Виолетта. Жила-была… лич Кароль Елена
А-а-а… черт!
Переключив внимание на инквизитора, которого буквально на пару мгновений выпустила из поля своего зрения, поняла, что он стоит прямо напротив одного из моих глазиков и внимательно в него всматривается.
– Сама выйдешь или мне тебя извлечь?
Черт-черт-черт!!! Секунда на панику… и я понимаю, что ни в коем случае нельзя явить ему Виону. Она человек, причем чистокровный. Хана маскировке и здравствуй, допросные и казематы… Че-е-е-ерт!!! Ладно, отставить панику! Попробуем явить его взору Летту… Ее он еще не видел.
– Простите… – Потупив зеленые глазки и попутно заправляя выбившуюся золотистую прядку за ухо, я выскользнула из ствола дерева прямо перед ним. – Я случайно.
– А теперь убеди меня, чтобы я тебе поверил.
– Как? – Чуть смешавшись, подняла на него глаза и снова залюбовалась чуть резковатыми чертами лица. Вот озабоченная… – У вас такие выразительные глаза…
Резкий и раздраженный выдох – и он прикрывает глаза, чтобы уже через секунду сделать шаг ко мне и буквально зажать меня между своим телом и стволом дерева. Тяжелая рука легла на мое плечо, и резкий неприятный взгляд, казалось, проник прямо в душу. И давление… сильное, выворачивающее, крушащее защиту… Нет!!!
Рывок – руки ему на шею, а губы к его губам. Тебе нельзя знать о том, кто я. Тебе нельзя видеть то, почему я стала такой.
Тебе нельзя… иначе кому-то из нас придется умереть.
Как ни странно, но в этот раз первой торкнуло меня… Колени резко ослабли, пальцы правой руки вцепились в его плечо, а пальцы левой захватили волосы на его затылке. Впрочем, его руки также не оставались безучастными – одна легла на талию, а вторая соскользнула с плеча на шею и словно удерживала мое лицо, не позволяя отстраниться. Впереди он, позади дерево, а посередине млеющая я.
Язычок завлекающе скользнул по его губам, и они чуть приоткрылись навстречу, позволяя завладеть нижней губой и начать вытворять с ней все то, что я так давно мечтала. Прикусить, облизнуть, чуть надавить… Умопомрачительные ощущения… Сила перетекала сама, ее даже не надо было звать… в нем ее слишком много… ему она не нужна, она нужна мне… иди, иди ко мне, моя сладкая… моя такая нужная, моя такая дикая и непокорная… уже не его. Уже моя.
В чувство меня привел прохладный ветерок, овевавший обнаженные бедра. Та-а-ак… Секунда на осознание того, что я едва ли в шаге от того, чтобы меня поимели прямо здесь, и резкое неприятие подобного развития событий. Теодор уже не собирался сдерживать свои желания, которые я сама же пробудила в нем своими действиями, и кажется, начни я сопротивляться – он бы даже не заметил. Черт!..
И снова мгновение на принятие решения и дерзкий прорыв его невероятно прочной защиты.
Чуть прикусила губу, чтобы капелька его крови перетекла в меня и стала моей, затем положила ладонь ему на солнечное сплетение и запустила в него такой дикий заряд заемной сырой силы, что его откинуло от меня на несколько метров назад и впечатало в противоположное дерево, причем так сильно, что он потерял сознание.
Прости, блохастик, но горизонтальные игрища не для меня. По крайней мере, не сейчас… Хотя, если бы мы продолжили, то это было бы вполне вертикально. М-да.
С трудом сдерживая внутреннюю дрожь от разбуженного и неудовлетворенного желания, подошла ближе и проверила, что мужчина вполне жив и дышит. Отдыхай, мой сладкий, ты удивительный… и все равно рано или поздно, но станешь моим.
Стремительная ликвидация всех следов, обратное наложение личины, и я покидаю место нашей жаркой встречи – во мне столько энергии, что кажется, я могу свернуть шею не одному ушастому… Это, конечно, неправда, но так приятно ощущать себя почти полноценной и удивительно всемогущей!
– Я люблю тебя, жизнь… ну а ты меня снова и снова…
Мурк-мурк… а вот и моя комната. Однокурсницы уже укладываются спать, и им весьма кстати будет моя небольшая помощь, чтобы их сон стал чуть глубже и сильнее, – сегодня я иду гулять, и никому не стоит знать об этом.
Открыть глаза, чтобы посмотреть на ночное небо и поморщиться от ноющей боли в груди. Засранка… Причем весьма симпатичная и предприимчивая засранка. А он даже имени ее не узнал. Ну и кого теперь искать? Безымянную дриаду-первокурсницу? А первокурсницу ли? И дриаду ли? Смешно же он будет выглядеть… То Виона, то эта… У них массовый гон, что ли?
Черт…
Поморщившись снова, оборотень рывком встал на ноги и подошел к ясеню. Кто такая? Зачем это сделала? Что за магия? Кстати, о магии…
Рука на грудь и попытка считать отголоски удара, чтобы в итоге нахмуриться и выругаться. Засранка! Его же силой! Так вот что она вытворяла! Поцелуй силы! Вот дрянь малолетняя!
Есть, правда, небольшая неувязочка: дриады подобного не умеют. Прислониться лбом и ладонями к ясеню, чтобы потребовать у него слепок его последней посетительницы. Ты никуда от меня не уйдешь, детка, никуда. От меня еще никто и никогда не уходил. Живым…
А там посмотрим и разберемся, откуда у самой обычной дриады, причем еще и, судя по слепку, полукровки, подобные знания и умения. Глядишь, и следственный эксперимент проведем…
Поджав губы, зло усмехнувшись и сверкнув уже полностью звериными глазами, инквизитор удалился, чтобы на днях начать расставлять ловушки не на одну, а уже на двух девушек. Впрочем, девушек много не бывает, так даже забавнее. То никого, то сразу две… Кому скажешь – не поверят. Но пока все же не стоит говорить… Для начала он ее поймает и узнает, что именно она так боится ему рассказать, раз даже не побоялась поцеловать. Маленькая страстная зеленоглазка… Интересно, а как целуется Виона? Не украдкой, а по-настоящему. Пожалуй, стоит сравнить…
Прищур волчьих глаз стал чуть более задумчивым и предвкушающим, а его обладатель уже не казался таким расстроенным всем произошедшим. Эти девчонки еще не знают, с кем связались. Впрочем, он их просветит, ему это не сложно.
– Темной ночи, бонна.
– И тебе не кашлять, красавица. – Бонна Гриппарзина, расположившаяся на узкой кровати в своей комнатке, подняла взгляд от очередного умопомрачительно пестрого носка и приветливо кивнула, попутно указав на стул. – Присаживайся, я тебе тут еще книжек нашла кой-каких забавных. Ректорские, кстати, из неприкосновенных запасов.
– Да ну?
– Да-да.
– Что ж, благодарю, заинтриговали. – Смерив оценивающим взглядом три внушительных и весьма потрепанных томика, я благодарно кивнула. – Но этим я займусь только завтра, сегодня у меня чуть иные планы. Мне бы уединенную комнатку… желательно экранированную.
Достав из студенческой сумки жезл, показала гоблинше. Соображать ей долго не пришлось: искра, тлеющая внутри навершия, ясно намекала на то, что внутри камня находится как минимум одна плененная душа.
– Шустрая девочка. Кому не повезло?
– Отступник.
– Мм… – Чуть прищурив глаза, библиотекарша задумалась лишь на пару секунд, а затем кивнула сама себе и поднялась. – Идем, покажу, где можно поработать.
Шли мы недолго, и именно туда, куда я и предполагала, в потайные комнаты минус третьего этажа, причем гоблинша остановилась уже на площадке минус второго и только жестом указала мне на направление, не став идти дальше.
– Справишься?
– Сейчас посмотрим…
Также не став приближаться вплотную, посмотрела на защиту коридора магическим зрением. Как интересно… и как знакомо. Папуля, а ты что тут делал? После одной-единственной встречи в деканате я его больше не видела, но, по слухам, у четвертого курса некромантов была выездная практика и он находился с ними. Нашим легче… Но иногда все же так хотелось на него посмотреть, хоть издалека… нет, не о том думаю.
Итак, защита. Защита, поставленная отцом, была такой невероятной давности, а подпитывалась совсем иными личностями, что справилась я всего минут за сорок. И в итоге стала еще одной, кому открылся доступ внутрь.
– Часов трех мне хватит, потом я бы хотела поговорить с призраками.
– Как пожелаете, госпожа. – Едва заметное ехидство в согласии библиотекарши, но я лишь неприязненно скривила губы. Да, госпожа. Госпожа лич… возможно даже, архилич… возможно. Гадость какая. Где я и где… это.
Ладно, по ходу пьесы будет видно – где же я.
Поверхностно обследовав этаж, установила, что в наличии всего пять помещений, причем из часто используемых только два – малый и большой залы для ритуалов. Еще в двух комнатах хранились запрещенные и опасные книги, свитки и артефакты, а последняя была отведена под кладовую и, как ни странно, комнату отдыха – всего лишь комод с креслом и маленьким пуфиком под ноги, но этого более чем достаточно для уставшего мага.
Ну, мне отдыхать не надо – во мне энергии, наверное, недели на две, не меньше, так что приступим непосредственно к допросу неугодного.
Для своих нужд я выбрала малый зал. Пентаграмма, свечи, камни силы, дополнительная защита на стены – мне не нужны свидетели, которые смогут унюхать отголоски.
– А вот теперь поговорим. – Взмах руки, в которой зажат жезл, и в центр пентаграммы практически выплевывает ту самую душу, которую я пленила несколько дней назад. Сама же я вполне удобно разместилась в предусмотрительно захваченном кресле и, закинув ногу на ногу и запустив в призрака подчиняющую руну, скомандовала: – Дерзай, рассказывай. Имена, пароли, явки, дела, сообщники и жертвы.
После двух часов непрерывных словоизлияний я уже с трудом сдерживала себя, чтобы не сорваться и не начать с особым садизмом мучить эту тварь. Я противник силовых методов, я противник пыток, но оставлять подобное безнаказанным я не буду.
– Вот и все. – Яростно сверкнув глазами напоследок, так как прекрасно осознавал все, что происходило, но не мог ничего противопоставить моей силе, отступник ощерил зубы. – Ты… с-с-сдохнеш-ш-шь…
– Уже сдохла. Пасть закрой, тварь. – Запечатывающая руна, и я прикрыла глаза, чтобы уже в тишине подумать, как мне действовать дальше. Чем дальше в лес, тем толще елки… и совсем уж нет просвета… Десять минут на принятие решения, и, открыв глаза, я растянула губы в усмешке. – Знаешь, думаю отдать твою душу пожирателям – будет самым верным решением. Перерождаться тебе не стоит.
Успев заметить и ярость, и все увеличивающуюся панику в его призрачных глазах, запела тихо, но каждый звук отдавался в тишине помещения пронзительно и четко. Пожиратели не терпят непочтительного к себе отношения, и уж тем более запинок и заминок. Единый ложный звук – и ты сам станешь их добычей, но это в мои планы не входит, так что стоит быть особенно внимательной.
Всего три минуты, и вот в пентаграмме мутнеет и с каждой секундой наливается силой отвратительное по своей сути чернильное пятно, чтобы спустя несколько мгновений стать тем, кого исключительно шепотом называют пожирателями.
– З-с-свала? Гос-с-спожа…
– Звала. – Чуть вздернув подбородок, жестом указала на сжавшегося в самом дальнем углу пентаграммы серого от ужаса призрака. – У меня для вас кое-что есть.
– Ур-р-р… – Петля-ложноножка в мгновение ока захватила душу отступника и, несмотря на все усилия той избежать плена, подтащила к центральной части амебообразного монстра, живущего на изнанке Вселенной. – Добрая гос-с-спожа, хочешь ус-с-слугу?
– Нет.
– Щедрая гос-с-спожа… – Короткое удивление, но кажется, и это его устроит. – Будет еще – з-с-сови.
– Обязательно. – Кивок, и я завершаю фразу призыва: – Изыди.
– До вс-с-стречи, гос-с-спожа…
Дождавшись, когда потусторонняя тварь уйдет, облегченно прикрыла глаза. Нет, я не жалею, что призвала его и отдала то, что является для них истинным деликатесом. Теперь отступника ждут тысячелетия боли и дикого изощренного ужаса и пыток. Пожиратели умеют наслаждаться. Что поделать, если их развлечения немного отличны от наших…
Откинувшись на спинку кресла и просидев так несколько минут, привела мысли и чувства в порядок. Ни один призыв потусторонних сущностей не проходит бесследно, и пускай я мертва, но и мне он дался не так легко, как я показывала им. Им нельзя демонстрировать свою слабость – иначе не уйдут, и ты сам станешь их добычей. Но пока я сильнее… и не просто «пока». Я становлюсь сильнее с каждым прожитым днем, просто потому, что по-другому нельзя. Я так решила, и я этого добьюсь.
На мгновение пальцы коснулись губ, и остатки души пронзило чувство горечи и сожаления. Тео… сладкий, сильный Тео… как жаль, что мы не встретились до того… Хотя, наверное, тогда тебя еще не было. Хоть сейчас ты и матерый волк, но вряд ли тебе больше трехсот. От силы лет двести… может, двести пятьдесят. Милый-милый блохастик… но я все равно что-нибудь придумаю, и никуда ты от меня не денешься.
Я так решила.
Ладно, порефлексировала и харэ. Ночь не бесконечна, а у меня еще дел непочатый край. Рывком приподнявшись с кресла, прибрала за собой все, к чему прикасалась, и, подчистив магический фон, отправилась знакомиться с призраками. Дела-дела… как же вас много на одну маленькую мертвую меня.
– Позвольте представиться, леди, Эдуардо Ларуш. Впрочем, в свое время мы были с вами прекрасно знакомы, но думаю, побыть вежливым лишний раз все же стоит. Особенно с такой удивительной и невероятной госпожой. – Расшаркивания призрака бывшего завхоза позабавили, так что я даже изящно склонила голову.
Я помню его, этого неугомонного, обаятельного и весьма хозяйственного и предприимчивого гнома. И мне действительно жаль, что ему настолько не повезло.
– Виолетта Инари, но сейчас живу под личиной Вионы Тихонко. Темной ночи, бонн Эдуардо.
– Микаэло Урумаки. – Рекш, призрачный магистр с факультета мидиумов, склонился к моей руке, но прикасаться и целовать не стал – призраки прекрасно знают, что их прикосновения малоприятны, так что только обозначив действие, он, в свою очередь, склонил голову в учтивом поклоне. – Мы с вами не пересекались по занятиям, но я помню вас, вы действительно удивительная леди.
– Да уж.
Когда с расшаркиваниями было покончено, мы вполне успешно разместились в комнате тетушки Гриппарзины и еще более успешно провели остаток ночи за разговорами и обменом информацией – меня интересовало все, чем занимался не только ректор, но и его ближайшие подручные. Преподаватели, выпускники, учащиеся… отец и инквизиторы. Меня интересовало буквально все.
– Деточка, светает уже… – Гоблинша, не особо вмешиваясь в наши переговоры, глянула в окно, выходящее на рассветную сторону.
– Благодарю. – Кивнув, что все поняла, повернулась к призракам. – Я рада, что смогла поговорить с вами. И ваша помощь, и информация воистину неоценимы. Со своей стороны обещаю сделать все, что в моих силах. До встречи.
– Светлого дня, госпожа. – Попрощавшись со мной и дождавшись, когда я уйду, призраки переглянулись с гоблиншей и почти синхронно прошептали на закрытые двери: – И храни вас боги, госпожа.
Глава 14
Утро нового дня я встретила в своей комнате, прикидывая, чем себя занять целых два выходных и как бы сделать так, чтобы для начала выловить Салима и разобраться с его зависимостью, а уже потом отправиться к Винсу и уделить внимание своим пациентам. Телесные раны ребенка уже затянулись, но меня волновало состояние ее души. С храшхеном же было все сложнее. Если честно, то я склонялась к тому, чтобы его просто-напросто убить. Ну не внушал он мне доверия. Изучить и подчинить – это в идеале, но вся проблема в том, что пес будет против моих планов, а лишние проблемы мне не нужны. И так едва не засветилась по всем фронтам из-за своего не вовремя проснувшегося вчерашнего любопытства.
Хотя эксперимент прошел успешно, но… но повторять его было бы смертельно опасным трюком.
Итак, первым на повестке дня Салим.
– Ви, привет, кнопка.
А вот и он, мой сладкий. И снова под моим окном, словно это наилучшее место для его утренней пробежки. Только после душа, даже капельки влаги еще задержались в волосах, и такой загадочный, словно он единственный хранит тайну мирового значения.
– И тебе не чхать, рогатенький. – Облокотившись на подоконник, состроила заинтересованную мордашку. – Какими путями мимо нас?
– Почему это мимо? – Подхватив мой легкомысленный тон, демон примерился к нашему окну и… подпрыгнув (наверняка смухлевал с левитацией), ухватился за край нашего подоконника, подтянулся и уселся на него сверху. Заинтересованный взгляд внутрь комнаты на моих соседок и задорное приветствие вместе с подмигиванием: – Привет, девчонки.
Девчонки – одна в коротком халатике, вторая до сих пор в ночнушке – как одна выпучили глаза и, потратив секунду на то, чтобы сообразить, кто к нам пожаловал, завизжали что есть силы, да так, что умудрились звуковой волной опрокинуть демона наружу.
Бедняжка… Поморщившись, когда от удара о землю раздался весьма ощутимо слышимый «шмяк», я высунулась снова и с преувеличенным сожалением покачала головой. Вот до чего доводит позерство!
– Эй, рогатенький, живой?
– Оу-у-у…
– Хм, стонешь, значит, живой, – фыркнула я и выпрыгнула следом, приземлившись рядом со стонущим телом. – Салим, ты идиот. Знаешь, по-моему, тебе стоит сделать тату с этим словом и периодически посматривать на него. Осталось лишь выбрать место, где мы его тебе выбьем.
– Ви, черт, помоги… Кажется, я позвоночник повредил… – Демон, странно бледнеющий с каждой секундой, лежа на спине попытался пошевелить рукой, чтобы дотронуться до меня. – Твои подружки чокнутые.
– Во-первых, они мне не подружки, а всего лишь соседки по комнате, – чуть отпрянув и не дав до себя дотронуться, поморщилась я и качнула головой. – Во-вторых, с чего ты взял, что я смогу тебе помочь и вообще хочу тебе помочь?
– Ви… – Страдающий взгляд, да я и сама вижу, что ему больно, но он держится, как может. – Помощь хоть позовешь или мне у твоих прекрасных ног концы отдать?
– Балбес, – поморщилась я от безрадостной перспективы, – не преувеличивай, демоны от сломанного позвоночника копыта не откидывают. Ну, проведешь пару недель в лазарете… А насчет подмоги, думаю, уже кто-нибудь побежал – твой полет видели все обитатели близлежащих комнат, так что не паникуй, рогатенький, жить будешь.
– Вопрос как…
– Как, как… хреново. – Согласившись с печальным демоном, я параллельно не забывала и впитывала в себя эманации его боли – не самое вкусное, но неизменное полезное, как витаминные укольчики: гадость болючая, но необходимая. – Ладно, не реви, навещу тебя пару раз.
– А поцеловать? – Скосив на меня печальные глаза, демон захлопал ресничками, да так умильно, что я даже растерялась вначале.
– Не поняла?! Ты уже не умираешь, что ли? – Возмутившись на его намеки, соскользнула в магическое зрение. – Ах ты паршивец!
– Тихо-тихо… – Бледность его лица так же быстро, как пришла, уходила, но вставать он не торопился. – Я же наследник, у нас усиленная в разы регенерация. Только не бей, я еще не до конца срастил порванную мышцу.
Защитив себя поднятой рукой – хотя если бы я захотела его отмутузить, то его бы это не спасло, – Салим внимательно отслеживал мою реакцию. Я же, прищурив глаза, рассматривала магические потоки внутри его тела. Ага… ага… ага. Вот, значит, как? Что ж, чудно и весьма забавно. Учтем.
– Ладно, живи, уже сам себя наказал. Но целовать не буду.
– Жадина.
– Нет, я не жадина, я просто с кем попало не целуюсь.
Фыркнув, так как увидела, что исцеление почти завершено и мое присутствие больше не требуется, ибо пациент практически здоров и пациентом по сути не является, я встала и, отряхнув подол, иронично приподняла бровь.
А Салим обиженно поджал губы и попытался прожечь меня злобным взглядом. Ну как злобным… злобненьким таким… нет, до Главгада ему еще ой как далеко…
– Рогатенький, неуд за реалистичность взгляда, тебе нужно чаще тренироваться.
– Черт! Ви!
– Мм?
– Ты невыносима!
– Фи, это не новость. Ты вставать будешь, нет? Или решил продолжить валяния на травке?
– Только если присоединишься. – Моментально сменив гнев на милость, демон расплылся в той самой улыбке, которую он, похоже, приберегал для особых случаев, так как из близлежащих окон тут же раздалось судорожное и дружное «о-о-ох!!!».
Черт, у нас же зрители, совсем забылась…
– Мм… боюсь, у тебя прибавилось поклонниц, и мне рядом с тобой совсем не остается местечка… – Натянув на лицо мину сожаления, качнула головой. – Ох, знаешь, что-то я с тобой заболталась совсем, а время-то идет… а у меня столько дел, столько дел…
– Ви, пять сек, пожалуйста. – И снова моментальная смена тона: он посерьезнел прямо на глазах. – Сейчас отдышусь и пойдем. Правда. Это важно.
Пожав плечами так, словно мне, по сути, все равно, но я, так и быть, еще некоторое время ему уделю, начала внимательно, но ненавязчиво скользить взглядом по распахнутым окнам – ночь и утро выдались довольно теплыми, так что мало кто спал с закрытыми, а посему мы с демоном оказались невольными клоунами чуть ли не для половины женского населения Академии.
Заинтересованные и сочувственные взгляды Салиму, различной степени раздраженности и злобности мне, – как мило. Причем и демоница, и эльфийка с моего потока были в наличии, и от них мне прилетела ощутимая доля ненависти. Мало мне было внимания, теперь практически я в центре. Если не сказать, в эпицентре.
– Салим, ты мне должен. Очень и очень сильно… – прошептала практически себе под нос, но так, чтобы услышал и демон, и подарила ему долгий и многообещающий взгляд.
– Я и так весь твой, злючка.
– Нет, весь ты мне не нужен, оставь что-нибудь для будущей супруги. Пожалуй, возьму желаниями, связями и способностями.
– Слушай, я уже не могу подобрать подходящий эпитет, чтобы выразить всю глубину моего возмущения, возникающего из-за твоих слов и действий. – Крякнув, демон наконец поднялся на ноги, и именно в этот момент из-за угла к нам подоспела тройка целителей-парней с последнего курса и полуэльф постарше – их то ли куратор, то ли просто дежурный преподаватель.
Обожаю. Как всегда вовремя.
– Так, кто больной?
– Я, но уже все в порядке.
– Имя, курс? – Весьма деловой целитель, причем, судя по ауре, очень и очень сильный целитель, рентгеновским взглядом просканировал сначала морщащегося демона, а потом уделил внимание и мне, тем же самым взглядом пройдясь по фигуре, и кивнул, но уже своим мыслям.
– Пятый боевой, адепт ит’Санэ.
– А, ну да… как же, как же… Ну и что на этот раз?
– Снесен силовой волной женского визга, в итоге – падение на спину с высоты второго этажа. – Подмигнув мне, Салим четко отчитался полуэльфу, причем в его тоне не было ни шутливых ноток, ни сарказма.
Мне кажется или они знакомы?
– Ну ты и экстремал. – Брови целителей дружно взметнулись вверх, и они все вместе уставились на окна второго этажа, чтобы оценить высоту падения тела. – Силовой волной, говоришь?
– Так точно, магистр.
– Оригинально… За дело хоть или зря? – усмехнулся старший целитель и снова, бросив внимательный взгляд на меня и чуть скривив губы, словно не нашел ничего стоящего, переключил свое внимание на окна.
– Ну… знаете, пожалуй, я воздержусь от ответа, – уклонился он от дачи показаний и снова подмигнул мне одной, обратив вопросительный взгляд преподавателю. – Мы пойдем?
– Да-да… если что, дорогу знаешь.
– Ага. Светлого дня, магистр. – Салим вежливо кивнул полуэльфу и, подхватив меня под локоток, направил свои стопы снова в уже, можно сказать, наш уголочек Академического парка.
– Вы с ним знакомы?
– Не так чтобы очень, но пересекались. Толковый целитель, кстати, никогда и ничего лишнего и всегда по делу, причем с адекватным подходом и юмором. – Сразу же сообразив, о ком я спрашиваю, Салим не постеснялся ответить развернуто. – Я-то к нему всего пару раз попадал и то по мелочи, но вот наши ребята, сама понимаешь, частенько, в лазарете тусят, ну и я к ним периодически захожу – все же староста.
– Ясно… а зовут его как?
– Магистр Меллировиэль.
Черт, как же меня раздражают эльфийские имена! Но судя по полученной ночью информации, он относительно новенький и пока ни в чем предосудительном не замечен. В общем, пускай живет.
– Ладно, оставим лирику больным. Вещай, мой рогоносный должник, что узнал такого, что аж светишься весь от нетерпения?
– Ви… – Слегка нахмурившись на мой высокий слог, причем с неприкрытым сарказмом, демон еще и поморщился. – Слушай, тебе это удовольствие доставляет, да?
– Что?
– Стервозничать и оскорблять?
– Хм…
– Знаешь, я где-то читал, что это все от неудовлетворенности… – Ехидно прищурив один глаз, демон залихватски улыбнулся и снова подмигнул. – Может, стоит ее ликвидировать? Неудовлетворенность твою?
– Свою ликвидируй, балбес. Со своей я сама как-нибудь разберусь, без лишних помощников, благо есть с кем.
– Злючка.
– Салим, ты с темы-то не съезжай. Рассказывай, что хотел?
– Ах да. – Приняв весьма загадочный вид, демон опустился на траву и, скрестив ноги перед собой, посмотрел на меня долгим оценивающим взглядом. – Видишь ли, в чем дело, кнопка, у меня к тебе столько вопросов… Причем, что самое удивительное, я все никак не могу их задать. Вижу тебя, и они буквально сами выветриваются в неизвестном направлении. Не знаешь почему?
– Может, тебе витаминов не хватает? Для активизации мыслительной деятельности? Травки завари, попей, если не знаешь, какие, то могу надиктовать.
– Ви, ты вредина и злючка, – качнул головой демон, весьма благодушно ощерившись. – Как тебя твой парень терпит?
– Молча, рогатенький, молча. Ну? Что за вопросы? Озвучь, будь любезен.
– Во-первых, все-таки поцелуй силы. И он, как ни странно, основной.
– В чем проблема?
– В том, что это любимый прием высшей нежити и, судя по найденной мной информации, живые могут пользоваться им с превеликим трудом. Ничего не хочешь мне рассказать?
– Честно? Нет. Просто прими и смирись с этим – я могу. Я многое могу. – Смерив напрягшегося демона внимательным и цепким взглядом, тихо добавила: – Очень многое… Салим, зайка, тебе жить надоело? Могу устроить несчастный случай, причем тебе понравится – умрешь от оргазма.
– Э нет. Кнопка, я еще пожить хочу. – Слегка отпрянув и вскинув руки в защитном жесте, мужчина сделал «страшные» глаза, а затем загадочно прищурился. – Слушай, а научи меня, а?
– Чему? Поцелую? Или оргазму?
– Ви!!! – Закатив глаза, но не став долго рефлексировать, демон взял себя в руки и продолжил деловым тоном: – Знаешь, я подумал над твоими словами и связался с отцом. Ты права. Нас действительно обучают спустя рукава, хотя это в общем объеме и незаметно. Обучение интенсивное, причем весьма, но как маги мы по факту стоим не очень много. Не знаешь почему?
– Знаю. Ты тоже можешь догадаться, если отключишь «мачо» и включишь соображалку.
– Ректор?
– Ну вот видишь… – Прикрыв глаза, прислонилась к дубу. – Но зря ты это затеял.
– Почему?
– Салим, ты думаешь то, что ты младший князь, спасет тебя от несчастного случая?
– Ви, ты считаешь, я полный идиот?
– Нет, рогатенький, ты весьма стройный и мускулистый идиот. Но идиот.
– А ты зануда.
– Это все, что ты хотел мне рассказать?
– Нет. Тобой интересуется инквизиция. – Замолчав, демон дождался, когда я открою глаза и требовательно на него посмотрю, и лишь тогда продолжил: – Причем с весьма неожиданной стороны.
– Да?
– Если бы он не был инквизитором, а был бы обычным мужчиной, то я бы сказал, что ты его интересуешь как женщина.
– Тоже мне новость… – пробурчала себе под нос, сморщившись, и заметила, как предвкушающе блеснули его глаза. – Ну?
– Его интересовало, встречаемся ли мы с тобой и как давно.
– И?
– Конечно, встречаемся!
– Сали-и-им… – протяжно выдохнула и, закатила глаза к небу. – Слушай, ты, адреналинщик чертов, экстрима в учебе не хватает? Ну и что дальше?
– А дальше мне прозрачно намекнули, что у них на тебя свои планы и мне лучше переключиться на кого-нибудь другого, более соответствующего моему статусу.
– И?
– А мне и так неплохо.
– Придурок.
– Ви, слушай, мне просто интересно – зачем ты им?
– А тебе?
– А я… – Прищурив вишневые глаза, демон ухмыльнулся, полностью перестав реагировать на мои оскорбления. – А я тобой очарован. Может, это приворот?
– Может, это отсутствие твоих мозгов?
– Не-а, по логике у меня отлично.
– Зато по самосохранению ты, кажется, ушел в минус.
– Ви, кнопка, это проблема всех демонов, так что твои претензии необоснованны. – Натянув на лицо лекторскую маску, он приподнял бровь. – Я все равно буду в центре.
– Чего?
– В центре всего самого интересного. Это наша натура, наша жизнь.
– Ну-ну… – Устав от бессмысленности разговора, прикинула, что стоит уже закругляться. – Ладно, поживем – увидим. Что там с твоей зависимостью? Тянет?
– Тянет, – враз посерьезнев, согласно кивнул он, а в глубине глаз мелькнуло недовольство. – Что-нибудь придумала?
– Мне надо на тебя посмотреть, вчера нам помешали. Продолжим?
– Слушай, а может, тогда покачественней спрячемся? А то, судя по проходимости и тому, как нам постоянно мешают, это не парк, а базарная площадь.
– Что предлагаешь?
– Приглашаю к себе в гости. Следователь же в начале нашего разговора намекнул, что это будет тебе интересно.
Фыркнув, покачала головой – этот огненный неисправим.
– Ладно, я согласна. Но если что, сам виноват – лечить не буду, мне проще упокоить.
– Грозная кнопка. – Разулыбавшись вместо ответа, он поднялся с травы и, словно на великосветском приеме, предложил мне руку. – Леди, прошу.
– А вот и мой дом.
Двухэтажный коттедж в респектабельном районе, но судя по относительно небольшой площади – это действительно «всего лишь» дом студента, а не родовое поместье рода. Хотя он в два раза больше дома бонны Наримы и раз в дцать дороже. Отделка дорогими материалами – камень, дерево – неброские, но стильные обои в нижней гостиной, умопомрачительно дорогая мебель темного дерева… Элегантность и стиль. Чувствуется участие стилистов и дизайнеров, но не видно ни одной личной вещи, и судить о характере владельца не представляется возможным. Все, что можно сказать: здесь живут богатые и знатные нелюди.
– Ну как?
– Дорого, – кивнула я, закончив осмотр холла, гостиной и лестницы на второй этаж. – Если тебе интересно мое мнение, то стильно, мне нравится. Но обезличено – и это минус. Ты здесь набегами?
Читать бесплатно другие книги:
