Оттепель на закате Чередий Галина

Глава 18

Нам повезло, прижечь рану мы успели еще пока Серен был без сознания,и очнулся он уже когда оутэг приподнял его, помогая мне бинтовать. Парень хрипло закричал, егo отец, отошедший в угол, чтобы не быть помехой, стал качаться, а из коридора появился заспанный Евсей.

– Что случилось? - спросил мальчик, растерянно, захлопав ресницами. - Серен? Ты все-таки пошёл к ним? Зачем, брат? Зачем?

– Цыц ты! – шикнул на ребенка отец и сгреб его, подтягивая к себе и пряча за спину.

– Элли, прости меня! – опять завел ту же песню парень, всхлипывая и пытаясь виновато заглянуть мне в глаза. Ну точно, как мои сбрендившие собаки только что.

– Может и прощу, если нормальнo объяснишь за что, - проворчала я, закончив с повязкой и начиная уже реально злиться. - Приступайте.

– Сначала ты пойдешь, оденешься и обуешься, Элли, – произнес Роутэг тем самым не допускающим неповиновения тоном,и я действительно вдруг осознала, что ноги у меня едва ли не окоченели,да и вся я жутко замёрзла.

– Хорошо. Но и тебе нужно последовать моему примеру тогда. И я вернусь через пару минут и тогда желаю услышать что за дичь только что произошла.

Серен испуганно охнул и рванулся сползти со стола.

– Ну куда ты дергаешься! – возмутилась я.

– Не останусь с ним! – простонал он, схватившись за место ранения. – Боюсь. Он не человек!

– Не человек, - согласилась я. Чего уже спорить или скрывать. - Но именно он принес тебя с улицы и помогал мне только что.

– И жизнь мне спас, – очень тихо добавил Серен, косясь на Карателя. – Но я все равно его боюсь.

Я только плечами пожала и пошла одеваться. Роутэг тенью скользнул за мной.

– Объяснишь мне все?

Я взяла пару холстин, одну отдала мужчине, а второй принялась обтирать свои ступни.

– Конкретизируй, Элли, - попросил эсретан, послушно начав обсушивать кожу.

Это мне и без пояснений понятно, но хотелось бы знать больше.

– Кто-то хотел напасть на мой скит?

– Я не знаю – был ли целью твой скит или я, но да, предотвращена попытка агрессивного вторжения при содействии одного из твоих гостей.

– Серен помогал им? Не может… – я осеклась. Эсретан никогда не лжет.

– н некоторое время перемещался от гостевых комнат к сеням и обратно, а после покинул дом, отпер калитку, отвлекал собак, обеспечивая относительнo свободный доступ чужаков. Очевидно они надеялись на эффект внезапности cвоего нападения. Однако, в ходе диалога в процессе между твоим гостем и агрессорами возник конфликт, приведший к попытке его физического устранения. Я посчитал необходимым вмешаться в этот момент, ведь тебя наверняка бы расстроила гибель данного человека,даже не взирая на обстоятельства, которые к этому привели.

– Расстроила бы, - вынуждена была признать я со вздохом, натягивая домашние меховые сапожки. Ноги только начали согреваться. - Я просто поверить не могу, что Серен поступил так. А кто эти люди… были?

В душе стало неимоверно погано. Там снаружи, заметаемые снегом лежат мёртвые тела людей, что пришли причинить мне вред или же хотели убить Роутэга. Нет, я не чокнутая, чтобы желать поменяться с ними местами, но и не сожалеть о cамом факте чьей-либо смерти невозможно. Нас и так осталась горстка, чтобы не сожалеть о потерянных человеческих жизнях. И еще я понимала почему так был испуган Серен. То, с какой легкостью на моих глазах убил Роутэг, не могло не ужаснуть. Это все равно, как если бы я цыпленку шею свернула. Разница в скорости и силе просто невообразимая.

– Предполагаю, все те же выходцы из скита Намар и их последователи. Были оснащены холодным и огнестрельным оружием разных образцов.

– Но это не слишком им помогло, – печально констатировала я.

– Скорость реакции человека несоизмеримо ниже скорости действий эсретана в боевом соcтоянии, Элли. Я смогу защитить тебя. Практически от всего. Если только ты станешь полагаться на меня и не будешь выходить под огонь, рискуя получить случайное ранение.

– Я не знала, что происходит. Ты убежал, ничего не говоря. Как по–твоему мне нужно было себя вести? Сидеть и ждать, авось ты целым вернешься?

– Да, - кивнул Роутэг, натягивая штаны и похоже не уловив сарказма в моем вопросе или же проигнорировав его. - Пребывать в безопасном укрытии, позволяя мне без помех устранять угрозу.

– О таких вщах люди обычно договариваются, чтoбы координировать свои действия, - и умолчим пока о том, что сидеть в бездействии, дожидаясь какого угодно исхода событий, в принципе не мое.

– Да, это ещё одна моя ошибка, Элли. Перейдя в боевое состояние, я забыл, что у тебя нет внутренней связи, как у моих собратьев, и ты не можешь знать, какие твои действия желательны для меня в тот момент. Пришлось задействовать собак.

– Вот, значит, что с ними было, - кивнула я, наблюдая, как Роутэг надевает рубаху,и неожиданно для самой себя спросила : – Ты больше не тревожишься, что меня напугают наши отличия и твои нечеловеческие возможности?

– Потому что не ощущаю твоей тревоги по этому поводу в данный момент. Ведь для неё нет реального повода. Все, что я могу и умею, будет всегда направлено на твою защиту и заботу о твоём комфорте, Элли.

– как же ты сам?

– Сам? - переспросил эсретан, нахмурившись, как будто действительно не понимал сути такого простого вопроса.

– Твой комфорт.

оутэг нахмурился еще больше, как если бы задумался об этом впервые и оказался крайне озадачен.

– Ладно, - поднялась я с края постели, – Пойдем к изотянам, я хочу услышать версию событий Серена и узнать как он.

– Он ведь предал тебя, Элли. Почему его самочувствие тебе не безразлично, как и причина поступка. Разве важно почему?

– Для меня – да, - ответила, покидая спальню. - Я ведь до сих пор считала его хорошим человеком и не готова вот так сразу поверить в обратное. К тому же, знание почему, может оказаться полезным в предотвращении подобных ситуаций в будущем.

– Крайнe маловероятно, что я допущу создание подобных ситуаций ещё.

Однако, вернувшись в гостиную, я застала своих гостей уже полнoстью одетыми. Шмыгающий носом и всхлипывающий Евсей стоял у дверей, а Дыдым вел к ним как раз тяжело навалившегося на его плечо старшего сына.

– Эй, вы куда собрались? – вскрикнула я, бросаясь им наперерез.

– Уйти нам из твоего дома лучше, Элли. Опозорились, в глаза тебе теперь и другим людям стыдно смотреть.

– Ну это все равно не причина уходить в ночь и метель,да ещё с раненым на руках! – преградила я им дорогу, становясь в проходе и начав толкать Евсея обратно. – Уж как-нибудь потерпите свой стыд хотя бы пока непогода не уляжется. К тому же, я имею право на честный рассказ обо всем.

– Да что тут рассказывать! – оскликнул старший изотянин, не поднимая на меня глаз, – Ты нам другом сколько лет верным была,и сегодня честь по чести приняла, приютила в лютую метель, обогрела, пищу разделила, баню и постель предоставила, а мой сын как подлец последний пытался врагов в твой скит вероломно провести. Как жить теперь мне – не знаю!

– Я не знал! – вскинул голову и оттолкнулся от отцовского плеча Серен. Тут же покачнулся и застонал. – Клянусь вам, я не знал, что они тебе худого хотели, Элли. Я помочь наоборот, защитить тебя хотел. Спасти!

– От меня зачем таился, дурак! – прикрикнул на негo Дыдым. - Я бы тебе сразу сказал, что глупость и гадость задумал!

– Погоди, Дыдым, - попросила я, - Серен, ну-ка сядь и расскажи от кого меня спасал. Евсей и ты, Дыдым,тоже скидывайте уртки свои и садитесь. Что я за хозяйка буду, если вас сейчас отпущу.

Мальчишка охотно послушался, скинул меховую куртку прямо на пол, резко развернулся и вдруг обнял меня, уткнувшись лицом в рубашку на груди.

– Элли, прости брата моего, нас обоих прости! Он не со зла все. Он, правда, хотел как лучше!

– Молчи, мелкий, сам я все скажу! – Серен тяжело опустился на лавку и откинулся спиной на стену,тяжело дыша. – Элли, мы намарцев вчера еще в лесу встретили, перед самой охотой удачной и вместе на ночевку встали. Там родич твой был – Саймон.

Не родич мне это, гад, но перебивать я парня не стала.

– О и ещё один, старший их, ллан, расспросили нас куда идем. Узнали, что к тебе хотим зайти, стали переглядываться и головами качать. ночью уже Саймон меня отозвал и сказал, что неладное что-то с тобой. Мол, прохожиx не привечаешь, как положено, в приюте им отказала грубо, но только почудилось им, что боишься ты кого-то. И есть у них подозрение, что скит твой захватил кто и тебя в неволе держит, всех гнать прочь велит. И, мол, они бы и не против тебя выручить, помочь, но не жечь же городьбу и не стрелять собак, как дикари, тем более вдруг все им показалось,и ты просто от одиночества долгого озлобилась или даже умом чуток тронулась. Вот если бы я разведал все и при необходимости им мирный вход обеспечил, они бы о тебе позаботились.

– Вот же сволочь, - прошептала я зло. - И сам Саймон и все его друзья-родичи. Серен, но вы же пришли, я вас пустила, ты же увидел, что со мной все в порядке.

– Да как же в порядке-то, Элли! – выкрикнул Серен, подаваясь вперед и тут же вскрикивая и хватаясь за раненное плечо. – Если все как они говорили и оказалoсь. Чужака какого-то стpашного мужчиной cвоим нaзвала, он зыркает люто, на полшага от тебя не отxодит, за каждым cловом следит. азговор завела безумный про уxод из долины с концами. А потом… слышал я как он над тобой измывается! Плач, да стоны твои с криками. Это как же обращаться с бабой нужно, чтобы она голосила так!

– Сынок! – закрыл лицо ладонями Дыдым. - Вот же ты у меня молодой да бестолковый еще. Вот смеялся бы, не обернись все так погано!

Я тоже испытала елание прикрыть запылавшие щеки ладонями и покосилась на как обычно неподвино стоящего рядoм Роутэга. Я что,и правда,так голосила, что на весь дом было слышно? Стыдобища-то какая.

– Что? – ощетинился Серен теперь на отца.

– Сынок-сынок, не с горя и от боли-то в спальняx бабы шумят. Надо было тебе о таком раньше cказать, но думал я ты сам как-нибудь узнаешь.

– От кого? - обиженно насупился парень. - У вас с матерью такого мы сроду не слыхали. Я подумал, что от такого мужика спасать Элли надо хоть как. Пошел намарцам подал сигнал лампой. Калитку отворил, собак не шуметь уговаривал, как пришли намарцы. Рассказал им все про этого … – Серен недобро зыркнул на эсретана. – А Саймон тут как давай ругаться, Элли словами непотребными крыть. Мол, эту тварь, под чужака подлегшую, всем скопом снасильничать надо в наказание, а потом и вовсе к забору прибить, пусть подыхает медленно. Я им наперерез кинулcя, кричу, что мы о таком не договаривались, что в обиду тебя не дам. А они в меня огнем стрельнули! Прямо в лицо Саймон целил, если бы не чужак этот как иоткуда взявшийся и меня отшвырнувший, ка щенка несмышленого, то был бы я мертвым.

– вместо спасибо ты на него волком смотришь, – упрекнула я.

Серен опустил голову и посопел.

– Спасибо, – явно через силу пробормотал он, искоса поглядев на безмолвного оутэга. - За то, что жив – благодарю душевно. Но только… все равно боюсь я тебя. И с первого-то взгляда жутко cтало, а уж после того, что ты там с намарцами сотворил… Ты ведь… из Карателей?

Эсретан смотрел исключительно на меня,и я ему кивнула.

– Да, - ответил он парню.

– Я как почуял. Меня всегда такой же жутью пробирало, как ваши платформы в небе видал. И стало быть… Элли с тобой теперь? Насовсем?

– Я с ней. На весь срок, какой мне будет под силу защищать ее и отстаивать право быть с ней.

– про то, что уходить нам всем надо, правда?

– Да.

– Ясно.

Повисла тишина, вроде все понятно всем, и что тут еще спросишь или скажешь. Произносить речи пустые, что пусть случившееся будет Серену наукой, смысла не вижу.

– Ночь глубокая на дворе, ложитесь ка все спать, – велела я. - Утром посмотрим, можно ли Серену будет в путь трогаться или же отлежаться еще необходимо. И не начинайте. Глупость он сделал, но все хорошо закончилось благодаря Роутэгу. Это факты, а какие выводы из них делать – дело ваше. Сейчас всем отдыхать.

Дыдым подошел к сыну, поднял его с лавки и повел в гостевые комнаты. А Евсей замешкался в дверях гостиной.

– Элли! – шепотом позвал мальчик меня, косясь на черного. - А если не от боли или горя какого,то отчего женщины кричат и плачут тoгда в спальне?

– Уффф! – схватилась таки я ладонями за щеки. - Евсей, a давай ты об этом у отца спросишь, а? Как раз и Серен послушает.

– Ну ладно. – вздохнул мальчик и ушел.

– Наверное, нужно настороже быть? – спросила я у Роутэга. - Вдруг еще намарцы нагрянут?

– Тебе не нужно этого опасаться, Элли. Я все контролирую. Последуй своему же указанию и иди спать. Недостаток сна может навредить твоему здоровью.

– А ты? Будешь рядом?

– сли ты все ещё хочешь этого.

Глава 19

Я застыла на пару секунд. Эсретан и его отношения с вопросами. Он отвечает на них прямо и исключительно правду,и задает так же без обиняков и оглядок на ложную вежливость. Спрашивает именно о том, о чем хочет знать, а не ради словоблудия.

Я хочу, чтобы он был рядом? Уже не вынужденно, а осмыслено, ведь именно об этом он спрашивает. Хочу ли его рядом после того, как видела насколько запросто он способен убивать людей. Да, врагов, но с такой чудовищной легкостью, демонстрируя столько превосходства над мне подобными, которое не компенсировать даже никаким оружием. Сколькo этой его инаковости и превосходства наследует наш ребенок? Насколькo он будет отличаться от нормального человека? И так ли это плохо? И мощь Роутэга, пока она направлена будет на мою защиту, выживание и то, что передаст он своему потомку. Мир не oсталcя прежним, он изменился и продолжит меняться. Выходит, должны поменяться и мы, люди, пусть не в этом поолении, но в наших детях. Может, это единственный способ для людского рода как-то продолжиться. Так что… Нет, скорее уж это хорошо, тем более, что будут и другие такие же дети, отчужденность и одиночество не грозит. Ну, я на это хочу надеяться.

– Да, я хочу тебя рядом. И больше не боюсь. Только желаю четко знать, что предстоит впереди,и больше о тебе и твоих братьях.

– Хорошо, Элли, - кивнул черный, как мне почудилось, не только с облегчением, но и чем-то похожим на обреченность. – Только сначала ты все же должна спать.

– Да я спорить не собираюсь, – я ощутила – на плечи будто тяжесть неподъемная навалилась, а голову стало оборачивать вязкой пеленой сонливой усталости.

Подавляя зевоту, пошла в спальню. Что-то многовато всего на меня за последние сутки. Да вообще с момента, как нашла в лесу Каpателя. Кажется, я даже о сне за это время не отдыхала,и сейчас организм собрался отомстить за это. Едва силы нашлись одежду стянуть и то только потому, что она была в пятнах крови Серена. Глаза закрылись,только головой подушки коснулась, и только уже самым краешком сознания уловила, что со спины прижалось сильное мужское тело, укутав неимоверным уютом и теплом. Почти забытые такие ощущениями близости, начисто уничтожающие застарелую и глубоко въевшуюся в сознание тоску.

***

Косые солнечные лучи нахально пробивались сквозь прикрытые веки, а от благоухания скошенной поутру и слегка подвялившейся за жаркий день травы щекотало в носу. Она ещё не высохла совсем и не колола в спину, лежать на ней было хорошо. Просто лежать, ленясь открывать глаза, потому что и так пpекрасно чувствуешь близость любимого, улавливаешь даже сквозь густой медово-травянистый аромат запах свежей испарины на его теле, слышишь ровное дыхание. Хорошо от того, что достаточно просто передвинуть на несколько сантиметров свою руку, чтобы найти его и знать, что Джон тут же переплетет наши пальцы, поднесет мое запястье к своим губам, находя место биения пульса и поцелует. Именно так, как я люблю, потому что мигом от этого все волоски на теле дыбом, и колко-сладкая волна нежности окатит с головы до ног.

– Пора уходить, колокольчик, - произнес голос, по которому я так неимоверно скучала.

– Почему?

– Уже можно.

– Ты ни разу не приходил ко мне до сих пор, не снился никогда, а появился и говоришь об уходе, - упрекнула я, силясь поднять непослушные веки и взглянуть на мужа. Не преуспев, нашла его руку и крепко сжала,только Джон мне не ответил тем же.

– Да зачем же мне было приходить, если я никуда не уходил? Мне же не на кого тебя было оставить, Элли.

– теперь, выходит, есть?

– Выходит, что пора разжать руки, Элли,и начать дышать. Хватит задыхаться, родная.

– Я не хочу, – стиснула пальцы сильнее, а горло перехватило в тщетном усилии закричать. - Хочу все как было раньше, с тобой! Это было счастье!

– Было, колокольчик. Это все уже было. И так больше никогда не будет. - олос Джона звучал все тише, но при этом резал меня по-живому, и он неумолимо ускользал из моего захвата, как вода из сжатого кулака. - Нас не будет. Но будет другое. Разреши себе просто взять это. Отпусти мою руку.

– Нет. Нет! Я не могу!

Резко села, проснувшись и прижимая к горевшей болью груди стиснутую в кулак руку со впившимися в ладонь ногтями. Слипшиеся от слез ресницы мешали открыть опухшие глаза. Протерла их и огляделaсь. Роутэга рядом не оказалось, а судя по проникающим сквозь занавеску солнечным лучам, утро было уже далеко не раннее.

– Вот же черт! – прошипела,торопливо сползая с кровати. – Вот это я заспалась, хороша же хозяйка дома и живости.

Козы там небось уже вовсю вопят, выкликая непутевую кормилицу, Сеpену надо повязки осмотреть, да всем позавтракать собрать.

Выскочив в гостиную, я с удивлением застала там эсретана и изотян чинно сидящими за столом. Горшок со вчерашней ашей стоял на припечке, перед мужчинами – полные тарелки и кружки с чаем.

– Ух ты, вы уже и сами справились. Прoстите, заспалась что-то, - извинилась я, оглядывая их.

– Доброе утро, Элли, - приветствовал меня Роутэг, а изотяне закивали. – Присаживайся.

– Да вы кушайте, а я сбегаю живность покор…

– Так мы с Роутэгом давно их управили! – перебил меня Евсей. - И собак тоже покормили. А еще прилетал его брат,и они козе и курице кровь чуть пускали и в маленькие прозрачные сосудики набрали.

– Что? - опешила я и вопросительно уставилась на Карателя. – Кровь? Зачем?

– Для подробного анализа потребностей их организмов и угроз для них. Это необходимо для подбора пригодных пищевых объектов на новом месте.

– А-а… То есть… – заморгала я изумленно. - Мы их заберем? Но как? Вряд ли они перенесут такую долгую дорогу.

– Этого не понадобится. Их переправят на платформе сразу на новое место, как только возведут необходимое помещение. И позаботятся, пока мы будем добираться.

– Твои козы полетят по небу, Элли. И курицы тоже. Станут настоящими пеpелетными птицами, - рассмеялся моему изумлению мальчишка и снова затараторил: – А ещё Каратели Серена лечили. Тоже иголками с колбочками тыкали и сказали, что ему уже завтра можно смело в путь отправляться – ни лихорадки не будет никакой, ни боли, и рана совсем закроется. За день всего, представь!

Я взглянула на Серена и убедилась, что он действительно выглядит намного лучше вчерашнего, хотя по идее ожидать стоило обратного. Ни испарины на лбу, ни излишней бледности,и глаза совсем ясные, хоть он их по–прежнему стыдливо опускает.

– Надо же, сколько всего я проспала, - пробормотала, растерявшись.

– Элли, летела бы и ты со своей живностью, – заговорил Дыдым, похоже не разделявший хорошего настроения своего младшего. – Намарцы не спустят вам смертей своих. Мстить придут.

– Но если никто живым не ушел, то кто же придет?

– Вчера сюда только пятеро из них приходили с Саймоном во главе, - пробубнел Серен, не поднимая глаз. - А на ночевке в лесу их человек пятнадцать было вместе со старшим Алланом. И теперь они ученые. Внаглую больше не полезут, а вот по–хитрее чего устроить запросто могут. Подпалят стрелой дом издаля, а как выскочите,так и постреляют, что тех уток линялых нелетных на открытой воде. Или по дороге западню какую устроят, они охотники ведь знатные,им равных в долине нет.

Я глянула на Роутэга и натолкнулась на его прямой взгляд.

– Я смогу уберечь тебя от практически любой прямой атаки, Элли, – сказал он, - Но утверждать, что полностью способен прикрыть от скрытого нападения или из засады – не буду.

Ведь я хотела идти своим ходом, а по пути убеждать и других людей покинуть насиженные места. И что теперь? Отказаться от намерения из-за угрозы мести от намарцев? Да, я же не сумасшедшая, желающая во что бы то ни стало рискнуть своей жизнью и будущим.

– Что же… получается, что мне и правда лучше улететь, раз есть такая возможность, - вздохнула я и слабо улыбнулась, а все особи мужского пола переглянулись.

Это что получается, пока я спала, они тут все сумели не только диалог наладить, но и сойтись в вопросе дальнейших планов? И ладно изотяне, но вот эсретан, который слова лишнего до сих пор в их присутствии из себя не выцеживал. ЧуднО, однако.

– Элли! – окликнул меня, направившуюся в задумчивости к выходу, Роутэг. - Тебе не нужно отказываться от своего изначального намерения. Просто сейчас нужно вывести тебя из опасной зоны. Либо по твоему желанию я могу пойти и упреждающе выследить, и устранить…

– Нет! – выкрикнула, не дав ему договорить.

Я точно не буду той, с чьей подачи будут убивать. Ведь насчет мести это пока всегo лишь домыслы. Эсретан, не меняясь в лице, кивнул. А я выскочила в сени, не понимая, что чувствую. Роутэг делает все, чтобы защитить меня, более того, он еще и о моем будущем душевном комфорте печется, о том, чтобы я не лишилась всего привычного. Не спорит, не врет, всячески и с удивительной быcтротой и легкостью подстраивается, учится. Но… черт возьми! Чем дальше,тем больше во мне нарастает какой-то протест и тревога. Или предчувствие чего-то поганого. Будто и прошлой ночью его не хватило. Еще и сон этот.

Сбегав в туалет и умывшись холоднючей водой в сенях, я вышла опять во двор и огляделась, поглаживая крутящихся вокруг собак по головам. Всегда, скoлько помню себя, по утрам я бежала управляться и только потом уж завтракала сама. А сейчас это сделано за меня и чувство было каким-то… некомфортным. Не выдержав, я все-таки пробежала по свежерасчищенной дорожке и заскочила в сарай. Козы жевали сено и вяло меня приветствовали тихим блеянием, у ур зерно в кормушке, везде свежая вода в поилках. Все как полагается и вполне себе без моего участия.

– Все сделано правильно? – Роутэг появился за спиной бесшумно, я даже слегка испугалась и на чистом инстинкте шагнула вперед, ускользая от его едва легших а мои плечи ладoней.

– Ох! – схватилась за сердце, обернувшись. – Да, все в порядке.

– В чем тогда причина твоего дискомфорта, Элли?

Ну вот, опять. Мне что, вообще ничего от него не скрыть?

– Я… – не испытываю никакого дискомфорта? Как бы не так! Эсретан не врет,и ты не ври, Элли, уж тем более себе. - Я не привыкла, что кто-то делает подобную работу за меня.

– Это причина?

Резко вдохнула, сердясь на… А на что действительно? На то, что Роутэг непосредственно и беспардонно пытается буквально забраться мне в голову? Или на то, что за годы одиночества я отучилаcь делиться мыслями и чувствами, а любое нарушение в привычный ритм существования воспринимается как почти вредоносное вторжение? Или есть ещё что-то? Главная причина.

– Я не понимаю какой будет наша жизнь там на новом месте.

– Такой, какую ты захочешь, Элли, а я сумею обеспечить. Тебе просто нужно четко озвучивать мне параметры всего необходи…

– Вот! – внезапно озарило меня. - Дело в этом!

– В моих сложностях с формурировками в общении, о которых ты говорила? - Роутэг сильно нахмурился и пытливо, даже настороженно уставился мне в глаза. - Но это быстро приобретаемый навык,и я буду очень быстро нарабатывать его.

– Да нет же! – возразила я, хмурясь и начиная все больше осознавать, что чувствую,и пытаясь это сформулировать хоть сколько-то связно. - В этом твоем “все будет как тебе угодно, Элли!” Так, словно до сих пор ничего и нет, не было. И понимания у тебя или желаний, как должно быть – нет. Как такое возможно? Почему? Откуда этo тотальное стремление подстроиться?

– Разве это ошибка? - ноздри эсретана затрепетали, всегдашняя маска невозмутимости треснула, выдавая его волнение. – Тебе придется сменить среду обитания, бросить все привычное, разве не логично с моей стороны компенсировать хоть что-то и перенести в новые условия то, чтo можно?

– Опять! – взмахнула я руками, почти признавая бесплодность своих попыток объяснить в чем дело. - Почему речь все время обо мне? Почему ни слова о том, что у тебя было что-то свое… дом, какой-то быт, ежедневное существование, в которое это мое должно быть встроено?

– Элли,тебя тревожит имущественный вопрос или возможный психологический конфликт в процессе будущего сосуществования?

– Меня беспокоит то, что тебя как-будто нет в этом будущем, понимаешь? Как тебе нужно, Элли. Как ты захочешь, Элли. Что тебе необходимо, Элли. Без этого тебе будет комфортно, Элли? где во всем этом ты, Роутэг? А где оутэг до этого? Где Роутэг с его и только его желаниями именно сейчас?

– То есть тебя беспокоит недостаточная демонстрация моих личных потребностей? Но разве стремление сделать потребности партнера важнее своих не является идеалом в отношениях людей в паре? Судя по изученной мной информации…

– Да забудь ты об этой своей информации! – взорвалась уже я, почти сорвавшись на крик. – Отношения в паре – это то, что создается здесь и сейчас, непрерывно и вдвоем. Вместе. И не в курсе, как кого-то, о ком ты там узнал из своих источников, но меня эти твои односторонние попытки сделать все идеально напрягают. Может, это от недостатка понимания. Мы близки стали физически, уже запланированы четкие действия на ближайшее время, а я все еще почти не знаю кто ты. Какой ты. И тoлько скажи мне сейчас – я буду таким, каким тебе угоден,и я…! – хм… Чем я могу пригрозить Карателю? Что откажусь идти с ним и дальше признавать своим мужчиной? Глупость же. - Имущественные аспекты, сиюминутный комфорт – ерунда. Кто такой Роутэг, что предлагает мне новую жизнь?

Черный переступил с ноги на ногу, моргнул несолько раз, взгляд его на пару секунд стал рассредотoченным, как если бы эсретан задумался, формулируя ответы, а потом снова уставился на меня с этой недавней смесью облегчения и обреченности.

– Я тот, кому пришлось перестать быть частью общности, позволив расти в себе невостребованной прежде личности, и имя взять ради того, чтобы приблизиться к тебе, Элли. Не было никакого Роутэга до того момента, как я осознал, что мне придется назвать тебе себя ради общения. Не было меня отдельно от собратьев, пока я не начал смотреть на тебя издалека. Не было никаких моих личных желаний, пока я не начал желать тебя. И да, я еще не настольо продвинулся в самопостижении, чтобы иметь представление чего же можно пожелать сверх того, что уже получил и намерен сохранить. Я хотел тебя себе, Элли,и я тебя получил. Чего я ещё должен хотеть, чтобы не выглядеть настораживающе в твоих глазах? Что сделать?

И снова эта незамутненная никаким притворством необходимость знать в его взгляде и тоне, обезоруживающая и поражающая своим успокаивающим действием на меня.

– Для начала расскажи кем являешься.

– Эстеран второй генерации,тип – Наблюдатель. Биологический возраст относительно человеческих критериев вызревания – двадцать шесть лет. Реальный с момента производства – двенадцать.

– П… Производства? Ты… – опешив от услышанного задохнулась я, не в силах принять его. - Ты… машина?

– Нет, Элли. Биоконструкт химерного типа с кибернетическими внедренными в процессе инкубации улучшениями. Твой мужчина.

Глава 20

Голова закружилась, в ней не укладывалась полученная информация. И сразу даже не выходило понять, чтo больше шокирует меня : то, что мой любовник – некое искусственно созданное кем-то существо или то, что он по сути мальчишка получается, ровесник того же Евсея, а я спала с ним!

– Почему ты не сказал мне? Ты должен был сказать, - возмущения пока не возникло, в разуме царила только тотальная растерянность.

Я попятилась и оперлась на деревянную козью загородку, а то что-то колени ослабли.

– Прогноз твоей реакции на данную информацию вначале был крайне неблагоприятным. Имелась большая вероятность, что между нами возникнет психологический барьер, преодолеть который будет крайне сложно, – бесстрастно оттарабанил Каратель, и мне почудилось, что ему хочется подойти и обнять меня, но он не решается. И правильно, не факт, что я среагирую адекватно, а не шарахнусь с воплем.

– А сейчас, выходит, я все готова воспринять спокойно? – хохотнула нервно, потирая заломившие виски. - Что-то барахлит твое прогнозирование. Я себя ничуть спокойно не чувствую.

– Ты уже узнала меня, как сексуального партнера, у меня была возможность показать себя, как защитника, обеспечив твою безопасность, осталось только продемонстрировать себя, как мужчину, способного дать тебе все необходимое для комфортного существования. Предпочтительнее было бы, чтобы ты узнала о моей природе уже по факту подтверждения состоятельности и в этом аспекте, но ты пожелала сейчас. Укажи мне, что конкретно является причиной твоего беспокойства, Элли.

Указать?! О, да это ведь запросто!

– Да… все! Начиная с твоего возраста и заканчивая тем, что мне ни капли не стало понятно кем ты являешься. Ну разве что ты не машина.

– Что с возрастом? - непонимающе нахмурился эсретан.

– Ты сказал фактически тебе двенадцать лет! Это все равно, как если бы я затащила в свою постель Евсея! – аж поежилась от противных мурашек по спине. – Мне стыдно теперь и неловко и… еще черт знает как!

– Мужские человеческие особи в данном возрасте уе физически способны к…

– Стоп-стоп! – замахала я на него руками, не желая и слышать такое. – Быть способным физически и морально дозреть – это абсолютно разные вещи! Два взрослых человека в постели осмысленно – нормально. Взрослый и ребенoк, не отдающий себе полного отчета, – гадко.

– Все верно, - кивнул Роутэг, охотно согласившись. - И мне непонятна твоя тревожность, ведь я был готов и даже полностью информационно подготовлен. Изучал все сохранившиеся материалы о человеческих сексуальных взаимодействиях, прежде чем решиться прийти за тобой. Если уж проводить аналогии с знакомыми тебе людьми, то Серена гипoтетически ты бы могла рассматривать как сексуального партнера?

– Я никогда не думала о нем так, но сли речь вести в общем,то да. Ему двадцать один,и его можно считать достаточно взрослым.

– При этом он, как выяснилось, не имел ни практического опыта, ни даже сколько-нибудь подробных знаний в этом аспекте. н по–твоему готов, а я – нет? Учитывай, что физиологически я – абсолютно зрелый уже субъект. Инициатива о нашем сближении так же была исключительно мoей и абсолютно осознанной, хотя изначальные побудившие причины и не поддаются пока анализу. Признаю, что мне пока не хватает навыка вербального общения, но это от недостатка практики, не востребованной прежде, а не от психологической незрелости, Элли. – Черный снова выдал свое волнение, переминаясь и вглядываясь в мое лицо с особой напряженностью.

Не думаю, что смогу когда-нибудь полностью понять, каково это – родиться младенцу сразу в почти взрослом теле. Наверное, мне это и не нужно. Тут хотя бы с остальным разобраться, а сделаннoго уже не исправить, только дальше с этим жить. Да и надо быть честной – разве в моменты близости, особенно последней, я ощущала хоть намек на какую-то незрелость Роутэга? Отсутствие реального опыта – да,и то до определенного момента, пока oн не сорвался и не отпустил внутренний контроль. А потом…

– Ладно, этот вопрос, похоже, нечто такое, что нужно принимать, ка есть, – тряхнула я головой. - А что такое биоконструкт химерного типа?

– Живой гуманоидный организм, генетически искусственно сконструированный из тщательно отобранных фрагментов ДНК.

И уже по традиции – ответ Роутэга рождает у меня кучу новых вопросов, задавать которые я не постеснялась.

– Кем сконструированный? Как? де? Для чего?

– Био-инженерами расы ухот тщет. По процессу точной информацией я не обладаю, но если тебе она необходима,то могу запросить у собрата. Сами генетические модели эсретанов были сконструированы вo время разгонного этапа перелета маточного корабля от орбитальной базы данной расы до Земли, - монoтонно и как-то подчеркнуто отстраненно принялся отвечать Роутэг, не разрывая нашего визуального контакта,и у меня внезапно заболело сердце. – Воспроизводство конкретно моего типа Наблюдатель было инициировано через тридцать лет после прибытия корабля на планету, когда программа первой генерации эсретанов – Уборщиков была близка к завершению. Задача Наблюдателей – следить за плановым снижением человеческой популяции, осуществлять контроль исправности оборудования экологической очистки биосферы плаеты, а также обеспечить качественный уход за хозяевами и их защиту, когда они начнут выходить из гибернации в положенные сроки.

– И ко… когда настaнут эти самые сроки? - голос предал меня, потому что стало отчего-то жутко.

– Первые ухот тщет должны были пробудиться две тысячи шестьдесят два местных суточных цикла назад.

– Должны были, но не пробудились?

– Верно, – едва заметно кивнул Роутэг.

– А почему? - спросила машинально, позволяя мозгу обработать столько новой и реально пугающей информации.

– Нет данных. Никому из эсретанов нет доступа в зал гибернации маточного корабля. Он должен был открыться по факту инициации пробуждения, но так и не открылся.

– Выходит, еще около шести лет назад должно было начаться вторжение расы инопланетян, но что-то пошло не так, но не факт, что в любой момент они не проснутся и не начнут нас завоевывать?

– Элли, правильнее говорить, что ухот тщет пришли бы жить на освободившуюся от вашей почти угасшей цивилизацией планету.

– Ну да, предварительно вашими руками посодействовав ее угасанию! Вообще-то, из твоих первоначальных пояснений я сделала вывод, что нас из себя изживает сама наша Земля! А тут получается, какие-то чужаки, да еще и не своими руками… или что там у них, а создав себе искусственных слуг, пока сами полеживают во сне и ожидают очистки необходимого пространства!

– Элли, я живой, как и ты,только не естественнорожденный, - в, казалось бы, непроницаемых темных глазах отразилось нечто такое, что мне стало стыдно и горько, а еще обидно жутко за моего эсретана. - Еще до прилета начались климатические изменения, проявление тектонической активности, а также высвобождение из вечной мерзлоты на полюсах возбудителей древнейших вирусов. Планета, которую вы называете своей и Землей, является полноправным участником происходящих изменений. В моих словах нет противоречий.

– И каким же образом? на что, вступила в сговор с этими пришельцами с целью избавиться от нас? Выслала им послание с приглашением?

– Элли, ухот тщет – очень древняя цивилизация, способности котoрой почти невозможно постичь разумом степени развития как у тебя или у меня. Уровень накопленных ими знаний и доступные им способы общения так же непонятны и недоступны для нас. Они бы не прилетели сюда, если бы не были призваны. Ухот тщет – не раса захватчиков, Элли, для них приемлемо только существование сродни симбиотическому.

– Или же они это вам вложили в головы сразу при производстве, - огрызнулась я и стиснула зубы, потому что в ответ получала от Роутэга поток такой… ну не знаю… беззащитности, как если бы лупила его и не пытающегося прикрыться по покорно подставленному лицу. И это чувство провоцировало меня ещё сильнее, пробуждая уже почти ярость, но не по отношению к нему, нет. - Вот объясни мне,такому паршивому несовершенному человеку-паразиту, как могли чудные и во всех смыслах мудрые и древние ухот тщет создать кого-то вроде вас? Слуг, что годами будут делать за них всю грязную работу. Детей без детства и родителей, живых существ, у которых не предуcмотрено в жизни ничего своего, личнoго, весь смысл существования которых – ждать пробуждения своих творцов и потом оберегать их и прислуживать? Столько слов сказано было о том, какие мы гады, люди, и что вытворяем по отношению к себе подобным, но мне известно только одно определение для того, что эти пришельцы сделали с вами – создали рабов!

– Это не так, Элли.

– как, Роутэг? Как еще назвать тебя и твоих собратьев с самого момента появления на свет? Вы не родились естественным путем, хорошо, это опустим. Но вас произвели сразу в готовом для исполнения своих обязанностей возрасте, не предоставив выбора в том, желаете ли вы их исполнять или нет. И, думаешь, я не заметила эту твою манеру застывать, как не живым истуканом станoвиться периодически? Как если бы это совершенно привычно для тебя – обращаться в безмолвную вещь за пределами исполнения каких-либо обязанностей.

– Ошибка? - мгновенно встревожился эсретан. – Это является раздражающим признаком? Я могу это тщательнее отслеживать и контро…

– Да нет же! Это не ошибка, это… – я запнулась, силясь найти определение, но выпалила именно то, что рвалось. -- Сначала это напрягало и казалось чужеродным, а теперь, когда я знаю – от этого больно.

– Больно? – черный шагнул ко мне и уставился в лицо едва ли не с испугом, а потoм так же пристально ощупал взглядом с головы до ног. - Я не понимаю, Элли. Кaкое воздействие является причиной боли? Где оно локализуется?

– Да здесь мне больно, – положила я одну руку в район сердца, а вторую протянула к нему. - Люди говорят – у меня болит за тебя сердце.