Всё, что нужно мне Резник Юлия
- Я должна извиниться…
Переглянулись. Улыбнулись синхронно… Но почему-то под его потеплевшим взглядом я вновь стушевалась. Опустила глаза в пол и уставилась на пакет, который он принес.
- А это…
- Да так, кое-что к столу. И вино. Я, кажется, у тебя все выпил.
- Ну, значит, давай разбирать пакеты… А извиняться будем потом. Ты голодный?
Да… Судя по взгляду - очень… Я задрожала мелко-мелко. Как от озноба, хотя внутри стало жарко, словно в аду. И этот жар, вырываясь наружу, обдавал щеки и спускался вниз по груди…
«Нет, Соня! Так дело не пойдет. Вам нужно поговорить! Потому как постель ничего не решает. Зато усложняет все, как ничто».
- Эм… Ну, Ленка готовила утром яич…
Он даже не договорил. «Заткнись» в моих глазах проступило так ярко, что… этого просто не пришлось произносить вслух.
- В общем, можно перекусить, да, – вовремя поправился Алекс. И улыбнулся. Я уже понимала, что он испытывает какое-то ненормальное удовольствие от моей ревности. Но мне самой от этого нового, незнакомого раньше чувства (ревность к отцу – это все же другое) было не по себе. Оно будто подчеркивало мою хрупкость и уязвимость. Оказывается, чтобы меня раздавить, нужно было так мало…
- Я что-нибудь сейчас соображу. А ты… если хочешь, искупай Этель. Вряд ли она отлепится от тебя в ближайшее время. – Я покосилась на дочь, которая действительно выглядела так, будто готовилась провести в объятьях отца всю жизнь, и потрепала ее по щечке.
- Искупать?
Алекс явно напрягся.
- Ну, да. А что? У тебя с этим какие-то проблемы?
Он облизал губы и странно дернул головой, отгоняя от себя какие-то неприятные мысли.
- Нет. Я справлюсь.
- Только не позволяй ей сидеть в воде слишком долго. Она может и на час зависнуть.
Час – не час, но Алекса и впрямь не было очень долго. Я уже нарезала сыр, фрукты, а потом, подумав (ну, что это за еда?!), выложила на тарелки приготовленную домработницей пасту.
- Извини, что долго. Этель заставила меня прочитать сказку.
- Этого следовало ожидать. И что? Она уснула?
- На первой же странице. Я так и не узнал, чем закончится история феи.
- Все истории, как правило, заканчиваются одинаково.
- Надо полагать, хеппи эндом? – Алекс криво улыбнулся, но за этой улыбкой не скрылась плещущаяся на дне его глаз тоска.
- Ну, это классика.
- Жаль, случается такое только в сказках.
Я почувствовала момент, когда он захлопнулся. Даже воздух между нами стал как будто другим. А сам Алекс отвернулся, под предлогом поиска штопора, который лежал у него прямо под носом.
- Не только…
- Ох, Соня…
- Не только, Алекс! Не только… Все исключительно в наших руках.
- Саша…
- Ч-что? – Алекс так резко сменил тему нашего разговора, что я не успела перестроиться и ухватить, куда он клонит.
- Когда ты представляла меня няне Этель, ты назвала меня Сашей.
- Эм… Да. Думаю, ей так привычнее. А что? Не надо было?
- Нет. Мне понравилось. Меня так мама называла. И отец.
Я знала, что случилось с его родителями. И потеряв мать еще в раннем детстве, понимала его как никто. Это во многом нас сближало. Еще тогда. Четыре года назад… Воспоминания о том времени накрыли меня с головой. Я смотрела на этого большого мужчину, и меня переполняла, захлестывала и утаскивала в неведомые дали… нежность.
- А хочешь, я всегда буду звать тебя так? – подошла ближе. Обняла медленно. Я не знаю, почему в моих движениях рядом с ним появлялась эта тягучесть, не представляла, чем она была вызвана. Просто по той настороженности, с которой Саша теперь смотрел на мир, понимала – так надо. И действовала интуитивно.
- Всегда – это очень долго.
- Это бесконечно. Как и моя любовь к тебе.
- Ох, Соня, - снова повторил он. Поднял руку и тоже медленно накрыл мой затылок распластанной ладонью.
- Я не шучу. Я долго думала над всем, что ты сказал. И не сказать, что я не понимаю, о чем ты. Да… Я самовлюбленная. Избалованная. И честолюбивая. Но за тех, кого люблю, я раздеру глотку.
- Я очень изменился.
Опять двадцать пять! Ну, не спорить же с очевидным. Гораздо больше меня волновало другое…
- А твои чувства ко мне… - облизала губы, - они изменились, Саш?
Он как-то так… Судорожно, будто бы через боль, выдохнул, дернул головой, что, наверное, означало «нет», и, вжав меня в себя еще крепче, коснулся губами.
Глава 18
Александр
Черт… Я ведь не хотел, чтобы все снова закончилось так… В постели. Я несколько дней настраивался, собирался с мыслями, чтобы с ней поговорить. Рассказать, если не все, то хотя бы в общих чертах… А там уж пусть она сама решает. Нужен ли я ей со всеми своими проблемами, которых с каждым днем, кажется, становилось все больше. Скорей всего нет…
Уж не знаю, кто мной так заинтересовался. Люди из Интерпола или какая-то другая структура, но сначала от меня просто морозились, а потом предложили сотрудничество. В котором я совершенно не был заинтересован. Я это ясно дал понять, не успев обдумать, во что такой ответ может вылиться. Наша сделка предполагала разовое сотрудничество. Свою часть уговора я выполнил. Но было очень похоже на то, что вторая сторона не собиралась отпускать меня так просто. И чем больше они молчали, тем сильнее я нервничал.
Я был на крючке у системы. И не питал абсолютно никаких иллюзий на тему того, что с этого гарпуна так легко соскочить. Я и к Соне-то пришел лишь потому, что боялся больше никогда ее не увидеть. Ну, мало ли…
Лену, кстати, я тоже решил выпроводить. От греха подальше. Если те захотели бы меня в очередной раз подставить, ей тоже могло бы запросто прилететь. Я не мог этого допустить. Да и Соне так будет спокойнее. Вон, как она ревновала.
Я углубил поцелуй. К черту! Поговорить мы сможем и потом.
- А твои чувства ко мне… они изменились, Саш?
Нет! Нет, черт его все дери. Они только крепче стали. Я такое бессилие ощущал! Не передать… Мне выть хотелось.
- Я люблю тебя… - шептала Соня, будто в бреду. И как тут сдержаться? Я подтолкнул ее к стенке, пригвоздил своим телом и впился в губы. Эмоции подкидывали меня на месте. Я не мог оставаться неподвижным. Я гладил ее, покусывал… пробирался руками под одежду неловкими одеревеневшими пальцами.
Соня пошевелилась. Тихо что-то пробормотала. Рука, которой она упиралась в тумбочку, соскочила и случайно опрокинула вазу.
- Черт! Мы разбудим Этель… - зашипела Соня, схватила меня за воротник и, спрятав лицо на моей шее, тяжело… горячо задышала. А меня вело… вело от этой близости. Смешиваясь, наше дыхание пробиралось в легкие. И получалось, что я дышу ей…
В какой-то момент стало понятно, что надо тормозить. Слишком запредельными были эмоции, что я испытывал. Просто стоя вот так… И понимая, что очень может быть – такой возможности у меня больше не будет. И от того нежность граничила с жадностью... Любовь со смертью. Казалось, еще немного, и я просто сдохну, меня не станет, меня разорвет на атомы взрывом бурлящих внутри эмоций.
И я ведь догадывался, что лучше не начинать. Потому что потом… потом будет только хуже. Лучше вообще не знать, что теряешь. Так с этим легче смириться. Хотя… какое там?! Я не был уверен, что мне хватит сил справиться с такой несправедливостью. Я был готов на стены лезть от отчаяния.
- Саша… - всхлипнула Соня.
- Пойдем…
Я взял ее за руку и повел за собой в спальню. На ходу сдернул через голову свитер. Следом щелкнул пряжкой ремня. Соня села на кровать. Не спеша в свою очередь раздеваться, она внимательно наблюдала за мной и часто-часто дышала. Полностью голый, подошел к ней ближе. Меня все еще колотило, но уже не так сильно. Я потянул край домашнего худи. Соня послушно подняла руки. Лифчика под ним не оказалось. Как я и думал.
- Ты кормила Этель грудью?
Не знаю, почему я об этом спрашивал именно сейчас. Кажется, я просто торопился узнать о ней все-все. Если потом… не будет.
- Да. Где-то полгода. По-моему, это видно…
- Ты красавица…
- Хорошо, что ты не видел меня после родов.
- Нет. Не хорошо… - возразил я, взвешивая ее груди в ладонях. Наслаждаясь их тяжестью. А потом снова зажмурился, чтобы вернуть уплывающий куда-то контроль.
- Я была безобразно толстая.
- Толстая – может быть. Безобразная – вряд ли.
Соня хотела что-то возразить, но я наклонился ниже, втянул тугую вершинку в рот, и с ее губ сорвался лишь вскрик. На секунду меня вновь охватила ярость чудовищной силы. В голове замелькали картинки – палата, маленькая Этель, детская с колыбелью… Все, чего я не увидел.
- Сашаа-а-а.
Тряхнул головой. С влажным звуком выпустил потемневший от моей ласки сосок изо рта, заставляя себя вернуться в конкретно этот момент… Сосредоточиться на ее удовольствии, ведь сейчас только оно имело значение. Ярость нехотя отступила… затаилась в конуре голодной псиной. Я поддел пальцами резинку домашних штанишек и потянул вниз. Стащил к ступням, освободил ее ножки и поцеловал чуть повыше косточки на щиколотке.
- Саша… - кажется, это ее шокировало. Удивительно, почему. – Это же ноги…
- А я и не знал… - улыбнулся, прикусил большой палец, провел вверх по точеным икрам, бедрам, замер… почти касаясь кончиками пальцев ее влажных лепестков. Поднял взгляд. В ее глазах тлел пожар. Нежность. Любовь… Невысказанная тоска. Я опустил голову и терзал ее столько, сколько мог вынести сам. Она бессвязно что-то шептала. То подскакивала на постели, то вновь откидывалась на спину. Перебирала пальцами мои волосы. Рефлекторно подкидывала бедра. Вскрикивала. Ругалась… Жадничала. Сводила меня с ума и отнимала контроли. Но даже это не оправдание тому, что я сделал тогда, когда она вновь подхватилась, замерев в шаге от оргазма. Я вошел в нее. Вообще себя не помня. Действуя на инстинктах, которые взяли верх. Вошел и… всего в несколько ударов довел нас обоих до мощнейшей разрядки. Откинул голову и захрипел, содрогаясь всем телом.
Из приоткрытого окна сквозило морозной свежестью. Но этот холод не имел никакого отношения к тому, что у меня все внутри застыло… Когда я понял, что натворил.
- Что? Что такое, Саша?
- Презерватив… Я не надел его.
Она опустила растерянный взгляд. Уставилась на белесые капли у себя на животе. В последний момент я все же выскользнул. Но ведь дело было не в этом…
- Ну и ладно. Я на таблетках.
- Нет… нет… ты не понимаешь.
Я вскочил, понимая, как странно это все выглядит. Дрожь желания не шла ни в какое сравнение с той дрожью, что колотила меня сейчас. Я отвел со лба мокрые пряди, соскользнул рукой вниз. Схватил себя за горло…
- Нет… О, господи… Нет… Прости меня. Пожалуйста, прости меня…
Заметался по комнате, как безумец. Вообще себя не контролируя.
- Извини… извини… извини…
Дернул створку окна. Будто хотел в нее вышагнуть. Обхватил голову двумя руками, погружаясь в какое-то тягучее безумие. Теряясь в лабиринте собственных страхов. Не в силах дышать от ужаса за то, что натворил. И в этом небытии я совсем упустил, как она подошла ко мне. Ужас затянул меня так глубоко, что я вообще утратил связь с реальностью и опять погрузился в кошмар.
Чьи-то руки… И мой громкий крик:
- Не-е-ет.
Грохот. Вскрик… Возвращение в реальность.
Соня лежала на полу. Стеклянный столик, который она опрокинула при падении, валялся рядом. А на светлом полу - алая-алая кровь…
- Соня! Господи, Соня…
Не помню, как подлетел к ней. Как подхватил на руки. Не знаю даже, сколько она оставалась без сознания, прежде чем прийти в себя. Я вообще ничего не видел из-за слез.
- Прости меня, малышка, я не хотел… Я не хотел тебя ударить. Я думал, это не ты…
- Алекс…
- Прости… Прости, пожалуйста…
- Алекс! – повторила она и облизала побелевшие губы. – Прекрати. Это сейчас неважно. Лучше… знаешь, я думаю, нужно ехать в больницу. Крови слишком много.
Я опустил взгляд на свои руки. Алые от ее крови. Качнул головой. Дико осмотрелся, в попытке понять, где мы побросали телефоны.
- Я тебя отвезу…
- Нет! Этель… за ней кто-то должен приглянуть.
Спор со мной Соне давался сложно. Ее губы стали совсем белыми. Ужас завязал мои кишки в узел.
- Но как ты…
- Обычную скорую вызывать нельзя. Они могут подключить полицию. А ты же… ты на условке…
Она едва ворочала языком, а все равно переживала за меня. После всего, что я сделал. А я… я вообще не мог выдавить из себя ни звука.
- У меня в телефоне есть номер частной клиники… Позвони. Они приедут… Сам оставайся здесь.
На каком-то автопилоте я сделал все, что мне велела Соня. Но прежде притащил из ванной смоченное в холодной воде полотенце, чтобы остановить кровь. Я не мог поверить, что сделал с ней это своими руками… Она просто коснулась моей спины… Просто коснулась! А я что есть силы ее оттолкнул. Как будто мало было того, что я уже наделал.
К счастью, скорая приехала быстро. Соню осмотрели и увезли. Приехавший на вызов врач заверил нас, что ничего непоправимого не случилось. Просто при падении Соня разрубила кожу на голове о край того проклятого стола. А поскольку в этом месте проходит множество сосудов – ситуация казалась гораздо страшнее, чем была на самом деле.
Соня соврала… сказала, что сама поскользнулась. Врач и бровью не повел. Но поскольку ей нужно было наложить пару швов и исключить вероятность ушиба мозга, в больницу ее все же забрали. Доктор даже шутил… Да только мне было не до смеха. Если бы не Этель, я бы сорвался за нею следом… А теперь сидел как привязанный, не в силах уснуть… И жрал себя поедом.
Не знаю, сколько времени прошло, может, час… а может, два часа – время будто остановилось - когда зазвонил телефон. Судя по рингтону, не мой. А Сонин. «Папа»… Часы показывали первый час ночи. И вряд ли бы тот звонил ей в такое время просто так. Пока я тупил, вызов оборвался, но уже через секунду мелодия заиграла с новой силой.
- Да…
- С кем я говорю?
С кем? Иисусе. С кем…
- Мы не знакомы. Меня зовут Саша… И я папа Этель.
- Да хоть хрен с бугра. Где моя дочь?
- Соня сейчас в больнице, - я опять упал на диван и растер ладонью глаза, которые резало.
- Я в курсе, что ее забрала скорая! – рявкнул мужчина на том конце связи. – Меня больше интересует то, что случилось! И почему на звонки ей… отвечаете вы.
- Наверное, потому, что она забыла телефон дома. А я остался тут, чтобы приглянуть за дочерью, пока Соня… - горло сжал спазм, и я осекся, так и не договорив.
- Куда ее увезли?
Я назвал клинику, и практически в тот же момент связь оборвалась. Когда-то, будучи молодым, я думал, что у меня не возникнет никаких проблем с отцом Сони. Меня даже удивляло то, как она переживала, когда решила нас с ним познакомить. А теперь я был практически уверен, что в его лице нажил себе еще одного врага. Он в жизни не подпустит меня к Софии, узнав, что я поднял на нее руку. Да я и сам… я и сам вряд ли к ней подойду теперь. Мне никогда не забыть этого вида… Соня в луже крови на полу. Мне никогда себя не простить… Чем я вообще думал?!
Самое лучшее, что я мог бы для нее сделать сейчас – отойти. Я был гораздо более травмирован, чем признавал. Как я мог гарантировать безопасность самым близким и самым родным, если я сам себя не контролировал? Если мой страх и мои инстинкты были просто опасны для окружающих? В конце концов, на месте Софии могла быть Этель… Я свесил голову между коленей, чтобы справиться с панической атакой. Но кошмар настигал. Даже с закрытыми глазами я видел свою малышку в луже крови. На полу. Маленькие ручки-ножки раскинуты в стороны под неестественными углами… Я вжался затылком в стену и несколько раз хорошенько о нее приложился. После чего встал и на непослушных ногах побрел в спальню к дочери.
Этель спала, зарывшись носиком в одеяло. Я сел рядом. Уткнулся лбом в край ее постельки, вдыхая сладкий аромат кондиционера для белья и ее запах… Нет, вряд ли я смогу отказаться от нее насовсем. Я уже слишком полюбил ее… Но… может, я смогу убедить Соню позволять нам встречаться в людных местах? В парках, или кино… Если останусь на воле.
Я долго сидел в каком-то полузабытьи. Чуть касаясь, гладил пальцем ее маленький кулачок… Едва дыша от мучительной боли. А потом в дверь позвонили… Я вскочил, так резко, что в голове закружилось, думая, что это вернулась София. Но на пороге квартиры стоял высокий немного всклоченный мужик, знакомый мне по многочисленным публикациям в бизнес-журналах.
Глава 19
София
Голова немного побаливала в месте, где мне наложили шов. Но боль была вполне терпимой. Честно сказать, я готовилась к худшему. И даже не надеялась на то, что мне удастся уснуть. Еще бы… под таким-то адреналином. Но, к удивлению, я отключилась практически мгновенно. Проснулась ближе к утру. Подняла отяжелевшие веки и пораженно уставилась на…
- Папа? Ты что здесь делаешь? – я даже приподнялась на локтях.
- Ляг! – тихо, но от того не мене внушительно скомандовал тот. – Чего скачешь?
- Ты что здесь забыл?
- Что забыл?! Ты серьёзно? Тебе зеркало принести, чтобы ты на себя посмотрела?
Я машинально коснулась повязки, которую мне наложили на голову. Зеркало мне было без надобности. Я и так знала, что выгляжу, как раненый Щорс. Чисто визуально из-за обилия марли все казалось гораздо более серьезно, чем было на самом деле. Но иначе повязку на голову было не наложить.
- Пап, да это просто царапина.
- Царапина? – недобро сощурился тот.
- Ну, да. Я поскользнулась и рухнула прямо на стеклянный столик в спальне. Помнишь, есть там у меня такой… - неопределенно взмахнула рукой.
- Да ты что? Вот так взяла и рухнула?
- Да.
На щеках отца заходили желваки. Он дернул темной головой:
- А там… кое-кто утверждает, что толкнул тебя.
Блин… Ну, какого хрена, Саша?! Ну, кто тебя просил? Я закрыла глаза, понимая, что ситуация донельзя усложнилась. Я и раньше-то не слишком представляла, как теперь быть, а сейчас... Сейчас и подавно.
- Постой… Если вы оба здесь, то с кем Этель?
- С няней, – отмахнулся отец и снова впился в меня тяжелым злым взглядом: - Но речь сейчас не о ней!
- Послушай, пап, у меня все под контролем. Правда…
- Под контролем?! Теперь это называется так? Мне… посреди ночи звонят, сообщают, что мою единственную дочь увезла скорая… А потом какой-то урод говорит, что едва не проломил ей череп!
- Папа…
- Но и это еще не все!
- Папа…
- Потом этот же урод добавляет, что перед тем, как проломить тебе череп, вполне возможно, заразил тебя ВИЧем. Ты хоть понимаешь, что…
Слова доходили с трудом. Я вроде слышала их. И понимала по отдельности каждое. А вот вместе… никак их не могла связать.
- Папа! Стоп… Что ты такое говоришь?
Я взмокла в один момент. Тело охватила противная мерзкая дрожь. Как при ознобе.
- То и говорю! То и говорю, Соня. Ты хотя бы представляешь, в какое вляпалась дерьмо?!
Нет. Я не понимала… Что он несет? Это ведь бред какой-то… Я хотела что-то сказать, но слюна во рту стала вязкой, будто клейстер. Меня замутило.
- Где Саша? – невнятно пробормотала я.
- А тебе не все равно? Я даже близко его к тебе не подпущу.
- Значит, я сама к нему выйду!
Я отбросила тонкое одеяло и спустила ноги с кровати. От резкого движения потемнело в глазах, и я вынужденно замерла, чтобы дать себе немного времени прийти в себя. Где-то совсем близко на чем свет стоит ругался отец. Пищал какой-то медицинский аппарат и мерно гудели лампы.
Вполне возможно, он заразил тебя ВИЧем. Вполне возможно… он…
Перед глазами – растерянный, наполненный жутким ужасом взгляд Алекса:
- Презерватив… Я не надел его.
- Ну и ладно. Я на таблетках.
- Нет… нет… ты не понимаешь.
Он тогда вскочил, оставляя меня одну. Открытую… Беззащитную. С трудом пришедшую в себя после оргазма и вообще не понимающую, что пошло не так…
- Нет… О, господи… Нет… Прости меня. Пожалуйста, прости меня…
С этого ведь все и началось! Я поэтому и пошла за ним… Потому что чувствовала – он на грани. И хотела его успокоить. Разделить боль, которая, я видела, брала над ним верх.
- Соня! Это не шутки!
- Какие уж тут шутки, папа? – прохрипела я и уставилась в глаза, такие похожие на мои собственные.
- Ладно. Твоя взяла. Поговорите. Но потом… чтобы и духу его не было возле тебя. Ты поняла меня?
Как раз в тот момент, когда я уже была готова рассказать отцу о том, что сама буду распоряжаться собственной жизнью, в палату вошел врач. Все еще тот, который приезжал на вызов и накладывал мне швы. Я отвела взгляд и судорожно вцепилась в край одеяла. Споря с отцом, я выглядела гораздо более дерзкой, чем себя чувствовала. А ведь на деле еще, пожалуй, никогда я не ощущала такого ужаса. Но в то же время… еще никогда я не была такой собранной.
- Что-то не так, доктор?
- София… Мы должны обсудить один деликатный вопрос.
- Тогда давайте обсудим.
- Это очень деликатный вопрос, - с намеком повторил Сергей Степанович и покосился на отца.
- Ничего, - вздохнула я, отдавая себе отчет, что прямо сейчас ни за что от того не отделаюсь, - вы можете говорить, как есть.
- Видите ли… Ваш молодой человек уверен, что мог заразить вас вирусом иммунодефицита человека. А потому он настаивает на незамедлительном проведении постконтактной профилактики для вас.
- Так начните ее немедленно! – вмешался в разговор отец.
- Я бы так и сделал. Но как врач я не вижу абсолютно никаких показаний. Результаты анализов, которые предоставил Александр – отрицательные. А с момента контакта, который, как он думает, мог привести к заражению, прошло уже почти четыре года. Это более чем достаточный срок для точной диагностики.
Я кивнула. Скорей машинально, чем осмысленно. Растерла руки.
- Ну, раз вы не видите показаний, то ничего и не стоит делать, правда?
- София!
- Ну, что София, пап? Говорят же тебе – показаний нет.
Я откинулась на подушки. Ощущая даже не облегчение, а какую-то ненормальную вселенскую усталость. И ставший уже таким привычным страх. Не за себя. За него. Ведь по правде я боялась не того, что заражусь… Я была современным прогрессивным человеком и понимала, что, во-первых, если вовремя принять меры, этого можно запросто избежать. А во-вторых, то, что ВИЧ – больше в принципе не приговор. Так что мой страх был другого порядка.
- Так вы отказываетесь от ПКП?
- Да.
- Вот и хорошо. Тогда я пойду.
- Доктор…
- М-м-м?
- Попросите, пожалуйста, Сашу зайти…
- Соня…
- Папа! Перестань… Ладно? Только не сейчас…
Думать о том, что где-то там, за дверями палаты, Саша сходит с ума от чувства вины, было невыносимо. Я должна была его успокоить.
- Ты делаешь большую ошибку.
- Даже если так, папа. Это ведь и моя жизнь.
- А еще Этель. Или ты забыла о ней?! О ее благополучии? Если тебе насрать на меня… на бабку и Лилю, подумай хотя бы о своей дочери.
Это был запрещенный прием. Удар по почкам… Я кивнула и отвернулась к стене. Спустя пару секунд дверь в палату захлопнулась. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем послышались какие-то другие звуки.
- О господи, Соня… - Саша с грохотом опустился на стул, будто из него враз выкачали все силы, и уставился на меня во все красные от недосыпа глаза… - Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы ты меня простила… Я просто не знаю.
- Расскажи, что это было…
- Что?
- Расскажи, что это было. Почему ты так отреагировал. Я хочу понять… с чем имею дело.
- Это очень плохая история.
- Даже если это так. Это наша история, Саша. Я хочу ее знать… Я… имею право.
Мы замолчали. Сплелись взглядами. Мой, упрямый, буквально кричал, что я не отступлю. Его, растерянный – просил пощады…
- Я даже не знаю, с чего начать.
- Врач сказал, что с момента контакта, который, как ты считаешь, мог привести к заражению, прошло уже почти четыре года…
Читать бесплатно другие книги:
