Первокурсник Мерфи Моника
Калеб качает головой с отвращением:
– Она не должна спускать ему это с рук.
– Согласен, – говорю я тихо.
– Он манипулирует ей и заставляет чувствовать себя виноватой, – продолжает Калеб.
– Ты прав, – киваю я. – Вот поэтому отношения – отстой. В итоге ты причиняешь боль тем, кого любишь, или причиняют боль тебе.
– В смысле, «отношения отстой»? – Калеб выглядит озадаченным. – Я всегда думал, что ты ищешь ту самую идеальную девушку, и похоже, ты ее нашел.
– Ты о чем? – спрашиваю я.
– Вы с Хайден весь вечер друг от друга не отрывались. Это не плохо, конечно. Просто не надо говорить, что ты чего-то не хочешь, и вести себя так, как будто хочешь. – Он пожимает плечами.
– Мы с Хайден просто хорошо проводим время, – говорю я. Знаю, это звучит неубедительно. – Мне не нужна идеальная девушка. Благодаря Софи я уже понял, что таких не бывает.
В какой-то момент я определенно считал ее идеальной. Пока наши отношения не стали катастрофой и она не ушла.
– Ага. Но ты быстро понял, что отношения в школе вообще бессмысленны, – говорит Калеб.
– Только не говори это Аве и Илаю. Или Джейку и Ханне. Эшеру и Отум. И Диего с Джоселин. – Я хмурюсь. – Да, список длинноват.
– Но это исключения.
– Отношения всех наших друзей – исключение? – Я удивленно поднимаю брови. – Статистика не на их стороне. Кто-то из них разойдется, точно тебе говорю.
– И кто, думаешь? – спрашивает Калеб.
– Точно не Диего с Джос. Они через многое прошли и однажды уже расставались. Эш и Отум тоже давно вместе. Уже три года справляются с отношениями на расстоянии, так что они тоже вряд ли. Джейк будет цепляться за Ханну, пока его жизнь становится все безумнее.
– Остаются Илай и Ава, – предполагает Калеб, хотя ему и больно такое говорить.
– Ага, – киваю я. – Может, заключим пари. Ужасная идея, знаю.
– Ни за что. Это полная хрень, – Калеб качает головой.
– Да, согласен. Но чувак, это же жизнь. Как сказала одна мудрая женщина, отношения для слабаков.
Калеб усмехается:
– И кто же она?
– Хайден.
– Ни хрена себе. – Он задумчиво потирает подбородок. – А она соображает. Согласен с ней. Знаю, что назвал ее стервой, и до сих пор так думаю, но она классная. И Грейси тоже. Когда не бегает за всякими лузерами.
– Да. Но у нас с Хайден свободные отношения. – Я вру сам себе. Когда вытащил Хайден из толпы и целовал ее за углом, я чувствовал что угодно, кроме этого. Я хочу ее. Хочу, чтобы она сегодня оказалась голой в моей кровати. Останется ли она со мной на ночь? Или сумеет убедить Грейси не ехать никуда с этим дебилом и поедет с ней домой, оставив меня изнывать от желания?
Дерьмово так думать, но ничего не могу с собой поделать. Наше общение шло к этому, и я готов. Более чем готов. Эта ночь может изменить мою жизнь. И я буду кошмарно разочарован, если она уйдет.
Переживу это и буду жить дальше, но буду разочарован.
– Ой, да не заливай. Я уже сказал, что ты сегодня не мог от нее оторваться, – продолжает Калеб.
– А ты от Грейси, – отмечаю я.
– Да я-то по приколу. Я же не засовывал ей язык в рот. – Он пожимает плечами. – Она классная. Не отказался бы ее трахнуть. Но она зациклится на мне и на моем члене, втрескается до безумия и будет бегать за мной по всему кампусу. Не хочу, чтобы ей выдали судебный запрет на приближение ко мне.
Я смеюсь и готов поспорить, но меня опережают:
– Ну и чмо же ты.
Вот черт.
Мы поворачиваемся и видим в кухне Грейси и стоящую рядом с ней Хайден. Они обе не сводят глаз с Калеба.
– Ну я же не серьезно, – говорит Калеб, издав смешок.
Глаза Грейси стекленеют, будто она готова заплакать. Она указывает на Калеба:
– Я была готова простить то, как отвратительно ты вел себя со мной сегодня вечером, но теперь забудь об этом. Пошел ты, Калеб. – Она мягко улыбается мне: – Было приятно провести с тобой вечер, Тони, но мне пора. Робин ждет меня на парковке.
– Ты уверена, что все в порядке, Грейси? – Я следую за ними к входной двери, оставив Калеба на кухне. – Ты правда хочешь поехать с ним?
Они кивает и всхлипывает, легко улыбнувшись:
– Все будет хорошо. Спасибо. Я знаю, как с ним обращаться.
Хайден обнимает Грейси. Та открывает дверь, и мы с Хайден наблюдаем, как ее подруга идет по направлению к старой, видавшей виды черной Toyota Tacoma. Сначала я удивляюсь, что старина Робин водит пикап, но замечаю в багажнике звуковое оборудование, так что все логично.
Она открывает пассажирскую дверь, забирается в машину, машет нам и со скрипом захлопывает дверь. Робин заводит мотор. Шины визжат, багажник раскачивается. Будто теряет сцепление с дорогой.
Ни петь не умеет, ни водить. Отлично.
– Она действительно будет в порядке с ним? – спрашиваю я Хайден, смотря им вслед. Я до сих пор слышу визг шин.
– Да. Я пыталась уговорить ее не ехать. – Хайден качает головой. – Он ее не заслуживает. Полный урод.
– Это точно, – соглашаюсь я, закрыв и заперев дверь.
– Она сказала мне, что ей жаль его, – продолжает Хайден. – Он плакался ей в трубку. Убеждает ее, что сильно нервничал и поэтому плохо выступил, но я не уверена. Я их и раньше слышала – разницы никакой.
По-моему, просто пытается отвлечь ее от того, что она застала его с другой.
Как мне знакомы такие манипулятивные тактики. Мама постоянно поступала так с отцом, когда они еще были женаты. И когда переживали развод. Чаще всего срабатывало. Отец чувствовал себя виноватым за многое из того, что делал с ней.
Интересно, мама чувствует вину хоть немного? Что-то мне подсказывает, что нет.
Появляется недовольный Калеб:
– Я иду спать.
Он топает вверх по лестнице, не оглядываясь и не обращая внимания на наши пожелания спокойной ночи.
– А он-то чего недоволен? – спрашивает Хайден со странным весельем в голосе. – Это же он сказал, что ей будет нужен судебный запрет, когда она в него влюбится без памяти.
– Калеб никогда не знает, когда нужно притормозить, – объясняю я.
– В отличие от тебя? – Хайден поворачивается ко мне, положив руку мне на грудь.
– Ты о чем? – хмурюсь я.
– Ты один из самых сдержанных людей, которых я знаю, Тони Сорренто. Самый спокойный. И самый вдумчивый. – Она подходит ближе, откидывает голову назад, словно готовится к поцелую. И я легко целую ее. – Это мне в тебе нравится.
– Я рад, что мы друзья, – говорю я серьезно, пока мы идем к лестнице.
Она бьет меня по груди, ее губы расплываются в улыбке:
– Забудь все эти разговоры о дружбе. Отведите меня наверх и обесчестите, сэр.
– Обесчестить?
Я позволяю ей тащить меня по лестнице, наслаждаясь, как она меня жаждет.
С тех поцелуев в Strummers.
– Я смотрела «Бриджертонов»[34] на Netflix. И вообще подсела на исторические романы. Ты как один из тех благородных герцогов с плотно сжатыми губами и жестким выражением лица, которым сложно выражать чувства.
Понятия не имею, о чем она.
– Я покажу тебе кое-что другое жесткое.
Она откидывает голову и смеется:
– Прекрасно. Именно на это я и рассчитывала.
Глава 18
Хайден
МЫ С ТОНИ ЗАХОДИМ В КОМНАТУ. Он закрывает дверь и запирает ее.
Многообещающе. Он притягивает меня в объятия. Наши тела прижимаются друг к другу так, что я чувствую каждый дюйм его тела, а он – каждый дюйм моего.
Я дрожу, когда он наклоняется и целует мое обнаженное плечо. Его губы мягкие и теплые, руками он обхватывает мои бедра.
– У тебя такая мягкая кожа, – шепчет он, продвигаясь дальше. Его губы на моей шее. Там, где чувствуется пульс.
Я закрываю глаза, откидываю голову назад и пытаюсь забыть то, что услышала раньше. Да, я подслушала разговор Калеба и Тони, и что?
Я слушала, что Грейси говорила о Робине, но одновременно пыталась слушать Тони, когда он говорил об отношениях.
Его взгляды не изменились с момента нашей первой встречи, а мечтатель внутри меня надеялся, что это все же произошло. Но он повторил мои же слова. То замечание, что отношения для слабаков, будет преследовать меня все время, пока мы вроде как вместе, это уж точно.
Он ведет себя так, будто я ему небезразлична. Я же не глупая. И понимаю, когда парень хочет быть со мной.
И тут дело не только в сексе. Мы проводили с ним время. Между нами определенно есть связь. Уверена, что сегодня мы займемся сексом. Тони точно мне небезразличен. Думаю, он чувствует то же.
Не хочу быть ему просто подругой. Это я уже поняла.
Может, заранее настраиваю себя на неудачу? Возможно. Готова ли рискнуть?
Не знаю.
Он так молод. И не верит в отношения во время учебы – боже, а кто в них верит? Я тоже нет. Он едва окончил школу. Я старше на целых два года. Одна мысль, что между нами могут возникнуть долгосрочные отношения, которые, скорее всего, обречены на провал, – пугает. Любовь когда-нибудь побеждает? Я таких отношений не видела.
– Хайден, – его хрипловатый голос вырывает меня из размышлений, и я делаю глубокий вдох. – Ты здесь?
– Я задумалась, – честно признаюсь я.
– Значит, я все делаю настолько скучно, – говорит он, касаясь моей кожи.
– Нет, это точно не так. – Я слегка отстраняюсь, чтобы заглянуть в его глубокие карие глаза. Они темные и загадочные. Интересно, о чем он сейчас думает. – Вечер был хорошим. Несмотря на ужасную музыку.
– Да, музыка и правда кошмар. Но я тоже хорошо провел время. Мне понравилась Грейси.
– Мне Калеб тоже понравился. – Действительно понравился, хотя он и враждует с моей лучшей подругой. – Он как двенадцатилетний ребенок в теле мужчины.
– Точно. И обычно он может заполучить любую девушку, какую захочет.
– С Грейси, наверное, не получится.
– Посмотрим.
Как же заводит его спокойная уверенность. Иногда она раздражает, но заводит все равно.
Я пихаю его в плечо:
– Не говори так. А то кажется, будто Грейси легкодоступная.
– Я не об этом. Эти все споры, скорее, прелюдия.
– Типа той, что была у нас, когда мы впервые встретились? – Я приподнимаю бровь.
– Да мы не так уж много спорили.
– Ну совсем чуть-чуть. И я старалась надавить на тебя. Там, у церкви. – Я улыбаюсь, вспоминая тот момент.
– Это когда ты сняла стринги и вручила мне?
Я киваю.
– Да, это можно назвать прелюдией.
– Это была проверка, – объясняю я, закатывая глаза и изо всех сил стараясь не улыбаться. Но ничего не могу поделать.
Его руки соскальзывают с моих бедер и оказываются на попе. Они такие большие, теплые и сжимают меня, притягивая ближе. Я чувствую его затвердевший член.
– Проверяла. Флиртовала. Что угодно.
– А они все еще у тебя? – спрашиваю я шепотом. Он медленно кивает.
Я улыбаюсь:
– А где они?
– Не скажу.
– Верни.
– Не-а. – Он качает головой.
– Тооони, – я протягиваю его имя.
– Ты не можешь их забрать, это подарок, – протестует он.
– Это мое нижнее белье. И никакой не подарок.
– А я думал, подарок. Ты же сама мне их вручила.
Вообще-то я не хочу их возвращать, но мне любопытно, где он их хранит. Я оглядываю комнату и замечаю кошку, спящую в кресле на свернутом одеяле. Мой взгляд останавливается на комоде у стены, и я киваю в его сторону:
– Ты их там спрятал?
– Я же сказал – не скажу. – Его губы сжимаются в прямую линию, и он медленно качает головой. – Они мои.
– А ты собственник, – говорю я, немного надувшись.
– Ты даже не представляешь насколько, – отвечает он, наклоняет голову и прижимается своими губами к моим.
Мы целуемся взасос. Приоткрытые рты, сплетенные языки. Я запускаю руки в его густые волосы. Он сжимает мою задницу сильнее и прижимает меня к стене. Он поднимает меня, а я обхватываю его бедрами. Он прижимает меня еще сильнее, я чувствую эрегированный член сквозь джинсы. Я трусь нижней частью тела о его. По всему телу пробегают искры.
Давно я ни с кем не спала. И не могу припомнить, чтобы чувствовала такую связь, как с Тони.
– Ты что, хочешь кончить прямо сейчас? – удивленно спрашивает он, пытаясь не прерывать поцелуй.
– А ты как думаешь? – Я поднимаю бедра и опускаю. Я постанываю, и моя киска сжимается в предвкушении.
– Я думаю, что ты не похожа ни на одну девушку, с которой я когда-либо был, – говорит он с благоговением в голосе, и мы снова целуемся.
Не думаю, что девушек у него было очень много. Ему всего восемнадцать. Я вспомнила, как он упоминал имя одной из них. Софи? Она разбила ему сердце? Он никогда больше не говорил о ней. Может, это причиняет ему боль?
Меня это бесит. Не хочу, чтобы в его прошлом была девушка, разбившая ему сердце. В его сердце хочу быть я, но не так, как она.
Он проскальзывает руками мне под майку, касается обнаженной кожи. Я с дрожью вздыхаю, когда он скользит руками все выше. Дотрагивается до лифчика. Прямо под грудью. Его прикосновения легкие и дразнящие. Волшебные. Он слегка касается, а потом убирает руку.
И снова касается.
Я прижимаюсь грудью к его рукам, желая большего. Я обхватываю его затылок, чтобы поцелуй стал более глубоким и он понял, что я не хочу, чтобы это заканчивалось. Он возвращает руки к моей груди, проводит пальцами по кружеву. Обводит твердые соски.
– Мне очень хорошо, – шепчу я, чтобы взбодрить его.
Теперь его руки у меня на спине. Он расстегивает лифчик. Тот поддается, и через несколько секунд его пальцы уже под лифчиком, на коже. Он касается моих сосков большими пальцами, слегка нажав на них. Я теряю голову.
Майка и лифчик словно душат меня. Я отрываюсь от поцелуя и поднимаю руки над головой. Он смотрит на меня. Наверное, я выгляжу ужасно.
– Сними ее, – шепчу я, и он задирает мою майку вверх, через грудь, вдоль рук, над головой, пока я полностью не освобождаюсь от нее.
Он откидывает майку, а я избавляюсь от лифчика, и верхняя часть моего тела остается без одежды.
– Я мечтал увидеть тебя в таком виде, – шепчет он, протягивая руку, чтобы коснуться меня, не отрывая взгляд от моей груди. Он проводит тыльной стороной ладони сначала по одной груди, потом по второй. – С той самой ночи на площадке.
– А мне так хотелось раздеться.
– Ты почти так и сделала.
– Не до конца, – напоминаю я.
– Достаточно, чтобы разжечь воображение. – Он смотрит мне в глаза. – И поверь. В реальности все намного лучше, чем в моем воображении.
Я вздыхаю, когда он аккуратно щиплет мой правый сосок. Я бы не возражала, если бы он сделал это сильнее.
– Рада слышать.
Он обхватывает мою грудь, словно взвешивая ее в ладонях. Выражение его лица нерешительное. Интересно, чего он ждет.
Он как будто тянет время.
– Все в порядке? – спрашиваю я. Мне кажется, что прошла целая вечность.
Он поднимает взгляд. Я вижу неуверенность. Внутри меня все замирает. Его что-то беспокоит? Он собирается отступить? Сказать, что я ему больше не интересна?
О боже. Я изо всех сил стараюсь быть сильной и уверенной женщиной, когда речь идет о моей сексуальности. Меня мало что может засмущать, но сейчас чувствую себя очень уязвимой из-за голой груди, мое сердце открыто.
– Могу я кое в чем признаться? – спрашивает он тихим голосом.
Я киваю, сглотнув комок в горле.
– Ты можешь рассказать мне что угодно.
– Я… я не часто это делал. – Он убирает руки с моей груди и кладет их мне на плечи, а затем проводит вниз по моим рукам.
– Ты о чем? – Искры взрываются там, где он прикасается ко мне. Все мое тело ощущает его прикосновения. Как будто каждый мой нерв и каждая клетка скандируют: еще! еще! еще!
– О сексе. У меня было что-то подобное, и у нас с тобой тоже несколько дней назад, но. – Он отводит взгляд и опускает руки, хотя нижней частью тела он все еще прижимает меня к стене.
Какой же он сильный. Милый. Сексуальный. Так, стоп.
Он боится, что у него не так много опыта?
– Ты делаешь все прекрасно, – шепчу я. – И даже лучше. Пожалуйста, продолжай. Если это будет похоже хотя бы на то, что было в прошлую субботу, мы на верном пути.
Он смотрит мне в глаза:
– У меня раньше никогда не было нормального секса.
Я открываю рот от удивления:
– Что?
– Это правда.
– Ты же говорил, что у тебя есть приемы? – Я поддразниваю его, но он выглядит таким серьезным и обеспокоенным, что я замолкаю, чтобы не ляпнуть чего-нибудь, на что он мог бы обидеться.
– Ну да. Я просто… не знаю, как объяснить. Думаю, я так и не смог довести дело до конца, – говорит он удрученно.
– А чем именно вы занимались? – Поверить не могу, что мы начали этот разговор прямо сейчас.
– Всем, кроме… – Он гладит меня по щеке. Приподнимает мою голову так, что наши взгляды встречаются. – Не смейся надо мной сейчас.
– Я бы никогда не стала над этим смеяться, – говорю я, медленно качая головой.
Он выглядит таким обеспокоенным. Мое сердце екнуло, я была готова к его признанию, но все же смущаюсь. Он сообщает мне, что он чертов девственник. Тони Сорренто, главный красавчик кампуса, – девственник!
Кто бы мог подумать?
Никто. Точно не я.
– А как же Софи? Вы никогда не спали? – Я думала, она была любовью всей его жизни.
Он хмурится:
– Откуда ты знаешь о Софи?
Что ж. Неловко вышло. Не нужно было об этом спрашивать.
– Я подслушала ваш разговор с Калебом.
– Ох. Ну что ж. Мы встречались в прошлом году. Она была моей первой девушкой. Мы немного побаловались, но я так и не смог уговорить ее на полноценный секс. Она слишком боялась. – Он вздыхает и качает головой. – Я не хочу говорить о ней.
Может, он все еще ее любит. Я чувствую это по тому, как он начинает замыкаться в себе.
– Точно. Сейчас не место и не время. – Я прижимаюсь к нему. По крайней мере, эрекция не пропала. Это хороший знак. – Опусти-ка меня.
Он ставит меня на пол, и я стаскиваю кеды, а потом стягиваю джинсы – такие узкие, что их приходится отдирать от ног. У меня вырывается вздох облегчения, когда я наконец избавляюсь от них.
– Что ты делаешь? – спрашивает Тони.
– А на что это похоже? – Я приподнимаю бровь.
– Я думал, ты уйдешь.
Я смотрю на него. Пристально, изучающе смотрю на его лицо. Он нервничает. На его лице застыла гримаса, а взгляд полон неуверенности.
Это глупо. Мы собираемся заняться сексом – а у него это в первый раз. Должно быть весело и непринужденно. Не нужно волноваться, что тебя осудят.
Признаю, что удивлена его признанием, но это не остановит меня. Значит, я у него первая. И что?
«Ты будешь первой. Это очень серьезно. А если он еще неравнодушен к Софи? Или, наоборот, слишком сильно в тебя после этого влюбится?»
Я оттесняю этот внутренний голос в дальний угол сознания и приказываю ему заткнуться.
– Иди сюда. – Протягиваю руку, Тони берет ее, и я притягиваю его к себе. Он подходит, наши тела соприкасаются, он улыбается мне, его руки обхватывают мою талию. – У тебя есть презервативы?
Он кивает. Пальцы, ласкающие мою талию, отвлекают меня. Я говорю себе сосредоточиться.
– Хорошо. Тогда обесчесть меня, мой мужественный девственный герцог, – дразню его я. Он закатывает глаза и делает кое-что безумное.
Без предупреждения он поднимает меня и перекидывает через плечо. Я не могу сдержать крик, упираюсь лицом в его спину, он несет меня на кровать и бесцеремонно бросает на нее. Я почти подпрыгиваю на ней, убираю волосы с лица, готовая высказать ему все, но слова застревают в горле, когда я вижу, что он делает.
Он стягивает черную футболку, обнажая худую, но мускулистую грудь. Да, пресс у него есть. Все шесть кубиков. Я смотрю на них в искушении облизать его живот. Его джинсы немного приспущены на талии, но скрывают самое главное. Во мне нарастает предвкушение.
Уверена, что из всех парней, с кем я когда-либо была, у Тони лучшее тело.
Я лежу на кровати в одних трусиках и наблюдаю за ним, не в силах подавить улыбку. Он улыбается в ответ, тянется к прикроватной тумбочке, открывает ящик и достает пачку презервативов. Он ставит ее на тумбочку, и я смотрю на этикетку.
– Двадцать четыре? – Мои брови взлетают вверх. – А ты полон надежд.
– Ага. – Он тянется к ширинке, расстегивает ее и избавляется от джинсов за несколько секунд. Не заметила, когда он снял обувь, но какая разница?
Он стоит передо мной в одних трусах-боксерах, и это великолепное зрелище. Особенно то, как напрягся его член под черной тканью.
– Хочешь, еще кое в чем признаюсь?
– Конечно, – киваю я.
– Я боюсь, что кончу, как только войду в тебя. – Его взгляд пробегает по моему телу. – Ты чертовски красива.
Читать бесплатно другие книги:
