Живой ты не вернешься. Книга 1 Керлис Пальмира

Глава 14

По одну сторону переливался свет, по другую – клубилась тьма. Река меж двух берегов бурлила неистово, возмущаясь моим попыткам плыть против течения и относя им назад. Из сил я выбилась, а не продвинулась к заветному истоку нисколько. Да и существует ли он? Если да, то доплыть до него так без шансов! Чем больше я старалась, тем сильнее волны били в лицо, отбрасывая прочь. Пакость… Видимо, подобное полагается делать в том самом состоянии внутреннего равновесия, которого во мне не было ни капли. А вот злости сколько угодно! Чувствовала, что скоро пар из ушей повалит. Очередной заплыв бесславно кончился тем, что запал иссяк, одолела дикая слабость. Сдавшись, я выругалась на зависть многим бандитам из подворотни и вынырнула в реальность.

По потолку моей комнатушки неспешно ползла полуденная тень, воздуха не хватало, словно его весь отсюда выкачали. Я потрогала амулет Ивы на шее. Его контур молчал, никак не реагируя на мою возню с поисками истока. Думала, ее заговоренный кусочек метеорита поможет, но он явно не способствовал концентрации. Браслет же, предназначенный для этого, толком не работал. Красиво смотрелся на запястье, и все! Впрочем, он довольно слабый, ни разу не артефакт…

Я еле-еле отдышалась, яростно стукнула подушку. С тех пор как проснулась, воюю с собственным подсознанием, а толку ноль. Где взять то трижды клятое умиротворение, нечестивые духи его на клочки раздери?! Хоть в восточный храм беги, за медитациями и просветлением. За ними Велизар меня и застукает, очень посмеется, если он вообще это умеет, и прибьет, пока я буду в позе лотоса тужиться освоить свой дар. Нет, сбегать рано: я не успела ознакомиться с наработками тайной службы по Культу. А пока не достигну успеха с выданным заданием, Северин меня к ним не подпустит.

Желание успокаиваться окончательно пропало, подушке досталось еще тумаков. Зато взбила ее хорошенько… Правда, зачем? Вставать пора.

Полежав несколько минут, я немного восстановила бездарно потраченные только что силы и сумела подняться с кровати. Умылась из миски с водой, оделась в платье с закрытым воротом, спрятав под ним амулет. Глубоких карманов в этой модели не было, а оставлять его без присмотра в комнате я не рисковала. От замка на двери одно название, да и Северин теперь с двойным усердием подозревает меня в чем-то нехорошем, может и заявиться с проверкой. Не представляла его роющимся тут в мое отсутствие, но перестраховаться не повредит. Слишком высокой ценой досталась мне эта вещица, чтобы потерять ее. Северин вон уже приноровился изымать у меня нажитое непосильным трудом. Справедливости ради, медальон он мне вернул – поутру обнаружила его в конверте, просунутом под порог. Магического заряда ожидаемо не осталось совсем, был рассеян целиком. Как трофей только и сгодится. Что это было – хорошие манеры или издевка, я не поняла.

Понять Северина не выходило. Сдалась ему Анелия и выяснение того, что с ней произошло! Такие нежные чувства к ней питал, что до сих пор не отпустило, или нераскрытая загадка прошлого покоя не дает? Неужели ответ стоит риска вновь все потерять? В этот раз могут не сослать, а попросту казнить за неповиновение императорскому приказу не расследовать смерть принцессы. Дурак, она бы ему благодарна не была. У нее подобные чувства определенно отсутствовали, вкупе с совестью.

Я взялась за гребень, намереваясь привести волосы в порядок. В дверь осторожно постучали, сразу ясно, что не Северин явился за отчетом, не вытерпев до вечера. В коридоре оказался слуга, передавший, что меня зовет младший принц – к себе в императорское крыло, причем срочно. Не было печали! Соваться туда я не собиралась, но ослушаться поостереглась. В конце концов, он ко мне неплохо относится, и лучше пусть так оно и остается.

Соорудив прическу и подкрасив глаза сурьмой, я отправилась, куда велели. Отгороженная часть дворца, в которой жила семья императора, беспощадно накидывалась на посетителей блестящим великолепием. В глазах рябило от позолоты, обласканной лучами солнца, проникающими через огромные окна. Мрамор пола гулко отражал шаги, с гобеленов таращились львы, вышитые золотыми нитями. Я бы здесь взвыла, хотя кто бы меня сюда селил… Я не охраняю венценосных персон или их отпрысков, и слава Высшим Силам. Надеюсь, Герман не затем позвал, чтобы сделать столь незаманчивое предложение. После нашего совместно проведенного вечера отказаться вежливо будет непросто!

Меня проводили в небольшой зал, в котором было двое: одетый в парадный серебристый мундир, неожиданно гладко выбритый принц и чопорная дама с пухлой сумкой, глядящая в мою сторону с любопытством и легким недоумением. Я приблизилась, поприветствовала обоих поклоном.

– Здравствуй, прелесть! – улыбнулся Герман во весь рот. – Это наша лучшая швея, она снимет с тебя мерки. Я же тебе платье обещал взамен испорченного.

Ах, вот оно что… Его высочество держит обещания или хотел увидеться? Судя по пожирающему меня взгляду – второе.

– Право, не нужно, – скромно отозвалась я, к заметному удовольствию лучшей швеи. – Меня устроит и платье из столичной мастерской.

– Возражения не принимаются, – заявил Герман, и дама поникла. Очевидно, не жаждала шить платья для непонятных магичек, но с принцем не поспоришь. – Выскажешь ей любые пожелания, я тебя снаружи подожду.

Вправду как приличный человек вышел, оставив нас со швеей наедине. Я выразительно пожала плечами, мол, сама в смущении от его прихоти. Взгляд ее смягчился, но не сильно. Скорее всего, решила, что у принца ко мне вполне конкретный мужской интерес. И справедливо решила, иначе с чего такая честь? Герман, чтоб тебя! Мне ничего, кроме медальона, не нужно было, а его я уже получила и воспользовалась. Как бы избавиться от знаков внимания, не говоря в лицо, что ему со мной не светит? Вдруг обидится, а обиженный на меня принц – это лишнее.

Мерки дама сняла ответственно, в подробностях расспросив, какое платье я бы хотела. Раз уж позволили, я высказала пожелания, достойные лучшей швеи, реализовав давние девичьи мечты о тонком шелке и жемчужной вышивке. Куда я потом такое надену?.. Но пусть будет. Иногда приятно побыть принцессой. Стоило подумать о принцессах, точнее об одной почившей, как настроение опустилось туда, откуда его никакими шикарными платьями не достать. Швее понравилось, что не одна она страдает, и мне дали дельных советов по фасону, чтобы идеально подчеркивал фигуру. Закончили мы не скоро, однако Герман меня дождался. Полулежал на кожаном диване, развалившись с книгой, и попивал чай из фарфоровой чашки. Богдан был бы ошеломлен! Чтиво его высочество тоже выбрало поразительное: «Кролики: разведение, содержание, уход». Упасть не встать…

– Чаю? – предложил принц, садясь нормально. Я мотнула головой, поскольку не планировала задерживаться, но наши планы не совпали. – Тогда прогуляемся, покажу тебе императорскую обитель.

«В гробу я видела вашу обитель», – просилось в ответ. Вслух я сказала другое, нагло соврав:

– Мне в тайную службу надо, начальство строгое.

– Северин-то? – Герман отпил и скривился, будто в чай ему вместо сахара сыпанули опилок. – Смирится с твоей временной отлучкой, не облезет. К сожалению.

Представлять Северина облезлым отчего-то не тянуло, несмотря на злость за вчерашнее. Пожалуй, если бы он меня поцеловал, я и то была бы меньше возмущена. Послала бы остужать пыл в ближайшем фонтане в самых язвительных выражениях, которые ему вовек бы не забылись. А так… Хотеть снять с меня лишь один медальон – это как-то оскорбительно. Ничего, я отомщу!

– Вижу, начальство у тебя положительных эмоций не вызывает, – заметил принц. – А у меня место в личной охране по-прежнему пустует. Давай ко мне, а?

– Лестно… Но откажусь.

– Когда мне отказывают, – он тяжело вздохнул, – это ранит меня в самое сердце.

– О, это не смертельно, – ласково уверила я. – В отличие от покушений в темных переулках.

– Между прочим, из-за этого меня теперь никуда не выпускают, – пожаловался Герман, словно лишь невозможность громить кабаки его и расстраивала, – так что работа предстоит непыльная.

Еще заманчивее – развлекать мающегося от скуки принца, не вылезая из императорской позолоченной обители. Мечта! Я собираюсь управиться с Богданом, а затем приобщиться к материалам Северина по Культу.

– Уверена, что тайная служба вовсю ловит адептов, осмелившихся на вас покуситься. Опасность устранят, и вы обретете свободу, а я лазить по крышам платьев не напасусь.

– Да ну, что ты такое говоришь… Сошьем тебе целый гардероб!

– Нет, – отрезала я, – извините.

– Ну нет так нет, извиняю, – не стал он уговаривать. – Идем, прогуляемся по дворцу, а то разжалую из прелести в буки.

Вот это, я понимаю, угроза… Но лимит отказов, кажется, исчерпан. Сделаю исключение, только если мне вздумают свои покои показать.

Напрасно я посчитала, что прогулка по дворцу будет чинной экскурсией вроде «тут у нас обеденная комната, здесь зала для торжественных приемов, а там статуя великого предка работы известного скульптора». Герман на подобное не разменивался и был в ударе. Сначала провел меня по длинному коридору, указывая на развешенные справа и слева гобелены и содержательно заявляя: «Это как бы произведения искусства». Дойдя до самого большого и золотистого, с прайдом горделивых львов, он поведал, что криво вышитый цветок, торчащий из задницы вожака, – его детских шаловливых рук дело. В первый же день самовыразился, а никто так и не заметил. Пятнадцать лет уже считают, что это элемент смелого авторского замысла. С автора не спросишь, давно почил от старости.

Дальше мы вышли в огромную оранжерею, поделенную по климатическим зонам королевств, в которой «всякие цветочки, а вон дерево, по нему лазить удобно, но не спьяну, потому что падаешь». Потом принц поманил меня на веранду и кивнул на плюшевую кушетку со словами: «На нее меня пару раз стошнило, а гляди, как новенькая, правильно запретил выкидывать». Что-то я ошиблась насчет его приставаний, уж точно не такими рассказами стоит соблазнять девушку!

– Присаживаться туда не буду, пожалуй, – поблагодарила я за предупреждение и облокотилась о бортик террасы.

Вид на сказочно обустроенный сад открывался завораживающий. Словно со страниц книг сошел: яркие цветники, бесчисленное количество розовых кустов, изящные крытые беседки, кованые подвесные фонарики на ветвях пышнокронных деревьев. Полагаю, сад и должен был быть следующим на нашем пути, но народа в нем сейчас собралось немало. У фонтана расположилось сборище загорелых дев, наряженных по столичной моде. Они заливисто смеялись и перекусывали пирожными. Вспомнилось, что я не завтракала, а пора бы и пообедать.

Герман встал рядом со мной, тоже опершись о перила, и прокомментировал:

– Опять потенциальную невесту из какого-то королевства прислали, а она всю свиту прихватила.

– И вы не ей время уделяете, а мне? – пожурила я. – Обидится.

– Обрадуется. Донесли, что ей за местного лорда замуж охота, не мешать же чужому счастью.

Добрый какой. Или просто жениться не хочет, ведь ужасно несправедливо доставаться одной деве, когда их вокруг так много. Впрочем, старшему принцу это не мешало, держал при дворе двух любовниц и ничуть не стеснялся супруги. Император был скромнее и довольствовался одной. Ох уж эти священные узы брака и сплетники, непочтительно перемывающие кости венценосным персонам… За три дня наслушалась ненароком, хоть и не стремилась. Теперь, небось, и обо мне что-нибудь говорить начнут, мой визит к Герману вряд ли останется незамеченным. Да и ладно, репутация – последнее, что меня волнует.

– Значит, ты нацелена на карьеру, связанную с расследованиями? – поинтересовался он. – Нравится злодейских магов из Культа ловить? За тем в переулке ух как рванула…

Раз его высочество расположено поболтать, дуростью будет не воспользоваться и не выяснить полезное.

– Северин меня за это уже отчитал, – пожаловалась я уязвленно, – никакой похвалы за смелость, сплошь вопросы о том, где были мои мозги.

– Не ему об этом спрашивать, – ожидаемо поморщился Герман и попытался уйти от темы, заодно продемонстрировав неосведомленность: – Огорчу, до настоящего расследования тебя не допустят, для начала завалят бумагами и заставят сотню-другую магических печатей на них проставить.

– Меня пока огорчает только чувство юмора непосредственного начальника, – проявила я упорство. – Вас, как я успела заметить, оно тоже не радует. Ваш разговор при мне был весьма… напряженным. Вы отчего-то не ладите?

– Прелесть, ну и вопросы… – Мне досталась недоверчивая ухмылка. – Неужели твои славные ушки не собрали дворцовые слухи?

– Полностью верить слухам – неимоверная глупость.

– Все, что говорят обо мне, чистая правда, – поведал он кичливо. – А Северин… Мою сестру охранял, пять лет назад. Доохранялся.

Герман считает, что тот за ней не уследил?.. Тогда принц может знать про странную смерть Анелии. А если не знает, то почему обвиняет ее охранника? Проклятие принцессы на последней фазе было, ей от силы месяц оставался. Но нет, Северин для него в чем-то виноват. Надо прояснить этот момент…

– Разве ее высочество не от болезни умерла?.. – спросила я осторожно.

– Вдали от целителей, семьи и охраны, – тон стал жестким, но вместе с тем ранимым. – А он где при этом был? Не с ней, и даже не знал, что она ушла из западной резиденции! Оказалась во время приступа наедине со своим жрецом. Тот пытался ей сил передать… Столько влил, что тоже погиб. Не должна принцесса так умирать.

Ну-ну. По мне, она заслужила. Однако я изобразила участие:

– Мне жаль. Вы, наверное, были с ней близки.

– С Анелькой? – переспросил он, изменившись в лице. Посмотрел куда-то перед собой и выдохнул: – В детстве – да. А потом… Все было непросто.

Представляю. Выходит, она улизнула от Северина. Он не одобрил бы жертвоприношение, вот и остался в счастливом неведении. Однако не думаю, что недосмотрел. С его стороны было бы странно ожидать, что подопечная рванет куда-то на последнем издыхании. По идее, Северин и не был обязан ходить за ней по пятам, в отличие от того жреца-урода. Он лично проводил для принцессы запретный ритуал, мало кому известный! На сей счет у меня было две теории. Либо Анелия не доверяла Культу и потребовала обучить своего человека, либо он уже являлся тайным адептом, который и навел ее на Велизара. Тогда императорская семья могла изначально не быть в курсе, а всю эту историю замять от греха подальше.

Но меня мучил еще и другой вопрос: отчего Культ подвязался исцелять принцессу? Какая им была выгода?..

– Ссылкой Северин легко отделался, – зло выплюнул Герман. – Мало того, что за подопечной не уследил, так после требовал расследовать ее смерть, как убийство и целый заговор! Признать, что опозорился, – это не по-геройски.

Я закусила губу. Убийство… Можно ли считать им то, что я с ней сделала? Вот уж вряд ли! Это была самозащита. Да и кто об этом узнает, чтобы судить? Никто, никогда.

– Вы правы, я хочу участвовать в расследованиях тайной службы, касающихся Культа, – поделилась я. Захотелось немедленно сменить тему, которую сама же затронула. – Мечтаю стереть их с лица земли, всех адептов без исключения.

– Кровожадно, – оценил Герман, – сразу видно, опасная ты женщина.

– Сразу? – Стало обидно, притворяюсь-то я неплохо.

– Тем, кто умеет присматриваться, – пояснили мне доверительно. – Поэтому тебя из стражи на второй день перевели, и правильно сделали. Так что я не против, что ты ко мне в охрану не идешь, просто не согласен.

Губы невольно растянулись в улыбке. Все же он забавный, если не считать пристрастия к пьянкам и погромам кабаков. И замечательно, что удалось обойтись без обид из-за того, что я отказалась его охранять.

– Что-то у нас больно серьезные разговоры, – цокнул принц языком, отстраняясь от перил. – Надо это срочно исправлять. За мной, покажу тебе лучшее место во дворце!

Неужели погреб со спиртным?

Герман быстрым шагом направился к выходу с веранды – на садовую дорожку, уходящую за дальние кусты. Я пошла следом, стараясь не отставать. Девы у фонтана проследили за нами с неприкрытым любопытством и зашептались, одна так отвлеклась, что уронила пирожное на пышную юбку. Невозмутимо засвистела и, прикрыв кремовое пятно, принялась украдкой его вытирать. Краем глаза я заметила девушку, что сидела обособленно, на бортике фонтана. Очевидно, Ясмина – средняя принцесса. Слухи не врали: копия Анелии, по крайней мере внешне. Тонкая талия, роскошная грива пепельных волос, утонченно красивые черты лица. Холод в глазах, способный заморозить любого, прилагался. Но безучастным равнодушием от нее не веяло, скорее раздражением. Будто приехавшие девицы ее изрядно утомили. Гостеприимная!

А ведь ей сейчас именно столько, сколько было Анелии в нашу первую и единственную встречу. Восемнадцать лет, полагалось уже замужем быть. Говорили, к Ясмине постоянно кто-то сватается, но она нос воротит и ищет достойного. Ну да, беда, никаких тебе принцев, ведь оба имеющихся – твои кровные братья. Мне от нее прилетел взгляд, который не расшифруешь иначе как «ходят тут всякие», я сделала вид, что не заметила. Шли мы от фонтана достаточно далеко, здороваться и кланяться без надобности.

Дорожка свернула за живую изгородь, обогнула сад сбоку и вывела к псарне. За решеткой резвились впечатляющих размеров волкодавы, весело рыча и катаясь в траве. Грозные твари… Зубищи в раззявленных пастях ого-го. Герман прошел мимо вольера и невысокой деревянной постройки, что стояла по соседству. В предвкушении потер ладони и подозвал меня к плетеному забору, отворяя нехитрую калитку. Несмотря на наведенную слугами чистоту, запах живности витал отчетливо. Кроме рыка псов неподалеку, других звуков не слышалось, и я терялась в догадках. Одна мелькнула, стоило вспомнить, какую книгу принц недавно читал, после я юркнула за калитку и увидела десяток пушистых ушастых созданий, копошащихся в траве. Кролики! Куча маленьких славных кроликов! Беленьких, сереньких, рыженьких, черненьких… Знатный выводок. В шкафах с клетками сидело еще столько же, они забавно водили носами по воздуху, топорща усы. О Высшие Силы, это слишком мило!..

– Нравится? – осведомился Герман, плюхаясь на траву рядом с пушистиками.

– Я ошеломлена, – призналась честно. – Меньше всего ожидала, что лучшее место во дворце окажется загоном с кроликами.

– Ты меня просто плохо знаешь! Ну, скажи же, они симпатяги.

– Бесспорно. Только впервые таких мелких вижу, на один зуб…

– Но-но, оставь вилку, всяк сюда входящий, – заявило его высочество. – Эти – для любви, специальная порода. Хотя они не совсем бесполезны, из их пуха можно всему дворцу вещей навязать.

– Вы еще и вяжете? – окончательно опешила я.

– Нет, прелесть… Теперь, может, и научусь, нужно как-то вечера коротать. Тебе шарфик, носочки или шапочку?

Я прыснула, села рядом с ним на траву. Он потрепал между ушей самого белого и мохнатого кроля, доверительно сообщив:

– Это Снежинка, крайне капризная дама. Как и все дамы, собственно. А возле нее Проглот, – Герман погладил рыжего, жующего салатные листья, и указал на насупленного черныша поодаль, – а там Кусь, не трогай его: цапнет, аки волкодав.

С ума сойти, у них и имена есть… Признаю, была неправа. Принц умеет впечатлять девушек!

Поскольку не трогать советовали лишь одного, я осторожно коснулась спинки серого крохи. Шерстка у него была мягкая, действительно пух. Вот он – истинный уголок для расслабления. Никакому восточному храму не снилось. Обложиться, что ли, кроликами и попробовать достичь состояния умиротворенного равновесия, чтобы наконец свой дар обуздать?

– А этого как зовут? – спросила я, решив, что раз распустила руки, то стоит познакомиться.

– Лапочка, – без тени смущения ответил принц и подхватил упитанного пятнистого кроля. – Вот мой любимый, Жопастик.

Жестоко, но справедливо! Попец у того был выдающийся, перевешивал, креня поднятого зверька к земле. Мне перечислили по именам других: Пусю, Бусинку, Пыхтюша, Одуванчика и Медведика. Я умилилась до невозможности, простив Герману и кабак, и крышу, и отпущенные ранее нескромные намеки. Ох, запрещенные приемы использует. И ведь работают…

– Всего дворца я не видела, но уверена, что лучше места не найти.

– Во дворце его и нет. А в городе, увы, не скоро покажу.

– Где такое? – поинтересовалась я скептически.

Любимый кабак назовет? Наверное, его уже нет давно, разгромил по особой любви в первую очередь.

– Башня столичной гимназии, – вновь удивил Герман и мечтательно прикрыл глаза, – там такой шпиль, м-м-м… Забраться бы на самый верх, да маги из охраны не дают. Ловят на нижнем ярусе и пытаются вытрезвляющим зельем напоить, чтоб им его на завтрак, обед и ужин наливали.

– Невкусное? – посочувствовала я.

– Редкостная гадость.

Помню, пробовала однажды. Оно у меня напрочь отбило желание перебарщивать со спиртным. Но принц явно стойкий, его таким не возьмешь. Зачем он пьянствует, провоцирует драки и мается прочей ерундой? Сейчас с виду нормальный человек… вроде.

Я принялась тискать Лапочку, ощущая нежнейший мех под пальцами, она засучила лапами. Раздался злой утробный рык, пробирающий до дрожи. Далекий, но страшный, он заставил обернуться. От псарни доносился, а такой громкий, словно над ухом… Рык повторился, и ему вторило множество разъяренных собачьих голосов. Герман встрепенулся и вскочил, я тоже. Что за?.. Псы просто так яриться не могут!

– Тут стойте, – велела я и высунулась за калитку проверить.

Псарню отсюда было видно хорошо, а слышно еще лучше. Решетка с грохотом сотрясалась, атакуемая взбешенными волкодавами. Они толкали ее лбами и мощными лапами, сверкали глазами, из оскаленных пастей капала слюна. Снующие поблизости немногочисленные слуги испуганно закричали и бросились врассыпную, я сосредоточилась на разлитой вокруг вольера энергии. Чувствовались насланные магические эманации, невероятно мощные по заряду. Какой-то заклинатель духов постарался! Новое покушение на Германа?!

– Песики буянят? – Он возник за моей спиной, уставился на них. – Ох ты ж…

Мгновение, и волкодавы протаранили решетку, та слетела. Оглушило скрежетом, затем рычанием. Герман отшатнулся, у загона активировался защитный барьер, заметались его потревоженные линии. Вот только они спасут… Я моментально сотворила отвод глаз. Окутала нас щитами и, прекрасно понимая, что толку от них будет мало, если принца все же почуют, приготовила атакующее плетение. Псы мазнули по нам невидящими взглядами и, отряхнувшись, поводили расширенными ноздрями по воздуху. Явно уловив искомую метку жертвы, рванули в другую от нас сторону. Похоже, принц их совершенно не интересует! И бегут они в сад, перепрыгивая кусты. К кому бы ни стремились, на их пути беззащитные девы расселись, которые могут сойти за препятствие. А пока стража подоспеет… Счет на секунды идет! Не мешкая, я кинулась за волкодавами.

Перемахнуть через живую изгородь не позволила узкая юбка, пришлось продираться сквозь них магией. Рык не стихал, я поднажала, свернув на более удобную дорожку. В голове бился вопрос: кто сумел так повлиять на собак императора? Маги диких племен умели натравливать волков на чужаков, а у меня не выходило, поскольку звери в Пустошах не считали меня своей. С псами это должно аналогично работать. Выходит, кто-то приближенный к правящей семье постарался, кто неоднократно здесь бывал! Во дворце орудует маг-предатель из Культа?! Какова его цель?..

Девы истошно заорали, я срезала путь, испортив пышную клумбу. Остановилась, едва увидала стаю. Догнала… Волкодавы подбежали к фонтану, у которого те сбились в кучу. Две из них были магичками, и обе судорожно накладывали на девушек щиты. Мертвому припарка… Хоть хватило мозгов не удирать, могли спровоцировать псов, а так они должны отправиться искать того, кого обозначил жертвой заклинатель духов. Девы все равно рискуют вызвать у волкодавов желание предварительно сомкнуть зубы на их горлах. Злость от животных исходила страшная, почти осязаемая. Охранная сеть расчерчивала сад, ее линии искрили и дымились, но стаю не атаковали. И слава Высшим Силам! Это вам не точечные полноценные заклинания, был бы велик риск задеть и невинных гостей.

– Замолчите, вы их внимание привлекаете! – крикнула я, поскольку накладывать чары отвода на орущих людей – дело пустое.

Послушались не все, какая-то девушка вовсе взяла столь высокую ноту, что уши заложило. На меня псы не обращали внимания, окружали фонтан и не собирались бежать дальше. Вот уж вряд ли пирожными по пути решили перекусить. Метка заклинателя на ком-то из дев?! Среди них принцесса! Культ покушается на нее?

Я щедро накинула на пару замолкших девушек отводящих чар, вперед вышла Ясмина и грозно скомандовала волкодавам:

– Нельзя!

Смелая, но дура. Кажется, сейчас в императорской семье еще на одну принцессу меньше станет!

Псы оскалились, однако не на хозяйку. Встали в охотничьи стойки, вперив кровожадные взгляды в девушек за ее спиной. Неужели метки на них всех? Что за бред?! Кому надо натравливать псов на гостей?

Я добавила заклинаний отвода глаз на тех дев, что догадались захлопнуть рты. Берущая высокие ноты захрипела и красиво упала в обморок. Все бы так…

Воздух засочился подчиняющей магией, волкодавы ринулись в атаку. Мое заклинание отбросило того, кто почти допрыгнул до одной из дев, другим повезло меньше: одной вцепились в выставленную перед лицом руку, другой, упавшей в фонтан, – в ногу чуть ниже бедра. Вода окрасилась багровыми разводами, густо разлился металлический запах крови. Магички среагировали атакующими плетениями, но численное преимущество не на их стороне было. Я понеслась к фонтану, сбив магией с ног нескольких псов, и под их скулеж вскарабкалась на бортик нижней чаши. Вдох, концентрация, заклинание ошеломления. Фонтан им окутало мощно, прикрытых щитами девушек не задело, прочих – увы. Главное, что псы застыли изваяниями.

Помня слова Северина, что метка спадает, если цели оказываются на приличном расстоянии, я скомандовала девам:

– Бегите подальше отсюда! Живо!..

Просить дважды не потребовалось, они помчались прочь. Те, кто был в состоянии это сделать. Магички остались по долгу службы, а вот Ясмина добровольно. Пока я точечно колдовала в волкодавов дезориентирующие плетения, она склонилась над истекающей кровью девой и, оторвав ленту от своего платья, принялась туго стягивать рану на ее руке повязкой. Я продолжила сковывать псов магией, прекрасно понимая, что эффект недолгий. Но как еще поступить? Раскидать взбесившихся животных, не зацепив девушек, без шансов. Мы все слишком близко!

Воздух запестрел чарами, уже не моими и не тех двух магичек. К нам со всех ног бежали стражи во главе с Христиной. Псы стряхнули с себя остатки сдерживающих плетений, лязгнули зубами, пытаясь дотянуться до помеченных жертв. Я перешла на сотворение щитов, не прогадав. От мощного темного залпа Христины фонтан пошел трещинами, волкодавов укрыло облаком тьмы. Вмешались стражи – кто магией, кто сталью. Несколько минут, и все было кончено.

Дев обступили подоспевшие целители, но той, чье испачканное кремом платье теперь покрывали и кровавые потеки, помогать было поздно… Я спрыгнула с бортика и торопливо направилась к загону. Нужно проверить, как там Герман. Очень странно, что за мной не рванул, не в его духе. Что-то тут не то.

Идя обратным путем, я почувствовала след знакомых эманаций. Мой дар заклинателя, пусть и не развитый, четко различил их источник. Натравивший псов маг по-прежнему рядом! Энергия вела за деревья, к двум аурам, одна из которых была едва уловимой. Я решительно направилась по следу и именно оттуда услышала рыдания и увещевательный голос Германа:

– Тс-с-с… Тихо, успокойся.

Я подошла ближе. Застала его обнимающим маленькую Марию.

– Я не хотела… – плакала она навзрыд на его плече. – Не хотела, не хотела, не хотела! Случайно вышло… Просто разозлилась. Они все ушли в сад, меня не взяли, Яся сказала, мне опять нельзя. И сказала еще, что если ты женишься, то в другое королевство уедешь, а я не хочу, чтобы ты уезжал, не хочу!..

– Никуда я не уеду, обещаю, – он потрепал ее по спутанным кудряшкам, – но тебе надо все исправить.

– Не знаю я, как отозвать, не получается…

Я опешила. И из-за ее слов, и из-за фонящей от младшей принцессы магии. Сильный дар, очень. Немудрено на эмоциях натворить дел!

Герман отстранился от сестры, заметив меня.

– С псами разобрались, – сообщила я, – исправлять нечего.

– Мари, – он утер ее лицо рукавом, – беги в свою комнату, ладно?

Она судорожно кивнула и побежала прочь, к счастью, в противоположную от сада сторону. Может, и полезно было бы увидеть, что натворила, но девочка не виновата. Не контролирует себя. Виноваты те, кто это допустил! Я сложила руки на груди и озвучила очевидное:

– Она маг. Причем могущественный, многим взрослым подобное не под силу.

– Правда, что ли? – огрызнулся Герман. – Прелесть, ты удивительно наблюдательна!

– Почему она не в Академии под присмотром?

– Дар недавно проснулся, еще не поняли, что с этим делать.

Ну да. Магов в императорской семье не рождалось. Растерялись, бедные. А оторвать малышку от матери и отправить в Академию – это для обычных смертных, с принцессами так не поступают!

– Наставник у нее есть, и няня, – убито произнес Герман, словно оправдываясь. – Недооценили ее магию. Кто бы ожидал, что она их ментально вырубит и улизнет!

Ах, у нее двойной дар. Выходит, в нашу первую встречу Мария пыталась мне приказ отдать, что я ее не вижу, а не хотела по-детски в этом убедить.

– По-моему, сбегать ей не впервой, – припечатала я. – Это не игры, она опасна. Сегодня пострадали люди.

– Ты думаешь, я тут что-то решаю? – грустно усмехнулся он и прислонился к стволу дерева. Уставился на меня невидящим взглядом и еле слышно спросил: – Что в саду произошло, все целы?

– Нет. Сходи посмотри.

– У тебя могут быть… проблемы. Никому о ее даре знать сейчас не положено.

– О каком даре? – мигом уловила я намек.

Уж что, а новые проблемы мне ни к чему. Тех, что есть, с лихвой хватает. Герман облегченно выдохнул, я отвернулась. Ощутила приближение людской ауры, за деревьями мелькнул силуэт. К нам вышел разъяренный молодой человек в роскошном мундире. Коротко остриженные пепельные волосы, узнаваемые черты лица, жесткая линия изогнутых губ. Давид, старший принц и наследник.

– Ты здесь, – процедил он, явно обращаясь к брату. – У тебя там невеста скончалась. Радуйся, твой отъезд отменяется.

– Прямо сейчас начинать радоваться или можно чуть позже? – глухо поинтересовался тот.

Получается, ту деву, уронившую на платье пирожное, ему и сватали. Не суждено ей выйти замуж – ни за принца, ни за возлюбленного лорда, ни вообще…

– Где эта… – Давид не договорил, хотя по тону следом просилось нечто вроде «мелкая дрянь». Его глаза мазнули по мне, выцепив усиливающий концентрацию браслет на запястье. Взгляд стал более злым и даже презрительным. – Уйди.

– Станешь императором, тогда и будешь чужими магами командовать, – поджал губы Герман, – а она и так уже уходит.

Я с опозданием выдала наследнику почтительный поклон и развернулась, не желая испытывать судьбу. Удаляясь прочь, услышала:

– Тебе покушение мозги на место вставило, решил по дворцу с охраной ходить? А не хитростью запирать приставленного мага в погребе или опаивать сонным зельем!

М-да. Не решил. У младшего принца чувство самосохранения напрочь отсутствует. С моим же было все в порядке, поэтому я поспешила покинуть императорскую обитель, надеясь, что их дела больше никак меня не затронут.

Глава 15

Отобедала я поздно, пребывая в каком-то трансе. Устроилась в одиночестве за дальним столом, черпая ложкой похлебку и не чувствуя вкуса. Есть в таком состоянии – только еду переводить, но подкрепиться было надо. Я непозволительно много сил сегодня потратила: сначала на попытки обуздать свой дар, потом на бой у фонтана. Завтра мне предстоит встреча с Богданом, и слабой быть нельзя. Неизвестно, чем закончится наша «экскурсия». Следует быть готовой ко всему.

Припозднившегося народа в трапезной было мало, но гам стоял знатный. Все из-за разговоров на повышенных тонах о том, что несостоявшуюся невесту принца загрызли дворцовые волкодавы, а несколько девушек из ее свиты серьезно ранены. Шокирующее происшествие, невиданный скандал… Никто не понимал, что именно случилось и почему, я же терялась в догадках касательного того, как император собирается выгораживать младшую дочь. Скажет, что в нападении на гостей Культ виноват? Удобно, когда он есть, можно что угодно свалить на него. Но заявить об их успешной атаке во дворце будет еще хуже. То же самое, что расписаться в собственной беспомощности перед ними. Нет, на это тут не пойдут.

Вопросы безопасности меня сейчас всецело и занимали. После откровений Германа об Анелии я вновь задумалась о том, что во дворце были адепты и до сих пор могут быть. Чтобы поддерживать идеи Велизара, необязательно скрываться по подвалам и трущобам. Можно быть очень полезным и здесь, под носом у императора. В таком случае Герман рискует лишиться жизни, не выходя из дворца. Зря он с охраной не ходит! Но это его выбор, мне-то что? О себе заботиться нужно, а времени в распоряжении немного. Судя по тому, сколько прожили три мои предшественницы, скоро Велизар начнет меня искать, если уже не ищет. Мысль об этом заставляла озираться, каждый встречный казался тайным адептом, следящим за мной. Да, Данаил спрятал меня под личиной подруги, но в Пустошах выяснилось, что наша с ней сокурсница Октавия выжила и примкнула к Культу. Ей известно, кем была третья погибшая ученица в лесу, а мертвые не оканчивают Академий и не получают распределений. Заподозрить подмену Дарины на Сияну – раз плюнуть.