Парящая для дракона Эльденберт Марина

Глава 20

Тренировки и интервью прошли на ура. К чести Мильды Хайц, вела она себя более чем профессионально, и хотя у нас с ней вышло некоторое взаимонедопонимание поначалу, сегодня оно не повторилось. То есть никто не мешал пресс-секретарю смотреть на меня сверху вниз, но это же самое «смотреть сверху вниз» абсолютно не помешало ей сделать свою работу и выложиться на все сто.

Журналистка тоже оказалась приветливой и доброжелательной, с оператором мы вообще подружились. Он, кажется, остался без ума от Верража, хотя невзлюбил Гринни – когда мы все отвлеклись, она умудрилась грызануть ремень его сумки. После того как интервью закончилось, я пошла отдыхать. Энергии мне сейчас и правда требовалось море: не считая того, сколько из меня вытряхивали на тренировках Эльда, Кория, да и я сама не отставала, интервью тоже вытянуло немало сил.

Да, все прошло замечательно, но поволноваться перед ним мне никто не мешал. Равно как никто не мешал подумать о том, что Торн уехал до завтрака, даже не попрощавшись со мной. Иными словами, когда я проснулась, рядом спали Гринни и Верраж (виари досталась половина кровати, драконенку – место в ногах), а за дверями стояла новая смена мергхандаров. Они же и сообщили о том, что ферн Ландерстерг уже в Аронгаре.

Об этом я думала и вечером, когда проснулась отдохнувшей и посвежевшей и когда мне сказали, что ужин почти готов. Вот как понять этого дракона?! А еще мне отчаянно хотелось заменить воспоминания Торна об этом месте. Заменить их, сделать более приятными, насколько это возможно.

Поэтому, прежде чем пойти в столовую (ее уже оборудовали, и ужинать сегодня нам предстояло втроем), я завернула на кухню. Завернула – ключевое слово, потому что лабиринты этого огромного дома без навигатора не пройти. Спасибо мергхандару, который вызвался меня проводить до самых дверей.

А за дверями… я, наверное, видела такое только в кино, где показывали кухни крутых ресторанов. Четыре человека, которые летали по просторному помещению, оборудованному по последнему слову современных технологий. Учитывая, что готовить я умела исключительно на уровне «все мелко нарезать, бросить на сковородку и изредка проверять, потушилось или нет» или «запаковать в форму или в формочки и через полчаса потыкать палочкой, чтобы проверить, сырое или уже готово», – представившееся мне действо показалось чуть ли не волшебством.

Мужчина, который командовал всеми, – невысокий, изящного телосложения – то и дело отпускал совершенно нелестные комментарии в адрес нерасторопности своих подчиненных. Шеф-повара в нем выдавало все – и то, как он управлялся с посудой, и то, как ловко несколько капель соуса из тюбика под его руками превращались на тарелке в произведение искусства.

Правда, стоило ему заметить меня, он замер. И, словно по команде, замерли все, аккомпанементом прозвучал его высоковатый для мужчины голос:

– Ферна Хэдфенгер!

– Можно просто Лаура, – сказала я, приближаясь.

Судя по выражению его лица, он был крайне недоволен моим появлением.

– Я вас надолго не отвлеку, – произнесла я. – Можно с вами поговорить?

– Можно, – произнес шеф-повар. – Только не сегодня. Пожалуйста, ферна Хэдфенгер! Вам лучше пойти в столовую.

Все это было произнесено с таким надрывом и на такой высокой ноте, что я успела только моргнуть, а потом ко мне уже повернулись спиной.

– Ферн, – я негромко кашлянула, – это дело вряд ли стоит откладывать, поэтому очень прошу вас уделить мне время.

В эту минуту шеф-повар выругался. На рагранском. Еле слышно, себе под нос, но все-таки выругался, а я поняла, что же еще притягательного было в его внешности: фиолетовый цвет глаз! Это очень показательная черта для многих рагранцев, можно сказать, национальное достояние страны, где родилась моя мама.

– И все-таки, – когда он соизволил повернуться ко мне, я перешла на рагранский, – я настаиваю. Ферн…

На щеках шеф-повара появились красные пятна.

– Дораж Эмери, – тем не менее представился он.

– Дораж. – Я назвала его по имени и улыбнулась. – Пять минут, и кухня снова будет полностью ваша.

Мгновение он колебался, потом кивнул остальным – продолжайте и повел меня в сторону подсобного помещения. Здесь был склад кухонного инвентаря, и я никогда в жизни не видела столько самой разнообразной посуды.

– Мне нужна ваша поддержка, – сказала я, когда мы остались наедине. – Я хочу устроить ужин-сюрприз для ферна Ландерстерга и хочу, чтобы ему стало об этом известно исключительно в день ужина.

Дораж моргнул. Смешно насупил густые брови, которые придавали его лицу некоторую комичность.

– То есть вы меня сейчас просите…

– Я совершенно не знакома со вкусами ферна Ландерстерга. То есть почти не знакома. Еще меньше я знакома с высокой кухней, но хочу, чтобы это было нечто выдающееся. И, разумеется, целиком и полностью доверяю вам. Только это должно остаться нашим секретом. Это – обязательно. – Я улыбнулась ему. – Ну что, сможете помочь?

Кажется, он слегка опешил, но все еще продолжал хмуриться.

– Целиком доверяете мне? – переспросил он.

– Абсолютно.

– Что ж… тогда я попробую вам помочь. – Он сложил руки на груди. – До завтра составим меню. Но учтите, если вы решите убрать оттуда больше трех блюд…

– Я не хочу ничего убирать, – ответила я, с трудом сдерживая улыбку.

– Тогда по рукам! – Шеф-повар явно воодушевился, протягивая мне мягкую ладонь.

Я ее приняла.

– По рукам!

– Ферна Хэдфенгер? – поинтересовался он, когда я уже собралась уходить. – Вы интересуетесь Раграном?

Рагранский язык не особо распространенный, поэтому такой вопрос вполне можно было понять.

– Моя мама из Раграна, – ответила я.

– Ваша… а ферна Хэдфенгер…

Пухлые губы Доража поджались в тонкую линию. Интересно, чем ему успела насолить Ингрид?

– Она моя мачеха, – ответила я. – Вы с ней уже общались?

Шеф-повар пробормотал что-то себе под нос, потом сказал, что уже пора подавать ужин, и первой пропустил меня на кухню.

За дверями меня по-прежнему ждал мергхандар.

– Проводить вас в столовую, ферна Хэдфенгер?

– Да, пожалуйста.

Внешность у него была классическая фервернская: под два метра ростом, сверкающая сталь глаз.

– Мы можем заняться вашими подопечными, пока вы будете ужинать.

«Заняться подопечными» означало, что с драконенком и виари погуляют, пока я буду ужинать с Ингрид и Сильви.

– Спасибо, но лучше после ужина я выведу их сама.

Утром и в обед с ними и так гуляли мергхандары, потому что с утра я убежала на тренировки, а после обеда меня гримировали для интервью. Сейчас же мне отчаянно захотелось самой с ними побегать и поиграть.

– Как скажете, ферна Хэдфенгер.

Ферна Хэдфенгер вздохнула и шагнула в столовую, где уже расположились сестра с мачехой. Оформленная в кремово-бежевых тонах, эта комната сочетала в себе камень (одна стена была полностью выложена им) и дерево: стол был деревянный, если не считать металлических опор и стеклянной вставки между ними. Мрамор на полу, согревающие панели у панорамного окна и раздвинутые шторы словно открывали совершенно другой, заснеженный мир.

Здесь же было тепло: настолько тепло, насколько это возможно.

Этот дом создавали с любовью, и хотя в нем до этого времени никто не жил, это ощущалось во всем.

– Лаура, – напомнила о себе Ингрид, – если будешь так долго спать вечерами, не будешь высыпаться ночью, и под глазами появятся темные круги.

– Они у меня появятся, если я не буду спать вечерами, – ответила я, устраиваясь напротив них в мягком кремовом аэрокресле.

– И все же.

– Скажи, чем ты умудрилась достать Доража Эмери?

– Кого?

– Шеф-повара.

Ингрид поджала губы.

– Я изучила его меню и пришла к выводу, что оно совершенно неприемлемо.

– Что?!

– Нам уже накрывали, но я сказала, что нужно кое-что переделать, поэтому придется немного подождать.

У меня глаза на лоб полезли.

– Ингрид, мы здесь в гостях!

– Временно. Скоро ты станешь здесь хозяйкой.

Я чуть не поперхнулась водой.

– Пока что я ею не стала. И ты тем более.

– Очень вежливо с твоей стороны, Лаура.

– Очень вежливо с твоей стороны диктовать шеф-повару, что ему подавать нам на ужин!

– Я, между прочим, забочусь о тебе. – Тон Ингрид стал сухим. – Очень скоро тебе придется конкурировать с иртханессами, у которых совершенно другой обмен веществ. Советую тебе всерьез об этом задуматься и пересмотреть свою диету: эти женщины никогда не поправляются. Чего не скажешь о нас.

– Спасибо за заботу, Ингрид, – я выделила слово «забота», – но я считаю, что каждый должен делать свое дело. Шеф-повар – готовить, а мы – заниматься своими делами. Своими.

На «своими» я тоже сделала акцент.

– А я считаю, что ты мне дерзишь, Лаура. – Мачеха окатила меня ледяным взглядом. – Если хочешь выглядеть достойно рядом с таким мужчиной, тебе придется соблюдать ряд достаточно сложных ограничений. Сложных для тебя, разумеется.

– Мам… – попыталась вставить свое слово Сильви, но не успела.

Потому что до меня вдруг дошло.

– То есть вчерашнее явление Сильви было совершенно не случайным? – уточнила я.

Ингрид хмыкнула.

– Мужчине – особенно такому – нельзя выдавать все и сразу, Лаура. Драконы по своей сути охотники, и когда он получит желаемое, ты ему станешь неинтересна.

– Поверить не могу!

– А придется. Придется очень тщательно следить за тем, что ты делаешь. Можешь с ним играть. Можешь его провоцировать. Но до того как будет объявлено о помолвке…

Ингрид сделала многозначительную паузу.

– Ингрид, это просто смешно! – Я подавила желание вскочить. – Я взрослая женщина!

– До взрослой тебе еще далеко. – Мачеха снисходительно посмотрела на меня.

– Это. Не твое. Дело.

Вот теперь я действительно поднялась.

– Сядь! – обрушился на меня жесткий приказ.

Сильви побледнела, а я, напротив, сложила руки на груди.

– Не думаю, что мне стоит ужинать с вами.

Теперь уже поднялась Ингрид. Губы ее дрожали от ярости.

– Глупая девчонка! Хочешь все испортить накануне свадьбы?

– Накануне чего? – уточнила я.

– Он должен жениться на тебе! Это важно для нашей семьи, неужели ты не понимаешь? Не понимаешь, насколько важен этот брак для твоего отца?

– Счастливо. – Я развернулась, чтобы уйти, но Ингрид подлетела ко мне.

– Не смей уходить! Ты что, не понимаешь, что тебе просто нечего ему дать, кроме того, что сейчас он в тебе заинтересован как в женщине? В тебе нет ни капли пламени, а рядом с ним всегда будут иртханессы. Сильные, красивые, огненные. Думаешь, твои прелести смогут это перебить?!

– Отца ты тоже… как ты там выразилась, соблазняла и провоцировала? – поинтересовалась я, чувствуя, что зверею. – До тех пор, пока вы не объявили о помолвке?

Ингрид размахнулась, но я перехватила ее руку.

– Сунешься ко мне со своей заботой еще раз – пожалеешь! – сказала я жестко, глядя ей в глаза. – Ты меня поняла, Ингрид?

Не дожидаясь ответа, вышла из столовой и чуть не столкнулась с горничными, которые спешили к нам с аэротележками.

– Ферна Хэдфенгер! Ужин готов.

– Благодарю, но я буду ужинать позже. У себя.

К своей комнате я буквально подлетела, бросила на ходу:

– Сейчас я их покормлю, и идем гулять.

Верраж с Гринни обнаружились у себя в комнате: очевидно, изначально это была спальня, а на месте моей спальни должна была быть гостиная, но ради нас все переделали. Начинались апартаменты со спальни, а продолжались игровой для зверей, которую очистили от всего лишнего, навешали щитов-когтеточек, набросали всяких игрушек. Впрочем, в игровой они возились исключительно, когда я отлучалась. Стоило мне появиться, тут же вылетели встречать.

– Уже соскучились? – Я опустилась на корточки, почесала между ушей и того и другую одновременно. – Я же полчаса назад ушла. Все, пойдем есть, а потом будем бегать.

Для кормления был отведен огромный угол, где стояли миски и небольшой холодильник: последний пополнялся раз в день, оттуда я и достала лакомства.

– Спокойно! – сказала под танцевальные пируэты у мисок, насыпая еды сначала Гринни (иначе покормить Верража было невозможно), потом ему.

Малыши набросились на еду, а я отошла к окну и обхватила себя руками.

Кто бы знал, как мне сейчас хотелось что-нибудь разбить! Но рядом с драконенком нельзя было позволять себе такие эмоции, поэтому я глубоко дышала.

Стараясь не думать о том, о чем ненадолго забыла: что Ландерстерг просто уехал в Аронгару сегодня утром. И о том, что во мне действительно никогда не будет огня.

Глава 21

– Что, так и сказала? – поинтересовалась Рин, выкладывая печенье на противень. – Вот ларрка.

– Да ну ее. – Я раскатала остатки теста и делала в нем дырочки с помощью стакана. После эти кругляши теста полагалось вытащить, смазать камартовым фларом и сложить вчетверо. А потом наляпать сверху маленькие полосочки теста, пять штук.

Называлось печенье «драконьи лапки», и вот с коготками была самая засада.

Они отваливались.

Не знаю, у кого как, но у меня отваливались. Спасал только сироп, который придавал тесту клейкость. Зато процесс приклеивания здорово помогал отвлечься от всякого рода мыслей. В том числе и от тех, которые в меня заронила Ингрид и которые не давали мне покоя уже пять дней.

Вот спрашивается, какого я вообще об этом думаю? Я должна думать об «Эрвилль де Олис» и переживать о предстоящем кастинге, но на тренировках у меня интенсив, а после я как будто выключаюсь. То есть оттанцевала на льду, потянулась на лентах, вышла и забыла. Такого у меня не было с самого детства, когда отец сказал, что в большой спорт меня не отпустит.

Тогда я месяца два вообще думала, что все брошу. Сейчас я бросать, разумеется, не собиралась, но такого пренебрежения к делу всей своей жизни не испытывала никогда. А о Ландерстерге – думаю, хожу и думаю, думаю, чтоб его дракон покусал! Ни разу за пять дней ни одного голосового сообщения! Ни звонка.

Занятой он там, в своей Аронгаре.

Ну и я занята. Вот.

– А что Сильви сказала? – поинтересовалась Рин, помогая мне с коготками.

– А что Сильви скажет? Она никогда ничего ей поперек не говорит, – хмыкнула я. – Зато общаемся мы теперь только через нее.

– То есть?

– То есть Ингрид обиделась и со мной не разговаривает. Все, что ей нужно мне передать, говорит Сильви.

– Жесть.

– Как есть.

Особенно весело это было, когда приезжал ведущий дизайнер из известного дома моды «Нуар Тану». Тогда Ингрид, разумеется, не могла остаться в стороне, но мой наряд комментировала, обращаясь исключительно к дизайнеру, а я отвечала ей напрямую. Не знаю, что подумала дизайнер, но выглядело все это довольно необычно. Помирить нас не смог даже отец, который приехал на выходные, как и обещал. Я категорически отказалась просить прощения, Ингрид сказала, что не станет со мной общаться, пока этого не произойдет.

Как ни странно, отец принял мою сторону и сказал, что если ей хочется обижаться, пусть обижается дальше. На что она обиделась еще больше и вот уже сутки не общалась со мной даже через Сильви.

– Фух! Готово, – ответила Рин, загружая последний противень в духовку, а я пошла смывать с пальцев камартовый флар.

Огромное блюдо с готовыми «драконьими лапками» возвышалось в центре стола: высокого, окруженного барными стульями. За ним нам предстояло ужинать, и аромат готовящейся выпечки здорово подогревал аппетит. Собирались мы у Сэфла, но он задерживался, а Рин решила его порадовать и приготовить ему его любимое лакомство. В итоге мы два часа развлекались с печеньем, а сейчас накрывали на стол.

Кухня у него была выполнена в темных тонах, разбавляли которые только серебро узора на плитке и светлые навесные шкафы: все чисто по-мужски и сурово. Огромное панорамное окно обычно закрывали стальные жалюзи, но мы с Рин их подняли, чтобы иметь возможность лицезреть Айрлэнгер Харддарк во всей красе. И эта башня тоже напоминала мне о Ландерстерге!

– А что ты думаешь? – спросила я, когда мы разложили приборы и устроились на барных стульях.

Рин наблюдала за таймером, я – за ночной жизнью Хайрмарга.

– Мм?

– Насчет пламени.

– Что насчет пламени? – Она пожала плечами.

– У драконов же пары, – сказала я. – И это их притяжение, основанное на совпадении огней…

– Это все физиология. – Рин задумчиво подперла руками подбородок. – А есть еще что-то большее. Что-что, что не поддается ни физиологии, ни здравому смыслу, ни всем доводам логики. Мы с Сэфлом когда познакомились, я его вообще как парня не воспринимала. Вот не воспринимала – и все. По той самой причине. А потом просто поняла, что без него не могу.

– Ничего себе, просто.

Рин улыбнулась.

– Ну да, он слегка за мной ухаживал.

– Слегка, – фыркнула я.

Он за ней разве что не бегал (впрочем, мне сложно представить мужчину – такого, как Сэфл, бегающим за кем бы то ни было). Цветы, комплименты, подарки, которые она поначалу возвращала, приглашения на разные мероприятия, куча отказов – и десятки встреч в общих компаниях. Он умудрялся найти контакт со всеми, кто был дорог Рин, и терпеливо, шаг за шагом, продвигался к своей цели. До тех пор, пока она не сдалась.

И вот теперь…

Я перевела взгляд на кольцо у нее на пальце.

– То есть тебя это ничуточки не волнует?

– Поначалу волновало, – сказала она. – Особенно когда его предки пытались нам крылья оборвать. Потом отпустило. Во-первых, я поняла, что Сэфл – не его предки и что ему без разницы… ладно, ему не без разницы, но важнее я и наши чувства, чем мнение семьи. А во-вторых, он ни разу за все время, что мы встречаемся, даже не посмотрел на другую. Хотя в компаниях с иртханессами всякое бывало.

– А вот этого ты мне не рассказывала.

– Да нечего там рассказывать. И смотрели на меня, как на лишаистую виари, и клеиться к нему пытались… Вот скажи, тебе это интересно?

– Я думала, мы подруги, – хмыкнула я. – Разумеется, мне это интересно. Мне интересно все, что связано с тобой.

– Ну а я считала, что нет. Я в принципе не хотела развивать эту тему, понимаешь? Мне казалось, что стоит начать – и я скачусь в жалость к себе, в кучу комплексов, которые мне пытаются навязать, и вообще разругаюсь с Сэфлом из-за какой-нибудь ерунды. Поэтому я просто через это перешагивала и шла дальше. Так, понемногу.

Я улыбнулась и накрыла ее руку своей.

– Ты всегда была взрослее меня.

– Я не взрослее. Ты просто более эмоциональная, Лаура. Более взрывная. Хотя и пытаешься это контролировать… Так, еще немного, и я почувствую себя старой, умудренной опытом теткой, которая пытается тебя лечить.

– Пфф!

Мы расхохотались одновременно, но после, отсмеявшись, Рин все-таки серьезно на меня посмотрела.

– Я вообще не знаю, о чем мы сейчас говорим. Ты все-таки собралась за него замуж?

– Нет.

Я ответила это быстрее, чем могла бы. Подруга слегка удивилась.

– Нет, Рин. Я не знаю, как это объяснить. Меня к нему влечет, и…

– Ты устраиваешь ему ужин-сюрприз. Нет, ты совершенно точно не собираешься за него замуж.

– Ты это сейчас о чем? – Я подалась назад, и низенькая спинка барного стула впилась мне в спину под лопатками.

– Я о том, что тебе стоит разобраться в себе. Ну и спросить его прямо о том, что тебя волнует.

Не знаю, чем закончился бы наш разговор, если бы в холле не щелкнул замок и не раздались мужские голоса.

– О! – Каблучки Рин звонко ударились о плитку. – Пойдем встречать.

Я была не уверена, что мне стоит идти с ней, но отказываться было как-то странно. Тем более что весь этот ужин изначально отчасти затевался ради того, чтобы я могла поговорить с Беном.