Прайс на мою студентку Невеличка Ася

Вот тогда, в какой-то неуловимый миг, чувствую дикое перенапряжение и бьюсь в конвульсиях от наслаждения, от захватившего меня торнадо, я еще чувствую, как он сзади не прекращает движение, но оно меняется, как и все вокруг меня.

Андрей укачивает меня на мягких волнах неги. Я расслабляюсь и обнимаю весь мир, счастливо смеюсь, неожиданно оторванная от земли и окунающаяся в мир интимных сексуальных запахов моего герра.

Он что-то шепчет и легко и много меня целует, укладывая на облако, прикрывая другим сверху. А я бы хотела укрыться им, пусть тяжелым и ворчливым, но таким желанным и родным.

— Спи, глупышка. Придвинься, я обниму тебя… Спи. Завтра что-нибудь придумаю.

И он придумает. Герр очень умный… И сексуальный. Он вообще идеальный, только мутер его портит. Но я тоже что-нибудь придумаю. Завтра.

* * *

Плохо помню ночь и ужасно началось утро. Проснулась одна. Тяжелая голова гудела, во рту пересохло, общая апатия перекрывала яркие впечатления вчерашнего дня и вечера.

Андрей…

Сердце пускалось вскачь при одном воспоминании о нем. Ночь я совсем не помнила и это было особенно досадно… Ох уж эта мутер!

Быстро пригладив волосы, пройдясь шариком дезодоранта и напялив академическую форму, выглянула из комнаты. В столовой тишина, значит по любому завтрак на террасе.

Сейчас его увижу. Вздохнула. Выдохнула. Но сердце все равно бешено колотилось в груди. Увижу, улыбнусь. Спокойно. Как интеллигентная девушка. Но от волнения споткнулась и чуть носом не пропорола паркет носом.

Наверно, эта заминка и стала причиной, что дальше я пробиралась медленно, аккуратно, смотря под ноги.

— …Путаешь приоритеты. Поэтому. Кто эта девчонка? Из-под какого забора ты ее вытащил? — голос мутер эмоционально вибрировал и был направлен точно не мне.

— Мутер, я уже пытался объяснить, что Лена не причастна к этому бизнесу, — услышала я раздраженный ответ Андрея.

Блин, какой же он классный!

Все планы быть сегодня интеллигентной девушкой пошли коту под хвост, потому что они не подслушивают, а вот я пристроилась с обратной стороны открытой двери и нагло грела уши.

— Ты не слышишь меня? Что ты делал в её комнате?

— Мам!..

— А я тебе скажу! Хотя зачем, говорить, если мы оба знаем, да, Андрюш?

— Мам, прекрати.

Последнее слово он почти прошипел от бешенства, если «ти» вообще можно прошипеть. Но у него получилось.

— А вчера ты сделал её шлюхой, — назидательно добила мутер. — Сначала поднял из грязи, отмыл, возвысил, а потом использовал!

— Всё было не так.

— А как?! Как? Может ты на ней еще и женишься?

Я услышала звон приборов о тарелку, грохот откинутого стула:

— Может и женюсь, — рык Андрея и его вбивающие шаги в сторону двери.

В мою сторону!

— Не смей, не смей Андрэ! На шлюхах не женятся!

Герр мрачной тучей вылетел из квартиры и почти споткнулся о меня. Быстрый взгляд, его суровое неулыбчивое лицо испугало. Что-то я не готова была к тому, что моя сказка с герром так быстро кончится.

Он наклонился, подхватил меня за локоть, поднял и потащил к лифту. И все молча.

— Ой, сумка…

Вспомнила я о ней уже в лифте, но Андрей удержал, нажал кнопку на подземный этаж, и как только кабина тронулась, резко развернул меня к себе, перехватил за талию и прижался губами к шее.

— Будет нелегко, да? — прошептал сдавлено, и не дожидаясь ответа, заткнул рот поцелуем.

И все вчерашнее счастье вернулось приятными пузырьками игристого вина, лопающимися под кожей. Я обхватила его шею и повисла вдоль сильного тела.

Герр целовался зло, даже грубо, глубоко засовывая в рот язык и пресекая любое мое поползновение. Вот мутер он бы так резко пресекал вмешательство. Но пока отрывался на мне. И уж если честно, я была совсем не против.

В машине ехали молча, с парковки он увлек меня в свой кабинет и там вручил тетрадь, ручку и пропуск в академию на день. Свой то я тоже в сумке оставила.

— После занятий зайдешь ко мне, — наставлял герр, я кивала. — Сегодня только пятница, но я уверен, что квартиру уже освободили.

Тут я тоже кивнула. Интуиция прям подсказывала, что мутер объявит мне войну. Так лучше переждать в другой квартире.

— Ладно. Я пошла?

— Иди. Нет, стой. Чёрт, Ленка…

Мы выпали еще минут на десять, безбожно сминая рубашки, тиская друг друга и захлёбываясь от нетерпения. Он оторвался от меня, продолжая теребить сосок через ткань.

— Уйди уже, мне поработать надо.

Я развернулась и тут же получила шлепок по заднице.

— Лучше беги, — захохотал герр, когда я припустила из его кабинета.

Ну, хоть настроение ему подняла.

Вечером в кабинете его не оказалось, а вредная Вера насмешливо оповестила, что в четыре его вызвали в Министерство и сегодня он уже не вернутся. Вздохнула и набрала Ганса.

Мутер, ожидаемо, встретила меня презрительным взглядом и включила игнор. Ганс предложил отужинать на кухне, практически намекнув, что в столовую мне ход закрыт. Но вернувшийся герр демонстративно вынес свою тарелку из столовой и сел рядом со мной на кухне.

Он снова был не в духе и война кажется началась не со мной, а из-за меня!

Я как Елена Троянская.

Только бы правильная сторона выиграла. Я впервые всем сердцем болела за немца!

— Сегодня сорвалось, прости.

— Ну и ладно, мне Вера сказала.

— Я позвонил, риэлтор подтвердил, что квартиру освободили. Не мог с ним поговорить, к сожалению, там какие-то проблемы, но завтра с утра сможем сами съездить и проверить.

— Я не смогу, — выдавила улыбку, — у меня по субботам пара по юриспруденции.

Он удивился. Забыл что ли?

— Ты же сам наказал нашу группу после эскиза своего члена!

— А! Прогуляешь.

— Не могу, завтра что-то вроде теста по гражданскому кодексу.

Андрей выругался, достал телефон и набрал кого-то. Этот кто-то оказался моим преподавателем по основам юриспруденции.

— Завтра у вас какой-то тест группе «Менеджмента»? Да? Сколько часов? По моей личной просьбе можешь перенести? Нет, не завтра, на любой другой день, кроме субботы. Как только в субботу? Серьезно, мое распоряжение? Тогда услуга за услугу. Ты завтра отменяешь тест, а я найду для тебя другие часы, а субботу освобожу. Договорились.

Герр расслабленно улыбнулся, отключая телефон и подмигивая мне.

— Как хорошо быть ректором! — не удержалась я от шпильки. — Хочу ввожу, хочу отменяю.

— Да, глупыш, сам в восторге. Хочу только вводить, чаще и дольше.

Я покраснела, уловив двойной смысл, а он захохотал.

— Сегодня все равно не получится, мутер будет бдить под дверью всю ночь, — остудила я его пыл.

— У меня есть план, — он наклонился над столом, инстинктивно заставляя меня наклониться к нему ближе, но прежде чем рассказать о плане, со вздохом облегчения поцеловал меня и только потом заговорил: — Сейчас после ужина пойдешь к Гансу и попросишь вчерашнее снотворное…

— Вот еще! Я не собираюсь больше глотать эту гадость!

— И не надо, главное убедить их, что ты сама добровольно выпьешь, потому что хочешь спать.

— Не получится.

— Почему? — нахмурился герр.

— Потому что Ганс всегда проверяет, проглотила ли я таблетку.

Андрей нахмурился еще сильнее, даже вилку отложил.

— И как часто они пичкают тебя таблетками?

— Каждый день.

— Ты каждый день пьешь снотворное?! Это вредно. Почему ты мне не сказала?

— Какое снотворное? Противозачаточное. Ты же сам мне его купил и велел принимать. Ну, только теперь это делает Ганс. Не принимает, само собой, а следит за моим приемом.

Герр облегченно выдохнул, явно расслабленно откидываясь на спинку стула, а я пояснила дальше:

— Просто мутер сказала, что я могу забыть прием, мало ли, а Ганс ей напоминает принимать таблетки и мне будет. Он ни разу не забыл! Но такой дотошный: каждый раз заставляет открывать рот, чтобы увериться, что проглотила.

Герр кивнул, улыбаясь непонятно чему.

— Лен, ты не можешь сделать вид, что проглотила обе, а по факту выпить одну?

Я подвисла. Обмануть Ганса? А это вообще возможно?

— Не пробовала. А зачем? Это же врач прописал, и я никогда не жульничала.

— Глупая, наивная, неиспорченная. Как ты вообще додумалась до съёма на улице?

— Ну, заработать хотела…

— На что?

— На учебу. На квартиру. И на машину. Еще. Наверное, — докончила я, видя, что с каждым словом веселю его все больше. — Что?

— Удивительно как ты с первой ночи сорвала банк. В моем лице.

— Вообще-то тогда было два лица! И я еще не знала, зачем вы меня потащили с собой. Думала маньяки. Ты сам тогда доктором назвался. И я перепугалась до колик.

Герр снова рассмеялся.

— Хорошо, моя наивность, попробуй выпросить снотворное у Ганса, он точно передаст мутер, но не смей пить его! Слышишь? Я задержу мутер на кухне, ты за это время подложи под одеяло подушки, чтобы было похоже, что спишь, а сама теми же лапками беги в мою спальню. Поняла?

— И это план? Да меня засекут!

— Не думаю. Тебя пасти будут после отбоя. А перед ним удостоверятся, что снотворное подействовало. Давай хоть ночь дадим им выспаться. Ганс с мутер все же пожилые люди, хоть одну ночь надо дать им поспать спокойно.

— А нам?

— Обойдемся без сна, я думаю, — прищурился он.

— Но знаешь… Если я все же случайно проглочу снотворное и усну на полпути в твою спальню…

— Я подберу тебя и отнесу в кроватку, не переживай, — мне показалось, что он даже облизнулся в предвкушении.

Вскоре нас прервали. Я еще успела удивиться, что так надолго нас оставили одних. Тоже план разрабатывали? Наш я начала осуществлять тут же:

— Ганс, вчера я так хорошо выспалась, можешь мне и сегодня дать ту таблетку?

— «Ту», фроляйн?

— Ну, для сна! Успокоительную не надо, я и так спокойна как удав.

Со спины донесся сдавленный смешок Андрея.

— Хорошо, фроляйн Елена. Идемте за мной в столовую. Аптечка там.

Мы удалились, оставляя мутер с герром точно по плану. Ганс оставил меня у стола с накрытым чаем для мутер. Неужели еще не пила? Понеслась проверять нас с Андрэ? О чем вообще думает эта женщина, что мы на столе на кухне замутим?..

Хо-тя-я…

— Вот таблетки, — протянул Ганс, но тут же отдернул ладонь, — но сначала, фроляйн, скажите, как было с утра ваше самочувствие? Я не успел вас проведать, вы так быстро отбыли с герром профессором.

— Что же ты вчера не интересовался моим самочувствием, когда совал эту таблетку, а Ганс? — прищурилась я.

— Потому что спокойствие фрау Швайгер важнее.

— Важнее моего здоровья?

— Самочувствия, фроляйн. В случае ухудшения здоровья мы обязательно вызвали бы врача.

— Вы очень любезны, нестерпимо даже, Ганс. Давайте таблетки. Хочу заснуть сегодня и проспать все выходные, — обозлилась я, выхватывая у него с ладони две таблетки, ловко отправляя ту, которую узнала по цвету, в рот, а вторую так и оставляя в руке.

— Воды, фроляйн?

Запила и показала ему язык. Ганс развернулся и вышел, неосмотрительно оставив меня наедине с чаем для мутер. Я быстро избавилась от снотворного, закинув таблетку в чайничек.

Вряд ли Ганс поил меня таблетками специально купленными для обезвреживания ненужных невест герра. Значит, дал снотворное мутер. Одна таблеточка перед сном ей точно не навредит. А Андрей сам сказал, ей надо спокойно поспать. Ну и пусть выспится уже.

Убедилась, что герр завел оживленный спор с мутер, втягивая в него еще и Ганса, чуть не зависла у двери, чтобы в очередной раз послушать, как герра упорно не выпускают из под мамкиного крыла. Наскоро соорудила горб на кровати, накрыла его одеялом и выскользнула из спальни, прижимая к груди пакет с вещами для сна.

— Тогда нам стоит всерьез подойти к вопросу о разъезде, — в тоне герра больше не было легкости и напускной оживленности, теперь спор принял серьезный оборот.

— Ты смерти моей хочешь? — тут же вскричала мутер и послышались сдвигаемые стулья.

Ага, приступ изобразила. Я пару раз уже видела ее театральный обморок. Артисты оперы и балета обзавидовались бы такому мастерству.

— Герр профессор, она ваша мать! Вы довели ее до приступа, — вмешался Ганс.

— Дай ей стакан воды. Я договорю, а ты выслушаешь. Если не перестанешь за меня решать с кем спать и на ком жениться, я продам эту квартиру и куплю две раздельные. Твоих сбережений и пенсий вполне хватит на поддержание такого важного для тебя статуса.

— Причем тут статус, Андрэ? Это грубое неуважение ко мне. Ты притащил девчонку с улицы, я вынужден была ее принять из-за твоего пари. Но устраивать в доме бордель я не позволю! Ты ставишь нас всех в неловкое положение. Подумай об этом. Мы все живем под одной крышей, и я вынуждена мириться с соседством непотребной девчонки.

— Потерпи немного, скоро ее здесь не будет.

— Да-да, я знаю, что еще пару месяцев, и она к счастью исчезнет из нашей жизни, но не превращай эти два месяца в ад!.. Мое сердце не выдержит…

Дальше я не слушала, зная практически наизусть весь анамнез фрау Швагер. На цыпочках вышла к прихожей и дальше побежала в спальню к Андрею.

Скоро он придет взвинченный разговором с мутер и мне придется поднять ему настроение.

Облизнулась, мысленно представляя, как я буду его поднимать. Успела принять душ и переодеться, только тогда вошел герр.

— Прости, задержался. Пришлось с мутер выпить по чашке чая.

У меня упало сердце:

— Какого чая?

Андрей устало потер глаза:

— Какого-то очередного китайского… Что-то голова… сильно… кружится.

Я подхватила своего профессора и в два шага довела до постели.

— Я немного полежу и мы с тобой…

— Да-да, — уныло подтвердила я, зная что он со мной уже ничего не сделает. Просто не успеет.

Стянула с него ботинки, расстегнула рубашку, не удержалась и поцеловала красивое, прокаченное тело. Когда он успевает качать и мозги и тело? Я что-то не заметила, что у него есть свободное время. Спустила с него брюки, залюбовавшись внушительным и сейчас спокойным членом. Нежная такая змейка. Погладила, улыбнувшись сонному стону герра. Как смогла стащила с него одежду, накрыла одеялом, выключила везде свет и забралась под теплый бок.

Мда… Что-то свидания дома у нас не получаются. Может предложить ему застревать в лифте каждый раз по пути в академию и обратно?

Я погладила храпящего немца по щеке, повернула ему голову набок и прижалась к телу, обнимая руками и ногами. Засыпала счастливая вторую ночь подряд.

Глава 19. Неожиданные обстоятельства

Проснулся от запаха цветущих апельсинов посреди луга распустившегося клевера. Две такие несовместимые грани… Луг и апельсины. А еще мягкая свежесть мяты.

И мое необъяснимо взбудораженное состояние от запаха. К нему я потянулся, его я обхватил, в него я окунулся. От тихого ответного вздоха окончательно проснулся, встал и окреп. Внизу.

Ленка.

Рядом.

Со мной.

Значит, план все же сработал. Правда, не до конца, почему то. Сейчас закончим.

— Лена, — протянул я, тут же скривившись от собственного запаха. — Чёрт… Я в душ. Никуда не уходи.

Она полусонно кивнула, переворачиваясь на живот и являя мне аппетитную попку. Да это издевательство!

Наклонился, куснул и тут же зализал заворчавшую Ленку.

— Спи, — проскрипел охрипшим голосом: — Я быстро.

Так скоро душ, бритьё и чистку зубов я еще не завершал. Влетел, боясь, что очередное стечение обстоятельств обнаружит в постели мою награду и изолирует. А я хотел, до скрипа зубов хотел её получить.

Набросился как голодный, спешно оглаживая оголенную попку, заныривая руками под задравшуюся сорочку, со стоном сжимая нежную грудь с дразнящими сосочками.

Приподнимаю Ленкину попу, сходя с ума от мягкости, уступчивости. Балдею от вида сверху. Мне нравятся её растрёпанные волосы на подушке, руки, сжимающие простынь, выгнутая спина с сексуальным желобком, торчащая попа… С двумя самыми умопомрачительными ямочками сверху.

Хочу ее. Всю. Сразу.

Не заморачивался с одеждой после душа, скинул полотенце с бедер и, доведя себя до исступления, развел ягодицы, скользнул между ними напряженным членом, сжал его с двух сторон, и мне не хватает только гуттаперчивости, чтобы еще наклониться и вылизать её сладкую попку.

Ленка постанывает и шире разводит ноги, раскрываясь, предлагая себя. А я беру. Беру сначала пальцами, погружая их в горячую сочащуюся плоть, вытягивая ароматные прозрачные нити, наношу их между ягодиц, чтобы смазкой смягчить свое нетерпеливое скольжение.

Мне приятно, что она хочет меня внутрь, что она готова, но я знаю, что по утрам могу вбиваться до посинения и не кончить, поэтому удлиняю прелюдию, самого себя подталкивая к точке закипания.

А вот ей можно не терпеть, ей я хочу подарить тысячу оргазмов.

Кружу пальцами вокруг клитора и ныряю в щелку за шелковыми нитями. Вытягиваю их, часть наматываю на чувствительные припухшие складки, часть снова распределяю по члену, не забывая сдавить его ягодицами моей глупышки.

А ведь еще могу перевернуть ее… Точно также обхватить член грудью и смотреть в её лицо сверху, каждый раз вкатывая кончиком Ленке в губы.

От представленной картины повело. Вряд ли мне много потребуется времени, чтобы кончить. Я пальцами чувствую, как Ленка судорожно обхватывает их внутренними мышцами, хочу почувствовать это членом, хочу двигаться в ней. Отпускаю попку и растягиваю Ленку перенапряженным членом, одновременно с ней протяжно реву.

Кайф. Нереальный. Осязаемый.

В голове полное помутнение от желания и в то же время кристально чистая осознанность, почему и с кем я здесь. Вбиваюсь в ее тело под издаваемые Ленкой охи под каждый удар, ловлю собственные ощущения, близкие к когда-то испытываемому, но теперь забытому чувству первой влюбленности. Давным-давно, когда я дрочил на нравившуюся мне девушку, но так и не смог получить её.

Мутер. Всегда между мной и моими желаниями стояла мутер. Она знала лучше, что мне подходит и что я должен желать. Только я как второй шанс вдруг получил Ленку. Как подарок. Как компенсацию того, что потерял, так и не испытав.

Я чувствую концом её спазмы, очень хочу кончить вместе с моим чудом, чтобы одновременно хапнуть счастье на двоих. Раздвигаю мелко подрагивающие ягодицы и углубляю палец в попку. Лена дёргается и замирает, но недолго, под моими толчками забывает о тесноте в попе и снова охает от толчков, усиливая сжатие мышц. Я теперь их силу чувствую еще и пальцем. И это охренительно.

Знаю, что она уже готова, почти-почти. Двигаю пальцем глубже и надавливаю на внутреннюю стенку, за которой поршнем ходит мой член. Вот теперь и себя могу сдавить внутри нее, чтобы не пропустить приход.

Толчки даются тяжелее, Ленка сдавливает член стенками, а я упрощаю задачу пальцем через задний проход.

Слишком тесно, слишком туго, слишком, мать его…

Её крик и освобождающие от напряжения судороги.

Мой взрыв и прокатывающая по телу волна удара.

Мир вокруг уничтожен. Мы два эпицентра. И я точно нанесу это место на карту, чтобы бомбить его постоянно. Точечно и развратно. Как сейчас.

— Лена…

Выдыхаю протяжно, даже не зная, что добавить.

Я люблю тебя?..

Нет. Бред. Это просто секс, так ведь?

* * *

На завтрак пришла мутер, хотя традиция завтракать на террасе должна была прекратиться с момента переезда Елены в её половину.

— Что? — спросил я на ее немой укор, хотя мог бы и не спрашивать.

Она несколько раз внятно дала понять, что не потерпит разврата под одной крышей. Но я планировал уже сегодня разделить этих двух женщин под разные крыши.

Завтрак прошел в неловком молчании, а потом я распорядился Гансу собрать все вещи Елены. На очередной немой вопрос мутер ничего не ответил, желая побыстрей прекратить затянувшееся утро.

— Поехали.

Выдернул Лену из-за стола, проявил какое только можно неуважение к мутер, и увел её к авто.

— Фух.

Услышал я Ленкин вздох облегчения, испытывая нечто подобное. Странно, раньше совместное проживание с матерью как-то не напрягало. Оно не было угнетающим, скорее удобным. Она всегда рядом, если возникали проблемы со здоровьем, я моментально вызывал врача, оплачивал обследование и лечение. Ежегодные выезды на отдых к морю, санатории три раза в год.

Мне искренне казалось, что у нас сложился на удивление лаконичный альянс. Я совершенно не думал о быте. Вся забота о чистоте, коммуналке, полноценном питании лежала на мутер. Хотя, больше все же на Гансе, но тот настолько был предан мутер, что они действовали всегда сообща.

Вся моя жизнь была очищена от необходимости решать чьи-то проблемы, кроме своих. Я стремился к карьере, достигал одну цель за другой и все это в комфортных условиях уюта, обеспеченности и поддержки.

Я не знал, что у такой заботы есть другая сторона.

— Мы приехали, — припарковался я возле обычной многоэтажки, удачно расположенной между моим домом и пока моей академией.

— Ты не в настроении? — робко спросила Лена, и я только обратил внимание, что она всю дорогу сидела притихшей.

— Не обращай внимания. Мутер подуется и успокоится.

— Ты оставишь меня здесь? Одну?

Я посмотрел на окна квартиры, потом на Лену. Какой интересно ответ она ждет? Я и сам не знаю как часто смогу навещать ее. До корпоратива — довольно часто. А дальше…

— Разве ты не хотела собственную квартиру? Это же та самая ставка, которую ты получишь за удачно сыгранную партию.

— Ну да… Просто я думала…

— Что?

— Ну… Что ты поживешь со мной, — нерешительно закончила она.

Хм… Эта мысль мне в голову как-то не приходила. Более того, я не настолько уверен в хозяйственности Лены, как доверяю мутер. Та знает меня и мои потребности до мелочей. А Лена?

Взвалит на меня проблемы по дому, потом вообще станет придатком к сексу, который однажды перестанет быть мне так интересен, как сейчас. И, положа руку на сердце, вот поэтому я живу с мамой — мне с ней удобно. Было. Пока между нами не встала Лена.

Ох, черт!

— Пойдем посмотрим, что там осталось и совершим набег на гипермаркет. Что-то мне подсказывает, что придется покупать довольно много бытовых мелочей.

Лена вышла из машины и покорно поплелась за мной. Что-то ее не радовала перспектива отдельного проживания и глобального шопинга. Помню, Марина прыгала от радости и вешалась мне на шею.

Ладно, себе могу признаться, что сейчас нахожусь слегка в неадекватном состоянии, когда мне же легче, чтобы Ленка всегда была под боком, а мутер не вмешивалась в наши отношения. Но разумная часть меня предостерегала от опрометчивых обещаний и заявлений.

Я знаю женщин! Им ничего нельзя обещать, они моментально просекают слабость, залезают под кожу и связывают по рукам и ногам обязательствами. Тогда прощай карьера, планы уехать в Германию, международные гранты…

Нет. К подобному я не готов. Ленка моя слабость. Сейчас. Но впереди два месяца, чтобы снять агрессивную похоть. И всё пройдет. Всё пройдет.

— Ой, а как я здесь жить то буду?

Страницы: «« « ... 1415161718192021 » »»