Прогибаясь под тебя Невеличка Ася

— Д-да… Оставишь а барной стойке и закроешь офис. Кто дежурит вместо этого оленя?

— Вызвала сменщика, завтра переделаю график.

Катя ушла, а Олег снова потрогал меня под водой.

— Согрелась?

Я вяло кивнула. Сейчас хотелось только вытереться насухо и уснуть. Вздрогнула, когда Олег перелез через бортик, приподнял меня и лег в ванну, устроив сверху и обняв руками. Теперь меня согревали вода и его голое тело, а я только заметила, что вместе со скотчем Олег снял с меня и одеяние.

Удобно устроившись на его груди, я млела от поглаживаний пальцев, легких поцелуев в висок и в макушку, и за весь сложный день впервые расслабилась, зная, что завтра мне все равно придется поднять серьезный разговор. Лишь бы он сказал правду, а не пытался провернуть грязные махинации за моей спиной. Ведь деньги нужны не мне, я даже соглашусь их отработать, пусть не у него, но расчет по контракту я получить должна.

* * *

И всё таки я уснула.

Утром, превозмогая ноющие мышцы, потянулась и открыла глаза. Олега уж не было. Возможно, он не оставался на ночь, только перенес меня из ванной в постель и уехал, но судя по смятой рядом подушке и заботливо поправленном на мне одеяле, Олег спал со мной. Просто спал. Рядом со мной.

Глупая улыбка расползлась на губах, прежде чем события вчерашнего дня вернулись из воспоминаний.

Так.

Жанна. Надо связаться с ней, узнать насчет оплаты и помощи от Вадика. С Олегом… С ним я буду говорить, когда узнаю правду от Жанны. Но прежде чем подключиться к интернету, надо найти Олега и узнать планы на день.

А вот встать оказалось не так просто, как думалось. Кряхтя и охая, я сползла с кровати, дотянулась до домашнего платья и натянула его. Приму душ, разогрею мышцы, может, станет легче.

И все же вялость и непроходящая слабость остались даже после душа. Одев подходящее платье, уложив волосы, осторожно выглянула в кабинет. Олег сидел за столом, что-то нащелкивая в ноутбуке.

— Привет, — получилось тихо, а в горле першило.

Олег поднял голову, кивнул и снова уткнулся в монитор.

— На барной стойке какие-то таблетки, Катя принесла. Выбери, что там тебе поможет и выпей. По дозировке к Кате подойди — у нее двое детей, она в таблетках разбирается.

Я хмыкнула и пошла за стойку, побаловать себя горячим какао и сделать латте для шефа.

— Дозировку я и сама могу прочитать в инструкции.

— Да? — изумленный тон Олега привлек мое внимание. — С колесами продают инструкции? Не знал.

Да ладно? Я не сдержалась и захохотала неприятно скрипучим смехом, а Олег насупился. Я впервые видела на его лице эмоции отличные от обычных презрительных, саркастических или голодно-похотливых. Такой Олег выглядел очень-очень живым.

И таким он мне нравился еще больше, убедившись, что я выпила все необходимые лекарства и поставила будильник на прием следующих, отпустил меня отдыхать. Подключаться к вай-фаю я не решилась, Олег мог войти в любую минуту. В полдень он свозил меня пообедать горячим супом и большим бифштексом. Вечером слишком долго не уходил, а под конец стоял в дверях, прислонившись к косяку, долго смотрел на меня и молчал. Наверное, сейчас было самое удобное время для разговора, но лезть к Олегу, основываясь только на слова Вадика, без подкрепления Жанны, я трусила.

— Ты уедешь домой? — прервала я его молчание.

— Да, надо.

Я откинулась на подушки, подбивая под себя одеяло.

— Тебе лучше? — Олег тонул в сумраке, который не рассеивали даже светильники над кроватью, я ориентировалась только на интонацию голоса.

— Уже лучше. Хочешь остаться? — он мотнул головой, а я скривилась, понимая, что придется перефразировать вопрос. — Останешься на секс?

— Ты готова трахаться после вчерашнего? — кажется он удивлен.

Я задумалась. Хочу ли я? Тело еще ломило, но зная, каким внимательным и трепетным Олег может быть в сексе, меня не пугало. Морально скребло чувство обиды на него, за то что кинул меня одну, связанную в клетке с сюрпризом! Возможно, не явись Вадик и не навтыкай мне тройную порцию льда, я бы даже не знала, что игры Олега могут привести к насилию надо мной. Но сейчас мой взгляд на сексуальные игры изменился. Я больше не хотела так развлекаться, мне становилось страшно, а не смешно.

Так что я готова трахаться во всех классических вариантах, если уж на то пошло, но не готова на эксперименты с ограничением движения, на клетки, связки, привязи, которые делают из меня лёгкую жертву для изнасилования.

Все это я попыталась объяснить Олегу, стараясь не затронуть тему отсутствия у меня выбора к сексу. В конце концов, по контракту, как он захочет меня трахать — так и будет. Просто сейчас у меня нарисовался страх, который не хотелось бы усугублять.

Олег выслушал меня, не перебивая.

— Скажи, киса, если я предложу тебе анальный секс или клетку, что ты выберешь?

— Что-нибудь третье, — сморщилась я.

— Из этих двух наказаний, — настаивал на ответе он, — какое кажется предпочтительнее?

Черт, ну вот как он с предложения секса переключился на подбор наказания?

— Предпочту анал, — подумав, решила я. — Секс с тобой меня ни разу не разочаровывал, и если ты настаиваешь на анальном, значит, в нем тоже что-то есть?

Олег усмехнулся, но оставил мой вопрос без ответа, хотя я была честна. Клетка страшила меня куда больше из-за беспомощности и уязвимости, а еще из-за того, что насилие мог сделать любой, кто получает доступ к клетке.

— А бондаж пугает тебя сильнее?

Я кивнула.

— Потому что ты чувствуешь себя… беззащитной перед насильником?

Снова кивнула.

— То есть не связанная и не в клетке ты сможешь дать отпор насильнику?

— Ну конечно! — у меня даже сомнения не вызывало.

— Хорошо, — сразу переключился на лёгкий тон Олег и вышел из сумрака, на ходу развязывая узел галстука, сексуально вытягивая его из-под ворота, а потом медленно расстегивал пуговицы рубахи, — давай представим, что я насильник.

Ушам своим не поверила! После вчерашнего он собирается меня изнасиловать?

Олег вдруг вздрогнул, опустил руки и передернул плечами, его взгляд потемнел, а дыхание участилось. Он возбудился и совсем не от предвкушения игры, хотя и поэтому, наверное, тоже, а из-за моего страха.

— Тебе же нечего бояться, — хрипло проговорил он, подтягивая меня за щиколотку. — Ты не связана и можешь дать мне отпор. Сопротивляйся.

— Я буду отбиваться, — предупредила я.

— Конечно.

— Бить со всей силы!

— Да, так и делай.

— Я ударю тебя и буду кричать.

— Ни в чем себе не отказывай. Но введем стоп-слово. Например, «хочу в клетку».

— Я не хочу в клетку, — уже шептала я, упираясь руками ему в грудь.

— Проверим, — пообещал он, в мгновение разворачивая меня задом и стягивая трусики.

— Я не… Что ты делаешь? — взвизгнула я, почувствовав, как он бесцеремонно и совсем не нежно нырнул пальцами внутрь.

— Хочу трахнуть тебя в задницу, — сквозь зубы выдавил Олег, тяпнул меня за ягодицу и закончил: — Как только посажу в клетку и зафиксирую.

— Ай, нет!

И тут началась свистопляска, где ни он, ни я не сдерживали рвущуюся агрессию и гнев.

Я отскочила от Олега к спинке кровати, разглядывая его поспешное скидывание одежды, все еще не верила, что он всерьез готов меня изнасиловать.

Он снова схватил меня а щиколотку и потянул на себя. Член у него торчал и у меня уже не возникало сомнений, что Олег доведет игру до конца. Вот только я к такому сексу не готова.

Отбрыкнулась, вырвалась и тут же взвизгнула, когда он успел перехватить меня за вторую ногу, навалился сверху, придавливая руки и ноги, приподнимая мне задницу.

Все попытки вырваться превращались в невнятное копошение под ним. Олег снова куснул за ягодицу и пальцем погладил дырку попы.

— Счет открыт. Считай, что один раз я тебя поимел. И заметь, ты была не связана.

Он откатился от меня, не скрывая довольной улыбки. Вот урод!

— Это не считается! Я была не готова.

— Сейчас готова?

Я кивнула, одновременно спрыгивая с кровати и резво отскакивая к ванной, рассчитывая опередить «насильника» и запереться внутри. А у входа Олег настиг меня, прижал к стене, заводя руки за спину, нагло всунув бедро между моих ног, и снова шлепнул по заднице.

— Два. И эта поза мне нравится, киса.

Я зло зашипела, брыкаясь и пытаясь вырваться. Теперь во мне бурлил не азарт, а натуральная злость, что я не могла ему сопротивляться.

Олег отступил, и я, с победным воплем, скрылась в ванной, захлопнув дверь перед его носом и защелкнув запор.

Ха! Доигрался?

Но мое злорадство померкло под ударом в дверь. Та распахнулась со второго тарана, слетев с петель. Олег согнул меня пополам, так что лбом я коснулась своих колен, связав меня собственными руками, и зло щёлкая по ягодице.

— Три, — тяжело дыша, сообщил он. — И за сломанную дверь — с тебя минет, киса.

Он оттолкнул меня, и я проскользнула мимо, устремляясь в кабинет. В комнате бегать негде, а в кабинете я могу наворачивать круги у стола, пока он не выдохнется.

Но Олег не торопился. Я даже растерялась, залюбовавшись его обнаженной грацией. Мне еще не доводилось рассматривать голых мужчин в полной боевой готовности. А эрекция Олега ни на миллиметр не упала.

Сейчас мы стояли друг напротив друга, разделенные его длинным совещательным столом. Олег вопросительно поднял одну бровь, а я нервно облизала пересохшие губы. И даже не заметила его молниеносный выпад, как оказалась на столе, стоящей в колено-локтевой, удерживая свои колени руками и не в состоянии двинуться из-за удерживающего меня сверху Олега.

— Четыре, — прошептал в ухо, неглубоко засовывая в попу палец, а я даже дёрнуться от него не могла, полностью зажатая в этой позе.

Что за черт?!

— В пятый раз я тебя трахну, — плотоядно пообещал мне Олег, — в клетке.

И я застонала, не желая признавать поражения. Как только он отпустил меня, я не стала убегать, а лягнула, попав ему в бедро и услышав удивленный ох. Недолго думая, сделала подсечку и занесла руки для удара ладонями по ушам. Что там еще у меня из приемов самообороны?

Но Олег не упал, а перехватил мои руки, вывернул их за спину и поставил на колени, матюкаясь на меня.

— Блядь, наигралась в супер-женщину? Не хочешь применить стоп-слово?

Нет, я не готова была сдаться, но Олег не говорил «пять» и не выпускал меня из захвата, только сильнее прижимал вниз.

И только когда я оказалась прижатая щекой к полу, с задранной вверх задницей, а Олег надо мной бесцеремонно описывал извращенные способы поиметь меня в такой позе, я сдалась, поскуливая, просила отпустить меня. Но он словно не слышал, теперь приступая к откровенным поползновениям в меня.

— Ай, ай! Всё! Я сдаюсь! Пусти…

Как так получается, даже имея полную свободу, я совершенно не в состоянии предотвратить насилие? Олег именно это хотел мне доказать? Что проблема не в его играх, а в обстоятельствах, которые по любому меня не спасут от намерения насильника?

— «Хочу в клетку», — по-настоящему сдалась я, услышав довольный смешок Олега.

Он тут же отпустил мои руки, подхватил на руки и понес к клетке.

— Ты же не серьезно?! — возмутилась я.

— Еще как серьезно. Я пиздец как завёлся, мечтая об этом моменте.

— Не-ет, — недоверчиво протянула я.

— Да-аа, — в тон ответил Олег, закрывая надо мной решетку, — прижмись к решетке.

Приказ, прозвучавший сдавленным голосом, поднял во мне странное нездоровое возбуждение. Зная, что сзади меня Олег, которого я хочу, которого люблю, я могла представить в голове кого угодно. Насильника, или того же Вадика, которому хотелось съездить по роже, а не отдаться, сидя в клетке.

Но все движения, ласки, звуки были хорошо знакомыми и узнаваемыми, и резкий выпад Олега в меня вызвал стон удовольствия, а не протеста…

От меня требовалось минимум действий — устоять на ногах, все остальное взял на себя Олег. Он действительно доминировал, перекрывая сексом мой страх перед клеткой.

Сейчас, чувствуя надвигающуюся волну разрядки, я впервые пожалела, что нас разделяет решетка, что я не могу обнять его на самой вершине, не могу даже посмотреть в его лицо, когда он кончит в меня, но от этого секс становился ярче, а я гораздо восприимчивее к происходящему.

Олег сильнее вцепился пальцами в бёдра и зарычал, вбиваясь в меня так, что клетка сотрясалась и гремела. Мы вскрикнули одновременно. Я сжималась внутри, чувствуя его подрагивающую распухшую головку и умирая от наполненности им.

Черт, сейчас бы растянуться, поспать… Но не в клетке же?

Уже лёжа в спальне на боку, прижавшись спиной к его груди, я полусонным голосом допрашивала своего «насильника».

— Так ты разрешил мне сопротивляться, зная, что по-настоящему я ни разу не дотянусь до тебя?

Олег поцеловал меня в макушку, лениво провел по телу, задерживаясь только на напрягшихся сосках.

— Пожалуй. Хотя если бы ты попала мне в яйца, я бы реально разозлился и выебал тебя даже под крики стоп-слова.

Я усмехнулась.

— Как же! Если бы я попала, ты неделю бы не смог трахаться.

Он хмыкнул и как-то странно уточнил:

— Считаешь, что затрахать кису можно только членом? Хм… Пожалуй, завтра я познакомлю тебя с одной удивительной штучкой…

— Нет-нет-нет, я не об этом хотела спросить. Про насильника. Предположим, если бы все случилось в жизни, как мне защититься?

— Никак. Он тебя изнасилует, если у него есть такое намерение.

Мне не понравился ответ Олега, но серьезный тон не предполагал шуток или издевательств с его стороны.

— То есть, совсем никак? Но ведь есть приемы самозащиты, еще что-то?

— Серьезно? Я пять раз наглядно показал тебе, что ты даже от комара отбиться не сможешь! Мне казалось, это должно было убедить тебя, что проблема не в ограничениях и в условиях. Даже если тебе гарантируют безопасность — может случиться ситуация, когда ты останешься один на один с угрозой.

— И что тогда делать?

— Думай. Если дело не в условиях, а в ситуации? Не в насильнике, а в его намерениях?..

Я подумала, но поняла, что не в состоянии догадаться, что он хочет сказать.

— Черт, киса! Пошевели мозгами. Ты производишь впечатление сообразительной девочки, хотя часто творишь глупости.

— Может потому что я глупая?

— Похрен, главное пока меня это возбуждает…

Меня покоробило его «пока», но вот оно — реальное условие, где гарантируя мне место рабыни при нем, не исключают ситуацию, что я ему надоем, перестану возбуждать.

— Олег?

— М?

Снова лёгкое скольжение ладони от живота к груди и мягкое стискивание, от которого толпы мурашек наперегонки несутся к пяткам.

— Помнишь, еще ты показывал, как трах отличается от секса?

— Угу.

— Сегодня в клетке был трах, но мы оба кончили.

— Нет, в клетке был секс.

Вот тут я не согласилась.

— Секс — это когда прелюдия, поцелуй, ласки. Когда, не знаю, химия между нами… А в клетке ты просто трахал меня!

Олег тяжело вздохнул и придвинул мои бедра ближе, так что в ягодицы уперся его напряженный член.

Что, опять?

— Секс — этокогда мы затрагиваем центры удовольствия, а не просто совершаем поступательные движения. Понимаешь?

— Да! Я же сказала, что прелюдия и ласки — это как раз возбуждает…

— Нет. Возбуждает тебя не прелюдия. Все идет отсюда, — Олег неделикатно ткнул мне пальцем в лоб. — Центр удовольствия в мозге. Трах превращается в секс, когда ты возбудаешься здесь, — снова потыкал мне в лоб. — Теперь спи.

Он практически сразу отключился, а у меня в голове завертелись мысли. Господи, как же с ним трудно решать проблемы поступательно. До этого у меня была только одна головная боль — как достать деньги для химиотерапии. А теперь хотелось докопаться до тонкостей секса и как противостоять насилию над собой.

Нужно только задобрить и развязать язык хозяину. Хм, но я же смогу разговорить его?

* * *

Наверное, у всех есть в жизни переломный момент… Который делит ее на ДО и ПОСЛЕ. Его можно предугадать, почувствовать, вычислить?

Для меня то утро началось самым обычным образом. Я вставала с намерением развести Олега на поход в кино, попкорн и колу. Последние три дня он снова накрутил себя до перенапряжения. Катя лишний раз зайти в кабинет боялась, что уж говорить обо мне!

Секс стал какой-то механический, «для разрядки», но чем больше нервничал Олег, тем труднее кончал. И он, и я это понимали, и весь вопрос стоял во времени, когда Олег сорвется и снова начнет экспериментировать, чтобы простимулировать свои центры удовольствия. А я как могла пыталась отодвинуть этот момент срыва.

Так вот в то утро, надевая на себя ошейник, я с интересом обнаружила лежащий рядом продолговатый предмет с хвостиком на конце. Да, похоже, Олег откровенно намекал засунуть его поглубже, но я все таки решила уточнить.

— Да. А еще надень короткое платье и никакого белья под ним.

Очевидно, что сегодня меня трахать будет этот предмет, а еще очевидно, что Олег все же сорвался. Я вздохнула, намереваясь выяснить у Кати, когда же уже пройдет эта нервирующая всех поставка, и вставила в себя «штуку». Она совершенно неудобно торчала внутри, больно задевала стенки влагалища, и еще очень раздражал этот хвостик, который выглядывал между бедер из-под короткого платьишка.

Так что в кабинете мы с Олегом сошлись не в лучшем настроении. Вот тогда я должна была почувствовать, что день будет хреновый.

— Это ужасно.

— Я не спрашивал твоего мнения.

Надулась и села на диван, проигнорировав его жест «к ноге». Обойдется. Пока не скажет прямо, имею право «не понять», что он от меня хочет.

Но Олег только усмехнулся, направил на меня какую-то штучку, и я подскочила, схватившись рукой за живот из-за начавшейся вибрации внутри.

А! Ну конечно. Старый избитый трюк с вибратором на дистанционном управлении.

От злости сжала зубы и сделала вид, что ничего во мне не происходит. И с таким видом я просидела добрых десять минут. Олег только поглядывал изредка, отвлекаясь от ноутбука, посмеивался и снова погружался в работу. Но скоро просто сидеть не получалось, я завозилась, пытаясь сесть так, чтобы вибрации внутри поменьше… вибрировали. Не выдержала, пошла за стойку, приготовить себе что-нибудь освежающее, и как только скрылась с глаз Олега, схватилась за стол, согнулась и выдохнула, закатывая глаза от невыносимого желания. Я чувствовала, что не кончу, не с этой штукой внутри, но то, как она возбуждала моё тело, спорить было бесполезно, а игнорировать невозможно. Скоро и скрывать свою похоть станет нереальным.

— Что ты там делаешь? Киса, я запрещаю вытаскивать вибратор и трогать себя внизу руками.

Тут же донесся до меня приказ Олега. И я застонала, уже не таясь. Руками! Черт, почему сразу не подумала — стоило только коснуться клитора и наступила бы разрядка.

Но Олег заставил выйти и сесть в его зоне видимости.

— Если уж ты предпочитаешь сидеть подальше, — усмехнулся он, поглядывая, как в моих руках дрожит стакан со свежевыжатым соком.

Я поставила стакан на столик перед собой и откинулась на спинку, чуть сползла и закатила глаза, пытаясь отвлечься от творящегося безобразия с телом. Но куда там! К ощущениям внизу теперь еще добавлялись развратные образы в голове. Все в совокупе обостряло и угнетало мою ситуацию.

С другой стороны, кто сказал, что мне нельзя кончить, если это произойдет без рук?

Одним глазом понаблюдав за Олегом, я скрестила ноги и села прямее, нагнетая ощущения. Практически моментально это дало толчок во все тело. Теперь я вибрировала вся, старательно сосредотачиваясь на самых ярких отдачах от воздействия штучки внутри меня. Чтобы не отвлекаться на реакции Олега, я просто закрыла глаза и домысливала эротические образы, которые усиливали восприятие.

Медленно во мне накапливалось тяжелое неповоротливое напряжение. Я предугадывала, что оргазм будет отличаться от предыдущих, во мне уже затаилось предвкушение, поймать, узнать и сравнить. И вот когда накопленное вязкое желание закололо расходящимися мурашками бедра… все стихло.

Я распахнула глаза, Олег с пультиком стоял надо мной и тяжело дышал, потом встал на колени, раздвинул сведенные ноги и тихо потеребил за хвостик, торчащий из меня. Я вскрикнула и изогнулась. Знал бы он, как непереносимо бывает неудовлетворенное желание! Мне хотелось рвать и рычать, требовать довести до конца, снять с меня это трескающееся напряжение.

И он словно чувствовал, что я на гране. Не сводил с меня взгляда, когда наклонялся вниз, тянулся языком к болезненно пульсирующей точке, и взорвал меня к чертям, мазнув языком с оттяжкой.

Меня выгнуло и выбросило, совершенно лишая возможности управлять телом. Я могла только чувствовать раскручивающиеся пружины, хаотично подбрасывающие меня на диване и при каждом падении приносящие новый фейерверк ощущений.

Это было мозговышибательно! Крышесносно! Но Олег добил, быстро стянув с себя брюки, подтащив мои бедра к краю дивана и подарив еще две «смерти». Сначала вытащив «шалуна» из меня (боже, я слышала, с каким чавканьем он выскользнул), а потом вставив член и полностью подчинив себе мое непослушное тело.

Я кончала, не переставая, при каждом его толчке. Олег не церемонился, просто брал, так глубоко и жестко, как хотел, в моем состоянии мне было только счастьем, если бы он тоже достиг разрядки и немного расслабился. Я уже не заморачивалась, занимается ли он со мной сексом или просто имеет, сейчас на первый план вышло желание освободить его от накопленного напряжения. Почувствовав сама, насколько хреново не получить удовлетворения, я искренне сочувствовала Олегу.

Но он уже несколько минут лихорадочно пытался поймать ускользающий оргазм, и я чувствовала по ослабевающей эрекции, по стиснутым зубам и зажмуренным векам, что он не догонит…

И тут дверь распахнулась, неловко крякнула Катя, а за ее спиной хохотнул Вадик. Я дернулась, пытаясь отстранить Олега, но тот как раз открыл глаза, поймал мой испуганный взгляд и буквально в несколько движений кончил и излился в меня, упал на живот, стискивая в объятиях и задыхаясь.

Дверь закрылась, видимо, Катя дала нам пять минут, привести себя в порядок. Но мой триумф по поводу оргазма Олега сошел на «нет» из-за явившихся гостей. Вадик был не один, притащил с собой Пашу, который тоже оказался свидетелем моего разврата.

Уже тогда маховик запустился, и я ничего не могла изменить. Но предчувствие-то было!

Я осталась на диване, полагая, что посетители сядут за стол, совершенно забывая, что Вадик предпочитает устраивать неформальные посиделки. Это выбило еще один кирпичик из стены моей безопасности. Когда Вадик с Пашей двинулись к дивану, я в панике вскочила, оставив на кожаной обивке очень характерную лужицу.

Смутилась, моментально исправила неловкий момент, хорошо, что за барной стойкой всегда наготове ящик с чистящими салфетками и разбрызгивателями, но неприятный режущий взгляд Паши успела поймать.

К счастью, Олег отпустил меня на время встречи с напарником, так что практически до самого вечера я отсиделсь в комнате, приняв душ, заказав еду из кафе, в котором стала уже постоянным клиентом, и потупив в телевизор.

А потом наступил вечер…

Олег не захотел идти в кино, и мы немного повздорили. Я упрашивала. Строила глазки. Обещала феерический минет и все что хозяин захочет, но у Олега совершенно не было настроения, он попрощался со мной, обещая, что в другой раз, возможно… И вышел через второй выход из моей комнаты.

Он пообещал, что подумает, увидев моё разочарование и обиду.

Поэтому мне даже в голову не пришло спросить «Кто там», когда в дверь постучали. Я была уверена, что Олег одумался и вернулся…

На пороге стоял Павел.

Глава 14. Насилие

По его презрительному взгляду поняла, что ничего хорошего не стоит ждать. Позже я все еще надеялась, что Олег почувствует, вернется… Но нет. И этого не произошло.

— Не оставляет хозяин свою собственность без присмотра? — презрительно выдавил Паша, проталкивая меня внутрь и закрывая за собой дверь.

— Что тебе надо?

Но Паша без разговоров схватил меня за запястье и швырнул на кровать. Вот в тот момент у меня отшибло мозги от страха. Там, где с Олегом любое подчинение и насилие были игрой, Паша не играл. Он скривил губы, процедив «шлюха», и вцепился в волосы, рывком притянув к себе.

Глупо при таком обхождении говорить о вкусе поцелуя, но этот я запомнила — он был со вкусом железа, крови на разбитых губах, крика, задушенного чужим толкающим языком.

Я отбивалась, пытаясь оттолкнуть Павла, но тот повалил меня на спину, прижав своим весом, и дернул за волосы, заставив вскрикнуть.

— Нет, Паш… Нет…

— Заткнись, сука. Ты подставила меня.

Он раздвинул мне ноги, больно надавив коленом, залез рукой под платье и потянул резинку трусов. Я снова толкалась и уворачивалась от жалящих поцелуев.

Трусы затрещали, и я заорала, почувствовав его грубые пальца между ног.

— Нет! Прекрати!..

Задыхалась, грудь сдавливала жуткая паника. Я бедром чувствовала эрекцию Павла, но даже ударить не могла.

— Он убьет тебя, — шипела я, привлекая его внимание.

Паша привстал с меня, вытащив руку из трусов, а потом рванул горловину платья и сдавлено хохотнул.

— Мне уже похуй! Надо было еще тогда трахнуть тебя, суку, а не играть в любовь. Ты грязь и понимаешь только такое обращение.

Я закричала, отмахиваясь от его грубых рук до боли стискивающих грудь. Все меньше верила в происходящее. Как так? Это точно не со мной! Черт, и кто? Паша. Не Вадик, не Олег, не бандит из подворотни, а милый уютный Паша! Как?

— Кричи, кричи, сука. У него охуенная звукоизоляция в офисе. Тут до тебя столько баб орали, пока он их ебал во все щели.

Паша низко наклонился надо мной, я поддалась вперед и тяпнула его за щеку. Он взревел и наотмашь ударил меня по лицу. Перед глазами поплыло, и я упала на спину, потеряв ориентацию.

Вот тогда он меня и свернул. Поставил раком, пропустив мои руки между бедер, удерживая их за запястья. Я дёрнулась пару раз и поняла, что совершенно беспомощна. Только теперь это была не игра в раз-два-три, а настоящее насилие. И я не заперта в клетке, а стою, оттопырив задницу в собственной постели.

— Паш, не надо, не делай, — прохрипела я и зарыдала, чувствуя его рывок в меня.

— Сухая, зараза. Не хочешь меня? Не достаточно грязно?

Он вбивался, раздирая всё внутри под мои рыдания и попытки вырваться и отодвинуться.

Страницы: «« « ... 910111213141516 » »»