Виолетта. Жила-была… лич Кароль Елена
Кивнув, что поняла, первым делом отправилась к уже проснувшейся бонне Нариме, чтобы сообщить ей весьма приятную новость: ей стоит приготовить легкий завтрак для малышки, которую зовут Анни. Вернувшись от хозяйки, которая с тройным усердием захлопотала на кухне, застала уже просыпающуюся девочку.
Малышка терла глазки и с недоумением рассматривала комнату, не забывая прижимать к себе сидящего возле постели пса.
– Доброе утро, Анни. – Неторопливо подойдя к кроватке и не делая резких движений, я попыталась улыбнуться как можно приветливей, хотя стопроцентно я не была уверена, что у меня получится. – Меня зовут Ви, я твоя старшая.
– А мама? – Ясные зеленые глазки доверчиво прошлись по моему лицу, и малышка нахмурилась, почему-то скосив глаза на Храна. – Где она?
– Детка… – Поморщившись от неудобного вопроса, присела на край кровати. – Понимаешь… так получилось, что она ушла за грань. Не по своей воле…
– Ушла? Совсем? Навсегда? – Глаза кнопки становились все больше, и в уголках уже скопились слезинки. Оставалась всего секунда до начала грандиозного слезоразлива. – А я?
– А с тобой буду я. И Хран. Не плачь, маленькая…
– А папа? А дядя Сиривинэль? А тетя Норалинивэль? Где они?
Черт…
– Хран… – Взглянув на пса, я мысленно попросила у него помощи. Я не умею обращаться с маленькими плачущими девочками. – Прости, Анни, но они ушли… все. Я не могу их тебе вернуть, но я попробую позаботиться о тебе и не позволить убийцам уйти от возмездия.
– Ты их накажешь? – Обняв пса и зарывшись в его куцую шерсть пальчиками, ребенок смотрел на меня, сурово поджав губки. – Накажи их, Ви! Они плохо поступили, что забрали у меня моих родителей. Плохо! Так нельзя!
Сорвавшись на крик, девочка не выдержала и разрыдалась, размазывая кулачком слезы по лицу, но так и не отпускала пса, так что ему доставалась большая часть слез и соплей. М-да…
– Не грусти, солнышко, теперь им больше не больно, и ты обязательно встретишься с ними, но потом, когда придет твое время.
– Когда? – На меня посмотрели вопросительным, но в то же время и требовательным взглядом.
– Только тогда, когда придет твое время. Не гневи судьбу, дитя, и не требуй невозможного. Плетельщицы судеб творят нить для каждого разумного, и не в наших силах изменить это. Прими это и пойми: твои мама и папа хотели, чтобы ты жила. Причем как можно дольше и как можно счастливей. Сделай это, стань сильной, смелой, доброй, счастливой и достойной своих родителей, и они порадуются за тебя там… а тех, кто будет против… – протянув, прищурила глаза и сурово закончила: – Тех мы накажем, это я тебе обещаю.
– Спасибо… – Шмыгнув носом в очередной раз, Анни стиснула Храна так, что он страдальчески закатил глаза, но все равно молча стерпел подобное обращение. – А где мы?
Следующие десять минут я рассказывала любопытной кнопке, что мы в гостях у бабушки Наримы, но недельки через три приедет одна моя хорошая подруга, и, если все хорошо сложится, мы купим свой дом. Может, не здесь, а где-нибудь поближе к лесу, может, в одной из близлежащих деревень или вообще в другую страну переедем. Но пока она не приехала, а у меня очень много дел в будние дни, Анни будет жить с доброй бабушкой, которая очень обрадовалась, что у нее в гостях такая удивительная маленькая леди.
А вот и она – бонна Нарима собственной персоной, причем не одна, а с подносом с кашей, свежей булочкой и молоком. Сердобольная женщина, увидев, что девочка наконец-то пришла в себя, тут же заохала и засуетилась, начав всплескивать руками и причитать, какая же она маленькая, худенькая и бледненькая. Я же, дернув носом на запахи еды, попыталась не кривиться и, сдержанно попрощавшись, договорилась, что приду завтра после обеда. Поцеловав кнопку в щечку, улыбнулась снова.
Живая, теплая… моя. Моя кнопка. Никому не отдам!
Вот только стоило мне распахнуть дверь, как я чуть ли не нос к носу столкнулась с сосредоточенным господином инквизитором, который уже поднял руку для стука.
– Ой… – От неожиданности отпрянув назад, попыталась захлопнуть перед ним дверь, так как выражение его лица было не очень приятным. Проявились озадаченность и изумление, а следом – напряжение и злость.
Вот только не получилось у меня захлопнуть – сильная рука надавила на створку, а ботинок встал в щель, не позволяя двери закрыться.
– А ну-ка, прекрати, адептка!
Внутренне скрипя зубами, сама же постаралась натянуть на мордашку чуть испуганное выражение.
– Простите, это я от неожиданности… – Отпустив дверь, потупилась и, поправив сумку на плече, которую из-за вчерашнего неприятного происшествия забыла в коридоре, промямлила: – Здравствуйте, господин инквизитор…
Сама же лихорадочно соображала: какого лешего и главное – к кому? Вот уж точно – нелегкая принесла!
– Доброе утро, адептка Тихонко. Позволь узнать, что ты здесь делаешь?
Все так же стоя на пороге и не делая попыток войти, инквизитор буравил меня неприязненным взглядом, и мне казалось, что он готов был меня убить. Странный какой-то… Может, случилось что?
– Я… я к бонне Нариме заходила, у нее внучка приболела. Сейчас в Академию пойду, к завтрашним занятиям готовиться. Можно, я пройду?
– Позволь узнать, где ты была вчера и всю эту ночь? – Странно напряженный голос и сверкнувший звериный зрачок насторожили, так что пришлось нахмуриться.
– Что-то случилось?
– Адептка, будь любезна ответить на вопрос.
– Я… гуляла я… – не понимая сути допроса, нахмурилась еще больше.
– Весь день?
Взгляд исподлобья на настырного оборотня и молчаливый кивок вместо ответа. Неужели за мной вчера следили? Черт… Тогда понятно, отчего он такой… не в себе. А я ведь совсем это из виду упустила.
– А ночь?
– Внизу спала, с ребенком. У Анни была температура, так что я делала ей компрессы. Господин инквизитор, я не понима…
– Цыц, – резко прервал меня на полуслове оборотень и сурово припечатал: – Вопросы задаю я. Твое дело – отвечать.
– Ну, знаете! – Не удержавшись, вскинулась и, прищурив глаза, уперла кулачки в бедра. – Я что, подозреваемая?!! Я ничего не сделала! И не давала вам права обращаться со мной подобным образом!
– Все сказала? – Гневно полыхнув волчьими глазами, инквизитор облокотился о косяк и навис надо мной, как неминуемое возмездие.
Эх, а как он шикарен в своем суровом образе…
Взгляд непроизвольно прошелся по лицу и задержался на губах, затем скользнул на шею и после затормозил на широкой груди. Ниже я смотреть не решилась…
Моментально растеряв весь запал, невесело усмехнулась: такой близкий и такой недоступный.
– Да. Все. Я могу идти?
– Нет.
Подняв взгляд выше, чтобы с некоторым удивлением заглянуть в его глаза, поняла, что попала: инквизитор смотрел тем самым всепроникающим взглядом, собираясь считать мои воспоминания. Шаг назад, но… кривая усмешка, и он свободной рукой хватает меня за плечо.
– Далеко собралась?
– Не надо… – Голос получился жалобным, отчего я тут же поморщилась, но вырваться, увы, пока не могла.
– Надо. – Взгляд хищника, поймавшего жертву, и шаг ко мне. – Не хочешь говорить – узнаю сам.
Вторая рука придерживает лицо, а глаза приближаются и становятся просто огромными.
– А теперь расскажи мне…
А вот теперь я разозлилась. Ах, рассказать? Да не вопрос! Я тебе еще и покажу! Я тебе все покажу!!! В три секунды нарезав солянку извоспоминаний, буквально вывалила на него фрагменты вчерашнего дня. Вот я захожу в спальню к Винсу и обнаруживаю там постороннюю девку, вот я спускаюсь по лестнице и бреду куда глаза глядят, и вот я сижу на пристани, а затем прыгаю в реку. И все это сдобрено неслабой порцией горечи и отчаяния. Не моими, нет, но их несложно подделать…
Последним я показала то, как выбиралась из реки на песчаную косу. Уставшая и опустошенная. Пусть думает, что просто плавала. Пусть думает…
Все это у меня получилось уложить минуты в три воспоминаний, так что на последнем кадре, дернувшись, я зло выплюнула:
– Довольны?!
Немного отстраненный и рассредоточенный взгляд вместо ответа, а затем происходит невероятное: этот… этот блохастый рывком притягивает меня к себе и… обнимает.
Минута молчания, за которую я пытаюсь понять – какого лешего? А он просто молча стоит и обнимает.
– Ви? Что тут происходит? Господин инквизитор? – Винс, непонятно почему решивший подняться в такую рань, стал именно тем, кто разрушил все очарование момента. Я уже закрыла глаза и начала тихо млеть от близости горячего мужского тела, наплевав на все то, что меня останавливало раньше, а тут – он.
Тео же, после слов полурекша убрав руки и даже как-то неуловимо отодвинувшись, снова стал отстраненным и непостижимым господином инквизитором. Быстрый взгляд на меня, а затем, сурово прищурив глаза, на Винса. А мне же стало безумно интересно: вчерашняя девка в постели Винса – дело рук инквизитора или нет? Если нет, то… будет «ой».
Затянувшееся молчание начало давить, так что пришлось робко подать голос:
– Ну я пойду? Мне заниматься надо…
– Да. – Разрешение было произнесено словно нехотя, причем не сводя взгляда с напряженного Винса, а затем он перевел взгляд на меня и добавил: – Идем.
Одно-единственное слово, а мои брови непроизвольно поползли вверх. Это еще как понимать?
В итоге, пока я стояла и хлопала ресницами, инквизитор подхватил меня под локоток и, развернувшись – причем еще и не став прощаться с Винсом, – вышел на улицу, ведя меня так крепко, словно я не могла идти сама.
– Э… господин инквизитор? – Решив уточнить один момент, попыталась придать голосу побольше вопросительности. – Можно вопрос?
– Спрашивай. – Шагая по улице, причем абсолютно не глядя на меня, а как бы углубившись в себя, следователь кивнул.
– А мы куда идем?
– Ты завтракала?
– Нет, но…
– Значит, идем завтракать. – Неоспоримость его тона покоробила, так что я даже нахмурилась. Очередной самец… черт.
– Я не хочу. Я не завтракаю по утрам…
– Диета? – Косой взгляд на меня, следом на фигуру, и не менее уверенно: – Значит, поговорим, а чуть позже пообедаем. Но худеть тебе не стоит, нет смысла.
То ли охаял, то ли комплимент сказал… Нет, с этим разберемся потом. Сейчас меня интересует другое.
– О чем?
– Мм?
– О чем вы хотите поговорить?
– О тебе и о твоем круге общения.
Если бы я могла, я бы его покусала. Тон – один в один, как у отца, когда мне было пятнадцать и я отправилась на городское кладбище в компании выпускников Академии, чтобы они мне показали, как призывать умертвие. Ну что поделать, если они были частыми гостями в нашем доме? А все потому, что отец был их куратором… Вот и общалась с теми, с кем была возможность… и вообще…
Впрочем, все это возмущение пронеслось лишь внутри меня – внешне я лишь поджала губы и стиснула челюсти. Тоже мне папочка нашелся!
– А куда мы идем? – Вопрос был не праздный, потому что, допустим, появляться в их управлении у меня желания не было. Да и на платье у меня несколько дырок! Мне бы переодеться… Пускай они и прикрыты иллюзией, но дискомфорт все равно присутствует.
– Ко мне домой.
Тоже вариант не из лучших. Как вспомню, что я у него в кабинете учудила… Косой взгляд на сосредоточенного оборотня и тяжелый вздох – такое не забудешь…
– И что вздыхаем? – Вопрос с неуместной иронией, а мне захотелось нахмуриться и огрызнуться. Тоже мне юморист… понял ведь, по какому поводу я вздыхаю.
– Лекции… – прозвучало весьма неожиданное для него объяснение, так что искры веселья, пляшущие в его глазах, погасли, а ехидна, живущая внутри меня, стала радостно потирать лапки. Так тебе!
– Успеешь, – ответил он, словно ничуть не сомневался в моих способностях, и слегка подтолкнул меня вперед. – Ну вот и пришли. Проходи.
Хмурый взгляд, которым я одарила оборотня, не произвел на него никакого впечатления, а судя по вновь появившимся искрам веселья в его глазах, даже позабавил. Так… или я что-то упускаю, или я сама себя загоняю в ловушку, – в чем подвох?
Глава 17
– Проходи-проходи, не стой в дверях. Или боишься? – Неуместное веселье, сквозившее в его тоне, возмутило и разозлило. Да какого черта?!!
Так что чуть вздернув подбородок и уговаривая себя не применять ни один из болевых приемов, которым в превеликом множестве обучил меня дядюшка Тобиус, я, снова поправив сумку на плече, прошла внутрь дома оборотня. И нос к носу столкнулась с тем самым слугой, что открыл мне двери в прошлый раз.
Вот только выражение его лица на этот раз было не в пример эмоциональней. Сначала недоверие, затем злость и в конце самая настоящая ненависть.
Да такая, что я аж отшатнулась от неожиданности и спиной вписалась в оказавшегося за мной инквизитора. Мужская рука моментально перехватила меня за плечо, а от резкого и приказного тона вздрогнула даже я.
– Акур, тихо! Иди к себе, поговорим позже.
– Как скажете, господин… – процедил сквозь зубы парнишка и прожег меня уничижительным взглядом, после чего, стремительно развернувшись, поторопился вглубь дома.
– Э-э-э…
– Не обращай внимания, с ним такое бывает.
– А он…
– Издержки профессии.
– Мм…
– Проходи уже, не стой в дверях. Дорогу в кабинет помнишь? – Некоторая язвительность тона снова покорежила, пришлось взять себя в руки и, дернув плечом, чтобы он наконец меня отпустил и прекратил прижимать к своей груди, согласно кивнуть. – Прекрасно. Тогда проходи. И кстати, что у тебя с платьем?
Чуть удивленный вопрос, прозвучавший уже мне в спину, когда я отошла от него метра на два-три, заставил меня замереть, чтобы сообразить, что… иллюзия спала! Черт! А почему это, собственно, она спала?!
– Упала неудачно… – Раздраженно дернув плечом, ускорила шаг, чтобы поскорей попасть в кабинет, сесть на диванчик и перестать его смущать своей разодранной спиной и, пардон, попой. Не критично, но приличные девушки в таком виде из дома не выходят.
Че-е-ерт!!! Ну почему, когда он рядом, я теряю самообладание, выдержку и способность логически мыслить?!
– Иллюзия?
Я уже сидела в кабинете, когда туда зашел оборотень, причем с подносом в руках. Умопомрачительные ароматы свежесваренного кофе и свежей выпечки враз напомнили об обостренном обонянии, так что пришлось стиснуть зубы и не скривиться.
– Да. Но я не пойму, почему она пропала…
– Рядом с сотрудниками инквизиции не действует большинство иллюзий. Мне даже удивительно, что твоя продержалась так долго. – Разместившись за рабочим столом и налив себе в чашку кофе, оборотень сделал приглашающий жест, но я снова отрицательно мотнула головой, отказываясь от угощения.
Чуть вздернув брови и пожав плечами, он словно показал, что я зря отказываюсь.
А ведь мне еще как-то надо умудриться от обеда отказаться… И вообще, чего это он такой добрый?
– Господин инквизитор… – Дождавшись, когда он отопьет и поставит чашку на стол, отвела взгляд от его рук и подала голос: – Мне правда надо идти…
– Пойдешь, обязательно пойдешь… – Суровый прищур – и я не верю своим ушам. – Скажи, Виона, ты бы хотела работать на инквизицию?
– А-э… – Честно, я растерялась. Более нелепого предложения я не ожидала услышать. Я? И работать на инквизицию? Несколько секунд я пребывала в ступоре, а потом меня пробило на «хи-хи». И не просто какое-то там маленькое «хи-хи», а самый настоящий ржач во все горло. – А-а-а… о-о-оу… хи-хи-хи…
С трудом закончив хохотать, обхватила себя руками, но все равно продолжала улыбаться, не в силах успокоиться окончательно. Вот затейник! Эх, надо будет запомнить этот момент! Может, потом, когда буду писать мемуары, вставлю этот фрагмент, как самый ухохотательный.
– Закончила? – Ледяной тон и суровый взгляд не произвели должного впечатления, и я снова чуть не сорвалась на смех.
– П-п-п-простите… но это правда… дико!
– Почему же?
– Ну, где я и где инквизиция? Да я же студентка… первокурсница! А вы?
– А я? – Самую капельку заинтересованный тон, но я не вижу его лица, скрывшегося за чашкой кофе.
– А вы дипломированный специалист. Профессионал. Оборотень, в конце концов… – Под конец пожав плечами, словно это объясняло все, я снова улыбнулась. Умопомрачительный мужчина! Рядом с ним мое настроение скачет, как сумасшедшее!
– Но тебе ведь это не мешает?
– В смысле?
– Не включай блондинку, Виона, – снова отставив кружку и сцепив пальцы, инквизитор чуть прищурился, – ты ведь уже сама догадываешься, что твоя реакция на нас нестандартна.
– Ну… – короткий взгляд на его губы и… если бы я умела краснеть, точно бы заалела, – и что с того?
При чем тут мое притяжение и работа на инквизицию? Или мы о разных вещах думаем?
– Думаю, ты догадываешься, что наша работа не обходится без услуг внештатных сотрудников? Что бы ты там себе ни надумала, но я не предлагаю тебе должность следователя – в этом ты права, ты не дипломированный специалист. Я предлагаю тебе стать…
– Стукачом? – Зло прищурив глаза, мотнула головой. – Нет.
– Ты не дослушала. – Не обратив на мой выпад никакого внимания, словно его и не было, оборотень продолжил: – Я предлагаю тебе стать именно внештатным сотрудником. Будешь собирать информацию обо всем необычном и противозаконном, а уже с самой информацией будут работать наши сотрудники.
– Нет. Это ведь стукачество, я же уже ответила.
– Позволь не согласиться. Это разные вещи. Или ты уже на кого-то работаешь?
– Нет.
– Тогда в чем проблема?
– Почему я?
– Почему бы и нет?
– Бессмысленный разговор, не находите?
– Отнюдь. Ты очень интересный человек, Виона. И мне кажется, твой потенциал много больше, чем ты показываешь… Почему не хочешь? Это ведь весьма престижно. Работать на инквизицию.
Да уж, престижно… Знал бы он, кому он это предлагает. Вот только я же не буду его в этом просвещать! Мне моя шкурка еще самой пригодится.
– Вы мне настолько доверяете?
– Твой куратор отозвался о тебе как об очень перспективной и серьезной студентке. У меня нет причин не доверять ему.
– Куратор? – Расширив глаза, не удержалась и снова усмехнулась. Ну-ну… И что же он рассказал оборотням о малышке Вионе? – Знаете, это все, конечно, весело, но мой ответ: нет.
– Нет… – Словно пробуя мой ответ на вкус, оборотень начал рассматривать меня, как будто в первый раз видел. – Ну нет так нет… давить не стану, согласие – это дело добровольное. Впрочем, если передумаешь, то мы можем снова обсудить возможность нашего сотрудничества.
Замолчав, но продолжая меня рассматривать, оборотень чуть прикрыл глаза, словно окунулся в свои раздумья. Ну а мне что делать?
– На этом все? Я пойду?
Он отрицательно покачал головой, и на его губах возникла почти неуловимая усмешка, словно его забавляли мои попытки прервать наше общение.
– Нет, у меня к тебе парочка вопросов о твоих знакомых. Что ты можешь рассказать мне о адепте ит’Санэ?
– О Салиме? – Успев заметить, как странно блеснули его глаза, когда я назвала демона по имени, переспросила: – А что именно вас интересует? Я не так близко с ним знакома.
– Все, что знаешь. Странности в поведении, привычки, увлечения.
– Ой, ну вы и спросили… – Озадаченно нахмурившись, пожала плечами. – Да нормальный он… самый обычный демон.
– Младший князь рубинового дома и самый обычный демон?
– Ой, а вы думаете, то, что он младший князь, делает его необычным демоном? – С усмешкой приподняв брови, покачала головой. – Да они все одинаковые. Мужчина, одним словом. Единственное, что наглости в нем чуть больше, чем в его друзьях, да любознательности. А в остальном… самый обычный демон и самый обычный студент.
– Ты так хорошо разбираешься в мужчинах?
– Э… это, простите, на что намек? – Сообразив, что слегка забылась, я напряглась.
– Ничуть. Но мне интересны твои размышления. Ты так забавно рассуждаешь…
Вскинувшись на слово «забавно», почему-то обиделась. Я ему скоморох, что ли?! Тоже мне – нашел шута!
– Ну, знаете…
– Не ершись. – Остудив мой порыв поднятой рукой и доброжелательным тоном, мужчина улыбнулся одними глазами. – Ты действительно рассуждаешь весьма нестандартно. Скажи, а ты знаешь о девушке, которую они ищут?
– Это о какой?
– О дриаде по имени Летта.
– О… – Чуть было не ляпнула «А вы откуда знаете?», но потом сообразила, что наверняка среди студентов у них имеется не один осведомитель, так что вопрос будет неуместен. Но… едрит-мадрит! Это ж надо так вляпаться! – Говорят, это кто-то из первокурсниц-целителей, но у нас нет дриад с таким именем.
– Ты не ответила на вопрос, Виона. Я не спрашивал, что говорят, я спросил, что знаешь ты.
Неприязненный взгляд на оборотня – я уже запарилась изворачиваться так, чтобы не солгать и чтобы не сказать ничего лишнего. Нет, ну принесло на мою голову, а?! Или не на голову… эх, и когда я так нагрешить успела?
– Виона? – Не дождавшись от меня объяснений, оборотень вопросительно наклонил голову.
– Я ничего не знаю о дриаде по имени Летта, – ответила я максимально кратко и честно и чуть вздернула подбородок, но по блеску в его желтых глазах догадалась: он понял мою уловку и учел на будущее. Нет, ну не гад ли?
– Вы с ней подруги?
– Нет.
– Знакомые?
– Нет!
– Тихо-тихо… – Довольная ухмылка, но не успел он задать очередной провокационный вопрос, как к нам присоединился его ехидный кузен.
– О, а вот и наша утопленница! Как водичка? Мокрая? – Буквально от входа закидав меня вопросами, оборотень прошел в кабинет и устроился в кресле напротив, переплетя пальцы и начав рассматривать меня как нечто невообразимое, периодически кривя губы в усмешке.
Из-за того, как он стремительно появился, я смогла лишь приоткрыть рот и три раза сморгнуть. Нет, ну каков нахал, а? Да по сравнению с ним Тео – это просто образчик галантности и любезности!
– Простите, это вы сейчас о чем?
– Ну, ты же не будешь отрицать, что вчера сидела на южном причале, а затем прыгнула в реку?
– Не буду… – Настороженно прищурившись, поняла, что происходящее мне ой как не нравится. Если с одним оборотнем мне было более или менее спокойно, то с двумя… с двумя все намного сложнее. Я ведь и «мяу» сказать не успею… – И что?
– И ничего. Благодаря твоей выходке пятерка моих орков сорок минут вынуждены были принимать водные процедуры.
– Зачем?
– Тебя искали, дуреха.
– Зачем?
– А затем, что кое-кто был бы против, если бы ты умерла. – Высокомерный смешок. Затем, взглянув в мои распахнутые в недоверии глаза, он добавил жестко: – А теперь объясни мне, тугодуму, почему ты жива?!
– А… ну… я же не топилась. Плавала я…
– В одежде? На южном причале? – Раздраженный прищур, но старший не стал вмешиваться в допрос младшего. А мне это стало нравиться все меньше и меньше… Однозначно пора завязывать.
– Ну да. А что? А вы что там делали, кстати? Вы за мной следили, что ли?
– Я? Нет.
– А кто?
– Кое-кто, кому было это поручено.
– Это еще зачем?! – бросила возмущенный взгляд на Теодора и зло потребовала: – А ну рассказывайте! Это что еще за шуточки ваши?! По какому праву?!
Он скривил уголки губ, чтобы не рассмеяться, а Эстебан… тот и вовсе не стал сдерживаться и расхохотался в голос. Та-а-ак…
– Ну и что такого смешного я сказала?
– Ладно, смотрю, у вас все неплохо… Пожалуй, мне пора. – Рывком поднявшись с кресла, Эстебан так же стремительно, как и вошел, покинул кабинет. Словно его и не было.
Ну и что это только что было?
Требовательный взгляд на старшего кузена, а этот блохастый… сидит, сверкает глазами и улыбается. Ой, кто-то сейчас доулыбается…
– Господин инквизитор!
– Да?
– Что «да»?
– А что «господин инквизитор»?
– Вы… вы несносны!
– Да уж… А ты непостижима. И что? – Вогнав меня в ступор странными логическими вывертами, оборотень усмехнулся. – Если ты возмущена тем, что за тобой следили по моему указанию, ты твои претензии необоснованны.
– Почему это?
– А потому, девочка, что ты мне интересна, и я в своем праве. – Откинувшись на спинку кресла и сложив руки на груди, оборотень снова усмехнулся, когда я не нашлась, что возразить. – Что ответишь на это?
– Мм… а я обязана отвечать? – Разозлившись на очередного мачо, которого абсолютно не интересует мое мнение, резко продолжила: – Знаете, у меня есть…
Черт! Был… Уже не есть, уже нет…
– Что у тебя есть? – Он подождал, но, не дождавшись продолжения, напрягся и изучающим взглядом скользнул по лицу. – Виона?
– Знаете, мне действительно пора. – Не собираясь показывать ему свою слабость и уж тем более не планируя искать у него утешения в связи с изменой «любимого», я резко встала и, подхватив сумку, успела сделать несколько шагов к выходу, прежде чем услышала за спиной раздраженное и властное:
Читать бесплатно другие книги:
