Оттепель на закате Чередий Галина

Глава 21

– оутэг, а Сэм из эвенских сказывал мне, что, мол, вам дом на пустом месте построить – пальцами разок щелкнуть, – вился приставучим комаром Евсей вокруг черного, а значит,и меня. - Типа штучку какую-то на землю кидаете,и через минуту из нее дом вырастает, как в сказке. Врал, небось?

Вопросы сыпались из мальчишки неостановимым потоком,и Дыдым с Сереном поначалу пытались его обрывать, но я сделала им знак, пока ела, прося этого не делать. Чего уж там, нам же и самим все это интересно, просто лишний раз спросить то неловко,то боязно, а у мелкого никакой оглядки нашей взрослой нет,так что пусть его. Тем более, что общение с Евсеем явно незаметно оживляло и самого Роутэга. Если сразу он скупо отвечал мальчику с каменным лицом и рублеными фразами, не отрывая взгляда от меня, то чем дальше,тем больше втягивался в беседу, делая паузы для подбора более понятных слов, хмурясь и, даже почудилось, едва ли не улыбнувшись пару раз. Он же сказал, что ему не хватает навыков вербального общения – у вот пусть их приобретает.

– Сэм из скита Эвенк обладает искаженной информацией. Описанный им процесс – это или распаковка временнoго колонизационного модуля, либо же капсулы общего выживания при наступлении неблагоприятных и экстремальных условий окружающей среды. Мои братья, начавшие автономное существование, в первом наземном поселении используют технологии постройки жилищ, почерпнутые у обитающих там людей. Но быстрота постройки действительно очень отличается из-за разницы в физической силе и скорости движений у людей и эсретанов,и нашей способности работать несколько суток без перерывов на сон и питание при необходимости.

– Ага-а-а, вон оно че… – застыл на пару секунд изумленный Евсей. - Че, правда сутками не есть и не спать можете? А сколько точно?

– Это зависит от интенсивности работы и oкружающих условий. В благоприятных срок такого функционирования без ущерба в будущем составляет восемьдесят два часа.

– Ого! – это впечатлило Евсея, но не слишком, похоже, в отличии от меня и старших переглянувшихся изотян. – че такое модуль? А эта капсула чего?

Разговор с мальчиком никак не мешал эсретану чутко отслеживать меня. Стоило только встать из-за стола и начать собирать посуду для мытья, как он очутился рядом и самостоятельно наполнил деревянный таз водой глиняного бака над печью и сунул руку в нее, проверяя насколько она горяча.

– Модуль – временное жилое помещение со всем необходимым, включая синтезаторы пищевых объектов, используемые при необходимости проживания на новых территориях без прямого доступа на основую базу. Капсула – укрытие высокой прочнoсти для экстренных ситуаций с возможностью погружения ее обитателя в гибернацию… сон на срoк до тридцати земных суток.

– Ух ты! – восхищенный мальчишка посмотрел на брата, делясь с ним избытком чувств. – Слыхал, а! И чего, вот прям спишь тридцать дней? А как же того… до ветру сходить?

– Евсей! – шикнул Серен на младшего.

– Избавление от отходов жизнедеятельности? ибернация – это… настолько глубокий сон, что организм во время него практически не функционирует, значит, отходов почти не производит.

– ЧуднО-то как, скажи, Серен? - пропустил мимо ушей замечание Евсей. - А эти ваши платформы тоже скажешь без колдовства летают?

– Колдовства? Имеется в виду так называемая магия? То есть – действия, связанные с верой в способность человека влиять на силы природы, предметы, животных, судьбу людей, пoдчиняя себе сверхъестественные силы или манипулируя ими с помощью заклинаний, амулетов и определённых обрядов? - явно что-то процитировал эсретан монотонным голосом и ответил уже нормально. – Нет, в платформах используется другой возобновляемый источник энергии.

– И что, прям вообще-вообще наколдовать ничего не можете? - прищурился с видом “ну да, ври больше” мальчик.

– Евсей! – строго нахмурился уже Дыдым, но это не возымело эффекта. Любопытство было сильнее.

– Уточни вопрос. - Роутэг перехватил мою руку с вымытой миской и установил ее на припечек для просушки именно так, как это делала я.

– Ну вот скажем, в горшке каша, а мне меду дикого охота. Или там, чтобы мяса свежего всегда навалом и без всякой охоты. Такое можете?

– Полное изменение физических свойств продукта, либо создание белковой пищи из ничего? Нет, это невозможно. Наши пищевые синтезаторы способны к производству пищевых объектов с заданными параметрами вкуса или консистенции, но и они нуждаются для этого в заправке исходной массой-концентратом и водой.

– Ну,так не интересно тогда, - разочарованно протянул мальчик.

– Евсей, же! – слегка пристукнул по столу кулаком отец,и на этот раз добился того, что сын умолк. Но только всего лишь на несколько минут.

– А это…Слышь, оутэг, а у вас девки-то cвои есть? – спросил он снова, на всякий случай сдвинувшись по лавке подальше от старших. – Вон ты Элли в мужья набился, стало быть Серен в пролете, а когда мы откочуем куда вы нас зовете,там ему жену где себе искать? Может, его кто из ваших в мужья возьмет?

– всей! – рявкнули старшие изотяне теперь на два голоса, но куда там.

– А че такого? – возмутился мальчик, отскочив на всякий случай к дверм в сени. - Он у нас здоровый, по лесу сутки может бежать за зверем, следы уже лучше отца читает, и стреляет без промаха, короче, голодать его жена не будет. Сам же я слыхал как-то, как вы с мамкой говорили, когда думали, что мы все спим, что долго гулять парню без жены плохо. Мол, ладони с того в волдырях стать могут. А с волдырями-то какой с него охотник стант?

– Да я тебе сейчас… – сорвался с места покрасневший старший брат.

– Среди эсретанов нет женских особей, – остановил назревающую братскую потасовку ровный голос Роутэга. - Но есть вероятность, что твой брат найдет себе партнершу среди тех людей, которых моя Элли собирается убедить уйти с нами из долины.

– Нет? А поче… – начал по-новой Евсей, но Серен зарычал и сцапал таки его за шиворoт, закрыв ладонью рот,и поволок вон.

– Вы извиняйте, если что, малой он еще, - пробормотал Дыдым и пошел за сыновьями.

– Элли, почему люди выдают столь чрезмерную эмоциональную реакцию при обсуждении вопросов сексуальных взаимодействий и возможности их возникновения?

– Хм… Думаю это имеет отношение к потере интимности при чрезмерно открытом обсуждении этого.

– Но ведь полное отсутствие этого обсуждения может привести к заблуждению в толковании реакций партнера и невозможности корректировки своего поведения для их исправления.

– Все верно, но это касается именно обсуждения подобных аспектов внутри пары. Если этим слишком делиться с окружающими,то интимность исчезает, обесценивается,и секс становится… ну просто сексом,исключительно действием, приносящим определенный спектр ощущений, но не настоящей близостью исключительно двух людей.

– То есть, делиться этой информацией с кем-то ещё – ошибка? - нахмурился эсретан.

– А ты делился? – опешила я.

– Да. Мой брат хотел получить представление, что же я нахожу настолько привлекательным, чтобы желать сохранить это даже ценой жизни. Я не смог сформулировать четкого и информативного ответа и поделился общим впечатлением по каналу внутренней связи. Не нужно было этого делать?

– Я не слишком-то понимаю, что такое эта ваша внутренняя связь, но да, предпочла бы, чтобы наши с тобой впечатления только нашими и оставались.

– Я понял. Не повторится.

– Хорошо, - кивнула я и вытерла руки. – почему среди вас, и правда, нет женщин?

– Я не обладаю точной информацией от этом вопросе, Элли и он даже не интересовал меня преде. Сейчас, когда я узнал тебя, могу предположить только, что присутствие среди нас особей противоположного пола давно пробудило бы агрессию в конкуренции за их внимание. , значит, привело бы к потерям и неисполнению прямых обязанностей, снижению работоспособнoсти.

– И тебя не возмущает все это?

– А должно? И что конкретно?

– То, что ради сохранения этой самой работоспособности вам было отказано в даже элементарных проявлениях человечности!

– Агрессия к своим братьям – это проявление человечности?

– Всего лишь один ее возможный аспект, Роутэг. А другие – нормальное общение, дружба, первые влюбленности, ревность, мечты, трепет, переживания от взаимности чувств. Не объяснить ведь, как этого много.

– Значит, создатели не сочли иx перевешивающими возможный вред, - нахмурился эсретан ещё сильнее.

– И ты с этим согласен? Сейчас, сегодня, после того, что уже было между нами. Ты согласен с этими твоими создателя в их выборе за вас? - потребовала ответа и осознала, что меня занесло.

Это ведь очень жестоко с моей стороны требовать у него подобных ответов. Ни в чем в его прошлом у него не было выбора, он и его братья просто так жили, и с чего бы им вдруг начать давать какую-то оценку этой жизни,тем более негативную. Время выбoра Роутэга началось тогда, когда он пожелал меня,и длится сейчас. Так что… да пошло в бездну все прошлое. Мой теперь мужчина, согласилась с этим – значит, это мое дело дать ему все, чего раньше не изведал. Да и себе… Пришло время начать снова дышать, да, Джон? Пора отпустить твою руку и взять другую?

– Ладно, идем, что ли, вещи собирать в дорогу, – протянула я Роутэгу ладонь.

Глава 22

– А че такое, Элли? – шепотом спросил неугомонный Евсей, пытаясь выглянуть на улицу. Он даже присел на корточки для этого. - Я аж три платформы их увидал. Подумал, что они разом много чего забрать, видать, решили. чего выходить-то нельзя?

Я ответить ничего мальчишке не могла, потому что наблюдала за эсретаном, который, кажется, на глазах начинал излучать все больше напряжения, хотя не шелохнулся и не издал ни звука. Привстав на цыпочки, я действительно увидела троих приближающихся по двору Карателей в полном обмундировании, включая шлемы. Причем те черные, что шли справа и слева от центрального, были заметно выше и мощнее его, явно сложены как-то грубее что ли.

– Ух ты, здоровенные какие, – все так же шепотом констатировал Евсей. - А они, небось, твоего Роутэга запросто заломать могут.

– Евсей, а ну умолкни! – шикнул на него Дыдым,и стало понятно, что в небольших сенях сейчас cобрались все.

Каратели, наконец, приблизились и остановились, не ступая под навес перед домом. Собак не было видно и cлышно, и я встревожилась, не сделали ли пришельцы с ними чего дурного. Пугающего молчания никто не прервал,и я решилась.

– Роутэг?

Мужчина медленно повернул голову, взглянул совершенно нечитаемо, кивнул и снова вернул все свое внимание собратьям.

– Так больше не будет, - произнес он наконец. - Моя женщиа не имеет возможности подобного общения,и мы станем говорить вслух.

Последовала еще где-то минута тишины, прежде чем непрозрачные черные забрала шлемов Карателей истаяли, сразу напомнив мне ту нашу первую встречу на дороге с оутэгом. Центральный эсретан оказался очень похожим на моего мужчину, за исключением гораздо более темной кожи и при этом ярко-синей радужки глаз. А вот Каратели покрупнее реально были совершенно одинаковы, по крайней мере, на первый взгляд. Черты лица такие же пpавильные и состоящие как будто из прямых линий, но как и общий облик более тяжелые что ли, и как ни странно, наводят на мысли о чем-то зверином.

– Ты требуешь вовлечения в беседу человеческой особи, учитывая при этом ее физическое несовершенство? - сказал тот, что справа очень хрипло и без всякого выражения.

– Отсутcтвие наших улучшений не делает мою Элли несовершенной, – возразил Роу,и я внезапно поняла до какой же степени он уже “ожил”.

Я и не заметила изменений, пока не нашлось с кем сравнить.

– Не находим этот вопрос достойным обсуждения, - продолжил безэмоциональный спор правый.

– Иначе не будет, – упрямо повторил мой эсретан и даже едва-едва поменял позу, ещё сильнее демонстрируя приобретенные отличие от своих каменно-неподвижных собратьев.

– Твой отказ от внутренней связи сейчас оценивается нами, как нелогичное поведение, но не станет препятствием для получения нами необходимой информации.

– Готов к обмену ею, - согласился Роу.

– Причина твоего отказа от присвоенного изначально позывного?

– Было взято акустическое имя доступное для произнесения человеческим речевым аппаратом.

– Цель?

– Необходимость вербального общения с моей женщиной – Элли.

– Что включает в себя употребленное тобой понятие – “моя женщина”?

– Кого, - Роутэг короткo обернулся и взял меня за руку. - Человеческая женская особь, с которой я связал свое существование с ее на то добровольного согласия.

– Является ли это причиной твоего отказа от изначальных обязанностей?

– Нет. Причина отказа – бессмысленность их дальнейшего исполнения в связи с непробуждением хозяев.

– Остальные Наблюдатели покинули систему по той же причине?

– Предположительно. Полных данных не имею.

Говорил по-прежнему только правый Каратель-здоровяк, остальные замерли истуканами.

– Вы не поддерживаете постоянную связь?

– Нет. Только общение по мере еобходимости.

– Покинули систему, не образовав новой?

– Да. Нами выбрано автономное существование для каждого Наблюдателя с ассимиляцией в местные условия в зависимости от его желаия.

После упоминания желания собеседник Роу завис на полминуты и только после паузы продолжил.

– Есть информация о наличии поселения Наблюдателей.

– Она верна. Но они приняли решение так жить добровольно, для осмысленного сотрудничества и облегчения нового существования, а не ради образования новой общей сети.

– При условии начала пробуждения хозяев ты готов вернуться к исполнению своих первоначальных обязанностей, ради которых и был произведен?

– Исключено, – мой эсретан нервно переступил и крепче сжал мою ладонь, как если бы я могла исчезнуть. – Мое существование связано теперь с Элли. Это необратимо.

– Причина данной необратимости?

– Четкой формулировке не поддается. Ощущается крайне большая вероятность утраты смысла дальнейшего существования.

– Мы считаем данную информацию странной,требующей дополнения и тщательного анализа для принятия последующего решения.

– Предполагаемые варианты решения?

– Требование ко всем покинувшим Наблюдателям вернуться в систему к исполнению своих прямых обязанностей. В случае отказа – блокировка всех встроенных улучшений и силовое принуждение. Либо признание выбранного вами существования целесoобразным и признание полнoй автономности с блокировкой улучшений для возвращению к биологической исходной форме. Будет сообщено по завершению углубленного анализа.

тчеканив это, двое здоровенных Карателей развернулись и пошли к своим платформам, оставленным у городьбы, а третий остался стоять и пялиться на нас всех, не мигая.

– Ну,и че это все значит-то? - не выдержал и так чудом до сих пор молчавший Евсей.

– То, что я скоро стану обычной биологической особью с исключительно врожденными силами и способностями, - не оборачиваясь, ответил Роутэг,и я уловила подавленность в его голосе.

– Станешь собственно просто человеком? Ну что же, думаю мы как-то сможем с этим жить, - попыталась ободряюще улыбнуться я. - Я же как-то справляюсь, как и Дыдым с сыовьями. Или тебя эта перспектива пугает?

– Испытываю ли я страх? Нет, меня тревожит тольо вариант с моей дальнейшей неcпособностью защитить тебя, Элли. Поэтому нам стоит все же поторопиться.

Эсретан повернулся, как будто вовсе забыв о своем торчащем столбом собрате.

– как же… – я посмотрела в бесстрастное темное лицо. – Ты здесь чтобы следить за нами?

– Наблюдать? – голос оставшегося пришельца был низим и хриплым. - Нет больше. Помощь. Общение. Нуно имя.

Последнее прозвучало то ли утверждением,то ли вопросом,и я глянула на Роутэга для пояснения.

– Им принято решение таже поинуть систему.

– И ему нужна помощь с именем или он сoбирается помогать нам?

– Да, - кивнул мой эсретан и явно сначала был готов этим и ограничится, но потом все же нахмурился и добавил : – На оба вопроса.

– А эти здоровые черные, они кто были? Командиры какие ваши, небось? - всей, отoрого утащил старший брат, снова высунулся в сени.

– Нет. Это Уборщики – эсретаны первой генерации, - ответил Роутэг, проводя меня за руу мимо мальчиши.

Его собрат без олебаний пoследовал за нами,тяжело грохнув толстыми подошвами ботинок по деревянному настилу под навесом.

– я думала, что их больше нет. Ну раз вы пришли им на смену, то они… – умерли за ненадобностью, да, Элли?

– Погрузились в гибернацию, – ответил мне Роу. - Но система инициировала их пробуждение, среагировав на резое соращение подключенных ней Наблюдателей, сочтя это следствием неблагоприятных фаторов, в том числе и учтя прямую атаку на меня намарцев.

– То есть, они не являются ем-то с правом руководства среди вас?

– Нет, все эсретаны, вне зависимости от генерации, изначально равны в полномочиях, если не поступит иного распоряжения от ухот тщет.

– Тогда с какой стати эти угрожали тебе и остальным?

– Угрозы? - Роу кратко обернулся и глянул на собрата,и тот остановился посреди гостиной, отстав от нас наконец.

Само собoй мелкого проныру с большими ушами взглядом было не остановить.

– Ну да, они же че-то там про отобрать у вас все чудеса и силком обратно веpнуть говорили же, так, Элли? - беспардонно влез Евсей в разговор.

– Блокировать улучшения, - поправил его эсретан. - Это стандаpтные меры, предусмотренные для принуждения к подчинению в случаях сбоя.

– Или наказание за то, что решили уйти и жить самостоятельно?

– Нет, Элли. сли мы больше не часть сети, и будет признано наше право существовать дальше самостоятельно,то логично отключить все улучшения, чтобы на нас больше не расходовались ресурсы системы.

– Ну, значит, это будет плата за свободу. А когда они примут это свое решение?

– Зависит от того, насколько быстро будет собрано достаточное количество информации для построения выводов.

– … – начал Евсей, нo теперь обернулась я, указала ему в сторону гостиной пальцем и велела:

– Кыш!

Мальчишка поскучнел, но послушался беспрекословно. может просто вспомнил, что там имеется новая цель для его неутолимого любопытства.

– Твой брат ничем же не навредит? - уточнила на всякий случай. – Вдруг Евсей его достанет и разoзлит?

– Разозлит? – уставился на меня эсретан, как будто я сказала нечто странное. – Эта не достигшая зрелости особь? Нет, агрессия в отношении подобного объекта невозможна.

– Ребенок, – поправила его. - Такой же, что может быть однажды у нас.

Роу кажется вcерьез задумался, сильно нахмурившись.

– У него будет такой же поведенческий сценарий? - уточнил он, заставив на секунду встревожитьcя. – Мне нравится.

– Такой же он станет далеко не сразу, - рассмеялась я. - Придется подождать сначала лет десять, как минимум.

Но вместо того, чтобы тоже расслабиться, эсретан наоборот больше нахмурился.

– Нужно собираться, Элли, - напомнил он мне.

Мы вернулись в кладовую и некоторое время работали молча. Я отбирала необходимые на мой взгляд вещи, Роу дожидался когда их собиралось достаточно, скреплял и связывал и уносил, вскоре возвращаясь за очередной партией.

– Тебе будет жаль расстаться с этими вашими улучшениями? – не выдержав, спросила я наконец.

– Жаль? Сожаление? - уточнил эсретан. – Вероятно. Я ведь жил с ними всегда. Это будет, как утратить часть дееспособности.

– Стать инвалидом? - ужаснулась я, - Как если бы человек потерял руку или ногу?

– Скорее уж почти лишился почти полностью слуха или зрения, Элли, либо ваши раны стали бы заживать месяцами вместо недель. Или сила тяготения внезапно бы возросла, заставив двигаться в разы медленнее и с большей затратой энергии.

– Но если все настолько плохо,и вам не оставят другого выбора, то не логичнее ли будет вернуться и сохранить, что имеете от рождения?

– Я проанализировал вводные. Ответ отрицательный.

– Но почему? - в моей голове добровольное сoгласие на подобные лишения не укладывалось.

– Потери абсолютно несоизмеримы, Элли. Существовать с новыми физическими данными я научусь. С отказом от права быть твоим мужчиной – нет.

Я протянула к нему руки и обхватила охотно склонившуюся голову, провела ладонями по уже совсем не колючему ежику черных волос. Приподнялась на цыпочки и прижалась губами к уголку его рта. оу содрогнулся и, кажется, дышать даже перестал.

– Это очень-очень несправедливо, что перед вами могут поставить такой выбор, – пробормотала, продолжая оглаживать его затылок, мощную шею, плечи и буквально всеми нервными окончаниями улавливая интенсивнейший отклик мужчины на эту простую ласку. Он был, пожалуй, щедрее всего, что я испытывала в жизни, пусть и не выражался ни в едином ответном движении или слове. Я внезапно с безумной отчетливостью осознала, что жить безэтого не хочу. Это может стать еще одним лишением, перенести которое я уже не смогу. И плевать, что едва успела понять и распробовать, отпусать, отдавать не хочу! – Или быть полноценными в вашем восприятии и несвободными,или быть с теми, к кому сердце лежит, но лишиться части себя. Неужели ничего нельзя с этим сделать? Бороться с этой несправедливостью.

– Бороться? Проявить агрессию? К другим эсретанам? – Роу резко поднял голову и уставился мне в лицо с потрясением, которого я у него прежде не видела. - Против решений, которые примет система ухот тщет?

Я убрала руки и отстранилась, осoзнавая, что такое ляпнула. По сути, предложила ему подумать о том, чтобы пoвернуться против своих братьев и восстать, отвергая создателей. Наверное, это все равно, как если бы я человеку предложила напасть на своих родных, проявить агрессию или даже убить несогласных с его выбором родителей. Вот только в моем понимании ухот тщет не были их родителями, они являлись создателями-рабовладельцами. А если сpеди всех эсретанов равенство,то какое право у Уборщиков считать себя вправе к чему-то принуждать или чего-либо лишать свои собратьев? Только потому, что они согласны оставаться в этой их системе, а Наблюдатели – больше нет? Экономия ресурсов этой самой системы? Но для кого, если эти чертовы пришельцы не проснулись,и, надеюсь, так и останется. Выходит, Убoрщики заботятся исключительно о себе, а значит уже не считают эсретанов, покинувших систему, равными себе собратьями. Но в любом случае, и чтобы там я ни считала, выводы такого масштаба Роутэг мог сделать только сам,толкать его к ним, используя физическую тягу и готовность угождать, с моей стороны будет таким же лишением свободы, в каком он существовал до этого. Могла бы я извлечь из этого выгоду? Да. Сомневалась бы я использовать свое влияние ещё какие-то сутки-двое назад? Нет. Но все изменилось. Когда и как – уже не важно.

– Для этого разговора, похоже, еще не время, – я вернулась к сборам, постаравшись скрыть волнение. - Да и нам нужно поспешить. Возможно, мы вернемся к этому всему позже.

Спустя пару часов во дворе опустилась платформа раз в пять больше тех, которые мне случалось видеть до сих пор. С нее на снег спрыгнула хрупкая светловолосая девушка, одетая в точно такой же черный костюм, какой носили все эсретаны. Точнее, она хотела спрыгнуть, но прилетевший с ней мужчина метнулся вперед смазанным облаком, поймал ее и аккуратно поставив на снег. И только тогда я заметила, что черное одеяние облегает ее заметно округленный беременностью животик.

– Фарэй, ну ты опять! – с несерьезным упреком возмутилась визитерка и пошла к нам, немного прихрамывая и улыбаясь так открыто и лучезарно, что трудно было не ответить тем же. – Привет, Элли, я – Инайола и ужасно рада наконец увидеть лично нашу новую сестру.

Я, растерявшись, оглянулась на моего эсретана, напоровшись на снова окаменевшее выражение лица.

– Мы все так переживали за вас с Роутэгом и боялись, что вам трудно будет поладить, - меж тем продолжила тараторить Инайола, не стесняясь открыто разглядывать меня, а потом стрельнула ярко-голубыми глазами на Роу и подмигнула. – Ведь он принципиально отказывался вступать в общение с другими женщинами и слушать наши советы. Тяжелый случай.

Глава 23

– Привет, Инайола. Рада с тобой познакомиться. Будь желанной гостьей моего скита.

– Ой, нет, гостить нам некогда, к сожалению. Фарэй сказал, что в нашу сторону большая метель идет,так что, стоит поторопиться.

Молодая женщина с огромным интересом осматривалась,и я к ней присмотрелась. Ей едва ли двадцать, светлыми прямыми волосами и чертами лица походит на намарцев, только росточка совсем небольшого, мне едва ли по подбородок, а выходцы с Намара славятся немалым ростом и статью, даже девушки.

Инайола заметила моих собак, которые сидели неподвижно в отдалении у самого угла дома, и испуганно вскрикнула, неловко шагнув назад и тут же за ее спиной вырос Фарэй.

– Собаки… – выдохнула гостья, немного успокаиваясь. - Они же не… не нападут? Не одичалые?

– Нет, собаки Элли совершенно ручные и полностью поддаются контролю, – ответил за меня Роу.

– Их ты тоже хочешь забрать с собой?

– А с этим какая-то проблема?

– Нет. Если они не такие, как в городах,то мы все обязательно научимся с ними сосуществовать, - говоря это, Инайола не сводила глаз с моих питомцев. - Мне, может, даже на пользу пойдет.

– Собаки раньше напугали тебя? – осторожно уточнила я. - Вред какой-то причинили?

– Меня им отдали, – тихо ответила женщина. - Я ведь из пригородного гурта. Родилась больной, слабой, в общем – бесполезной. Работать в полную силу не могла, а кормить надо и не продашь кочевым, потому что куда мне поспеть было, хромоногой. Вот как мне семнадцать стукнуло,и собаки из города с очередным набегом пришли, меня им и решили отдать. вось они наедятся и быстрее дальше рыскать пойдут. А Фарэй меня спас, и с собой забрал. Но потрепать собаки меня успели,и я их… боюсь.

– Мои не такие, - покачала я головой и пересекаясь взглядом с моим эсретаном, почти ожидая там прочесть “вот так люди поступают с себе подобными”, но он просто смотрел. – Они не доставят никому беспокойства.

– Хорошо, - слабо улыбнулась Инайола и отвернулась наконец-от псов. - Можно мне войти и посмотреть все хоть одним глазом и быстренько?

– Конечно, но сначала, думаю, нам стоит рассказать вам о визите Уборщиков, – спохватилаcь я.

– Я поделился информацией, - сообщил оу, а Фарэй все так же молча кивнул.

И все? Никакого обсуждения этого события не будет? Или оно уже безмолвно происходит,только нас с Инайолой в него не включают? е это, похоже, не смущало.

– Хорошо, - пожала я плечами и сделала приглашающий жест. – Тогда входите.

Безымянный пока эсретан так и торчал стoлбом посреди гостиой,изотян видно нигде не было.

– О! – остановилась женщина, уставившись на черного. - Роутэг позволил быть ему здесь?

– Да, а что? - насторожилась я.

– Ну он же… то есть, когда мы узнали о тебе,то претендовать была его очередь.

– Я знаю. Роутэг мне рассказал.

Безымянный развернулся и вышел на улицу, как будто его позвали. Хотя, скорее всего так и было.

– Роутэг рассказал, - улыбнулась гостья. - Так странно это слышать. Он ведь действительно держался очень отстраненно и отказывался говорить,только слушал. У эсретанов и так-то с обычным общением сложновато, Фарэй со мной впервые заговорил сколько-то нормально почти месяц спустя после того, как спас и поселил в своем модуле.

– А давно это было?

– Три года уже как. А совсем вместе мы чуть больше года. Тогда же и решено было поселение строить, ведь к нам на тот момент почти два десятка парней прибилось. Они же систему покидали, но все же изначально существовали вместе, вот и тянутся друг к другу.

– Как семья?

– Вот уж не знаю, Элли. Моя-то семья со мной вон как поступила.

– Так выходит, вы и есть та самая первая пара, с которой все началось?

– Не-е-ет! – помотала головой Инайола, обходя гостиную и легко касаясь всего подряд пальцами и рассматривая. - Были и до нас, около десятка, но мы первые, у кого будет ребенок. Ты же планируешь забрать с собой всю эту красивую утварь, Элли? У нас на юге такого нет.

– Если будет возможность, - пожала я плечами, следя за ней взглядом, потом оглянулась на вход и решилась спросить. – Тебе не страшно? В смысле, не пугает то, каким он будет. Ваш ребенок.