Виолетта. Жила-была… лич Кароль Елена

Глава 12

Расписание я узнала заранее, расположение аудиторий помнила прекрасно, потому не стала заходить в свою комнату, а сразу же направилась к кабинету общей целительской подготовки. Весь первый и второй курсы целителям должны преподавать исключительно теорию, и только на третьем начинаются практики, которые студенты отрабатывают на своих же однокурсниках, так что переживать и нервничать по поводу разоблачения мне не стоило.

– Доброе утро, – кивком поприветствовала я соседок по комнате и наметила себе местечко посередине аудитории. Впереди расположились «ботаны», позади разместились те, кто хотел доспать или слегка откосить, так что центральная часть была более или менее пуста, и это радовало меня больше всего.

Так, не забыть еще фильтры в нос сделать. В аудитории собрался весь наш поток – порядка сотни разумных, причем благоухающих различного рода духами и прочими «освежителями», – и моему чувствительному обонянию это неприятно. Это к третьему курсу они поймут, что лучше уж никак не пахнуть, чем так резко и остро. Хотя я, наверное, слишком предвзято к ним отношусь, но мне все же пришлось чуть пересесть, когда недалеко от меня пристроилась троица адепток, от которых исходили весьма резкие цветочные ароматы.

Внимательно рассматривая однокурсников из-под полуприкрытых век, словила на себе пару неприязненных, но тем не менее удивленно-задумчивых взгляда. Кому я дорогу успела перейти?

Эльфийка и демоница. Странный набор. Впрочем, они были каждая сама по себе и, судя по тому, что сидели в разных концах аудитории, дружбы между ними не было. Их объединяло лишь одно – неприязнь ко мне. Эх, не было печали… Интересно, что я им сделала?

Лекцию у нас читала чистокровная дриада – магистр Кларентина, молодая, но уже умудренная жизненным опытом, симпатичная и довольно любезная женщина. Лишь в глубине ее глаз периодически мелькала грусть и усталость, но сомневаюсь, что это было заметно основному потоку – студенты строчили более чем усердно, лишь я записывала основные моменты и тезисы, заостряя внимание исключительно на ключевых определениях и фразах – предмет был мне знаком и писать слово в слово смысла не было.

Интересно, она в теме?

– Вопросы? – Внимательный скользящий взгляд по рядам… и она благодушно кивает. – Вопросов нет. Все свободны, до следующей встречи.

Звонок прозвенел одновременно с ее словами, и магистр, не дожидаясь, когда мы поторопимся на следующее занятие, вышла первой.

Так, следующими предметами в расписании у нас стояли: философия, психология и врачебная этика. Эти пары я отсидела так же, как и первую, конспектируя лишь основные моменты, главным образом приглядываясь к учителям и однокурсникам. Нашла взглядом парней, которые стали моими первыми донорами, определила, что на нашем потоке основная часть студентов люди, примерно треть составляют эльфы обоих полов, всего три демоницы и шесть девушек-дриад, причем две из них полукровки. Да, ничего не изменилось.

– Виона, идешь обедать? – Окликнув меня на выходе, Карина посмотрела с небольшим укором – за весь день я едва ли перекинулась с девчонками парой слов, так как все мои мысли крутились вокруг совершенно иных вопросов, которых было… ну просто тьма тьмущая.

– Нет, идите без меня, я вечером приду, поговорим. – Отмахнувшись от соседки, но одновременно подумав, что пора начать ночевать на территории Академии, я направила свои неугомонные стопы к Винсу – необходимо проверить своих нежданных пациентов и если что, то обновить ранозаживляющие и восстанавливающие заклинания.

Так практически пролетела вся учебная неделя. Первая половина дня отдавалась на откуп учебе, вторая – Винсу и моим пациентам, которые занимались исключительно тем, что спали и изредка ели. В качестве основного лечения я прописала им восстанавливающие отвары и мази. Все это я оставляла сердобольной хозяйке, которая, похоже, решила, что малышка – это та самая ее долгожданная внучка. В ходе разговоров ни о чем я узнала, что дети бонны Наримы уже выросли, разъехались кто куда и навещать мать не торопились, а муж спился и отошел в мир иной, – в общем, все, что ей осталось, это огромный пустой дом да несколько телег нерастраченной нежности. Нового мужа и своих детей заводить было уже не по возрасту, так что маленький ребенок, возникший из ниоткуда, стал той самой отдушиной, которой ей не хватало. Содержание дома и уход за молодым постояльцем – это одно, а маленькая девочка, требующая материнской заботы, совсем другое. Вот и славно.

Выводить храшхена из состояния полусна-полутранса я не торопилась. Хранители действительно весьма непредсказуемы в своем поведении, поэтому стоило дождаться выходных – к этому времени он более-менее восстановится – и тогда уже попытаться договориться с ним о чем-либо приемлемом для нас обоих.

Насчет расставания с Винсом тоже все было под вопросом. Мне необходим был этот дом, и если придется выбирать, то я предпочту героическую гибель «своего» мужчины, чтобы в дальнейшем беспрепятственно посещать его гостеприимную хозяйку и периодически скорбеть о его судьбе.

Цинично? Может быть. Но других вариантов я пока не видела. Мне бы приобрести свой собственный дом, но пока я студентка и мне необходим доступ в Академию, об этом мечтать нет смысла. Впрочем, стоит дождаться Ингрид, подобрать ей какое-нибудь подходящее тело и тогда…

Решив, что версия с Ингрид мне подходит больше, чем устранение Винса, я шла по улице, абсолютно не глядя по сторонам и продолжая прокручивая в голове всевозможные варианты. Остановилась я только тогда, когда уткнулась в чье-то плечо.

– Адептка? Вас не учили смотреть, куда идете? – Знакомый голос с узнаваемыми недовольными интонациями заставил меня поднять голову, чтобы в лучах закатного солнца увидеть янтарные отблески завораживающих звериных глаз.

– Здравствуйте. Извините. – Шаг в сторону, и я, обогнув инквизитора по дуге, продолжила свой путь. Мне не о чем с ним разговаривать, а накидываться на него с поцелуями – это самое глупое, что я успела сделать. Да и мысли у меня совсем о другом: убить или не убить одержимого – вот в чем насущный вопрос.

И вообще, что он в парке Академии забыл?

– Адептка.

Ну вот, не пронесло…

Остановилась, вздохнула, напомнила себе, что необходимо дышать регулярно, и, натянув на лицо безмятежное выражение, развернулась к мужчине. Пардон, к мужчинам.

– Да, господин инквизитор?

– У вас проблемы? – Внимательно разглядывая мое лицо, оборотень хмурился, а его коллега (тоже, как ни странно, оборотень) еще более пристально «инспектировал» не только мое лицо, но и все остальное.

– Нет. У меня все хорошо. – Я похожа на наивную блонди, которая ринется рассказывать о своих проблемах первому встречному? Нет, ты не можешь решить моих проблем, блохастый. – Скажите, а магистр Иннораввиэль к нам больше не вернется? А то сейчас его заменяет магистр Суринам и никто не знает ничего… – продолжила я наше общение, по ходу дела решив, что лучшая защита – это нападение. Хотя в моем случае не нападение, а смена темы.

– Нет, он уехал лечиться, зараза оказалась трудновыводимой и весьма основательно подорвала его здоровье. – Удивительно, но инквизитор ответил весьма развернуто. – Адептка, вы не проводите нас к магистру Премиусу? У нас к нему несколько вопросов.

– Да, конечно.

Ага, попробовала бы я сказать «нет». Эх, а такой хороший вечер был… И в планах у меня – навестить тетушку Гриппарзину, пообщаться наконец с Эдуардо и Микаэло, да и мага-отступника допросить, а то уже четыре ночи как все времени выделить не могу – то одно, то другое, то книги читаю, то сворованное разбираю… благо девчонок усыпить совсем не сложно, а потом вся ночь в моем распоряжении. Вот только по территории ночью гулять не то чтобы опасно, но весьма и весьма проблематично – патрули, состоящие сплошь из выпускников, теперь на каждом шагу. Вопрос только зачем? Хотя мне это не так уж интересно.

Прикинув, что вечер уже достаточно вступил в свои права и магистр, скорее всего, у себя в коттедже, который находится на территории Академии, поторопилась в ту сторону, оставив следователей за спиной и вроде как предоставив им право выбора – следовать за мной либо идти и искать самим.

Хотя судя по моим наработкам, я не видела смысла в просьбе инквизитора – они должны быть прекрасно знакомы друг с другом и моего участия в поисках не требовалось. Хотя кто его знает, какие пестицидные тараканы живут в мозгах у оборотней?

Десятиминутная прогулка в молчании, короткий стук в дверь – и она приглашающе распахивается, видимо считав наши ауры и признав гостей.

– Магистр Премиус? Вы дома?

Стоило нам пройти в гостиную, как из дальней комнаты вышел мой куратор.

– Виона, вечер добрый, деточка. Что случилось?

– Господа инквизиторы просили меня проводить их к вам. – Качнув головой в сторону оборотней, зашедших сразу же за мной, повернулась к ним лицом. – Я могу идти?

– Да, благодарю. – И снова чуть недовольный тон заставил меня мысленно нахмуриться. Не с той ноги встал, что ли? Хотя… шел бы он лесом, у меня своих проблем достаточно.

Его попутчик по-прежнему молчал, лишь скользнул взглядом по моему лицу и, задержав его на губах, странно усмехнулся. Еще один озабоченный на мою голову…

Не став говорить ни «до свидания», так как скорейших встреч с ними я не желала, ни «прощайте», так как это было бы более чем странно, я просто кивнула и вышла, плотно, но аккуратно прикрыв за собой дверь. Ох уж мне эти мужские заморочки…

– Ну и что вы тут забыли?

– Мы по делу, не переживай.

– Кто?

– Парочка студентов с первого некромантского, с третьего медиумов и четвертого боевого. Еще нас интересуют все боевики с уклоном в огненную стихию. И она.

– Она?

– Виона Тихонко.

– Она-то с чего?

– Не происходило ли в последнее время с девушкой чего-либо необычного? Новые друзья, приятели, кавалеры, враги…

– Не пойму твоего интереса. – Нахмурившись, куратор не торопился рассказывать о том, что девушка наконец-то взялась за ум и стала походить на студентку, а не на потаскушку, прости господи.

– Ты правильно заметил – интереса. – Второй оборотень, молчавший до сих пор, подал голос, но от его слов Теодора аж перекосило. – Да не кривись, все равно рано или поздно узнает.

– А теперь с подробностями? – Подавшись вперед, магистр, уже не первый год сотрудничающий с господами следователями, начал буравить оборотней настороженным взглядом. – Ты мне это… ты мне не того! Хорошая девочка! И без ни-ни!

– А кто говорит, что плохая? – Хмыкнув снова, следователь третьего ранга Эстебан Урван, кузен Теодора, откинулся на спинку кресла. – Никто не говорит… так что не паникуй, мы пока просто собираем информацию. И между прочим, информацию к размышлению. Заметил ее реакцию на нас?

– Какую?

– А никакую. – Подняв палец кверху, мужчина заострил на этом внимание. – А какая должна быть? Во-о-от! Реакция должна быть. А не было! И о чем нам это говорит?

– Ладно, слушайте… – Поморщившись, магистр Премиус решил рассказать настойчивым и въедливым инквизиторам о том, что перемены начались именно с того самого дня, когда Виона решила взяться за ум. Но он же может умолчать о том, какой именно нерадивой студенткой она была? Зачем девчонке судьбу ломать? Может, еще обойдется…

– Све-э-этит ме-э-эсяц… све-э-этит ясный… – Гипнотизируя взглядом бледную убывающую луну, неторопливо ползущую по закатному небу, я сидела на подоконнике и ждала, когда студенты разойдутся по своим комнатам и наконец улягутся спать – до отбоя оставался еще час, а заняться было нечем, – предметы я знала, вещи уже все разобрала и рассортировала, так что на сегодня у меня был запланирован ночной поход в библиотеку на «рюмку чая». Осталось не сдохнуть от скуки и все-таки дождаться ночи.

– Ви, привет! – Салим, появившийся буквально из ниоткуда и остановившийся прямо под моим окном, настроения не прибавил. – Ты прямо неуловимая тень. Что прячешься?

– Не прячусь, у меня учеба и дела.

– Спускайся, прогуляемся, отличный вечер.

С раздражением отметив, что находящиеся в комнате девчонки уже навострили ушки, а из соседнего открытого окна донесся удивленный возглас, поморщилась.

– Салим, ты меня нервируешь, – состроив зверскую рожицу, погрозила ему пальцем, – и компрометируешь. Между прочим, я уже говорила, что у меня есть парень, с которым я встречаюсь?

– Так я же не намекаю на встречи, я просто прогуляться зову. – Непробиваемый демон так и лучился самодовольством, и у меня закралось подозрение, что так доволен он не зря. – Поговорить…

Гаденыш.

– Лови. – Прикинув, что спускаться и обходить корпус мне лень, я просто сиганула из окна в объятия едва успевшего подставить руки демона. Благо этаж был всего второй, да и я не дура – подстраховалась левитацией.

– Сумасшедшая! – Прижав меня к себе чуть крепче, чем следовало, Салим наконец отстранил меня от себя и опустил на землю. – Ты так до инфаркта доведешь!

– А что? Еще нет? – скуксившись, покачала головой я. – Жаль. А я так надеялась…

– Козявка. – Капелька угрозы, но сдобренная немалой долей усмешки.

– Уж какая есть. Ладно, идем. – Я подняла взгляд наверх и заметила, что за нами наблюдают как минимум из четырех ближайших окон. Вот любопытные варвары…

В молчании мы догуляли снова до того места, где весьма продуктивно наобщались в прошлый раз, и все это время демон косил на меня вишневым глазом и загадочно ухмылялся.

– Давай рассказывай. – Снова расположившись на земле, я запустила руки в траву – мне уже пора подпитаться, но от демона я не хочу, а от целителей много не получается, вот и приходится брать то, что может дать природа, хотя это не совсем то, чего желаю я.

– Что у тебя с инквизиторами?

– Это с какими? – Ничуть не удивившись его осведомленности, так как видело нас не так уж мало студентов, пока я вела их к коттеджу магистра, чуть наклонила голову, ожидая его ответа. Пока непонятно, к чему он клонит, и стоит узнать подробности…

– Которых ты провожала к своему куратору.

– Ничего. А что у меня должно с ними быть?

– Ну-у-у… – Протянув так, словно как минимум видел меня в постели оборотня, демон весьма ехидно подмигнул. – Просто они никогда и никого ни о чем не просят. Всегда и всех находят сами. Мало того, они прекрасно знают, где живут все преподаватели или находится тот или иной студент. Так как?

– Никак. Мне не о чем тебе поведать, рогатый и чрезвычайно любознательный мой друг. – Беззаботно пожав плечами, себе же поставила плюсик – я так и знала, что моя помощь им ничуть не нужна. Но возникает вопрос: – А кто это были?

– Кузены Урван. Гроза магов-отступников и иже с ними.

– Кузены? – Припомнив, что молчун был неуловимо похож на Теодора, снова кивнула сама себе. Что ж, теперь понятно почему. – Впрочем, не важно. Это все?

– Черт, Ви! Я думал, ты мне что интересное скажешь!

– Интересное? – Сделав вид, что задумалась, наконец выдала: – Знаешь, весьма примечателен тот факт, что во время гона у некоторых представителей рогатого мира удивительно быстро растут рога. Не замечал?

Пара секунд на то, чтобы до него дошел весьма прозрачный намек, и демоненок уже скребет отросшими когтями землю и искажает лицо в неприятной гримасе, но как ни странно, молчит.

– Зачем ты меня оскорбляешь? – Двадцать три секунды ему хватило, чтобы взять себя в руки и спросить почти ровным тоном.

– Я сказала что-то о тебе? – Поведя носом на аромат раздражения, витающий в воздухе, расслабленно улыбнулась. – Пойми, мне не нужен твой интерес, мне не нужно твое внимание и уж тем более меня не интересует твоя дружба. Я зла, цинична, стервозна и всего-навсего самая что ни на есть обычная человечка. Тебе самому это не кажется странным – твое упорное желание общаться со мной?

И снова продолжительное молчание, но на этот раз он попытался разобраться в себе, пройдясь по всем озвученным мной пунктам. И вот наконец он поднял голову, чтобы раздраженно выдавить:

– Кажется.

– И?

– Я хочу… – Стиснув зубы, демон отвел глаза, а мне уже стало интересно – что это он там себе надумал?

– Ну?

– Тот поцелуй…

– Ух, с дуба рухнул? – Если честно, то это признание меня ошеломило. – В смысле ты туда когда последний раз лазил? У тебя совсем башню оторвало?

– Прекрати! – Разозлившись, Салим выдрал клок травы, причем с приличным куском земли, и отбросил в сторону. – Ты думаешь, мне это нравится?!! Да я как вспомню…

– Ну?

– Не ну! Да у меня после этого больше девушки не было!

– О… ну, знаешь! Это не ко мне! Это к лекарям!

– Гадина.

– Угу.

– Ну, Ви…

– Отстань, озабоченный. Это не игрушки. Перетерпи, и все пройдет само.

– Когда?

– Ну… – Изобразив бурную мыслительную деятельность, просто пожала плечами. Если честно, то подробностями я не интересовалась. Обычно поцелуй нежити заканчивался для донора фатально, так что еще не было зарегистрированных случаев, что выживший желал повторить. – Черт…

– Что?

– Мне надо подумать.

– А давай ты меня сегодня поцелуешь, а думать будешь потом. – Немного просящий тон, и я искоса взглянула на мужчину… Да у него ломка!

– А ну-ка иди сюда…

Не став дожидаться, когда он поймет, что я от него хочу, резко подалась к нему сама и, нажав ладонями на плечи, заставила полностью лечь на землю – до этого Салим, как и я, сидел на траве, но если я опиралась спиной о дерево, то он просто расположился напротив.

– А теперь замри и не двигайся.

И снова расфокусировка зрения, чтобы внимательным и придирчивым взглядом пройтись по его энергетической структуре и определить, из-за чего возникла подобная зависимость. Черт, какая же она у него яркая… ничего не понятно.

– Хм…

Какой знакомый недовольный тон… Раздраженно прикрыв глаза и с трудом удержавшись от короткого, но емкого ругательства – вместо этого я тяжко вздохнула, – отстранилась от демона, на котором практически лежала, и повернула голову, чтобы увидеть оценивающие желтые глаза. Почти те самые… но буквально слегка другие.

– Я понимаю, дело молодое… но, может, все же снимете комнату? Не при всех же. – Вполне нейтральный тон, но под его пронзительным взглядом более чем понятно, что он о нас думает.

Тоже мне, моралист нашелся!

– Понимаете, студенты не настолько богаты, чтобы каждый раз, как захочется поваляться на травке, снимать комнаты. – С этими словами я окончательно сползла с демона, встала и отряхнула подол. – Знаете, а я думала, мы достаточно далеко от основных дорожек ушли… Вы снова заблудились? Вас проводить на выход?

– А мне казалось, наследник рубинового дома может позволить себе купить особняк, не то что снять комнаты… – Цепкий и придирчивый взгляд в мою сторону, а затем слегка презрительный и неприязненный на демоненка.

А у меня аж костяшки зачесались ему меж глаз вмазать… Это мой подопытный демон! И нечего на него так смотреть, как на мокрицу мезозойского периода!

– У меня есть дом в городе, – последовал раздраженный ответ Салима, и он снова стал так, словно собирался меня защищать. Нет, я фигею от этих самцов…

И вообще, что этот инквизитор тут делает?!! Следит?

– Неужели? – Высокомерно задранная бровь прямо-таки умоляла, чтобы я ему немного поправила выражение лица. Но тут он, словно поняв, что повел себя слегка непрофессионально – хотя я не назвала бы это «слегка», – попытался исправить положение: – Впрочем, меня это мало волнует. Думаю, вашей подружке это будет намного интереснее. Адепт ит’Санэ, у меня есть к вам несколько вопросов. – Косой взгляд на меня. – Наедине.

Ну, епи-и-ическая сила! Какие мы таинственные!

– Ви, дуй к себе, уже скоро отбой. – Решив слегка утвердиться перед оборотнем, вот только не совсем понимаю зачем, Салим немного подался ко мне и, запечатлев поцелуй на виске, подтолкнул в сторону спальных корпусов. – Увидимся завтра, договорим.

Ох уж эти самцы…

Не став отвечать и уж тем более дергаться или залеплять пощечину, я просто чуть осуждающе качнула головой. Устраивать сцену? Да упаси боги. Ненавижу сцены.

Нет, просто плюнуть и растереть на эту идиотскую ситуевину.

– До завтра. – Прощальный кивок и чуть более вежливый инквизитору, все это время внимательно наблюдавшему за нами с тем невозмутимым прищуром, за которым невозможно разобрать выражение глаз. У, ищейка блохастая! – Господин инквизитор, темной ночи.

– Темной ночи, адептка. – Неожиданная вежливость и прощальный кивок.

А я поспешила удалиться от этих надоедливых тестостеронов, прикидывая, что так ни от кого и не подзарядилась, хотя на сегодня я планировала не только посещение библиотеки, но еще и допрос плененной души мага-отступника… Черт! Куда пойти, куда податься? И от кого бы подпитаться…

Интересно, где бродит Тео?..

Глава 13

Из-за неожиданной повторной встречи с братцем-оборотнем мысли снова переключились на такого завлекательного, но недоступного Теодора. Где же, где же… как же, как же… черт. Ну вот никак же!

И словно в ответ на мои размышления и метания буквально в пяти метах впереди я разглядела знакомый силуэт в темно-сером. Да ну? Что еще более невероятно, он пока не заметил меня, так как стоял спиной и был занят разговором со щуплым пареньком в форме некроманта-первокурсника.

Резкий шаг чуть вперед и влево – и вот я уже в ласковых объятиях ясеня, чтобы через секунду вырастить парочку глазиков и с десяток усиков-уловителей для как можно более качественного подслушивания и подглядывания.

– …Нет, господин инквизитор. – Паренек бледнел, мялся и прятал глаза, усердно разглядывая мыски своих ботинок.

– Что по поводу Дана и Шенона? Ночь два дня назад.

– Я… – Сбившись, парнишка побледнел еще больше, хотя казалось, что больше уж некуда. Я же подалась вперед, чтобы услышать абсолютно все. Интересно же! Что это они тут за массовые допросы в парке устроили?!

– Так… – Странно дернув ухом, инквизитор прервал робкие попытки парня шмякнуться в обморок и взял его за плечо, тем самым не позволив тому отшатнуться. – В глаза мне смотри.

Секундная заминка… студенту не остается ничего иного, как последовать приказу следователя. Мне же почти никого не видно. Пришлось вырастить еще пару глазиков уже на самой границе веток, чтобы разглядеть хоть что-то. А происходило нечто странное… Если честно, то я о таком методе считывания сознания даже не слыхала. Глаза в глаза и кажется, будто оборотень становится свидетелем всего того, что видел сам парнишка. Ну… театр! Я так не играю! А мне озвучить?

Всего семь минут понадобилось инквизитору, чтобы закончить с парнем и, отпустив его плечо, скомандовать:

– В свою комнату шагом марш! За территорию Академии не выходить. На днях пришлю вестника, подойдешь в управление. Свободен.

Пролепетав в ответ нечто невразумительное, парнишка на негнущихся ногах развернулся на сто восемьдесят градусов и, словно марионетка, лишившаяся кукловода, побрел к спальным корпусам. Плечи опущены, взгляд отсутствующий, лицо понурое… нет, ну как так, а? Ну нельзя же так! Он же почти ребенок! Ну, виноват, так накажи по всей строгости, а не виноват, так нечего его было трогать! Ведь видно же, что неслабое ментальное вмешательство!

– А теперь с тобой.