Всё, что нужно мне Резник Юлия
Тем, кто будет рыть могилу для Игоря, повезло. Земля оттаяла…
Сколько прошло времени с тех пор, как следак ушел – не знаю. Может, его не было минуту, а может, несколько часов. Я как будто застыл в безвременье.
- Продолжим!
Он начал снова задавать мне вопросы. Те, на которые я уже отвечал. И вроде бы был все таким же вальяжным, но… Что-то в нем изменилось.
- Кирилл Викторович… - дверь снова открылась.
- Ну, что опять?
- Вам здесь звонят…
- Я же сказал! Что мне нужно закончить! Пусть за этого… - кивок в мою сторону, - хоть сам господь бог вписывается…
- Не знаю, как насчет бога, но у нас на проводе министр внутренних дел…
- Какого…
Следак вскочил. Выхватил из рук дежурного трубку и снова выскочил за дверь. А я тихо засмеялся и уткнулся лбом в стол.
Сонька… Я не сомневался, что это она. Всех на уши поставила… Не прошло и… черт! Я действительно потерялся во времени.
- На выход!
- Что?
- На выход, говорю…
С меня сняли браслеты, а пока я тупил, разминая запястья, распахнули дверь. И прямо в ту же секунду в нее влетела…
- Соня!
- Ты в порядке? Они… они ничего тебе не сделали?
Она шарила по моей груди, спине руками… И с ужасом, едва скрывая плещущуюся на дне глаз панику, заглядывала мне в глаза. А я выдохнул. Ее аромат вдохнул и… выдохнул.
- Теперь да.
Я обнял Соню и зарылся носом в волосы.
- Пойдем отсюда скорей! Пожалуйста… Пойдем.
Я мог понять ее нетерпение. Мне и самому не хотелось здесь задерживаться. Мы вышли из кабинета, держась за руки. А там… толпа народу. Но первым, конечно, мне на глаза попался Сонин отец.
Вообще-то выход был в другом направлении. Но я резко изменил траекторию. Стремительно подошел, так что Соня едва успевала, и протянул руку. К черту, если он не пожмет…
Но мои сомнения не оправдались. На секунду наши взгляды встретились. А потом Гейман энергично встряхнул мою ладонь.
- Я не виновен.
- Я в курсе.
- Тем не менее, спасибо, что помогли.
- Береги мою дочь.
- Обещаю.
- На этом и сочтемся.
Фамильярность. А ведь это слово имеет и другое значение. Положительное… Так общаются по-настоящему близкие люди.
- София… есть минутка?
Соня оглянулась на звук и подошла к… если бы я интересовался мужчинами, сказал бы, что к самому красивому мужику из всех, что мне доводилось видеть. Я недоуменно нахмурился.
- Иди. Твоему освобождению не только я поспособствовал, - усмехнулся Гейман.
Все интереснее и интереснее. Я догнал Соню и вместе с ней и тем самым мужиком вышел из отделения. Налетел ветер. Подхватил полы Сонькиного пальто.
- Я знаю, что вы мне этого не поручали, но… В своей работе я привык полагаться на собственную интуицию, а она мне подсказывала, что нужно быть начеку. Поэтому я предпринял кое-какие шаги на свое усмотрение.
И вот вроде бы он говорил четко. И по существу. Но я все равно ничего не понимал. О чем и сказал Соне, которая почему-то все сильней нервничала.
- Наверное, я должна вас представить. Тимур Белый – владелец предприятия, которому я поручила навести о тебе справки, когда… когда…
Когда еще сомневалась во мне. Это я понял. Не то чтобы мне понравилась мысль о том, что за мной шпионили, я решил, что обдумаю это как-нибудь потом. А пока нам всем нужно было сосредоточиться на другом.
- И?
- Я думала, что мы завершили сотрудничество, после того как я получила отчет, - София нервно облазала губы. – Я его не открывала. Клянусь.
Её взгляд метался по моему лицу. Что она пыталась на нем рассмотреть? Недоверие? Его не было. Она не стала бы мне врать. Она любила меня. Она меня любила… Я видел ее глаза, когда она ворвалась в кабинет, в котором меня допрашивали. Глаза не врут.
Я кивнул. Переступил с ноги на ногу. Каша под ногами зачавкала. Скорее бы весна…
- Но я не снял наблюдения. И поэтому смог доказать, что в момент убийства вы находились совсем в другом месте. Собственно, если бы следак не был таким упрямым ослом, вас бы отпустили еще до того, как ему настучали по шапке сверху…
- Это отец вмешался.
- Я так и понял, - сверкнул белозубой улыбкой Тимур.
- В любом случае, вам ничего не грозит.
- Спасибо. Я так понимаю, теперь нам выставят нехилый счет?
Улыбка Белого стала шире. Он кивнул. Но тут же вновь стал серьезным.
- Счет будет очень большим. Не сомневайтесь. Мы вели сразу несколько человек.
- Надо понимать, и Игоря?
- И Сергея Капустина.
Я запнулся, судорожно соображая, насколько случайно в нашем разговоре всплыло его имя.
- Что вам известно?
- Да, пожалуй, что все. Хотите подробности?
- Это Сергей?
- Да.
- Ему предъявят обвинение?
- Ну-у-у, если менты на него выйдут, то, наверное, предъявят.
- А вы…
- А меня там не было, – пожал плечами Тимур, ясно давая понять, что ни за что не станет вмешиваться в ход следствия.
- Но вы знаете, как это произошло?
- Да как обычно. Встретились два заклятых друга. Слово за слово. И понеслась. В квартире нас не было. Свечку мы не держали. Моя задача состояла в другом.
Я улыбнулся. И не удержался от поддевки:
- Насколько я понимаю, у вас вообще не было задачи.
- Была. Я ее сам себе поставил.
- Интуиция.
- Она самая. Так и знал, что смогу на этом здорово заработать.
Я подумал о том, что, наверное, Тимур неспроста занимает свое место. Подался вперед и во второй раз за вечер пожал руку выручившему меня мужчине.
- Спасибо вам, Тимур, – прошептала Соня.
- Обращайтесь.
- Это вряд ли. Мы уезжаем. Подальше отсюда…
- Тогда счастливого пути.
Он улыбнулся напоследок, растер щетину и пошел прочь.
- Ну, вас еще долго ждать?
- Папа?
- Прыгайте в машину. Отвезем вас домой.
Полицейский участок располагался почти на другом конце города. Ехали долго. Болтали ни о чем. Сонька жалась ко мне. И то и дело с силой сжимала пальцами мою руку. Я не мог и представить, каких тревог ей стоил сегодняшний вечер.
- Ждем вас завтра, – напоследок заявил мой тесть. – Только на этот раз, ради бога, приезжайте вместе.
Я улыбнулся и кивнул. Сонька пробурчала, что теперь вообще никогда меня одного не оставит, и, тяжело опираясь на дверь, выбралась из салона. Я только тогда понял, что она едва держится на ногах от усталости. Стресс изматывает невероятно. В два шага догнав ее, подхватил на руки. Сонька возмущалась, брыкалась из последних сил, но я не выпустил ее. Резво вскочил по ступенькам, прошел через парадную к лифтам, мимо удивленной консьержки и охраны.
- Я тяжелая! Немедленно поставь меня…
- Ни за что. Разве ты не знаешь, что есть такая традиция – вносить молодую жену в дом на руках?
- Наша свадьба была вчера! – засмеялась Соня.
- Ну, и что?
Правда, у двери Соню все же пришлось опустить на пол. Иначе я просто не смог бы достать ключи. Открыл дверь. Помог ей раздеться. Догола. Прямо в коридоре. А потом мы вдвоем забрались в ванну, смывая с себя грязь оставшегося позади дня.
- Соня… - тихо позвал я, когда мы улеглись в кровать.
- М-м-м?
- А давай уедем прямо завтра?
- Ты что… а как же дела? И ужин с семьей? Я же хотела тебя познакомить с бабулей…
- Да… Завтра - это я погорячился. Тогда послезавтра, давай?
Я никак не мог избавиться от чувства, что здесь меня на каждом шагу подстерегает кошмар. Я хотел туда… к холодному океану. И чтобы, как мы мечтали – только ветер и чайки над головой. Только она… и наша дочка. Вот только я не знал, как это ей объяснить. Впрочем, этого и не потребовалось. Соня приподнялась, опираясь на локоть, заглянула в мои глаза и медленно-медленно кивнула.
- Да, думаю послезавтра - самое время.
- Спасибо.
Одно короткое слово, за которым стояло так много… То, что я не мог выразить, потому что никогда не обладал красноречием. Но опять же… она поняла. Наверное, если человек на сто процентов твой, он всегда понимает чуть больше, чем ты говоришь. Это такой закон.
Соня переплела наши пальцы и надолго прижалась губами к моей руке.
- Не надо, милая…
- Я так хочу!
«Я так хочу!» В этом вся Соня. Она всегда получает, что хочет. А потому, кто я такой, чтобы ей мешать?
- Прости, что так вышло с обедом.
- Ты спятил?! Разве это твоя вина? Кстати, ты так и не рассказал, как тебя на этот раз повязали.
- Возле моей старой квартиры. Я зашел, чтобы забрать кое-какие документы. А они тут как тут.
- Но почему ты?!
- Потому что я угрожал Игорю убийством.
- Знаешь, я так сильно переволновалась за тебя, что о нем вообще не задумывалась. А ведь… его нет. Подумать только… Его нет. Еще вчера он был, а сегодня – нет. Какая непредсказуемая штука – жизнь. И смерть.
- А я думаю, все закономерно. Когда запускаешь бумеранг, нужно быть готовым к тому, что, возвращаясь, тот снесет тебе голову.
- Как думаешь, Сергей это замышлял?
- Не знаю. И знать не хочу. Я вообще хочу забыть об этом, как о кошмарном сне. И просто жить дальше.
- Но ты не заявишь на него в полицию?
- Нет. Он смертельно болен. И уже наказан.
- Ты самый великодушный человек из всех, кого я знаю, – вздохнула Соня после короткой паузы, в течение которой наверняка решала, как реагировать на мои слова.
- У каждого свои недостатки, - пошутил я, стараясь поскорее закрыть эту тему. Ну, надоело… правда. Хотелось совсем другого. Обнимать ее, целовать… Шутить. И смеяться. Радоваться жизни. Но Соня снова затихла. Она лежала рядом и водила пальцами по моей груди, каждый раз спускаясь все ниже.
- А знаешь… в этом что-то есть.
Ее пальцы уже задевали кромку моих боксеров, и от этого я напрочь забыл, о чем мы вообще говорили.
- Ты это о чем?
- О великодушии. Я думаю, это и есть твое главное оружие.
О, господи! Она опять о своем. Я фыркнул. Потому что, совершенно точно, с этим пора было завязывать. Взял ее ладошку и настойчиво протолкнул вниз.
- Мое главное оружие – вот здесь. И оно требует разрядки.
Никогда еще мы не занимались любовью, похрюкивая от смеха.
Эпилог
София
Иногда приходит момент, когда мы просто отпускаем прошлое. Но если спросить, никто не сможет вам точно ответить, когда же он наступил. Просто однажды ты понимаешь, что вот уже год, как тебе не снятся кошмары… А темноту в душе поглотил свет.
Слишком поздно мы понимаем, что самый простой способ выпустить из себя тьму – перестать, маскируясь, цементировать покрывающие душу трещины и разломы. Позволить боли просочиться сквозь них. Капля по капле… Пока ничего не останется. И это будет длиться какую-то долю секунды, а потом, подчиняясь законам мироздания, пустота начнет заполняться. И только мы будем выбирать, чем…
Наш выбор с Сашей – любовь и нежность, смех и долгие разговоры ни о чем и обо всем сразу, вечера у океана, неспешная тихая жизнь.
Не сговариваясь, мы для себя решили, что семья для нас на первом месте. Поэтому работали в щадящем режиме. Занимались только тем, что интересно. А основное время посвящали друг другу и дочке. Выбирая между очередной деловой встречей и запуском воздушного змея, мы всегда выбирали второе. Не знаю, ценили бы мы то, что имеем, наслаждались ли каждым новым днем с такой силой, если бы однажды чуть не потеряли друг друга? Или оголтело бежали бы вперед, как и все… Так, как привыкли? Постепенно отдаляясь друг от друга…
- Мама! Посмотри…
Я обернулась. Этель, совсем большая… (господи, когда она выросла?!) неслась ко мне через узкую полоску пляжа. Следом за ней в компании соседских ребятишек ковыляли маленький Ян и Лева. Я даже не удивилась, когда Лилька назвала второго сына так. Первый – в честь отца (как тот ни противился), второй - в честь деда. В этом была вся Лилька.
- Ух ты… Какая красивая! – пробормотала я, разглядывая действительно необычную ракушку.
- Это я нашла!
- Я увидел ее первый! – возмутился Ян.
- А вот и нет!
Глаза брата мятежно сверкнули. Он открыл рот, наверняка чтобы возразить, потом скосил взгляд на сидящего чуть в сторонке от нас отца и, тяжело вздохнув, качнул головой. Этель побежала дальше показывать свое сокровище, а я ласково погладила брата по волосам.
- Я знаю, что ты ей уступил.
Ян пожал плечами и ничего не стал мне отвечать, хотя мне было очень интересно! Что творилось в голове у этого маленького большого человека?
- Но почему, Яник?
Тот тяжело вздохнул. Поправил панамку Левке.
- Бабуля говорит, что мужчине нужно закрывать глаза на женские недостатки. – Ян свел темные бровки и задумчиво ковырнул большим пальцем ноги песок: - Я, правда, пока не понял, когда их можно открывать.
Вы даже не представляете, чего мне стоило не расхохотаться. Я закусила изнутри щеку и обхватила ладонями руки, в надежде, что так мои трясущиеся от с трудом сдерживаемого смеха плечи не так заметны. К счастью, Левка что-то заметил в кустах, и они вместе с Яном рванули посмотреть, что там. Под огромным эвкалиптом скакали белки. Они довольно часто забредали к нам, как и еноты, и всякая другая живность. Мне нравилось жить вот так, на природе. Вдали от цивилизации. Хотя до центра ехать было не так уж долго. Несколько раз к нам даже забредали горные львы.
- Эй! Именинница, где твой бокал?
Я обернулась к Лильке. Та была все такой же тонкой да звонкой. И вообще больше походила на восемнадцатилетнюю. Хотя нам уже было по тридцать два.
- Где-то оставила.
- Я так и знала, поэтому принесла еще!
Я засмеялась:
- Бабуля на тебя оказывает плохое влияние.
- Ну, привет! Праздник же… - возмутилась Лилька.
Я взяла из ее рук бокал, пригубила. Лилька спросила, помню ли я, как мы с ней впервые напились, и мы пустились в воспоминания о своей студенческой жизни. Набегавшись с белками, мальчишки быстро потеряли к ним интерес и помчались к грилю, у которого колдовал Саша с Этель. Ян что-то у него спросил. Тот ответил. И все вместе засмеялись. Саша перевернул мясо на другой бок щипцами, а потом, отложив их, подозвал к себе дочь, чтобы заплести ей косичку.
- Он замечательный отец, правда?
- Да… Он… лучше всех.
- Ты не думала родить еще кого-нибудь?
А вот это больная тема… Прошло пять лет с тех пор, как мы воссоединились с Сашей, Этель стала совсем самостоятельной, восемь лет - это вам не шутки, а я все никак не могла решиться… В последний раз, услышав наш разговор с гинекологом (речь шла о необходимости нового укола), Саша заикнулся о том, что, может, хватит нам предохраняться? Но я впала в такую панику, что он тут же пошел на понятный, и потом еще очень долго я чувствовала свою перед ним вину. Да что там? Я и сейчас ее ощущала. Потому что из него действительно вышел прекрасный отец. И сколько ни пыталась, я не могла избавиться от ощущения, что отнимаю у него что-то ценное.
- Я… да. Думала. Может быть, когда-нибудь.
Лилька ничего не сказала, только похлопала меня по плечу. Когда-нибудь… Хороший ответ. В конце концов, мне всего тридцать два.
Пока мы с Лилькой болтали, Саша дожарил мясо.
- Ну, что? К столу?
- Угу! Я здорово проголодалась…
Мы подошли к организованной под навесом летней столовой. Саша как раз выкладывал мясо на тарелку. Я обняла его, коснулась носом шеи.
- Мм-м-м… Как ты вкусно пахнешь!
- Смотри, меня не съешь!
В глазах мужа полыхнуло пламя, но ему не суждено было разгореться, кто-то хлопнул его по плечу, подходили все новые и новые люди… Более разношерстную копанию трудно было даже представить. Но у нас так всегда. Начинающие стартаперы, соседи, близкие… Всех национальностей и возрастов. Хотя бабуля, конечно, была самой старой. И самой популярной! Вот ведь… С ней любили поболтать наши подопечные.
- А меня, допустим, больше всего волнует секрет вашего долголетия! – заявил один из братьев Чен.
- Тут все просто. Я должна понянчить правнуков.
- Пока не впала в маразм, - посмеиваясь, добавил отец.
- Учитывая то, как Соня тормозит в этом вопросе, вполне возможно, мой дорогой, что к тому времени в маразм впадешь даже ты.
Отец захохотал. И пока тот отвлекся, Левка с Яном переглянулись и стащили со стола кусок мяса, наверняка, чтобы приманить хищников. Я покачала головой, скрывая тоску за неуверенной улыбкой, повернула голову и на секунду встретилась взглядом с Сашей. Он ободряюще мне улыбнулся. И от этого мне стало еще более тошно.
Я посидела еще немного за столом, а потом у меня зазвонил телефон… Очень странно. Звонил мой врач. Как раз пришло время очередного укола и… в общем, может быть поэтому меня так и колбасило…
- Да, Эмма… Что-то случилось?
А дальше я только слушала. Молча. Все сильнее и сильнее сжимая в руке телефон. Она то ли оправдывалась, то ли утешала меня… Я так и не поняла. Мысли никак не хотели упорядочиваться в моей голове.
- Постой… Ты хочешь, сказать… Я беременна? Уже?
Эмма опять завела песню о том, что не знает, как так получилось. Может быть, в последний раз не рассчитали дозировку гормона. По всему его должно было хватить на более долгий срок, но по какой-то причине не хватило… И я… я беременна.
Ноги отказывались держать. И это был не ужас, не страх… Это было облегчение каких-то страшных масштабов. Кого-то другого внеплановая беременность наверняка бы выбила из колеи, но я… Господи, я была в полнейшем восторге. От того, что мне не оставили выбора. Я пробормотала что-то невнятное и сбросила вызов. Уставилась потрясенно на только-только начавший зарождаться закат. Окрасивший перламутром воду и небо, растушевавший линию горизонта… Глаза резало. То ли от этого света. То ли от слез. Я подтянула к себе колени, обхватила их руками и уткнулась в них лбом. Рокот волн поглотил звук шагов за спиной. И только когда меня коснулись руки Саши, я поняла, что больше не одна…
- Эй… Ты пропустишь все веселье…
Я покачала головой.
- Черт с ним… Давай здесь посидим немного?
Мы довольно часто провожали закаты вот так. Но сегодня это был особенный вечер. И мне предстояло ему сказать… что-то особенное. Я вдруг с волнением поняла, что… это у нас впервые. Вот ведь… У нас есть дочь, но только сейчас у меня появилась возможность сказать ему…
- Я беременна.
- Ч-что?
Он выглядел по-настоящему ошалевшим. Вот так… Говорили-говорили, а в итоге сколько удивления! Граничащего с потрясением.
- Я беременна. Мне только что позвонила Эмма…
Саша открыл рот. Закрыл. Провел ладонями по голове, зарываясь пальцами в отросшие волосы. И… отвернулся. В сердце кольнуло. Я, наверное, ожидала совсем другой реакции. Думала, он подхватит меня на руки и закружит, смеясь. А он отвернулся… чтобы… господи, да он просто хотел скрыть от меня слезы! Осознав это, я чуть сама не расплакалась. Обняла его. Прижалась губами к скуле. Он откашлялся, подбирая слова. Раз, другой… Пошевелил губами. Может быть, ему, как и мне, стало мучительно больно, что в первый раз у нас было все по-другому. А может, просто захлестывали эмоции.
- Все хорошо, - прошептала я.
- Правда? Ты… ты хочешь… этого? Ты уверена?
- Господи, Саш, - засмеялась я, - как-то поздно метаться, не находишь?
- Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
- Я счастлива… Но если я опять стану толстой, как баржа…
- Чем больше ты станешь, тем больше я буду тебя любить.
Я рассмеялась, понимая, что да… Все так и будет. Ни на секунду не сомневаясь в нем. Удивляясь, почему в принципе так сильно загналась по этому поводу. Это же… Саша. Мой самый близкий, самый родной человек.
Я положила голову ему на плечо. Переплела наши пальцы и перевела взгляд на океан, разгорающийся все более яркими красками.
- Хочешь им сказать?
- Нет. Может быть, потом. Завтра… Сейчас это только наше.
Но оказалось, что ничего говорить и не надо. Все всё поняли и так, стоило нам вернуться. Сашка сам выдал нас с головой. То и дело касаясь меня, спеша исполнить любые мои желания… Он и раньше вокруг меня юлою вился, а теперь не отходил ни на шаг. Мои близкие были слишком умными, чтобы не сделать выводов…
И да, я конечно, поправилась. Трудно не поправиться, когда носишь двойню! Но все ушло так же быстро, как и пришло, когда наши сыновья появились на свет. Мне никогда не забыть глаз Саши, когда я, замученная и все еще подключенная к капельнице, лежала с двумя младенцами на груди… А он плакал и шептал:
- Все, что нужно мне…
И я понимала, как много за этим кроется.
Конец!
Читать бесплатно другие книги:
