Живой ты не вернешься. Книга 1 Керлис Пальмира
– Это племена, – как-то определил он и остановился. – Что за день?! То никого здесь, то целое сборище!
Не думаю, что случайное… Скорее всего, магов из Культа ищут. Те что-то делали в лесу, недаром Велизар сказал, что «тут закончат позже». Но нам местные колдуны тоже не обрадуются. Мы сменили направление. Тупая боль в спине и затылке некстати напомнила о себе, все-таки о дерево меня приложили неслабо. Головокружение мешало все сильнее, я замедлилась. Северин взял меня за руку и потащил за собой так, что, казалось, оторвет. Небо темнело, деревья и развилки становились смутно знакомыми. К поляне с руинами движемся! Выбора-то нет. Либо туда, либо вглубь Пустошей, где у колдунов дом родной.
Примятая трава, поредевшие деревья, выросшая за ними недостроенная постройка. Мы нырнули в руины, скрывшись в их лабиринте. Самая высокая стена скрыла нас целиком, и привалиться к ней было прекрасно. Мне требовалось отдышаться, а Северину достать охранные зелья. Одно он влил в себя, другое всучил мне. Выпила, скривившись от горечи на языке. Теперь атакующая магия будет бить по нам меньше. Надеюсь, это не пригодится. Может, племена задержат Культ? Или хотя бы Велизара…
– Допрыгалась? – Мне опять достался злющий взгляд. – Тебя на целительском не учили, что сама по себе ты уязвима и без боевого мага в опасных местах гулять не стоит?!
Не понял… Конечно, под деревом я валялась беспомощно, а мое защитное заклинание, позволившее укрыться от массового ослепления и удрать, для целительницы не подвиг.
– Куда тебя понесло? – напирал он.
– Куда надо, – огрызнулась я. – Сейчас это выяснять будем, да?
– Потом… – процедил Северин многообещающе.
– Как ты свою ауру скрываешь? – Все же вопрос по существу. – Это постоянный эффект или временный?
– Долговременный, если активировать, – ответил он и потряс перед моим лицом непримечательным браслетом на запястье. Видимо, разборки решил оставить для возвращения в крепость. – Подарок от одного друга-архимага.
Не те подарки мне Данаил дарил… Ох, не те!
Мирную тишину руин пронзили шорох и голоса – с края поляны. Из леса кто-то вышел и не таился. Судя по вибрациям энергии, их было немало. Культ, племена?.. Без разницы, с нами у них будет разговор короткий. А Велизару нужна я, Северин для него не более чем помеха.
– Уходи, – оценила я ситуацию. – Тебя не заметят, а вот моя аура выдает нас обоих.
– Я обещал за тобой присматривать, – сказал Северин таким доходчивым тоном, словно я была непроходимой идиоткой. – За вверенных мне людей я несу ответственность.
– Насчет вверенных людей. Где стражи из отряда?
– В деревне. Нечего их было риску подвергать из-за дурной особы.
То есть их жалко, а себя нет. Суицидальные у вас наклонности, господин комендант!
В ответ на мою скептическую усмешку он и бровью не повел. Злости в его взгляде стало поменьше, отразилось даже подобие уважения. Оценил, что не цепляюсь за него с мольбами: «Пожалуйста, спаси»? Лучше бы вправду взял и ушел. Не то чтобы мне не нужна помощь… Но героическая смерть Северина не нужна тоже. И так примчался меня выручать, ответственный, чтоб его. Жаль будет, если пострадает по моей вине. Да, выжить хотелось очень. Но не ценой чужих жизней.
– Тебе что, заняться нечем, кроме как из-за дурной особы подставляться? – вопиюще неблагодарно спросила я. – Вся крепость в опасности, Пустоши навестил Культ. И их основатель тут, его ты сковывающими чарами и приложил.
– Да неужели, – хмыкнул он. – А я-то думал, кто бы это мог быть.
Видимо, некоторые смогут перестать язвить, только когда скоропостижно скончаются.
Вибрации приближались, да и отслеживать их было уже ни к чему, за стеной доносились шаги. Северин сосредоточился на плетении вокруг нас магического щита. Упертый! Я осторожно заглянула в дыру в каменной кладке, из которой неплохо просматривалась поляна. За нестройными рядами обрушенных временем стен, по травяному ковру ступали маги из Культа. Шестеро моих новых знакомых, и почти все колдовали по пути невидимое для меня, а значит, темное заклинание. Пассы были узнаваемы: вытягивающее жизненные силы облако. Одно радовало: Велизара среди них не было. Пока что. Племенами занят? Вот бы в лес могущественный колдун нагрянул и отвлекал его подольше…
– Их в три раза больше, – сообщила я шепотом, – и они готовятся напасть.
Северин кивнул, закончив накладывать щит. Мощным получился, прочная вязь, петля к петле. Выходит, вместе остаемся. Уходить ему поздно. Аура аурой, а укрытие из руин посредственное. Незамеченным не выберется, даже если захочет меня бросить. А свидетели Культу ни к чему.
Дымное облако тьмы на нас наползло стремительно. Непроглядная голодная завеса, предельная концентрация. Щит сдерживал натиск, тая по частям, давая драгоценное время. Северин вложился в рассеивающие чары, я сомкнула ладони, накапливая между ними свет – пульсирующий густо, обжигающе. Собранные силы, магия на кончиках пальцев. Заклинание сплела одновременно с Северином. Он справился – облако разорвалось на темные клочки.
Я выпустила поток раскаленной энергии, направив через стену. Прицельно во вражеские ауры, со свистом. Ударная волна сбила с верхушки камни, забирая с собой туда, где стояли враги. Грохот, искры, чей-то вскрик. Северин не глядя добавил залп света. Потому что смотрел при этом на меня – так пораженно, будто я попала в него. От адептов прилетели пары дымчатой тьмы, разбившиеся о его обновленный щит. Я отправила им вторую волну, не особо целясь. Задела стену. Шаткая конструкция рухнула, посыпались камни. Поднятые с земли моим вихрем света, они улетели в адептов, размозжив кому-то голову. Минус один!
Нам ответили накинутым темным маревом. Я пригнулась, спрятавшись за огрызком стены. Северин приземлился рядом, не сводя с меня ошеломленного взгляда. Впрочем, колдовать рассеивание не забывал, тьма вокруг нас норовила сгуститься. Недостена дрожала, за воротник сыпалась труха. Он прищурился и повторил тот вопрос, что задал мне при первой встрече:
– Ты кто?
– Та, с кем у тебя есть шанс отбиться. – Я выставила руку в контрзаклинании, отбрасывая хлынувшую сверху темную волну. – Не зевай!
Северин отразил другую, третья ударила в каменную кладку. Наше ненадежное укрытие окончательно обрушилось. Не сговариваясь, мы под щитами рванули вглубь лабиринта, к уцелевшей стене повыше. Кое-как нагроможденные друг на друга камни обещали крайне недолгую защиту.
– Что еще умеешь? – спросил он.
– Всё, – не стала я скромничать, – только боевое, а не целительское.
На лице Северина застыло непередаваемое выражение. Даже жаль, что любоваться некогда. К его чести, взял себя в руки он быстро. Рассеял заклубившийся над нами дым и сказал:
– Первым делом надо от их целителя избавиться. Самый щуплый из них, чуть поодаль ото всех стоит.
Наблюдательный какой, я вот проморгала. Да, целителя необходимо вырубить, чтобы не ограждал своих от львиной доли наших заклинаний.
– Отвлеку их, – решила я, – а ты целься в него.
Прежде чем Северин успел возразить, я высунулась из-за стены в столь плотном щите, на который была способна. Адепты среагировали чередой темных плетений, с горем пополам поглощенных моей защитой. Ожидаемые заклинания колдуют… Марево для замедления, волны тьмы с атакующими импульсами, вытягивание жизненных сил. Но их чары куда мощнее обычных! Либо противники – могущественные маги, либо используют усиления запрещенными ритуалами. Дальше могут и смертельное проклятие метнуть, если окажемся в зоне прямой видимости. Или Велизар не разрешил? В меня – возможно, а вот на Северина это точно не распространяется…
Пока я работала приманкой, он успел выпустить поток подвижного света. Ворох искр ловко обогнул темных магов, ярко вспыхнув за их спинами. Целитель повалился наземь, я юркнула обратно за стену, потирая ноющее плечо. Все-таки задело тьмой, щит не выдержал… Ладно, ранение ерундовое – равносильно ушибу, и лечить-то сейчас не стоит.
Я перевела дыхание, Северин стряхнул с пальцев остатки колючих искр. Адептов против нас осталось четверо. Вот только время не на нашей стороне, надо гасить их быстрее и удирать. Пока не подоспел Велизар или местные ведьмы с колдунами, умеющие натравливать лесное зверье!
– Ударим вместе? – осведомился Северин.
Едва кивнула, он накрыл мою руку своей. В наших соединенных ладонях заструился свет, стремительно накаляясь. Вплетая незримые нити в его узор, я почувствовала покалывание на коже от льющейся чужой силы – наколдованная вспышка обещала быть мощной, темные маги особенно оценят… Если очнутся потом.
Из-за стены метнулась тьма, Северин резко притянул меня к себе. Его плетение изменилось на защитное, я тоже перестроилась, неожиданно доверившись. Не прогадала… Реакция у него лучше моей! Направленные в нас боевые импульсы чуть сбили с ног, объятия тьмы накинулись удушающе. Мы выстояли, развеяв вражеские чары.
Из каменной кладки повыпадали камни, в образовавшихся прорехах стены виднелся целительный свет, в котором тонули людские фигуры. Больше, чем было! Одну из них я узнала бы и с закрытыми глазами, от размытого облика явственно исходила опасность. Велизар своих со мной не бросил… Я чудом не сбилась со следующего защитного плетения, к горлу подскочил ком, насилу проглоченный. С другой стороны поляны раздались боевые крики – неразборчивые. Нет, незнакомые. Племена?!
Северин разорвал нашу связку и отправил ядовито-яркое рассеивание за стену, в скопление целительного света. Заискрило так, словно в пылающее пламя ядреного зелья плеснули. Стрельнуло до небес, наложенный им щит отбил ответный залп тьмы. Земля тряслась, выкрикивающие непонятно голоса приближались. Отлично! Подоспевшие дикие колдуны из Пустошей не повод для радости, но теперь Культ не сможет целиться лишь в нас.
Стена посыпалась, мы ринулись назад – к другой, более дальней и целой. Догнало эманациями с отпечатком тлена и смерти, они мерзко дребезжали, сотрясая воздух. Темное проклятие… Метящее в Северина. На глубоком вдохе я влила в наш щит столько магии, что закружилась голова. Мое плетение отразило проклятие, дребезжание стихло. Северин привалился к стене, бледный, зато живой.
– Нехило, – прохрипел он, стряхивая с шеи труху, в которую превратились охранные амулеты. – Все нормально, не попало.
Хорошо. И что не попало, и что кто-то зря потратил так много сил. Уж не Велизар ли? Надеюсь, не скоро повторит, не всемогущий же. Я поправила свой охранный амулет, из кармана просыпался пепел. Самоцветы… Провели энергию, усилив мои заклинания, и обратились в ничто. Обидно, славное было подспорье. Но что мешает взять еще? Тайник-то рядом.
– За мной, – сказала я Северину и по памяти кинулась в лабиринт руин.
Послушался молча, хотя по глазам отчетливо читался не самый цензурный вопрос. Видимо, за дурную меня больше не принимал. За нами гнались щупальца едкого дыма, воздух тяжелел от отголосков обоюдно развеянных боевых заклинаний. Было не до счета шагов и осмотра нижней каменной кладки стен, но плутать не пришлось. Мешок на земле выглядел приметнее любых меток. Я подхватила его, вытряхнула содержимое в траву.
– Так ты за этим сюда ходила? – презрительно поинтересовался Северин. – Как заурядно.
– То, за чем я ходила, уже не в мешке, – прошипела я, будто его слова меня задели. – Не привередничай, бери, что дают.
Он выбрал амулетов взамен рассыпавшихся, я загребла камней с янтарными прожилками. От точечных, взывающих к дару касаний они наполнились магией, засверкали. Помогут, добавив мощи любым нашим чарам. Адепты Культа догонять нас не спешили, преследующий по пятам дым прилетал реже. Они определенно вели бой на два фронта, пространство взрывалось звуками заклинаний. Что происходило на поляне, я не видела, просто слышала крики и чувствовала вибрации чужой энергии и многочисленных боевых импульсов. Идеально, чтобы Культ насмерть сцепился с местными колдунами, а мы улизнули. Но вряд ли нам так повезет, путь к отступлению лучше организовать немедленно.
– Накрываем поляну оглушающими чарами, – прикинула я, – и бегом отсюда.
– Вдвоем заклинание на такую кучу народа не наложить. – Северин посмотрел на меня, как на сумасшедшую. – Никакие камни не спасут. Ты хоть представляешь, сколько понадобится сил?
– Ты высший магистр или кто? – Я уставилась на него с наигранной недоверчивостью, он вернул мне еще более выразительный взгляд – мол, не в себе сомневается. – На мой счет не переживай, я полна сюрпризов.
Северин поджал губы, всей своей мимикой демонстрируя, где видел мои сюрпризы. Но вариантов у нас было негусто. Или сумеем удрать, или сгинем в этой бойне. Или дождемся, пока Культ с племенами разберутся, кто кого, а потом попадем в лапы победителям.
Он принялся дальше рыться в сокровищах моего покойного наставника, отбирая полезное, я сосредоточенно нависла над камнями. Наполнив их магией до отказа, прислушалась к себе. Вдох, нырок в глубину собственного сознания. Туда, где переход между сторонами. Два берега, бурлящая река энергии. Передо мной пылал свет, далеко позади клубилась тьма. Манила обратно, будто скучала. Я и не повернулась к ней, приблизилась к свету плотнее. Он вспыхнул ярче, не принимая до конца, шипя и противясь нашему слиянию. Посыпались искры, я ловила их, копя злость. Ну, в отличие от тьмы, он хоть не врет, что не хочет считать своей!
К горлу подкатила тошнота, меня выкинуло в реальность. От растекшейся по венам ярости внутренне потряхивало, не терпелось сбросить ее в бою. Северин моего состояния не заметил, да и был занят: вражеские заклинания до нас по-прежнему долетали. Его точные, выверенные движения мастерски складывались в пассы, отражая атаки. По-моему, если бы он не выпендривался во дворце, то в будущем вполне мог архимагом стать. Я помогла обновить защиту, Северин навешал на меня амулетов из тайника и произнес:
– Начинай.
Я сконцентрировалась, смыкая ладони, чувствуя силу – магии и бушующих эмоций. Позже это аукнется болезненным опустошением. Но то позже, а сейчас пора выбираться! Свет пульсировал внутри, просился наружу, упрекая в жадности. Наколдованное оглушение обещало быть очень действенным. Но отсюда, из-за стен лабиринта, покрытие заклинания будет слабее. Залить бы врагов им целиком…
– Я знаю, что делаю, прикрой, – попросила Северина и встала.
Оставив ему напитанные энергией камни, попыталась вскарабкаться по выступающим частям кладки наверх. Он опешил, но подсадил, помогая забраться на стену и встать в полный рост. Меня окутало его щитом, взору открылась поляна, ставшая полем боя. Сверкание плетений, обломки разрушенных стен. Десяток магов из Культа, противостоящих куда большему количеству одетых в шкуры колдунов с палками, с наконечников которых угрожающе пялились пустыми глазницами нанизанные черепа. Меня заметили тотчас, полетели атакующие импульсы. Щит и амулеты сдержали их, однако счет шел на секунды.
Сила клокотала, требуя выхода, и я освободила ее. Раскрыла ладони, выпуская сплетенное заклинание. Выплескивая из себя магию, направляя дальше, разливая вокруг, везде. Чары Северина вплелись в созданное мной полотно, оно развернулось. Бешеные колебания, тяжесть воздуха. Вспышка света, одна, другая, третья! Поляну залило сиянием – ярким, едким, ослепительным. Спустя секунду он померк, осталось лишь двое не впавших в ступор. Велизар, чья довольная улыбка удивляла, пугая до дрожи, и одетая в меховое платье старая женщина с перьями в растрепанных волосах. На ее морщинистом лице читалось недоумение, по-ястребиному хищные глаза впились в меня.
Я шатнулась, Северин стащил меня со стены. Потянул прочь – из руин, с поляны. Обступил лес, под ногами с невероятной скоростью проносились дерн и мятая травы. В мыслях царил разброд, от недавнего выплеска магии мутило и накатывала слабость. Заросли слились в единую зеленую линию, небо нависло непроглядной серостью, будто тучи сожрали солнце без следа. В себя привел рык, раздавшийся из-за кустов. Северин замер, рывком заставил остановиться и меня. Ветви раздвинулись, вышли волки, беря нас в полукруг. Много, целая стая. А силы на исходе, мои так точно. Пара десятков звериных глаз глядели только на меня, неотрывно.
– Ты привлекла внимание ведьмы, – констатировал Северин.
Той самой?! Из легенд?..
Волки оскалились, готовясь накинуться, я медленно попятилась.
– Беги, – велел он. – Ты их цель, но натравливающее заклинание спадет, едва окажешься далеко. Я их задержу и успокою.
Точно помнила, что убегать от волков – плохая идея, но эти-то заколдованные! Решив, что Северин ерунды не посоветует и после всего убиваться ради меня не станет, я развернулась одновременно с наложенным им на стаю заклинанием отвлечения. Волки озадаченно мотнули мордами, уставившись в одну точку и потеряв меня из вида. Я помчалась куда глаза глядят, не разбирая дороги. Замелькали деревья и кусты, рык за спиной не доносился, звуков борьбы тоже. А Северин умеет с местной живностью ладить… Но чем быстрее я окажусь дальше от стаи, тем быстрее он сможет убраться из леса, в котором нас по-прежнему могут преследовать племена и Культ!
Покрытые густой листвой ветви загородили обзор, я кинулась сквозь них, задев плечом шершавый ствол появившегося на пути дерева. Плечо отдало болью, напомнив о том, как я неосмотрительно его не залечила. Потеряв равновесие, я влетела в очередные заросли. Твердая земля внезапно кончилась, разверзся обрыв. Запоздалое торможение, уехавшая из-под ног опора. «Это слишком глупая смерть», – пронеслось вихрем в голове. А потом мир перевернулся, небо закрутилось в безумном танце с землей и наступила ненавистная темнота.
Глава 5
Отовсюду лился свет, пространство рассыпалось кусочками, собираясь вновь. Зыбкое, необъятное, бесконечно далекое от реальности. Я мчалась куда-то, не в силах остановиться. Мчалась не сама, а подхваченная течением неведомой энергии. Она не была ни теплой, ни ласковой, хоть и напоминала солнечное сияние. Меня нес искристый поток, качая на волнах. Они бушевали, сердились, разбивались друг о друга. Не река – море в шторм.
На том я свете или этом?.. Сдохнуть назло Велизару без его участия было заманчиво, но не настолько. Не хочу я умирать, не буду! Попытка воспротивиться течению разозлила его, впереди бешено закрутилась свистящая воронка. Я изо всех сил потянулась от нее прочь, но поток только усилился, сильнее затягивая в мощный водоворот. Нет, нет, нет… Яростный вдох, гребок в противоположную сторону. Свет задрожал, будто из ниоткуда заклубилась тьма, подбираясь ко мне густыми дымными щупальцами. Я забарахталась, поворачивая назад, она накинулась сверху, укрыла меня целиком. Мир зарябил и окончательно разлетелся – не осколками, брызгами. Странными, ярко-алыми, как свежая кровь.
Следом пришла боль. Тупая, давящая, беспощадная. Тяжесть в голове, огонь жара по венам, пульсация в висках. Вот теперь никаких сомнений: жива…
Сжатое спазмом горло едва втягивало воздух, тело не слушалось. Разомкнуть веки было трудно, словно весили они неподъемно. Темнота перед глазами расплылась мутными кругами, я сморгнула их. Нависло морщинистое лицо, знакомое. Ведьма из Пустошей?!
– Рано, – сказала она скрипуче. Ее ладонь коснулась моего лба прохладой и магией. – Спи.
Мое отчаянное несогласие утонуло в опустившемся мраке. Единственной успевшей мелькнуть мыслью было: «У меня бред…» Предсмертный бред, раз ведьмы из диких племен разговаривают со мной на понятном языке.
Окунуло в глубину собственного сознания, я очутилась на мелководье, между светлым и темным берегами. Посередине, одиноко и неприкаянно. Вместо привычной реки была лужа, почти высохшая. Как-то плохи мои дела, если верить в игру образов. Я села к тьме спиной, обняла колени. Свет пылал, переливаясь красиво. Жизнью, теплотой, недосягаемой силой, не признающей меня своей. Идти к нему не хотелось. Никуда не хотелось. Прав был Орлин, мой погибший от рук Культа наставник… Нигде мне места нет.
Обуяла злость, проснулось неистовое желание разнести тут все к нечестивым духам. Надоело ломиться в запертые двери, брать то, что не идет навстречу! У всех нормальных магов единение с их силой и никакого Велизара на хвосте. А я… Не была по-настоящему темной и не стала светлой. Можно выучить любые заклинания в совершенстве, а все равно не чувствовать себя тем, кем прикидываешься.
Сзади прошлепали шаги, на плечо легла мягкая ладонь. Я перехватила ее жадно, такую родную, поднесла к губам.
– Я не ты, – выдохнула в нее.
– Конечно, не я, – ответила Дарина. Ну или плод моего воспаленного агонией воображения. – Это просто имена, они не значат ничего.
– Твое означает одаренную, мое – сильную и светлую. Смешно…
– Ты пока не знаешь, кто ты. Думаешь, что можешь быть, кем захочешь. Но тебе надо стать собой.
Я обернулась, ее лицо смазалось, будто подернутое туманом. Теплая рука выскользнула из моих пальцев, тонкая фигурка исчезла в плотном мареве, окутавшем все вокруг. Даже видения не собираются со мной задерживаться… А я не собираюсь задерживаться здесь. Встав, сжала ладони в кулаки. Вода странным образом поднялась, достав мне до коленей. Свет горел сбоку стеной, колыхался сгустками. Что ж… Нравится тебе, не нравится, дорогой, потерпишь. Я шагнула к нему, а спустя миг поплыла. Вода наполнила русло до краев, вспенилась. Выдох, рывок, берег. Касание света, его вымученные объятия. Сияние…
Оно померкло, вырисовался деревянный потолок. Тесное пространство сдавливало увешанными оберегами стенами. Я лежала на высоком твердом настиле, рядом на напоминающем табурет столе стояли две глиняные миски. Одна – с водой и влажными тряпками, другая – с душистым отваром. Комнатушка пропиталась его запахом насквозь, забивая остальные, и хорошо. Землистый пол покрывала грубая циновка, в маленьком окне горело красное солнце. Вечер… Странное жилище, не видела таких прежде. Надо поменьше падать с обрывов, тогда и не буду просыпаться неизвестно где. Впрочем, сейчас выясню, куда попала.
Я поднялась с набитой соломой подушки, одеяло сползло. Ребра стягивала плотная повязка, при каждом движении под ней вспыхивала боль. Кроме этой повязки, ничего на мне больше не было. Я закуталась в одеяло, чтобы не мерзнуть, ну и не выходить нагишом. Дверная арка, символически прикрытая длинными нитями бус, открывала взору проход в другую комнату, откуда волнами приливало тепло.
Меня шатало от слабости. Или от голода? Уняв головокружение и держась за стену, я вышла в комнату попросторнее. По ее центру топила каменная печь, на приставленной к стене лавке дремала ведьма. Не привиделась она мне… Выглядела менее угрожающе, чем на поляне. Простое серое платье, накинутый на сутулые плечи платок. И никаких амулетов с черепами.
– Куда? – Она открыла глаза, я вздрогнула.
– Вы говорите на языке Империи?..
– Я знать ваши слова мало. – Ведьма пожевала губами и указала на себя скрюченным пальцем. – Мора.
– Сияна, – представилась я своим именем, от изумления, видимо. – Вы же убить меня пытались…
– Ты напасть первая, – прошелестела она. – Что ты ждать после?
Не помощи уж точно. Может, меня из обрыва подобрали, чтобы волки на ужин доели? Нет, вряд ли. Если бы мне желали зла, не позволили бы по своему дому бродить. Как минимум связать бы стоило. А тут подлечили и на ноги поставили.
– Извините за ту магию, – я прислонилась к стене, все еще тем ногам не доверяя, – я просто сбежать хотела.
– Бегать ты плохо, – усмехнулась Мора. – Не туда.
Издевается? Ну, имеет право. Сглупила я по полной: вперед не смотрела, оступилась, ребра переломала. И, похоже, при смерти была. Северин бы еще не такое сказал.
– Северин… – пробормотала я, вспомнив.
Он велел мне удирать, взяв волков на себя. Что с ним?.. Остался в лесу, а там и адепты, и племена!
– Комендант из крепость? – услышала и поняла Мора. – Живой. Он искать тебя с его люди. Много, долго. Не найти.
– Поисковый отряд успел собрать… – Дошло, что этот вечер не первый и не второй. – Сколько я здесь?
– Ночь пять раз наступать.
И охота ей было со мной возиться? Загадочная у ведьмы доброта и отзывчивость. Найдя меня в обрыве, логичнее было добить, а не тащить к себе в дом.
– Зачем вы мне помогли? – спросила я прямо.
Она растянула губы в лукавой полуулыбке:
– Я понять, кто ты.
– И кто я? – Даже самой интересно стало.
– В тебе Солнце и Луна. Вместе.
Поэтично. Получается, ведьма увидела во мне переходящую и отчего-то это заставило ее сменить гнев на милость.
– Мне приходится делать выбор между светом и тьмой, – возразила я. – Не так уж они вместе.
– Ты не любить тьма, тьма отвечать и не любить тебя. – Мора пожала плечами. – Ты маленький. Глупый.
Вот и поговорили…
Она встала с лавки, прошаркала к скрытому в сумрачных тенях столу. Повозившись, зажгла лучину, комнату осветил язычок пламени. Я смогла рассмотреть грубо сколоченную мебель вдоль бревенчатых стен, пахучие связки трав на массивных полках и котелок, накрытый крышкой. Стоило его увидеть, как пряный запах уступил другому – мясному и аппетитному, желудок сжался.
– Сядь, – Мора кивнула на лавку возле стола, – кто не кушать – не выздоравливать.
Звучит как приглашение… Я доковыляла до лавки, опустилась на нее, понимая, что как бы ведьма ни готовила – смету все, с тарелкой и котелком. Похлебка оказалась вкусной. Жирной, наваристой, с крупными кусками зайчатины, проглотить которые хотелось не жуя. Я сдерживалась, потому что подавиться и помереть – еще глупее, чем падать с обрыва. Пока я опустошала миску, просила добавки и уминала три порции кряду, Мора сидела сбоку и сверлила меня взглядом. Я тоже на нее посматривала, уверяясь, что взгляд тот дружелюбный. Сколько ей лет? Представить страшно. Могущественные маги стареют медленно, и, чтобы превратиться в старуху, нужно несколько веков.
С миской я рассталась неохотно. Есть уже не хотела, наоборот, сдерживала тошноту от сытости, но глаза продолжали пожирать плавающее в похлебке мясо. Мора полезла в карман платья, достала оттуда что-то, зажав в кулаке, и протянула мне. На ее раскрытой ладони блеснула округлая пластина амулета, покрытая спиралевидными рисунками. Его я из тайника и умыкнула, при мне был.
– Твое, – сказала она вполголоса.
– Не мое, – призналась я, – нашла. Его в Пустошах и искала, то есть не совсем его, а…
Я запнулась, и Мора закончила за меня:
– Ответ. Ты искать ответ.
Кажется, она понимает меня лучше, чем кто-либо. А ведь говорить на чужом языке ей наверняка непросто. Надо стараться выбирать слова попроще.
Ведьма настойчиво ткнула амулет мне в руку, пришлось взять. Он мерцал магическим контуром, причудливо встроенным в железокаменное нутро.
– Это принадлежать моя внучка. Давно. Небесный камень.
– Ваша внучка, она как я?! – вырвался возглас.
– Нет, – Мора улыбнулась, обнажив желтые зубы, – девочка вырасти хороший, нежный, тихий.
Ясно, какого тут обо мне мнения. Сама заслужила, начав знакомство с массового оглушающего заклинания. Хотя сомневаюсь, что многое изменилось бы, веди я себя прилично… Но какой смысл об этом рассуждать? Все случилось как случилось.
– У нее сила, подобная моей? – выразилась я точнее.
– Была. – Улыбка сползла с губ ведьмы, глаза затопила тоска. – Ива звать. Он ее убить.
– Велизар?.. – голос дрогнул. – Главный у тех магов, что вторглись в ваши леса.
– Он, да.
И в Пустошах успел переходящую найти! Я стиснула в пальцах амулет, и неровные края впились в кожу, оцарапав ее. Ладонь разжалась, он выпал. Странный, красивый, непонятный. Но я близка к разгадке, как никогда прежде.
– Когда она умерла?
– Когда ваш император захотеть наш лес и послать первых.
Выходит, около восьмидесяти лет назад. Тогда освоение Пустоши и началось – потихоньку, с мирной разведки отдельными экспедициями. Годами позже пришла армия наших магов, все переросло в противостояние с местными, закончившись ничем. Велизар же разведал не только лес… Ива что, у него первой из нас была? И вскоре он ушел из Ковена магов, основав Культ. Здесь есть связь?..
Голова загудела, я дотронулась до виска, стараясь мягким касанием магии унять боль. Пусть до конца от падения не оправилась, надо сосредоточиться. Не зря я сюда приехала, пять лет блужданий в потемках наконец вывели на свет. От нетерпения потряхивало, будто завеса тайны собиралась приоткрыться, указав путь к спасению. Впервые передо мной человек, которому что-то известно!
– Вы знаете, почему Велизар ее убил? Он охотится и на меня. Было еще три девушки, они тоже мертвы из-за него. Я хочу…
– Пойти спать, – перебила Мора. – Кто мало спать – мало соображать.
Справедливо. Но что, если другого момента не представится?
– Ты в безопасность здесь у меня, – уверила она. – Никто чужой не прийти. Завтра будут слова. Я не держать тебя и не гнать. Или ты к свой комендант хотеть?
– Он не мой… комендант. Обманом в крепость пробралась.
– Не твой, а тебя искать.
Думает, небось, что я его вероломно с волками бросила. Впрочем, какая разница, что Северин думает? Обо мне – точно ничего хорошего. Неделя прошла, получил уже ответ из южной Академии и понял все. Ну как все, вопросов у него только прибавилось… Отвечать на них желания не было. Уверена, он провел расследование и выяснил, с чего один целитель внезапно отравился, другой перепил, а у третьей редкие травы испортились. Отряд должен был обнаружить мою лошадь и вещи, без которых выбираться из Пустошей проблематично. Скорее всего, решат, что самозванка сгинула в диких лесах.
Считаться мертвой было удобно, но отчего-то кольнула совесть. Северин примчался мне на помощь, ввязался в заведомо неравный бой, едва под смертельное проклятие не угодил. Все ради моего спасения, а получится, что усилия были пустыми. Но это не повод давать знать, что я в порядке. Он упертый и не отстанет, а рядом со мной опасно, убедилась. Пусть держится от меня подальше.
Мора показала мне, где что в доме. Поменяла солому в настиле на свежую, напоила лечебным отваром и ушла, унеся догорающую лучину. Комнатка погрузилась в темноту, столь плотную и осязаемую, что, казалось, ее можно потрогать руками. Я не стала. Не любит она меня, ну и заявления… Она что, живая? Не знаю. Главное, что живая я, до сих пор. Постараюсь сделать все, чтобы так оно и оставалось.
Утро ворвалось яркими лучами и щебетом птиц. Спросонья не сразу сообразила, что это за место и как я сюда попала. Боль в ребрах живо напомнила, что вскакивать с настила чревато, пришлось лечь обратно и отдышаться. Второй раз я встала осторожнее, затейливо завернулась в одеяло. Сделать из тряпки подобие платья не проблема для девушки, пять лет прожившей на юге. Там мы часто таким развлекались, потом попадало за снятые с окон под это дело занавески. Липкий пот заливал глаза, все мечты были о том, чтобы умыться, а лучше помыться.
Хозяйка суетилась в большой комнате, подкидывая дрова в печь. На озвученную вслух мечту выдала травяной порошок, безразмерное мешковатое платье и мои сапоги. Отправила наружу – из дома прямо и направо. Туда я и пошла, не думая про возможных соседей. А они были, и немало. Следовало догадаться, что к моему спасению как минимум целитель руку приложил, у Моры-то темный дар. Очевидно, двойной – оккультиста и заклинателя духов. Раз и проклятия насылает, и лес на помощь призывает.
Жилище ведьмы стояло довольно обособленно, на краю поселения дикого племени. Оно располагалось в лесной чаще, плотно окруженное могучими плодовыми деревьями. Десяток бревенчатых домишек и полуземлянок, редкие частоколы, массивные стога соломы под крышами сараев. В загонах бегали пестрые куры, лениво жевала траву облезлая коза, фыркали лошади с ветвистыми рогами. На других тут, видимо, не ездят. Было относительно тепло, гораздо теплее, чем в других виденных мной частях Пустошей. Облаченные в холщовые одежды люди мигом отвлеклись: ветхий сгорбленный старик – от уборки за курами, девушка с ярким румянцем на щеках – от развешивания постиранного белья, бородатый мужик и парень с едва наметившейся щетиной – от заготовки дров. Все сосредоточили внимание на мне, но угрозы в их взглядах не чувствовалось. Немудрено, раз меня местная ведьма приютила…
Справа оказалось гейзерное озеро, небольшое и пронзительно-синее. Вода манила, не терпелось скинуть пропитанное потом одеяло. Недолго думая, я сделала это и вошла в озеро. Зрителей не убавилось, мужик с парнем так вовсе забыли, что дрова сами себя не нарубят. Пусть смотрят, стесняться буду, что ли? Травяной порошок в волосы я втирала яростно, пока не заскрипели от чистоты. Нагретая природой вода позволяла плескаться долго, но я поспешила на берег – накинуть платье, а затем вернуться в дом. Даже такая непродолжительная активность стоила дорого, хотелось упасть – там, где можно обсохнуть, не околев.
В выделенной мне комнатке я провалялась весь день, восстанавливая силы всеми известными заклинаниями и постоянно проваливаясь в сон. Мора то и дело заглядывала и в диалог не вступала, отмахивалась. Взаимодействие проходило молча: подкрепиться, выпить целебный отвар, сменить повязку. Новую она затянула потуже, дышать было трудно, но боль поутихла. К вечеру я почувствовала себя сносно и, вдоволь налюбовавшись на ранний закат в окне, выползла из комнаты, затем – не найдя нигде ведьмы – из дома.
Мора сидела у костра одна, мастеря из деревяшек амулеты и вплетая в них магические контуры. Был и другой народ снаружи: кто-то ровнял кладку с дровами, кто-то был занят лошадьми. Меж домишек носились дети, выкрикивая не пойми что, вроде играли в охоту на какого-то зверя. «Зверь» – мальчонка в нахлобученных на голову самодельных рогах из веток – ловко уворачивался от соплеменников и умудрился перемахнуть через частокол, спасаясь от преследования. Я добрела до Моры, опустилась на бревно рядом с ней. Она меня будто и не заметила, продолжила тискать в ладонях будущие амулеты. Я уставилась на костер, долетающие от него искры не обжигали, приятно обдавало жаром.
– Твой дар редкий, – сказала вдруг ведьма. – Один на тех, кто живет сейчас. Следующий девочка родиться, когда умереть прошлый. Только так.
Я облизала пересохшие губы, сопоставляя даты. А ведь правда: Велизар убивал подобных мне раз в двадцать лет, и именно столько тем девушкам на момент смерти и успевало исполниться. Сила переходит от одной к другой? Пока жива первая, второй не появляется.
– Они ходить в проклятый лес, Ива и… он, – выплюнула Мора. Было ясно, кого имеет в виду. – Много ходить, вместе. Я запрещать, она не слушать. Говорить мне, что верить ему.
Велизар убил ее не сразу? Судя по прогулкам вдвоем, общались они поначалу нормально. По крайней мере, Ива не думала, что ее жизнь под угрозой, гуляла с ним наедине. Хм. По тяжелому взгляду ведьмы я чувствовала, что уточнять насчет отношений этих двоих не стоит, поэтому спросила другое:
– Проклятый лес – это…
– Далеко. Никто туда не лезть, пройти там непросто, сгинешь. Она пропасть, я найти ее после… что осталось. А его – нет. Он уехать.
Значит, лес – тот самый, дальний, в котором никто не обитает: ни люди, ни звери. Исследователи ходили в него как раз во времена освоения Пустошей. Он примыкал к ним всюду с севера, гиблое место.
– Вы поняли, как Ива умерла?..
– Да, по след от магия. Тьма и смерть.
Меня передернуло. Велизар с тех пор почерк не менял! Те три девушки из академии погибли так же, о чем поведали призвавшим их заклинателям. Правда, без подробностей… В материалах, пару лет назад добытых мною с большим трудом, читать особо было нечего. Все жертвы помнили лишь короткий поединок, если его можно таковым назвать, и убийственные темные чары.
– Однажды он вернуться. – Мора сжала амулет так, что тот скрипнул и пошел трещиной. – Я не суметь его убить, сильный. Люди ему помогать уже не ваши, а с могучий магия. Он возвращаться иногда. Теперь – опять.
Чего это Культ тянет в Пустоши? Впрочем, где еще им проворачивать темные дела, как не на краю света. От дикарей отбиться могут, владеют той же «могучей магией». В отличие от имперских магов, для которых она запрещена!
– Зачем Велизар с Ивой ходили в проклятый лес? – продолжила я спрашивать. Странноватое место для свиданий. – Что-то искали?
– Тебе много известно о мир? – криво усмехнулась ведьма. – О ваша Империя… Что вокруг?
– Тот самый лес, который не преодолеть, – ответила я то, что у нас знали все от мала до велика. – Как горы на востоке, залив на западе и пустыню на юге.
– А что за ними?
– Никто не знает…
– Он тогда очень хотеть знать.
Я читала, что Велизар собирал для дворцовой библиотеки архив по экспедициям в отдаленные уголки Империи и даже сам в нескольких участвовал, но думала, что это по долгу службы. Неужели нет? Кто бы мог подумать… Любознательный какой!
– Или ты его убить, или он тебя, – отчеканила Мора. Бросила испорченный амулет в огонь и глянула на меня насмешливо. – Или ты убиться сама, недавно почти получиться.
– Лучше так, чем к нему в лапы, – огрызнулась я крайне непочтительно. – Но сначала все-таки попробую первый вариант.
– Пробуй, – отчего-то не оскорбилась она. Повозила в костре палкой, посыпались искры, на секунду ослепив. – Ответь и ты мне… В крепость еще жить маг женщина, кто там давно?
– Цецилия?
Ведьма медленно кивнула, будто вспоминая имя. На ее лице отразилось что-то недоброе, мстительное.
– Живет, – решила я ответить честно. Зла Цецилии не желала, но попадаться на вранье было бы очень некстати. – Из гарнизона не выходит, ей почему-то нельзя.
Мора довольно ухмыльнулась и на мой вопрос о том, зачем она спрашивает о Цецилии, отреагировала молчанием. Всем видом дала понять, что меня это не касается. Ладно… Я сменила тему и расспросила о случившемся на поляне после нашего с Северином шумного отступления. Оказалось, что Велизар тоже вскоре покинул поле боя. Сразил пару ее людей, лишился в процессе еще двоих своих и благополучно затерялся в лесах вместе с Культом. Легко отделался, колдунов из племен численно было больше. Хоть нескольких сторонников потерял, и то обнадеживает!
От костра начало бросать в жар, голова загудела. Ведьма отправила меня в дом отдыхать, и я ушла. Хватит пока разговоров. И так было над чем поразмыслить…
Солома на настиле впивалась в спину, в висках стучала кровь, одеяло давило на ребра. Я отбросила его, позволив вечерней прохладе окутать меня целиком. Долетающие от печи волны тепла не позволяли замерзнуть, но в сон не тянуло. Мысли перестали скакать, обгоняя друг друга, выстроились в стройный ряд.
Ива жила в те времена, когда Велизар еще служил в Ковене магов во благо Империи. Приглядывался он к внучке Моры довольно долго, подбирался ближе. С другими переходящими разговор вышел короче. Или изначально в его планах не было ее смерти, а в процессе знакомства передумал? Занятная у них история, как для поклонниц сентиментальных баллад: высокопоставленный маг-завоеватель, наивная дева из диких племен с особенным даром. Романтика! Или обоих вела лишь жажда узнать, что скрывает проклятый лес. Неважно, какие у Велизара и Ивы были отношения. Важно, что выжить ей это не помогло. Вдруг я вообще зря ищу мотивы? Ему настолько понравилось ее убивать, что захотелось повторить. Или так чем-то задела, что теперь это личное – искать в нас воплощение девушки из прошлого и сводить счеты. В любом случае мне надо думать над тем, как его одолеть.
От окна веяло холодом сильнее. Не выдержав, я накрылась одеялом и его убаюкивающим теплом. Комнатка враз стала темнее, чем была, растеряв очертания предметов. Ресницы опустились, и все окончательно поглотила тьма. Рассеялась она так же быстро, стоило только разлепить глаза. Был день, солнце за окном висело высоко, просвечивая сквозь рваные облака. Боль в ребрах пульсировала тупо, приглушенно и уже не так сильно. На поправку иду. Еще несколько дней, и можно отсюда уходить. Но надо ли?..
Выйдя в главную комнату, я умылась водой из миски, оставленной на растопленной печи. Сама достала с полки завернутый в тряпицу свежий хлеб и откушала пару ломтей, запив лечебным отваром. Да, похозяйничала без спросу, но Моры в доме не было, а разыскивать ее вновь казалось неуместным. Мало кому нужна полуобморочная девица, следующая за тобой по пятам и неспособная позаботиться о себе. Достаточно того, что со мной всю неделю сидели.
Хотелось быть хоть как-то полезной, и я протерла пыль в доме – пока не иссякли силы и энтузиазм. Забрав со стола амулет Ивы, я забралась на лавку с ногами и долго рассматривала его, тщетно силясь настроиться на его магический контур. Потом уставилась на стену, увешанную оберегами в виде разукрашенных деревянных фигурок зверей. Кривоватых, цветастых, но отчего-то ужасно милых, будто их делали дети. Только дети не наложили бы столь мощные и выверенно точные защитные плетения. Мастерское владение магией, и никакие именитые преподаватели Академий Мору этому не учили. У нас многому вообще научить не могли: и запрещено, и знания утеряны.
Не знаю, сколько так просидела. Часов не было, счет времени потеряла. Когда входная дверь скрипнула и отворилась, явив на пороге ведьму, я уверилась в том, что собираюсь ей сказать. Мора прошла в комнату. Бросила на стол мешок со свежесрезанной травой, идеально подходящей как для зелий, так и для супов, и обратила на меня усталый взор.
– Ты выздоравливать, – отметила она без каких-либо эмоций, просто фактом. – Скоро.
– Вы говорили, что не станете меня гнать, – напомнила я, подойдя к ней – близко, на расстояние шага. – У меня остались вопросы…
– Спрашивай.
– Ива колдовала светлые и темные заклинания одновременно?
Ведьма кивнула.
– Как она смогла?
– Это не постичь. Это внутри. – Мора мягко ткнула пальцем мне в грудь. – Чувство. Порядок, равновесие. У тебя нет.
И где взять? Не подскажут, как я понимаю. Но раз Ива уравновесила в себе свет и тьму, я тоже должна суметь. А если не получится, то всегда есть запасной вариант.
– Поняла, нельзя научиться чувствам, – вывела я, пристально глядя ведьме в глаза. – Зато смертельным проклятиям можно.
– У вас запрет. – Она прищурилась. – Я знать, та магия пугать ваш император. С наши знания тебе долго не жить.
– Мне всяко долго не жить. И я скрывала свой дар последние пять лет, скрою и владение запретной магией. Велизар ею владеет давно, хочу сравнять шансы.
На бесстрастном лице Моры отразилась ярость. Не на меня – на того, из-за кого она потеряла внучку.
– Я могу его убить, – голос не дрогнул, – а вы нет. Но хотите, потому и помогли мне. Так помогите еще – стать сильнее и дать ему отпор. Пожалуйста.
– Научить… – хмыкнула она. – Ты не ладить с тьма.
Глубокий вдох, медленный выдох. Прикрытые глаза, нырок в бурлящую реку энергии. Противоположный берег клубился тьмой, она звала, дрожала нетерпеливо дымной завесой. Я вошла в нее, стиснуло холодом цепких объятий. Она ласкалась, нашептывала, как ждала и скучала. Но до конца в себя не впускала. Как свет, просто он честнее и не притворяется родным.
Я разомкнула веки и, сплетя в воздухе темный узор, сказала:
– Мне не нужно ее любить, чтобы использовать.
Читать бесплатно другие книги:
