Вьюга в академии Одувалова Анна
– Притом. Это ты его «забыла» в моей комнате!
– Ничего не знаю. Снежные духи свободолюбивы и непостоянны. Их невозможно заставить что-то делать. Хотел и спал. Я не виновата.
– Я проснулся в мокрой постели!
– А вот это совсем не ко мне, – открестилась я и заработала ненавидящий взгляд. Ну а что делать, раз заявление звучит двусмысленно.
– Вот ты всегда ни в чем не виновата, но вокруг тебя постоянно творится какая-то фигня!
Мы уже пришли к кабинету магистра, и спор пришлось прекратить, но идею мести Лестат не оставил. Он тут себя чувствовал, похоже, как дома. Развалился на диване, заняв его целиком, и даже ногу на подлокотник закинул, лишь бы я точно не смогла устроиться рядом. Пришлось сиротливо замереть у двери. Я не знала, где лучше присесть – в кресло у камина или на стул возле стола. Кабинет одного из самых сильных магов академии был похож на музей, заваленный артефактами. Парочка валялась на кресле – какой-то свиток и подкова, а на стуле стоял череп. Тронешь что-нибудь, а потом проблем не оберешься.
– Лестат, подвинься и уступи девушке место, – приказал магистр.
– Я всегда за! – довольно оскалился парень. – Я готов освободить ей место на своих коленях.
Я скептически взглянула на парня, но оказанную честь не оценила. К тому же я бы технически не могла сесть к нему на колени, так как он лежал. Только устроиться сверху.
– Твое вот такое поведение уже привело к тому, что родители от тебя отреклись. Веди себя соответственно статусу и возрасту.
– Во-первых, от меня уже отреклись, вовторых, связи с внешним миром нет. Никто не узнает.
Мне надоело это все выслушивать, и я решила отвоевать себе место проще – заморозила наглецу штанину, а пока он возмущался и отковыривал лед от ноги, уселась на освободившуюся часть дивана.
Алишер все видел, но ничего не сказал. Похоже, его устроило, что мы разобрались сами.
– Меня поражает твоя вечная безалаберность. Тебя объявили умершим, лишив всех привилегий, твой друг пропал, но ты все равно ведешь себя, прости, как придурок! – возмутился магистр, сверкнув в сторону Лестата черными глазами.
Я удивленно открыла рот, потому что в моем понимании преподаватель не должен называть студента придурком (хотя я с магистром была полностью согласна), ну и называть придурком принца, пусть и объявленного умершим, тоже так себе идея.
– Ну и что ты от меня хочешь? – Лестат тоже обратился к магистру на ты, изумив меня еще сильнее. – Да все дерьмово, но если я буду ходить с такой же пассатижной физиономией, как у тебя, дела сразу станут идти лучше? Или как ты считаешь?
– Не станут. – Магистр убрал со стула череп и устало опустился на освободившееся место. – Просто я хочу попросить тебя быть чуть внимательнее и серьезнее. Мне не нравится происходящее в академии. И ты в центре всех неприятностей.
– Именно поэтому ты пригласил сюда меня вместе с ней? – недовольно прошипел принц, покосившись на меня. – Чтобы было не так печально читать мне нотацию?
Мне, кстати, тоже было непонятно, зачем тут я.
– Нет, я позвал и тебя, и Вьюгу, потому что вы оба оказались замешаны. Еще бы понять в чем.
– В смысле? – Я решила подать голос.
Если с принцем все было более или менее ясно, то я-то тут при чем? Я вообще оказалась втянута в неприятности случайно, ну и до конца не верила, что могла устроить подобное. Только когда увидела из окна снегопад и лавину, поверила. А потом, после того как успокоилась и подумала, поняла, я не способна на такое даже теоретически. Мои мысли подтвердил и магистр.
– Твоей силы не хватило бы, чтобы отрезать академию от мира на несколько месяцев, даже если твое сердце разбили особо изощренным образом. Но, судя по твоему поведению, и этого не произошло.
Я пожала плечами:
– Я тоже думаю – это не моя магия. Точнее, не только моя. У меня нет упадка сил, могу колдовать, а безразмерным резервом я не отличалась. И да, как бы я ни была расстроена, это не тот повод, который заставит меня сорваться.
– И что это значит? – уточнил принц, который, кажется, даже начал проявлять интерес к разговору.
– Мы уже говорили, Лестат, ситуация сложнее, чем кажется на первый взгляд. Я считаю, кто-то подстроил все это. Воспользовался моментом и… – Алишер вздохнул. – Я думал, в этом замешан Вейн.
– Вейн решил закрыть академию до весны? – фыркнул Лестат. – Зачем? Нет, он, конечно, не фанат учебы, но не настолько. И потом, он бы забрал с собой Фиону.
– Я предположил, что Вейн с чьей-то подачи решил сорвать твою помолвку. Напоил тебя, устроил вечеринку, воздействовал на магию Вьюги, которая, безусловно, выплеснулась из-за стресса, просто не в нужном объеме. И вместо снегопада и метели мы получили вот это все. Вейн, естественно, успел уехать. Это было логично, пойми.
– Понимаю. – Лестат кивнул. – Но следом за Вейном пропала еще и Анни.
– Именно. Она не могла что-то заподозрить там, на вечеринке?
– Алишер, Вейн ни при чем. Не нужно пытаться подтасовывать факты, – упрямо заявил Лестат и встал. – И он не уезжал. Как бы тебе ни нравилась идея сделать виноватым младшего отпрыска герцога Ларели, Вейн – придурок, но не предатель. Я ясно выражаюсь?
– Ясно, но если не Вейн, то кто-то другой. Прости, Лестат, – это очевидный факт, и я настойчиво предлагаю подумать, чья была идея устроить вечеринку.
– Моя… тут и думать нечего. И Вейна уговорил остаться я, так как Фидор не захотел и все равно свалил. А одному мне было скучно.
– И все же… – начал магистр, но его прервал стук в дверь.
– Магистр! – В кабинет заглянула Фиона. – Я принесла костюм для Вьюги.
Девушка вошла и присела на подлокотник дивана, рядом с Лестатом. К себе она прижимала вешалку с объемным костюмом, который скрывал чехол.
– Спасибо, – очень тихо поблагодарила я, не ожидавшая от блондинки хоть какого-то проявления дружелюбия.
– Не за что. – Девушка пожала плечами. – Это всего лишь вещи. Они никогда для меня не имели ценности. У меня их слишком много, как и денег. При таком раскладе перестаешь ценить и то и другое. Поэтому не думай, будто это мое проявление хорошего к тебе отношения. Просто я знаю, что сейчас всем нужна ты в рабочем состоянии. Если замерзнешь через пару часов на улице, мы никогда не отыщем пропавших.
Слова Фионы, хоть и были неприятными, не задели. Я действительно была ей благодарна.
Я решила, раз уж мне принесли костюм, инструкции я от магистра получила, то и задерживаться мне тут нечего. А вот Фиона осталась. Она была уже одета в теплые розовые штаны из легкого, почти невесомого материала, пропитанного магией. В таких не жарко в помещении и не мерзнешь на улице. Курточка висела у нее на руке. Я не могла поверить, что она одолжила мне такой же костюм.
– Еще раз спасибо, – сказала я. – Верну в том же состоянии.
– Не смеши меня, – отмахнулась блондинка и взглянула на меня свысока. – Я никогда не ношу вещи после кого-то. Он твой.
– Но… – начала я.
– Забирай и пользуйся.
– Я не могу. – Я покачала головой. – Это дорогая вещь, я его верну.
– А я выброшу. Ты останешься гордой и без костюма. Кому от этого будет проще?
Никому. Она права, поэтому я задумалась, но потом кивнула. Впрочем, блондинка уже потеряла ко мне интерес, она увлеченно слушала магистра Алишера, который инструктировал, как себя вести на улице, и высказывал свои идеи по поводу того, откуда лучше всего начать расчистку двора.
Меня вообще удивило, что Фиона решила выйти на улицу. Думала, она, как и Магда, отсидится в помещении. Впрочем, там ее парень. Говорили, они с Вейном были образцовой парой. Меня это удивляло. Просто Вейн был еще более безалаберный, чем Лестат, а Фиона слишком любила внимание, в том числе и других парней. Впрочем, я совсем не разбиралась в любви, особенно в любви высшего света.
– Виталина, у тебя осталось пятнадцать минут. Ждем тебя у входа, не опаздывай.
– Хорошо! – отозвалась я и кинулась к себе переодеваться, отметив, что Лестату ничего подобного Алишер не сказал. Принц так и остался у него в кабинете. Конечно, таким, как он, можно и опаздывать без проблем. Им вообще все можно.
Не знаю, почему меня это так взбесило, но в комнату я пришла в раздраженном состоянии. Там вскрыла чехол с костюмом, и злость отступила.
– Не любуйся, а надевай,– беззлобно фыркнула Тейна, которая сама уже облачилась. У нее костюм был сиреневый – тоже штаны и куртка с капюшоном, мне же достался светло-голубой, почти белый, с отороченным мехом капюшоном.
– Ну настоящая снежная ведьма, – с удовольствием резюмировала пифия, оглядев меня с ног до головы. – Нужно еще варежки.
– У меня есть.
– Зачарованные?
– Откуда? – усмехнулась я. – Овечьи.
– Не пойдет. – Пифия подошла к тумбочке в прихожей и достала из верхнего ящика пару белоснежных рукавиц. – Держи для полноты образа.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я. – Но не стоит. Правда.
– Ой, перестань. Я не люблю белый цвет. В прошлом году мне их подарила кузина, я не надевала ни разу, потому что белые вещи у меня пачкаются даже быстрее, чем я успеваю выйти из комнаты.
– А очищающее заклинание?
– Пифии вообще не очень сильны в бытовой магии, а я особенно. Пользуйся и не забивай голову ненужными мыслями.
На улицу мы вышли вместе. Меня удивили сразу два момента. Во-первых, количество народа – пришли почти все. Не было нескольких девчонок, включая Магду, и пары парней. И вовторых, Лестат уже спустился. Конечно, выглядел парень не как человек, готовый к работе, а как принц на горнолыжном курорте. Но он успел переодеться быстрее меня. Белоснежный костюм и такая же шапка, отороченная мехом, стоило признать, очень ему шли.
Магистр Алишер смотрелся полной противоположностью Лестата – его одеяние было черным.
– Все в сборе. Хорошо. – Магистр окинул нас внимательным взглядом и скомандовал: – Все воздушники и Вьюга – ко мне, вы будете управлять стихией и помогать транспортировать снег. Остальные – берем лопаты в руки и начинаем бодро разгребать.
– А откуда? – пискнул тонкий девичий голосок. Из-за объемной куртки и пушистой шапки, а также прикрывающего нос шарфа, я не смогла узнать его обладательницу.
– Ну как откуда? – удивился магистр. – От крыльца.
– И докуда?
– До заката! – мрачно фыркнул он.
Глава 7
Двор был завален по окна первого этажа, и лишь узенькие тропинки позволяли хоть как-то по нему передвигаться. Нам нужно было убрать весь снег, причем желательно и с дороги, ведущей в академию. Естественно, не за один день. Своими силами, вооружившись лопатами, всего с одной снежной ведьмой это было невозможно. Я отошла в сторону, чтобы рассмотреть фронт работ. Я могла поднять верхний слой снега, это было непросто, но если помогут воздушники, пожалуй, у нас получится сдуть его за забор академии на пологий горный склон.
Это было задачей номер один, с которой мы провозились почти до ужина (заканчивали уже с магическим освещением), а задачей номер два для меня было следить за зимними духами и не позволять им безобразничать, но как раз духи вели себя на удивление мирно. За несколько часов работы мы не обнаружили ни одного.
Я осознавала необходимость тяжелой и неинтересной работы и уныло направляла снежные потоки за пределы академии, и, признаться, мне было проще, чем тем, кто орудовал лопатой, но я не могла понять одного. Что мы ищем? Тела? Но это глупо. Кто в своем уме пойдет в снегопад, зная о последствиях? Если Вейн все же уехал, то, вероятнее всего, его накрыла лавина на дороге, это самый очевидный вариант. Но до места схода лавины мы просто не сможем добраться. Мне было жаль Лестата и его друга, но я сама думала, все случилось именно так. А вот куда пропала Анни? В этом случае строить планы оказалось сложнее. Она знала, что творится в академии, видела вьюгу за окном, была в курсе перекрытых дорог и того, что отсюда никуда нельзя уйти, и все же ушла? Бред. А если не ушла, то куда делась?
Мне помогали трое воздушников. Двое парней с первого курса и девушка со второго. С ними дело шло быстрее, я просто закручивала верхний, мягкий слой снега в вихрь, а они отправляли его за ворота.
В какой-то момент мы разделились. Снова начался снегопад, и я переместилась ближе к воротам, затерявшись в лабиринте снежных тропинок, чтобы было удобнее работать с падающими снежинками. Я не позволяла им залетать во двор академии, уводила снежную тучу, но получалось не очень хорошо. Слишком уж я выдохлась. Погода портилась, и небо затягивали чернильные тучи. Они сгущались, и вокруг меня начал закручиваться плотный снежный вихрь.
Впервые я чувствовала, что стихия сильнее меня, и это напугало. Сегодня снежная буря не слушалась. Она словно притягивалась ко мне, как к магниту. Точнее, ее притягивали ко мне. Снежные духи. Их было много. Они то тут, то там выныривали из вихря, тянули ко мне снежные руки, трепали волосы. Где-то мелькнул и исчез пушистый хвост, мелькнули бусинки глаз, и Писец растворился в снежном мареве, но другие не отступали. Они щипали щеки морозом, кидали в лицо пригоршни снега и обступали со всех сторон. Большинство из них не имело формы – просто скопище снежинок, которое при случае могло стать похожим на нелепую, очень схематичную человеческую фигуру или распахнувшую крылья птицу.
Они кружили рядом со мной, сжимая и уплотняя снежное кольцо, из которого я не могла выбраться. Голова кружилась, лицо одеревенело от холода, и я почувствовала, как отключаюсь и падаю на снег. Возможно, это то, что случилось с Вейном и Анни?
Лестат
Принц и лопата – сочетание само по себе комичное. Нет, я представлял, что это такое, и умел даже держать в руках. Когда ты учишься в академии для разных опасных представителей аристократии, в которых дури больше, чем благоразумия, преподавателям в общем-то наплевать, кто у тебя папочка. Ты уже на первом курсе имеешь честь познакомиться и с лопатой, и с веником, и с половой тряпкой. Мне вот лично последняя прилетела в физиономию от уборщицы-горгульи. Я тогда был в бешенстве и, помню, на всю академию орал, что тут уволят к духам подземного мира весь преподавательский состав.
Надо ли говорить, состав преподавателей академии не уволили, как и уборщицу, которая потом еще не раз прошлась по моей спине все той же тряпкой (мне кажется, она ее хранила и по сей день), и даже я остался учиться. Но физический труд не полюбил.
Мне было не тяжело, просто скучно. Любое механическое действие быстро надоедало. К тому же я понимал, вряд ли мы сможем найти Вейна или пропавшую девушку между фонтаном, статуей основателя академии, от которой сейчас из снега торчала одна рука, и тремя лавочками. Поэтому я развлекал себя тем, что наблюдал за Вьюгой, ловко управляющейся со стихией.
Ей удивительно шел костюм Фионы, пожалуй, даже больше, чем самой Фионе. Девушка была хрупкой, изящной, и смотреть на нее было приятно, но потом я завернул за угол, и Вьюга пропала из виду.
Естественно, завернул я не сам, меня туда отправил магистр Алишер, заметив, как я уже третий раз выкидываю типа снег с пустой лопаты. За углом стало совсем скучно, поэтому, заметив мелькнувший знакомый силуэт, я оживился. Подцепил немного снега на лопате и кинул в сторону Снежка. Зверь отряхнулся и по-собачьи припал на передние лапы, требуя, чтобы я поиграл с ним еще. Правда, за второй порцией снега он подскочил, но потом словно опомнился и подбежал ко мне ближе. Покрутился у ног, а после бросился по сугробу прочь, остановился в паре метров от меня и обернулся, словно спрашивая: «Ну как, ты идешь или нет?»
– Эй! Тебе что от меня надо?
Снежок, видя, что я не очень-то врубаюсь, какой реакции от меня ждут, терпеливо вернулся, не оставив на сугробе даже отпечатков лап, ткнулся носом в рукав и отскочил, уставившись черными бусинами глаз.
– Да что ты хочешь? – Я отбросил лопату в сторону и смиренно сказал: – Ну, пойдем. Показывай, что у тебя там?
Снежный дух словно понял, о чем идет речь, и резво почесал по сугробам, а я полез за ним. Хорошо хоть, Вьюга с воздушниками убрали верхний слой, и теперь снега было не по шейку, а всего лишь чуть выше колена. Идти неудобно, я же не пушистый Снежок, который бежал, легко перебирая лапами, я ночной кошмар, пугающий и прекрасный исключительно во сне, а так медведь медведем, который с руганью лезет по сугробам.
Снежок подпрыгивал передо мной, рассыпался снежнками, а потом снова в снежных завихрениях показывались любопытный нос и внимательные бусинки глаз. Дух крутился и всем видом выказывал свое нетерпение, а я мог лишь пыхтеть и приговаривать:
– Ты же видишь, я стараюсь! Знаешь ли, не очень люблю сугробы до колена. Нет у меня таких лап, как у тебя. Я очень надеюсь, то, что ты вздумал продемонстрировать, стоит внимания.
Мы отошли недалеко. Снежный дух вел меня к воротам. Наверное, я бы увидел это место даже от академии, если бы его не скрывал лабиринт из снега. Я прополз по сугробу и выбрался на тропинку. Лезть и дальше по снежному полотну было невозможно. Тут наметенный бархан достигал почти моей головы, пришлось обходить, и тогда я увидел, куда меня звал снежный дух.
Над поляной, вертикально и раскинув руки в стороны, висела Вьюга. Ветер сорвал с ее головы капюшон, а вокруг девушки плясали, обступая плотным кольцом, духи.
– Духи тебя… – заорал я, но заткнулся, побоявшись добавить «забери». – Вьюга!
Мой вопль должны были услышать даже за пределами академии, а духи на секунду испуганно отпрянули. Этого мгновения хватило, чтобы я мог кинуться вперед и успеть подхватить девушку, которая начала падать на снег. Вьюга буквально на секунду взглянула на меня пронзительно-голубыми глазами, в которых холодным ледяным светом сверкнула магия, и отключилась окончательно, а снежные духи кинулись ко мне.
Боги и отрекшиеся от меня родители, спасибо вам за то, что не жалели на непутевого сына артефактов. Кнопка вызова магистра Алишера всегда была при мне. Нужно было только рвануть ворот куртки и сорвать с шеи амулет, который болтался на тонкой цепочке. Алишер оказался рядом в тот же миг. Он занес лопату где-то на заднем дворе академии, а завершил движение здесь. Мне в физиономию прилетела куча мокрого снега, от неожиданности я потерял равновесие и рухнул в обнимку с Вьюгой в сугроб.
– Ну спасибо, конечно, – недовольно буркнул я, завозившись. Подумаешь, снег с лопаты магистра! Сейчас он был везде – и подо мной, и на лице, и за шиворотом, а еще обледеневшие волосы Вьюги лезли мне в рот.
Правда, магистр сразу же сориентировался в ситуации и организовал вокруг нас купол, защищающий от снежных духов. Только черные бусины глаз мелькнули обиженно из-за сугроба. Типа: «Зачем ты со мной так?» – «Ничего, друг, – подумал я. – Вечером приоткрою для тебя форточку, только приходи один, без этих вот вредителей. И тогда можешь снова потаять на моей кровати».
Не знаю почему, но я был уверен, дух меня понял, вильнул хвостом и разлетелся снежинками, Алишер взял из моих рук Вьюгу, а я смог подняться сам. От академии к нам уже бежали несколько человек. Я даже не вникал, кто именно. Был уверен, скоро рядом окажутся все.
– Что с ней? – напряженно спросил магистр, под защитой купола направляясь к академии. Он нес девушку, словно пушинку, легко и непринужденно, и меня это почему-то изрядно бесило. Впрочем, может, потому, что у меня просто дурной характер и меня бесит все?
– Не знаю. На нее будто бы напали снежные духи.
– Очень странно. А как ты понял, что ей нужна помощь?
Мы уже заходили в академию, и за нами бежала Тейна и еще несколько человек.
– Что с Вьюгой? – заорала пифия. И когда только успела привязаться к снежной ведьме?
– Тихо! – отрезал магистр, ничего не пояснив, и хлопнул входной дверью. Я едва успел просочиться за ним, и то меня едва не придавило тяжелой створкой. А остальные вообще не смогли попасть внутрь, похоже, Алишер наложил на дверь заклинание.
– Меня привел к ней один снежный дух. Странно, да?
– Как раз это и не странно, – отозвался магистр. – Снежные духи любят снежных ведьм. У них это заложено в природе. Ты уверен, что другие хотели ее убить?
– Они кружили вокруг нее, а она упала. Я не знаю, как иначе можно трактовать их действия.
– Ладно, разберемся, – ответил магистр. – Сейчас надо отнести ее в лечебное крыло.
Коридоры были пусты. Почти все студенты остались на улице, а кто не пошел, вместе с мегрессой Кассандрой обследовали подвалы. Обслуживающий персонал из низших умел оставаться незаметным, поэтому было так тихо. Только гулкое эхо шагов разносилось по словно вымершей академии.
Наверное, именно в этот момент пришло осознание того, как глубоко мы все влипли. Как я глубоко всех втянул. Ситуация с каждым днем становилась все хуже, и никто не мог в ней разобраться. Мне никто не мог помочь. Я всегда полагался на мать, отца, Николаса или Вейна, но сейчас оказался полностью отрезан от них. А сам… сам я не понимал, в какое именно дерьмо угодил.
Родители, разыгрывая свои карты, отрубили нам связь, только вот они не представляли, что тут творится. А если люди продолжат исчезать? А если с Вьюгой что-то серьезное?
– А в лечебном крыле есть кто-то?
– Конечно, дежурный лекарь.
– А их на праздники не отпускают?
Я понимал, что задаю идиотские вопросы, которые раздражают Алишера, но молчать было выше моих сил.
– Кто-то всегда остается, но сам понимаешь… – Магистр сделал выразительную паузу. – Это просто дежурный маг. Ушиб залечить или там головную боль снять…
– То есть Вьюге он не поможет?
– Мы не знаем, что с ней. Возможно, ничего серьезного.
– Но вы в это не верите?
– Лестат, вот в кого ты такой настырный? Это ты ее нашел, а не я.
Как же меня все бесило! В том числе и то, что я тащился, словно собачка на поводке, за Алишером. Вот какое мне дело до нахальной и доставучей снежной ведьмы? У меня своих проблем немало. Тот же Вейн, в смерть которого я не хотел верить, но и вестей о котором не было. Николас, опять же, родители. Мне стоило разобраться с этим, а не переживать из-за Вьюги. Но я сам не заметил, как оказался в лекарском крыле и, словно придурок, просидел в коридоре, пока лекарь проводил осмотр.
– Ну, что с ней? – Я кинулся к двери, когда оттуда показался магистр Алишер.
– Спит.
– Просто спит?
– Ну, по всей видимости, не просто, раз нам с мистером Валиосом не удалось ее разбудить. Лестат, я тебя хочу попросить, посиди с Вьюгой.
– Я похож на няньку?
– Она может проснуться, а мне нужно, чтобы рядом с ней кто-то был. Возможно, она вспомнит какую-то важную деталь. Она должна начать говорить сразу, пока воспоминания не стерлись. Детали быстро исчезают из памяти, а больше у нас ничего нет. Это не займет много твоего времени. Я пришлю кого-нибудь тебе на смену. Просто если ты забыл, то студенты заперты во дворе академии. А сейчас не лето. Надо бы их пустить в тепло.
– Позови Тейну, – сказал я. – Они вроде бы неплохо ладят.
– Хорошая идея.
Алишер отправился за пифией, я прошел в комнату, где на кровати лежала Вьюга. Сейчас она не выглядела ни вредной, ни самоуверенной, ни дерзкой. Наоборот, очень юная, трогательная и красивая с рассыпавшимися по плечам длинными русыми волосами.
Что же там произошло, снежная ведьмочка? Как получилось, что тебе навредила твоя же собственная стихия?
У меня не было ответа на этот вопрос, как и на многие другие. Я присел рядом с кроватью на стул и посмотрел на безмятежное бледное лицо девушки. Притронулся к щеке и понял, она холодная, а на ресницах будто иней. Может, Вьюга не спит, а замерзла? Хотя, когда люди замерзают, они ведь тоже проваливаются в сон? Николас, засранец, все же прав – нужно иметь свой багаж знаний, а не пользоваться нахально чужим. Мне сейчас не хватало и Николаса, который знал ответ на любой, даже самый глупый вопрос (а я никогда не стеснялся спрашивать), и багажа знаний, который я к своим двадцати годам не соизволил накопить, хотя у меня имелись все возможности для этого.
Я сидел и разглядывал Вьюгу. Тени от длинных ресниц на бледных щеках, мягкие пряди волос, обрамляющие кукольное лицо, и выражение безмятежности. Пожалуй, она была похожа на спящую принцессу из детской сказки. В один момент показалось, что ресницы Вьюги едва заметно дрогнули, и я наклонился ниже, пытаясь снова уловить это мимолетное движение, осторожно отвел со щеки прядь волос и не смог отстраниться. У нее были удивительные губы: красивой формы, выразительные, с легким капризным изгибом в уголках. Даже сейчас на них будто застыла едва заметная усмешка. Такие губы безумно хотелось поцеловать. Мысль еще толком не оформилась, а я уже услышал за спиной:
– Фу, Лестат, это попахивает некрофилией.
– Духи, Тейна! – Я вздрогнул от неожиданности и возмутился: – Умеешь ты бесшумно подкрасться и все испортить!
– Ну, прости. Не специально помешала, но это реально противно.
Пифия стояла в дверях, прислонившись к косяку, и смотрела на меня с таким выражением лица, что я реально не мог понять – это она серьезно или снова проявляет свое своеобразное чувство юмора.
– Я просто…
– Что ты «просто»? Целуешь девушку, когда она не сможет съездить тебе по морде? Раньше, помнится, у тебя таких проблем не было.
– Типа того. – Я усмехнулся и покачал головой. Эта девчонка всегда умудрялась заставать меня в идиотских ситуациях. – Просто я не понимаю, что делать. А знаешь, как писали в старых сказках… поцелуй принца может оживить красавицу.
– Я уверена, там речь шла не о тебе. И странно, что тебе не пришла в голову более очевидная идея.
– И какая же?
– Лестат, мне иногда и правда кажется, в вашей семье мозг ушел к Николасу, а тебе боги даровали только смазливую внешность. Что сейчас делает Вьюга?
– Не знаю… она без сознания.
– Она лежит, у нее закрыты глаза и размеренное дыхание. Ну же! На этот вопрос даже трехлетний ребенок смог бы ответить.
– Спит?
– Именно! – Тейна подняла указательный палец. – А кто у нас Властелин кошмаров? Это твоя территория. Узнай, что происходит у нее в голове. А поцелуешь, когда очнется, если, конечно, она оценит этот твой порыв.
– Предлагаешь заглянуть к ней в голову?
Пассаж про поцелуй я вообще предпочел проигнорировать. Не знаю, что на меня нашло. Но губы у нее действительно красивые.
– Думаю, ты уже пытался, – фыркнула пифия. – Это же твоя излюбленная фишка. Не со всеми, правда, срабатывает.
– Не со всеми, – согласился я и снова задумчиво посмотрел на Вьюгу. Возможно, в словах Тейны имелся смысл, но я не был уверен и в правильности решения, и в собственных силах. Что из этого получится? Где сейчас Вьюга и насколько безопасно будет мое вмешательство и для нее, и для меня?
Видимо, сомнения отразились на моем лице, потому что Тейна заметила:
– Мы, конечно, можем подождать. Сейчас сюда направляется Алишер, он еще раз поговорит с лекарем. Вдруг они придумают какой-то выход? Но знаешь что?
– Что? – послушно переспросил я.
– Не верю в их успех.
– Что вообще тут творится, Тейна, а?
– Ответ кроется в зеркале, не так ли, Лестат? – совсем другим голосом поинтересовалась Тейна и посмотрела на меня стеклянными глазами.
«Да какого кошмара тут происходит?» – про себя выругался я и порадовался, что тряхнувшая головой Тейна сбилась с мысли, но, кажется, не поняла, как в очередной раз ляпнула предсказание, и, слава духам, не помнила какое.
– Так ты решил? – немного помолчав, спросила она. Видимо, пыталась поймать нить разговора, но не успела.
– Я иду в душ, потом отправляюсь есть, а после, если Вьюга не придет в себя, попытаюсь найти ее во сне. Только… – я замолчал. – Нужно, чтобы кто-то был с ней на тот случай, если она проснется. И сама понимаешь, это должен быть не я. От меня толку будет мало.
– Я не собираюсь ее оставлять одну.
– Загляну после ужина, принесу тебе еду и заодно узнаю, как дела.
– Договорились. – Пифия кивнула и уселась на освобожденный мной стул.
Я уже был на пороге, когда в дверях появился встревоженный Алишер.
– Симон пропал, – с порога заявил магистр.
– Кто?
– Это один из воздушников, – пояснила Тейна. – Я видела, он работал вместе с Вьюгой. Ее точно надо привести в чувство. Есть какие-то новости о ее состоянии?
– Пока не знаю, пошел уточнять у лекаря.
Глава 8
Вьюга
Меня окружала темнота, и я не понимала, как вообще тут очутилась. Сначала все шло нормально. Потом я отвлеклась ненадолго, и меня обступили снежные духи. Я пыталась понять, что им нужно, и впервые не смогла. Обычно общение со стихией не вызывало проблем. Она была ласкова и послушна. Она повиновалась моим желаниям, но не в этот раз. Духи проявили агрессию. Возможно, они не хотели меня убить или причинить вред, но их поведение было непривычным. Оно меня пугало, я пыталась сохранить дистанцию, но чем сильнее я отгораживалась от своей стихии, тем настойчивее становились снежные духи. В итоге я потеряла сознание, оказалась затянута своей магией в небытие.
Наверное, можно сказать, она меня защитила. Из двух зол выбрала меньшее, решив, что магический сон лучше смерти. Только вот я оказалась в ловушке. Сознание было удивительно ясным, не путаным, как во сне, я хорошо осознавала происходящее, только вот проснуться не могла, просто блуждала в темноте, и со временем становилось все страшнее. Вдруг я останусь здесь навсегда?
Скоро я поняла, если очень долго всматриваться в темноту, то можно различить неясные силуэты, очертания каких-то вещей, вроде бы даже лавочек, иногда кривые стволы деревьев. Заняться было нечем, и я стала изучать свой новый мир как можно внимательнее. Сосредоточилась на дереве, растущем неподалеку, и чем дольше я на него смотрела, тем четче оно проступало в темноте. Покрытые инеем ветки, запорошенный снегом ствол. Значит, в моем мире зима? Это в целом очевидно. Какой мир может быть в бреду снежной ведьмы? Только зимний.
Следом за одиноким деревом появилась знакомая скамейка. Такие стояли у нас во дворе академии. На черную пустоту на уровне земли тонким слоем лег снег, и мой мир обрел очертания. Возле меня более четкие, хоть и черно-белые, а вдалеке размытые. Теперь я не висела в безвременье, но по-прежнему не понимала, как перемещаться с места на место, а главное, как отсюда выбраться.
Вглядываться и дальше в туманные очертания смутных предметов надоело очень быстро. Ничего нового в моем то ли сне, то ли беспамятстве я не видела и снова начала скучать и бояться. Что со мной происходит в реале? Сплю? Очень хотелось верить, что если все обстоит именно так, то меня хотя бы нашли и я не лежу сейчас всеми забытая в сугробе, как остальные пропавшие, – мелькнула нехорошая мысль, и я окончательно расстроилась.
Оказалось, если очень захотеть, то даже этим местом можно управлять. По крайней мере, в рамках тех локаций, которые мне доступны. Я сумела переместиться на лавочку. Не сразу, конечно. Сначала ничего не получалось, но потом я заметила, лавка стала ближе, потом еще ближе, и через какое-то время я зависла перед ней, а потом и вовсе сумела сесть. Это была победа – сидеть было значительно приятнее, чем висеть. По крайней мере, хотя бы чисто психологически.
С этого ракурса изменился вид. Я разглядела несколько растущих вдоль тропинки елок, тоже черно-белых, таких… словно недорисованных, схематично набросанные деревья и мелькнувшую между корявыми ветками тень.
– Эй! – окликнула я, жалея, что пока так и не научилась вставать, значит, не могу догнать смазанную, похожую на призрак фигуру. – Эй же! Стой!
Фигура замерла и даже сделала шаг мне навстречу, я подалась вперед, пытаясь разглядеть получше, надеясь, что под моим пристальным взглядом она, как и все остальное, обретет более четкие очертания, но произошло обратное. Силуэт побледнел и исчез, а я выругалась.
Лестат
После ужина Вьюга так и не пришла в себя. Тейна, когда брала у меня контейнер с едой, сказала, что магистр Алишер заходил два раза, потом заглядывал лекарь, они посовещались и ушли.
– Алишер тебя вспоминал, – поделилась подруга. – Думаю, он тоже понял, что твоя магия может ей помочь, но решил оставить разговор до утра.
– Я не буду ждать утра.
– Вот и я о том же. Что мне делать, когда она проснется?
– Если она проснется, Тейна, – поправил я. – Я еще не волшебник, только учусь. И входить в чужие сны у меня получается лучше, чем выбираться оттуда. И я никогда не пробовал вытаскивать кого-то вместе с собой. Вдруг не смогу ее вытащить? Я не очень хорошо представляю, как это работает. Мы не знаем, что случилось с Виталиной. Возможно, ее состояние нельзя в полной мере назвать сном, и я не смогу вообще до нее добраться.
– Перестань, – отмахнулась пифия. – Я знаю, все у тебя получится. Ты же Властелин кошмаров, принц и вообще везунчик. Императорскому роду вообще всегда сопутствует удача во всех начинаниях.
Меня всегда поражали ее энтузиазм и оптимизм. В такие моменты я не мог понять, Тейна просто всегда верит в лучшее или все же что-то видела, и ее уверенность базируется на чем-то, кроме веры в меня и победу добра над злом?
После разговора с пифией я отправился к себе. По дороге отказался от приглашения на вечеринку, которая называлась «обсудить случившееся и вспомнить Анни», проигнорировал попытки Фионы заманить меня к ним с Магдой «для обсуждения случившегося с Вейном» и спрятался от Алишера в темной нише. Почему, если у меня есть какие-то важные планы, всем от меня непременно что-то надо?
Я не любил путешествовать по снам знакомых. Чем меньше знаешь человека, тем комфортнее в его сне. Сон – это же очень интимное. Можно увидеть то, что не хотел бы знать. Чем крепче эмоциональная связь с человеком, тем сложнее влиять на его сон. Не знаю, это особенность моего дара или у всех так.
Мы с Вьюгой, с одной стороны, знакомы были мало – идеальный кандидат, в прошлый раз я попал в ее сон очень легко. Но с другой – я слишком много и часто о ней в последнее время думал. Уже стоило признать себе – она меня заинтересовала. С ней я не вспоминал о других.
Даже Магда, которая явно начала на меня охоту, оставила равнодушным, а ведь раньше она мне нравилась. Только тогда и она, и я знали: наши отношения не могут стать серьезными. Мне было все равно, а ей нет. Все девочки хотят выйти замуж, а богатые девочки хотят замуж удачно и не готовы тратить свое время и внимание там, где им ничего не светит. А сейчас я неожиданно обрел статус завидного холостяка, это если отец, конечно, не решит похоронить меня по-настоящему или не забудет о моем существовании. С него станется, скажет – погиб, и все будут делать вид, словно так и есть. А какой это Лестат тут ходит? Да мало ли сирот учится в академии.
Мысли были очень неприятными, мне не хотелось думать, что меня выкинут вот так из семьи. Есть еще мама. Николас, опять же. Он теперь важный человек, без пяти минут глава соседнего государства. Интересно, он меня приютит у себя, если попрошу, или проклянет?
Примерно с такими мыслями я добрался до своих апартаментов, скинул ботинки и завалился на кровать, скрестив руки за головой и закрыл глаза. К четвертому курсу заходить в мир снов я научился мгновенно, просто сначала был тут в реале – и вот уже в образе кошмара совсем в другом мире. Осталось только найти Вьюгу. Если она действительно спит, на это не уйдет много времени. Нужно просто о ней подумать.
Вьюга
Когда он появился, вокруг стало светло. Я сразу же поняла, Лестат где-то рядом. Мир начал меняться, обретая объем и краски. С ним место оживало. Я обернулась и замерла с восторженной улыбкой на губах.
Нет, это был все тот же пугающий Лестат из снов. У него имелись когти и клыки, а улыбка могла заставить обделаться кого-то слишком впечатлительного, но я все равно была рада его видеть. И похоже, эта радость отразилась на моем лице.
– Ну и забралась же ты, Вьюга, – заявил парень и сделал шаг вперед, а я залюбовалась рельефными мускулами его обнаженного торса. Интересно, не холодно ему среди снежинок? – Еле отыскал тебя.
– Спасибо, что пришел, – искренне поблагодарила я. – Мне было скучно.
– Еще бы! – Он фыркнул. – Темнота, уныние и никаких деталей. У тебя отвратительно скучный сон.
– Сначала тут вообще было просто темно. Как у тебя получилось преобразить все так быстро? Я мучилась, по ощущениям, вечность.
– Здесь не твоя стихия, маленькая снежная ведьма, а моя, – заметил Лестат. – Но сон все равно твой, поэтому тут снег и холодно. Ты не могла придумать мир потеплее? Если заметила, я без рубашечки.
Читать бесплатно другие книги:
