Гардемарин в юбке Хрусталева Ирина
– Молодец, здорово получилось!
Та дернула плечиком:
– Ну, дык, и мы не лыком шиты, кое-что умеем, тем более когда за это хорошо платят. Думаю, что Татьяна Ивановна нас не подведет, – засмеялась девушка.
– Умницы, что бы я без вас делала? – вздохнула Ника. – Вот когда все закончится, я к вам приеду, и мы такой сабантуйчик организуем, пальчики оближешь. Устроим себе гастрономический экстаз.
– Ловим тебя на слове, Вероника, попробуй теперь отвертеться, сразу произведем «санобработку» лично твоего дома! – И девчонки опять дружно расхохотались.
Десять минут спустя в дверях показался Александр вместе с мужчиной, в котором Вероника узнала компаньона Вадима. Александр протянул Наташе сложенный вчетверо листок.
– Я прошел по дому и открыл все двери, чтобы вы могли всюду пройти. Вот план дома из БТИ, думаю, по нему вы сможете легко ориентироваться. Я пройду к садовнику, предупрежу о вашем визите. – И оба мужчины скрылись за углом дома. Девушки прошли в дом и огляделись.
– Вот это я понимаю, хоромы, живут же некоторые! – вздохнула одна из них. – А здесь ютишься с матерью в однокомнатной хрущевке, и перспектив никаких. Если только замуж кто-нибудь возьмет.
– Что это ты панихиду завела, Анастасия? Какие твои годы, еще успеешь и замужем побывать, развестись и еще раз выскочить, – проворчала Наташа.
– Замуж выйти не напасть… – вздохнула девушка. – Проблема в том, за кого выйдешь. Ведь хочется, чтобы не голь перекатная попалась, а приличный человек. Я даже согласна, чтобы он лет на двадцать старше меня был, но с кошельком. До чертиков надоело копейки считать. Вот сейчас эти сто баксов, что Вероника дала, потрачу на хорошую косметику, матери даже не скажу про них, а то она быстренько их приватизирует, найдет, какую дырку заткнуть в хозяйстве.
– Ладно, девушки, хватит болтать, давайте делом заниматься. Для виду нужно побрызгать кое-где, чтобы запах был. Вероника, давай, командуй парадом, – проговорила Наташа.
– А что командовать-то? – удивилась Ника. – Брызгайте, где хотите, но так, чтобы я здесь, в каком-нибудь уголочке, не нашла себе последний приют вместе с грызунами. Мне же придется какое-то время здесь побыть.
– Слушай, если мы тебе сможем чем-то помочь, ты не стесняйся, говори. Что ты хочешь тут найти? Вчетвером-то легче…
– Пока давайте сделаем то, что положено, а потом будет видно. Дай-ка мне план дома, я посмотрю, что здесь к чему.
Вероника разложила прямо на полу листок и начала его изучать.
– Так, здесь у нас второй этаж. Туда идут два хода, один отсюда, а второй… Наташ, на, посмотри, что-то я не пойму, что это за лестница?
Наташа опустилась на колени перед планом и начала его изучать, потом проговорила, обращаясь к Нике:
– Смотри, здесь надпись над дверью «Винный погреб», а из него дверь на лестницу, и уже эта лестница ведет на второй этаж. Там, видишь, какой-то коридор и сплошная стена. Я думаю, лучше подняться и посмотреть самим, а не на плане. Вторая дверь, я так понимаю, в дом, а вот еще одна тоже на лестницу, а уже с нее на улицу… Прямо не дом, а лабиринт какой-то. Значит, всего в этом погребе имеется три входа.
– Пошли, – в нетерпении заторопилась Вероника.
Они спустились в подвал и, сверяясь с планом, разыскали винный погреб. Двери во все помещения были открыты, как и обещал Александр. Девушки вошли в погреб, и Наташа даже присвистнула:
– Ох, ничего себе! Здесь можно упиться вусмерть целой армии крепких мужиков.
И в самом деле, на полках в гнездышках ровными рядами лежали всевозможные бутылки. На каждой была надпись, что это за вино и в каком году изготовлено. Все бутылки были покрыты пылью. Ника вспомнила, как Юля ей рассказывала, что Вадим коллекционирует вина. Основателем этой коллекции был еще его дед, продолжил отец, а сейчас это делает Вадим. Когда он построил этот дом, то перевез коллекцию сюда. Она и в самом деле была потрясающая и внушала уважение к ее создателям.
Девушки прошли по подвалу и очутились перед вторым выходом. Наверх вела лестница, и они стали подниматься по ней. Выйдя в длинный коридор, остановились.
– Интересно, зачем понадобился этот коридор, если он никуда не ведет? – с недоумением проговорила Ника.
– Такого не может быть, – возразила Наташа. – Пошли посмотрим!
Пройдя коридор, они уперлись в глухую стену, повернули обратно, и Вероника стала пристально осматривать стену, сложенную из обыкновенного кирпича. Ника остановилась как раз напротив того места, где за стеной по плану была спальня.
– Наташа, это место нужно осмотреть с особой тщательностью. Здесь должен быть вход.
– Куда? – удивилась девушка.
– За эту стенку, – задумчиво проговорила Ника.
Она начала ощупывать кирпичи, но только это ничего не дало. Вовсю таращась на стену, Наташа повторила движения Ники.
– Ой, мамочки, у меня в глазах уже зарябило, – тряхнула Наташа головой и облокотилась о стену. Потом в какой-то момент вдруг завизжала и отскочила от нее, как ужаленная.
– Что с тобой? – испугалась Вероника.
– Она шевелится, – пролепетала девушка.
Ника стала лихорадочно ощупывать один кирпич за другим. И неожиданно один из них бесшумно провалился внутрь: открылась крохотная ниша, а в ней виднелась замочная скважина. Вероника, пошарив по карманам, вытащила связку ключей. И сразу догадалась, какой подойдет к этому замку. Рука потянулась к ключу без бирки. Дрожащей рукой девушка вставила его в замочную скважину и повернула. Он совершенно бесшумно повернулся, и стена начала так же бесшумно отъезжать в сторону.
– Ничего себе, – прошептала Наташа, – прямо как в кино «Замок с привидениями»!
Перед глазами девушек открылся ход в спальню.
– Ну, вот и все, – с облегчением вздохнула Вероника и вошла в комнату.
Как она и предполагала, отодвинулась та стена, на которой был стеллаж с книгами.
– Все, Наташенька, больше нам здесь делать нечего, давайте все опрыскивать и поскорее бежать отсюда. Вдруг этот писатель додумается позвонить еще куда-нибудь, не к вам в контору, а в контролирующую организацию, и узнать, действительно ли нас сюда прислали из Москвы.
Они все вместе вернули стену на прежнее место и бегом прошмыгнули через винный погреб. Нике послышалось, что где-то рядом щелкнул замок, но она, не останавливаясь, летела дальше, подумав, что ей это показалось со страху. Девушки же из санэпидстанции делали свое дело – обильно поливали раствором все вокруг.
– Все, товарки, достаточно, уезжаем, – проговорила в какой-то момент Наташа и первая побежала к входной двери.
Они не стали дожидаться садовника, чтобы тот запер за ними, сели в машину и уехали. Ника злорадно улыбалась, предвкушая, как у Никитина отвиснет челюсть, когда она расскажет ему о своей находке.
«Пусть теперь только попробует не выпустить Юльку, я ему тогда все глаза повыцарапаю», – думала Вероника.
Машина выехала на МКАД, и Ольга, сидевшая за рулем, прибавила газу. Когда девушка хотела на подъезде к повороту сбавить скорость, педаль тормоза под ее ногой вдруг провалилась. Она занервничала, поняв, что отказали тормоза, и, несясь по трассе, молила бога, чтобы ничего не случилось. Но, видно, господь в это время был занят и не услышал ее молитву. Из-за поворота выскочил огромный «КамАЗ», и Ольге ничего не оставалось делать, как вывернуть руль до отказа, пустив свою машину под откос. Они летели на бешеной скорости на дно оврага, и Ольга, слыша, как визжат в кузове девчонки, крепко зажмурила глаза.
Глава 14
Вероника с трудом разлепила веки, в голове стоял колокольный звон, а левая рука болела так сильно, будто ее жгли раскаленным железом. Девушка застонала и приподнялась. Рядом лежали Наташа с Настей, тоже постанывая.
– Что произошло? – подала голос Наташа.
– Кажется, мы попали в аварию, – ответила Ника.
– Эй, Настена, ты жива, подруга? – потрясла Наташа девушку, лежащую рядом с ней.
– Не знаю, не уверена… – Настя выдала такой серпантин отборного мата, что Ника раскрыла рот от удивления.
– Здорово, надо записать, я такого еще не слышала.
В это время дверь кузова отъехала в сторону, и показалось полное лицо мужчины.
– Эй, все живы? Ну и напугался же я, когда увидел, как ваша машина выкинула такой акробатический номер. Чуть инфаркт не схватил, пока вы летели.
– Что с Ольгой? – задала вопрос Наташа.
– Водила ваш, что ли? Вон в кусты побежала, видно, медвежья болезнь от страха приключилась. Ее по дороге, пока вы в овраг летели, выбросило на прошлогоднюю листву, отделалась парой царапин, ну и еще этой самой… болезнью, – улыбнулся мужчина.
– А вы откуда здесь взялись?
– Так я водитель «КамАЗа», от которого ваша шофериня и вильнула в овраг. Хорошо, что хоть сообразила, а то мой монстр от вас бы мокрое место оставил.
Из-за деревьев показалась Ольга, она шла, прихрамывая и морщась от боли. Водитель грузовика бросился к ней:
– Что там у тебя стряслось, почему не тормозила?
– Тормоза отказали, – хмуро глядя на мужчину, ответила девушка.
– Дай-ка гляну, что с ними? Меня, кстати, Василием зовут. – И шофер полез под автомобиль. Он провозился минут десять и, когда что-то нашел, присвистнул, вылез наружу. – Девчонки, а тормоза-то ваши кто-то испортил.
– Что значит кто-то? – глупо улыбнулась Ольга.
– Я опытный водитель, за рулем без малого двадцать три года. В армии шоферить научился, с тех пор так за баранкой и сижу. Характер повреждения говорит о том, что тормоза испортили намеренно. Как говорится, «это дело рук человеческих». Кому-то очень захотелось, чтобы вы не доехали до места назначения.
– Что за бред сивой кобылы? – возмутилась Наташа. – Кому мы сдались?
– Не знаю, девчата, вам видней, кому вы там соли на хвост насыпали. Я сейчас за тросом сбегаю, а вы свой доставайте, попробую вас отсюда вытащить. Глубоковато, правда, но надеюсь, двух тросов будет достаточно.
Василий побежал к своей машине, а девушки недоуменно переглядывались.
– Это, наверное, из-за меня, – прошептала Вероника.
– Понятно, что не из-за меня, только когда это сделать успели? – проговорила Наташа.
– Долго, что ли? Пока мы в доме рты разевали, этот и подсуетился, – ответила за всех Настя.
– Значит, все-таки Александр? – с досадой проговорила Вероника. – Ведь больше некому! Ой, мама, с моей головой что-то происходит, я перестаю соображать. Нужно сосредоточиться, все обдумать и взвесить. Девчонки, ради бога, простите меня, что втянула вас в эту историю.
– Ты о чем, Вероника?
– Нет, нет, Наташа, не обращай внимания. Не нужно вам ничего об этом знать. Знаете такую поговорку – меньше знаешь, крепче спишь? Вот и спите спокойно, а за ремонт машины я заплачу.
Подбежал Василий с тросом и стал прилаживать его, чтобы вытащить «рафик» девушек. Кое-как, с горем пополам, провозившись больше часа, его усилиями машина наконец оказалась на обочине дороги.
– Ну что ж, придется мне вас до города дотащить. Не оставлять же посередине дороги? – почесав в затылке, проговорил водитель «КамАЗа» и полез к себе в кабину.
Когда машина наконец оказалась во дворе санэпидемстанции, Василий попрощался с девушками и уехал. Вероника пошла в раздевалку, переоделась и заглянула в кабинет Татьяны. Та сказала, что в их отсутствие звонил какой-то мужчина и чуть всю душу из нее не вытянул своими вопросами. Вероника в свою очередь сообщила начальнице об аварии и пообещала, что приедет завтра, чтобы заплатить за ремонт, или пришлет кого-нибудь с деньгами. Девушка очень торопилась, ей не терпелось все рассказать следователю Никитину, чтобы он поскорее отпустил Юлю.
Когда Ника подъехала к управлению, на проходной ее задержали и посоветовали сначала позвонить ему в кабинет. Если будет распоряжение пропустить ее, тогда другое дело. Ника нервно набрала номер телефона Сергея и услышала на другом конце провода незнакомый голос:
– Кто спрашивает Никитина?
– Его знакомая, – как можно спокойнее ответила девушка.
– По какому вопросу?
– По личному, – рявкнула Вероника, теряя терпение.
– Никитина нет на месте, и, когда будет, неизвестно.
– А где я могу его найти? – уже просящим голоском проныла Ника.
– Такого рода информацию мы не выдаем, – проговорил строгий голос и отключился. Вероника в недоумении посмотрела на трубку, которую держала в руках и, дымясь от злости, шмякнула ее на место.
– Тайны мадридского двора, мать вашу, черти бы вас поджарили на своей сковородке! – зло прошипела Вероника, глядя на дежурного, будто он был в чем-то виноват.
Она пулей выскочила на улицу, а молоденький дежурный удивленно проводил ее взглядом, проговорив:
– Какие, однако, здесь все нервные.
У Вероники нестерпимо болела рука, и было видно, что она распухла, а пальцы уже начали синеть. Ей только гипса не хватало для полного счастья. Но в травмопункт все же зайти нужно, подумала она, вдруг и в самом деле перелом, уж очень болит.
Девушка поймала машину и назвала свой городской адрес. Через двадцать минут она была уже дома и пыталась снять с себя куртку. Не тут-то было, рука распухла так, что застряла в рукаве.
– Черт, черт, ну что же это творится на белом свете?
В это время зазвонил мобольник, и Вероника, продолжая чертыхаться, ответила.
– Ну, кто еще там? – нервно поинтересовалась девушка.
– Где тебя носит? – раздался не менее раздраженный голос Романа. – Я приехал к тебе в твой загородный дом, как и обещал, а там тобой и не пахнет.
– Рома, я, кажется, сломала руку, – вместо ответа проныла Ника.
– Я бы не удивился, если бы ты сломала себе шею, а рука по сравнению с этим ерунда, – уже не так зло проговорил Роман. – Что с рукой?
– Говорю же, кажется, сломала, не могу куртку стянуть, так распухла. Между прочим, я все-таки нашла этот чертов второй вход в спальню, – злорадно сообщила Ника, – и думаю, что замешан во всем этом Александр. Он нашу машину санэпидстанции чуть не угробил и нас вместе с ней. Звоню твоему Никитину, а он отсутствует.
– Наверное, на задании, что же удивительного? Он не только в кабинете штаны протирает, но еще и работает, – съехидничал Роман, защищая друга.
– И что же мне теперь делать? Как мне связаться с ним, чтобы Юлю отпустили?
– С чего ты взяла, что ее должны отпустить?
– Я же тебе только что сказала, что нашла второй вход в спальню. Ты чем там слушаешь, задним местом, что ли?
– А что это меняет?
– Как это что? – взвизгнула Ника в трубку. – Как это что? Теперь же понятно, что это не она стреляла в Вадима.
– Это тебе понятно, но существуют еще и другие улики против Юлии. Сразу видно, что ты абсолютный профан в уголовном праве. Пока не будет доказано, что стрелял именно другой человек, а не она, ее не выпустят. А ходов в эту спальню может быть хоть четыре.
– В уголовном праве я, может, и профан, но вот то, что я постараюсь поставить на уши все их чертово управление, это я гарантирую! – выкрикнула Вероника и бросила трубку.
Она заметалась по квартире, не зная, с чего начать: бежать в травмопункт или сразу в управление.
– Сяду там у порога и буду сидеть до посинения, пока этот Никитин не соизволит приехать. Тогда уж я с него с живого не слезу, а добьюсь своего.
Руку начало ломить так, что из глаз сами собой полились слезы, и Ника даже не пыталась их остановить. Она проглотила сразу две таблетки анальгина, схватила паспорт, страховой полис и выскочила из квартиры. Травмопункт был недалеко от дома, при районной поликлинике, поэтому десять минут спустя Вероника уже влетела в ее фойе. Посмотрев на очередь, она закатила глаза к небу.
«Нет, мои дорогие, сидеть здесь я никак не смогу, у меня просто на это нет времени», – подумала Вероника и решительно направилась к кабинету травматолога. Возле двери стоял молодой парень с защитным шлемом в руках. Лицо у него практически отсутствовало, вместо него красовалась сплошная гематома, на которой хлопали серые щелочки глаз. Когда Ника попыталась открыть дверь кабинета, парень схватил ее за куртку и закричал:
– Эй, эй, куда без очереди прешь? Самая умная, что ли?
Люди, ждущие на стульях возле кабинета, тоже начали ворчать, поддерживая парня.
– Я не могу стоять в очереди, меня собака бешеная покусала, – попробовала вызвать жалость Ника. Но парень вцепился в нее мертвой хваткой. Тогда она повернулась к нему всем корпусом и прошипела:
– Убери руки, не то укушу, гав! – И Ника, тявкнув по-собачьи, клацнула зубами возле самого носа парня.
Тот вздрогнул от неожиданности и выпустил куртку из рук.
– Минздрав предупреждает: езда на мотоцикле вредит вашему здоровью. Особенно мозгам, – процитировала Ника, лучезарно улыбаясь парню, и скрылась за дверью кабинета.
– Кто разрешил войти? – гаркнул эскулап, со спины смахивающий на глыбу. – Я пока вас не приглашал, – продолжал громыхать доктор по травмам. Он развернулся в кресле и посмотрел на вошедшую Нику. – Вероника! – заорал врач и вскочил с места.
Ника уже схватилась было за ручку двери, чтобы дать деру, но, когда увидела лицо травматолога, заулыбалась.
– Коля, Шевцов? Откуда ты здесь? Вот здорово!
Когда-то они учились с Николаем в одной школе, и он на протяжении последних двух лет упорно ухаживал за ней. Чего только не делал Николай, чтобы привлечь внимание девушки. Ника упорно его не замечала, и парня это ужасно злило. Однажды, чтобы обратить на себя внимание, он, поспорив с одноклассником, залез на крышу школы и прыгнул оттуда. Правда, сломал ногу, но добился своего: Ника и еще три девушки пришли его навестить. Оказывается, тот случай и решил его дальнейшую судьбу. После школы он поступил в медицинский институт и вот теперь работает «костоломом», вернее, наоборот.
– Какими ты сюда судьбами? – улыбаясь во весь рот, спросил Николай у Вероники.
– Да вот, кажется, руку сломала, – вздохнула девушка.
Лицо врача сразу же стало серьезным, и он принялся за привычную работу. Из поликлиники Вероника вышла загипсованной. С кислым выражением лица она вспоминала наставления доктора:
– Дня три-четыре полный покой для того, чтобы кости правильно закрепились, а потом срослись. Рукой по возможности не шевелить, будет просто замечательно, если поваляешься эти дни в постели с книжечкой в руках. Уже потом можно будет вести более активный образ жизни, но руку ни в коем случае не напрягать. Не вздумай что-то ею поднимать, а то будешь потом косорукая. Тебе еще повезло, что рука левая, держи ее все время в горизонтальном положении, на перевязи. Первые дни будет еще побаливать, можешь принимать анальгетики. Ну а если совсем станет невтерпеж, сразу ко мне.
– Легко говорить, полный покой, – ворчала Ника, направляясь к дому. – Покой нам только снится. А здесь столько дел, что не знаю, когда вообще доберусь до постели.
И тут Вероника увидела, что ей навстречу спешит Роман.
– О, поздравляю, дорогая. Загипсовали, значит?
– Ничего смешного, – пробурчала Ника, – это, между прочим, боевая рана. Мы в аварию попали, а организовал ее небезызвестный тебе Александр Демидов.
Роман застыл на мгновение, потом серьезно посмотрел на Веронику и проговорил:
– Рассказывай.
Ника поведала по порядку, что к чему, прямо стоя на дороге и сокрушенно вздыхая.
– Что делать-то теперь? Юльку завтра в тюрьму отправят, этого нельзя допустить. Рома, придумай же хоть что-нибудь, ну, стань Юлькиным адвокатом! Я слышала, что ее можно освободить под залог. Как это сделать?
– Ты представляешь, сколько денег это будет стоить? – задумавшись, проговорил Роман.
– А сколько бы ни стоило, у меня есть деньги. В конце концов, не любоваться же всю жизнь на эту золотую кредитную карточку. Нужно начинать ее потрошить. Ромочка, давай, милый, сделай же что-нибудь! Пожалуйста!..
– Вероника, должно все быть официально, нужно, чтобы меня как адвоката нанял кто-нибудь из родственников.
– Ребров, я тебя нанимаю, – тут же выпалила Ника.
– Господи, в чем я перед тобой провинился? За что ты меня наградил такой нетерпеливой и взрывоопасной подругой? – подняв глаза к небу, прошептал Роман и тут же заорал на всю улицу, прыгая на одной ноге.
Вероника, услышав «молитву» своего милого, заехала ему ногой по коленке с такой силой, что у того потемнело в глазах.
– Больно, милый? – злорадно улыбаясь, поинтересовалась девушка. – Травмопункт рядом, далеко не успели уйти. Там, кстати, мой бывший воздыхатель работает, может, сходим? Он тебе ноги вообще поотрывает за неуважительное отношение ко мне. – И Ника, резко развернувшись, понеслась к своему дому: казалось, от нее отлетают искры.
– О боже, что мне с ней делать? – простонал Роман и захромал за своей дымящейся подругой. – Вероника, подожди, что ты, в самом деле, как маленькая девочка? Нельзя же так вести себя, давай поговорим и все обсудим. Я же не отказываюсь тебе помогать. Да стой ты наконец! – уже срываясь на крик, зарычал Ребров.
Ника остановилась, обернулась на хромающего Романа, внимательно посмотрела на него и тихо проговорила:
– Рома, неужели ты ничего не понимаешь? Юля беременна, я не могу допустить, чтобы завтра ее отправили в тюрьму. Она, конечно, девушка крепкая и в обиду себя не даст, но ее воля сейчас сломлена. Юля очень любит Вадима, и сознание того, что он может в любую минуту умереть, подкосило ее. Я очень хорошо знаю свою подругу и, поверь, знаю, что говорю.
– Ладно, Рыжик, пойдем домой и поговорим в спокойной обстановке.
Они пошли к дому, и со стороны это выглядело весьма экзотично: девушка с загипсованной рукой и хромающий мужчина шли медленно, поддерживая друг друга.
Глава 15
Когда Вероника и Роман вернулись домой, девушка почувствовала жар во всем теле. Врач предупредил, что может подняться температура, но для Ники это сейчас явилось громом среди ясного неба.
– Мне нельзя лежать в постели, никак нельзя, – бормотала девушка, когда Роман помогал ей раздеваться. – Рома, что нужно сделать, чтобы ты прямо сейчас смог приступить к обязанностям адвоката Юлии?
– Если честно, я в замешательстве. Последние три года я занимался только гражданскими исками, уголовные дела в прошлом, я уже все малость подзабыл.
– Придется вспомнить, иначе не знаю, что я с тобой сделаю, – тут же встала на дыбы Вероника. – Не надейся, что тебе удастся отвертеться, и вообще, я никогда не поверю, что ты мог что-то забыть. Я сейчас прилягу, что-то мне нехорошо, а ты давай вспоминай и говори, что нужно делать.
В голове Ники гудело, все мышцы ломило, а спина вдруг стала абсолютно деревянной. Роман помог ей лечь в постель, а сам присел рядом. Вероника закрыла глаза и прошептала:
– Рома, если ты не сделаешь, чтобы Юля уже завтра была не в тюрьме, а дома, тебе придется забыть, как меня зовут. Найди Сергея, расскажи ему все, вместе вы должны найти выход.
Роман прошел на кухню, взял в аптечке аспирин и растворил две таблетки в стакане воды.
– На, Рыжик, выпей это и постарайся уснуть, а я пока съезжу к себе в контору и привезу кое-какие бумаги. Заодно посоветуюсь со своим боссом, как лучше начать дело. Постараюсь разыскать Сережу, не нервничай, я сделаю все, что в моих силах.
Вероника проглотила аспирин с водой и откинулась на подушку.
– Иди, Ром, я тебе верю и надеюсь, что ты не подведешь.
Язык у девушки уже заплетался, а веки стали такими тяжелыми, что она не могла их открыть.
– Я немного посплю, и все будет в порядке, все будет в поряд…
Девушка провалилась в тяжелый сон, видно, начал действовать укол, который ей сделали в травмопункте. Роман постоял немного рядом, еще раз поправил одеяло и вышел из квартиры. Он поехал в свою контору и решил для себя, что обязательно постарается сделать все, что в его силах.
«Нужно действительно поговорить с Сергеем, здесь все не так просто, как показалось на первый взгляд».
Вероника открыла глаза и не могла сообразить, где она находится. Потом, оглядевшись, поняла, что лежит на своей постели в городской квартире. Но где же Роман?
Она попробовала приподняться, однако тело было словно каменное и не хотело слушаться.
– Ну, елки-палки, это еще что такое?
Рука, закованная в гипс, нестерпимо ныла, а спина была вообще чужой. Николай Шевцов, у которого она сегодня была на приеме в травмопункте, дал ей свои телефоны, рабочий и домашний. Ника кое-как поднялась и, держась за стенку, прошлепала в прихожую. Там висела ее куртка, в карман которой она сунула листок с номерами. Девушка достала его и тем же макаром добралась до комнаты, по дороге чуть не грохнувшись в обморок. Взяв трубку телефона, она снова легла в постель. Когда же позвонила по рабочему номеру, ей ответили, что Шевцов закончил дежурство. Тогда Ника позвонила ему домой. Сразу же повезло: трубку поднял сам Николай.
– Коля, – простонала Вероника, – по-моему, по мне проехала вагонетка.
– Какая вагонетка? Я же сказал тебе идти домой и ложиться в постель. Когда ты только все успеваешь, опять куда-то попала?
– Нет, я и лежу у себя дома в постели, но мое тело не хочет меня слушаться. У меня высокая температура, болит рука, и я не чувствую спины. Что мне делать?
– Давай адрес, я сейчас приеду, – спокойно проговорил Николай.
– Коля, у тебя что, память отшибло? Я же тебе только сегодня говорила, что живу пока здесь, в Бирюлеве. Ты же видел мою карточку. Я смотрю, и ты по прежнему адресу, телефон так же начинается, как и мой, триста двадцать девять.
– Тогда жди, сейчас приду. Дверь-то открыть сможешь?
– Постараюсь доковылять, начну прямо сейчас, к твоему приходу как раз доползу, – засмеялась Вероника. – Только предупреждаю сразу, уколов боюсь. Видел, наверное, как я сегодня у тебя в кабинете посинела, когда шприц увидела? У меня стойкая реакция после того, как я в прошлом году приняла в мягкое место несметное количество инъекций.
– Разберемся, – проговорил Николай и повесил трубку.
Он появился буквально через двадцать минут, разделся в прихожей, потом прошел в ванную и помыл руки. Когда вошел в комнату, огляделся и присел на стул рядом с кроватью.
– Давай рассказывай, что чувствуешь?
– Боль в руке, как будто она не в гипсе, а зажата в испанский сапог в камере пыток. Тело ватное, голова чугунная, а спина деревянная, – тут же выпалила Вероника.
Николай улыбнулся и покачал головой:
– Все такая же! Язык, как помело.
– Помнится, тебе это когда-то очень нравилось, – прищурив свои зеленые глаза, смеясь, проговорила Вероника.
– Было дело, благодаря тебе и стал врачом. Помнишь, как на крышу залез, идиот, и прыгнул оттуда?
– Еще бы не помнить, об этом вся школа гудела, как улей, месяца два. На меня все пальцем показывали. Ты, кстати, как живешь-то, женат, дети есть? В кабинете даже и поговорить не удалось, народу к тебе, как на прием к депутату.
– Да женат, двое пацанов растут, жена хорошая. Ты, между прочим, ее знаешь, она в параллельном классе училась, Вера Некрасова.
– Да ты что? Вот здорово, она же по тебе с восьмого класса сохла. Значит, все-таки добилась своего? Молодец Верочка.
– Ну а ты как, замужем, дети есть?
– Да, я замужем, но детей пока нет, – соврала Ника про замужество, не моргнув глазом.
Ей почему-то не хотелось говорить Николаю, что она спит с женатым мужчиной и пока перспективы на будущее не видит.
– Что так?
– Я второй раз замуж вышла, с первым мужем мы разошлись, теперь вот думаю, обязательно нарожаю кучу детей, второй муж у меня замечательный.
– Я рад за тебя. Ладно, Вероника, давай делом заниматься. Теперь колись, как руку сломала. Уверен, ты мне наврала, что на ровном месте упала. Те симптомы, о которых ты мне сейчас рассказала, свидетельствуют о том, что ты упала по меньшей мере с третьего этажа. Сразу это не проявилось – организм находился в состоянии шока, а вот теперь все и вылезло. Давай рассказывай!
– Ты прав, Николай, я попала в автомобильную аварию. Летели в овраг, метров десять, наверное, а может, и больше. Тело у меня болело, но я не придала этому значения, а теперь прямо не знаю, что со мной творится. Мне же ну никак нельзя сейчас болеть.
– Хорошо, давай, сейчас буду ставить диагноз. Язык покажи, теперь ладони давай! Да не так, мне ногти нужно видеть. Встать можешь? Мне нужно глаза твои посмотреть при хорошем свете, пульс давай, я прямо сейчас посчитаю.
– Странная диагностика, – проворчала Вероника.
– Не ворчи, это китайская методика, я ей в Харбине обучался.
– У китайцев, что ли?
– У них. Удивительные люди, китайцы. Медицина основана на древних методиках, лекарственных препаратов практически никаких, в основном фитотерапия, иглоукалывание, ароматерапия, массаж, ну и так далее. Вот сейчас я тебя и буду врачевать по китайскому методу. Давай-ка повернись на живот и открой спину, сделаю тебе точечный массаж, а потом иголочки поставлю.
Николай подошел к столу и раскрыл свой чемоданчик.
– Елки-палки, иголки забыл, ну ладно, пока обойдемся массажем, а там посмотрим. Давай свою спину!
Вероника, кряхтя и охая, повернулась на живот и подняла рубашку. Николай прикрыл одеялом ее ягодицы в прозрачных трусиках и начал пальцами надавливать на нужные точки. В это время открылась дверь, и в комнату вошел Роман. Вероника уткнулась в подушку, а Николай сосредоточил свое внимание на спине больной, поэтому ни тот, ни другой не слышали, как он вошел. Ребров застыл на пороге, как вкопанный, и ошарашенными глазами наблюдал за происходящим. Николай надавливал на точку и следом делал поглаживающие движения вдоль спины, а Ника постанывала.
– Что здесь происходит? – прорычал Роман.
Николай повернул голову в сторону двери и спокойно произнес:
– Здесь происходит массаж спины. А вы, я так понимаю, муж Вероники? Что же встали в дверях? Проходите.
– Спасибо за приглашение, – прошипел мужчина. – Я случайно не помешаю?
– Нет, не помешаете, наоборот, можете даже помочь. Дело в том, что у вашей жены травма спины, на третьем позвонке образовалась гематома. Если с ней не поработать, могут быть серьезные последствия. Вы, пожалуйста, перестаньте изображать оскорбленного любовника, я всего-навсего врач.
Все это Николай говорил спокойным голосом, не переставая делать массаж.
– А чем я могу помочь, что я должен делать? – перепугался Роман.
Читать бесплатно другие книги:
