Облачные дороги Уэллс Марта

– Когда он сможет перемениться? – Если Утес примет земное обличье сейчас, раны убьют его мгновенно.

– Через несколько дней, не раньше. – Она прибавила: – Нам понадобится твоя помощь.

Он опустил глаза и увидел, что она пристально смотрит на него.

– Я же сказал, что останусь, пока двор не переедет.

Лун уже устал повторять данное обещание. Он пришел сюда, зная, что когда-нибудь ему придется сразиться со Сквернами, но пугало его вовсе не это. Его пугали другие раксура, пугали и смущали, заставляли ощущать какую-то неясную угрозу, которую он и сам не мог объяснить словами.

– Ничего не изменилось.

– Я рада это слышать. Но нам также понадобится твоя помощь с Жемчужиной и Нефритой. – Судя по выражению лица Цветики, ей претило то, что она собиралась сказать: – Если можешь, попытайся не усугублять их отношения. Когда-нибудь Нефрите придется бросить Жемчужине вызов и перенять бразды правления, но сейчас не время для этого.

– Забавно. – В этом не было ничего забавного, но Луну почему-то захотелось горько усмехнуться. – Я-то был уверен, что Утес привел меня сюда именно для этого.

– Мы действительно планировали что-то в этом духе, – призналась Цветика. – И я, по крайней мере, наивно думала, что Жемчужина будет готова уступить дорогу Нефрите, если мы покажем ей, что Нефрита готова. Возможно, это одна из причин, почему она не сказала мне, чего хотели Скверны. – С раскаянием в голосе она продолжила: – Как ей, наверное, было тяжело нести это бремя. А я думала, что она просто больна. – Цветика снова подняла на него взгляд. – Мы не ожидали, что Жемчужина захочет взять тебя себе. Впрочем, Утес и я уже достаточно стары и не замечаем таких вещей. Будь у нашего двора выводок молодых консортов, Жемчужина бы не отвыкла от их присутствия и твое внезапное появление так бы на нее не повлияло.

В этом Цветика ошибалась. Лун считал, что Жемчужина вряд ли его хочет в любом смысле – разве что сожрать на ужин. И если бы у них имелся выводок консортов, то его бы здесь не было. От него остались бы одни обглоданные варгитом косточки. Но спорить об этом было бессмысленно, и ему хотелось узнать кое-что еще:

– У тебя правда было видение, что я должен предупредить островитян?

– Я не придумываю видения, Лун, – с толикой раздражения сказала Цветика. Потом она покачала головой: – Я точно не знаю, что оно означало – что ты должен предупредить островитян или что-то еще. Видения не настолько точны, даже мои.

Впереди арбор-проводник спрыгнул с дерева и судорожно замахал рукой, чтобы они следовали за ним.

– Сюда!

Пробираясь через заросли, Лун мысленно порадовался, что у них был проводник. Даже с такого близкого расстояния заметить укрытие было сложно. Арборы устроили его во впадине, над которой нависли кроны деревьев, и переплели ветви валежника и живой зелени, чтобы сделать крышу и стены. Они передвинули камни и переложили куски мха с земли, чтобы укрытие стало похоже на небольшой лесной холм.

Ниран помогал двум женщинам-арборам собирать зелень для дополнительной маскировки. Когда они приблизились, он поднял голову и с осторожным любопытством уставился на Утеса.

Поджидавшие их охотники приподняли часть завесы, и Лун вместе с остальными внес Утеса в затененное убежище. Цветика скользнула внутрь вперед них, послышалось шуршание, а затем водопад мха, свисавшего с ветвей крыши, засиял, осветив место, куда они могли положить носилки. Пол был тщательно расчищен и выскоблен до самой земли. Арборы методично сняли верхний слой мха и папоротника, чтобы замаскировать им крышу убежища.

Арборы вернули открытый участок стены на место и быстро восстановили его, чуть поправив сместившуюся зелень. Теперь свет давал лишь неярко сиявший зачарованный мох. Лун встал на колени рядом с головой Утеса и проверил, что тот еще дышит. Ему показалось, что темное веко гиганта дрогнуло, но он не был в этом уверен.

Цветика присела рядом и потянула его за руку:

– Пойдем, остальные решают, что делать дальше. Нам нужно быть там.

Лун был уверен, что Жемчужина и ее последователи считают, будто ему вообще не нужно здесь находиться, но он должен был кое-что им сказать. Он помедлил.

– Кто с ним останется?

– Почка и Бусинка. – Цветика кивнула в сторону двух арбор, которые показывали Нирану, как вплетать зелень в стены укрытия. Бусинка была юна, но на Почке старость уже оставила свои следы в виде проседи в ее темных волосах. – Они – единственные учителя, кто смог сбежать. А еще мы оставим здесь охотников постарше. У них большой опыт в уходе за ранеными.

Лун неохотно последовал за ней.

Убежище уже разделили на комнаты при помощи перегородок, сплетенных из ветвей. Пока Цветика вела его, шипы Луна постоянно цеплялись за плетение и лианы, так что он принял земной облик.

Где-то поблизости Звон нетерпеливо говорил:

– Нет, так не получится. Если мы попытаемся проникнуть в колонию, то окажемся во власти той же силы, что не дает остальным перевоплотиться.

В голосе Елеи звучали напряжение и досада:

– Даже если мы сможем перевоплотиться, когда окажемся внутри, нас все равно недостаточно, чтобы сразиться со столькими Сквернами. Нам нужна помощь.

Цветика вошла в проем, такой низенький, что Луну пришлось пригнуться, чтобы последовать за ней. Эта часть укрытия все еще была не полностью огорожена от леса, а одной из стен ей служил грубый серый ствол перистого дерева. Помимо Звона и Елеи на голой земле сидели Нефрита, Жемчужина, Крестец и Поток. Все приняли облик земных созданий, а Нефрита и Жемчужина перевоплотились в арбор. Жемчужина напряженно сидела, прислонившись спиной к толстому корню и обернув хвост вокруг ног. Ее обычно яркая голубая с золотом чешуя, казалось, потускнела. Нефрита сидела напротив, и Лун замер, глядя на ее профиль: челюсти Нефриты были стиснуты, глаза прищурены. Она сидела, положив руки на колени, и каждый ее мускул был напряжен от кипевшего в ней гнева. Нефрита хотела бросить Жемчужине вызов. Даже Лун это видел, так что и для остальных это наверняка было очевидно. Но она знала, что сейчас не время, да и место неподходящее. Двору нужно было сплотиться вокруг одной королевы, и этой королевой была Жемчужина, нравилось им это или нет.

Нефрита подняла голову, и их взгляды встретились. Какой-то миг Лун не мог отвести глаз, но наконец у него это получилось. Через несколько секунд она спросила:

– Как Утес?

– Все так же. – Цветика обошла ее и села рядом со Звоном, натянув юбку на запачкавшиеся от мха ноги. – Нам нужно, чтобы он не двигался и оставался в тепле, пока не исцелится.

Лун сел рядом с Цветикой, надеясь, что Жемчужина притворится, будто он – пустое место. Но она смотрела на него своими холодными голубыми глазами. С иронией в голосе она сказала:

– Так расскажи нам, откуда Скверны узнали, что ты при нашем дворе недавно?

Луну хотелось ответить, что кто-нибудь из воинов Жемчужины, шпионивших за ними для Сквернов, мог доложить им об этом. Но вместо этого он сказал:

– Они видели меня в Медном Небе с Утесом. Владыка говорил через одного из дакти.

Крестец кивнул:

– Утес нам об этом рассказывал. Должно быть, это те же самые владыки, что уничтожили Медное Небо, хотя мы в этом почти и не сомневались.

– И мы знаем, что Скверны делятся воспоминаниями. – Цветика наклонилась вперед, упершись ладонями в землю. – Эта способность, похоже, связана с тем, как они размножаются. У них очень мало самок – их зовут прародительницами, и они случаются с владыками. Владыки, рожденные от одной прародительницы, обладают тесной связью друг с другом. Они могут говорить через своих братьев, видеть их глазами. – Она посмотрела на Луна и приподняла свои белесые брови. – Поговаривают, что владыки могут влиять на некоторых земных созданий. Ты такое когда-нибудь видел?

– Да. – Лун, чувствуя себя неуютно, повел плечами. Он видел это, причем слишком близко. – Ты думаешь, что этот владыка так же повлиял на Камыша?

Цветика хотела было ответить, а затем бросила взгляд на Жемчужину.

– Может быть.

Поток зарычал, громко и остервенело, хотя и был в своем земном облике:

– Камыш не виноват.

А вот этого Лун как раз больше всего и боялся. Он сказал Потоку:

– Если это не он, то выходит, что предатель все еще среди нас.

Поток склонил голову набок и подался вперед:

– Скверн сказал, что это был ты.

Крестец усмехнулся:

– «Скверн сказал». Воин, если ты и дальше будешь слушать Сквернов, то долго не проживешь.

Лун демонстративно повернулся к Нефрите, надеясь, что Поток попытается вцепиться ему в горло и даст Луну повод убить его.

– Я рассказывал тебе о яде, которым меня отравили корданцы. Он не давал мне перевоплотиться, пока его действие не закончилось. Они говорили, что этот яд предназначался для Сквернов. Ты когда-нибудь слышала о чем-то подобном?

– Нет. – Нефрита, похоже, удивилась. – Ты думаешь, что Скверны удерживают остальных в земном облике при помощи яда?

– Может быть. Но охотники сказали, что Набат успел их предупредить. А когда корданцы травили меня, я даже не помню, как провалился в беспамятство. – Лун не мог представить, как можно распространить яд по воздуху или воде, чтобы при этом арборы, работавшие снаружи пирамиды, остались невредимы. – Утес тоже говорил, что никогда о нем не слышал.

– Ты привел сюда земного обитателя, – сказал Поток, словно обвиняя его в чем-то. – Он что-нибудь знает об этом мифическом яде?

Лун слегка насмешливо ответил:

– Не все земные народы общаются друг с другом.

– Мы можем спросить, – Нефрита прервала Потока, не давая ему ответить. – Но он вряд ли что-то знает. Когда я разговаривала с правителем островитян, создалось впечатление, будто от Сквернов их спасает лишь то, что острова находятся далеко от берега.

Елея осторожно поглядывала на Луна:

– Почему эти корданцы тебя отравили?

Что ж, кто-то должен был спросить. Лун пожал плечами, словно это не имело значения.

– Одна из их женщин видела, как я перевоплощаюсь. Она решила, что я Скверн.

– Надо же, какое совпадение, – кисло сказал Поток.

Звон подался вперед:

– Невежественным земным созданиям может показаться, что наши консорты похожи на владык Сквернов. – Затем он прибавил, выразительно глядя на Потока: – Ты, конечно, мог об этом и не знать, ведь ты на самом деле не консорт, хотя и привык подменять их в постели.

– Звон. – Елея протянула руку, поймала его за запястье и многозначительно посмотрела. Звон поджал губы и неохотно откинулся назад. Крестец провел рукой по лицу и посмотрел в сторону. Нефрита лишь приподняла бровь.

Поток пропустил выпад мимо ушей и посмотрел на Жемчужину:

– Возможно, он лжет. А владыка Сквернов сказал правду.

Лун уже устал это слышать.

– Конечно, это возможно. Иначе бы Скверн этого не сказал.

Поток хотел было ответить, но Жемчужина, зарычав, сказала:

– Достаточно.

Поток собрался возразить, но затем неловко затих.

Нефрита провела когтем по земле.

– Интересно, если у Сквернов была сила, способная удерживать от перевоплощения целую колонию, почему они не воспользовались ею раньше? Раксура бились со Сквернами с самой зари существования Трех Миров. Слабым дворам всегда приходилось остерегаться нападений, но в наших летописях никогда не упоминалось ничего подобного.

– Значит, эта сила появилась у них недавно, – тихо сказала Цветика.

– Но они не пытались воспользоваться ею в храме, – сказала Елея, взглянув на Нефриту. – Выходит, чем бы ни был источник этой силы, возможно, он у них один?

Жемчужина глянула на Цветику:

– Как жаль, что у нас не было никакого предупреждения об этой новой угрозе. Ни видений, ни предсказаний…

«Да, конечно, давайте назначим еще больше виноватых. Нам это точно поможет», – подумал Лун. Но усилием воли ему удалось удержать рот на замке.

Внимание Цветики было приковано к ее пальцам, торчавшим из-под рваного подола ее юбки.

– Весь последний цикл мои предсказания велели нам идти за Утесом, оставить колонию и найти новую на западе. – Она подняла голову и посмотрела Жемчужине прямо в глаза: – Как жаль, что никто их не услышал.

Тишина стала напряженной, как струна, а затем Жемчужина отвела взгляд и скривила губы.

– Я услышала. Но не послушалась. И это на моей совести.

Через некоторое время Крестец зашевелился. Он бесцветным голосом сказал:

– У нас кучка арборов и всего лишь несколько окрыленных против целой стаи Сквернов, которые могут удерживать нас в земном облике. Если мы нападем как есть, то все погибнем. – Он перевел взгляд с Жемчужины на Нефриту: – Мы можем попросить помощи у другого двора?

Нефрита щелкнула когтями.

– Думаю, Звездное Сияние спрашивать бессмысленно, а они – самый большой двор, с которым мы поддерживаем связь. – Она набрала в грудь воздуха: – Медное Небо было нашим единственным близким союзником.

Крестец согласно хмыкнул, но добавил:

– У нас кровные узы с Солнечным Ветром и Серебристой Дымкой.

Жемчужина прикрыла глаза.

– Они оба немногочисленны и находятся слишком далеко.

Даже не скрывая иронии в своем голосе, Нефрита сказала:

– И они оба вряд ли захотят нам помочь, особенно Солнечный Ветер.

Жемчужина ледяным голосом ответила:

– Прах – второй консорт правящей королевы. Ему не на что жаловаться.

Нефрита обнажила зубы и скорчила гримасу, явно не похожую на улыбку:

– Если мы попросим у королевы Солнечного Ветра воинов, как думаешь, к кому она прислушается: к консорту, отцу двух ее выводков, или к королеве, которая безо всякой на то причины выгнала его из родного двора?

Жемчужина, не глядя на нее, глухо сказала:

– Я знала, что он найдет там свое место.

Нефрита не уступала:

– Он был юн и неопытен и не был в этом уверен так же, как ты. А теперь, когда нам понадобилась помощь…

Крестец прервал ее, едва сдерживая рык:

– Мы тебя поняли, Нефрита.

Нефрита тряхнула шипами, но унялась.

Через несколько неловких секунд Жемчужина сказала:

– Но я думаю, что Солнечный Ветер согласится дать пристанище арборам и воинам, если их об этом попросить.

От неожиданности все замерли. Затем Цветика медленно произнесла:

– Ты думаешь, что все пришло к этому?

«Что все пришло к тому, чтобы сдаться», – подумал Лун. К тому, чтобы оставить плененных раксура в колонии со Сквернами – арборов, воинов, детей и выводки малышей. «Не надо, – хотел сказать он, – кто-нибудь что-нибудь придумает. Не торопитесь». Но Лун знал, что не может сказать этого так, чтобы не разозлить Жемчужину.

Жемчужина помедлила, а затем покачала головой:

– Пока что нет. Мы не уйдем, пока не узнаем, что Скверны солгали и все остальные на самом деле мертвы.

Когда Лун покинул укрытие, сумерки уже перетекали в ночь. Двое воинов – Дрейф и Виток – несли дозор, сидя на деревьях, а несколько охотников стояли на страже на земле, однако Луну хотелось самому оглядеть окрестности. Он принял крылатый облик, но не взлетел, а двинулся промеж папоротников, принюхиваясь. Он прошел мимо Корня и Песни. Они сидели, обнявшись, под корнями какого-то дерева, и Корень тихонько плакал, уткнувшись ей в плечо. Видимо, он оплакивал Камыша и всех остальных, кто остался в колонии. Лун сочувственно нахмурился, но не остановился.

Он пробирался через заросли, а крики птиц и жужжание насекомых тем временем постепенно стихали, сменяясь зеленоватым светом. Лун перешагнул через скопление небольших ярких комочков, похожих на грибы. Они вскочили и побежали прочь на коротеньких крепких ножках.

Арборы придумали план, согласно которому кто-нибудь из молодых охотников попытается проникнуть в колонию через отверстия под платформой в месте, где пирамида нависала над рекой. Так они, по крайней мере, узнают, живы ли остальные. Если охотник сможет кого-нибудь вывести или выяснить, что мешает двору принять нужный облик для сражения или побега, то будет даже лучше. Вот только если молодой охотник пропадет и не вернется из колонии, то они ничего не узнают и потеряют еще одного арбора.

Пока Лун обходил кругом, двигаясь на запад, он чувствовал, что сидящие на деревьях воины подозрительно и озлобленно следят за ним. Лун прошел мимо охотника, присевшего среди корней деревьев, – из-за своей темно-коричневой чешуи он стал почти невидимым на фоне дерева. Охотник издал какой-то щелкающий звук, и Лун кивнул, не зная, как ему ответить. Пройдя еще несколько шагов, он услышал в зарослях негромкий, умышленно изданный шорох и понял, что поблизости находится еще один охотник. Затем из папоротников вышел Крестец.

Он зашагал рядом с Луном. Пройдя немного, Крестец поднял голову, посмотрел на деревья и медленно произнес:

– Нам нужен каждый. Мы не можем тратить силы на грызню между собой.

Сидевший среди ветвей Дрейф вперился в Крестца взглядом, а затем отвел его и отступил, обиженно шипя. Луну бы тоже не хотелось драться с Крестцом, по крайней мере на земле. Невысокого роста, в плечах охотник был вдвое шире любого другого арбора, а шрам на горле являлся свидетельством того, что одолеть его совсем непросто.

– С этим не поспоришь, – сухо сказал Лун.

После этого Крестец обошел с Луном почти все окрестности, затем, буркнув что-то на прощание, отошел и присоединился к другим охотникам. Возвращаясь к укрытию, Лун почуял Нефриту и, обойдя тростниковые заросли, увидел, что она нетерпеливо поджидает его там.

– Тебе нужно умыться, – сказала она и махнула рукой, веля следовать за ней.

Чешуя Луна действительно была заляпана высохшей кровью кетеля, а также потом и пылью, скопившимися на его земном обличье, но он был уверен, что она просит его не только об этом. Он пошел за ней вниз по склону холма, через деревья к небольшому ручью. Не более трех шагов в ширину и всего лишь по колено в глубину, он бежал по лесному ковру среди мшистых камней и водорослей. На берегу сидела Цветика; склонившись над водой, она стирала рубашку.

Нефрита села рядом с ней, а Лун прошагал мимо и вошел в ручей. Он набрал прохладной воды в пригоршню и начал омывать ею чешую, ощущая при этом, что рядом есть кто-то еще. Затем листья зашелестели у него над головой, и по стволу ближайшего дерева, подобно огромному золотистому насекомому, вниз спустилась Жемчужина. Она двигалась подчеркнуто неторопливо и почти бесшумно.

Сев на берегу, она подтянула ноги к себе. Лун прикинул расстояние между ними и решил, что на данный момент он в относительной безопасности.

– Мы решили, что этому разговору лучше состояться подальше от других ушей. Мы хотели больше узнать о яде.

Лун кивнул. Возможно, Жемчужина вовсе не была настолько уверена в Потоке и других своих воинах, насколько хотела показать, или она подозревала, что они предали ее по неосторожности. А так круг подозреваемых сузится до… «Меня», – осознал Лун. Что ж, решение было хорошим и устраняло сразу несколько проблем. Оно уменьшало вероятность того, что Скверны узнают об их плане использовать яд, и одновременно с этим давало Жемчужине возможность избавиться от него.

– Я спросила у Нирана про яд, – сказала Цветика, хмурясь и выжимая воду из рубашки. – Он никогда о нем не слышал. Он сказал, что их исследовательские корабли всегда ищут что-нибудь подобное, но они уже много поколений не ходили так далеко на восток.

Нетерпеливо махнув хвостом, Нефрита спросила Луна:

– Яд работал на всех Сквернах: на владыках, дакти и кетелях?

– Я не знаю. – Лун присел, чтобы умыть лицо, и запрокинул голову, давая воде пробежать по шипам и гребням. Он отчетливо осознавал, что многого не знает об этом яде. – Я даже не знал, что он есть у корданцев, пока они меня не отравили.

Лицо Жемчужины оставалось непроницаемым.

– Ты говорил, что Скверны захватили их земли. Видимо, этот яд не очень-то действенен?

Но Цветика покачала головой:

– Все зависит от того, когда они начали его использовать. Скверны все еще их преследуют?

– Пока я был с ними, не преследовали. – Лун заколебался. Вода стекала с него, а он пытался вспомнить, что корданцы рассказывали о Киаспуре и нападениях Сквернов. – Им пришлось оставить свои города, но Скверны не стали преследовать беженцев.

– Мы хорошо знаем, что Скверны просто так не оставляют добычу в покое. – Цветика откинулась назад, чтобы бросить рубаху в кучу постиранной одежды на берегу. – Если этот земной народ обнаружил яд только тогда, когда Скверны уже уничтожили большую часть их земель, возможно, он помог им избежать гибели.

Нефрита с решительным видом подалась вперед, переводя взгляд с Цветики на Жемчужину.

– Мы можем вылить яд в реку, чтобы его затянуло в водопровод колонии. Тогда мы сможем войти внутрь и перебить всех Сквернов.

Цветика спросила Луна:

– Полагаю, ты не знаешь, как его изготовить?

– Нет. Если я принесу тебе образец, ты сможешь его сделать?

– Я смогу сказать, из чего он. Все зависит от того, получится ли у нас достать ингредиенты. – Цветика отжала воду из собственной юбки. – Далеко ли тот лагерь?

– Утес и я летели сюда девять дней, но последний день он меня нес. – Лун прикрыл глаза, пытаясь представить себе карту, на которую они смотрели, когда планировали путешествие к Желтому морю. По пути в Туман Индиго он и Утес резко свернули на север, чтобы остановиться в Медном Небе. Если они полетят по прямой, то сэкономят время, обойдут равнины стороной и окажутся прямиком в долине корданцев. «Допустим, одиннадцать дней». – Я могу отправиться туда и принести немного яда.

Цветика закусила губу и сказала Жемчужине:

– Это больше похоже на мое видение. Вряд ли оно означало, что он должен предупредить островитян. Думаю, так и нужно поступить.

Жемчужина скептически сказала:

– И мы должны просто поверить, что он вернется с ядом? Откуда мы знаем, что он не воспользуется этой возможностью, чтобы сбежать?

Лун сдержался и не зашипел.

– Вы не знаете. Вам просто придется мне довериться.

Жемчужина повернула голову и холодно посмотрела на него:

– Ты еще не заслужил нашего доверия.

Лун стиснул зубы:

– Ты сама сказала мне уйти.

Цветика приподняла бровь и колко сказала:

– Королевы вправе менять свое мнение.

Жемчужина гневно уставилась на Цветику.

Лун раздраженно зашипел. Разговор был бессмысленным. Ему бы хотелось взять с собой Звона, чтобы не скучать в пути и чтобы тот помог ему придумать, как раздобыть яд у корданцев, но это было невозможно. Он должен был лететь на полной скорости, и ни один из воинов не смог бы за ним угнаться.

– Если я возьму с собой воина, мы проведем в пути почти вдвое больше времени.

Цветика сказала:

– Но будет лучше, если мы отправим кого-нибудь с тобой. Если ты потерпишь неудачу лишь потому, что тебе не хватило второй пары рук…

– Значит, он отправится не один, – напряженно и раздраженно сказала Нефрита. – Я полечу с ним.

Судя по тому, что говорил Утес, королева могла сравниться в скорости с консортом. Но ее предложение все равно заставило Луна задуматься. Он подумал, не подозревает ли она, что он хочет сбежать. Или, быть может, обвинения Скверна Катраса подействовали на нее больше, чем казалось на первый взгляд.

Жемчужина одарила ее испепеляющим взглядом:

– По-твоему, мы должны отправить нашу единственную королеву-наследницу не пойми куда?

Нефрита скорчила гримасу и обнажила клыки.

– Если мы не изгоним Сквернов и не освободим остальных, то тебе и мне будет нечем править. И да, ты хочешь попросить помощи у Солнечного Ветра, но мы обе знаем, что они вряд ли тебе ответят. – Она снова уселась на берег, обернув себя хвостом, и почти устало прибавила: – Я – королева-сестра. Это моя обязанность.

Жемчужина выдохнула, шипя, и отвернулась. Повисло долгое молчание, а затем она сказала:

– Иначе нам остается лишь напасть на колонию сейчас и либо погибнуть, либо попасть в плен, как и весь остальной двор. Этого Скверны от нас и ждут. – Она посмотрела на Нефриту: – Лети с ним.

Когда они обсудили все подробности, Лун заполз под корни деревьев рядом с укрытием и принял земной облик, чтобы хоть немного поспать. Готовиться к путешествию было не нужно. Цветика собрала для них походный мешок с немногими припасами, которые пожертвовали охотники, но всего ей удалось собрать лишь несколько фруктов, немного вяленого мяса, огнива и два одеяла. Лун был слишком взволнован, из-за чего не смог хорошенько отдохнуть и мгновенно проснулся, когда почувствовал, что к нему кто-то приближается.

Снаружи было еще темно, хотя он чувствовал, что на горизонте занимается рассвет. Уже почти настала пора вылетать. Лун выполз из-под корней и разглядел силуэт Нефриты, бесшумно ступившей сквозь заросли мха и папоротников. Она остановилась и прошептала:

– Я скажу Цветике, что мы вылетаем.

– Я подожду здесь, – сказал он ей.

Нефрита исчезла во тьме, а Лун подошел к укрытию и пролез между пучками зелени внутрь.

Маленькая связка светящегося мха, подвешенная к потолку, освещала неподвижный силуэт Утеса. О том, что он все еще жив, говорили лишь его медленные, глубокие хрипловатые вздохи. Звон, несколько охотников и две учительницы спали здесь же. Ниран лежал у дальней стены, закутавшись в одеяло, и тихонько храпел. По счастью, Звон лежал в ближнем ряду тел, и Луну не пришлось ни через кого переступать, чтобы до него добраться.

Когда Лун тронул его за плечо, Звон тут же пробудился и беспокойно заморгал. Лун закрыл ему рот рукой, чтобы тот не издал ни звука, и мотнул головой, говоря следовать за ним наружу.

Несколько арборов сонно завозились, но никто не сел, когда они проскользнули между зелеными стенами. Пробираясь впотьмах, Лун нашел свою нору среди корней деревьев, сел и потянул Звона за собой. Было слишком темно, чтобы они могли различить выражения лиц друг друга, но, возможно, это было и к лучшему.

Лун знал, что часовые находятся слишком далеко и не могут их услышать, но он все равно зашептал:

– Мне нужно, чтобы ты позаботился о Ниране. Смотри, чтобы у него всегда была пища, которую он может есть, и если вам придется уйти отсюда, проследи, чтобы его не забыли.

– Хорошо, я за всем прослежу. – Звон заколебался и, поеживаясь, легонько толкнул Луна плечом. – Ходят слухи, что ты и Нефрита отправляетесь куда-то за помощью. Если это не так, то не говори мне. Тогда меня не смогут заставить… Если Скверны нас поймают…

– Скверны плохо умеют выслеживать по земле. Они вас здесь не найдут. – Лун надеялся, что это так, и не собирался показывать Звону свои сомнения.

Звон слегка поник.

– Жемчужина тоже так говорит.

– Она не всегда ошибается, – сказал Лун, стараясь, чтобы его голос не прозвучал слишком кисло от такого признания.

– Будем надеяться. – Звон набрал в грудь воздуха. Затем он наклонился поближе, и Лун почувствовал теплое дыхание и резкий укус под ухом. Звон прошептал: – Береги себя, – и пополз прочь.

Лун слушал, как он возвращается обратно в убежище. «У нас все получится, – думал он. – Должно получиться».

Глава 12

Лун и Нефрита отправились в путь перед рассветом и понеслись по воздуху, подобно пущенным из лука стрелам.

Направляясь к горам, они пролетели над джунглями, затем над холмами, затем над границей поросших травой равнин. Они не щадили сил и лишь ненадолго останавливались, чтобы перевести дух, а в конце каждого дня оказывались настолько измотаны, что могли говорить лишь о том, чья сегодня очередь охотиться. Лун подумал, что отсутствие разговоров было главной причиной, по которой они пока так хорошо ладили.

В первый же день, когда они оказались в горах, Лун засомневался, верный ли они выбрали путь. Они устроились на ночь на уступе пологого склона, скрывшись под деревьями, опутанными сотнями лиан, сплетавшихся друг с другом в огромные высокие запутанные клубки.

Лун и Утес пересекли эти хребты в другом месте, и из-за холодных сильных ветров и скудной добычи на охоте перелет был трудным. Теперь же перед ними лежали лишь бескрайние пустынные склоны, заснеженные вершины и острые скалы. Этот путь был короче, но Лун подумал, что, возможно, им следовало потратить лишний день и влететь в горы южнее. Вероятно, Утес не просто так выбрал тот путь. Но теперь уже было поздно что-то менять.

Он как раз собирался озвучить свои сомнения Нефрите, когда она подняла голову и принюхалась.

– Скверны, – прорычала она. – Как им удается нас преследовать? Это же просто смешно.

Лун встал, набрал в грудь побольше воздуха и задержал дыхание, чтобы получше распробовать запахи. Она была права – хотя он в этом и не сомневался, – к запаху камней, влаги и хищников, охотившихся в ущелье поблизости, примешивался отчетливый смрад Сквернов. Он подавил в себе желание зарычать, поскольку Нефрита уже рычала за двоих.

– Должно быть, они увидели или почуяли нас, когда мы покинули долину.

Только это казалось невозможным. Скверны не могли выслеживать их по запаху, ведь они летели по ветру. И никто не мог их предать. Остальные не видели, как они улетели, а Цветика и Жемчужина даже не знали, в какой стороне находится поселение корданцев.

Нефрита постучала когтями по камню.

– Или… – Она поморщилась. – В колонии Скверны подчинили двор, как это делают королевы. Никто не мог перевоплотиться, чтобы вступить в бой или сбежать. А сейчас это больше похоже на силу наставника, на способность указывать Сквернам, куда двигаться, чтобы нас найти. Возможно, они следят за нами при помощи видений.

От мысли об этом Лун похолодел. Но он не хотел сдаваться. Во-первых, он все еще не придумал лучшего способа, как напасть на Сквернов в колонии, чем яд. А еще речь шла не только о спасении Тумана Индиго. Он подумал обо всех земных народах и существах, которых повстречал за многие циклы жизни, обо всех городах и поселениях. Скверны причинили уже достаточно смерти и разрушений. Если их угроза действительно становится страшнее, а они сами – каким-то образом могущественнее, то Лун не мог себе представить, какое их ждет будущее.

Страницы: «« « ... 910111213141516 » ... »»