Ай-тере. Бракованный подарок Валентеева Ольга

Глава 19

Таков закон природы: каждому иль-тере нужны ай-тере, и наоборот. Хайди всегда это знала. А еще ей были известны все места, где можно купить ай-тере – как дорогих, так и дешевых, годных разве что в подарок студенткам. Да, Хайди обеспечивала выпускников второго курса первыми в их жизни ай-тере. Кстати, чаще всего их продавали куда-нибудь сразу после выпуска. Лишь немногие задерживались рядом с бывшими студентами колледжа эо Лайт.

Для того чтобы мальчики и девочки набили руку в управлении ай-тере, сойдет и дешевый товар. Джо мог его предоставить, а Хайди – оплатить опт. Поэтому они продолжали сотрудничать столько лет. Вот и сейчас Хайди знала, что Джо уже припас для нее лучшие варианты. Сорок ай-тере для ее двенадцати третьекурсников. Кому-то повезет, и он попадет в колледж эо Лайт, будет тренироваться вместе со своим иль-тере, постигать азы взаимоотношений сил. А кому-то – нет, и он останется издыхать в тесных комнатушках фабрики Джо.

Хайди покосилась на Нэйта. Он даже не смотрел в ее сторону. Эдакая глыба, с которой так просто не справишься. Господин Спокойствие, великий и непревзойденный. Минувшая ночь оставила неприятный осадок. Нэйт снова вел себя в постели так, будто она его как минимум пытает. И сейчас продолжал отстраненно глядеть перед собой. И что он хотел там рассмотреть? Завтрашний день? Хайди хмыкнула и отвернулась. Глупый мальчишка! Попал бы на такую «фабрику», понимал бы, насколько ему повезло. А что творится за дверями «фабрики» Джо, Хайди прекрасно знала. Не все быстро смирялись с судьбой ай-тере. Ой не все.

Автомобиль остановился. Нэйт вышел первым, раскрыл зонт, защищая от мокрого снега, и подал руку. Хайди пожалела, что не надела закрытую обувь, но не ехать ведь домой переобуваться. Она прошла к серому длинному барачному зданию – одному из десяти. Вратам в мир темного Форро, как называла «фабрику» Хайди.

Джо ждал ее. Это был высокий статный мужчина, который обожал хорошие сигары, и Хайди частенько присылала ему небольшие подарки, чтобы тот не забывал одну из самых благодарных клиенток.

– О, госпожа эо Лайт! – Джо шагнул вперед, коснулся губами ее руки. – Я счастлив видеть вас.

– Товар готов? – спросила Хайди.

– Ждет в третьем отсеке, – ответил Джо с улыбкой. Отсеками называли эти самые бараки.

– Что ж, взглянем на него.

Хайди едва сдерживалась, чтобы не потирать руки. Да, ай-тере достанутся не ей, и уровень выкормышей Джо обычно довольно невысокий, но все равно интересно!

– Сюда, госпожа эо Лайт. – Тот едва ли не стелился ковриком под ноги.

Хайди и Нэйт прошли через ряд грязных бараков и остановились у наглухо закрытой двери. Джо постучал особенным стуком, и дверь отворилась. На пороге замер помощник Джо, имени которого Хайди не знала и знать не желала, но частенько видела этого громилу.

Ее провели по длинному полутемному коридору. Еще одна дверь – и зажегся яркий свет. Узенькие камеры-комнаты тянулись вдоль стены. Внутри помещалась только койка и отхожее место. Для некоторых из тех, кто попадал к Джо, и это было роскошью, потому что он находил их на улицах. Некоторые, как и в случае с торгами, приходили сами с мольбой о помощи в поиске иль-тере. Кто-то погибал здесь, кто-то обретал судьбу.

– Прошу, выбирайте. – Джо призывно махнул рукой.

Хайди шла через ряд камер, словно королева, и только указывала:

– Этот… Эта… Этот…

Грязные, испуганные мальчишки и девчонки. Хайди сверялась со списком выпускников второго курса, изучала потенциал возможных ай-тере. Как и предполагала, чаще всего он оказывался довольно низким. У некоторых – около среднего. Их Хайди и отбирала для своих студентов. Будет еще несколько дней, чтобы привести ай-тере, измученных первыми проявлениями силы, в надлежащий вид. У предпоследней камеры-комнатки Хайди задержалась и даже хмыкнула. Мальчишка – ай-тере с огромными голубыми глазами, и он смотрел на нее с вызовом. Было бы вакантное место, забрала бы себе. Тем более потенциал неплох. Но, увы, он не составит конкуренцию Нэйту. А вот для студенток прикупить можно, все равно стоить будет копейки. А кто сможет прижать его к ногтю, Хайди еще подумает.

– Ровно двенадцать, – сказала удовлетворенно. Юношей и девушек выпустили из камер, и они замерли перед Хайди. Кто-то тихо всхлипывал, кто-то смотрел в пол. Отребье, мусор, который может послужить какое-то время.

– Доставьте в колледж сегодня вечером, – приказала Хайди Джо и кинула вышитый кошелек с деньгами. Он не пересчитывал. Знал, что там всегда чуть больше, чем договаривались. Только подобострастно поклонился.

– Конечно, госпожа эо Лайт. Все сделаем так, как вы прикажете.

– И вымойте их, – поморщилась Хайди. – От них неприятно пахнет.

И пошла прочь, чувствуя меж лопатками ненавидящий взгляд Нэйта. Но какое ей было дело до его ненависти? Пусть ненавидит, так даже интереснее. Любви ей хватало и без него.

Автомобиль все так же ждал у входа. Нэйт занял место за панелью управления, а Хайди села и откинулась на спинку кресла.

– Мерзкое местечко, да? – Она усмехнулась уголками губ.

– Не более, чем остальные, – ответил Нэйт.

Да, коротко и ясно. Для него все места, где иль-тере находили себе ай-тере, казались плохими. Хайди только пожала плечами.

– Примешь двенадцать ай-тере утром в колледже, – сказала она. – Проследи, чтобы не принесли с собой вшей. И распорядись, чтобы подготовили форму. Комнаты для третьего курса распределены?

– Да.

– Что ж, по мере вхождения студентов в силу будем проводить обряд привязки. Я тоже на днях загляну. Посмотрю, как третьекурсники справляются с новыми обязанностями. А того мальчишку из последней камеры прибереги для Кэтти. У него явно непростой характер. Думаю, им будет интересно друг с другом.

И наблюдать будет интересно, мысленно добавила Хайди. Нэйт промолчал. Он казался полностью сосредоточенным на дороге и далеким как никогда. Нэйт Нэйт! Жаль, что рано или поздно с ним придется расстаться. Наверное, дело привычки. От любой привычки тяжело избавиться, и от Нэйтона тоже непросто.

Наконец автомобиль остановился. Нэйтон загнал его в гараж и уехал на своем, а Хайди прошла в дом. Здесь было непривычно тихо: после вчерашнего праздника большинство парней еще спали. И только Макс появился на лестнице.

– А, это ты, – улыбнулась Хайди, позволяя снять с нее меховое манто, не дожидаясь прислуги. – Где все?

– Кто спит, кто играет в карты, – хмыкнул Макс.

– А тебя не берут? – Хайди ласково потрепала его по щеке.

Она знала, что другие ай-тере ненавидят Макса. И думала, что это из-за ревности. Она действительно стала проводить с ним слишком много времени. Да, он оставался ай-тере, то есть однозначно низшим. Но при этом сумел отвлечь ее от Нэйтона и заполнить своим присутствием долгие дни. Милый мальчик, только очень глупый, если рассчитывает, что у их интрижки будет продолжение.

– Как покупки? – спросил Макс, пока они поднимались вверх по лестнице.

– Да как? – Хайди пожала плечами. – Новая партия мусора, но для колледжа сгодится.

Покосилась на Макса, ожидая реакции, но он продолжал лучезарно улыбаться. Хороший мальчик.

– Есть кто-то интересный?

Будто ему действительно хотелось знать.

– У Джо редко бывает кто-то интересный. – Иль-тере пожала плечами. – Но у одного мальчишки неплохой потенциал, как ни странно. Думаю, он не из нашей страны, слишком дерзкий. Да и внешне отличается.

– Тогда откуда? – Макс открыл перед ней двери пустой гостиной.

– Мм. – Хайди мельком взглянула в зеркало и поправила вьющиеся волосы. – Откуда-то с севера, скорее всего. Белобрысый, голубоглазый.

– А правду говорят, что на севере к ай-тере другое отношение?

– А тебе чем-то не нравится мое отношение, милый? – Хайди поманила его пальчиком и взглянула глаза в глаза.

– Что вы, госпожа эо Лайт. – Макс мягко улыбнулся. – Это просто праздное любопытство.

– Любопытство – тот еще порок. – Иль-тере качнула головой. – Да, на севере действительно другая ситуация. Там ай-тере считаются равными, представляешь?

И вернулась к зеркалу. Попыталась выискать в лице намек на морщинки, но их не было. Хайди довольно улыбнулась, а Макс замер за ее спиной и принялся массировать плечи. Его хозяйка выгнулась, едва не замурлыкав.

– У тебя очень чуткие руки, – сказала она. – Ты никогда ни на чем не играл?

– Нет, – ответил Макс. – У меня рано выявили силу ай-тере и забрали из дома. Я даже не завершил общее образование.

– Это поправимо. – Хайди придвинулась ближе, чтобы Максу было удобнее массировать ее плечи. – Я найму учителей.

– Благодарю, госпожа эо Лайт. – Губы Макса мягко коснулись шеи.

Да, Макс обладал не только прекрасными навыками массажа. В другом он тоже был хорош. И если бы не сила ай-тере, Хайди, возможно, сделала бы его постоянным любовником, перекроила под себя. Впрочем, почему бы и нет?

– Знаешь…

Она развернулась к двенадцатому ай-тере и провела кончиками пальцем по его груди, даже сквозь тонкую ткань рубашки ощущая жар. Обвела контуры сосков, скользнула ниже, и Макс сдавленно выдохнул сквозь зубы. В отличие от ледяного Нэйта он действительно желал ее.

– Знаешь, – повторила Хайди, – ты нравишься мне, Макс. Очень нравишься. Так что старайся и можешь многого добиться.

– Я сделаю для вас все что угодно. – Макс подался вперед, навстречу ее рукам, и закусил губу, когда пальчики Хайди прошлись по напряженному члену. – Госпожа!

– Слушай, Макс. Слушай, что говорят мои ай-тере. Стань моими ушами и глазами.

– Да, моя госпожа.

Макс глядел на нее широко распахнутыми глазами. Юный и глупый, если верит, что может подняться до ее уровня. Но он может быть полезным, и Хайди поцеловала наивного мальчишку, позволила обнять себя. Она чувствовала, как срывается его дыхание, как сам он дрожит в предвкушении, а магия ай-тере свивается в кокон, ограждая их от мира и наполняя саму Хайди. Хороший мальчик, пусть послужит своей госпоже!

Уже позже, лежа в постели рядом с разомлевшим Максом, пьяным от энергии и силы, Хайди решила продолжить разговор.

– А скажи-ка мне, милый. – Она приподнялась на локте, провела пальчиками по его груди. – Что нового среди моих ай-тере?

Макс на минуту задумался о чем-то, а затем все-таки ответил:

– Мне кажется, у Рона появилась подружка, госпожа эо Лайт.

– Что? – Хайди едва не выпрыгнула из кровати.

– Подружка, – робко повторил Макс. – Он все время куда-то убегает, пока вас нет. Я мог бы проследить…

– Что ж, проследи, – перебила его Хайди.

Немыслимо! Да, иль-тере и ай-тере не связывали любовные отношения, но она никогда не позволит, чтобы у ее ай-тере были другие женщины! Еще и у Рона, который сам здесь без году неделя. Видимо, она отвлеклась на Макса, и ай-тере почувствовали излишнюю свободу.

А вот Макса надо поощрить. Хайди поцеловала мальчишку и пообещала себе, что займется его обучением. Ум у него был, а образование – дело наживное. Зато Макс расскажет ей обо всем, что говорят ай-тере, что они делают, и предупредит, если кто-то из них решится предать свою госпожу.

Глава 20

Дея

За окнами было непривычно темно, в расписании отсутствовала первая пара, и я никак не могла заставить себя подняться с кровати. Хотелось спать, спать, спать. Можно до самого вечера. Но кто мне дал?

– Дея, вставай, соня, – послышался бойкий голос Лонды.

– Вставай! – присоединилась к ней Сиара.

Если я все еще не подружилась с соседкой по комнате, то мои подруги с ней поладили.

– Дайте поспать! – взмолилась я.

– Нет! – Таисия стащила с меня одеяло, и я потянулась за ним, чтобы вернуть тепло – в нашей комнате было довольно прохладно.

– С днем рождения! – завопили девчонки в один голос, а я широко открыла глаза. Они-то откуда узнали?

– Спасибо, – пробормотала смущенно.

– Хватит валяться в постели, – потянули меня мучительницы. – Умывайся, и пойдем на завтрак. У нас впереди целый день! Сразу после пар будем праздновать.

– Прости, нам нечего тебе подарить. – Сиара развела руками. – Пока не доскрипим до третьего курса, из колледжа нас не выпустят. Но зато мы кое-что придумали, только это сюрприз.

Кажется, мне все-таки повезло с соседкой.

– А я даже не знаю, когда у вас дни рождения, – ответила сокрушенно.

– У всех в этом месяце, сама понимаешь, – рассмеялась Лонда. – Так что устроим один праздник на четверых. А в конце месяца будет прием, и родственникам разрешат нас навестить.

Слова о родственниках кольнули болью, но я загнала ее глубоко-глубоко. Нет, не буду грустить. Буду праздновать! Впервые за много лет. Поспешила умываться, красиво заплела волосы, и мы дружной гурьбой побежали на завтрак. Даже заносчивый вид Кэтти не испортил мне аппетит. Ее ай-тере вяло ковырял ложкой в каше, а Кэтти о чем-то распиналась перед подругами.

– Не повезло парню, да? – прошептала Лонда.

– А мне кажется, они два сапога пара, – тихо сказала Сиара.

– И мне так кажется, – кивнула я.

На этом мы забыли о Кэтти. Завтрак казался по-праздничному вкусным, а пары – как никогда интересными. Я изнывала от нетерпения, чтобы узнать, какой сюрприз подготовили девчонки. Но вот последняя пара осталась позади, а впереди был целый вечер.

– Идем! – потащили меня подружки.

За непродолжительное время, прошедшее после переезда, я еще не успела заметить, что в конце коридора есть небольшая дверь. Дернула за ручку – заперто.

– Та-дам! – Сиана с видом фокусника достала из кармашка ключ и открыла замок. В лицо ударил свежий воздух. В полумраке мы поднялись по крутым винтовым ступенькам и оказались на крыше. Она была плоской, и отсюда открывался такой прекрасный вид! Да, было темно, но город весь светился огоньками и переливался красками. А кружащиеся белые снежинки создавали ощущение сказки. Я раскинула руки в стороны и счастливо рассмеялась.

– Смотри, не упади, – напутствовала Лонда. – Иди лучше сюда.

Оказалось, что девчонки спрятали на крыше пледы и корзинки с едой.

– Откуда это? – изумилась я.

– Третьекурсникам для выполнения заданий можно выходить в город, – подмигнув, сообщила Сиана. – А у меня жених на третьем курсе учится.

Ух ты! А я и не знала. Да и откуда мне знать?

– Надеюсь, ему за это не влетит? – спросила я соседку.

– А кто расскажет? – фыркнула она. – Мы все съедим, и следов не останется.

Мы быстро расставили на пледе тарелочки. Я уже не стала спрашивать, откуда они, потому что устала удивляться. Разложили на них нарезанное мясо, хлеб, фрукты, а затем Лонда извлекла из тайника бутылку вина и стаканчики.

– Ой, не надо! – испугалась я.

– Надо, – заверили подруги. – Совсем чуть-чуть, в честь праздника.

Вино полилось в стаканчики, в воздухе поплыл его терпкий аромат.

– С днем рождения нас! – сказали мы дружно, и приятные нотки заиграли на языке.

Вино оказалось легким и вкусным, еда – восхитительной. Мы заразительно смеялись, а я сама не заметила, как от нескольких глотков вина совершенно опьянела.

– А знаете, я так скучаю по куратору Нэйтону, – жаловалась девчонкам, совсем не думая, что говорю. – Раньше он учил меня всему, рассказывал, а теперь и не подходит. Даже не поздравил, что я сдала успешно экзамены. Точнее, буркнул что-то, и все.

– Так скажи ему об этом! – Лонда выпила чуть больше меня, и теперь размахивала стаканчиком, и винные капли летели во все стороны.

– О чем? – Я уставилась на нее.

– Что соскучилась. И вообще, требуешь индивидуальных занятий.

– Нет. – Я покачала головой. – Это все равно ничего не даст.

– Не попробуешь – не узнаешь, – поддержала Лонду Сиана. – Немедленно ступай к куратору!

– Но как? Ночь уже! Если он в колледже, то в мужском крыле, а не в женском.

– Преподаватели живут на первом этаже, – задумчиво сказала Таисия. – Нам всего лишь надо обойти замок и влезть в окно. Точнее, тебе надо.

– Окно будет закрыто.

– Ты почем знаешь? Идем!

Девчонки потащили меня вниз по лесенке. Оказывается, она спускалась почти до самой земли. Как мы не запутались в длинных платьях – не знаю, но десять минут спустя все вчетвером уже крались к окнам мужского общежития.

– Вот его окошко! – Сиана ткнула пальцем. – Когда мы гуляли в парке, я видела, как господин Нэйтон стоял у окна. Смотри, приоткрыто!

– Нет, не пойду! – Я замотала головой. – Он не так поймет.

– Так ты сразу объясни, что пришла из любви к науке, – потребовали девчонки. – Давай же, Дея.

И подтолкнули меня в спину, я сделала шаг вперед, а они спрятались за подстриженными вечнозелеными кустами. На трезвую голову я никогда бы не совершила подобного! Но вино сыграло злую шутку, и вот уже глупенькая Дея осторожно перелезала через подоконник.

В комнате было темно. Я подождала, пока глаза хоть немного привыкнут к непроглядному мраку, и смогла различить очертания мебели. Пошарила рукой перед собой, сделала шаг, стараясь не шуметь. Видимо, куратор Нэйтон ночует не в колледже. Вдруг показалось, что слышу тихое дыхание. Мне бы уйти, но вместо этого сделала еще шаг, и еще. Наткнулась коленками на какую-то мебель – кажется, кровать, протянула руку, чтобы убедиться в своей правоте, и натолкнулась на голое мужское плечо.

Я не сразу поняла, что случилось, только вдруг воздух выбило из легких. Я упала спиной на матрац, а надо мной навис куратор Нэйтон. Руку пронзила боль – он держал крепко, не давая возможности пошевелиться, и дышал так часто, будто вот сейчас ударит.

– Простите, – пробормотала я.

– Дея?

Железная хватка разжалась, и я тихо застонала от боли в запястье. Чужой вес исчез, зашуршала одежда.

– Что вы здесь делаете? – донеслось из темноты.

– Может, зажжете свет? – спросила я, чувствуя, как быстро выветриваются остатки опьянения.

Лучше бы он этого не делал! Если до этого я подозревала, что Нэйт зол, то теперь убедилась в этом воочию. Он смотрел на меня, как на преступницу. Еще хуже, чем во время истории с браслетом. Тогда в его глазах было безразличие, а сейчас – презрение и ненависть.

– Простите, – прошептала снова, осторожно поднимаясь с кровати.

– Вы что здесь делаете? – грозно спросил Нэйт.

– Такая глупость… Честное слово… – Я медленно отступала к окну. – Понимаете, у меня сегодня день рождения…

– И вы решили меня пригласить? – Губы Нэйтона изогнула кривая усмешка. Я никогда не видела его таким.

– Да. То есть не совсем. Я просто хотела попросить… Но лучше в другой раз, да?

– Если не вылетите из колледжа за проникновение на мужскую половину в комнату преподавателя.

– Не надо, пожалуйста, – взмолилась я. – Это ошибка, случайность, глупый спор с девчонками. Я только хотела попросить вас еще позаниматься со мной, потому что мне не хватает ваших лекций. И…

– Вы пили?

Я замерла, понимая, что мне конец.

– Дея, я вас спрашиваю. Вы пили?

– Немного.

Глупо отрицать очевидное. Наверняка от меня до сих пор пахло вином.

– Откуда взяли?

Я молчала.

– Дея, или вы говорите мне, откуда взяли алкоголь, или немедленно окажетесь за стенами этого колледжа!

Лицо Нэйта казалось страшным, будто передо мной был другой человек. И я боялась этого человека!

– Не могу. – Я закрыла лицо руками. – Этого больше не повторится, куратор Нэйтон. Точнее, не куратор… Да какая разница? Это в последний раз, честное слово!

– Отвечайте или собирайте вещи.

– Не могу.

– Дело ваше.

Нэйтон перехватил меня за локоть и потащил за собой. Только не через мужское общежитие, а обратно в окно: выбрался сам, затем снял меня с подоконника и увлек в сторону женского общежития. Мы прошли через парк, поднялись по ступенькам к моей новой комнате, и он толкнул дверь. Сианки не было. Они с девчонками, наверное, спрятались, когда поняли, что дело плохо.

– Собирайтесь, у вас четверть часа, – приказал куратор.

Я сжала кулаки, до боли вогнала ногти в ладони. Нельзя! Нельзя вылететь из колледжа, иначе никогда не найду Теда и не узнаю, что случилось с моими близкими. По щекам катились слезы.

– Если вы думаете разжалобить меня, Дея, то не выйдет, – сурово сказал Нэйт.

– Я это уже поняла.

Достала из-под кровати сумку. А что брать? У меня по-прежнему был только котенок Мик. Я опустила его на дно сумки, села на пол и закрыла лицо руками. Слезы катились и катились, я ничего не могла с этим сделать. Как же больно! До безумия, до крика. До пустоты в сердце и в душе. Что же я наделала!

– Кто пронес вино в общежитие? – послышался голос Нэйта. – На третьем курсе всего двенадцать человек. Думаете, я не узнаю?

– Почему сразу на третьем курсе? – подняла я голову.

– Потому что ни один преподаватель или служащий колледжа не сделал бы этого. Остаются третьекурсники, которые опьянели от свободы. Так кто из них, Дея?

– Я не знаю.

Я действительно не знала имени парня Сианы, и выдавать его не собиралась. Девочки старались для меня, они не должны пострадать. Поднялась и пошла к шкафу со скудными нарядами.

– Что ж, возможно, для вас будет лучше уйти из колледжа, – холодно сказал куратор.

– Почему? – обернулась я.

– Потому что на вашем месте любая уже заговорила бы, а вы молчите. Значит, не умеете жить по законам этого места. Здесь каждый сам за себя, Дея. И те, кого вы выгораживаете, тоже. Думаете, я не узнаю, кто на самом деле принес вино? Я прямо сейчас пойду к третьекурсникам, и уже через час получу имя. А вы окажетесь на улице. Так стоит ли упрямиться?

– Я не знаю имени, это правда. Но если бы и знала, не сказала бы.

– Вам же хуже.

Куратор Нэйтон развернулся и вышел из комнаты. Я хотела было броситься за ним, но вместо этого продолжила собирать вещи. Вскоре сумка была готова, я сидела на кровати и ждала приговора. Когда послышались шаги Нэйтона, внутри все оборвалось. Он пришел не один, а тащил за собой зареванную Сианку.

– Собирайтесь, студентка, – приказал он ей.

– Пожалуйста! – взмолилась та. – Мы не сделали ничего дурного! Дея, скажи ему!

– Это правда, – тихо откликнулась я.

– Вас не спрашивали, Дея, – холодно ответил Нэйтон. – Глупость наказуема. В данном случае не ваша, а этой девицы, которая мало того что подтолкнула своего жениха к нарушению правил, так еще и сама неоднократно их нарушила. Отношения на территории колледжа запрещены, даже если вы обручены хоть с самого рождения – плевать. Так что поторопитесь, Сиана. Зато теперь вы воссоединитесь с вашим женихом.

– Прошу, господин Нэйтон! – Я кинулась к куратору. – Не надо! Это все из-за меня, я одна виновата. Не наказывайте Сиану.

– Вы не просили приносить вино в общежитие. Вы не договаривались об этом с другими студентами. Так что вас и двух ваших соседок, Лонду и Таисию, ждет неделя карцера, а нарушителей – исключение. Все по уставу.

И Нэйтон увел за собой рыдающую Сиану, а за мной вскоре пришла госпожа Киткин. Она молча поджимала губы. Единственные слова, которых я удостоилась:

– Ступайте за мной, Дея.

Мы снова прошли по лестнице в сырой подвал, и дверь отделила меня от внешнего мира. Я чувствовала себя опустошенной, разбитой. Села на холодный пол и обхватила колени руками. А когда дверь снова открылась, решила, что привели Лонду и Таисию, но это был куратор Нэйтон.

– Угомонились? – спросил он.