Охранитель. Наместник Урала Назимов Константин
– Не злись, – усмехнулся я. – У меня к тебе есть разговор.
– Вот как? – поджала губы Катерина. – Иван, не думаю, что соглашусь на твои условия. Сам же видишь, что я взгляды и отношение ко всему переменила!
– Кать, ты еще даже не знаешь, о чем речь пойдет, а уже недовольна, – покачал я головой. – Попроси Надежду ужин подавать, проголодался, да и, – зябко передернул плечами, – продрог.
– Ладно, эту просьбу выполню, – фыркнула сестрица и отправилась в кухню.
Покачав головой, я пошел в свои комнаты, где переоделся, подавил в себе желание залезть под душ, после чего вернулся в гостиную. Стол уже почти сервирован, Александр прохаживается, о чем-то размышляя, Катерина сидит в кресле и, закинув ногу на ногу, что-то рисует в альбоме. Художница сосредоточена, время от времени грызет кончик карандаша.
– Господа и дамы! Прошу к столу! – потер я ладони и, сев, взял в руки вилку.
– Гм, Иван Макарович, – немного смущенно проговорил Александр, – Антонину Михайловну Анна покормила, но сама она есть не желает, говорит, что и так вам всем обязана.
– Зови ее сюда, – со вздохом ответил я и отложил вилку.
Мой помощник отсутствовал не более минуты, привел девушку, но та пыталась отнекиваться, мол, ей и так неудобно.
– Голубушка, – немного раздраженно сказал я Анне, – вы же воспитанная барышня; если хозяин дома предлагает отужинать, то отказываться – дурной тон. И потом, меня не прельщает лечить еще и вас.
– Извините, спасибо, – склонила голову девушка.
– Кать, тебе особое приглашение? – посмотрел я на сестру.
– Уже иду, пара штришков осталась, – ответила та.
– Бати на тебя нет, совсем от рук отбилась, – буркнул я. – Без тебя к трапезе не приступим, но учти, что брат голоден, и если умрет от истощения, то его смерть окажется на твоей совести.
– Поработать не даешь, – покачала головой сестрица, но альбом в сторону отложила.
– Кстати, ты вестей от родни не получала? Как они там? – поинтересовался я, почему-то вспомнив Васильевича, на которого Макар ничуть не похож, но примерно в том же возрасте.
– Плохие мы дети, – печально вздохнула Катерина, – от старшего брата письмо получила, пару месяцев назад. Пишет, что у них все в порядке, никто не болеет, у нас с тобой уже есть племянник и племянница.
– О как! Значит, ты уже тетка! – рассмеялся я.
– Тьфу на тебя! Я слишком молода! – усмехнулась Катерина. – Вань, ты мог бы хоть раз к родным съездить, проведать, да если надо – подлечить.
Н-да, сестрице палец в рот не клади: как ловко перевела разговор на лечение! Правда, и в самом деле стоит навестить названого отца, мне он помог, негоже его бросать, да и есть между нами какая-то связь: уверен, что они – мои давние предки. Гм, давние? А себя-то я уже полностью и безоговорочно с данным временем отождествляю. Единственное отличие от окружающих – знания и устремления. Большинству мои мотивы непонятны, но действительность такова, что другого пути нет. Разговор я решил свернуть, да и выпали из беседы Александр с Анной. Переключившись на погоду, здоровье Антонины Михайловны, мы и провели оставшееся время за ужином. Анна себя так и не почувствовала раскованной, с явным облегчением покинула гостиную, сославшись на усталость.
– Иван Макарович, нам бы переговорить, – попросил Александр.
Опять начнет гнуть свое – что Анну с матерью пора из дома отправлять? Больную я еще не осматривал, ничего ему пока сказать не могу.
– Саша, вопрос с девушкой и моей пациенткой следует отложить как минимум до утра, – отрицательно покачал я головой.
– Я хотел о другом поговорить, но с глазу на глаз, – уточнил мой помощник.
– Хорошо, ты пока иди автоматы в сейф убери, заодно и покажешь, как смог их достать, – дал я распоряжение своему помощнику.
– Ой, Вань, совсем забыла! – хлопнула себя ладошкой по лбу Катерина. – Я телефонный аппарат отключила, он своими звонками мне все нервы вымотал. Раз в пять минут обязательно кто-то желает тебя услышать!
– Саша, иди и заодно телефон включи, – попросил я своего помощника.
– В прихожей трубка снята, – подсказала Катерина.
Александр ушел, а я подсел к сестре и спросил:
– Скажи, как тебе императрица?
– Ольга Николаевна? – нахмурилась девушка, но потом лукаво на меня посмотрела: – Твой выбор одобряю!
– Не понял, – удивился я, но потом рукой махнул и продолжил: – Кать, тут такое дело: считаю, что ей уже пора свое лицо подданным показать. Как думаешь?
– Согласна с тобой, – кивнула та. – Знаешь, я ведь просила ее попозировать, но Ольга Николаевна отказались.
– Так ты по памяти напиши, – сказал ей, а потом, хмыкнув, продолжил: – Уверен, у тебя имеются наброски, а то и готовые портреты. Считай, что даю тебе заказ на десять портретов, которые не грех повесить на самом видном месте, чтобы все сразу понимали, что за особа изображена на холсте.
– Э-э-э, Вань, это почетно, но сложно и… – Катька как-то по-детски шмыгнула носом. – Ответственность большая, да и как бы не разгневалась императрица, она же нас сошлет…
– А мы и так на Урале! – рассмеялся я. – Ты парочку портретов напиши, а разрешение у Ольги я добуду, не переживай.
– Попробую, – задумчиво ответила мне Катерина.
Так, с сестрой вопрос решен – отлично! Теперь она погрузится в работу и не будет меня отвлекать от насущных проблем. Впрочем, портрет императрицы – далеко не банальный вопрос. Готов поспорить, что Ольга Николаевна упрется рогом, но не захочет свое лицо выставлять на всеобщее обозрение. Помню, что у нее не складывалось, чтобы подданным показаться, а потом она по столице гуляла, переодевшись в парня. Увы, после обнародования лика императрицы той уже без охраны в народ не выйти. Однако подданным необходимо знать своих правителей в лицо, удивляюсь, как еще народ не потребовал показать им императрицу. Да и революционеры эту карту не разыграли. Чего-то ждут или знают, что Ольга Николаевна – очень симпатичная особа?
Оставив в задумчивости сестру, которая принялась чертить что-то в своем альбоме и бубнить себе под нос о каких-то интерьерах и фасонах, я отправился в подвал. Не то чтобы меня волнует, как Александр умудрился вскрыть сейф, в конце-то концов у него профессия своеобразная, но подумать над тем, как обезопасить оружие, необходимо.
– Показывай, – войдя в оружейную, кивнул я Александру на сейфовую дверь.
Мой помощник молча мне продемонстрировал связку отмычек. Достал из кармана старую докторскую трубку и заявил:
– Ваш стетоскоп лучше, но в моем арсенале его нет.
– Дальше, – попросил я.
Ну, так и думал. Саша приложил к двери слуховую трубку и уверенно выбрал три отмычки, которыми и стал ковыряться в замке. Ему потребовалось секунд сорок, после чего раздался щелчок, и, повернув рукоятку на двери, он ее распахнул.
– Во второй раз намного быстрее получилось, – прокомментировал Александр.
– От этого не легче, – поморщился я. – Какие предложения, чтобы без нашего ведома никто сюда не залез?
– Механизм заменить, лучше на английский, с тремя секретами. Опять-таки от медвежатника не спасет, но такие к нам не сунутся.
– Уверен на все сто? – недоверчиво спросил я.
– Гарантию не может дать даже банк, что сохранит ваши денежки в целости и сохранности! – рассмеялся мой помощник.
– Ладно, убедил, – устало потер я глаза и подавил зевок. – Займись в ближайшее время запором на эту дверь.
– Хорошо, – склонил голову Александр. – Иван Макарович, есть пара предложений, думаю, они вам понравятся.
– До завтра не подождет? – широко зевнул я, прикрывая ладонью рот.
– Время – деньги, – хмыкнул Александр.
Подошел я к столу и достал из ящика пачку папирос, закурил и опустился в кресло. Догадываюсь, о чем собирается говорить мой помощник, у самого в голове крутится сумма, озвученная старым золотодобытчиком. Деньги в данный момент нам лишними не будут, как, впрочем, и всегда. Прикидывал я, как бы завладеть украденным золотом и камнями, которые пустить на закупку станков и сырья. Правда, плана никакого не наметил, ведь даже и подозреваемых в нападении на обоз нет.
– Так о чем ты хотел переговорить? – спросил помощника и кивнул на пачку папирос: – Кури, если хочешь.
– Благодарствую, – ответил тот и взял папироску, но закуривать не спешит, обдумывает свои слова и боится моей реакции. Но я молчу, жду, когда он сам начнет. – Иван Макарович, деньги уходят сквозь пальцы, вы такими темпами разоритесь. Поступления от лекарственной деятельности с трудом покрывают расходы.
– Соглашусь, финансы у нас на грани. Знаешь, я прикинул, что на заводе, где автоматы делают, следует еще изготавливать охотничьи ружья, мастера у нас имеются, спрос будет, – медленно проговорил я, следя за реакцией своего помощника.
Тот явно подобного поворота не ожидал, нахмурился, что-то прикидывая, потер лоб, закурил, но, выдохнув, сказал, не глядя на меня:
– Страховку за камни и золото возместит банк, никто не проиграет, если то, что добыли на приисках, мы пустим на благо империи.
– Предлагаешь воспользоваться случаем и разбогатеть? И уже знаешь, где лежит награбленное?
– Можем поискать, – пожал плечами мой помощник. – Если люди, совершившие налет на обоз, понесут заслуженное наказание, то всех это устроит, а про то золото никто не вспомнит, – проговорил Александр и пояснил: – Местные чиновники в данный момент пребывают в прострации, им бы свои кресла сохранить и не попасть под вашу горячую руку. Воровскому сообществу подобная шумиха не нужна, они привыкли дела проворачивать тихо, хотя и случались вооруженные налеты. Правда, к местным это не относится, они, почитай, и так на золоте сидят. По секрету скажу: сдавать добытое на прииске в имперский банк не всегда выгодно. С золотом обмануть сложно, а вот узреть брак в камне и заплатить намного меньше – практикуется.
– Саша, нам и в самом деле нужны деньги, – признался я, решив говорить открыто. – Если сумеем найти груз, то, возможно, свою часть пущу империи на благо. Думаю, что своим двадцати процентам ты найдешь применение.
– Отлично! – воскликнул Александр, но сразу же нахмурился: – Иван Макарович, вы хотели сказать – сорока процентам?
– Гм, ты не ослышался, я говорил про двадцать пять.
Да, даже в таком деле – и то без торга никак. Не представляю, как и что последует, но мы с ним сговорились на тридцати процентах. Кстати, реализацию камней и золота Александр предложил взять на себя, но пока об этом говорить рано.
– Так я пойду прогуляюсь по городу, слухи пошукаю? – в завершение беседы спросил меня Александр.
– Ничего не имею против, – хмыкнул я.
Когда мой помощник отправился по злачным местам Екатеринбурга, я сел и задумался. На сегодняшний день возлагал большие планы, но толком ничего не сделал, даже на строительстве резиденции не побывал. Время утекает, как вода, еще неизвестно, как там Ольга с ультиматумами от империй разбирается. Нет, убежден, что как минимум месяц в запасе у нас есть, не сунутся на наши дороги германские и австро-венгерские войска. Хотя они уже в прошлом году готовы были выступить; не исключено, что в данный момент переходят государственную границу.
Глава 7
Должностные обязанности и вопросы
Утро следующего дня началось в совершенно непривычном ритме. Разбудила меня служанка, смущенно говоря, что господина Чуркова желают видеть и слышать. Спросонья даже не сразу сообразил, о чем говорит Надежда: времени еще нет восьми утра, и обычно в такую рань вставать не привык. Оказалось, что в прихожей моего превосходительства (блин!) дожидаются пять человек, а телефонный аппарат словно взбесился: всем нужны указания от наместника Урала.
– Иван Макарович, вы мне дайте инструкции, совершенно не понимаю, что кому говорить, – попросила служанка.
– Надя, ты иди на кухню или приберись где-нибудь, – зевнув, ответил ей. – Сам разберусь сначала, а потом и тебя проинструктирую. Хорошо?
– А с телефоном чего делать? – прислушиваясь к раздающимся из кабинета трелям, уточнила служанка.
– Пусть звонит, трубку не бери, – махнул я рукой. – Александр где?
– Как вчера ушел, так еще не появлялся, – пожала та плечами.
– Где его черти носят? – задал я риторический вопрос себе под нос и указал Надежде на дверь: – Иди, потом тут приберешь.
Служанка ушла, а я вспомнил, как когда-то умел одеваться, пока горит спичка. Наскоро ополоснулся, почистил зубы, а вот бриться не стал, стоит прежде разузнать, чего это от меня потребовалось. Настроения нет, голодный, не выспавшийся, спустился в прихожую и задал вопрос представительным господам. К этому моменту посетителей набралось девять человек, в прихожей не протолкнуться, еще и служанка стулья для господ из гостиной принесла. Некоторых смог узнать: двое промышленников, один банкир, но даже имени их не помню, а с остальными людьми и вовсе не знаком.
– Господа, доброе утро, вы все меня ждете? – задаю вопрос.
– Здравствуйте, Иван Макарович, – подошел ко мне господин с тростью. – Я, Зареев Петр Афанасиевич, представитель гильдии купцов, хочу засвидетельствовать свое почтение и переговорить об одном важном деле, которое беспокоит многих.
– Что за дело? – уточняю я, видя, что собравшиеся согласно закивали в такт словам представителя купечества.
– Налоги, – коротко ответил тот.
– Что значит «налоги»? – озадаченно поинтересовался я.
– Гм, это один из вопросов, но он не менее важен. Дело в том, что, как мы поняли, образовался Уральский округ, со столицей в нашем славном городе, следовательно, перечисление налогов будет изменено, в том числе и их уплата в казну, – как само собой разумеющееся пояснил купец.
– Да-да, Иван Макарович, вопрос не праздный, – поддержал его банкир, – предстоит пересматривать гору документов; в одночасье, как это решила наша императрица, такое не под силу.
– Господин наместник, уважаемый Иван Макарович, вам бы следовало объявить расширенное заседание городской думы. Представиться, изложить взгляды и планы по развитию Уральского округа, – заявил один из визитеров, который, по моим прикидкам, разменял уже седьмой десяток, но одет с иголочки и даже волосы подкрашивает.
– Простите, не имею чести вас знать, – улыбнулся я «крашеному» деду.
– Глава городской думы, Ивлев Павел Павлович, – не отрывая от меня взгляда, ответил тот.
– Очень приятно познакомиться, знаете ли, – обвел всех взглядом, – сложно разговаривать в такой обстановке, когда не знаешь, кто перед тобой. Я в Екатеринбурге человек новый, связями еще не обзавелся, поэтому прошу простить, если кому-то из вас, уважаемые господа, задам бестактный вопрос об имени-фамилии. Насчет неотложных вопросов – решим, заседание думы собирайте на… – чуть запнулся, прикидывая, что мне за короткое время предстоит сделать, – послезавтра пополудни. До этого времени визиты ко мне в дом попрошу ограничить; те из вас, с кем я захочу лично побеседовать, будут соответствующим образом приглашены. Максимум, что обещаю, – при наличии письменных запросов, на них отвечу в первую очередь.
Произнеся небольшую речь, мысленно себя проверил и остался доволен, как из ситуации выкрутился. Императрица своим указом, похоже, оказала мне медвежью услугу. Словно слепого котенка бросила в бурную реку! Догадываюсь, что сейчас на меня попытаются взвалить гору проблем, но в чем-то представители города правы. Кто, как не я, должен им приказывать и давать распоряжения? Но, черт возьми, толком же ничего не знаю и даже не представляю проблемы не только Урала, но даже и города!
– Итак, господа, если у кого-то имеются письменные прошения, то складывайте их на столик, – указал рукой на стоящий у двери газетный стол, а потом продолжил: – Все прошения рассмотрю и при первой возможности дам ответ.
Гул одобрения прошелся среди посетителей, а потом почти у каждого в руках появились бумаги. Н-да, подобного опять не ожидал: стопка листов оказалась внушительной; ну, на мой взгляд. Получается, что господа к встрече основательно подготовились и, возможно, ожидали от меня нечто подобное.
На пороге показался Александр, удивленно обвел взглядом собравшихся, а потом стал протискиваться ко мне. Н-да, дом-то не такой большой: если зачастят посетители, то придется что-то предпринимать. О смене места жительства речи не идет, меня все здесь устраивает, придется открывать офис или как тут принято – приемную. Понадобится как минимум несколько людей для обслуги. Секретарь и делопроизводитель… Взглянул на Александра – нет, он на данную роль не подходит, придется кого-то искать. Потребуются: уборщица, распорядитель… Стоп, секретарь отлично со всем может справиться, кроме уборки и готовки. Но в данный момент рано задумываться над этим вопросом, в первую очередь следует наладить финансирование.
– Иван Макарович, нам бы переговорить, – попросил Александр, видя, что я не собираюсь уходить из прихожей.
– Саша, проследи, чтобы господа ушли, потом забери их прошения и принеси ко мне в кабинет, там и побеседуем, – потер я щеку и мысленно ругнулся, что предстоит вернуться в ванную комнату и побриться, а потом уже можно и позавтракать.
Увы, если день не задался с утра, то так и будет продолжаться. Несколько раз порезался при бритье, чего давно уже не случалось. Потом снял трубку с телефонного аппарата, когда в очередной раз тот затрезвонил. Мне вежливо сообщили, чтобы явился к губернатору Пермского края с отчетом. Культурно послал секретаря господина Болотова. За завтраком бегло ознакомился с прошениями. Боже, до чего же хитры местные жители, пытаясь в мутной водичке рыбку половить! В основном плачутся и просят освободить от налогов, но находятся и те, кто желает получить дотацию от империи. Про беспроцентные ссуды и говорить не стоит. Правда, есть несколько интересных бумаг, а точнее – анонимок, рассказывающих о том, в чем провинился тот или иной господин. Расписаны обвинения красочно, не упущено ни одной мелкой детали, даже возникло впечатление, что кляузы вышли из-под одного пера, слог замысловатый. Н-да, теперь понимаю, почему господ пришло меньше десятка, а стопка бумаг после них осталась такая большая…
– И что, мне со всем этим разбираться?.. – отпивая кофе, поинтересовался я, ни к кому не обращаясь.
Катерина сидит сонная, Анна вся напряжена, Александр страдает похмельем, но лекарство от головной боли пить не стал. Я ему честно помочь хотел, без всяких там побочных эффектов, помня, что он может утешиться без проблем. Анна на моего помощника кидает сочувственные взгляды и, думаю, готова его приласкать, если тот попросит. Но мне самому Александр нужен, не для утех, естественно, острые вопросы необходимо снять, а кое-какие немедленно решить. Отдаю себе отчет, что за спиной нет реальной силы; если тот же губернатор взъерепенится, то он может в колеса палки вставлять, а говорить с ним с позиции силы я не могу. Нет, господину Болотову известно отношение Ольги Николаевны к моей персоне, да и того же Ларионова он видел у меня в доме. Но все они в столице, а до нее далеко, и если тут что-то произойдет, то преподнести это можно как угодно…
– Иван Макарович, а вы не посмотрите мою матушку? – прервала мои размышления Анна.
– Да, конечно, сейчас допью кофе, и пойдем к Антонине Михайловне, – ответил я девушке, а потом уточнил: – Как она себя чувствует?
– Говорит, что абсолютно нормально, голова не болит, но чешется место, где вы делали операцию, – ответила девушка.
– Так и должно быть, – покивал я головой и объяснил: – Ранка заживает, вскоре можно и бинты снимать, главное – смотреть, чтобы кровь не шла, да это место оберегать. Впрочем, – хмыкнул, – голову следует беречь в любом случае.
– Вань, завтрак окончен? Могу к себе идти? Работы много… – с отсутствующим видом проговорила Катерина.
Хм, на ее руках следы краски; похоже, она всерьез решает поставленную задачу.
– Конечно, никого за столом не держу, я же не деспот какой, – ответил сестре, а Александр недоверчиво хмыкнул.
И чего это он, хочет что-то против сказать? Никогда свои поступки не причислял к самодурству и диктату. Ну… если не рассматривать некоторые случаи.
Антонина Михайловна и в самом деле выглядит хорошо. Жалоб нет, даже не заикнулась, что ранка чешется. Измерил ей давление – в норме. Жара нет, координация движений не нарушена. Перебинтовал ей голову и выдал заключение:
– Вы здоровы, но перенапрягаться не стоит, гуляйте на свежем воздухе, набирайтесь сил, надеюсь, недуг не вернется.
– Спасибо вам, Иван Макарович, – сжала мою ладонь женщина. – У меня к вам есть еще одна небольшая просьба, не сочтите за наглость.
– Говорите, – со вздохом ответил ей, приготовившись выслушать и понимая, что мне пытаются забраться на шею и свесить ножки. Прав, скорее всего, оказался Александр: пора матери с дочерью покинуть мой дом.
– Анна, выйди, – попросила дочь Антонина Михайловна.
Девушка с явной неохотой покинула комнату, а ее матушка, тяжело вздохнув и прикрыв глаза, стала говорить:
– Простите нас, Иван Макарович, мы преследовали свои интересы, когда пытались проникнуть к вам в дом. Анечка откуда-то узнала, что в городе появился влиятельный человек, близкий к императорскому дому. На вашего помощника она долго выходила, а потом почему-то не решалась его использовать. Александр Анзорович мне нравится, но что-то между ними не заладилось в последнее время, – женщина чуть поморщилась и чуть качнула головой на подушке, – простите, не это главное.
– Не пойму, к чему вы клоните, – озадаченно постучал я пальцами по прикроватной тумбочке.
– Мой муж, Глебов Максим Витальевич, нас с дочкой бросил, прокутив мое приданое. Мы остались ни с чем, рассчитываясь с его кредиторами, продали почти все; от тетки достался дом, где и жили, но, – она печально вздохнула, – он требует ремонта. На работу меня и Анечку никто брать не желает даже прислугой, вспоминая моего непутевого мужа.
– Но я-то чем могу вам помочь? – спросил я, пытаясь подавить в себе раздражение.
– Анечка у меня успела окончить высшие женские юридические курсы, но с таким отцом путь для дальнейшей карьеры ей оказался закрыт.
– Так она юрист? – не смог скрыть я своего удивления.
– К сожалению, – выдохнула женщина и посмотрела на меня. – Иван Макарович…
– Подождите, – поднял я указательный палец вверх, – так получается, что вы ко мне пришли не из-за своей болезни?
– Анечка ничего о моих планах не знала, – ответила женщина, – она думала, что я согласилась прийти из-за своего плохого самочувствия.
– Так, – выставил я вперед руки, – давайте сначала и отвечайте на мои вопросы. Анна узнала о моем приезде, что я как-то связан с высшими чинами империи. Так?
– Да, но… – начала Антонина Михайловна, но я ее перебил:
– Мы договорились! Только «да» или «нет», а то совсем запутаюсь! Хорошо?
– Да.
– Вот и отлично, – буркнул я. – Когда ваша дочь узнала, что я еще являюсь доктором, то вы нашли причину явиться ко мне и попросить устроить ее на работу. Все верно?
– Да.
– А за что извинялись? – склонил я набок голову.
– Э-э-э, так изначально-то проникли не по той причине, а врать или недоговаривать не хочу, слишком вам обязана.
Н-да, она мало того что замечательная актриса – это в общем-то очевидно, – но еще и глубоко порядочный человек. Хотя, может, и водит меня за нос. Привязаться к Александру у Анны не получилось, при всем ее старании, тогда они решили сыграть на жалости.
– Принимается, – кивнул я, – зла на вас не держу, а с Анной в ближайшее время переговорю; надеюсь, если Александр принесет вам домой приглашение, то она его не проигнорирует.
– Да ни боже мой! – прижала руку к груди моя больная. – Иван Макарович, а мы можем с дочкой домой отправляться?
– Конечно, рекомендации по лечению я вам дал, а остальное дело времени, оно лечит, – задумчиво ответил, после чего попрощался и вышел из комнаты.
В коридоре, кусая губы, стоит Анна, в ее глазах страх. Вот чего боится? Даже если она закончила юридические курсы, то вряд ли мне подойдет – слишком робка. Но на всякий случай стоит проверить знания и готовность к работе. В принципе мне нужен делопроизводитель. Сима мне в Екатеринбурге не поможет, да и в любой момент может с Анзором обвенчаться и ручкой помахать. Хм… интересная закономерность: сначала Сима с сестрой на лечение пришли, потом вот Анна матушку привела… Да, стоит уточнить еще один момент, но уже у девушки, от ее ответа многое зависит.
– Анна, скажите, вы рассчитывали, когда я вылечу вашу матушку, устроиться ко мне на работу? – спросил я девушку, решив, что если она ответит «нет», то и разговора дальнейшего не будет, ибо если она планы Антонины Михайловны не смогла разгадать, то мне такой юрист даром не нужен.
– Да… до того момента, как вас посетили гости из столицы, с которыми вы общались на равных. На такую высоту опасно посягать, – чуть помедлив, ответила она.
– Хороший ответ, – кивнул я. – Попрошу вас предоставить о себе краткую справку, можете ее отдать Александру; учтите, об этом прошу, – подчеркнул последнее слово, – как наместник Урала.
Сделал пару шагов по коридору, но потом обернулся и добавил:
– Эту бумагу жду сегодня; думаю, вам не составит труда вкратце описать свою прошлую жизнь, ваши достоинства и недостатки.
Другими словами, я попросил резюме, а не как принято в этом времени – рекомендации от кого бы то ни было. Да и от кого она может мне принести подобные письма? Работодателя у девушки не имелось, а знакомые или родственники любят искажать информацию, как в ту, так и другую сторону…
– Иван Макарович, там опять посетители, – догнал меня Александр. – Что прикажете с ними делать?
– Гони в шею, но вежливо, – дал я указания, а потом расшифровал: – Объяви, что время посещения еще не определено, кроме тех дам и господ, кому назначено. Когда придет начальник сыска господин Картко, то проводи его в гостиную.
– Да, об этом деле я с вами хотел переговорить, – хищно усмехнулся Александр.
– Не до этого сейчас, – отрицательно помотал я головой, – немного позже, сейчас есть дела поважнее, – и зашел в свои покои.
Мне требуется побыть одному и привести мысли в порядок. Нет, не из-за моей больной и ее дочери; только сейчас понял, что Ольга Николаевна взвалила на мои плечи огромную ответственность. Без команды единомышленников взять под контроль округ? Не смешно! Но и в обратную сторону не сыграть. Да и, честно говоря, сам чего-то подобного хотел, чтобы у императрицы имелось надежное место, где она сможет чувствовать себя в безопасности, а в случае чего, то и править отсюда империей. Теперь она дала мне карт-бланш, так и стоит воспользоваться, как говорится, не щадя живота своего. Правда, необходимо уточнить, насколько широко мне дана власть и до каких пределов могу ей воспользоваться. Вчерашний разговор с Александром, насчет ценного груза с приисков, воспринимается уже как глупость и дурная шутка. Надеюсь, мой помощник не успел ничего непоправимого сотворить.
Взяв лист бумаги, набросал кое-какие вопросы. К собственному удивлению, их оказалось приличное количество; и ведь на каждый пункт необходим ясный ответ! Кто на это может пролить свет? Увы, кроме императрицы, которой предстоит еще конкретизировать полномочия наместника Урала, мне никто не поможет. Нет, те же Ларионов и Еремеев в состоянии дать ответ на то или иное, но это будет скорее просьба с моей стороны.
Хм, пора звонить в столицу и прояснить данный момент. Заранее поморщился, представляя, сколько уйдет времени, прежде чем смогу, если получится, поговорить по своей инициативе с императрицей. Да и боюсь, что придется мне в столицу отправляться: не станет Ольга Николаевна обсуждать интересующие меня и щекотливые вопросы по телефонной связи.
Как и предполагал, в ближайшие полчаса мне пришлось выслушивать по телефону различных чиновников, у которых не имелось возможности не только связать меня с Ольгой Николаевной, но даже доложить о том, что я ей звоню. Увы, но требуется какая-то условная фраза, чтобы меня соединили с определенным телефонным абонентом. Вениамина Николаевича на месте нет, полковник Еремеев проверяет посты, министр внутренних дел на совещании.
– Вот же бюрократия! – в сердцах повесил я трубку телефонного аппарата и закурил.
Н-да, придется ехать в городскую думу, потом наведаться к градоначальнику, а еще следует погрузиться в финансовые бумаги. Кстати, кто бы мне границы округа обозначил? Я-то их до сих пор не знаю!
– Саша! – крикнул, зовя помощника, но тот не появился.
Пришлось его искать, мысленно жалея, что в свое время отказался оборудовать дом системой вызова прислуги. Александр мне не слуга, но его бы отыскали по моей просьбе, а так приходится время тратить. Так что, соглашусь, колокольчики – не такая и плохая идея.
Своего помощника обнаружил в прихожей, он со скучающим лицом сидел на стуле возле входной двери.
– Ты чего тут забыл? – поинтересовался я, и в этот момент в дверь постучали.
– Посетители; дверной звонок вышел из строя, – коротко ответил Александр, встал, открыл дверь и с кем-то начал ругаться.
– Кто там? – поинтересовался я, подходя, но мой помощник уже дверь захлопнул.
– Просители, я даже объявление повесил – не помогает. Думаю, надо завести пару злобных собачек, чтобы ходоки десять раз подумали о визите.
– Дворецкого надо на работу принимать, – вздохнул я.
– А деньги где взять? – поинтересовался Саша и с ходу продолжил: – С обозными ценностями не все так просто. Никто не знает и не слышал о планах налета, гастролеров в городе нет.
– Так, может, про залетных ничего не известно? – пожал я плечами.
– Иван Макарович… – осуждающе покачал головой Александр, – чтобы совершить подобное, требуется подготовка, а это – время. Вам ли не знать, что шанс мизерный, что в город приезжают люди, способные хладнокровно положить десяток человек, забрать груз и исчезнуть в неизвестном направлении! Да и потом, лошадей никто в аренду не сдавал, в гостиницах подозрительных личностей нет.
– А если незаметно подросла молодежь? – предположил я.
– Мимо кассы, – хмыкнул Александр, – все при деле и за каждого наши готовы поручиться.
– Получается, ты не вышел на след неизвестных? – почему-то не поверил я своему помощнику.
– След-то есть… но его проверить треба да с вами обсудить, – задумчиво протянул мой помощник.
Увы, но в этот момент зазвонил телефон, а в дверь коротко постучали. Мой помощник направился открывать посетителю, я же взял телефонную трубку и проговорил:
– Слушаю.
– Дом наместника Чуркова? – поинтересовался вежливый женский голосок. – Нужен Иван Макарович.
– Да, это я, с кем имею честь говорить? – Говорю, а сам машу рукой господину Картко, который с докладом пришел.
В уме прикинул, что сейчас уже десять часов, встал рано, а ни хрена не успел сделать!
– Это Виктория, я телефонистка, а с вами желает побеседовать господин Ларионов. Соединяю!
В динамике раздался какой-то треск, а потом прозвучал голос ротмистра:
– Иван Макарович, это ты?
– Вениамин Николаевич, здравствуйте, – вежливо ответил, а потом уже подтвердил: – Да, это я.
– Гм, господин Чурков, не сочтите за наглость, но не могли бы вы сказать, сколько вмещает магазин в вашем изделии? Хочу убедиться, что вы именно тот, с кем хочу переговорить, – озадачил меня ротмистр.
Он не произнес слово «автомат», но именно его подразумевает. А то, что так перестраховывается, мне не понравилось.
– Один вмещает тридцать, – ответил я, не уточнив, что речь идет про патроны.
– Ага; слушай, Иван Макарович, – дела резко ухудшились, подробности при встрече, но когда та произойдет, одному богу известно. Хочу к тебе отправить Марту, она желает заняться ресторанами в твоем краю, ты уж ей помоги и не отпускай от себя далеко. Кстати, для развития и становления медицины в Уральском округе рекомендую своих партнеров привлечь. Да и часть оборудования на твоем месте я бы из столицы вывез. При необходимости тут всегда можно закупиться из Германии или самим наладить производство, – с расстановкой произнес Вениамин Николаевич, а от его слов меня холодный пот прошиб.
Голос у ротмистра усталый и печальный, он не пытается скрывать нервное состояние. Но, е-мое, прошло всего несколько дней, как он тут с императрицей гостил – и даже намека не сделал! Неужели произошло что-то настолько серьезное?..
– Понял тебя, Вениамин Николаевич, – отвечаю, а в голове лихорадочно крутятся мысли. – Как срочно данный вопрос решить нужно?
– Ваня, еще вчера!.. – выдохнул контрразведчик.
– Подробности когда сообщишь?
– Курьера сегодня отправлю – человек надежный, ты его знаешь, кличут Батон, зовут Сергей. Да, чуть не забыл, документы с твоими регалиями и полномочиями – высланы, гонец в пути и прибудет… – он запнулся на мгновение, но потом уточнил: – сегодня-завтра. Иван Макарович, ты все понял?
– В общем и целом… – задумчиво протянул я, понимая, что Ларионов раскрыл замысел врагов, но, как ни печально, не видит выхода из ситуации. – Вениамин Николаевич, мне необходимо понимать сроки. Если ты говоришь про пару дней – одно, месяц – другое.
– Иван, гарантий никто не дает, Ольга Николаевна всеми силами оттягивает срок нападения. Понимаешь, о чем я?
Боится ротмистр, что нас подслушают, впрочем, даже по такому разговору можно сделать определенные выводы. Не дай бог, кому-то из врагов станет известно об этой беседе. В данный момент Вениамин Николаевич, вероятно, намекает на войну с Альянсом четырех.
– Догадываюсь, – подтвердил я. – Скажи, мое присутствие в столице в данный момент…
– Нет, у тебя другая задача, вряд ли ты тут что-то сможешь сделать, – перебил меня Ларионов, а потом стал прощаться, сославшись на неотложные дела.
Да и нет смысла продолжать разговор, все предельно понятно, а частности… они разные могут оказаться. Порадовало, что скоро прояснится с документами, да и человек ротмистра поведает о состоянии дел в столице…
– Иван Макарович, что-то случилось и я не ко времени? – оторвал меня от размышлений голос господина Картко.
Начальник сыска стоит и внимательно на меня смотрит.
– Кое-какие уточнения насчет своей должности получил, – ответил я и положил трубку телефона, которую до этого времени продолжал держать в руке. – Смотрю, вы со своей тростью не расстаетесь. Ноги болят?
– Нет, – отрицательно покачал головой Глеб Сидорович, – привычка. Да и трость эта мне не раз жизнь спасала, старинная, по наследству перешла.
– Но ведь неудобно же с ней на лошади передвигаться, – сказал я, памятуя, как мой собеседник не выпускал трость из рук даже будучи верхом.
– Иван Макарович, если предстоит длинный верховой переход, имеется специальное приспособление, которое приторачивается к седлу, в нем трость и закрепляю, ну а так в руках держу. По секрету сообщу, что далее чем на пару метров от себя ее не отдаляю, сразу чувствую так, словно руки лишился.
– У меня тоже имеется славная трость, но такой зависимости еще не приобрел, – усмехнулся я. – Давайте пройдем в кабинет, вы же пришли не трости обсуждать.
– Вы спросили, я ответил, – пожал плечами начальник сыска.
– Раздевайтесь, – кивнул я Глебу Сидоровичу на стоящую вешалку, а потом сразу обратился к Александру: – Если прибудет курьер, то незамедлительно его ко мне проводи.
– Сделаю, Иван Макарович, – подтвердил мой помощник.
Начальник сыска пришел без бумаг, да и выглядел он нерадостным: похоже, дело с похищенными драгоценностями, что бы он ни говорил, не сдвинулось с мертвой точки. Впрочем, скорого раскрытия преступления не жду, если уж мой помощник, знакомый с местными авторитетами, или, как их сейчас называют, паханами, ничего не смог нарыть, то на полицейский сыск и надеяться не стоит, при всем моем к нему уважении.
Читать бесплатно другие книги:
