Ай-тере. Бракованный подарок Валентеева Ольга
– Я не спрашиваю, а утверждаю. Ты мне солгал. Это Кэтти натравила тебя на Дею. Что она приказала сделать?
– А тебе какая разница, ай-тере? – прищурился Эжен. – Хочешь сменить хозяйку?
Я рассмеялся. Сама мысль о том, чтобы Дея была моей иль-тере, казалась абсурдной. А потом стало жутко. Снова пройти тот же путь, что и с Хайди? С самого начала? Что угодно, только не это. Моя жизнь и так бессмысленна, хоть с одной иль-тере, хоть с другой. Хайди почти наигралась, а кто-то новый не угомонится, пока не воплотит все, что придет в голову.
– Боишься? – заметил Эжен. – Это место – бездна, мир темного Форро, но ты все равно боишься, что станет хуже.
Я пожал плечами. Возможно, он прав. Я боюсь. И не хочу этой жизни. Часть меня умирала каждый день, почти ничего не осталось, и только воспоминание об Элли было последним, что удерживало от падения в пропасть.
– Ты тоже боишься, – сказал я.
– Кэтти меня не сломать.
– Ошибаешься. Кэтти очень похожа на мою иль-тере. У ее фантазии не будет границ. И ты или сломаешься, или сойдешь с ума. Причем второй вариант предпочтительнее, потому что тогда реальность разожмет свои тиски.
– Нет.
Эжен говорил это не мне, а самому себе. Он был сильным человеком, я не сомневался в этом, но даже сильные ломаются, только их потом не восстановить.
– Что ж… Можешь возвращаться к Кэтти. – Я поднялся на ноги. – Наказание отменено.
– Нет! – Эжен тоже подскочил с пола. – Нет, прошу.
– Хорошо.
Так я и думал. Мальчишка просто выбрал легкий способ бегства. Но он еще не знает, что такое дисбаланс силы, когда ты горишь изнутри.
– Я зайду через три дня, – сказал ему. – И взгляну, выдержишь ты две недели или нет. Отдыхай.
Эжен тихо выругался. Я не нравился ему, он вызывал настороженность у меня. Хайди сглупила, отдав его Кэтти. Он стал бы неплохим дополнением к ее коллекции, она таких любит. С одной стороны, Эжену повезло, что Хайди его проморгала. Впрочем, не буду скрывать, я слегка приложил к этому руку, прикрыв его истинный потенциал от силы Хайди. С другой – разве Кэтти лучше? И Эжен – ее первый ай-тере, а сила так сладка. Так что завидовать нечему.
Я шел мимо своего кабинета, когда расслышал, как звонит телефон. Кто это в такое время? Уже наверняка перевалило за полночь. Не иначе как в голову Хайди пришла очередная безумная мысль.
Зашел в кабинет и поднял трубку.
– Да.
– Нэйт? – А голос-то не Хайди. – Нэйт, это Дилан. Приезжай, пожалуйста.
«Приезжай, пожалуйста»? От Дилана? Это что за чушь?
– Что стряслось? – спросил я.
– Хайди узнала, что у Рона есть девушка. Тут такое творится. Просто приезжай!
Понятно, Хайди там убивает Рона. А Дилан понадеялся, что я смогу помочь. Только зачем? Рон не был мне другом. Мы терпеть друг друга не могли, он легко подставлял меня при случае.
– Нэйт?
– Я еду.
И все-таки будет жаль, если Хайди в порыве «нежности» его убьет. Я быстро накинул полупальто и вышел из центрального корпуса. Автомобиль ждал в гараже. Приложил ключ-таблетку – и заработала панель управления. Тоже изобретение иль-тере, между прочим. Да здравствует сила «иль»!
Ехать было не так уж долго, и вскоре я входил в особняк Хайди – с личного входа, не через офис, как большинство тех, кто бывал здесь в гостях. Внутри стоял шум. Слышался звон бьющегося стекла.
– Нэйт? – Из тени ко мне кинулся Кайл, девятый ай-тере Хайди – и наименее вызывающий антипатию. Он был рыжеволосым и веснушчатым, но сейчас даже веснушки побелели на его лице.
– Что тут у вас? – спросил я.
– Она его убьет.
Даже не сомневаюсь. Да чтоб вас темный Форро прибрал! Я-то здесь при чем? Но уже приехал и отступать не собирался, быстро поднялся по ступенькам на второй этаж. Звуки доносились из общей гостиной. Я перешагнул порог – и замутило от тяжелого запаха крови. Рон лежал на полу. Он почти не шевелился. Все его тело покрывали кровавые полосы с прижженными краями – отпечатки силы Хайди.
Хайди стояла над ним. Она походила на древнее чудовище: глаза горели, волосы будто извивались змеями. Сила пульсировала в ее руках – наша сила, которую она и использовала против Рона. Хайди придала ей форму плети и снова ударила. Рон едва приподнял руку, чтобы скрыться от удара.
– Ты сам виноват, – приговаривала Хайди, нанося новый удар. – Что, решил, будто умнее меня? Ты, тварь.
– Хайди, ты убьешь его! – громко сказал я.
– А, Нэйт! – Она повернула голову. Ее глаза были абсолютно безумны. – Что, приехал поддержать товарища? Ты-то должен его понимать как никто другой.
– Прекрати. – Я подошел ближе. – То, что ты делаешь, глупо.
– Не смей мне «тыкать», мразь!
Хайди замахнулась на меня, но я увернулся от удара. Она зашипела, забыв о Роне. Прекрасный план, ребята. Теперь мы с Роном поменяемся местами, а меня она вряд ли прибьет. Логично, что уж там.
– Прошу прощения, госпожа эо Лайт, – добавил я презрительно.
– Скотина!
И Хайди снова замахнулась. Рон тихо застонал и отвлек ее внимание. Чью силу она тянет? Не мою. Кого же из ребят?
– Это ничтожество решило, что сможет крутить шашни за моей спиной. – Хайди вдруг отошла и рухнула в кресло. – А хочешь, я верну тебе клятву, Рон? Только твоя девчонка – не иль-тере, и неделю спустя ты приползешь ко мне на коленях и будешь умолять взять тебя обратно.
– Нет, – просипел Рон. Вот кому бы стоило помолчать!
– И откуда же вы узнали, госпожа эо Лайт? – поинтересовался я, снова отвлекая ее внимание.
– Добрые люди рассказали, – фыркнула она.
Кто-то из своих. Даже я лишь недавно и случайно узнал, что у Рона есть пассия – увидел его с девчонкой из окна авто. Но я тогда был без Хайди.
– Видимо, не такие уж и добрые, – сказал я.
– Снова испытываешь мое терпение? Ну-ну.
И Хайди рассмеялась. Выглядело так, будто она пьяна. Хотя это недалеко от правды. Она выкачала из парней столько силы, что сама едва держалась на ногах.
– Ладно, раз уж приехал, доверяю тебе почетную миссию довести меня до постели. – Хайди зевнула. – Этого оттащите в подвал, пусть подумает о жизни.
Последняя фраза предназначалась не мне, а еще десяти ай-тере, которые наблюдали из-за двери. Нет, они не были трусами, но только мне было плевать, что будет дальше, а им – нет. Я подхватил Хайди на руки и понес в спальню.
– Нет, ты представляешь, каков наглец? – бормотала она, прижавшись к моему плечу. – Если бы не Макс… Ой. Говорю, если бы не случайность, я бы ничего не узнала. Не знала бы, что милашка Ронни такая сволочь. Ты бы видел эту девицу! Взглянуть не на что!
– Может, он просто ее любит, – тихо ответил я.
– Ой, Нэйти, ты же знаешь, какой это бред! – Хайди пьяно рассмеялась. – Любовь-морковь. Хи-хи. Интересно, он ей сообщил, что слегка не свободен?
– Думаю, да.
Иначе как бы Рон объяснил их тайные встречи? Девушка должна была знать и понимать, на что они оба идут.
– Ты такой милый сегодня, Нэйт. – Хайди потрепала меня по щеке. – Даже разговариваешь со мной. А я думала, ты и вовсе разучился. А будешь дерзить, я тебе устрою то же, что и Рону.
– Воля ваша, госпожа эо Лайт, – ответил я.
– Конечно, моя, – радостно согласилась Хайди. – А теперь баиньки.
Я уложил ее в постель.
– Помоги хоть платье снять, дубина! – рявкнула она.
Пришлось послушаться. Платье отправилось на кресло, Хайди – обратно в кровать. Она хотела сказать еще что-то, но уснула раньше, чем договорила. Хоть что-то радует. Я развернулся и вышел из комнаты. В гостиной все еще царил разгром, но Рона здесь уже не было. Остались только следы крови на ковре. Почти сразу появилась прислуга, засуетилась, уничтожая следы того, что здесь произошло, а я пошел на половину ай-тере. Почти сразу меня перехватил Дилан.
– Спасибо, что приехал, – торопливо проговорил он. – Хайди как с цепи сорвалась. Мы пытались ее остановить, но сделали только хуже. К тебе она хоть как-то прислушивается.
– Я бы так не сказал. Как Рон?
– Без сознания, – ответил Дилан. – Слишком много силы потерял. Хайди использовала ее для создания плети.
– Скверно.
Дилан кивнул. Да уж, других слов не найдешь.
– Ума не приложу, как она узнала о Роне и Мэган, – еще тише добавил Дилан.
Значит, ему известно, что приятель бегает на свидания. Хайди права, эти отношения заранее были обречены на провал. Она бы все равно узнала и уничтожила все, что дорого Рону. Как бы еще до девчонки не добралась.
– Макс, – ответил я. – Эта тварь доложила Хайди, что Рон встречается с другой.
– Да чтоб он провалился! Не угомонится, гадюка!
Дилан сплюнул под ноги, прямо на дорогущий ковер. А я в кои-то веки был с ним согласен. Макс зарвался. Решил, раз Хайди уделяет ему повышенное внимание, значит, ему можно все. Или же таким способом хочет ее удержать.
– Ты бы был осторожнее, Нэйт, – вдруг добавил Дилан. – У Макса на тебя зуб. Наверное, боится, что Хайди достанется тебе.
– Могу подарить ему этот сомнительный приз с розовым бантиком, – хмыкнул я. – Что будем делать? Оставлять все так, как есть, нельзя.
– Тебя ли я слышу? – усмехнулся Дилан.
– Меня. Надо быть последней тварью, чтобы выдать одного из своих. Да, я тоже терпеть не могу половину из двенадцати, и Рона в том числе, но с докладом к Хайди не пошел бы.
Дилан отвел взгляд. Да, мы не были друзьями. Да, постоянно собачились, но понимали, что находимся в равных условиях. А вот Макс, похоже, забыл.
– Соберу всех, кто пожелает, – тихо сказал Дилан. – Мы зайдем за тобой?
– Да.
Я пошел в свою комнату. Пусть с остальными Дилан разговаривает сам, как старший из нас. Он был неплохим парнем и наименее поддавался влиянию Хайди, хоть открыто ей и не противоречил. Я понимал, что скоро Дилан надоест Хайди, и если я стану первым, от кого она избавится, то Дилан будет вторым. Он тоже это понимал. Впрочем, думаю, и без Хайди судьба Дилана сложится неплохо. Его хорошо знали как ландшафтного дизайнера, без иль-тере не останется.
Мне было любопытно, кто решится проучить Макса – и пойти против Хайди, потому что если обычно она закрывала глаза на потасовки между ай-тере, то своего любимчика однозначно будет отстаивать. Значит, нам влетит, и хорошо влетит. Не все на это пойдут. Мне же терять нечего. Об этом я думал, когда Дилан постучал в двери и сказал:
– Пора.
Глава 24
Как ни странно, нас было достаточно много – пятеро из десяти. Кроме меня и Дилана – Фред, Деви и Арчи. Остальные решили не попадаться иль-тере под горячую руку. Что ж, ожидаемо. Каждый дрожит за свое место, даже если это место у ног госпожи эо Лайт.
– План? – спросил я.
– Отсутствие любого плана, – усмехнулся Дилан. – Хайди спит, ребята мешать не станут, охрана снаружи. Так что идем в гости к Максу, он у себя в комнате, дрыхнет. Я заглядывал.
Отлично. Чем меньше шума, тем лучше. Комната Макса располагалась всего через несколько дверей. Я постучал. Тишина. Кивнул Дилану. Тот шагнул внутрь первым. Ребята не стали принимать звериный облик – слишком много чести. Мы и так справимся.
Макс спал, широко раскинув руки. Так может спать только человек с абсолютно чистой совестью. Видимо, он ничуть не раскаивался в том, что довел Рона едва ли не до смерти. И еще неизвестно, во что это выльется. Фред и Арчи подошли к кровати с боков, а Дилан столкнул Макса на пол. Тот подскочил, осоловело заморгал.
– Что вам нужно? – спросил он, будто не понимая.
– Укоротить твой язык, – ответил я и кивнул парням. Били они метко и сильно. Сейчас все было так же, как и всегда: моя задача – остановить их до того, как станет слишком поздно. И когда я понял, что дело становится опасным, встал между парнями. Они отступили, а я склонился над Максом и приподнял его за волосы.
– Слушай сюда, сволочь. И запоминай, я повторять не буду. Мне плевать, что происходит между тобой и Хайди. Плевать, что ты ей говоришь. Но если еще хоть раз твой поганый язык коснется одного из нас, я тебе его вырву. А если этого не сделаю я, помогут ребята. Ты меня понял?
– Убери руки, скотина, – забился он. – Хочешь оказаться в карцере?
– Ты меня услышал. Либо затыкаешься, либо мы вернемся.
– Рон сам заслужил!
– Чем? – Ярость поднялась откуда-то из глубины души. – Чем он заслужил? Тем, что полюбил кого-то, кроме Хайди? Так мы не ее собственность. Ты ведь такой же, как и мы. Думаешь, она ценит тебя больше? Как бы не так! Ты для нее забавная игрушка, зверек. Завтра ты ей надоешь, и она приведет другого ай-тере, а ты будешь стоять и смотреть, и вякнуть не посмеешь. Понял?
– Ты ничего не понимаешь! – Макс бился, пытаясь вырваться, но ребята пришли на помощь и держали его крепко.
– Я понимаю больше, чем ты. А ты, надеюсь, меня услышал, мразь. Еще одно слово, один косой взгляд – и я тебя убью. И мне плевать, что будет после этого со мной, мне все равно такая жизнь не нужна. Но я заберу тебя с собой.
Кивнул парням, и они выпустили это ничтожество. Жалко и руки марать. Макс, шатаясь, поднялся на ноги, вытирая капли крови с разбитых губ. Дилан плюнул ему в лицо, и мы пошли прочь.
– Будут проблемы, – сказал Дилан.
– Знаю, – ответил я спокойно. – И будет лучше, если заночую здесь. Хочу дождаться пробуждения Хайди и взглянуть, что будет дальше.
– Спасибо за помощь.
Я только кивнул. Спасибо? Все мы знали, что нам выйдет боком то, что произошло в комнате Макса. Но это было необходимо сделать, иначе в следующий раз кто скажет, чем все обернется?
В моей комнате царил полумрак. До восхода солнц оставалось еще несколько дней. Раньше я любил время великой ночи, да и сейчас сумрак казался более близким душе, чем яркий свет. Потому что у меня внутри царил сумрак, и я давно уже с ним не боролся. Лег и закрыл глаза. Спать не хотелось, несмотря на то что час был поздний. Мысли вернулись к колледжу. Я думал, как там сегодня справляются без меня, потому что юные иль-тере продолжали бушевать. И хотелось хоть как-то помочь их ай-тере, но кто позволит? В конце недели, в последний вечер великой ночи должен был состояться бал – общий день рождения для всех иль-тере. Хайди собиралась в колледж, и я заранее чувствовал неприятности. С годами я стал считать колледж своим, и, когда туда приезжала Хайди, мне все время казалось, будто по моей душе топчутся грязными ботинками. Так глупо. В моей жизни все – так глупо.
Не к ночи вспомнился отец. Он – один из тех, перед кем преклоняется даже Хайди. Один из членов правительства республики Тассет. Он был настолько уверен, что у меня проснется сила иль-тере, что отказался от нашего родства, как только понял, кем я стал. Так чего ожидать от чужих, если отказываются свои?
Перевернулся на другой бок и все-таки уснул, а проснулся оттого, что дверь комнаты с грохотом распахнулась. А вот и Хайди!
– Ты, мразь!
Я сел и уставился на нее. Хайди редко можно было застать настолько растрепанной, взъерошенной и злой. Обычно даже в порыве гнева она выглядела идеально.
– Ты кем себя возомнил? – Она кинулась ко мне, сжала плечи. – Думаешь, ты тут главный? Так вот, должна тебя разочаровать, главная здесь я.
И что ей наговорил Макс? Предупреждение не подействовало, а жаль. Что ж, тем хуже для него.
– Что ты молчишь?
А мне дали сказать хоть слово?
– Я ничего не сделал, – ответил спокойно.
– То есть то, что вы сотворили с Максом, – это ничего?
– А что мы с ним сотворили?
Хайди захлебнулась воздухом. Очевидно, она рассчитывала на мое смятение и страх, но никак не на спокойствие. А мне было плевать. Что бы она ни решила.
– Он весь в синяках.
– Он ничтожество.
– Не тебе решать!
Хайди наотмашь ударила меня по лицу. Я не стал уклоняться. Зачем? Проще всего скрыться за маской привычного безразличия. А Хайди распалялась все больше.
– Ты ответишь! – шипела она мне в лицо, напоминая ядовитую змею. – Немедленно ступай и извинись.
Что? Я даже поднялся с кровати и теперь нависал над Хайди.
– Нет.
– Я не ослышалась? – прищурилась иль-тере. – Ты мне перечишь?
– Я не стану извиняться, потому что был прав, – ответил ей.
Так забавно. Били мы Макса вместе, а виноватым он выставил меня. Дилан не ошибся, Макс мечтает от меня избавиться.
Хайди сжала кулаки. Я почувствовал, как меня коснулась ее сила, и слегка прикусил губу, так как знал, что последует дальше. Моя собственная магия тут же отреагировала, в висках застучало.
– Ну, давай, – усмехнулась Хайди. – Что ты будешь делать с таким объемом силы?
Стало жарко. Перед глазами поплыли алые пятна. А иль-тере все увеличивала натиск, стук усилился, моя магия разливалась по комнате, сжигая меня самого. Но я молчал. Извинений не будет. Лучше пусть все закончится.
– Упрямый осел! – Хайди убрала свою магию. – Пошел вон с глаз моих. И чтобы не появлялся, ясно? Вон!
Да пожалуйста. Я и так спал одетым, потому что ждал Хайди. Прихватил полупальто и пошел прочь. За спиной что-то зазвенело, разбиваясь. Я ускорил шаг. Сел за панель управления, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Ничего, пару недель продержусь. Думаю, этого будет достаточно. Потер виски. О том, чтобы вести лекцию в таком состоянии, не было и речи, поэтому вместо работы я поехал на окраину города. Там находилось старое кладбище. Учитывая, что Хайди следила за каждым моим шагом, я почти там не бывал, а вот сейчас наконец-то получилось.
Я оставил автомобиль у ограды и пошел по знакомым тропкам, слегка припорошенным снегом. Шел, пока впереди не замаячил простой белый обелиск, увенчанный двумя солнцами – Ингом и Форро. Здесь покоилась Элли. Еще две могилы рядом – те ай-тере, которым повезло больше, чем мне. Они погибли, защищая Элли, и остались с ней. Я присел прямо на снег и прислонился лбом к обелиску. Так становилось легче.
– Не беспокойся, я выдержу, какие бы дурные мысли ни бродили в моей голове, – шепнул Элли. – Все со мной будет в порядке.
Подул легкий ветер, снег полетел по темным бугоркам, спрятавшим чьи-то жизни, мечты и надежды. И мою любовь. Не знаю, сколько так сидел – час или два. Или чуть больше, а потом, пошатываясь, пошел прочь. Добрался до авто и повел его к колледжу.
Здесь полным ходом шли занятия.
– Вы вернулись, господин Нэйт! – появилась госпожа Киткин. – Я отменила все лекции, думала, вы уже не придете.
– И правильно сделали, – ответил я. – Отмените все занятия на ближайшую неделю.
– Вы не заболели? – обеспокоилась госпожа Киткин. – У вас жар.
Да, жар, и что с того? Меня переполняет сила, и будет только хуже. Жажды пока не было, но и она скоро появится.
– Немного, – ответил я.
– Индивидуальные тоже отменять?
– Нет. Я сам разберусь и перенесу.
Глупое упрямство, но я действительно думал, что справлюсь. А если не справлюсь, среди ай-тере Хайди появится одно вакантное место.
– Выздоравливайте, господин Нэйтон, – с сочувствием произнесла госпожа Киткин.
– Я постараюсь.
И пошел прочь. Сегодня у меня не было индивидуальных занятий с Деей. Зато было много работы, и остаток дня я отдавал распоряжения по поводу предстоящего бала. А потом всю ночь не мог найти себе места, чувствуя, будто живьем снимают кожу. Уже ближе к рассвету заглянул в карцер. Ай-тере Кэтти мирно спал. Что ж, мальчишка сильнее, чем кажется. Так что я оставил его в подземелье, а сам пошел в аудиторию, где мы обычно встречались с Деей. Сегодня занятие было назначено на шесть утра.
Моя студентка появилась без пяти шесть. Она выглядела чуть сонной и уютной. Медленно разложила письменные принадлежности, села за парту.
– Вы заболели, куратор Нэйтон? – спросила Дея встревоженно.
– А это так очевидно?
Я не собирался спрашивать, только подумал – и случайно озвучил.
– У вас щеки пылают, – ответила Дея.
– Ничего, пройдет, – отмахнулся я. – Пиши. Наша сегодняшняя тема: «Методы работы по раскрытию потенциала».
Заскрипела ручка, зашелестели страницы. Дея старательно выводила букву за буквой, а я больше смотрел в окно, чем на нее. Снова начался снегопад. Как только закончится лекция, соберусь и прогуляюсь пешком. Легче не станет, но хотя бы остужу немного голову.
– Что дальше? – тихо спросила Дея.
Я вздрогнул. Дальше? На чем я вообще остановился?
– Давай закончим на сегодня, – сказал ей.
– Да, конечно. – Дея покорно закрыла конспект. – Может, вам принять лекарство?
Я отрицательно покачал головой. Ничего не поможет, кроме силы иль-тере. Но извинений не будет. Это мое окончательное решение.
– Дея, а хочешь прогуляться?
Ничем иным, кроме сиюминутного затмения, я не мог объяснить, что меня дернуло предложить ей прогулку. Наверное, не хотелось оставаться одному – и в то же время хотелось. Все перепуталось, в голове царил хаос.
– Хочу, – ответила она, во взгляде мелькнула настороженность.
Моя студентка напоминала маленькую пугливую птичку. Скажешь неосторожное слово – и она улетит. Но в то же время она казалась мне безобидной. В ней было мало гнили, которой с лихвой хватало во многих других. Наверное, поэтому я ее и позвал, несмотря на то что постоянно избегал чужого общества.
– Тогда собирайся, жду у ворот через четверть часа.
Дея умчалась. Сам я зашел в кабинет, забрал брошенное на кресло полупальто и накинул на плечи, не застегивая. Мне и так было слишком жарко, бисеринки пота катились по лбу. Ничего, снаружи холодно, и станет легче.
Дея появилась на пару минут позднее меня. В том же учебном зеленом наряде и тонком пальтишке. Мелькнула мысль, что на этом наборе заканчивается ее гардероб, но сейчас мысли недолго держались в моей голове и вовсю разлетались в разные стороны.
– Идем, – сказал я ей и распахнул калитку сбоку от ворот.
Стоит отдать Дее должное – она не лезла с разговорами. Просто шла рядом, глазела по сторонам и молчала.
– Сколько тебе было, когда ты попала в колледж ди Хомфри? – спросил я.
– Девять, – ответила она и едва не упала, залюбовавшись на украшенную витрину. Огоньки сияли, разгоняя сумрак. Великая ночь – традиционно праздничное время, а восход двух солнц – начало нового года.
– Получается, после этого ты в городе бывала нечасто?
– Вообще не бывала. – Она пожала худенькими плечиками и снова засмотрелась на стеклянные украшения в витрине, пришлось ловить, пока не расшибла нос. – У меня нет родственников, и, когда другие девочки и мальчики уезжали на летние каникулы, я оставалась. Это были самые счастливые дни в году.
– Почему? – бездумно спросил я.
– У меня были не самые миролюбивые соседки по комнате, и когда они уезжали, я могла насладиться покоем. Так что в город я не выбиралась. Хотя, если честно, когда я жила с родителями, мы тоже нечасто выходили из дома.
– Почему? – повторил я вопрос, почти не задумываясь над ее словами.
– Не знаю. Сейчас мне кажется, что мы от кого-то скрывались. Но папа работал, так что, наверное, я ошибаюсь. Может, мои родители просто были домоседами.
– Возможно, – ответил я, вспомнив блистательные выходы в свет собственных матери и отца. Вот уж кто точно дома не сидел. Впрочем, мне тоже нравился такой образ жизни до определенного времени. Пока не стало ясно, что он не для меня.
– А ваши родители? – раздался голос Деи. – Вы с ними не видитесь?
– Нет, – ответил я. – Думаю, они слишком во мне разочаровались, чтобы продолжать считать сыном. Но я их не виню. Скорее всего, сам поступил бы так же.
– Неправда.
Мы уставились друг на друга. Что ж, Дея права. Неправда, я бы так не поступил. Но к чему гадать? У меня не будет семьи, так что и вопрос глупый.
– Ух ты!
Дея снова вырвалась вперед, едва ли не прижалась носом к очередной витрине. За ней был большой кукольный дом с гостиной, кухней, спальней. Кукла-мама в переднике стояла на кухне у плиты, кукла-папа в гостиной смотрел телевизор, а дети возились с игрушками. Да, Дея еще совсем ребенок, несмотря на то что ей уже исполнилось шестнадцать. И видно, что не наигралась в подобные игрушки.
– Простите.
Она заметила мой взгляд и покраснела, и дальше чинно шла рядышком, стараясь не слишком засматриваться на очередные диковинки. Мы дошли до моста через реку, сейчас скованную льдом. С неба падали большие снежинки. Я облокотился на перила, и снежинка упала прямо на кончик носа. Дея тихо рассмеялась.
– Вам к лицу, – сказала она.
Я смахнул снежинку и улыбнулся. К лицу? Ну-ну.
– А вы будете на балу в честь окончания великой ночи? – спросила Дея.
– Буду, – ответил я, а сам подумал: «Если смогу стоять на ногах». Но сдаваться было рано, да и не привык я сдаваться. Так что да, буду. Чего бы это ни стоило. – Идем. Нам пора возвращаться.
Мы повернули назад. Дея снова бросала печальные взгляды на витрины.
– Подожди здесь, – приказал ей и вошел в один из магазинчиков, а вернулся с розовым кулоном-каплей. Под ее праздничное платье подойдет. Кажется, оно ало-золотое.
– Это что? – Дея уставилась на кулон в моей ладони.
– Подарок на прошедший день рождения, – ответил я, передавая ей украшение. – Извини, кажется, я слегка испортил тебе праздник. Считай, что это компенсация.
– Не надо было. – Дея покраснела и поправила золотистый локон. – Но спасибо, он очень красивый.
Она аккуратно застегнула кулон на шее и спрятала под одежду. Что ж, надеюсь, он принесет ей удачу. Мы оба замолчали. Я пытался справиться с очередной волной жара – сила так и норовила выйти из-под контроля. О чем думала сама Дея, мне неизвестно. Я не спрашивал. Мы остановились только во внутреннем дворе колледжа.
– Спасибо за прогулку, господин Нэйтон, – улыбнулась Дея.
– Не за что, – ответил я. – Увидимся на занятии завтра утром.
Она кивнула.
– До завтра.
И поспешила к женскому крылу, а я направился к мужскому. Только внутрь не заходил, а обошел здание и углубился в парк. Здесь в зимнюю пору было совсем пусто – студенты предпочитали теплую и уютную оранжерею в самом колледже. А мне хорошо было здесь. Я ушел вглубь парка, сел на скамейку и сидел долго-долго, пока даже жар моего тела не смог бороться с холодом, и я замерз. Тишина… Вот чего мне хотелось. Мысли постепенно приходили в порядок, обретали равновесие. Да, они по-прежнему были безрадостными, но и что с того?
Я протянул ладонь и ловил кружащиеся снежинки. Говорят, каждая снежинка неповторима. В темноте я едва мог их разглядеть, но знал, что это действительно так. Вот только стоит сжать ладонь, и снежинки исчезнут. Все прекрасное очень хрупко. Его так легко сломать и уничтожить.
Читать бесплатно другие книги:
