Охота на ботаника Логвин Янина

Со мной было все в полном порядке, особенно вблизи него.

— Осторожно, Кудряшка! Ты мне нужен живой и невредимый! — я подошла к Морозову со спины и шутливо взъерошила рукой кудрявый затылок. — Если будешь так шарахаться всякий раз, когда мне захочется переодеться, то, боюсь, всё закончится травматологией, и мне придется за тобой ухаживать! — Задержав пальцы на плече, шепнула на ухо: — О чем предупреждать? О том, что мы в номере одни, ты мой парень, а я хочу раздеться? Ты не находишь в этом ничего странного?

Он шумно вдохнул, но промолчал.

— Вот и я не нахожу, — вновь погладила светло-русые волосы. — Ведь у нас с тобой все всерьез, правда?

Не удержавшись, привстала на носочки и куснула парня за горячую скулу. Господи, это какой-то личный фетиш, сводящий с ума! Решилась бы на большее, но сдержало данное Морозко глупое обещание не целовать его первой.

Шагнув к шкафу, взяла сумку и направилась с ней в ванную комнату. Сказала, оглянувшись, со смехом:

— Привыкай, Морозов. И выдохни наконец! Ну не собираюсь я от тебя прятаться! Так и быть, сейчас не стану смущать, но так будет не всегда!

Антон

Корсак скрылась за закрытой дверью; я ждал, но в тишине комнаты так и не услышал, как щелкнул замок. Зато через минуту послышался приятный голос, напевающий легкую песню, и зашуршали бьющие в кафель упругие струи душа.

Сейчас я бы и сам с удовольствием хотел оказался под их прохладой.

Девушка скрылась, но легче не стало. Агния по-прежнему находилась в моих мыслях, в моей голове, сводя с ума потрясающей улыбкой, запахом, смелым вызовом в темных глазах… и своим жарким телом. А то, что оно обжигало, я больше не сомневался. Я буквально ощущал его и реагировал так, что мышцам становилось больно, а рукам нестерпимо от желания дотянуться и почувствовать.

Если бы не последние три дня, все, возможно, оказалось бы легче. Но эти три дня, после разговора с Трущобиным, буквально вывернули душу так, что я заставил себя, наконец, честно ответить на все вопросы: кто для меня Корсак, чего хочу и что мне нужно.

Я ехал сюда, дав себе слово во всем разобраться. Поставить точку «до» сомнений, чтобы не оставить им места ни во вчерашнем дне, ни в завтрашнем.

Когда Агния подошла, от близости девушки перехватило дыхание, а от прикосновения онемел язык. В минуту, когда Корсак стояла за спиной и касалась шеи, я был уверен, что она едва ли осознает, как действует на меня. Иначе бы не шутила так, играючи.

Да и не только на меня действует.

Сегодня я увидел достаточно в глазах ее знакомых парней, чтобы в этом убедиться.

Их злость не стала сюрпризом, и слова тоже. Сюрпризом оказалось мое желание защитить девушку от этих взглядов, и… надо признаться честно, отстоять свое право на нее.

До этого момента я никогда и ни к кому ничего подобного не чувствовал, но горло перехватило, словно жесткой рукой, когда в мыслях замелькали картинки Агнии с другим. С Эриком, или как там этого скользкого черта зовут.

А ведь есть еще Макар.

Я упал спиной на кровать и выдохнул в потолок.

Похоже, вид гладких бедер девчонки меня таки добьет. А главное, что я действительно веду себя, как дурак. Понимаю это, и все равно пытаюсь вставить в совершенный рисунок Агнии завершающий пазл. То, чем она не привыкла ни с кем делиться — доверие.

Пять минут назад я так и не нашел его в ее глазах.

Она вышла из ванной комнаты не одетой, как я думал, а в белом раздельном купальнике. Свои шикарные волосы убрала в высокий хвост и остановилась передо мной, уперев руки в бока. Стояла молча до тех пор, пока я не сел и не посмотрел на нее.

Конечно же, вытаращился на грудь и плоский живот, как идиот, проглотивший язык.

Агния стояла от меня меньше чем в метре, и было видно, как на ее матовой коже поблескивала влага.

— Морозко, так и быть, — сжалилась девушка, — я первой спущусь к бассейну и дам тебе от себя отдохнуть. Приходи, когда остынешь, — она с лыбкой подмигнула мне, взяла полотенце, достала из сумки вьетнамки и направилась в прихожую. — Буду ждать!

За ней закрылась входная дверь, опустился подхваченный сквозняком тюль, и только тогда я смог простонать сквозь зубы ругательство, сделать нормальный вдох и, наконец, подняться с кровати. Мне действительно не мешало остыть.

Я не сразу спустился во двор отеля, но, когда вышел, то нашел Корсак уже в окружении подруг. День был по-летнему теплым, большой бассейн наверняка подогревался, и в воде плавали люди.

Я надел плавки, но подошел к компании в джинсах — влажные после душа волосы не успели просохнуть, и футболка висела на плече. Агния лежала на животе, подставив спину солнечным лучам, и рыжеволосая девушка, растянувшая на соседнем с ней лежаке, заметила меня первой.

— А вот и Антон! — сказала игриво, повернувшись на бок, и подняла на лоб солнцезащитные очки, без стеснения меня рассматривая — как будто ей оказалось мало момента встречи и знакомства. — Слушай, Агнешка, а ведь он у тебя ужасно симпатичный — твой блондин! Похож на парня из «Голубой лагуны». И почему я раньше этого не разглядела? Эй, Антон, у тебя случайно нет такого же симпатичного друга, как ты? — кокетливо спросила. — А то мне мой Русик уже надоел! С ним никакой романтики!

Ее парень-брюнет, с виду типичный мажор, на это лишь хмыкнул.

— Миленка, свинти! Я предупреждала, что это лежак Морозова! — произнесла Агния и вроде бы негромко, но так, что не поспоришь.

Рыжеволосая девушка поворчала, но пересела на соседний, продолжая мне улыбаться. Две остальные девчонки сидели рядом и мазались кремом. Их парни тоже находились поблизости — каждый с банкой холодного пива в руке. Они уже успели искупаться, и теперь стояли возле небольшого бара в плавках, свысока и с ухмылками наблюдая за мной.

— Ты еще не плавала? — спросил я у Агнии, садясь на лежак. — Солнце в самом зените, обгоришь.

Девушка положила щеку на запястье и смотрела на меня, на этот раз серьезно. Красивые плечи не укрывало полотенце и можно было гладить их взглядом, что парни и делали. И не только знакомые.

Неважно, сколько девушек находилось поблизости, Корсак все равно оставалась первой.

По-видимому, ее друзья ждали от нас проявления каких-то чувств и, кажется, стоило это показать.

— Нет, я тебя ждала.

— Ты чего-нибудь хочешь? Может, э-э, колы? — м-да, ухаживать за девушкой мне еще только предстояло научиться.

— Хочу, — ответила Корсак. — Тебя.

Ее подруга Миленка как раз потянулась к сумке за бутылкой с водой и удивленно воскликнула, услышав ответ.

— Ого, как у вас горячо! Эй, вы вообще-то здесь не одни, голубки! Сбавьте градус, а то искрит!

— Воткни беруши, Архипова, и не мешай!

Нам никто не мешал, я смотрел в темные глаза, на полные губы, и меня снова сводила с ума улыбка. Не знаю, смогу ли я вообще когда-нибудь остыть.

— Антон, держи! Твоя очередь!

Что?

Я машинально поднял руку и поймал желтый тюбик, который бросила Жанна.

— Что это? — спросил, не понимая, зачем он мне.

— Солнцезащитный крем! Ну, давай же, намажь свою девушку! А то ведь действительно обгорит!

Выглядело это как-то странно, и я озадачено взглянул на подруг. Жанна откровенно забавлялась ситуацией, а вот светловолосая Ирина смотрела так, словно ее соседка бросила в вольер к крокодилу не крем, а котенка. Она явно хотела узнать, выживет он или нет.

— И? — я посмотрел на Корсак. — В чем фишка, не пойму?

— Не удивляйся, Морозов. Они просто знают, что я не терплю подобные знаки внимания от парней и ждут, что же будет дальше, — тихо объяснила Агния.

— И что же будет дальше? — я вопросительно поднял брови.

— А ты попробуй, сам узнай, — с этими словами она положила лоб на скрещенные ладони и подвинулась в сторону, освобождая для меня место.

Уф. Я обкусал губы и прошелся по Корсак взглядом. Сердце застучало от мысли, что сейчас, и правда, дотронусь до неё.

Оставив футболку на шезлонге, я сел рядом с девушкой, чувствуя, как та замерла. Осторожно убрал волосы в сторону и, не удержавшись, провел большим пальцем по красивой, смуглой шее вдоль позвонков, мгновенно забыв о том, что на нас смотрят. Выдавив немного крема на руки, погладил плечи и спустился к лопаткам.

Сейчас я и сам дышал с трудом. А если бы мог, и вовсе перестал, оставив место лишь ощущениям.

Кожа у Корсак оказалась теплой и бархатной. Податливо-нежной. Такой хотелось касаться не только руками. Я опустил пальцы ниже, и коснулся ребер — Агния глубоко вздохнула. Остановил ладони на тонкой талии….

Она вдруг повернулась ко мне и открыла глаза. Мои плечи закрывали солнце, и нам ничего не мешало смотреть друг на друга. Надобность в словах будто исчезла, и мы молчали.

Я медленно провел большими пальцами по тонким ключицам и сжал ладони на плечах девушки. Замер, поймав себя на желании притянуть Агнию ближе. Словно в ответ на это желание, ее рука медленно поднялась и легла на мой затылок. Погладила волосы. Оба часто дышали и никого не слышали. Черные глаза затягивали, как омуты…

— Морозко, знаешь, ты необыкновенный…

Я не знал. Я только понимал, что…

В этот момент что-то несильно ударило меня в голову, словно чиркнуло, заставив очнуться.

— Ой, они меня обрызгали!

— Эй, вы там! Совсем офигели, что ли?!

Что?

Кажется, я оказался не готов возвращаться в действительность, поэтому растерянно смотрел на взвизгнувших подруг Агнии и на непонятно откуда взявшийся мокрый надувной мяч.

— Смотри, это она! Я ее нашла! — послышался детский высокий голос, и в нас с Агнией прилетел еще один мяч — поменьше. Несколько похожих плавали в бассейне.

— Господи, снова эти дети! — недовольно проворчала Миленка, обтирая бедро полотенцем. — Сейчас начнется! За ними вообще кто-нибудь смотрит? А еще отель класса люкс!

Тем временем Корсак медленно отодвинула меня и села в шезлонге, спустив с него стройные ноги. Поджав губы, недобро сощурила глаза.

— Это кого же я вижу? — почти пропела. — Неужели снова вы, поросята? — выдохнула сердито, даже угрожающе.

Малыши закивали, а я напрягся, не понимая, что она собралась делать?

— Ах, вы, маленькие вредные таракашки! Значит, вам мало? Вы и в этом году решили меня нервировать! Вот я вам сейчас задам трёпки!

— Агния, стой!

Но Корсак не услышала. Она в мгновение ока взлетела с лежака, и не успел я глазом моргнуть, как четверо малышей с визгом и криками попадали в бассейн, а Агния нырнула за ними следом. Вынырнула… и началась битва мячей и брызг.

Визг поднялся на всю округу, но плескающимся в воде было все равно. Малыши выбежали по лесенке и понеслись вокруг по резиновой дорожке. Агния выскочила следом, ловила их и кидала в детский бассейн. Это продолжалось довольно долго — ее хвост намок, повис и сполз на затылок, но смеющаяся Корсак не стала менее красивой. Сейчас все, кто находился поблизости, глазели на девушку в белом бикини, и в особенности мужчины.

Именно один из них, решив помочь веселой своре, поймал мяч и бросил его слишком сильно — тот, подхваченный ветром, залетел на крышу двухэтажного летнего ресторана, отгороженного от пляжной зоны деревянной террасой и лозами декоративного винограда.

Дети встали как вкопанные. Девочка — владелица мяча, всхлипнула, а Корсак, словно так и надо, подбежала к террасе и без раздумий полезла вверх — босиком, в купальнике, сверкая загорелыми ногами и ягодицами. Сильная и ловкая, как кошка, стала быстро взбираться по деревянной сетке к балкам, словно делала это десятки раз.

— Она ведь упадет! — Я и сам не заметил, как шагнул вперед, переступив через чьи-то ноги. — Агния!

— Стой! — тип, которого звали Эрик, оказался рядом и поймал меня за локоть, останавливая. — Не упадет, это же Агнешка, — спокойно сказал, вместе со всеми глядя на девушку.

Я тоже продолжал смотреть, но от чужого прикосновения мышцы напряглись.

— Она само совершенство, не правда ли? — довольно заметил короткостриженый брюнет. — Не девчонка — огонь! Такая обожжет, и уже не забудешь. Только вот странно…

Внимание было сосредоточено на другом, но парень не отходил, и я спросил:

— Что именно?

— Как так случилось, что возле нее вдруг оказался такой молокосос, как ты? О котором никто и никогда не слышал? Ты откуда взялся, Антон? — он произнес моё имя с издёвкой, и это покоробило. — Агнешка не для тебя, и дураку ясно!

Я не стал спорить — не видел смысла. Этот парень был мне неприятен, и достаточно сильно, чтобы от его пальцев зудела кожа. И потом, чего-то похожего я ожидал.

— Может, такому дураку, как ты, и ясно, — ответил холодно и сжато. — А остальных наши отношения не касаются.

Пальцы крепче обхватили мою руку, и Эрик приблизился вплотную. Однако, он продолжал стоять так, словно мы пара друзей, решивших переброситься пустым разговором.

— Следи за языком, сопляк! — прошипел сквозь зубы, не убирая с лица улыбку. — А то, смотри, нарвешься на неприятности. Я тебя предупредил! И держи свои руки подальше от Агнии. А еще лучше — вообще исчезни с ее горизонта! Понял?!

Парень, и правда, по виду был старше меня, но ненамного, чтобы на его фоне я выглядел таким уж сопляком. Опасным я бы его тоже не назвал — слишком разговорчив. Скорее уж зарвавшимся, уверенным в себе мажором, оторванным от реальной жизни. Таким же скользким, как и его друг — любитель ласковых прозвищ.

Я дернул плечом и сбросил с себя его руку. Повернув голову, посмотрел в лицо, явно недовольное и злое.

— И не подумаю. Я тебя вижу первый и, надеюсь, что последний раз. Я тебе точно не друг, так что отвали к своей девушке и друзьям. И подбери уже слюни, а то выглядишь смешно. Она не твоя, — сказал упрямо, имея в виду Корсак. — Не твоя!

— Мы были вместе. Ты же понимаешь, о чем я, умник? Если не дурак.

Я смотрел на Агнию, Эрик тоже. Терраса ресторана была достаточно высокой — метров шесть, но Корсак справилась. Очутившись на крыше, девушка сбросила детям мяч, и так же ловко, как забралась, стала спускаться вниз. Мокрые волосы касались талии, носки длинных, стройных ног тянулись в поисках опоры… Было в ее сильном, красивом теле что-то такое, что не давало возможности отвести взгляд — в линиях, в движении.

И все же от признания парня потемнело в глазах и неприятное чувство сдавило грудь. Словно какая-то сила ударила кулаком под ребра, вышибив из легких воздух.

Да, у Корсак было прошлое и, возможно, настоящее, о котором я ничего не знал.

Я постарался, чтобы голос прозвучал спокойно.

— И? Что с того?

— Будем вместе. И она это тоже знает, будь уверен!

Я ни в чем не был уверен, даже в собственном спокойствии. Но я точно не был дураком и много о чем думал в последние дни.

— Что-то я не заметил у Агнии тоску по тебе, брутал. Скорее наоборот. Что было, то было, но не похоже, чтобы ты ее впечатлил. Иначе бы я не стоял здесь, а ты бы не трепался, как баба, что у тебя и с кем было!

У Эрика заходили желваки, и у меня тоже.

— А ты борзый, молокосос, — заметил парень. — Пожалуй, с тобой, и правда, придется разобраться! — он двинулся на меня, но, оглянувшись, передумал. Однако договорил: — Хочешь сказать, что ты ее впечатлил? Да что у тебя есть такого, чего нет у меня? Старый рюкзак? Кудрявые патлы? Ты бы ее еще полевыми ромашками удивил, придурок! Это сама Корсак, а не девчонка с твоей улицы. Завтра ты ей наскучишь, и она прибежит. А я встречу!

Но уступать ему никто не собирался.

— Ну, судя по тому, что Агния здесь не с тобой, а со мной, и у нас общий номер, думаю, кое-чем впечатлил.

— Слышь, умник! — Эрик вновь вцепился в меня, но я снова скинул его руку. — Да она мне мстит, понял? — набычился. — У нас свои счеты! Крутит здесь с тобой, послушным сопляком, как пешкой, но я-то знаю, чего она хочет. И она это получит!

— Пошел ты!

— Сам пошел!

Тем временем Агния спустилась вниз и направилась босиком через широкий двор отеля в нашу сторону. Поравнявшись с детьми, строго погрозила им пальцем:

— В следующий раз берегитесь, таракашки! Ух, вы у меня получите! А сейчас — кыш к родителям, пока я вас на крышу не закинула!

Я злился на Эрика, но мы оба замолчали, встречая девушку напряженными взглядами. Она шла, улыбалась, и на секунду показалось, что не мне. И все же сквозь все мысли прорвалась одна, самая неожиданная: неужели это — Корсак? Высокомерная, заносчивая девчонка, с острым, как жало, языком, вот так запросто дурачится, покоряя стены и ни на кого не обращая внимания?

Та Корсак, которую я знал?

Неужели и со мной дурачится?

— Эй, красотка, иди к нам! У нас весело! — крикнул кто-то из чужой компании, когда Агния с ними поравнялась, но она прошла мимо, даже взглядом не повела. — Эй, ну что же ты! — понеслось ей в спину. — А как насчет вечера? Хоть скажи, как тебя зовут!

Не ответила. Зато остановилась передо мной и стянула с хвоста резинку. Встряхнула рукой тяжелые волосы, рассыпав их по красивой спине.

— Вот сейчас, Морозов, пожалуй, я не откажусь от холодной колы, — сказала, улыбаясь. — Ужасно хочется пить!

— Детка, ну ты даешь! И так жарко, а теперь и вовсе у всех припекло. Я тебе говорил, что ты умеешь удивлять? — Эрик никуда не ушел и коротко хохотнул, обращаясь к Агнии. — Надо было предупредить своего друга, что с тобой нескучно, не пришлось бы ему варежку закрывать. Помнишь, как ты развлекала меня вот этими пальчиками? — Эрик поймал руку Агнии и тут же отпустил. — Тогда мне тоже страшно хотелось пить!

— Давай, Тоша, действуй, — он кивнул мне в сторону бара, — ты слышал, о чем тебя попросили? Не заставляй девушку ждать.

С лица Корсак исчезла улыбка, и она недовольно взглянула на своего знакомого.

Хотя, какого, к черту, знакомого! В мой затылок словно горячая волна ударила и захотелось поддаться эмоциям. Похоже, я мог натворить дел, каких и сам от себя не ожидал. Но рядом были дети.

— Покровский, ты идиот? — Агния гневно развернулась к Эрику. — Какие к черту пальчики? Что за шутки? Исчезни по-хорошему! И он тебе не Тоша!

Я отвернулся и подошел к бару. Купил бутылку холодной колы и принес Агнии.

— Держи, — открыл крышку и передал в руки девушке, — но это было очень опасно — играть с высотой. Я и не думал, что ты такая цепкая.

Как часто бывает, когда говоришь искренне, в словах угадывается двойной смысл. Вот и сейчас, конечно же, мы оба его уловили. Я на самом деле много чего не ожидал.

— Спасибо, Морозко, но все было под контролем, поверь! Я не из тех, кто глупо рискует собой.

Корсак улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. Словно кто-то из нас — я или Эрик — ее изрядно напрягал.

У светловолосой девушки из компании, которую все называли Ирой, явно была способность подходить незаметно. Вот и сейчас она крутилась поблизости, пока этот Покровский не притянул ее к себе за шею. Наклонив голову, что-то шепнул на ухо, и та неуверенно захихикала.

Но тут же замолчала, стоило Агнии бросить на нее короткий взгляд.

Кулаки сжались — мне хотелось заткнуть ее друга не только взглядом.

— Ты куда, Антон? — спросила Корсак вслед, когда я поднял с шезлонга футболку и отправился прочь.

— Душно здесь, лучше искупаюсь в речке. Оставайся с друзьями, я недолго.

— Но там же холодно!

— Ничего, как раз остужусь.

Одна сторона ривер-отеля смотрела на реку, туда я и отправился. Выйдя на берег, на чистый и пустынный пляж, сбросил джинсы на деревянный лежак и вошел в воду. В душ так горело после признания короткостриженого о близости с Агнией и его слов обо мне, что холода даже не почувствовал. Просто нырнул и поплыл, отталкиваясь сильными рывками.

В детстве и юности я каждое лето проводил в деревне у деда, часто ходил с ним на рыбалку и просто к реке, поэтому плавал неплохо. Вода оказалась чисой и прохладной, и смогла хорошо остудить не только кровь, но и нервы.

Когда собрался выходить, увидел на берегу Корсак. Агния надела светлое короткое платье, в котором сюда приехала, и сидела на полотенце, обхватив руками согнутые в коленях босые ноги.

Я вышел из воды и подошел к ней под черным пристальным взглядом. Теперь уже она меня рассматривала так же, как я ее в номере, вот только смущения в глазах не было.

Она успела одеться и расчесать свои шикарные волосы. Блестящие и волнистые, они красиво лежали на одном плече, открывая безупречную шею. Я вновь невольно удивился гладкости ее матовой кожи.

— Держи, Морозко! — Агния подняла и протянула мне сложенное в несколько раз полотенце. Подвинулась на своем, чтобы я мог сесть с ней рядом. — Ну и как, остыл? — спросила.

— Кажется.

Я вытер волосы, с которых стекала вода, и сел возле девушки. Посмотрел на нее.

— Оказалось, что ты хорошо плаваешь, — заметила она, глядя на реку.

— Да, неплохо, — песок был теплым, и я зарыл в него пальцы ног.

— Жаль.

— Почему?

Агния коротко улыбнулась.

— Если бы не умел, Кудряшка, я бы тебя спасла. Так и хочется сделать тебе искусственное дыхание. Вот прямо сейчас!

Я застыл. Мне все еще сложно было привыкнуть к ее шуткам — слишком серьезно она говорила и слишком много я хотел.

— Корсак, это неправильно.

— Что именно? — Агния распрямила ноги. Короткое платье доходило до середины бедер, а сейчас задралось чуть выше.

Я с трудом удержался, чтобы не оценить эту длину взглядом.

— То, что ты меня опекаешь. Я не твой младший брат, кое о чем мне точно стоит заботиться самому.

— О чем, например?

— Хотя бы о собственном спасении. Если бы не умел плавать, глупо лезть в воду, тебе не кажется?

Она тоже посмотрела на меня, но черные ресницы прикрыли взгляд, в котором блестело солнце.

— А я, Морозов, ради тебя готова утонуть прямо на берегу. Если ты меня спасешь.

Ее губы не улыбнулись, и мои тоже. Мы снова отвернулись к реке.

— Ты знаешь, о чем я говорю, — тихо сказал.

— Нет.

— Знаешь, — настоял я.

— Тогда и ты должен все понимать, если умный, — ответила она упрямо. — Я так хочу, Морозов. Так, а не иначе.

Я вздохнул. С ней было непросто, но она пьянила голову одним своим присутствием и вводила в ступор прямым взглядом. Стоило бежать от такой девушки, чтобы не потерять не только голову, но и душу, но сердце вновь стучало быстрее, не желая остывать, оплавляясь в пламени ее близости.

Невероятная Корсак. И все же я смог сказать, это было важно.

— Агния, я хочу тебе верить, но ты молчишь. Когда о чем-то слышишь от других, все видится в другом свете. Иногда этот свет несет дискомфорт и боль, но все равно лучше смотреть с открытыми глазами. Это честно по отношению друг к другу, тебе не кажется?

Корсак задумалась, затем еле заметно качнула головой, слегка нахмурившись.

— Нет. Мне нечего тебе рассказать такого, о чем бы хотелось вспомнить, Морозов. С тобой все иначе. Я не понимаю, чего ты от меня ждешь?

Агния встала. Возможно, она хотела уйти, а возможно нет.

Мне не хотелось, чтобы она уходила, я тоже встал и взглянул в сторону причала.

— Ты не знаешь, эти лодки у пристани можно брать?

Агния тоже посмотрела.

— Можно, — ответила, — только придется сообщить работникам отеля и оплатить время.

— Хорошо, — я натянул джинсы и наклонился за футболкой, — тогда пойдем, покатаемся. Я несколько лет не плавал по реке.

Глава 22

Прийти в отель и вернуться к причалу незамеченными не получилось. Узнав, что мы берем лодку, к нам присоединились смешливая Жанна со своим парнем Владом. По реке плавало немало лодок, и девушка с парнем не замолкали. Мы с Агнией изредка дополняли общую беседу парой слов, а в основном смотрели друг на друга.

Кажется, так я еще ни с кем не разговаривал — языком взглядов. Этот язык заставлял смущаться от улыбки Корсак, ее пристальных глаз, и ощущать горячий ток в крови, когда голое колено касалось моей ноги, а губы Агнии на вдохе приоткрывались.

Но мне нравилось. И нравилась она.

Оказалось, что Жанна учится на психолога, а ее парень — готовится защищать диплом инженера вместе с темноволосым типом — Русланом Марджановым на одном из факультетов нашего университета. Оба были из обеспеченных семей и готовились вместе провести летний отпуск в Испании.

На предложение к ним присоединиться я вежливо отказался, а вот на очередной вопрос смешливой девушки пришлось ответить:

— Антон, а как вы с Агнешкой познакомились? Прости, но, зная Корсак, я себе это смутно представляю. Ты не очень-то вписываешься в круг ее знакомых парней.

Это означало, что я совершенно в «их круг» не вписывался.

Я взглянул на Агнию. Ставить ее в неловкое положение не хотелось.

— Мы познакомились случайно на общей лекции, — ответил уклончиво, пожав плечами. — Оказались за одной партой, так и разговорились.

— Ха-ха, — рассмеялась девушка, — разговорились? Я представляю себе этот разговор! Да ты наверняка язык от счастья проглотил! — впечатлилась рассказом Жанна. — Я тебе скажу по секрету, Антон, что в школе у Агнешки от мальчишек отбоя не было! Они дрались за право сидеть с ней, такое чудили! Мы все ей страшно завидовали!

— Васильева, ты бы панамку надела, чтобы голову не напекло. Несешь всякую ерунду! — колко заметила Корсак и ровно ответила: — Неправда, ничего Антон не проглотил. Ему было все равно, кто с ним сидит. Это я влюбилась и решила быть с ним.

У Жанки от удивления распахнулся рот.

— Серьезно?! — не поверила она. — Ты, и вот так сразу?

Агния перевела взгляд на меня, но я смотрел на нее не менее удивленно, чем ее подруга.

— Ну, почему. Нет, не сразу. Мне кажется, что прошло минут пять, или семь? Но точно в тот день.

— А дальше-то что?

— А дальше… всё! — хмыкнула Корсак, уверенно ставя точку в расспросах подруги. — Дальше я познакомила Антона с родителями.

Повисла пауза, после которой больше никто не стал задавать вопросов.

Мы вернули лодку к причалу и все вместе вышли за территорию отеля, где на большой поляне уже заметно шумел съехавшийся на фестиваль народ.

По периметру поляны, углубляясь в лес и к берегу, стояли палатки, а вдалеке виднелись автобусы и автомобили. У края, ближе к реке, уже успели поставить сцену, на которой в данный момент заканчивали выставлять свет. Какой-то парень — длинный, с черными лохмами, что-то хрипел в неподключенный микрофон, а другой упражнялся на ударных.

— Антон, хочешь фокус? — неожиданно предложила Жанна, и я спросил:

— Какой?

— Вот сейчас мы все зайдем на поляну и превратимся в людей-невидимок! Рядом с твоей девушкой всегда так! — она хихикнула.

Я не удивился, не раз сам наблюдал в университете, как все исчезали, стоило в коридоре или в аудитории появиться темноглазой красавице Корсак.

Но на деле оказалось в точности наоборот.

— Антон! Эй, Антон! Да Морозов же! Я тут!

Едва мы вошли в зеленую зону фестиваля, как меня окликнула русоволосая девчонка, издали махнув рукой. Подбежала легко, в светлых джинсах и футболке, поймала за запястье. Я даже сообразить не успел — голова была занята другими мыслями.

Страницы: «« « ... 1617181920212223 » »»