протянешь ко мне свои грабли…
– Прости. – Мари вдруг принялась яростно тереть виски и трясти головой, как если бы пыталась проснуться. – Подцепила заразу от остальных. Ты только посмотри, какие все стали дерганые.
И верно. Если прежде в зале отдыха целительницы разбивались на группы по интересам: кто-то делал сообща домашку, кто-то обменивался опытом, а кто-то просто сплетничал, – то сейчас во всех кружках велись разговоры на повышенных тонах.
– Предлагаю пойти спать. Надеюсь, к утру все угомонятся. – Я ободряюще улыбнулась Мари.
– Это просто конец года. Все устали. Повезло Аманде, уже умотала на каникулы.
Боль ударила наотмашь, хорошо, что рядом было кресло. В него я и рухнула.
За эти два года Аманда сделала все, чтобы моя учеба в Шалатаре стала невыносимой. Но я не желала Антер такой судьбы. Почему-то Аманда запомнилась мне такой, какой я встретила ее в коридоре: влюбленной, растерянной и бесконечно несчастной.
– Эй! Ты чего? – Мари присела на корточки и с тревогой заглянула мне в лицо.
– Голова закружилась. Организм подает сигнал, что пора спать.
– Конечно, ведь завтра у тебя следующее испытание.
Я вздрогнула и промолчала. В голосе Мари было столько зависти, что мне стало жутко.
Глава 16
– Наконец-то! Я уже счел, что мне придется лезть в твое окно, – рассерженный шепот Сатора настиг меня, едва я вышел в парк.
– Теряешь хватку?
– Ценю комфорт, – невозмутимо парировал невидимый Сатор. – Предпочитаю, чтобы прекрасные леди сами выпрыгивали из окон в мои объятия. Желательно голые.
– Прости, Сатор, раздеваться не буду.
– Прости, Эгран, твой тощий зад меня не возбуждает.
– Видимо, возбудил чей-то другой, раз ты вытащил меня из кровати.
– Кончай ворчать. Вот уложишь сладкую змейку к себе в постельку… – Сатор осекся, оценил яркость огня, вспыхнувшего на моей ладони, и с улыбкой продолжил: – Расскажешь девочке сказку на ночь, чмокнешь в лобик и завалишься спать… Потому что воздержание на грани пытки еще ни одной потенции не помогло.
Сатор шустро нырнул в невидимость, уходя от моего фаера. Впрочем, судя по запаху паленой ткани, при взрыве снаряд все-таки прожег в одежде иллюзиона несколько дыр.
– Гад облезлый… Это новый жилет!
– Заштопаешь иллюзией. Тоже мне проблема.
Академию мы покинули через портал, созданный Сатором. Мягко говоря, я удивился. Способностью прожигать пространство обладали лишь высшие демоны Бездны, а Сатор был человеком. Видимо, ключевым моментом являлось «был». Внешне черный маг ничуть не изменился, но кто знает, что он прятал за своими иллюзиями.
– Ты меня удивил, – обронил я, едва портал схлопнулся, оставив после себя облачко дыма.
– Поверь, я удивляю не только других. Временами смотрю в зеркало и становится тошно. Так… Минутка нытья окончена. Как насчет того, чтобы взглянуть в лицо твари, наделавшей шороху в Шалатаре?
– Ты напал на след черной ведьмы?
– Сейчас узнаем. Я растяну сокрывающий полог на нас обоих. Держись рядом.
Портал Сатора привел нас за городскую стену, на овечью ферму. Ведьма была неглупа, смекнула, что в городе Темная стража землю рыть станет, чтобы ее найти. Вот и затаилась, гадина.
– Кому принадлежит дом? Людям или оркам? Кто внутри? Семья или наемные рабочие?
– Эгран, тебе никогда не говорили, что ты дикий зануда?
– Ты не проверил?
И это ученик высшего демона! Меня всегда поражало, насколько разными по способностям и темпераменту были воспитанники лорда Льена. Главнокомандующий редко снисходил до личного наставничества, хотя и присматривал за всеми мало-мальски наделенными Тьмой магами Темного Альянса.
– Обожаю сюрпризы, – безбашенно отмахнулся Сатор.
И как сглазил!
Хлопанье крыльев в ночи на сюрприз еще как тянуло. За время своего пребывания в Шалатаре я ни разу не заглядывал в зверинец и понятия не имел, водятся ли в нем грифоны, зато всадника узнал, как только тот пролетел над нами.
Я выделил магистра Лойра с первого дня, а сегодня получил вести из военного архива. За время службы военный целитель Лойр участвовал в тридцати официальных поединках. Тридцать раз он обнажил меч в дуэльном круге и всего один проиграл.
Пока я размышлял, как подступиться к тому, о чьих истинных возможностях ничего не было известно, Сатор создал иллюзорный фантом тушканчика и направил его к дому.
– Новость хорошая – это всего лишь целитель. Плохая – он из Шалатара, – объявил он, не прошло и десяти секунд.
– Ты ошибаешься, мой друг. Обе новости плохие, – мрачно парировал я.
* * *
До меня доходили слухи, что с Сатором невозможно работать. Гений импровизации, мать его! Мы условились не приближаться к дому, пока фантом тушканчика разведывает обстановку, но не успел грызун скрыться в доме, как я ощутил, что рядом со мной фальшивка.
– Какого гхара? – процедил я, зная, что иллюзион контролирует свою копию. – Тебе тушкана мало?
– Не тот ракурс. Слишком мелкий. Не дергайся, чешуйчатый. Все нормально.
– Ведьма и Лойр заодно?
– А хрен их поймешь, пока болтают.
– О чем?!
– Отвали. Подслушивать мешаешь.
Мне оставалось лишь покрепче стиснуть зубы и мысленно выматериться.
В доме было трое, по крайней мере, я ощущал всего три ауры. Странно. Дом не выглядел заброшенным. Я приблизился к окну, через которое пролез Сатор, как вдруг его фантом ругнулся и зашипел:
– Не входи. Тебе нельзя.
И следом из окон вырвался слепящий зеленый свет. Магия смерти! Она мазнула по моему телу леденящей волной и рассеялась в ночи.
Я очутился на подоконнике еще до того, как в воздухе погасли последние крупицы магии. Черная ведьма не могла атаковать магией смерти. Значит, ударил Лойр. Гхар его знает как, но ударил!
Магистр Лойр был военным целителем, но целители не всегда работают с живительными потоками силы, кому-то нужно нивелировать последствия зловредных арканов и банальных ядов. В этом случае даже гхаров маг смерти может сойти за целителя…
И все-таки невероятно!
– Эгран, вали отсюда!
Шипение фантома за спиной меня отвлекло, и я пропустил бросок чего-то темного и мешкообразного. Оно вцепилось в мою ногу, громко взвизгнуло, обжегшись о щит, но хватку не ослабило. С упыриным упорством меня пытались стащить с подоконника. Собственно, упырь и пытался. Стало ясно, куда подевались владельцы фермы – ведьма обратила их в нежить.
– Сатор, у меня проблема… – Я зарядил упырю в морду фаером. Огонь нежити всегда не нравился, но не настолько, чтобы та улепетывала от него без оглядки.
Придется применить грубую силу и запачкаться. Если не хочешь, чтобы упырь тебя хватал, – оторви ему хваталки.
Ладно, будет по-твоему. Я спрыгнул на пол, но не сделал и пары шагов, как вокруг взметнулось пламя защитного огненного аркана, который я активировал заранее. Не помогло! Темная магия выплеснулась из-под пола, уродливым коконом окутала мой щит и присосалась, выкачивая из него энергию. Я прекрасно осознавал, что произойдет дальше: схлопнется щит, Тьма начнет жрать мою магию.
– Сатор, у меня проблема, – повторил я.
Гхаров фантом черного мага так и торчал за окном!
– Что, девочки уже подгребли?
– Какие, на хрен, девочки? – Я наконец-то добрался до упыря, оторвал ему руки и башку. Помогло слабо, в том смысле, что Тьма плевать хотела на мою физическую силу и с завидным энтузиазмом портила мой щит.
Одновременный бросок трех смазанных фигур я встретил стеной огня. Пол в доме вспыхнул мгновенно, осветив три новые перекошенные упырячьи морды.
– Сатор!
– Ага. Девочки уже на месте. Хорошо.
– Что, мать твою, хорошего?!
– Что ты отвлекаешь на себя зомби, а то раньше в подвале было чересчур оживленно.
– Чем ты там занимаешься? Перехвати контроль над нежитью. Ты же черный маг.
– Я черный маг, а не трупоед. Нежить – не мой профиль.
Урою! Найду и удавлю! Да чтоб я еще раз связался с Эдрианом Сатором!
Дом сотрясся до основания. Судя по тому, что из-под пола вырвался черный дым, на этот раз атаковал Сатор. Следом раздался возмущенный вопль его фантома:
– Охренеть! Этот лекарь выдержал мой удар Тьмой.
– Лойр на тебя напал?!
– Почти…
Значит, нет. Мрак всемогущий, пусть целитель нашлет на этого слабоумного какое-нибудь заковыристое проклятие. Непременно мерзкое и мучительное! Заслужил!
Мне удалось заблокировать упыриц в дальней части комнаты, но Тьма уже проела брешь в защите и теперь тянула мою магию. Тело словно одеревенело – Тьма не брезговала и жизненной энергией. Но самое дерьмовое – ведьма сбежала. Я уловил момент, когда эта тварь покинула дом. Наколдовал ей вслед огненную змейку, пылающая дорожка вспыхнула под ногами женщины, заставив ее взвизгнуть от боли. Впрочем, мне было хреновее. Тьма, выпущенная черной ведьмой, оказалась прожорливой. Видимо, привыкла питаться от других.
На Сатора рассчитывать было бесполезно, поэтому я собрал остатки сил и забросил свое тело на подоконник, прополз немного и кулем свалился на землю.
– Ого! Быстро она тебя. Я же предупреждал, что в доме ловушка на стихийника.
– Да ладно… – прохрипел я, на мат уже не осталось сил.
Фантом Сатора присел рядом и с сочувствием посмотрел на меня.
– Потерпи. Скоро рассосется. Ведьма драпанула и разорвала связь с ловушкой. Бесит. Стерва тупая.
– Тебя бесит то, что вы на пару с Лойром упустили ведьму, пока выясняли отношения.
– Это не отменяет того, что она тупая, – упрямо произнес Сатор и на несколько секунд замер, словно статуя. – Держись, чешуйчатый, сейчас будет жестко.
И дом содрогнулся от двух одновременных ударов. Тьма и магия смерти схлестнулись под землей в прямом столкновении. Итог был закономерен: фермерский домик не выдержал и рухнул. Последнее, что я увидел, – горящую доску, летящую мне в голову.
Делия Мейбус
Успокаивающие капли не помогали. Я целых два часа рассматривала потолок, а потом сдалась: переоделась и спустилась в парк. Увидь меня кто-нибудь на лавочке под стенами замка, сразу заподозрил бы, что я дожидалась кого-то из преподавателей.
И ошибся бы.
Я ждала лорда проверяющего, который до сих пор не вернулся в Шалатар. Мне не нужно было подниматься на преподавательский этаж, чтобы убедиться: комната василиска пуста. В то же время Ла-Рушк утверждал, что лорд Тортон не покидал академию.
Не покидал академию через главные ворота. Решающее уточнение. Делиться своими соображениями с Ларушкой я не стала. Старый гоблин непременно поднял бы крик из-за бреши в защите, поэтому я вернулась в парк, устроилась на лавочке и приготовилась к долгому ожиданию. О возвращении в постель и речи не могло быть.
Я так надеялась, что лорд Тортон заглянет ко мне перед сном, чтобы обсудить первое испытание Хранэля, но этого не случилось. Лорд проверяющий был занят чем-то поважнее, чем успокоение одной мандражирующей адептки. Например, мог напасть на след черной ведьмы…
Да что же он так долго?!
Едва уловимое хлопанье крыльев заставило меня вскинуть голову. Надо мной завис черный грифон.
– Привет, Малыш. Магистр Лойр отпустил тебя полетать? – с надеждой поинтересовалась я. Ведь если птах упорхнул из зверинца без одобрения магистра, значит, того тоже нет в академии и…
И думать не желаю, что это означает! Так я точно рехнусь от тревоги!
Вместо ответа грифон опустился на землю рядом с лавочкой и повернулся боком, демонстрируя седло.
– Хочешь меня куда-то отвести? Так? Хороший Малыш!
Хоть и нежить…
Магистр Лойр собирался выгулять своего грифона, вот и оседлал, а потом ему пришлось срочно отлучиться. Так ведь? Или наставник прислал грифона за мной, потому что случилось нечто страшное…
Страх когтистой лапой сжал сердце. Я и сама не заметила, как очутилась на спине грифона, и только когда ветер засвистел в ушах от стремительного взлета, мелькнула запоздавшая мысль, что, возможно, я совершила глупость.
Малыш облетел замок по кругу, но вместо того, чтобы направиться прочь, спустился к зверинцу. Приземлился за оградой, неторопливо прошагал внутрь вольера и сбросил меня в сено.
– Малыш, как же так? Разве мы не собираемся искать магистра Лойра?
Вместо ответа грифон ткнул меня мордой в грудь, заставляя отступить поглубже в сено, потом обошел и зарылся в него по самый клюв.
– Ты тоже тревожишься и хочешь, чтобы мы переждали эту ночь вместе!
Клекот черного грифона прозвучал очень одобрительно, а когда я легла на бок, он прикрыл меня своим крылом.
С минуту я прислушивалась к своим ощущениям и напоминала себе, что рядом хорошо замаскированная нежить. Помогало слабо. Отчего-то меня это совершенно не трогало и ни капельки не пугало. Малыш был очень послушной и преданной птицей, а еще он почувствовал мое одиночество и захотел его со мной разделить.
Крамер Тортон
Магистр Лойр был сыном лорда Шалатара. Сатор объяснил мне это раз десять, как только я очнулся, но я был уверен, что слышал его восхищенное брюзжание и сквозь беспамятство.
Только этот паладин Мрака умел плести четырехслойные щиты. Этот гениальнейший защитный аркан был визитной карточкой лорда Шалатара. Ни один маг смерти не мог создать нечто подобное ни до, ни после, а теперь четырехслойный аркан абсолютной защиты появился у военного целителя, который еще и двигался как прирожденный боец. Сатор был уверен, что у магистра Лойра включилась родовая память. Черный маг так радовался, словно это у него, а не у магистра что-то включилось. Неужели мозг прорезался?
Вряд ли…
Сатор догадался притащить меня в городской лазарет, и теперь местные целители не желали меня отпускать без одобрения господина Севаля. Приставленная к моей палате целительница ныла и причитала, пока я не дал ей слово, что не сбегу до его возвращения.
– Все, кончай валяться, нужно возвращаться в академию.
– Сатор, ты оглох?
Разговор с целительницей велся в его присутствии, маг знал, что я пообещал дождаться господина Севаля.
– Да понял я все. Но всегда можно сослаться на непредвиденные обстоятельства: королевский приказ, желание богов и… Эгран, это не моя невеста сейчас готовится к следующему испытанию.
Вот Тьма! Я его сейчас точно грохну!
Я сел на кровати. Башка трещала так, что перед глазами плясали черные мушки. Или это от злости?
– Как вы себя чувствуете? – Магистр Лойр вошел в палату.
– Ого! А вы не сбежали… – Сатор продемонстрировал настолько искреннее удивление, что целитель или, правильнее было бы сказать, черный паладин лишь снисходительно усмехнулся.
Согласен, нечего на идиотов обижаться.
– Черная ведьма… Скажите мне, что вы не торчали у моей койки, как преданные родственники в ожидании наследства, а вели гхаровы поиски…
– А смысл ее искать? Сама объявится, – беззаботно отмахнулся Сатор. – Я теперь отслеживаю каждый всплеск магии Тьмы в Шалатаре и окрестностях. И как только эта дамочка захочет провести какой-нибудь занятный ритуал, я ее тут же и накрою.
– Как семья фермера?
– Была обращена в нежить с неделю назад. Я навел справки, – пояснил магистр Лойр. – Искал дом за городской стеной, чьи обитатели резко превратились в отшельников. Лорд Сатор, вынужден разрушить ваши фантазии. Я не могу быть ребенком лорда Шалатара. Когда я родился, он был давно мертв.
Сатор посмотрел на военного целителя со всезнающим снисхождением. Заметивший это магистр Лойр закатил глаза:
– Лорд Талион Шалатар жил двести лет назад. И из них сотню – в законном бездетном браке со светлой.
– Это не помешало бы ему хоть раз сходить налево!
– Личный опыт? – незамедлительно ввернул я.
– Сдурел? Эханор мне все поотрывала бы. У меня от нее законная дочь. Единственная, любимая и во всем на меня похожая.
Я представил себе женскую версию Эдриана Сатора и ужаснулся.
– Тогда как вы можете объяснить ваши таланты, полностью повторяющие способности этого паладина Мрака?
Магистр Лойр повернулся ко мне и пожал плечами:
– Пока никак. У меня сейчас других загадок хватает. Если вы не заметили, то ректор Соер чудесным образом присоединилась к испытаниям светлого источника. Я связался с королевским архивом, ранее подобное не происходило. Прежде хранитель ни разу не вмешивался в ход испытаний.
– И на что это указывает? – мрачно вопросил я.
– Так это сразу было известно. У нашего Хранэля имеются свои скрытые мотивы. Не переживай, если светлый вконец оборзеет, я помогу его упокоить.
Непробиваемый Сатор не обратил внимания на то, насколько откровенно злым взглядом прожег его магистр Лойр. Или сделал вид, что не заметил, потому что Сатору было плевать. Он привык жить в атмосфере всеобщей неприязни.
Резкий энергетический всплеск мы уловили одновременно и бросились к окну, выходящему на сторону академии.
Предрассветное небо пронзил слепящий столп света, и следом над Шалатарской академией раскрылся купол.
– Что светлый вытворяет?! – взвился Сатор.
– Кого-то опять перенес на территорию замка, – угрюмо констатировал магистр Лойр.
– Это еще не самое плохое. Сдается мне, что золотой купол окажется нам не по зубам. – Я стянул широченную робу и принялся переодеваться в свою одежду.
– Все-таки возникли непредвиденные обстоятельства? – Сатор издевательски заломил бровь.
Нет, этот маг точно своей смертью не умрет!
Глава 17
Меня разбудил мощнейший всплеск светлой магии. Воздух от нее гудел, точно потревоженный рой шершней. Рядом заворочался грифон. Хотя нежити сон не нужен, Малыш с огромным удовольствием изображал этой ночью спящего. Видимо, прекрасно помнил свою прежнюю жизнь и скучал по старым привычкам.
– Малыш, ты это тоже слышал? – спросила я, не особо рассчитывая на ответ.
Грифон выбрался из сена, потянулся, пригибаясь клювом к дощатому полу, а потом вдруг замер. Я четко уловила миг, когда расслабленная вальяжность сменилась настороженностью хищника.
Воздух продолжал гудеть, хотя магический всплеск давно угас.
Я выбралась из сена, настороженно приблизилась к двери, толкнула ее и полетела на пол! Это грифон бесцеремонно ухватил меня за шиворот и отбросил в сторону, а потом бесстрашно ринулся вперед. Не успела я подняться, а мне под ноги уже упала растерзанная туша огромного мотылька, чьи крылья полностью повторяли рисунок неба, а как только коснулись пола, слились по цвету с досками, усыпанными соломинками.
Мотыльковый хамелеон! Удивительное создание, чьи крылья способны отзеркалить любую поверхность, а острые жвала впрыскивают парализующий яд. Красивейшее насекомое было смертельно опасно и обитало намного западнее, на землях светлых. Мотыльковые хамелеоны защищали границы королевства фей.
Но как эта напасть очутилась в Шалатаре?!
Нехорошее предчувствие заставило сердце тревожно забиться. Я бросилась к выходу, но грифон перегородил мне путь и зло заклекотал – он не желал выпускать меня наружу. На его морде виднелись дымящиеся подпалины. Я не могла точно определить, были ли они результатом стычки с мотыльком или же Малыша обжег солнечный свет. Ясно было одно: грифон настроен более чем решительно. Он не собирался выпускать меня из своего логова.
– Понимаю, ты хочешь меня защитить. Ты чувствуешь их? – Я осторожно ткнула носком туфельки тушу мотылька.
Грифон разразился долгим эмоциональным клекотом. Он подтверждал, что открывшийся портал перенес созданий, атаковавших академию изнутри.
Мрак всемогущий! Что будет, если они рванут в город?!
– Малыш, я не могу остаться в стороне, когда остальные защищают академию. Для меня это важно, как если бы я хотела уберечь свое гнездо…
Грифон недовольно мотнул головой, протестующе поскреб лапой пол и… отошел, освобождая выход из вольера. Я бросилась наружу, попутно вспоминая все, что мне было известно о мотыльковом хамелеоне.
Огня он не боялся. Воды тоже. Но ведь и я не стихийник, владеющий боевой магией, а всего лишь целительница. Поэтому когда я снова уловила нарастающее жужжание, то сложила пальцы в парализующем аркане, а потом задрала голову и ударила в небо. Голубое, оно пошло рябью, как если бы из идеальной картины начал выпадать кусок. Сначала обозначились очертания мотылька, а потом и сам он рухнул сверху. Еле успела отскочить!
У меня было секунд десять от силы, прежде чем аркан перестал бы действовать. Склонившись над обездвиженным мотыльком, я собрала образец яда с его жвал, а потом рванула изо всех сил к замку. Сейчас надо найти хоть кого-нибудь, кто объяснит, что же здесь происходит. Если это испытание светлого источника, то почему о нем никто не предупредил?!
Я уже была практически возле входа, когда справа раздалось ненавистное жужжание. Да сколько можно?! Схватив с земли пригоршню мелких камешков, зашвырнула их туда, откуда доносился звук. Стена замка дрогнула и зашевелилась, являя очертания сразу четырех мотыльков. Они дежурили у входа и словно поджидали спешащих в укрытие.
Яркая вспышка светового пульсара промелькнула перед глазами. Она ударила в мотыльков, сделав их видимыми.
– Делия, скорее!
Я услышала голос Мари. Она и Ани – целительница-старшекурсница, покинувшая отбор после первого испытания – стояли на ступенях. Девушки впустили меня внутрь и дружно навалились на дверь.
– Ты как? Цела? Я уже не верила, что увижу тебя живой.
Мари осмотрела меня, ища следы укусов. Заклинание общей диагностики заскользило по коже, но в этот раз я не стала возмущаться.
– Там полно ядовитых мотыльков!
– Знаем! – подхватила Ани. – Леди Соер открыла портал и принесла крылатую напасть в Шалатар.
– Ректор? Вы уверены?
– Лорд Антер сказал, что видел, как она спустилась к источнику, прежде чем открылся портал и академию накрыло куполом. Я не верю, что это совпадение, учитывая ее особые отношения с хранителем.
Лорд Антер прибыл в академию еще засветло, и это была не единственная новость!
На рассвете академию Шалатара окутал барьер, созданный хранителем. Он не давал мотылькам разлететься и отсек нас от внешнего мира. Несколько преподавателей пытались пробиться через преграду и теперь находились без сознания в импровизированном лазарете, в который превратился зал отдыха. Сюда мы заглядывали на переменах или после занятий, сейчас же на диванчиках стонали те, чьи встречи с мотыльковым хамелеоном закончились жалящими укусами. Яд этого двукрылого не только обездвиживал свою жертву, ее кожа опухала и приобретала синеватый оттенок. Я насчитала десятерых пострадавших: двух наставников и восемь адепток.
– Еще Натали сломала ногу – неудачно спустилась по лестнице. Она и другие девчонки, хорошо разбирающиеся в зельеварении, сейчас в лаборатории. Пытаются приготовить противоядие.
Я вытащила из складок мантии сферу с образцом яда.
– Успела собрать. Вдруг пригодится?
– Еще как пригодится! – Мари схватила меня за рукав и потянула прочь из зала. – Эти бабочки никого к себе не подпускают.
– Мотыльковый хамелеон – магически выведенный вид. Считается, что его создала Светлая богиня для защиты королевства фей.
– Вот и оставались бы в своем королевстве! Леди Кларисса совершила ошибку, когда натравила этих тварей на Шалатар. – Лицо девушки до того исказилось от ненависти, что я сама невольно дернулась в сторону. – Спокойно. В замке пока чисто.
Читать бесплатно другие книги:
