Купленная помощница для президента Свободина Виктория
– Ну отправляйся, тогда, только давай там больше без всяких нервов и сырости.
Душевно поблагодарила дядю Толю. Стало гораздо легче. Не столько от того, что за мной осталась работа, а потому что дядя Толя поверил мне и в меня.
Утерла слезы и сопли, пошла дальше готовиться к отъезду. Надо все очень хорошо обдумать и искать дополнительный заработок, никак не зависящий от других. Все равно не хочу подводить дядю Толю своим положением, ему нужен полноценный руководитель в строю, а не я.
Буквально через пару часов, словно что-то такое почувствовав, мне звонит Захар. В моем нынешнем моральном состоянии, полном противоречий, я не сбрасываю вызов, отвечаю.
Котов начинает разговор, говорим так, как будто ничего фатального между нами не произошло. Он не спрашивает ничего про Баринова, я про его нынешнее положение. Все-таки за годы общения мы научились хорошо понимать друг друга и деликатно обходить больные темы. Рассказала о том, что нашла новую работу, переезжаю жить в другой город, но какой не упомянула, как и характер работы, где и кем.
Кажется, Захар расстроился. Предложил увидеться, посидеть вместе напоследок.
Какой-то своей внутренней интуицией ощущаю, что скорее всего с Захаром мы в живую больше не увидимся, это последняя возможность. Нужна ли она мне?
– Где ты хочешь встретиться? – уточняю я.
– У тебя в гостях я уже был, давай ко мне, хоть раз дом мой, наконец, посмотришь, такси я тебе вызову.
– Хорошо, только предупреждаю – замуж меня больше не зови, а то я и так в последнее время вся на нервах, охраны со мной больше нет, так что никто не остановит меня от нанесения тебе тяжелых увечий по голове. К тому же при мне будут перцовый баллончик и электрошокер. Понимаешь опасность, да?
– Ну, конечно, сразу не убьешь, так проклятие наложишь, ты же та еще ведьмочка. Все, я вызываю такси.
Сбросила вызов. Может, и не стоит ехать, но чувствую, что надо. Не хочу уезжать, нормально не попрощавшись и не поставив с Котовым окончательную точку.
Уже через час я у дома Кота. Захар встречает меня у ворот. Рассматриваю забор, затем сам участок, дом. Котов никогда не просил у меня дизайн-проект, не обращался в нашу контору и даже совета никакого не спрашивал. Видно, что сделал все по своему вкусу, и вкус у него определенно есть, но совсем другой, не схожий с моим или вкусом моего почившего любимого шефа. Здесь я как дома себя не ощущаю. И сразу не к месту вспомнила Баринов с моим идеальным домом мечты. Сердце сжалось, стало очень грустно, но всю печаль я старательно от себя гоню.
После экскурсии по дому и учасстку, садимся с Котовым пить чай. Поначалу разговор не очень идет, осторожно обходим острые темы. Как бы я не старалась, но поддерживать настрой на хорошем уровне не выходит. Захар признается, что уже нашел себе временную работу в новой для себя в сфере, обдумывает какой-то новый бизнес. Что-то еще говорит, а я толком и не слушаю, задумчиво смотрю в окно. Хотела отвлечься, но мысли так все время и возвращаются к ребенку и Баринову.
Захар что-то бодро говорит, но вдруг обрывает себя на полуслове.
– Ника.
– М-м?
– Может, все-таки останешься? Не знаю, что у вас там с Бариновым случилось, и почему ты вдруг так резко уволилась и уезжаешь, но… оставайся. Переезжай ко мне.
Горько усмехнулась.
– Знаешь, Захар, все нужно делать вовремя. Может, года три-четыре назад, я бы и согласилась. Ты всегда мне нравился, и как друг и даже больше, но сейчас есть обстоятельства непреодолимой силы и я…
Не дав мне договорить, Захар резко двигается ко мне и порывисто, с силой обнимает, прижимая к своей груди.
– Ты только моя, слышишь?
– Ты знаешь, я не могу с тобой остаться, прости.
Закрываю глаза, чтобы не выдать бушующие внутри меня эмоции. Как все запуталось. Я сама загнала себя в ловушку.
– Ника, скажи честно. Ты беременна?
Как он понял?
– С чего ты так решил?
– Ник, у меня три младших сестры. Я до сих пор помню все мамины беременности, У меня полно любимых племяшек и племянников. Личная жизнь у сестер не очень удалась, браки были ранние, скорые, папы там долго не задерживались, так что я давно ощущаю себя главой большой многодетной семьи, а беременных уже за версту чую. Постепенно меняется взгляд, походка. А когда этот особенный взгляд еще и такой грустный, значит с папой ребенка что-то не так. Ты сегодня пришла, а у меня чувство, как будто ко мне в очередной раз пришла “сдаваться”. Тебе нужны деньги? Помощь? Только скажи.
Глубоко вдохнула и выдохнула.
– Ничего не нужно, спасибо. Знаешь, я, наверное, поеду уже. Надо вещи собирать, кое-что подкупить. Все будет хорошо. И у тебя, и у меня. Я в этом уверена.
Захар размыкает кольцо рук.
– Ты не будешь ему говорить о беременности?
– Нет, и ты, пожалуйста, не говори.
– Да вот еще. Но почему ты не хочешь ему говорить? Обидел чем-то? Поэтому уезжаешь?
– Мы расстались, в отношениях он не заинтересован. Я боюсь, что если узнает, просто отнимет ребенка, у него для этого есть все возможности.
Решила не говорить Котову, что опасаюсь не только этого, но и того, что если вдруг слова Альбины про особенности психики Баринова окажутся правдой, под угрозой может оказаться наши с ребенком жизни.
– Но он все равно может рано или поздно узнать.
– Буду решать проблемы по мере их поступления.
Эм, еще я Захару, пожалуй, не буду говорить, что в случае проблем с Бариновым, скажу, что ребенок от Котова. Марат же уверен, что я в начале плотного общения с ним, еще и Захаром “пообщалась”. Сейчас, я, конечно, очень рада, что тогда, в тот день, когда Кот приезжал ко мне на чай, все-таки не поддалась на его уговоры и способы снять стресс. Мне кажется, я уже тогда была Маратом очарована. Сейчас зато сохранила себе кучу нервных клеток. Не нужно переживать еще по поводу того, а кто же отец, вот это был бы верх глупости и неловкости.
Перед тем как уехать, выбран удобный момент, положила на стол коробочку с кольцом, которое Захар так хотел недавно, чтобы я надела. Не злюсь не него, не обижаюсь, в какой-то степени даже понимаю. Он несет ответственность за большую семью, от него зависят мать, сестры с детьми. Он, может, и хотел бы позволить себе жить иначе, но просто не может.
Глава 37
Последнюю важную вещь, какую сделала перед отъездом – переговорила с Юлей-Шарлоттой. Она, кстати, не расстроилась из-за той облавы в клубе. Новость, что в день ее праздника по поводу клипа ворвалась полиция, положив большое количество бомонда лицом в пол, облетела все новостные каналы и дало клипу и самой Шарлотте новую волну популярности и приток свежих подписчиков. Все кинулись смотреть, что же за клип такой скандальный и опасный. Юля покрутила пальцем у виска, когда узнала, что с момента ухода из клуба я ни разу не заглянула в свои сети, а там, оказывается, у меня тоже ого-го какая волна популярности новая.
Я, конечно, никогда особо юлиной профессией не интересовалась, но тут внимательно все расспросила, как и что. В моей ситуации надо искать любые источники дохода, и раз уж у аккаунтов моих есть популярность и подписчики, надо попробовать этим воспользоваться. Нужны любые деньги для нашего с ребенком спокойствия и стабильного будущего. Юля охотно со мной поделилась секретами профессии и подсказала векторы для развития, за что ей огромное спасибо. Мы в этот же день придумали и сделали и ей и мне много совместного “контента” на будущее.
И вот, настал день отъезда. Волнительно, и несмотря ни на что радостно. Такие жизненные изменения мне нравятся. Самолет оплачивает работа, летим вместе с замом. Владимир еще в аэропорту за чашкой чая признался мне, что дядя Толя ему все рассказал про мое особое положение.
– Родня, конечно, сильно расстроилась из-за этой новости, – со смехом признался Владимир.
– Э-э, твоя родня?
– Ну да.
– Почему?
– А все на дне рождении дяди успели нас поженить и уже мечтали о пополнении в семье в виде новых маленьких рыжих родственников. Дядя Толя еще тебя всем очень нахваливал.
Надо же как бывает. Внимательно оглядела зама. Да, дети бы могли у нас хорошие родиться, но… мне вообще это неважно. Украдкой приложила руку к животу. Своего человечка я уже люблю любым. Однако если у ребенка будут шикарные, очень говорящие бровки, это, конечно, порадует мою душу. Правда, не знаю, как тогда я ему смогу хоть в чем-то отказывать. Один грустный изгиб бровей, и отдам любую конфету.
Оказавшись на месте, ни о чем не жалею. Компания не просто арендовала квартиру. Тут целый поселок для сотрудников филиала. Оплачивают проживание не всем, но цена аренды для сотрудников значительно ниже, чем в городе, а до работы всего минут семь пешком по набережной. Ну разве не красота?
Квартира мне досталась небольшая, но, больше той, где я жила раньше, что самое шикарное – с небольшим балкончиком и видом на море! Радость ощутила просто непередаваемую.
А первый день даже вещи не разбирала, кинула на пол, переоделась быстро и ушла гулять, купаться и знакомиться с новым для себя городом. Для себя решила, что очень постараюсь продержаться в рабочем состоянии как можно дольше. Не хочу потерять эту работу. Пока гуляю, попутно "делаю контент". Фотографа у меня нет, людей, которые придумывали бы текст, нет, все сама, и вроде ничего так выходит. При этом если делаю фото или видео, стараюсь, чтобы было неясно, в каком именно городе я нахожусь. Не хочу, чтобы о моем местоположении знали как подписчики, так и любые возможно заинтересованные моей судьбой личности.
На следующий день я с энтузиазмом взялась за работу. Была в тихом восторге, когда узнала, что у меня есть две личных помощницы и секретарь. Правда, скоро мне стало не до восторгов. Много новых обязанностей, без соответствующего опыта, это такое себе. Дни в работе полетели один за другим. Домой приходила поздно вечером, но вместо того чтобы идти спать… шла на пляж, купаться, и опять делать контент. А все потому что я понимаю, насколько мало у меня остается времени в "рабочем" состоянии.
В какой-то момент я все-таки засветила локацию, в которой нахожусь. Кто-то из подписчиков признал город на фото по одному торчащему далеко на фоне неба шпилю. Понеслась волна обсуждений, что я делаю в этом городе. А потом со мной даже связалась самая известная в этом городе блогер, предложила вместе поработать, сделать несколько совместных рекламных роликов для ее сети отелей, предложила очень хорошую оплату. Я согласилась и ни капли не пожалела, найдя в лице Лизе новую, чудесную подругу.
Оглянувшись спустя месяц, на себя, могу только пожать себе руку. Филиал быстрыми темпами развивается, личный блог стал приносить деньги, причем быстро и неожиданно очень хорошие. Если бы я раньше знала, что будет так хорошо, то может, и раньше бы этим делом занялась, но тут, конечно, очень помог клип Шарлотты в раскрутке.
Что самое приятное, в этом городе я совсем не чувствую себя одинокой, если не работаю. Постоянно сидим где-то с коллегами. Чаще всего, конечно, встречаюсь с замом, и Лизой, а бывает и вчетвером сидим – она с мужем, оставив детей армии аниматоров, и я с замом. Лиза, то и дело подбивает нас с замом на совместные фото, в отеле и окрестностях, потому что ее подписчики в восторге от "рыжей парочки". Постепенно и в моем блоге заместитель мелькает все чаще и чаще. Что удивительно, у меня в подругаз появилось еще и несколько бабушек – подружек и работниц Лизы. Работу Лиза бабушкам придумала просто лучшую – жить в отеле, бесплатно пользоваться всеми его услугами и создавать позитивную атмосферу, общаясь с постояльцами, чтобы никто не чувствовал себя одиноко на отдыхе, и при необходимости составляли компанию, дружили с постояльцами. И, надо сказать, это окупается, из года в год постояльцы возвращаются именно в ее отель, не только за отдыхом, но и за атмосферой и компанией, а если не успевают забронировать место в популярном отеле, едут исключительно в отели только этой сети.
А еще спустя пару недель в город вместе с семьей на отдых приезжает Таня. По ее признанию, насмотрелась роликов с моим участием, с шикарными пейзажами, очень вкусной на вид кухней, обещаниями супер чудесных омолаживающих процедур, о том, как тут великолепно занимают детей, так, что родители видят их счатливые загорелые мордашки только к ночи, и, собственно, вот она здесь, причем надолго, потому что нормального отдыха у нее не было уже давно.
Лиза, познакомившись с Таней, узнав ее потребности, записала на специальную диетическо-оздоравливающую программу. Таню я перестала узнавать уже спустя неделю. Из бледного, измотанного человека с кругами под глазами, она стала походить на себя прежнюю. Заблестели глаза, загорела, фигура стала очерчиваться, даже овал лица изменился, хотя может, это просто само выражение лица улучшилось, ведь там чаще стала появляться улыбка.
А еще спустя неделю в городок нагрянула звезда, известный блогер и певица Шарлотта. Да-да, тоже роликов моих насмотрелась. Приехала с неожиданными новостями. Она выходит замуж, свадьбу хочет справлять тут, в отеле, а еще она беременна.
Таня, уже зная, про мою беременность, узнав про положение Юли, долго хохотала. Предложила сделать новый, совместный, профильный "беременный" блог, который потом должен будет переквалифицироваться в детский. Но тут я отказалась. Беременность, во всяком случае от подписчиков, до сих пор скрываю, получается хорошо, пока никто ничего не заметил.
Пришлось, конечно, устроить с девчонками серьезный разговор по душам.
– Так отец все-таки Баринов?
– Угу.
– Так чего ты не скажешь ему ничего?! Это же какие огромные деньги на алименты ты сможешь получить! – возмущается Юля. – Пусть несет ответственность. Дети не одним человеком делаются, ответственность на двоих лежит. А ты тащишь все на себе. Ты ведь только после беременности блогом заинтересовалась, думаешь, я не понимаю?
Объяснила про свои страхи, опасения, не уточняя про странную историю с бывшей девушкой и слова сестры.
– Да не будет он так делать, он почти медийная личность. Не нужны ему скандалы и потеря репутации, – отмечает Юля.
Пожимаю плечами. Скандала не будет, если мама ребенка вдруг “случайно” упадет с моста, разбив себе голову. Я, конечно, до сих пор не верю, что Марат на такое способен, но гормоны что ли, дают о себе знать. Становлюсь сверхосторожной наседкой.
– А ты сама как умудрилась забеременеть? – переводит Таня стрелки с меня на Юлю. – Ты же всегда говорила, что дети и семья не для тебя, только карьера и счастливая богатая жизнь в него.
– Случайно. Точнее, ну как случайно. Амир, же, гад такой, несмотря на то что мы снова сошлись, если на сторону не смотрел, то нет-нет, да поглядывал. Косится на других баб и все тут. Хотела уже снова бросать. Но в день премьеры клипа, после той облавы, его как подменили. Словно что-то осознал. Его тогда хотели тоже с каким-то особым пристрастием обыскивать, а я как начала орать, скандал такой устроила, проблемы, правда из-за этого были, но Амир вдруг перестал по сторонам смотреть, заговорил о семье, что хочет совместных детей, свадьбу. Я его с этими предложениями куда подальше отправила, у меня работа, фигура, да и в исправление бабников верить такое себе. Он вроде понял, но через месяц новость – “случайно” забеременела. Здесь уж я дрогнула. Согласилась на свадьбу. Не знаю, что из этого выйдет.
– Я думаю, что все будет хорошо, – ободряюще сжимаю руку Юли.
– А ребенка, как родишь, на нянек сразу кинешь, а сама бегом в спортзал небось? – кисло спрашивает Таня.
– Не, не побегу, форму, конечно, постараюсь держать. Но хочу почувствовать себя мамой. Знаешь, Тань, я ведь тебе всегда завидовала. Ты, вон, свою самую большую любовь быстро нашла, вместе огонь и воду прошли, бизнес успешный, дом – полная чаша, все получается. Мне кажется, самая успешная из нас, потому что успела во всех сферах реализоваться. А про то что детей не хочу, я специально говорила, чтобы ты не думала, что я завидую.
От такой информации у Тани отвисла челюсть. Она-то Юле вовсю завидовала и ее красивой, независимой жизни. За кашляем скрываю приступ смеха.
– Да ну ты что! Это я тебе завидовала, какая ты красивая, тоненькая, супер-успешная, в лучах мужского внимания.
– Такое себе мужское внимание. Как с постель, так это побежали, а как что-то серьезное, так это с кем-то другим.
Таня с Юлей порывисто обнялись. Смотрю на них, смеюсь. Спорят, кто из них более успешная, но наоборот, каждая доказывает, что другая лучше.
– Да хватит вам уже, вы обе очень успешные, это я одна “не удалась” и не соответствую.
Подруги возмущенно на меня посмотрели.
– Ника! Ты что?! Ты очень успешная! Руководитель крупной компании, умная, красивая, талантливая, популярный блогер, скоро у тебя появиться маленькое счастье, и даже отец не нужен, настолько ты успешная и самостоятельная. И мы всегда рядом, поддержим, поможем. Ты бы к заму вообще своему присмотрелась, как будто опять не замечаешь, как он на тебя смотрит. Еще немного, и на всех потенциальных ухажеров как Захар по темным углам рычать начнет. Иди к нам!
Подруги протягивают ко мне руки, предлагая присоединится к дружеским обнимашкам. Я расстрогалась. Наверное, тоже все гормоны шалят. Только что смеялась, а сейчас слезы на глаза наворачиваются. Наш беременный коллектив дружно счастливо плачет, а когда эмоции немного уляглись, Таня довольным голосом сообщает:
– Я тут с мужем поговорила и мы решили, что ничем не хуже твоей компании, Ник. Тоже откроем тут филиал. Разнообразим и расширим ассортимент. Питомник с экзотическими растениями. Чтобы заказы были не только для наших широт. Так что, буду часто к тебе сюда приезжать.
– А я тут домик уговариваю Амира купить, – вставляет Юля. – Уж очень хорошая у Лизы программа для отдыха и поддержания красоты. Да и вообще город понравился.
Хмыкаю. Надо же как. Вроде пути разошлись после учебы, но стоило переехать в другой город, что казалось бы означало еще больший разрыв в общении, но нет, только плотнее стали дружить и чаще видеться.
– Девочки, кстати. Мои подписчики пересмотрели старых записей на волне популярности клипа, и теперь требуют новый в той же тематике. Чтобы там была дриада, ведьма, и фея. Пока у нас еще животы не выпирают сильно, может организуем?
– Легко!
Глава 38
В целом, я успокоилась. Моя жизнь после того, как узнала о беременности не стала хуже, скорее наоборот, активизиров ради будущего ребенка все свои силы я чувствую, что вышла на принципиально новый для себя уровень, и выкарабкаюсь, если что, в любой ситуации.
О Марате даже почти не думаю. Только если иногда позволяю себе, по ночам, если не спиться. Сегодня узнала, что у нас будет мальчик. Сейчас такие продвинутые технологии, что я практически увидела мимику ребенка, и там уже личико на уровне бровей так интересно и артистично то хмурилось, то как будто удивлялось, зачем его беспокоят.
От умиления и восторга, видимо, стала рассеянной, иначе объяснить не могу, почему совершила непоправимое – на одной из фотографий, которую выкладывала для блога, не заметила и не подретушировала свое отражение в оконном стекла с характерно выпирающим животиком. Там и отражение-то такое особо неясное, но как всегда подписчики способны разглядеть самые незначительные казалось бы, детали, да и додумать. Понеслась волна обсуждений, про мою возможную беременность. Стали обсуждать от кого. Главный фаворит на отцовство – мой рыжий зам, часто мелькающий в блоге, но предполагали и других, вплоть до самых невероятных вариантов в лице Альберта Филипповича. Упоминали и Марата.
Фотографию удалила. Опровержение написала, пошутив, что немного переела накануне. Не думаю, что Баринов следит за моими соцсетями, так что ничего страшного, я надеюсь, не произошло.
Следующие несколько дней живу, как на иголках, постоянно настороже, оглядываюсь то и дело, предчувствуя нехорошее, и когда как-то вечером раздался звонок в дверь, то прошел этот звук буквально по всей моей нервной системе.
Но в дверной глазок я не увидела Баринова. Там стояли двое хмурых мужчин, в этот же глазок показавших мне свои удостоверения сотрудников органов.
Открыв и пустив мужчин к себе на разговор, узнала ошеломляющую информацию. Меня заказали киллеру. Причем с особой жестокостью связанной с… моим ребенком. Закружилась голова, в глазах потемнело. Сотрудникам пришлось сначала приводить меня в чувство, и потом продолжать разговор. Когда потенциальный киллер узнал, что будущая жертва беременна, сам сразу связался с соответствующими органами. Благо, и не киллер вовсе, но увидев такой заказ в интернете, не прошел мимо. Сотрудники при помощи “киллера” попытались выяснить, кто заказчик, но пока не выходит. Мне предложили инсценировать мою смерть, чтобы киллер мог предъявить при личной встрече затребованные заказчиком кровавые доказательства моей и ребенка смерти. И там бы заказчика уже взяли с поличным.
Закрыла лицо руками. Опять становится плохо и темнеет в глазах. Но тщательно стараюсь держать себя в руках, чтобы не навредить ребенку. Неужели это Марат так со мной? За что? Соглашаюсь на все предлагают сотрудники органов. Мне кажется, во мне умерла часть души.
Меня попросили о разговоре не распространяться вообще никому, ведь заказчиком может быть кто угодно, а в выходные, я и вовсе "пропала". Уехала в безопасное место, где мне провели мою самую странную в жизни фотосессию, отключила телефон и осталось только ждать.
К вечеру второго выходного дня мне разрешили вернуться домой, успокоили, что все теперь хорошо, заказчик пойман, будут отрабатывать.
С замиранием сердца спросила кто же это.
Когда мне назвали имя, у меня отвисла челюсть. Как? Зачем? Почему? Пытаюсь выяснить у сотрудников, но они немногословны, сказали, будут выяснять.
Испытала горечь, но вместе с тем огромное облегчение.
Это не Марат. Мне кажется, будь это он, такого удара я бы точно не выдержала. До последнего надеялась, что это не отец моего ребенка и, к счастью, ожидания оправдались. Но то, что меня заказала убить с особой жестокостью его родная сестра все равно очень пугает. Надеюсь, ее не выпустят досрочно из-за отсутствия достаточных улик? Не зря же в конце концов, меня всю красной краской облили и несколько часов гримировали.
Когда включаю телефон, вижу множество пропущенных звонков и сообщений от обеспокоенных друзей и коллег. Стоило всего-то на выходные пропасть.
Листая список сообщений о пропущенных вызовах, резко останавливаюсь на одном из номеров. Марат тоже звонил?!
Ой, и сейчас вот, звонит. Телефон завибрировал в руке. Смотрю на экран и чувства в раздрае. Паника, понимаю, что вопросы у него ко мне, наверное, будут. Гордость, что не надо отвечать. Желание. Все равно очень хочу ответь. Руки прям дрожат, как хочется. Все это время. несмотря ни на что, просто дико скучала, хочется голос услышать, эти бархатные пробирающие до мурашек нотки.
Зажмурилась. Это прямо борьба сама с собой.
Телефон упорно и долго звонит. Ответила. Себя успокоила тем, что это не слабость, а мне же надо узнать, что вообще нужно Марату, и пусть прольет свет на ее поведение.
– Алло, – стараюсь спокойно, без дрожи в голосе, произнести я, а у самой прям коленки трясутся.
А на том конце неожиданно молчание.
– Алло?
– Ты даже представить себе не можешь, какое облегчение сейчас испытываю. Думал, удар хватит или с ума сойду. У тебя все хорошо? – произносит странную речь Марат. Действительно о-очень странное начало общения после долгого перерыва.
– Ну… относительно. В целом ничего, если не считать, что меня хотели убить.
– Мне буквально полчаса назад сообщили, что мою сестру арестовали за то что она заказала твое убийство с особой жестокостью. Детали отказались говорить, чтобы я не делал. Тебе было не дозвониться. У тебя точно все хорошо? Было покушение? Ты не ранена?
– Нет, все хорошо. О ее планах узнали заранее.
– Я рад. Очень. Ты сейчас дома?
– Эм, нет. А что?
– Я хотел бы увидеться.
– Это ни к чему.
– Хорошо, я понял. Будь аккуратнее, пожалуйста.
Марат резко сбросил вызов. Нормально вообще? То он видите ли переживал, то сразу вызов сбрасывает. Они с сестрой на пару с прибабахом, похоже.
Присела на ближайшую скамейку, а то ноги совсем не держат. Нет, домой сразу не поеду, надо проветриться.
Отзвонилась друзьям-коллегам, успокоила, что у меня все хорошо, просто на экскурсию в горы на выходные уехала, забыв зарядку от телефона. Да, вот такая я странненькая беременная, которой дома не сидиться, в горы без связи зачем-то тянет. Вообще удивительно, но здесь я вообще почти перестала быть одна. Либо на работе, либо обязательно в компании с кем-то отдыхаю или что-то творю.
Заехала в итоге в кафе, более-менее утешила себя мороженым, потом еще в торговый центр зашла, порадовав себя покупкой парой забавных малышовых игрушек и милейшими пинетками. Потом еще по набережной долго гуляла, смотрела закат на море, на веселых туристов. Настроение значительно поднялось. Главное, живы с малышом, а наша недоброжелательница теперь под присмотром.
Неспешно, уже в потемках, по набережной подхожу к дому, взгляд падает на вход… роняю пакет из магазина.
У подъезда стоит Баринов собственной персоной. Наши взгляды встретились, и он тут же решительно двинулся мне навстречу.
Запаниковала. А вдруг он на самом деле с сестрой заодно? А вдруг он тоже заказчик, только лично не приезжал? А вдруг… Зачем он вообще приехал?
Спешно достаю из сумочки перцовый баллончик и наставляю на Марата.
– Не подходи. Держись на расстоянии.
Баринов остановился в паре шагов от меня. Раньше меня смешила его паранойя с усиленной охраной, а сейчас и сама такой стала.
– Ника, я тебя не обижу. Я прилетел, чтобы поговорить.
– По телефону нельзя было?
– Хотел увидеть тебя.
Марат поднимает руки, словно сдается.
– Ника, я не собираюсь тебя никак обижать, клянусь. Я приехал, чтобы извиниться. Мы можем поговорить?
– О чем?
– Обо всем. Понимаю, что ты обижена, но… ты беременна. Так?
– Если ты об этом хотел поговорить, то тут вообще не о чем разговаривать. Это не твой ребенок. Уходи.
Баринов неожиданно улыбнулся.
– Мне не важно, чей ребенок. Он все равно будет нашим.
Марат делает один осторожный шаг навстречу.
– Можно тебя обнять? Я очень скучал. И полный, просто невозможный дурак.
– Нельзя, – ворчливым тоном отвечаю я, также на шаг отступая. Затем еще на шаг.
Марат подступает еще на полшага, мельком заглядывает в упавший пакет.
– Мальчик, да?
Как только разглядел в потемках голубые пинетки?
Молча кивнула.
– Ника, я обычно стараюсь позерством не заниматься, но давно хотелось тебе сделать что-то… такое. И это не позерство, просто и правда очень хотелось.
Хочу спросить, о чем вообще говорит Баринов, как ко мне с разных сторон стали подбегать люди, и выставлять рядом букеты цветов. Много. Очень много! Площадка возле подъезда очень быстро становиться похожей на цветочную клумбу. И, словно этого было мало, небо вдруг стало зажигаться салютами. Одно за другим загораются и окна в моем и соседних домах с силуэтами людей, выглядывающих посмотреть на небо.
А салюты загораются одним за другим. Много, часто, долго. В городе становится светло, как днем. Раскрыв рот, наблюдаю за происходящим. Ничего себе какой у Баринова размах позерства.
Пока отвлеклась на зрелище, Марат оказывается рядом, аккуратно вынимает из ослабевших пальцев перцовый баллончик и убирает к себе в карман. Пакет с моими покупками тоже берет и передает своему человеку, что-то ему говорит и тот уходит в сторону припаркованной неподалеку машины.
– Давай все-таки поговорим? – предлагает Баринов, когда салют стихает. – На улице уже прохладно, так что лучше в ресторане.
А, ну когда холодно, то конечно там лучше.
Махнула на все рукой. Заметила, что нас фотографировали. Марат столько шуму наделал, что в случае чего никакое алиби его не спасет.
Так непривычно вновь садится рядом с Маратом в машину, ощущать, насколько он близко. Прямо тянет подсесть еще ближе, но я держусь, держусь из последних сил. Еще не забыла тот день, когда он просто взял и легко вычеркнул из своей жизни. По ощущениям, просто выкинул, когда сказала или сделала по его мнению что-то не то. Что мешает ему сделать также в любой удобный момент?
Марат, пока едем, не отрывает от меня взгляда. Как будто гипнотизирует.
– Ника, а помнишь, ты, когда в последний раз была у меня дома в бассейне купалась вместе с Фройндом?
– Да, и что?
– Я видео с камер с этим моментом просмотрел тысячи раз за эти месяцы. Ты, наверное, опять будешь считать меня маньяком, но я стал одним из твоих самых преданных подписчиков. Но, как я понял, фото, после которого пошли слухи о твоей беременности, пропустил, пока был на совещании. Про слухи только сегодня узнал, утром, пока размышлял, стоит ли с тобой поговорить, пришла весть про Альбину.
Машина остановилась на парковке ресторана. Тут и ехать далеко не надо, город не особо большой. Выходим.
– Если ты настолько внимательно следил за моими социальными сетями и, как ты говоришь, скучал, почему не связался никак?
Марат берет меня под руку и ведет в здание.
– Я очень хотел, но тогда бы ты меня обвинила в том, что я тебя преследую и не даю покоя. Я дал тебе возможность спокойно жить своей жизнью, без моих причуд и странностей. Может, ты не заметила, но я всегда исполняю твои желания, даже подсознательные.
– Ах, вот оно что, – произношу скептично. – Я это действительно как-то не замечала.
– Один твой звонок и я бы примчался в любое время, – с усмешкой признается Марат. – Не представляешь, как я ждал хотя бы пропущенного и позволял себе следить только за той жизнью, что ты показываешь в своих соцсетях. И правда начал чувствовать себя маньяком, осознавая, насколько хочу большего.
Нас встретили, проводили за столик. Внутри у меня такая смешанная гамма чувств. Разговор прерывается. Марату звонят. Он просит меня никуда не уходить и выбирать еду, а сам выходит. Его долго нет, за это время успевают принести напитки.
Вернулся.
– Я разговаривал со своим человеком. Уже есть кое-какая информация по Альбине.
– И что там? Хотя нет, погоди. Ты сказал, что ждал моего звонка, и поэтому не приезжал, но звонка ведь не было?
– Ник, после того, как я только подумал, что тебя больше нет, мне стало глубоко плевать, что ты можешь обо мне думать и какие неприятности у тебя могут быть из-за общения со мной. Мне обязательно нужно было тебя увидеть.
– Так… что там с Альбиной?
– С ней все очень непросто, – морщится Марат. – Следователи провели экспертизу. Она не в себе. Прогрессирует болезнь, что и у матери. Оказывается, она проходила лечение, но забросила курс. Болезнь наследственная, еще и усугубилась некоторми обстоятельствами, – Марат очень внимательно на меня помотрел. – Детей с такой наследственностью обязательно нужно держать на контроле и проводить диагностику с самого раннего возраста.
Нервно подскочила, испуганно прижимая руки к животу.
– Как же так? Это лечится? Сейчас тоже мне нужно что-то будет сделать для проверки? Может мальчик это унаследовать?
Марат усмехается, встает.
– Вот ты и попалась.
Баринов обнимает, очень осторожно, успокаивающе прижимая к себе.
– Не переживай, у нашего ребенка с наследственностью должно быть все отлично, во всяком случае такого наследственного заболевания точно нет.
– Но ты сказал, что твоя мама и сестра…
– Я не говорил ничего про свою мать, а Альбина мне, конечно, сестра, но… не совсем.
– Как так? Я ничего не понимаю.
– Ника, садись. Я все объясню. Только учти, я буду рассказывать семейные тайны и скелеты в шкафу. Если ты их узнаешь, у тебя уже не будет выбора и для сохранения секретности, придется стать ее членом. Готова к этому?
Невольно хмыкнула. Это такое странное завуалированное предложение выйти замуж?
– На самом деле не так уж мне и интересны чужие семейные тайны, – отвечаю я, вставая и делая вид, что собираюсь уходить. Марат ловит меня за руку и усаживает обратно.
– Хорошо, слушай так пока, авансом.
Глава 39
Баринов замолчал, нахмурил брови, собираясь с мыслями. Я не тороплю, пью чай, любуюсь бровями, тоже, надо признаться, по ним соскучилась, несмотря ни на что. Сразу вспомнились другие брови. Нет, я все-таки обязана ему их показать, раз уже все равно знает, что папа.
Прежде, чем Марат начал что-то говорить, быстро нашла в телефоне видеозапись, которую сама пересмотрела уже тысячу раз. Двигаю телефон к Марату.
– Что это? – спрашивает Марат, всматриваясь в изображение на экране.
– Не что, а кто, присмотрись.
Вот теперь одна бровь Барина изгибается прям очень круто. Смотрит, кажется, осознает. Долго смотрит, потом, когда закончилось видео, включает еще раз.
– Такой серьезный. И мимика очень выразительная.
– Угу, мимика один в один.
Марат кидает пронзительный взгляд на меня.
– Я могу переслать это видео себе?
Киваю.
Когда Баринов отдает мне телефон, его рука словно случайно касается моей, и Марат совсем не торопится ее убирать. Прикосновение ощущается, как удар тока, но я нахожу в себе волю, и убираю руку сама.
– Ты, наверное, знаешь, что нас в семье трое, – заговорил Марат, видимо, все-таки начав рассказ о семейных тайнах.
– Конечно.
– Старший брат был без сюрпризов. Первенец, любимец, все было хорошо. Но после родов у его мамы стали проявляться неожиданные резкие черты в характере. В семье стало много скандалов по женской инициативе. Это, скорее всего охладило чувства отца, и затем родился я, окончательно расколов и разобщив семью, хотя внешне за фасадом, все было благопристойно. Когда родилась Альбина, семьи уже как таковой и не было. Теперь про передающуюся наследственность. Брат неизвестно, перенял ли болезнь матери, поскольку рано погиб. Я не мог перенять, поскольку, она мне не мать, я был рожден другой женщиной, которая отдала меня на воспитание моему отцу. Она, как и мой отец была замуж и им двоим на тот момент разводы и скандалы были совершенно ни к чему, родила она меня тайно, а моя официальная мать, была крайне обижена данной ситуацией, меня условно приняла, но в воспитании особо не участвовала. Полагаю, Альбина родилась, потому что мать хотела отомстить, и сделала это не абы с кем, а с братом моего отца, так что Альбина, по сути, моя кузина.
Офигеть просто. Под впечатлением от рассказа, чай выпила залпом.
Марат достает уже свой телефон и открывает фотоальбом.
Читать бесплатно другие книги:
