Пламя надежды Сазерленд Туи

Нет, нельзя поддаваться унынию! Пускай рассеется тоскливый туман.

– Люди такие страшные, – прошептал дракончик ей на ухо, дыхнув запахом дикой моркови, которую ел на завтрак.

– Не все, – шепнула она в ответ. – Ласточка и Аксолотль добрые… и симпатичные, правда?

– Мне снятся только плохие, – признался он еле слышно.

– Погоди, вот обзаведёшься крыльями, – сказала она, погладив его по головке, – и никого больше не будешь бояться. У меня они совсем недавно, а погляди, какая я смелая!

– Да и вообще, – добавила Сверчок, как-то незаметно оказавшаяся рядом, – всем нам иногда приходится чего-то пугаться… или тревожиться, или грустить. Я вот, к примеру, тоже испугалась, и ничего. Если тебе когда-нибудь опять станет страшно, обязательно поделись с нами – поговорим, и сразу полегчает.

Она протянула дракончику лапу, и крошка Икар благодарно потёрся носом. Интересно, подумала Луния, что скажут другие, если делиться с ними каждый раз, когда грустно? Ещё ненормальной посчитают.

– Проследить за ним? – предложила Ласточка, глядя наверх.

– Ни в коем случае! – зашипел небесный дракон. – Даже не думай приближаться к этой твари – сожрёт в один присест! – Он старательно нахмурился, принимая, как ему казалось, грозный вид. – Так и знай: я тебя тут одну не оставлю! Мало ли, вдруг оно вернётся? Буду стоять на страже, и даже не возражай!

Ласточка сердито подбоченилась.

– Да кто ко мне подойдёт, если ты станешь притворяться страшным и опасным?

– Вот и пускай остерегаются, – зарычал он, – потому что я и правда страшный и опасный!

– А что, если тут одни такие волосатые и живут? – Бриония с отвращением дёрнула хвостом. – Может, Бездна как раз и делает их такими жуткими?

Небо бросился к подруге и обхватил её лапами, словно опасался, что она вот-вот полезет на скалу.

– Ласточка! – в отчаянии воскликнул он. – Если Бездна такое творит с людьми, тебе никак нельзя туда идти. Я не позволю сделать тебя волосатым страшилищем!

Она встретилась с ним взглядом и погладила по чешуе. Казалось, они долго о чём-то говорят, не произнося ни слова.

– Вот и не позволяй, – сказала она наконец, – мне жалко свою причёску.

– Давай вернёмся домой, а?

– Мы обещали помочь всем драконам, Небо… Давай лучше договоримся: ты не дашь сделать меня монстром, а я тебя – белоглазым рабом Осы.

Небесный дракон вздохнул.

– Хорошо, только пускай теперь отважным героем буду я.

Тем временем Сверчок слетала наверх, где исчез в расщелине незнакомец, и обследовала тёмный проём в скале.

– Пожалуй, кто-нибудь из нас мог бы пролезть, – доложила она, вернувшись. – Может, попробуем глянуть, что в глубине?

– А если там Бездна? – опасливо поёжился земляной. – Что будем делать?

– Вернёмся в пещеру к добрым разноцветным драконам! – оживился Небо. – Сядем у костра и станем рассказывать истории, только нестрашные! К примеру, о милой черепашке, которая встретила черепашку ещё милее, и у них вылупились очаровательные черепашата, и все они жили долго-долго, грелись на солнышке, и никто их никогда не ел, конец.

– Нет, я лучше в Бездну, – заявила Бриония, – готова хоть сейчас! Надо узнать, что там такое прячется, раз уж об этом говорит целое пророчество.

Сверчок задумчиво потёрла лоб.

– В конце концов, за этим мы сюда и летели, – сказала она. – Сказано же: «Обретёт спасенье тот, кто отважно вглубь нырнёт».

– Но… а как же Росянка? – возразила Луния. – А Цунами, Луна, Рысь, Ананас… разве можно без них? «В одиночку не отбиться» – так тоже сказано. Мы здесь меньше чем из половины племён, вдруг ничего не получится?

– Вот именно! – подхватил Небо. – Подождём ещё пару дней, вдруг они найдут нас.

– Сидеть и ждать? – недовольно буркнул Жаб. – Нет уж, спасибо.

– Давайте для начала только посмотрим, – предложила Сверчок, – а делать ничего не будем. Просто как следует разведаем. Хотя бы я одна – загляну и сразу вернусь.

– Я с тобой! – неожиданно для себя выпалила Луния.

– Нет! Нет! – зашептал Икар, и Луния ощутила его дрожь всем телом.

– Ты останешься с Тау. – Она отцепила его коготки от своих плеч. – Мы уйдём совсем ненадолго.

Он печально всхлипнул, но безропотно перешёл в лапы жёлтой драконихи.

Надо будет сплести ему гобелен, подумала Луния, что-нибудь успокаивающее. Например, каким он станет с крыльями – его летящая фигура в центре, а рядом верные друзья, всегда готовые помочь. А внизу, на земле, Ласточка и Аксолотль… нет, лучше на спинах драконов – пусть напоминают ему, что люди тоже хорошие и надёжные друзья.

Представив себе композицию и краски будущей картины, она и сама ощутила, как тревога и грусть рассеиваются, и взлетела на уступ скалы следом за Сверчок, а затем протиснулась в тёмную щель уже почти без всякого страха.

Огнешёлк разогнал тьму впереди, открывая длинный туннель, уходящий в обе стороны. Куда побежало жуткое волосатое существо?

– В какую сторону? – спросила шёпотом Сверчок.

Вдали слева что-то блеснуло, и Луния указала туда. Сверчок кивнула, и они двинулись влево. Потолок был такой низкий, что приходилось едва ли не ползти.

Блестящим предметом оказался алмаз. На самом деле, их тут было много, не считая рубинов и изумрудов. Драгоценные камни украшали расписную арку над входом в следующий туннель.

Сверчок провела когтями по мозаике.

– На лианы похоже, правда? – шепнула она.

Луния кивнула, рассматривая орнамент из изумрудных стеблей, алмазных цветов и кроваво-красных рубиновых ягод.

– Похоже, это работа местных людей, – предположила она, – а значит, их поселение где-то близко. Впереди я никого не чувствую, но вон там дальше ещё какая-то картина.

Они нырнули под арку, и в свете огнешёлка красочные стены и потолок тесного коридора будто ожили. Луния едва сдержала испуганный возглас, когда ей померещилось бегущее волосатое чудище, но спустя миг она поняла, что это всего лишь изображения.

– Да тут настоящее искусство, – благоговейно произнесла Сверчок, поправляя очки и вглядываясь в красочные картины. – Похоже на исторические сюжеты. Как много людей! – удивилась она.

Фигуры человечков и в самом деле виднелись повсюду, однако, к сожалению, никаких разъясняющих надписей там не было. Что ещё странно – ни одного дракона!

Прищурившись, Луния разглядела одного у самого потолка. Дракон свернулся клубком в пещере, из ноздрей его вырывались клубы дыма. Везде было то же самое: целые толпы людей занимались своими непонятными человеческими делами. Дальше попался ещё один дракон, на этот раз летящий над группой скорчившихся людских фигурок, а на следующей картинке он снова лежал в пещере, но теперь перед грудой обглоданных косточек.

Луния передёрнула крыльями: поедание животных вообще вызывало у неё брезгливое чувство, а уж людей и подавно. Те драконы не знали, что едят разумных существ, напомнила она себе, но, тем не менее, представлять своих сородичей жестокими и опасными хищниками очень не хотелось. Выходит, и она сама немножко такая? Брр…

Чем дальше по коридору, тем тревожнее и страшнее делались картины. Драконы попадались на стенах всё чаще, преследуя бегущих человечков, костей вырастали целые груды, а у некоторых драконов торчали из пасти крошечные людские лапки. Люди корчились в муках, умирая в своих домиках, объятых драконьим пламенем.

Ну и искусство, подумала Луния, проводя когтем по разрисованной стене. Вот уж чего она никогда не станет изображать на своих гобеленах! Пускай этим займутся другие, если хотят, а у неё драконы всегда будут весёлые и довольные, а с ними рядом – такие же люди. Может, когда все их увидят, то научатся, наконец, дружить.

– Это не наши драконы, не пантальские, – тихо проговорила Сверчок. – Ты обратила внимание? Все двукрылые и плюются огнём!

– Правда? – Луния пристально вгляделась в драконьи силуэты. Какая же всё-таки её спутница умная и наблюдательная! Даже злые мысли о ней как о ядожалихе давно уже в голову не приходят. Она теперь не представительница жестокого и надменного племени угнетателей, а просто Сверчок, сама по себе, очень даже неплохая и добрая. – Да, ты права… Что же это значит? Какой художник с Панталы мог нарисовать драконов из Пиррии?

– Мне кажется, всё это было очень давно, – сказала Сверчок, осторожно трогая растрескавшуюся краску. – Наверное, в то время на обоих континентах жило одно и то же племя.

– Хм… – задумалась Луния.

Что-то сомнительно. Куда же в таком случае подевались все эти двукрылые огненные драконы?

Она продолжала разглядывать стены. Всё больше огня, горящих деревьев и людских жилищ, всё чаще искажённые криком лица. Что бы там ни происходило в той древней истории, смотреть на это было решительно неприятно.

– Ой, я знаю! – Сверчок внезапно схватила её за лапу. – Помнишь, как Жаб рассказывал нам про… ну этот, как там его… ах да, Пожар?

Луния в изумлении глянула на испещрённую пожарами стену. Да неужто?

– Значит, тут эти события показаны глазами людей?

– Так и есть! Огонь и смерть повсюду, совсем как в той истории. Что глазами людей, что драконов, одно и то же.

– Жаб говорил, что Пожар случился много тысяч лет назад.

– Должно быть, остатки людей с тех самых пор так и прячутся под землёй, в пещерах, – кивнула Сверчок, – иначе они просто не смогли бы выжить.

– Интересно, кто это? – Луния показала на фигурку, нарисованную отдельно от людей, стоявших вокруг.

Человек был выше остальных, вокруг головы его сиял золотистый кружок, а рука указывала вдаль, в направлении, куда уходил подземный ход. Через несколько шагов та же фигура появилась снова, но уже на чём-то вроде полумесяца, плывущего по волнам, а за ней – множество других людей, набитых в такие же «полумесяцы». Того же персонажа можно было узнать даже без кружка вокруг головы, потому что на обеих картинах его руки в толстых чёрных перчатках – а может, просто такие мощные? – держали какой-то зелёный ящик.

– Так-так, ясненько, – бормотала Сверчок, двигаясь вдоль стены и вглядываясь в рисунки, – это они пересекают океан. Плывут к нам на Панталу… Смотри, а здесь уже приплыли и спускаются в пещеру! – Она с тревогой обернулась. – Ты видишь, сколько тут лиан?

В самом деле, вход в пещеру был весь увит длинными ярко-зелёными плетями с красноватой листвой и мелкими белыми цветами. Тропинка, по которой шли люди, была протоптана сквозь такие же заросли.

– Всюду одно и то же растение, – медленно кивнула Луния.

– И не просто растение, – тяжко вздохнула Сверчок, – а Дыхание зла, я точно уверена.

– Луния! – послышалось вдруг позади. – Где ты?

– Я здесь! – крикнула она, с тревогой узнав голосок Икара, и кинулась обратно, с трудом развернувшись в тесном туннеле. – Икар! Я уже бегу!

– Луния! – отчаянно крикнул он вновь.

Проскочив расписную арку, она свернула в первый коридор и разглядела впереди сияющий огнешёлковый браслет на лапке малыша. Свет удалялся, но в нём были хорошо различимы сжимавшие дракончика человеческие руки и толстая плетёная сеть, окутавшая его.

Другой человек стоял ближе, развернувшись к Лунии. Он держал факел и длинный сверкающий нож.

Он нисколько не походил на то волосатое чудище, но выглядел всё же куда опаснее, чем Аксолотль с Ласточкой. Короткие тёмные волосы, кожаная одежда, обшитая птичьими перьями, и узкое худое лицо с изумрудной серьгой в носу.

Человек обернулся и сказал что-то державшему Икара товарищу. Тот перехватил дракончика покрепче и ускорил шаг.

– Стой! – крикнула Луния, бросаясь вперёд. – Что вы затеяли? Прекратите! Ласточка, на помощь!

Человек с перьями швырнул факел на пол и тоже кинулся прочь. Один миг, и люди исчезли во тьме, унося с собой крошку Икара.

Глава 12

– Ласточка! – вновь позвала Луния, подбежав к расщелине, ведущей в пещеру с озером. – Помогите! Здесь люди, они схватили Икара!

Подавляя панику, она пнула факел, дымящийся на полу, и зашипела от боли в лапе. Снаружи доносились слабые голоса.

– Он обещал только заглянуть! – кричала Тау. – Луния, прости! Откуда только они взялись?

– Слишком узко, не пролезть, – ворчал Жаб.

– Тогда посторонись, пусти меня! – рявкнула Бриония.

– Ласточка, не смей! – завопил Небо. – Стой, там опасно!

Спустя миг Ласточка уже стояла в коридоре. Взглянув на Лунию, она повернулась в ту сторону, откуда эхо доносило крики дракончика, и бросилась вдогонку. Луния протискивалась следом, не выпуская из виду мерцание огнешёлка далеко впереди. За спиной слышался топот драконьих лап, но оборачиваться и смотреть, Сверчок это или Бриония, было некогда.

Ускориться не очень-то получалось, а врезавшись в очередной раз в сталактит, она, наоборот, замедлила шаг. Не хватало ещё разбить голову и свалиться без чувств – что за польза тогда от скорости?

– Что они говорили? – бросила Ласточка на ходу. – Зачем им понадобился дракончик?

– Понятия не имею! Тараторили какую-то белиберду, а потом убежали. Они поймали его сетью!

– Бели… бер… Как, ещё раз?

– Да нет, не буквально! Я просто не поняла, верещали по-своему… извини!

– Мне послышалось… один из них вроде… упоминал Бездну, – запыхавшись, выдавила Сверчок позади.

Не зря она на привалах всё выспрашивала у Аксолотля, Ласточки и Неба про язык людей, подумала Луния с невольной завистью. Надо было тоже что-нибудь выучить, а не тупо валиться без сил. Хотя бы слово «бездна»! А может, и другое полезное, например: «Стой!» или «Не смей трогать дракончика!», или даже «Клянусь, если причинишь ему вред, нарочно начну питаться мясом, чтобы тебя сожрать!».

– Как странно, – вновь заговорила Ласточка, – похищать малыша, когда рядом взрослые. А вдруг это его родители, они ведь ни за что не отстанут, найдут и сожрут! Если уж заметили и погнались, правильней его бросить, тогда есть шанс улизнуть. Очень, очень странно!

Узкий коридор сворачивал то влево, то вправо. Похитители то и дело исчезали в боковых ответвлениях, и путеводный шёлковый огонёк несколько раз казался потерянным навсегда, но всякий раз снова появлялся во тьме.

– Если они хорошо знают эти пещеры, то должны были давно от нас оторваться, – продолжала удивляться Ласточка. Она остановилась, схватившись за бок и тяжело переводя дух. – Идите, я догоню… ох…

Луния склонилась над ней.

– Я тебя понесу! Когда догоним, ты всё равно понадобишься, чтобы с ними говорить.

Не став спорить, Ласточка вскарабкалась на драконью спину, и погоня продолжилась.

Коридор плавно спускался, и каждый поворот уводил драконов всё глубже в недра земли. Луния уже невольно гадала, вернутся ли они когда-нибудь к своим. Что скажет Небо, если его любимый человечек навеки сгинет в этом жутком лабиринте?

Внезапно она различила впереди слабое зеленоватое мерцание и… что это, шёпот? Стук драконьих когтей по каменному полу заглушал прочие звуки, и сказать наверняка было трудно. Однако необычный свет делался всё ярче, и наконец впереди открылась зловещая гулкая пещера с чащей сталактитов на потолке.

За широкой площадкой, усеянной валунами, зияла пропасть. Изломанная рваная рана с острыми зазубренными краями уходила вниз и вниз, в самое сердце земли, и эта жуткая глубина вызывала боль в глазах.

Вот она, Бездна!

Никаких сомнений не оставалось: разве могла быть в целом свете пропасть глубже и страшнее, чтобы сказать о ней, мол, здесь бездна, а там вроде как не совсем? Пророчество ночной драконихи могло указывать только на это место, оно казалось созданным из кошмаров многих поколений драконов.

Похитители стояли на самом краю провала, с ними был и малютка Икар. Человек в кожаной одежде, украшенной перьями, присел рядом со связанным дракончиком, достал нож и принялся разрезать сеть.

– Осторожно, не порань его! – крикнула Луния, замерев на месте.

Человек с ножом обернулся к ней, затем крикнул что-то другому. Тот покачал головой.

– Она велела ему убегать, но он не хочет её бросить, – перевела Ласточка. – Знаешь, мне кажется, Икарчик был приманкой – это ловушка для нас!

Луния опасливо огляделась. Её собственный огнешёлк и зеленоватое свечение Бездны достаточно освещали каменистую площадку, но ни других людей, ни волосатого чудища видно не было, как и расставленных сетей или других признаков западни. Сверчок с Брионией либо заблудились по дороге, либо не успели ещё добежать.

– Неважно, – бросила Луния, – главное – вернуть Икара.

Ей было страшно видеть малыша так близко к краю жуткой пропасти. У него же ещё нет крыльев! Что, если он вдруг туда упадёт? Луния невольно зажмурилась.

Ласточка соскользнула с её спины и шагнула вперёд. Показав пустые ладони в знак мира, заговорила на языке людей, и похитители застыли, с опаской косясь на дракона.

– Ну вот, – вздохнула она, – теперь тебе надо выглядеть как можно свирепее. Я попробую их уговорить, но будет легче, если ты их как следует напугаешь.

Сделав ещё шаг к людям, Ласточка продолжила свою речь, и на этот раз получила ответ от незнакомки, затянутой в кожу.

Как же их напугать? Луния приподняла крылья, чтобы казаться крупнее, и грозно нахмурила лоб. Хмурые драконы всегда казались ей страшнее. Люди меж тем обменивались репликами, которые звучали довольно сердито.

Что бы ещё такого придумать? Ах да, совсем забыла про свой огонь! Она приподняла переднюю лапу и выпустила ослепительное дымящееся волоконце. Скатала в шарик и сжала в когтях. Метать огнешёлк во врагов ей ни разу ещё не доводилось, но, возможно, одного вида будет достаточно.

Незнакомка с ножом окинула взглядом пещеру и что-то крикнула. Её товарищ вновь покачал головой и что-то произнёс тихо и печально.

– В чём дело? – удивилась Луния. – Почему они не отдают Икара?

– Ждут кого-то, – мрачно ответила Ласточка, – какого-то Хранителя Бездны, который на самом деле Крыс, – сейчас она его позвала по имени. Саму её зовут Сойка. Вроде бы он и велел им привести сюда дракона – или Бездна приказала через него, как-то так. – Она вновь прислушалась к разговору людей. – Говорят, Хранитель всегда здесь сидит, а сейчас его нет, странно. Прежде такого не случалось, и они даже думали, что он не может уйти.

Луния ощутила жутковатый холодок, будто по чешуе пробежали ледяные паучки.

– Бездна с ними разговаривает, приказывает? Они говорили, что там в глубине?

– Сами не знают. Вниз может попасть только Хранитель, непонятно как. Все распоряжения Бездна передаёт через него. – Ласточка скептически хмыкнула. – Я бы сказала, что это всё выдумки, но с пророчеством не поспоришь. Значит, что-то там всё же есть.

Дыхание зла, вот что! Оттуда оно и появилось, должно быть, подумала Луния. Как же иначе?

– Икара я Бездне не отдам! – прорычала она. – Так и скажи. Если не отпустят, сожгу их прямо сейчас!

Ласточка подбоченилась и выдала длинную человеческую фразу, которая прозвучала очень грозно, хоть и пискляво.

Сойка с приятелем обменялись долгим взглядом. Затем она вздохнула, вновь присела и разрезала последние волокна сети.

– Луния! – позвал малютка, едва высвободив мордочку. Сбросил с себя путы и рванулся через площадку.

– Икар! – с облегчением воскликнула Луния. – Мы здесь! – Она отложила в сторону огнешёлковый шарик и протянула лапы, готовая подхватить дракончика.

Тот не успел добежать всего нескольких шагов. С высокого потолка пещеры с шипением обрушилось то, что до сих пор пряталось среди каменных наростов, как уродливый волосатый паук, невыносимо зловонный, словно оружие принцессы Скарабеи.

Хранитель Бездны упал прямо на крошку Икара, прижав его к полу. Обхватил цепкими костлявыми лапами, вскинул на плечо и метнулся прочь, пока Луния растерянно хлопала глазами, осознавая странное и жуткое явление с небес.

Прежде чем кто-либо успел двинуться с места или издать звук, отвратительное чудовище подскочило к пропасти и шагнуло через край вместе со своей добычей.

Часть вторая. Секрет в глубине

Глава 13

– Икар! – крикнула Луния в отчаянии.

Нет, нет! Такого просто не может быть. Только что малютка был, и вот уже исчез. Его нельзя отдавать Бездне!

Луния не раздумывала. Подбежала к скалистой зазубренной кромке и кинулась в провал, расправляя на лету крылья. Догнать, вырвать Икара из чудовищных лап! Вернуть малыша назад!

Тёмный двойной силуэт кувыркался далеко внизу на фоне жуткого зеленоватого сияния Бездны. Сверху доносились крики Ласточки, но слов Луния разобрать не могла.

Значит, я всё-таки способна броситься навстречу опасности, с удовлетворением подумала она, пикируя в пропасть. Пока не возникает необходимость, об этом трудно судить. До сих пор её неизменно защищал Мечехвост, успевая принять все угрозы на себя.

Держись, Икарчик!

Стремительному падению, казалось, не будет конца. Луния помогала себе крыльями, но догнать Хранителя или хотя бы сократить дистанцию не получалось.

Зачем он это сделал? Что нужно Бездне от Икара? Он же ещё такой маленький!

Зеленоватое свечение всё разгоралось, заполняя целиком поле зрения, и наконец совершенно поглотило очертания человека и дракончика. Причудливо мерцающие переливы ослепляли, мешая понять, сколько ещё продлится падение… и вдруг оно закончилось.

Отчаянно замахав крыльями, Луния еле успела зависнуть в воздухе, чтобы не врезаться в спутанную чащу лиан, заполнявшую дно пропасти. Они сплетались клубками, будто хищные змеи в гнезде, и толщину зарослей не получалось даже прикинуть на глаз.

Зелёное свечение исходило от листьев этих лиан и влажного мха, окутавшего стены провала. Всё было видно, и огнешёлка уже не требовалось, но Луния всё равно была рада источнику тёплого золотистого света у себя на рогах.

Она осмотрелась вокруг, но нигде не заметила ни уродливого волосатого человека, ни малютки-шелкопряда.

– Икар! – позвала она.

Густые заросли должны были смягчить удар, но где же тогда дракончик? Как мог он исчезнуть так быстро?

Ага, вот он, след падения! Сломанные побеги, мятые листья… Она подлетела ближе и вгляделась, стараясь не коснуться лиан. Казалось, зловещее растение только того и ждёт, чтобы обвиться вокруг её лап и затащить в чащу, а там перемолоть, сожрать и переварить.

Вот оно какое, Дыхание зла. До сих пор Лунии не доводилось видеть его вживую, но изображения на стенах пещерного коридора не оставляли сомнений, как и описания в рассказах Росянки и Сверчок.

– Луния! – раздался за спиной тоненький голосок.

Она взмахнула крыльями, разворачиваясь в воздухе. Прищурилась, разглядывая море листвы, и наконец заметила, где человек перепрыгивал, словно белка, с одного клубка лиан на другой. Цепочка следов вела как раз в ту сторону, откуда донёсся зов дракончика.

Огибая скалистые зигзаги расщелин, Луния устремилась в погоню. Чудовищный Хранитель падал в провал быстрее неё, но теперь человеческие лапы едва ли смогут обогнать драконьи крылья, тем более что бегу мешает тяжёлая ноша.

Как скоро выяснилось, бежать ему пришлось недалеко. Заросли ползучих лиан заканчивались у пещеры в стене провала, а вернее, из неё начинались, расползаясь по дну Бездны в обе стороны. Переплетённые стебли и листва заполняли вход почти полностью, лишь на самом верху оставалась небольшая дыра, куда небольшой дракон или человек с крошечным дракончиком могли протиснуться.

Затаив дыхание, Луния нырнула в дыру, с внутренней дрожью ощущая крыльями и лапами касание листьев и побегов. От лиан, казалось, исходил злобный трепет предвкушения, будто от многотысячной стаи ядовитых ос при виде желанной добычи.

Пещера оказалась вовсе не пещерой. Каменная, сырая, сумрачная, но по размерам и форме скорее парадный зал, чем пещера: гладкие отполированные стены и одинаковые колонны по четырём углам.

В дальнем конце зала возвышался трон, а плети лиан тянулись от того, что сидело на троне.

Луния попыталась запечатлеть зрелище в памяти, чтобы осмыслить, но не смогла. Оно попросту не умещалось в голове. Первая мысль: что за дикий, чудовищный сюжет, такое просто не может существовать, даже на фантастическом, придуманном гобелене, не то что в реальности!

Она ожидала увидеть растение, и оно тут было: мощный стебель поднимался из пола под троном, обвивая его основание. Однако на троне сидело человеческое существо, а на коленях у него лежал небольшой дракон, стиснутый руками в толстых чёрных перчатках. Вначале она с ужасом подумала, что это Икар, но, подлетев ближе, заметила отблески своего огнешёлка на зелёной и оранжевой чешуе крыльев.

Мертвецы? Ну конечно, мёртвые, как же иначе!

Мощный стебель пророс сквозь драконий череп, а затем пронизал и человеческий, выплеснувшись из него настоящим водопадом побегов, словно жуткая пародия на волосы. Побеги-щупальца тянулись дальше и дальше во все стороны, ветвясь и заполняя весь пол пещеры, карабкались по стенам и уходили в трещины потолка.

– Что за?.. – выдохнула Луния изумлённо, зависая в воздухе перед троном.

На ковре из лиан у его подножия скорчилась ещё одна человеческая фигура, волосатая и уродливая, с горящим злобным взглядом. Хранитель Бездны сжимал в лапах слабо трепыхающегося Икара.

– Икар! – Луния рванулась к дракончику.

– Даже не думай! – прошипел Хранитель по-драконьи.

Странно: голос исходил от него, но звучал точно так же, как у одержимого шелкопряда на острове, где устроили засаду ядожалы.

Кто говорит за волосатое чудище – иноразум?

– Ты кто? – Взмахнув крыльями, Луния вновь развернулась к трону с двумя окоченевшими фигурами, прошитыми насквозь жутким растением. Казалось, мёртвые остекленевшие глаза их, затянутые зеленовато-белёсой плёнкой, таращатся прямо на неё.

Да нет, не могут они быть живыми, никак!

– Я властелин мира, – прозвучал ответ из уст Хранителя.

– Какой ещё властелин? – фыркнула она. – Никто даже не знает, что ты существуешь!

Пещеру заполнило шипение, исходившее, казалось, одновременно от трона, хищно трепещущей листвы и Хранителя.

– Они ещё узнают, все узнают, и очень скоро! Я правлю всем вокруг, всё здесь моё, всё…

– Ладно, поняла, – перебила Луния, – ты злодей с манией величия. Объясни только: откуда твой голос со мной говорит и что это за мертвецы? – Она кивнула на застывшие фигуры. – Что случилось с человеком и дракончиком?

Некоторое время царило молчание, затем голос обиженно прошипел:

– Отдай себя лианам, и мы покажем тебе всю историю с самого начала.

– Ха, ещё чего! Мой разум тебе никогда не заполучить.

– А куда тебе деваться? – спокойно хмыкнул голос. – Раз уж ты угодила сюда, выхода нет. Рано или поздно крылья устанут, ты упадёшь, и лианы сами доберутся до тебя.

– Пф! – фыркнула Луния. – Я могу и не ждать…

Она развернулась к выходу… но тот оказался целиком перегорожен! Подлетев ближе, она протянула когти, желая оторвать ярко-зелёную плеть, но тут же отдёрнула, заметив грозные шипы. Их укол наверняка столь же опасен, как ядовитый сок или острая кромка зубчатых листьев, особенно здесь, у самого корня зловредной лианы.

– Как ты это сделал? – спросила Луния. – Я думала, управлять растениями способен только дракон-листомант.

– У меня такой есть.

Взгляд её невольно метнулся к непонятному двукрылому дракончику на троне. Листокрыл? Тогда откуда оранжевые чешуйки рядом с зелёными? Подобного племени Луния ещё не видела. Голос между тем продолжал:

– К сожалению, моей ящерке не хватает сил, её дар действует на лианы только здесь, на дне Бездны, но не наверху. Вот почему этому идиоту было приказано доставить сюда… РОСЯНКУ!!! – внезапно заревел он.

Хранитель испуганно сжался у подножия трона. Оскалив гнилые зубы, он пискнул что-то на языке людей и встряхнул Икара, указывая на него.

– Мне нужен СОВСЕМ ДРУГОЙ дракон!.. – Голос внезапно прервался, будто говорившего душили, и сменился незнакомым, нежным и шепчущим: – Зато этот пригодится мне!

Плети лиан потянулись к Икару, словно любопытные змеи, но Хранитель отпрянул, вновь проверещав что-то по-своему.

– Ладно, мне не жалко, – хмыкнул первый голос, – и ты мне тоже не очень-то нужна, шелкопрядка, но и не помешаешь. Вдруг тебя прилетит искать Росянка, так что будешь кстати.

Луния гордо выгнула шею.

– Я тебя не боюсь! – прорычала она, грозно выставляя запястья. – Я не просто шелкопрядка. Захочу и спалю тут всё, а потом улечу!

Может, для того она и нужна со своим «солнечным» сортом? Выжечь проклятое растение, превратить в пепел – таково её предназначение с самого начала…

– Ой, как страшно! – неожиданно захихикал голос. – О нет, только не это, пожалуйста! – Услышав радостные нотки, Луния озадаченно умолкла. Что его так веселит? – Какая ужасная угроза, – продолжал он издеваться, – просто чудовищно!

Стоп… ну конечно! Если жечь, отсюда повалит дым – тот самый, что околдовал шелкопрядов и листокрылов на берегах Рычащей реки. Поднимется наверх, выйдет из Бездны, и тогда под властью иноразума окажутся последние драконы!

Луния в ужасе сжала когти.

– Сверчок! – крикнула она, обернувшись к выходу. – Ласточка! Бриония!

– Да-да, зови их, пускай летят сюда скорее! – продолжал хихикать голос. – Мне так хочется поиграть с симпатичными драконами и храбрыми людишками… потому что этот Хранитель НИКУДА НЕ ГОДИТСЯ!!! Я требую другого, но никто меня не слушается! Все почитатели предали меня!

Волосатый человечек с криком ужаса уронил дракончика в заросли на полу и в панике схватился за голову. Крошка Икар тут же вскочил, подбежал к Лунии и с жалобным видом протянул вверх лапки.

– Помоги мне! – захныкал он жалобно.

Луния устремилась вниз, но не успела коснуться его, как ползучие лианы взвились в воздух и оплели ей лапы, а Икар с побелевшими вдруг глазами сам ухватился и дёрнул её к себе. Цепкие плети тут же охватили шею, хвост и крылья, а ещё одна обвилась вокруг пасти, не давая вымолвить ни слова.

Страницы: «« « 345678910 » »»