Первокурсник Мерфи Моника

Глава 21

Тони

ФУТБОЛЬНЫЙ СЕЗОН ВЫМАТЫВАЕТ.

Уже середина ноября, а он еще не закончился. Как и в школьные годы, когда мы выходили в плей-офф, а это было каждый год, когда я был в команде. «Бульдоги» тоже выходят в плей-офф. Разница заключается в поездках. Когда мы учились в старшей школе, самое дальнее расстояние, на которое мы путешествовали, – три часа в одну сторону. А здесь?

Да мы аж в Миннесоту[35] ездили! На этой неделе мы играем у нас против команды с Гавайев. А в следующем году сами будем играть у них.

Дождаться не могу.

Благодаря нашему капитану Эшу получается у нас неплохо. На прошлой неделе я забил тачдаун Миннесоте. Обо мне упомянули на ESPN[36]. Илай дико завидовал, хотя постоянно нахваливал мой гол. В воскресенье позвонил Джейк и поздравил меня.

Мне было приятно. Обычно хвалят кого-то другого. Я – чувак на заднем плане, который хорошо делает свою работу. Теперь ко мне приковано внимание, и не буду врать: это приятно!

Мной интересуются девчонки. Подходят ко мне в кампусе. И на парах. И после тренировок. И после матчей. Я всегда вежлив с ними, но не слишком. Меня они не интересуют. Мои мысли заняты блондинкой, вторгшейся в мою жизнь.

Мы с Хайден часто видимся. А если не видимся, то переписываемся каждый день. В чем проблема? Я не могу понять, кто мы друг для друга. Я не называю ее своей девушкой, а она меня – своим парнем. Не то чтобы кто-то спрашивал, но я вроде как хотел бы иметь этот статус. Это глупо и противоречит всему, что я говорил об отношениях. Я пока не изменил своего мнения о них. Ну, в основном. Отношения для слабаков. Кому-то всегда больно. Долгосрочные отношения редко кому удается сохранить. Сейчас между нами все круто, но надолго ли?

Вот черт. Какой же я пессимист. Нужно научиться наслаждаться жизнью здесь и сейчас.

Хотя я понимаю, почему люди втягиваются в такие вещи. Почему верят, что все получится. Теперь понимаю. С Хайден все так легко. С Софи мы хорошо проводили время, но в конце концов все переросло в борьбу. Она не хотела находить время для меня, и меня это бесило. Задевало мои чувства. Оглядываясь назад, я понимаю, что мы были не лучшей парой. Ее семья хотела, чтобы она сосредоточилась на танцевальной карьере, и я понимаю почему. Она великолепно танцует. А на меня у нее не было времени.

Из-за этого я чувствовал себя ненужным. Нелюбимым. Я прошел через такое с родителями. И не хотел, чтобы моя девушка относилась ко мне так же. Поэтому сдался, не стал цепляться за «нас», пока все слишком не запуталось.

Мы с Хайден оба заняты, но по максимуму стараемся уделить друг другу время. Осенний семестр подходит к концу, и ее учебная нагрузка увеличивается. Ей нужно сдать кучу презентаций и проектных заданий. А я постоянно тренируюсь и стараюсь не отставать по учебным курсам. Мы видимся реже, чем мне бы хотелось.

Несмотря на это, когда мы все-таки встречаемся, это невообразимо круто. Мы проводим время вместе, смеемся, смотрим фильмы, ходим ужинать, иногда тусуемся с друзьями (Грейси обычно тоже с нами) и всегда заканчиваем умопомрачительным сексом.

Просто. Умопомрачительным.

Каждый раз он все лучше. Абсолютно каждый раз. Почему бы не предложить ей стать моей девушкой? Знаю, что она против отношений. Я вообще-то тоже, но от нее я без ума.

Не знаю, что делать.

После сегодняшней тренировки мы идем в мексиканский ресторан неподалеку. Там подают лучшие начос[37], которые я пробовал в жизни. «Мы» – это я, Калеб, Джексон, Илай. Мы поглощаем начос целыми тарелками, потому что умираем с голоду.

Хочу спросить у этих идиотов совета по поводу отношений. Но нужно понимать, что они меня от души застебут, а я не уверен, что готов к колкостям.

Мы любим друг друга подкалывать, но всегда по-доброму. Диего раньше больше всех любил позлорадствовать, но он изменился, когда стал отцом. Стал добрее. Думаю, Джос тоже имеет к этому отношение. Кроме него только Илай состоит в длительных отношениях, но не знаю, можно ли принимать его всерьез. Он хороший парень, но любит поболтать. И иногда несет чушь.

А Джексон и Калеб? Да что они вообще знают об отношениях? Да ничего.

Я делаю большой глоток из своего стакана с водой и говорю себе, что мне не нужны советы. Я справлюсь.

– Ну что там с твоим контрактом на запись альбома? – Диего вдруг интересуется у Джексона.

Да, продюсер предпочла Джексона, а не Bat’s Cave. Продюсером оказалась женщина, и она окончательно и бесповоротно влюбилась в исполнение Джексона, сказав о нем примерно то же, что и Хайден. Она устроила ему встречу с руководителями звукозаписывающей компании, он летал в Лос-Анджелес и слушал их речи. Они пригласили его на ланч, провели экскурсию по офису, рассказали, каких успехов добились их подопечные, и в конце встречи сделали ему предложение.

Которое он отклонил.

Потом они позвонили ему и предложили больше денег. Это предложение он тоже отклонил.

– Они собираются сделать еще одно предложение, – говорит Джексон, ухмыльнувшись. – Адвокат моего отца уже готов ответить и на него отказом.

– Чувак, почему ты им отказываешь? Музыка – это твоя страсть! – спрашивает Илай, качая головой. – Была бы это моя мечта, я был бы на все согласен.

– Когда они видят твой энтузиазм, то пользуются этим. Я отказываюсь ввязываться в дерьмовую сделку, где я в итоге получу гроши за проданные пластинки, – объясняет Джексон. Звучит резонно. Его отец – крупный бизнес-магнат, он плохого не посоветует, хотя я так до сих пор и не понял, чем именно он занимается. – Все эти предложения – не билет из грязи в князи. Мне нравится музыка. Нравится выступать. Но я не соглашусь на первую попавшуюся сделку.

– Это не первая сделка, – напоминает Илай. – Это уже третья.

– Если предложат хорошую сумму – соглашусь. Отец всегда говорит, что если условия не нравятся – уходи. Если ты и правда им интересен – они будут за тобой гоняться.

– Может случиться так, что все закончится кучкой девочек-подростков, бегающих за тобой по ночам, и все, – говорит Калеб. Мы смеемся.

– Значит, пусть так и будет. Подходящее предложение в конце концов появится, – улыбается друг, – я знаю.

Да, мне бы его уверенность. Мне кажется, что большую часть времени я действую наобум.

– Я до сих пор не могу поверить, что ты тайком выступал на сцене, – говорит Диего. – Ты нас всех обхитрил.

– Я знал, что вы меня застебете. – Джексон поднимает на нас взгляд. Мы опускаем головы. Все, кроме Калеба. – Кроме тебя, конечно, моя фанатка номер один.

Калеб улыбается:

– Если займешь первое место в чартах и споешь дуэтом с Арианой Гранде, я с удовольствием отсосу у тебя после того, как ты меня с ней познакомишь.

Мы бросаемся в него начос, а он поднимает руки, отбивая их.

– А на это она точно клюнет. – Он показывает на себя.

– Нет уж, я бы такого не допустил. Если бы мне довелось петь с ней дуэтом, она бы прыгала на мне. – Джексон постукивает большим пальцем себе по груди.

С этим мы не можем не согласиться.

Официантка подходит и принимает наши заказы. Калеб пытается купить пиво, но у него просят паспорт, так что от этой идеи приходится отказаться. Когда она уходит, мы возвращаемся к Джексону и его потенциальному контракту на запись альбома. За столиком витает мечтательное настроение. Нам нравится фантазировать вместе с ним.

– Поехал бы в турне с The Weeknd, – предлагает Диего.

– У нас совершенно разная музыка, – говорит Джексон.

– Он говорит так из-за Суперкубка[38]. – Я указываю на Джексона. – Возможно, когда-нибудь выступишь там.

– Было бы здорово.

– А я буду там играть. И приведу свою команду к победе! – Илай вскидывает руки и изображает звук ревущей толпы.

Мы закатываем глаза, но втайне тоже об этом мечтаем.

Хотя я скорее нет. Я практичен. И понимаю, что после окончания университета моя футбольная карьера закончится. Думаю, Калеб тоже об этом думает. Он не прилагает к тренировкам особых усилий. А Джексон? У него есть дела поважнее. Хотя бы музыкальная карьера.

– А мне-то ты почему не сказал, что выступаешь в Strummers? – спрашиваю я Джексона, когда наши друзья начинают говорить о видеоиграх.

Летом мы сблизились. У нас обоих богатые отцы с высокими ожиданиями. Мой почти не участвовал в моей жизни, а Джексон живет с отцом, но того никогда нет рядом. И он постоянно дает Джексону деньги, алкоголь и травку, чтобы компенсировать свое отсутствие.

Какая-то херня. Не знаю даже, кто хуже – мой отец или его.

Мы сблизились из-за этого и именно поэтому стали забивать на тренировки. Мы покуривали травку, пили виски Jack Daniels и посылали тренировки в жопу. Но у Джексона было чем занять время, а у меня нет.

Футбол и друзья из команды – все, что у меня на тот момент было. Хорошо, что я это понял прежде, чем стало слишком поздно.

– Не знаю. Я думал, от тебя тоже дерьма наслушаюсь. – Он пожимает плечами.

– Да ты чего. У нас всех есть мечта. Илай хочет стать вторым Дрю Каллаханом. – Я машу рукой в сторону Илая. – У Диего хорошие перспективы, но еще он хочет вырастить дочь и создать семью с Джоселин. Сейчас он сосредоточен на этом. Калеб хочет перетрахать весь кампус. – Я делаю паузу, а Джексон смеется. – Ну а ты хочешь стать успешным музыкантом, – завершаю я. Друг перестает улыбаться:

– А как насчет тебя, чувак?

Я хмурюсь:

– А что насчет меня?

– А ты о чем мечтаешь?

Этот вопрос не дает мне покоя на протяжении всего ужина. Я ем, шучу, раздумываю, не спросить ли мне их о Хайден, но в итоге так ничего и не говорю. А теперь не могу выкинуть из головы вопрос Джексона.

О чем я мечтаю?

Да я вообще без понятия. Мне всего восемнадцать, разве это не в порядке вещей? Или я уже должен знать, чем хочу заниматься всю оставшуюся жизнь? Неужели нужно решать уже сейчас?

Когда мы собираемся расходиться, телефон вибрирует. Я думаю, что это сообщение от Хайден. Нет.

Это отец.

– «Ты приедешь на День благодарения?»

Я перечитываю его сообщение, пытаясь прогнать свинцовый шар, образовавшийся у меня в желудке. Я не хочу ехать к нему на День благодарения, который… черт, уже на следующей неделе. Я писал маме, но она уедет в Мексику к своему очередному хахалю. Она сказала, что они будут очень рады, если я к ним присоединюсь, но я отказался. Она знала, что я отвечу именно так, и ее совесть осталась чиста.

Мне и в голову не пришло, что отец захочет, чтобы я сидел за их столом на этом семейном празднике. После тех выходных, что я был у него, мы вроде как поддерживали контакт, но потом перестали переписываться. Я был слишком занят футболом, учебой и Хайден, чтобы найти время повидаться с ним. Если он так хотел увидеться – приехал бы сюда.

Он, конечно, не приехал.

Телефон снова вибрирует. Еще одно сообщение от отца:

– «????»

Я: Пока не планировал.

Папа: Мы с Хеленой очень тебя ждем. Мы теперь одна семья, а без тебя она не полная.

Я закатываю глаза. Что за чушь.

Папа: Она сказала, что у тебя появилась девушка. Приезжайте вместе.

Я напрягаюсь. Какого черта? Откуда Хелена узнала?

Я: Не понимаю, о чем ты.

Он бы охренел, если бы узнал, что я встречаюсь с Хайден Ченнинг.

Папа: Да ладно. Тут нечего скрывать. Хелена много раз о ней упоминала. Не могу дождаться встречи с ней.

Это какая-то игра? Неужели отец не знает, кто она? Хотя я даже девушкой-то не могу ее назвать. Официально – нет.

Я: Я постараюсь приехать, но ее с собой взять не могу. У нас пока все не так серьезно.

Папа: Не волнуйся. Я не собираюсь позорить тебя перед ней. Хелена говорит, что она очаровательная.

Это безумие. Как он узнал о Хайден? Хотя, судя по его сообщениям, он не знает, что моя девушка – Хайден.

Но как об этом узнала Хелена? И какого черта она задумала?

Мы выходим из ресторана, я рассеянно плетусь к своей машине, а Калеб идет рядом со мной. Я погружен в мысли. Калеб говорит со скоростью мили в минуту, а я не обращаю на него внимания. Все, о чем я думаю, – это Хелена, которая рассказывает отцу о моей очаровательной девушке. Она, должно быть, знает, что у нас происходит. Черт, она точно знает. Это что, какая-то завуалированная угроза?

– Эй, – Калеб щелкает пальцами у меня перед лицом, выдернув меня из раздумий. – Хайден и Грейси сегодня придут?

– Не думаю. – Я пожимаю плечами и ускоряю шаг, увидев свою машину. – Мы пока не договаривались.

– Окей, ладно. Может, и не надо. Я, конечно, всегда им рад, но сегодня не лучший вечер. – Калеб кажется безразличным, но я знаю, что в глубине души он неравнодушен к Грейси. Вряд ли он в этом признается, а если и признается – скажет только, что это чисто сексуальное влечение и он просто хочет трахнуть ее. Может, и правда, но как-то это сомнительно.

Я предостерег его, чтобы он оставил Грейси в покое. Хайден рассказала, что он ей нравится, но она старается не западать на токсичных мужчин. Мы оба сошлись во мнении, что Калеб для Грейси токсичен. Поэтому мы осторожно советуем им не проводить время вместе.

Оказывается, конечно, что они общаются каждый день.

– Напишу ей, когда приедем. – Я отрешенно открываю дверь и сажусь на водительское сиденье.

– Напиши сейчас, – просит друг, – убедись, что они не смогут приехать.

Он что-то задумал, но я слишком сосредоточен на своем, чтобы обратить на это внимание.

– Сперва мне нужно позвонить мачехе, – мрачно говорю я, заведя машину.

– Той чикуле, которая хочет тебя трахнуть? – смеется Калеб. – Звучит интересно.

Я молчу. Отец когда-то дал мне ее номер, сказав, что, если я до него не дозвонюсь – могу набрать ее, она всегда на телефоне. Я решил, что ее номер мне никогда не пригодится, и отмахнулся, а теперь приходится искать его.

Как только мы входим в квартиру, я скрываюсь в комнате, достаю телефон и начинаю искать номер Хелены. Писать ничего не буду – не хочу, чтобы отец мог найти хоть какие-то доказательства, так что нажимаю кнопку вызова. Идут гудки.

Она поднимает уже на третьем гудке и запыхавшимся голосом здоровается.

– Ты что задумала? – я перехожу сразу к делу. Требую ответа. Я в бешенстве.

– Кто это? – спрашивает она так же резко.

– Ты знаешь кто. – Я прерываюсь на долю секунды и продолжаю: – Какого хрена ты наплела отцу, что у меня есть девушка, и хочешь, чтобы я привел ее на День благодарения?

– Ну она же и вправду у тебя есть, а твой отец заслуживает знать, что ты его ослушался. – Она вздыхает, словно ей скучно. – Золотой ребенок в конце концов не такой уж и золотой.

Она сбивает меня с толку.

– Ты о чем вообще?

– Целыми днями я только и слышу, какой ты замечательный. Как ты однажды унаследуешь бизнес и мне придется отвечать перед тобой. Да ты кто вообще на хрен такой? Сопливый студент, который никогда не приезжает к отцу, но ожидает, что тот будет за все платить, – шипит она. – Это я с ним плечом к плечу последние пять лет. Я помогаю ему во всем, даю советы, читаю юридические документы и терплю его заскоки. Но получаю ли я что-то взамен? Нет. Я лишь мамаша его детей, которая годится только на то, чтобы устраивать вечеринки, раздавать детишкам конфеты и раздвигать ноги.

Я молчу – она слишком враждебно настроена. У них с отцом явно какая-то проблема, и меня в нее втягивают.

– Я никогда этого не просил.

– Зато я просила. Бесчисленное количество раз, но он всегда отмахивается от меня. – Она смеется. – Я доказывала свои способности снова и снова, а он совершенно в меня не верит. И вот я подумала, что ему стоит знать, кого трахает его сынишка, – заключает она.

– Откуда ты вообще знаешь, что я делаю? Ты следишь за мной? – Могу представить, как эта сумасшедшая стерва нанимает шпиона.

Гребаное безумие.

– Мне даже не нужно тратиться на частного детектива. У меня есть информант, который держит меня в курсе твоей личной жизни. – Она смеется.

Вот дерьмо. Это, наверное, женщина, которая встречается с папашей Хайден. Лори? Вроде так ее зовут. Они близкие подружки. Хайден что, рассказывает Лори о нас? Хотя прекрасно знает, что ее отец также против наших отношений. Нелепица.

– Я не поеду на День благодарения, – сообщаю я Хелене.

– Если ты не приедешь, я расскажу твоему папе, что ты встречаешься с Хайден Ченнинг и что ты выкладываешь ей все семейные секреты, пока вы уютненько лежите ночью в постельке. И он мне поверит, потому что Брайан Ченнинг аккурат пару дней назад перебил предложение твоего отца и выиграл сделку. Он в ярости и уверен, что в компании есть шпион, который выдает все наши секреты. А тут он узнает, что у тебя отношения с его доченькой. Он, конечно, подумает на тебя. И отвернется от тебя навсегда.

В ее голосе звучит триумф.

Но даже если она действительно настроит его против меня, мне все равно.

– А если я появлюсь?

– Скажешь ему, что у тебя нет никакого интереса к его бизнесу и что лучше будет, если его унаследую я.

– С чего ты взяла, что он меня послушает? Он никогда меня не слушал.

– Лучше ты попытаешься убедить его, чем я сдам вас с Хайден, ты так не думаешь? – Она как будто получает от этого удовольствие.

– Хреновый выбор, – говорю я, сжав телефон так крепко, что у меня заболела рука. – Ты это понимаешь, верно? Ты меня просто-напросто шантажируешь.

– Ты идиот, который не может держать свой член подальше от девушки, которую он не должен трахать, – говорит она со смехом. – Тебе некого винить, кроме себя.

Она завершает вызов, и я в ярости швыряю телефон на кровать.

Черт с ней. Она вероломная тварь. Как могу посоветовать отцу передать ей бизнес, если я ее даже не знаю? Она хочет захапать деньги себе и своим близняшкам. Ее бесит сам факт моего существования.

Я падаю на кровать и запускаю руки в волосы. И как мне теперь это все разрулить? Поверит ли отец, что я ничего не рассказываю Хайден? Да я с ним парой слов перекинулся с момента нашей последней встречи, что я вообще могу знать? И мы с Хайден больше не обсуждаем родителей. Мы обсуждаем что угодно, кроме них. Она иногда рассказывает что-то о Палмер, и на этом все.

Но тут Хелена меня поймала: я встречаюсь с Хайден вопреки запрету отца. А она – своего. Так могла ли Хайден проболтаться о наших отношениях Лори? У которой длинный язык и Хелена в лучших подружках?

Нет, бред какой-то.

Мозг перебирает бесчисленное множество вариантов. Хайден спит со мной, чтобы помогать отцу? Может быть. Может, это вообще часть плана. Втереться ко мне в доверие и разузнать секреты отца. Да разве это вообще возможно, если я совсем с ним не близок? Я ни черта не знаю о его бизнесе!

Так что эта теория отпадает. Я испытываю облегчение: не хотелось бы думать, что Хайден что-то против меня замышляет. Это бы разбило мне сердце. Она мне нравится. Она мне небезразлична.

Я мог бы влюбиться в нее.

А отец никогда бы этого не одобрил. Он – человек-логика. Если не злится. В таких случаях логика улетучивается, и для него существует только его ярость. Я ничего не знаю о делах отца, а значит, мне нечего рассказать Хайден, а ей нечего рассказать отцу. Это не мы ведем грязные игры,

А кто-то другой.

Я думаю, это Хелена и Лори.

Глава 22

Хайден

– ТЫ НАПИСАЛА ТОНИ? Сказала, что мы придем? – спрашивает Грейси, когда мы подходим к их двери.

Я качаю головой:

– Будет сюрприз. Люблю острые ощущения.