Высокое напряжение Маш Диана

Полянка, благодаря усилиям полицейских, заметно опустела, поэтому я сразу заметила подошедших Яна и, державшую его за руку Ию.

— Какого черта тут происходит? — громкий голос короля волков разнесся, казалось, по всему лесу.

— Ян, где-то на твоей территории расхаживает убийца, — Захар поднялся на ноги и подошел к брату, — я хочу, чтобы твоя охрана перекрыла выходы и не открывала их, пока мы всех не допросим. Это может занять время…

— Это будет проблематично. Мне доложили, что, услышав о трупе, многие гости покинули вечеринку. Но у нас есть список, я передам его тебе.

— Отлично! И да, выдели пару телохранителей для Амарилис и Ии, пусть проводят их в резиденцию и не отходят ни на шаг, — Цанев-старший кивнул, сделал жест рукой и к нему тут же подлетело несколько оборотней, что появились словно ниоткуда.

Он что-то сказал им и повернувшись к жене, нежно поцеловал ее в губы.

— Будь хорошей девочкой, сладкая. Я скоро вернусь, — Захар бросил в мою сторону долгий взгляд, а затем вернулся к осмотру тела.

Ян, оставил нас с подругой на попечение телохранителей, и направился в сторону выхода с территории резиденции, где находился пост охраны.

— Боги, это что, Полина? — раздался позади меня испуганный голос Славки Ракитина. Быстро повернувшись, я вовремя успела схватить его за талию, иначе парень бы не устоял на ногах.

Его выпученные глаза говорили о шоке, что он испытал, увидев труп. Мне даже жаль его стало.

— Слав, где твоя мама? — спросила я, развернув его на сто восемьдесят градусов.

— Осталась у ворот, а я пришел посмотреть, что произошло. А тут… — он крепко зажмурился.

Мне пришлось подозвать к нам одного из оставленных Яном телохранителей и долго уговаривать его проводить моего коллегу к воротам. Если бы не Ия, он бы продолжал отнекиваться, но моя подруга умела отдавать приказы, как настоящая королевская особа, коей и являлась.

— Может, через рощу пройдем? — обратилась она ко мне, как только мы остались наедине (охрану я решила не считать), — там и народа меньше и быстрее будет.

Я кивнула, и взявшись за руки, мы двинулись цепочкой. Один телохранитель впереди, потом мы вдвоем, и оставшиеся двое охранников закрывали процессию. Вот так гуськом и добрались бы до резиденции, если бы шедший впереди оборотень не застыл на месте, и мы не впечатались ему в спину.

— В чем дело? — взволнованно поинтересовалась Ия.

— Кажется у нас еще один труп, — проговорил охранник и обратился к своим, стоящим позади, коллегам, — кто-нибудь, позовите Его Высочество.

Я выглянула из-за плеча телохранителя, и увидела лежащего в кустах мужчину. Так как он был перевернут на живот, лица его видно не было, но страшные мысли уже закрадывались в голову.

Люцифер, только бы не Антон, только бы не он! У мужчины вся жизнь впереди, жена и ребенок… а тут…

Рванула вперед, упала на колени перед телом, попыталась перевернуть, но сил не хватило.

— Прошу, помогите, — чуть ли не плача, начала умолять я стоящих рядом мужчин.

Один из них сел на корточки и перевернул тело. Теперь сомнений не было никаких… Антон. Худшие ожидания подтвердились.

Ия опустилась на колени рядом со мной и, обняв меня руками, прижала к себе.

— Вы были знакомы? — прошептала она мне на ушко.

— Ага, — всхлип, — он коллега Захара. Охранял меня, когда выяснилось про подарки маньяка. Иечка, знала бы ты… он такой добрый и хороший. Был…

— Все еще есть, — резко бросил телохранитель, что помог мне перевернуть Антона. Его пальцы лежали на шее мужчины, — пульс слабый, но есть. Надо торопиться, срочно скорую вызывайте.

Последние слова были адресованы его коллегам, но мы с Ией тоже вскочили и побежали в сторону резиденции, чтобы вызвать подмогу.

Через пол часа, мы с ней сидели на кухне и пили Стешин горячий чай, пытаясь согреться и успокоиться.

Антон все еще был без сознания, когда его увозила скорая. Приехавший на вызов врач сказал, что кто-то чем-то твердым огрел его сзади по голове, но рана не смертельная, жить будет. От этой новости, все, включая его коллег, с Цаневым во главе, вздохнули с облегчением.

На улице продолжался допрос гостей, а саму резиденцию по периметру окружали не только королевская охрана, но и недавно прибывший полицейский патруль.

Тело Полины тоже увезли в морг, и насколько мне известно, Лукьян Иванович поехал туда же, чтобы, как он выразился «отправить невесту в последний путь».

— Ииська, а у няс гости? — раздался рядом со мной голос только что проснувшейся Ринки, приемной дочери четы Цаневых.

Девочка до пяти лет не говорила, но полгода назад новый оракул Черного Леса, которого Ян с Ией привезли из своего свадебного путешествия, вернул ей голос. Слова она коверкала пока как двухлетний ребенок, но с каждым разом речь становилась все лучше и лучше.

— Да, малышка, — выдавила я из себя улыбку, — заглянула к вам ненадолго.

— А как пьешол прязник? А вы с Захаям плясали? Ииська говорила Яну, что севодня дядя Захай будит сьюни на тебя пускать. А зачем ему их пускать? Он говодный? — узнав, благодаря ребенку, о чем секретничает подруга со своим мужем, я бросила на Ию вопросительный взгляд.

Та в ответ, хотя бы покраснела, и то спасибо. Но все испортил ее смешок.

— Вот честно малышка, разговорили тебя на свою голову, — пожурила дочь вампирочка, — кто научил тебя подслушивать под дверью?

— Ян, — широко улыбнулась Ринка, сдавая своего приемного отца, — мы с ним часто слюшаем, как вы со Стешей нас рюгаете за разбросанные игушки. А потом пьячемся.

Теперь смешок не сдержала я.

— Это не король волков, а большой ребенок, — громко вздохнула Ия, оперевшись подбородком на ладонь.

Именно этот момент выбрал Захар, чтобы прервать наше чаепитие.

Я вскочила с места, и устремила в его сторону взволнованный взгляд, ожидая, что он скажет, но оборотень лишь кивнул мне, давая понять, чтобы проследовала за ним в коридор, где сейчас никого не было.

Не потрудившись включить свет, мы остались наедине, в опасной близости друг от друга. Оказавшись в доме, я переодела прозрачное платье, что было безнадежно испорчено, и теперь стояла перед волком в коротеньком шелковом халатике королевы, который стянула на талии широким ремешком.

Цанев окинул меня внимательным взглядом с ног до головы, а затем коснулся пальцами моих все еще припухших после наших поцелуев губ. Тут же в голове всплыли воспоминания о нашем последнем разговоре, заставив меня отпрянуть в сторону.

— Вы что-то обнаружили? — я старалась, чтобы голос не дрожал, и вопрос звучал более чем твердо.

— Абсолютно ничего, как обычно. Одна девушка видела убегавшую тень, но сейчас сложно сказать, был ли это плод ее воображения или наш предполагаемый убийца.

— Тогда зачем ты меня позвал?

— Мне нужно срочно ехать на работу. Рус должен еще тут закончить. Ты останешься в резиденции, или хочешь поехать домой? Если второе, то я попрошу Нагибина подвезти тебя до моего дома и остаться там до моего приезда. Я быстро.

— Твоего дома? Мне казалось, мы решили, что это только все усложнит… — невесело усмехнулась я, но больше над своими ожиданиями непонятно чего.

Волк ясно дал мне понять еще в самом начале, что его не интересует ничего серьезного, а я, как типичная женщина, не в силах была удержать эмоции под контролем, и теперь пожинала горькие плоды.

— Я еще не обсуждал с Русом твою охрану и сделаю это при первой возможности, а пока я в ответе за тебя, и прошу ответить на мой вопрос, — Люцифер, ну почему его злой взгляд исподлобья, так действует на мое бедное сердечко? Этого мужчину стоит запретить какой-нибудь международной конвенцией и уже давно!

— У Ии и так забот хватает, я поеду с Сашей. Попрошу его помочь перенести все мои вещи обратно домой, — развернувшись, я расправила плечи и направилась обратно на кухню. Уже захлопывая дверь, краем уха уловила сказанное хриплым басом, очень цветистое ругательство и про себя улыбнулась.

Похоже, не одну меня разрывали чувства. Пусть волк и прикидывается непробиваемой стеной, я, похоже, обнаружила в ней трещинку.

***

— Саш, ну не гони ты так! Темно на улице, еще врежемся, — упрекнула я своего сопровождающего, кутаясь в находящийся в машине плед.

— Ну ты и трусиха, Ами, — улыбнулся во все свои тридцать два Нагибин, не сводя глаз с дороги, — я и не подозревал.

— И ничего я не трусиха. Это обычная предосторожность. Даже хорошие водители, попадают в аварии.

— А я не хороший, — повернулся ко мне мужчина и подмигнул, — я самый лучший.

Стоило ему произнести последнюю фразу, как в глаза ударил ослепительный свет. Александр быстро повернул направо. Я даже испугаться не успела, как всем телом по инерции рванула вперед, а так как была пристегнута, резко вернулась на место и отскочила уже вбок, встретив головой стекло, и от полученного удара, мгновенно провалилась в объятия темноты.

Глава 20

Превозмогая невыносимую головную боль, я открыла глаза, но темнота никуда не делась. Еле двигая руками, протерла их — все то же самое.

Последнее, что помнила, это как мы с Сашкой чуть не врезались во что-то, а потом все, память будто отключили.

Если я попала в аварию, значит сейчас могу находиться лишь в одном месте, в больнице. Может еще ночь и в палате выключен свет? Необходимо просто встать и включить его. Только как это сделать, когда чувствуешь себя так, словно тебя танк переехал?

Немного пошевелилась, и тут же осознала, что ни на какой кровати я не лежу. Судя по холодным доскам, это был пол, а уловив носом запах сырости и плесени, предположила, что нахожусь в подвале или погребе. И напрашивался лишь один вопрос — какого, собственно, черта?

С горем пополам приняв сидячее положение, я начала осторожно шарить вокруг руками, пока не наткнулась на стену с прибитыми к ней полочками, на которых стояли разных размеров банки. Ну точно погреб, только кому вдруг приспичило меня здесь запирать?

— Саш? — тихонько прохрипела я, надеясь, что нахожусь здесь не одна, но ответом мне была гробовая тишина.

Впадать в панику, и я это прекрасно понимала, было сейчас очень опасно. Кричать, и давать понять предполагаемым похитителям, что я пришла в себя и меня можно уже отправлять на фарш для пирожков, не очень-то и хотелось, поэтому принялась щупать все вокруг в поисках пути к спасению.

Если это погреб, то должна быть и лестница. У моих приемных родителей в Аду, по крайней мере, такая имелась, уверенна и это место не исключение.

Каких-то пять минут поисков и вуаля, нащупала стоящую у стены лестницу. Но вот когда забралась по ней и уперлась в закрытую на замок крышку, себя уже не сдерживала, и припомнила все те ругательства, которыми сыпали окружавшие меня мужчины, начиная от братьев и заканчивая оборотнем-соседом.

Кстати о последнем, какого лешего я, ради того, чтобы насолить ему, решила отправиться к нему домой, чтобы начать подготовку к переезду? Могла так же спокойно остаться с Ией и теперь не чувствовала бы себя замурованной в темноте мумией.

Цанев, волчья твоя морда, спасай меня, давай!

Со всей силы стукнула кулаком по крышке над головой и тут же зажмурилась от ударившего в глаза яркого света, когда та на пару сантиметров поддалась вверх.

В погребе теперь более-менее стало видно, где что лежит, но меня это мало интересовало, так как кроме банок с заготовками ничего дельного там не обнаружилось. Ну хоть смерть от голода в ближайшее время мне не грозила, и на том спасибо.

Когда глаза привыкли к свету, я начала усиленно вглядываться в образовавшуюся щель, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи.

Людей не наблюдалось. В поле моего зрения попало кресло-качалка и стоящий рядом диван, на котором лежал клубок шерсти с воткнутыми в него спицами, а рядом какая-то книжка. На спинке кресла висел длинный халат в цветочек.

В доме явно жила женщина, а судя по разбросанным по полу игрушечным машинкам и роботу, жила она не одна, а с ребенком.

— Эй, тут есть кто-нибудь? Вытащите меня отсюда, — крикнула я, но никто не отозвался.

Может на прогулку ушли, скоро вернуться и спасут меня? Ага, спасут, зачем тогда тут заперли? Вернуться и съедят на обед, так вероятнее. Похожий сюжет был в одном из ужастиков про семью каннибалов, что мы с Ией смотрели у нее в резиденции около месяца назад.

Взгляд скользнул по подлокотнику дивана, и я от неожиданности чуть не свалилась обратно на пол. С этого подлокотника свисало несколько кусков ткани разных цветов, начиная от бежевого и заканчивая нежно-розовым, а поверх нее лежала парочка готовых подвязок, очень сильно напоминавших те, что мне присылал преследующий меня маньяк.

Люцифер, кажется, у меня серьезные проблемы.

***

Стоило Захару переступить порог своего кабинета, как его внутренний зверь будто с цепи сорвался. Начал метаться из угла в угол, толком не понимая, что с ним такое происходит. Чем больше проходило времени, тем сильнее становилось щемящее чувство тревоги, не дававшее сосредоточится на работе.

День сегодня был не из самых легких: нашел истинную пару и тут же разругался с ней в пух и прах. Да еще и убийство это… Может ему пора в отпуск? Нервишки подлечить?

Решив забить на все и махнуть домой, чтобы проверить, как там Амарилис (так как смутно предполагал, что непонятное состояние связанно именно с ней), оборотень решил первым делом позвонить Нагибину и узнать, как дела.

Трубку сняли где-то после десятого гудка, и прозвучавший в ней голос, Александру не принадлежал.

— Здравствуйте, кто это?

— Капитан Цанев, с кем я говорю?

— Меня зовут Кравченко Дмитрий Иванович, я врач центральной больницы Черного Леса, — застыв на месте, Захар так крепко сжал пальцами трубку, что еще немного и она бы треснула на кусочки, но он вовремя опомнился.

— Что произошло? Это телефон моего коллеги.

— На дороге была авария, машина съехала с трассы и ударилась в дерево. Водителя только что привезли, и он уже пришел в себя. Видимых повреждений нет, так как сработали подушки безопасности, но мы его еще подержим для полного обследования.

— А что с девушкой? — волк, замерев от тревоги, ждал ответа на свой вопрос.

Он даже думать не хотел о том, что с малышкой произошло что-то плохое. Все тело охватила дрожь и неконтролируемая ярость, направленная на самого себя.

Какого черта он отпустил ее одну с Нагибиным, когда надо было оставить в резиденции или увезти с собой в участок, где она находилась бы под его защитой, живая и здоровая.

— С какой девушкой? — сердце оборотня забилось как бешеное.

— С ним в машине была девушка.

— Простите, но к нам доставили только мужчину и сообщили, что больше никого на месте аварии не было, — что за бред? Нагибин что, высадил ее в темноте посреди трассы и смылся? Куда подевалась Амарилис?

Цанев понимал, что единственный, кто может ответить на эти вопросы, это Сашка, а значит нужно срочно ехать в больницу.

— Сейчас буду у вас, никуда пока его не отпускайте.

— Да мы и не собира… — договорить доктор не успел. Захар повесил трубку, схватил лежащую на спинке кресла кожаную куртку, накинул ее на голое тело (так как с вечеринки еще не успел переодеться) и бросился на выход.

Поездка на байке до центральной больницы заняла около пятнадцати минут, и еще пять ушло на то, чтобы найти парковку. В холле Захару быстро подсказали номер палаты, в которой находился Александр, а увидев лежащего на кровати коллегу, он первым делом взревел:

— Где Амарилис?

— Цанев, у меня голова сейчас лопнет, не надо так реветь, — прошептал открывший глаза Нагибин, — я не знаю, где она. Скорее всего в другой палате, спроси у врачей.

— Уже спрашивал. Доктор сказал, что ты в машине был один.

— Что? — мужчины выпучил на оборотня глаза и принял сидячее положение, — этого не может быть. Мы ехали вместе, потом нам на встречу выскочила машина, я резко свернул и, не успев нажать на тормоз, впечатал нас в дерево. Да, я во всем виноват и признаю это. Но Ами должна была быть там, со мной. Может врач что-то напутал?

— Не напутал, я спросил на ресепешн, то же самое. Уехать с места аварии, оставив тебя одного, Ами бы точно не смогла, не в ее характере, а значит там был кто-то третий.

— Думаешь, все это подстроил наш клиент? Два трупа в одну ночь? Что-то новенькое.

Рука оборотня взлетела вверх и сжала горло Нагибина.

— Амарилис жива, — выплюнул он и резко разжал пальцы. Сашка закашлялся.

— Прости, конечно, она жива. Это у меня голова еще плохо работает, ляпнул не подумав. Ами хорошая девочка и я очень к ней привязался, — бросив в его сторону долгий взгляд, Цанев развернулся и направился к выходу, — ты куда?

— На место аварии. Каждый камень там переверну, но найду ее и порву в клочки любого, кто замешен в ее исчезновении.

***

- Захар, ты что-то обнаружил? — спросил склонившийся над Цаневым Рус, — мы от точки отошли уже на приличное расстояние… Может надо вернуться?

Они около часа изучали место аварии, но результатов пока не было никаких. Покореженную машину увезли еще на рассвете, и даже если были какие-то следы, их затоптала прибывшая по первому вызову бригада скорой помощи.

— Есть кое-что, — волк поднялся с земли и огляделся по сторонам, — я нашел следы шин третьей тачки, и от дерева сюда тянется цепочка из отпечатков обуви, кое где размыто правда.

— Да, не густо.

— Я хочу, чтобы ты исследовал эту территорию вдоль и поперек. Камеры, свидетели, найди мне хоть что-то. Подключай к этому делу всех, кого нужно.

— Хорошо, но что насчет тебя? Куда ты собрался?

— Мне надо навестить одну старую знакомую. Есть о чем потолковать, — с этими словами Захар направился к припаркованному у дороги байку.

Когда легальные пути получения информации не давали нужных результатов, приходилось переступать закон. А так как дело касалось безопасности его девочки, Цанев об этом даже не задумывался.

Глава 21

Остановившись перед черным домиком, что стоял на отшибе Зарграда, и где к входной двери была прибита табличка «Добро пожаловать к гадалке Ясе», Захар прошелся пятерней по ежику своих светлых волос, в очередной раз напоминая себе, что другого выхода у него нет.

Зверь в нем метался в отчаянии, просясь на волю, прекрасно понимая, что ничем не сможет помочь мужчине найти их истинную пару, а каждая проведенная в неведении секунда, отдавалась в сердце невыносимой болью.

Жизнь Амарилис сейчас зависела от того, как скоро он сможет ее отыскать, а без помощи его бывшей любовницы Ясинии (в народе прозванной — «ведьмачка Яська»), тут было не обойтись.

В последний раз он видел ее около года назад, да и расстались они далеко не на дружеской ноте, но у Цанева имелись кое-какие рычаги давления на женщину, и он непременно ими воспользуется, стоит ей только заартачиться. И зная ее характер, можно было не сомневаться, именно так и будет.

Громко постучав, оборотень стал ждать, когда ему откроют, так как войти на ведьминскую территорию без приглашения, и об это знали все, было чревато большими неприятности, начиная от безобидных ловушек, и заканчивая смертельными проклятиями.

Минуты не прошло, как с другой стороны раздались чуть слышные шаги, дверь распахнулась и на него, выпучив глаза, уставилась высокая шатенка с зелеными глазами.

— Захар? А тебя какого черта принесло? — быстро придя в себя, поинтересовалась женщина, прислонившись бедром к дверному косяку и скрестив руки на груди, — соскучился?

Оборотень тяжело вздохнул.

— Может, в дом пригласишь? Или ты всех гостей теперь на пороге держишь?

— Ну проходи, коль не шутишь, — ведьма посторонилась, и волк прошел мимо нее в гостиную.

Цаневу уже приходилось бывать в этом доме и кресло он нашел без труда, сел в него, вытянул ноги, и бросил в сторону Яси пристальный взгляд.

— Я помню, в нашу последнюю встречу ты велела даже на пушечный выстрел к твоей территории не подходить, но сейчас мне нужна помощь.

— Какая хорошая у тебя память. Поразвлекался со мной недельку, а потом на моих глазах с какой-то волчицей в баре зажимался. И после всего этого ты просишь меня о помощи?

— Я думал, что развлечение было обоюдным. Я не клялся тебе в любви, Яся, как и в верности. Ты сама все себе напридумывала, — как ни в чем не бывало, пожал плечами Захар и откинулся на спинку кресла, — мне больше не к кому обратиться. Все другие ведьмы, кого я знаю, живут далеко от Черного леса, а время для меня сейчас, самый злейший враг.

— И что же тебе от меня нужно? — женщина подошла к дивану и села напротив волка.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела в шар и кое-кого мне отыскала.

— Ты же в курсе, что за услуги черной ведьмы, надо платить достойную цену, и это не златые, Захарушка.

— Я надеялся, что в память о старых временах, ты сделаешь мне одолжение, Яся. Как принц своего вида я не могу отдать тебе свою кровь.

— А кто говорил о крови? Я хочу от тебя нечто совершенно другое… — женщина облизнула нижнюю губу, пройдясь взглядом по выглядывающему из расстёгнутой кожаной куртки голому торсу оборотня.

Понимая ход ее мыслей, Цанев поморщился и мысленно выругался, сожалея, что перед поездкой к ведьме не заскочил домой и не переоделся. Не факт, что это помогло бы, но он не чувствовал бы себя так мерзко.

— Без вариантов, Яся. Та девушка, что я ищу, моя истинная пара…

— Ну ничего себе! Мистер «Холодное сердце» отыскал свою суженую, а она упорхнула от него? И почему я не удивлена? — откинув голову, женщина громко рассмеялась.

— Ты поможешь мне?

— Не уверена. Тебе нечего предложить мне взамен, а для безвозмездной работы, я чересчур черна, — казалось, ей доставляло огромное удовольствие выводить из себя волка, — раньше для тебя не было проблемой трахнуть женщину в нужде, что мешает сейчас? Неужели ты влюбился, Захар?

— Я не умею любить, Яся, — подавшись вперед хрипло пробасил мужчина, — неужели ты этого еще не поняла? Я просто не хочу тебя.

— А свою суженую, значит, хочешь? — прерывистый смех ведьмы сменился злобными нотками.

— Тебя это не касается.

— Тогда проваливай отсюда на все четыре стороны! Помогать тебе я не собираюсь, ищи другую дуру, — Яся вскочила на ноги и указала волку рукой на дверь.

— Я уже говорил тебе, что у меня нет времени искать других ведьм…

— В Черном лесу, насколько мне известно, уже полгода как новый оракул.

— Андрей уже пару недель как в отпуске и вернется только через несколько дней. До него мне сейчас добираться еще дольше.

— Ты зря пришел. Я очень зла на тебя, чтобы помогать. Проваливай.

Цанев бросил на нее пристальный взгляд исподлобья, словно готовился нанести последний удар.

— Я не могу тебя принудить, Яся. Но я знаю, кто может. Если ты не поможешь мне сейчас, и я потеряю свою истинную пару, то долго не протяну, но напоследок заберу тебя с собой.

— Это каким же образом? — усмехнулась она.

— Инквизиция, — ведьма вытаращила глаза на Захара и, застыв на месте, начала медленно трястись, — мой хороший знакомый вербер, Мирослав Загородский, в родстве с самим верховным инквизитором.

— Ты… ты угрожаешь мне… — заикаясь проблеяла женщина.

— Именно. Такие пытки тебе даже в кошмарах не снились. А я всего-то прошу глянуть в шар.

— Ты знаешь, что я могу тебя убить, даже не сходя с этого места?

— Знаю, но и ты забываешь, что я не человек и успею перед смертью достать до твоего горла.

Издав чуть ли не рык, женщина бросила на волка убийственный взгляд и подошла к шкафу, где на полке стоял небольшой шар на подставке.

— Надеюсь, что уже поздно и твоя ненаглядная загнулась в страшных муках!

***

Первыми в расход пошли соленые огурчики.

Нет, вы не подумайте, я не умирала с голоду в подвале несколько дней, просто баночка с ними стояла на самом видном месте и притягивала к себе мой взгляд уже полчаса, испытывая на прочность мою силу воли.

Пока я, сидя на ступеньке лестницы хрумкала угощение, раздался чуть слышный скрежет повернувшегося в замке ключа. Дверь открылась и пол над моей головой начал потрескивать.

— Мам, как ты думаешь, она живая? — раздался бас какого-то детины.

— Да что с ней станется. Оклемается и начнет орать, — старушечий голос показался мне очень знакомым, но вот где я его слышала, хоть убей не вспомню.

— Если вы меня выпустите, обещаю обойтись без криков, — ответом мне была тишина. Видимо, эта парочка не ожидала, что я так быстро приду в себя, и не подготовились к предстоящему разговору.

Затем кто-то начал елозить сверху, и когда крышка погреба распахнулась, мне в глаза ударил яркий свет.

— Выходи, давай, — проскрипела мамаша с такой ненавистью в голосе, что я аж поежилась от пробежавших по телу мурашек.

— А бить не будете? — сынок громко рассмеялся, а я от нечего делать поставила полупустую банку с огурцами обратно на полку, и поползла вверх по лестнице.

Когда оперлась руками о пол, меня сзади подхватили две огромные ручищи, защелкнули наручники и толкнули в кресло. Подняв глаза на своих похитителей, я начала как рыба открывать и закрывать рот, не в силах вымолвить ни слова.

Передо мной стояла парочка, что любила захаживать к нам в магазинчик «За здравие». Толстый парень, одетый в штаны и расстёгнутую на животе рубашку, и его вечно недовольная седая мамаша, в халатике. Последний раз я видела их там в день смерти Верочки.

— Ну, чего уставилась? — бросила старушка, и подошла к шкафу, расположенному с другой стороны комнаты.

— Как чего? Вы меня украли и в погребе закрыли, вообще-то.

— Ты мне еще в этой вашей аптеке не понравилась. На Толичку моего смотрела, облизывалась, — в этот момент, ее «Толичка», которому, на минуточку, было на вид лет восемнадцать, почесал свое огромное пузо и начал пускать ртом пузыри, убеждая меня, что здоровых на голову в этой семейке не было.

— Женщина, ни на кого я не облизывалась, вы ошибаетесь. Отпустите меня… пожалуйста, — с дрожью в голосе, обратилась я к старухе, что успела вытащить из шкафа небольшую емкость, взять из нее щепотку коричневого порошка и подойти ко мне вплотную.

Удерживаемые за спиной наручниками запястья не давали мне нормально двигаться. Я была беспомощной перед этими двумя, как годовалый младенец, а помощи ждать неоткуда.

— Никто тебя никуда не отпустит, будем пока на тебе заклятия испытывать, а потом на корм червям пойдешь, — теперь уже эти двое склонились надо мной, заставив вжаться в спинку кресла и крепко зажмуриться.

— У вас что, совсем крыша поехала? Какого черта вы творите? — мне в глаза полетел порошок из рук старой ведьмы.

— Встань, и повернись ко мне спиной, — злобно прошептала она, и в ту же секунду, какая-то сила подхватила меня с места, и отвернула от похитителей.

— Все понял, Толечка? Братик твой с первого раза все запомнил, и ты давай.

— Мам, а можно я ее это… ну того самого, — заржал детина, — красивая девка, как та, последняя, блондинка.

Представив, как его жирные руки касаются меня, чуть не вывернуло наизнанку. И последняя блондинка… кого он имеет в виду? У маньяка последней жертвой была Полина, а она шатенка. Вот Верочка, как раз была блондинкой…

— Заклятия тренируй пока, а потом посмотрим, — ответила ему мамаша и отошла в сторону.

У меня на глазах выступили слезы.

— Ну что вы за звери такие…

Договорить мне не дали, Толик кинул в меня еще одной щепоткой порошка.

— Рот закрой, повернись вперед и чуть наклонись, — зубы, против моей воли, крепко сжались, не давая вымолвить больше ни слова.

Развернувшись к парню, я склонилась перед ним в поклоне, внутри крича от страха.

Люцифер, сжалься и пошли мне быструю смерть!

На улице раздался визг колес, и судя по улыбающимся лицам мамаши и сына, то была не прибывшая спасать меня команда, а еще один член этой семейки извращенцев.

Глава 22

Пока ее сыночек шел открывать дверь, ведьма подошла ко мне из-за спины и вцепилась в мою руку своими когтями. Хотелось кричать от боли, но благодаря порошку и наложенным чарам, рот было не открыть.

Меня с головой накрыло такое отчаяние, что чтобы эта семейка не задумала, мне было все равно. Высшие силы не слышали моих молитв, а в чудесное освобождение мне совершенно не верилось.

Когда Толику до входной двери остался последний шаг, та внезапно слетела с петель и припечатала жирного отморозка к полу. Визг, который он издал, сильно ударил по барабанным перепонкам, а в голове будто фейерверк взорвался, пришлось даже зажмурится.

Хватка на моей руке усилилась.

— Ты еще кто такой? — заскрипела зубами старуха, спрятавшись за моей спиной. Распахнув глаза, я даже рот открыла от неожиданности.

В пустом дверном проеме стоял Захар. Кулаки крепко сжаты, голая, ничем не прикрытая грудь, те же белые длинные шорты, что были на нем на вечеринке по случаю Салмайна, опасный взгляд исподлобья, а из носа чуть ли не пар валит.