Прайс на мою студентку Невеличка Ася

— Тогда ответь на вопрос. Она… Сколько у нее было клиентов? Ответишь правду, получишь деньги.

Напарница сузила глаза.

— Я пойму, если соврёшь. Пятьдесят тысяч за честный ответ.

— Да не успела она. Первую ночь только вышла и тут вы двое… А уж сразу ты ее отжал или сначала вдвоем с другом жарили, это тебе лучше знать. Мне она не рассказывала.

Вот вроде никакой разницы, но внутри разлилось облегчение.

— А кто такой Лёха?

— Пф, козел! Она его год из армии ждала, как дура, а он сразу по девкам, и Вальке заделал бэбика. Хренак, свадьба, а в невестах не Ленка.

— И тогда она поехала к тебе? Знала, чем ты занимаешься?

— А чо, деньги не пахнут! Ей заработать надо было, а я знала как. В чем проблема то?

— Она согласилась?

— Ну-у… Не сразу, но за квартиру и жрачку платить надо.

— Понятно. Вот. Пятьдесят тысяч. И полиция ни слова не услышит про Елену. Или больничный счет придется оплачивать самой. Ты же при деньгах. Справедливо?

— Эй?! Мы так не договаривались!

— А теперь договорились. И чтобы я больше тебя не видел и не слышал рядом с Еленой. Поправляйся.

Я легкой походкой вышел из палаты, раздираемый желанием скорее вернуться в академию, найти Лену и извиниться.

* * *

Поговорить с Еленой не вышло. До конца дня мы с завхозом разбирались со сметами, потом я засел читать требования, где нашел нужную нам лазейку. Домой вернулся очень поздно, все уже спали.

Утром сразу же позвал Ганса:

— Во вторник должны были доставить парфюм.

— Да, герр профессор, я решил, что женский парфюм заказан для фрау Швайгер и отнес заказ ей.

Я поморщился. Вот с мутер разбираться насчет подарка Елене мне не хотелось. Она и так стала подозревать лишнее, как бы после подарков не активизировалась в сватовстве.

— Она видела заказ? Открывала?

— Не знаю, герр профессор.

— Проверь. И если просто отложила, забери и верни мне.

— Хорошо, пока вы завтракаете, я проверю.

— Я не буду завтракать. С утра еду в администрацию, подавать заявление на дополнительное оборудование пожарными лестницами исторического здания. Чувствую, мне там поселиться на месяц придется.

— Желаю удачи, герр профессор.

Я кивнул, только в лифте осознавая, что Ганс все чаще пользуется сарказмом. Хм. А раньше он его придерживал. Кто так на него влияет?

Бюрократические жернова не разочаровали — жевали меня с восьми утра до четырех вечера. А там я уже позвонил Вере, отметился, что сегодня не вернусь в академию, и поехал домой, мучаясь разболевшейся головой.

В столовой было необычно шумно. Я решил не попадать в эпицентр оживленности и ушел к себе. Парфюм Ганс не вернул. Значит, мутер все же открыла подарок. Жаль…

Я уже распланировал вместе с извинениями передать Елене духи. Почему-то мне казалось, она оценит. Но откладывать разговор не имело смысла. Я пока не понимал, как мне увязать новый образ Елены со своим желанием сделать ей недвусмысленное предложение. Вряд ли одновременно с извинениями она примет мое желание определить ее в содержанки. Хотя… Она меня хочет, в чем сама призналась. Я ее хочу, до умопомрачения, нахрен, хочу. Может она ждет такого предложения?

Черт, и все же придется повременить, хотя меня уже подпирала необходимость снять напряжение.

Я вышел из квартиры под очередной взрыв хохота из столовой. Мутер снова пригласила подруг, вот только к этому времени они, как правило, расходились. Может, я застал их по причине раннего возвращения?

— Добрый вечер, — поприветствовал я дам и застыл, заметив за столом Елену.

— О, Андрэ! А мы как раз заканчиваем партию, — веселилась мутер, явно проигрывая в этой игре.

Перед Еленой фишек вообще не было. Уже проиграла?

— Как вырос, каким стал представительным! — тут же поддержала беседу подруга.

Я дежурно улыбнулся.

— А Елена что тут делает? — не сдержал вопроса.

— Просто наблюдает, Андрэ. Мы пока не допускаем ее в наш круг, хотя она большая энтузиастка — каждый раз верит, что сорвет банк!

Я ухмыльнулся, наблюдая, как Лена опускает голову и краснеет.

— Можно тебя на минутку?

— Зачем? — сразу всполошилась мать.

— Мам, я просто хочу поговорить с ней о выбранном курсе и поужинать. Она мне накроет.

— Но с кухни не уходите! — в тоне матери явно слышалась строгость.

Я тихо рассмеялся, подавая Елене руку и машинально сжимая ее пальчики в своей. Идти всего несколько шагов, кухня находилась через стенку от столовой, но даже эти шаги об руку с той, на которую дрочишь уже месяц, стоят дорого.

— Снова апельсин и мята, — втянул я носом знакомый и такой подкупающий запах. — Откуда?

— Мутер отдала. Её заказ перепутали, а она заметила, что я пользовалась такими духами, вот и отдала.

Да, аромат нашел свою хозяйку, жаль, что я потерял приятный бонус к извинениям.

— Накорми меня, — сел за стойку, неохотно выпуская руку Елены.

Та со знанием дела сразу открыла духовой шкаф, достала противень, сервировала стол на одну персону и, смущаясь, спросила про вино.

— Я бы выпил. Ты будешь?

Елена неопределенно пожала плечами, и я решил за нее.

— Немного красного столового. Сама ужинала?

— Нет, мы после игры с Гансом перекусим.

— Ерунда. Накрывай, поешь со мной.

Минут через десять мы сидели напротив друг друга и пили вино под запеченные овощи с мясом и сливочным соусом.

— Я вчера был в больнице, — Елена сразу подобралась. — Твоя подруга уже отлично выглядит, врач дает хорошие прогнозы…

— А можно?..

— Нельзя, — сразу отрезал я. — За нее взялась полиция. Ты же понимаешь, что это изнасилование с избиением? Если бы не твоя своевременная помощь, она, скорее всего, погибла бы?

— Не моя. Ваша.

Да, помни это, когда я скажу следующее.

— Наша. Я не стал бы помогать, если бы ты не настояла. И еще…

Я отставил бокал и протянул ей через стойку ладонь. Елена неуверенно посмотрела на меня и все же дала свою.

— Елена, во мне сильно предубеждение и я часто остаюсь глухим к попыткам переубедить меня, но это не значит, что я не умею признавать свои ошибки.

— Чего это? — она попыталась отдернуть руку, но я не дал.

— Скажем, когда я снимаю девушку на улице за деньги, для меня это однозначная бирка. Понимаешь?

— Но я не…

— Тссс… Дай мне закончить. И я не верю в случайные стечения обстоятельств. Не верил. Хотя, наверное, до сих пор не верю, но могу сделать исключение тебе. Тебе я верю. Если ты говоришь, что прошлая жизнь осталась позади, что ты не шлюха и никогда не занималась этим — я тебе верю.

— Ой…

— Но в связи с этим, нам снова придется обговорить некоторые условия сотрудничества на будущее. Потому что теперь я не смогу просто выставить тебя на улицу и отправить в тот притон, из которого вытащил.

— Я и не хочу туда!

Отлично!

— А куда ты хочешь?

— Пока не знаю. У меня еще три месяца, чтобы чему-то научиться и найти работу. Хотя я делаю ставку на покер. Если я смогу немного отложить, то мне и на учебу хватит и на маленький бизнес…

— На какой ты курс записалась?

— Менеджмент.

— Хорошо, там есть дисциплины по ведению бизнеса, это тебе может пригодиться.

— Ну да. Но если не получится, то пойду специалистом по херам.

Я слишком сильно опустил бокал на стол, ножка раскололась, и вино выплеснулось на скатерть.

А ведь мне казалось, мы закрыли эту тему.

— Если ты не уверена в своих планах, то лучше остановиться на чем-то одном. Моему херу может понадобиться личный специалист.

Что ж, извинения произнесены и предложение, которое я хотел отсрочить, сделано. Согласится?

— Правда? — восторженно воскликнула Елена, несколько выбивая меня из равновесия. — Я так рада, что вы мне доверяете! Но сначала я хочу попробовать себя в другом бизнесе. А если не получится, с радостью возьму вас своим постоянным клиентом.

— Эээ, кхм… Я планировал уже сейчас стать им, — уточнил на всякий случай.

— Сейчас не могу. К этому надо подойти ответственно, а я не все еще умею.

— Потому что у тебя мало опыта? — догадался я, зная теперь ее трагичную историю с несостоявшимся женихом.

Лена фыркнула:

— Пфф, проще сказать, вообще нет!

Меня прострелило в пах. Я закатил глаза, сдерживая бешеное вожделение. Это издевательство какое-то получить в пользование почти шлюху-девственницу.

— Это неприлично и я пойму, если ты не ответишь, но сколько раз ты вообще делала это?

— Хм… Наверное, пару раз точно. Один раз однокласснику, когда Машка уже пошла по клиентам, а я хотела попробовать и понять, нравится мне это или нет.

— Ну и как? — продолжал я расспрашивать сдавленным голосом, удерживая рукой восставший член.

— Неа, не понравилось. У меня ничего не получилось. А потом еще раз Лёхе. Но этого гандона я даже вспоминать не хочу.

— Два раза? И всё?!

— Ну да. Поэтому пока я не могу стать вашим специалистом. Мне сначала хотелось бы научиться чему-нибудь другому, что будет нравиться. А уж если не получится, то так и быть, буду получать удовольствие от этого.

— Определенно, удовольствие получать я тебя научу.

В голове проносились фантазии одна пошлее другой. Два раза! Два, мать его, раза! Да как это могло ей понравиться, если она даже раскусить вряд ли успела.

Такая чувственная, такая отзывчивая и совершенно не искушенная. Не представляю, что было бы с ней, если бы я так вовремя не подвернулся с дурацким пари Баграта!

— Хорошо, я дам тебе время разобраться в себе и своих желаниях.

Что я творю?! Я сорвусь, не выдержу!

— Герр, вы такой классный! Спасибо за все, что делаете для меня! — она обогнула стойку и повисла у меня на шее, прекрасно вписываясь своими бедрами между моих ног.

Что она делает?! Это же просто провокация!

— Но нам лучше держать некоторое расстояние, — простонал я ей в волосы, уже стискивая талию и теснее прижимая к себе, к той части себя, которая требовала внимания и ласки.

— Ой, я не подумала, — она выскользнула из рук и с виноватым видом села на место. — Простите. От меня больше ни намека!

— Да, так будет лучше…

— Андрэ!.. — мутер влетела, когда мы оба с сожалением уткнулись в недоеденный ужин. — Чем занимаетесь? О, ужинаете?

Она сканировала нас взглядом, но прицепиться было решительно не к чему. Даже мой стояк надежно прятался под стойкой.

— Я провожу подруг, и можем вместе выпить чая.

— Мы пьем вино, — я отсалютовал ей бокалом со сломанной ножкой.

Ха, а вот и улика…

— Вижу, — процедила мутер, — Ну а нам с Гансом Елена приготовит чай, да, дорогая?

— Конечно, Аделаида Марковна! Какой любите!

— Милая девочка, — они обменялись светскими улыбками и мутер вышла, напоследок наградив строгим взглядом.

— Я, пожалуй, тоже останусь на чайную церемонию.

— А какой чай любите вы?

— Эм, с апельсином, мятой и…

Что же за третий компонент в её духах? Что-то такое притягательное и дразнящее, но бесконечно неуловимое…

Глава 16. Покер-фэйс по жизни

Мутер на меня обозлилась.

С хрена ли? Все ее приличия и расшаркивания соблюдала. Задания выполняла. Все порядки, традиции и даже вкусы каждого в доме помнила наизусть. И все равно мутер смотрела на меня исподлобья и придиралась по мелочам.

Зато герр стал душкой. Просто лапочкой. Хвалил, помогал, подсказывал, расстилался так, что я готова была в рот ему заглядывать, когда он его раскрывал. Собственно, я так и поступала.

В академии все оказалось сложнее. Математика, статистика и всё что с цифрами не давалось от слова совсем. Зато маркетинг я полюбила всей душой, особенно там, где задания требовали креативного подхода.

В конце недели я перестала насиловать себя, пошла в учебную часть и попросила выпускницу, которая оказалась Марией, перевести меня на маркетинг.

— Менять курс каждую неделю — дурная примета.

— Спасибо, учту, — учтиво поблагодарила я, хотя уловила её сарказм.

И вот на новом курсе у меня всё закрутилось.

Группа оказалась смешанной, примерно половина мальчишек на половину девчонок. Я сразу просекла, что девки поделились на два лагеря — тусовщиц и заучек. Понятно, что последних чморили. Так что дня два я вообще держалась особняком, выделяя в толпе тусовщиц главную заводилу. Всегда есть такая. И вместо того, чтобы попробовать понравится всем, проще найти главную и задружить только ее.

Ну или сместить, если она дружиться не умеет.

Стелла умела.

Мы как раз сидели поделенные на подгруппы на паре по графическому дизайну, получили задание приготовить флаеры для закусочной по продаже горячих сосисок. Вика, одна из лагеря заучек, вывела на графическом планшете сосиску очень похожую на член. Стелла, которая редко что делала сама, сразу же нашла забаву цеплять краснеющую Вику.

— Деточка, ты писю не видела? Господи, никто не сжалился и не показал тебе?

Свита ржала в голос, поддерживая заводилу. Стелла давала ценные указания, как придать натуралистичность сосиске, чтобы она уже окончательно не вводила в заблуждение, а стала похожа на член.

Наверное, я противная, но местами мне тоже хотелось смеяться.

— И подпиши: Соси и слизывай!

— Зачем, если это уже не похоже на сосиску, никому в голову не придет кусать ее, — огрызалась Вика.

— Размеры не натуралистичные. Длины не хватает.

— И толщины. Давай, Вика, дорисовывай! Прикольно же.

— Прикольно забацать флаер, распечатать и раскидать по академии.

— Ха-ха, я как представлю нашего Оттовича с нахмуренными бровями: Кто это сделал?

Тут подключилась Стелла:

— Да, точно, а я такая выйду и признаюсь: Это я. Накажите меня, Андрей Оттович.

— Вот сама и делай, — влезла в хохму Вика, все испортив.

Зато свита Стеллы, вдохновленные идеей, выхватили планшет и тут же окончательно испортили сосиску, дорисовав ей головку, вены и даже придав объем.

— Давайте подпишем: Только такие сосиски едят в Германии. А?

— Не едят, сосут! Не порти рекламу.

— Черт, мне кажется, вы коротковатый нарисовали.

— Вот когда Стеллу накажут, тогда она и выдаст нам реальные размеры Оттовича, а пока, зайки, вздыхаем-гадаем!

И чего меня дернуло взять линейку, отмерить нужные сантиметры и сунуть получившуюся длину в планшет:

— Примерно, до этого размера удлиняй, — уверенно влезла я, чем привлекла внимание Стеллы.

— Ого, инструмент! А ты откуда можешь знать, второгодница?

Меня покоробило. Да, я примерно на два-три года старше девочек с курса, но не до такой степени, чтобы лепить мне обидную кликуху. Хорошо хоть не «пенсионерка».

— Герр Оттович предпочитает девушек постарше и поопытнее.

Наши со Стеллой взгляды скрестились, она смерила меня взглядом, наверное, быстро прощелкала в мысленном калькуляторе стоимость моих шмоток, духов и вложений во внешность. И решала дружить:

— Неужели ректор все же грешит со студентками? Расскажешь?

— Точно не сейчас. Надо дорисовать сосиски и подписать слоган.

— Как тебя зовут, напомни?

— Лена.

— Девочки, это Лена. Вливайся.

И мы общими усилиями нарисовали флаер, перенесли на комп и даже успели пяток распечатать.

— Один точно должен попасть на глаза ректору. Лена? Это твоя задача.

— С удовольствием, — улыбнулась я, принимая флаер. — Давно собиралась напроситься на наказание, а тут будет повод.

Стелла захихикала и мы свалили в кафе при академии.

Никакого наказания я естественно не ожидала, но подразнить герра после недели безупречного поведения хотелось. Вот только получилось разозлить мутер.

— Елена! — по звенящему голосу поняла, что накосячила. — Что это?!

В руках у мутер был злополучный флаер, что предвещало грозу до самого вечера и явно указывало, что в моих вещах шарятся. Вот последнее мне не понравилось.

— А в чем проблема? Это лежало в моей сумке. Как флаер попал к вам?

Но мутер такими намеками с пути не сбить:

— Это мое дело проверять твою старательность и успеваемость. И таскать с собой порнографические картинки — не допустимо!

— Ну простите, — сделала мелкий книксен.

— Нет, Елена, сегодня ты наказана. Сейчас уйдешь в свою комнату и останешься там. Ужин тебе принесет Ганс.

Это как так?

— А покер?!

— Пропустишь. Из-за дерзости и отсутствие почтительности.

Ну зашибись!

Вечером должна была состояться моя первая игра в кругу семьи. Я две недели разбирала партии покера с Гансом, и теперь настало время попробовать всё на практике. Андрэ обещал, что вечером пригласит друга и на пятерых мы устроим дружеский турнир.

А тут здрасте-приехали, я посажена под замок!

И из-за чего! Из-за классного задания по изготовлению флаера.

Но мутер ничего слушать не хотела. И только позже я поняла почему. У мутер на этот вечер была приготовлена своя интрига и ей не хотелось, чтобы Андрэ отвлекался на меня.

* * *

— Боже, Баграт, мальчик мой! Почему ты так редко заходишь?

Как-то так начался этот вечер. Я придвинула стул к двери и приоткрыла, чтобы лучше слышать. Раз пришел Баграт, значит, не один. С кем, интересно?

— Аделаида Марковна, вы, как всегда, очаровательны! Позвольте представить вам Лилию Слободскую.

Ах, Лилечка, лахудра блондинистая. Интересно, куда Маринка запропастилась?

— Где Елена?

Я вздрогнула от голоса Андрея. Спокойный, глубокий, пробирающий до нутра…

— Она не сможет присутствовать, — елейно ответила мутер, явно желая замять мою тему, но Андрей стал настаивать.

— Заболела? Где она? Врача…

— Всё с ней в порядке, Андрэ! Просто наказана, — повысила голос мать.

Ага, ну я рассчитывала, что он сразу же придет и вызволит меня из заточения. Отшвырнула стул, прикрыла дверь, сделала скорбное выражение лица, и… Ничего. Пришлось вернуться и снова подслушать.

Гости вместе с хозяевами перешли в гостиную. Я закусила губу. Моя комната стратегически выгодно близко находилась к столовой и кухне, неудачно близко к комнате мутер и не очень выгодно к гостиной. Что-то я слышала, но разобрать в этом шуме ничего конкретного не могла.

— Перейдем в столовую, там большой стол, нам накроют чай, — доброжелательно и громко пригласила мутер, и я даже жест рукой сделала, типа «ессс!».

Хм, а пара уроков английского уже сказываются на моем произношении! Неплохо, Лена!

— Андрэ, ты куда?!

— На кухню, мам. Размести гостей, я сейчас вернусь.

Я отпрянула, выждала немного и снова приоткрыла дверь, чтобы наткнуться на сжатые губы Андрея.

— Ой…

— Тссс! — он быстро втолкнул меня внутрь, зашел сам и прикрыл дверь. — Что у вас с мутер произошло?

— Ой, — сморщилась я, сразу давая ему понять, что наказана из-за пустяка, — всё из-за вашего члена!

— Из-за моего… Что?!

— Она придралась к флаеру, который мы изготовили в академии на уроке.

— А причем тут мой член?

Страницы: «« « ... 1112131415161718 » »»