Всё, что нужно мне Резник Юлия
Он вздрогнул. Так сильно, что стул под ним тоже скрипнул.
- Да…
- Четыре года назад с тобой была я… Значит, до меня… или после… у тебя был… незащищенный контакт…
Я должна была! Я должна… несмотря на то, что этот разговор давался Саше невероятно тяжело. Он весь скукожился, весь ссутулился. Как будто разом усох. И, наверное, я бы соврала, если бы сказала, будто не догадываюсь о том, что случилось… Я бы, мать его, соврала… Но моих догадок было недостаточно. Мне нужно было знать наверняка, с чем мы имеем дело. Отнюдь не для того, чтобы удовлетворить праздное любопытство. Чтобы понять, как ему помочь.
- После… - прошелестел воздух.
- После меня ты сразу попал в СИЗО…
- Зачем ты меня пытаешь, если все понимаешь и так?
Саша, наконец, посмотрел мне в глаза, и то, что я там увидела… Мамочки. Мне нужно было время, чтобы это осмыслить и заново научиться дышать. Я растерла пульсирующие виски, после чего опустила руку и медленно накрыла его ладонь. Перевернулась на бок и поцеловала. Больше я на него не смотрела. Больше я вообще не открывала глаз, чтобы он не увидел моей жалости. Потому что жалость он бы ни за что от меня не принял.
- Как долго это продолжалось?
- Только однажды… В самом начале. Потом… потом я защищался. Мне нечего было терять.
- Ты сказал, тебе добавили срок за поножовщину.
- Да?
- Это как-то связано?
- Это связано самым прямым образом. После этого от меня отстали.
- Тот… тот… недочеловек… он выжил?
- Да. Иначе бы мне добавили уже за убийство…
В голосе Алекса послышался смех. Горький. Режущий меня по живому.
- Жаль. Такие люди не должны жить.
- Ох, Соня…
Саша всегда говорил это старомодное «ох», когда я выходила за рамки его обо мне представления.
- Значит, когда ты меня оттолкнул, ты подумал, будто я – это он?
- Что-то вроде. Я… кажется, был не в себе в тот момент. Знаю, это не оправдание, я и не оправдываю себя… Но когда я понял, что мог тебя заразить, мое сознание будто помутилось.
- Ты ничем не мог меня заразить. Твои анализы в полном порядке! Знаешь, ты здорово меня шокировал, когда протянул те справки. Ведь только теперь я понимаю, чего ты боялся все это время…
- Я не очень-то доверяю справкам.
- А вот и зря. Если бы ты что-то подхватил, это бы уже давно показали анализы! Прошло столько времени, Саша! Уже можно выдохнуть. Я серьезно.
- Только это не самая большая моя проблема…
И столько боли в голосе! Столько вины… Что я бы сама… своими руками убила каждого, кто его обидел.
- Ничего, Саша… Это правда ничего. Нерешаемых проблем не существует. Мы справимся.
- Господи… Я разбил тебе голову! О чем ты говоришь? С чем тут справляться? Как? Я не знаю, смогу ли теперь смотреть на тебя и не видеть в той луже крови.
Саша вскочил. Заметался по палате. Но та была не слишком большой, и в конечном счете он остановился, вжавшись пальцами в подоконник.
- А знаешь, я даже благодарна этому случаю.
- Ты спятила?!
- Нет. Просто я не знаю, что еще бы тебя заставило мне открыться.
Он выругался. Провел по лицу руками. И уставился на меня во все глаза.
- Ты хотя бы понимаешь, как больны наши отношения, если для того, чтобы поговорить, нужно доводить ситуацию до такого?
- Дело не в отношениях. А в ситуации, в которой мы оказались. Я уверена, что мы с ней справимся. Еще не знаю, как, но… это обязательно произойдет.
- Я сам себя боюсь. Это ты понимаешь?
Я понимала… Как понимала и то, что не смогу отойти в сторону. И хотя бы не попытаться. Впрочем, прямо сейчас у меня совершенно не осталось сил спорить с ним и бодаться.
- Давай мы это обсудим в другой раз? Я сейчас ничего не соображаю…
- В этом-то все и дело. – Саша вернулся к моей койке и, сев на самый край, осторожно провел пальцами по лицу. – А потом ты придешь в себя и поймешь, что я на хрен тебе такой не нужен.
- Этого не случится.
- Ох, Соня… Даже если это не так… мне так нужно сейчас в это верить.
- Разве я когда-нибудь тебя обманывала?
- Нет…
- Вот видишь! Все будет хорошо. Я люблю тебя. От неба до земли и обратно, - уже засыпая, пробормотала я любимую фразу Этель.
- Если нам никто не помешает.
- Я этого не допущу.
- Все такая же уверенная, что мир вращается вокруг тебя, правда? – может быть, впервые с начала этого непростого разговора, в голове Саши проскользнули шутливые нотки. Я так обрадовалась им, что улыбнулась и затрясла головой.
- Конечно. Все будет так, как я хочу.
- И чего же ты хочешь?
- Чтобы ты любил меня.
- Я люблю тебя…
- Еще бы. Кого еще тебе любить, как не меня?
Глава 20
София
Меня выписали к вечеру, когда, сто раз перестраховавшись, врачи все же вынуждены были признать, что моему здоровью ничего не угрожает. Но вернуться домой у меня не вышло. Отец и слышать ничего не хотел об этом.
- Папа, я прекрасно себя чувствую. Правда. Мне не нужны няньки и надсмотрщики! – я покосилась на маячивших у него за спиной охранников.
- Что-то я не помню, что интересовался твоим мнением на этот счет.
- Папа…
- Быстро в машину, София! Без разговоров.
Вот так, на двадцать седьмом году жизни, я тяжело вздохнула и, послушно склонив голову, скользнула на заднее сиденье отцовского Майбаха. Впрочем, у такой моей покладистости было свое объяснение – так я надеялась задобрить разгневанного родителя. Потому что прямо сейчас он на меня злился. Очень. Я это видела. Но еще в гораздо большей степени он за меня переживал. Мой папа…
- Пап…
- Ну, что еще? – свел брови тот.
- Саша хороший. Правда. Он тебе понравится…
- Не в этой жизни.
- Он действительно не хотел меня обидеть. Просто… что ты о нем знаешь?
Я не сомневалась, что уже в самое ближайшее время он будет знать о нем все… Все. Но прямо сейчас мне нужно было понимать, какие факты из жизни Алекса ищейки отца уже успели нарыть.
- То, что из-за него ты загремела в больницу. Этого более чем достаточно.
Вот такая незамысловатая логика. Я отвернулась к окну и покачала головой:
- Знаешь, в твоем возрасте уже надо понимать, что жизнь не делится на черное и белое.
- Ты меня еще поучи, как надо!
- Нет. Ничему я тебя учить не стану. Просто расскажу все, как есть. А дальше сам думай… Только имей в виду, что от Саши я не откажусь. Что бы ты там для себя не решил.
И не слушая возражений отца, я просто начала свой рассказ. В подробности не вдавалась. Потому что они никого не касались, кроме нас с Алексом. Но в общих чертах… я рассказала все, как есть. Это был очень долгий монолог. Закончив, я поняла, что мы приехали и уже черт его знает сколько времени стоим на подъездной дорожке.
- Я не откажусь от него сейчас, папа. Потому что однажды уже невольно отказалась… И у этой моей ошибки была слишком высокая цена. Для него… И для нас с Этель.
Я толкнула дверь и вышла из машины. Отец догнал меня лишь на ступенях, ведущих к дому.
- Соня… А ты уверена, что это не жалость?
- Что именно?
- Все… - Отец пожал широкими плечами. На фоне темного неба его фигура казалась величественной и массивной. – Твои действия могут быть продиктованы жалостью и чувством вины.
Не сказать, что я не рассматривала ситуацию и с такой стороны. Было дело. Но это не жалость заставляла мое сердце биться чаще в его присутствии. Я же только о нем и думала все это время, только им и жила. Все другое рядом с ним вообще отошло на второй план. И будто поблекло даже…
- Нет, папа. Мои действия продиктованы исключительно желанием быть с этим человеком. Чего бы мне это ни стоило… - добавила тихо, вполне осознавая, как отец расценит эти мои слова, и пошла в дом.
Лилька налетела на меня прямо с порога:
- Ну, слава богу! Я уже думала, что вы там вечность будете стоять! Замерзли?! Может, облепихового чая, а? Или сразу в горячую ванну?
- Не думаю, что мне сейчас можно в ванну. Мне бы просто лечь…
- Ну, тогда поднимайся в свою комнату. Я чай туда принесу!
- А Этель…
- У нее все отлично. О тебе даже не вспоминала. Не переживай. Ты уже придумала, что ей скажешь по поводу повязки?
- Что-нибудь придумаю.
Лилька улыбнулась, не слишком успешно скрывая за улыбкой свое беспокойство, и скомандовала отцу идти ей помогать. Тот бросил на меня очередной хмурый взгляд, но ослушаться жену не посмел. Лилька мне подмигнула. Ну, какая лиса! Крутит им, как хочет, спасая меня…
Расчувствовавшись донельзя, я поднялась наверх. Лилька, став хозяйкой в моем отчем доме, кое-что привнесла в интерьер от себя, но в основном здесь все не слишком-то изменилось. А моя комната и вовсе осталась нетронутой. Я включила свет, разделась. Голова болела все сильней. Поэтому мыться я не стала. Мало ли… На кровати лежало шикарное покрывало, которое выбирала еще моя мама. Мне так сильно ее не хватало, особенно в такие мгновения. Я каждый раз представляла, а что бы она мне сказала? Как бы отреагировала? Что бы мне посоветовала… Особенно нелегко мне пришлось, когда я сама стала матерью. Это был какой-то переломный момент.
Дверь тихонько открылась, ко мне заглянула Этель. Я поманила ее рукой. Моя повязка ее скорее восхитила, чем напугала. Я улыбнулась. Все же дети – такие дети. В конце концов, Этель притащила из гардероба платок и потребовала, чтобы я ей тоже перевязала голову. Моей малышке казалось, что это ужасно круто. И я не стала ее разубеждать. Сфотографировала ее улыбающуюся довольную мордашку и отправила Саше. Он прислал в ответ сердечко. И это было так… нормально! Как и должно было быть. А ведь и правда…
Пока мы возились с Этель, Лилька приготовила чай. Поскольку руки у нее были заняты подносом, на помощь пришла бабуля. По тому, сколько времени им понадобилось, я поняла, что кости мне уже перемыли. Ну и ладно. Так даже лучше. Мне бы не хотелось снова и снова повторять свою историю, а зная моих родственников, без этого было не обойтись.
- Садись, - я похлопала по своей постели, приглашая Лилю присесть. Она осторожно опустила поднос на тумбочку, налила мне чай и вручила чашку в руки.
- Ма, вам чайку налить?
- Я лучше винца выпью…
Мы с Лилькой переглянулись. Она пожевала губу, но все же осторожно заметила:
- Но ведь у вас давление…
- Ну, и что? Как говорил Жванецкий, алкоголь в малых дозах полезен в любых количествах.
Бабуля уселась в кресло и вызвонила кого-то из слуг. В отличие от Лили, она не стеснялась гонять их туда-сюда. Так что уже совсем скоро в ее руках оказался бокал. А мы с Лилей попивали чаек. Я все ждала, когда же они начнут свой допрос. Ведь неспроста же мы все здесь собрались.
- Если отец делегировал, чтобы убедить меня бросить Сашу, то зря стараетесь.
- Делегировал? Меня? – бабка ткнула в грудь крючковатым пальцем. - Спешу тебя разочаровать, милочка. Но я еще сама способна решать, что мне делать.
Бабуля в своем репертуаре! Я перевела взгляд на Лильку. Та тоже пожала плечами:
- Зная тебя, я бы даже пытаться не стала. Отговаривать… Ты же упертая, как баран.
- Ну, спасибо, - криво улыбнулась я.
- А какой ей быть? – неожиданно встала на мою защиту бабуля, - с таким-то папашей? Чем удобряли – то и выросло.
Я засмеялась. Лилька хрюкнула. За это я их и любила. Они поднимали мне настроение в любой ситуации. Всегда…
- А если серьезно, я кое-что другое хотела обсудить.
- Ну, говори, раз хотела.
- Ты слышала последние новости?
- О чем?
- О Т***… До меня докатились слухи, что Федеральная прокуратура и Комиссия по ценным бумагам вот-вот возбудят уголовное дело в отношении компании по подозрению в введении в заблуждение инвесторов и мошенничестве.
- И? – сощурилась я.
- Помню, ты говорила, что Самойлов вбухал в нее все деньги.
Лилька снова пожевала губу. Подняла на меня взгляд и… черт! Вот это да… Выходит, я ошиблась? Не такая уж Лилька и всепрощающая?
- Угу, – улыбнулась я, а потом запнулась. – Стоп! Что значит вот-вот?!
Этого я совершенно не ожидала. Обычно на такое уходит куча времени. И если дело возбудят в ближайшем времени, то значит статья в журнале – это уже результат проверки, а не основание для нее, как я изначально решила.
- Это произойдет со дня на день.
- Так вот почему Сэм морозился… - прошептала я, чувствуя странное возбуждение. – Отлично! Туда ему и дорога…
- Я ни черта не понимаю в ваших заумных беседах, - пожаловалась бабуля. – Какие обвинения? Кому дорога?
- Игорю… Прямиком в ад, – растянула я губы в улыбке и вновь скосила взгляд на Лильку. Как для пацифистки, та выглядела ужасно кровожадно. Вот это да… - в который раз пронеслось в мозгу.
- Звучит чудо как хорошо. Но от того не более понятно! – цокнула вставным зубом бабуля.
- Это тот самый Игорь, который подставил Сашу.
- Я думала, это сделал его партнер.
- Да, но надоумил его и все организовал именно Игорь. А теперь он за это заплатит.
- До сих пор не пойму, что его толкнуло на такой дерьмовый поступок, – Лилька чуть поморщилась и, сменив позу, растерла ладонью живот.
- А что тут непонятного? Обидно, когда у других сбываются твои мечты.
- Опять Жванецкий?
- Так ведь умный мужик, - развела руками бабуля. – А вот ты – не очень.
- Это еще почему?
- Думаешь, отомстишь ему, и будет вам счастье? Не будет.
Ну, не чудно ли – слышать такое от бабули? Вот от нее я ожидала совсем другой реакции.
- И что же, по-твоему, мне надо для счастья?
- Отпустить. Я не говорю, что тебе следует пересмотреть свои планы. Нет. Но не ставить на них слишком много. Потому что месть ничего не изменит. Сделать себя счастливой ты сможешь, только изменив свое отношение к ситуации. Приняв ее… И переступив.
Монолог бабули прервал звонок телефона. Я подтянула трубку к себе.
- Помяни черта…
- Слава богу, ты здесь! – голос Игоря звучал истерично. Я чуть отвела динамик от уха и, глядя в глаза Лильке, будто ни в чем не бывало поинтересовалась:
- А где ж мне еще быть? Что-то случилось?
- Ты что, вообще не следишь за новостями?! – накинулся на меня Самойлов.
- Да вроде слежу. А что такое?
- Что?! Да ты совсем спятила! Против T*** возбудили уголовное дело!
- Правда? И что?
- Что?! – попугаем повторил Игорь. И я как будто живьем увидела, как он брызжет слюной, как мечется по комнате… Мучаясь от бессилия. Как сжимает кулаки. Или, обхватив двумя руками голову, сползает вниз по стене, раздавленный… - Что?! Да твою же мать! Ты хоть представляешь, чем это для меня обернется?! Ты, блядь, представляешь?!
- Хм… Постой… Кажется, Т*** - непубличная компания… А значит, инвесторы сознательно шли на риск, понимая, что в случае чего их заем не будет погашен. Я, кажется, тебя предупреждала об этом… Или нет?
- Предупреждала?!
Я не знала, была ли права бабуля, в тот конкретный момент меня это вообще не волновало, я испытывала ненормальное удовольствие от того, что на моих глазах бумеранг летел Самойлову прямо в голову.
- Ну, конечно. Вот только чтобы давать советы, нужен язык, а чтобы им следовать – голова. А это не про тебя, да, Игорь?
- Какого… Что ты… - в его горле что-то булькало, клокотало. Может быть, у него начинался инфаркт. Или чего похуже. Но мне было все равно. Я не собиралась звонить в девять-один-один.
- Кстати, тебе кое-кто передает привет.
- Что ты несешь, София? Какие, нахуй, приветы? У меня жизнь катится в ад!
- Что ж… Надеюсь, тебя там хорошо встретят. А привет тебе от друга. Был у тебя такой… Саша, помнишь?
Жаль, конечно, что я не видела его рожи в этот момент. Но мое воображение рисовало чудную картину! Я сбросила вызов. Телефон тут же зазвонил опять, и я хладнокровно добавила номер Игоря в черный список.
- Полегчало? – поинтересовалась бабушка, которая все это время внимательно за мной наблюдала.
- Очень.
- Ну и ладно. Если бы не твоя разбитая голова, предложила бы отметить это дело. А так пойду спать.
Бабуля поднялась из своего кресла, тяжело опираясь на подлокотник. Иногда я забывала, сколько ей лет. И как сильно на нее влияют наши проблемы.
- Ба, ты как? Все нормально?
- А что мне будет? Ты лучше о себе побеспокойся.
- Это ты к чему, ба?
- Ты сейчас надавила на больную мозоль человеку, которому нечего терять. Скажи отцу – пусть он организует тебе круглосуточную охрану. И мальчику своему…
Тяжело припадая на одну ногу, бабуля доковыляла до двери и тихо ту за собой прикрыла.
- Нет… Да нет же… Он трус! – пробормотала я. – Вряд ли мне что-то угрожает. Как думаешь?
Лилька неуверенно повела плечами:
- На твоем месте я бы перестраховалась.
- Ну, не знаю…
Глава 21
Александр
- Я могла бы остаться.
Я скосил взгляд на Лену и удивленно покачал головой. Мы уже в аэропорт ехали, а она все отнекивалась…
- Нет. Я ведь тебе объяснял.
- Плевать мне на этих уродов… Я их не боюсь!
Лене я был многим обязан. Поэтому растолковал ей все, как есть, без прикрас. Но в то же время, максимально избегая деталей. Впрочем, наш разговор не возымел того эффекта, на который он был рассчитан. Плевать она хотела на все угрозы, да. Стандартное мышление человека, который никогда не сталкивался с системой. И не знал, как она ломает. Я ведь тоже когда-то был до хрена дерзкий. А теперь вот…
- Послушай, чтобы выпутаться из этого дерьма, мне нужно максимально оградить всех близких. Чтобы на меня не могли надавить через них. Понимаешь?
- Но Гейманшу ты отпускать не торопишься.
- Это тут при чем? – устало вздохнул я.
- Нет, Алекс… Ну, нет! Ты не можешь быть таким тупоголовым ослом!
Так… Ладно. Может, в последнее время я и начал догадываться, что интерес Лены выходил за рамки рабочего. Просто… я ни в коем случае не собирался его поощрять. Это было настолько глупо! Ленке я совершенно не подходил. Между нами пролегала пропасть. А эта глупышка что-то себе надумала. Накрутила. Может быть, возомнила, что спасет меня, я не знаю. Бабам только дай возможность спасти мужика. Они на это свою жизнь бросят. Глупые…
- Ты улетаешь. Все.
- А ты?
- А я прилечу при первой же возможности.
- И все-таки… Почему за Соню ты не боишься? Почему она может быть с тобой, а я нет? Она же бросила тебя! – голубые рыбьи глаза Лены метали искры.
- Слушай, не начинай, а? Я ведь тебе тысячу раз объяснял, почему вышло так, как вышло, хотя, вот честно, Лен, это не твое собачье дело!
Разговаривая с девчонкой, я не выбирал слов. И не боялся ее обидеть. Она была мне… как младшая сестра, что ли?
- Она настоящая сучка!
- Ты ошибаешься! Ошибаешься, ясно?!
- Ты всегда ее защищаешь!
- И всегда буду защищать! Она – моя женщина!
Даже если ничего у нас не выйдет… Даже если нам опять помешают… прямо сейчас она – моя женщина!
- Но ты не боишься, что через нее на тебя надавят? – съязвила Ленка. - Как же так? Ты сам себе противоречишь, вот что я тебе скажу!
- Да твою ж мать! Она неуязвима, это ты понимаешь?! Неуязвима! Ты хотя бы представляешь, кто ее отец?! Никто не посмеет против него выступить. Он ее защитит, что бы ни случилось! А я тебя, в случае чего, защитить не смогу! И никто не сможет…
- Ну, простите. Не всем повезло родиться в семье олигарха!
- Лена… - устало вздохнул я.
- Ну, что?
- Больше всего ты мне поможешь, если удержишь наш бизнес на плаву.
- Тебя только это и волнует, – она поджала бескровные губы и отвернулась к окну. – Я тебе только для этого и нужна.
- А разве я обещал тебе что-то другое?
Да, наверное, это прозвучало жестоко. Но, во-первых, она меня порядком достала, а во-вторых, мне все же как-то нужно было вставить ей на место мозги…
Лена сникла. Опустила голову. Прямые, как палки, волосы упали ей на лицо. Она молчала. И я мог только надеяться, что она не станет плакать, потому что тупо не представлял, как буду успокаивать ревущую бабу.
- Лена… Слушай, я благодарен тебе за все. И никакие слова не выразят всей глубины этого чувства. Ты всегда… Всегда можешь на меня рассчитывать, добро я не забываю. И поэтому я всегда буду рядом. Как друг.
Она кивнула, но так и не повернулась ко мне лицом. Остаток дороги мы ехали в тягостном молчании. Так же, молча, вышли из машины. Я отвлекся, чтобы достать из багажника ее чемодан. Лена отошла в сторону и нервно переминалась с ноги на ногу да покручивала фенечки на странном браслете, который носила.
В аэропорту, как всегда, было настоящее столпотворение. Я завидовал этим людям. Тому, что они могут купить билет, взять паспорт и полететь куда угодно. В любую точку мира. Ведь они были свободными.
- Так, ну, вон, похоже, твоя стойка… Будем прощаться?
Читать бесплатно другие книги:
