Гардемарин в юбке Хрусталева Ирина

Глава 18

Вероника ехала в своей машине, напряженно вцепившись в руль одной рукой. Движение на дорогах было интенсивным, и ей было нелегко управлять машиной. Они с доктором проговорили целый час и приняли хорошее решение. Но чтобы его осуществить, нужно было посоветоваться со следователем, который вел дело Демидовых, то есть с Сергеем Никитиным. Ника представила, как вытянется его лицо, когда он вновь увидит ее в своем кабинете. После ее сегодняшнего визита он наверняка еще не перестал капать себе валерьянку. Вероника улыбнулась и подумала: «Ничего, будем надеяться, что он выдержит и соизволит выслушать меня».

К сожалению, увидеться с Сергеем Веронике не удалось: он уехал на срочный вызов. Девушка чертыхнулась и отправилась домой. Когда она вошла в квартиру, то прямо в прихожей на зеркале увидела записку, оставленную Романом:

«Как только появишься, сразу мне позвони».

Ника переоделась, прошла в комнату и набрала его номер. Но мобильный оказался вне зоны досягаемости. Ника решила пока что сбегать к Светлане и оттуда позвонить еще раз. Она заперла дверь и спустилась вниз по лестнице. До дома подруги было рукой подать, поэтому через десять минут Ника уже звонила к ней в дверь.

– Привет, дорогая, проходи! Как ты, как твоя рука?

– Нормально рука, надеюсь, срастется как положено и косорукой я не останусь. Как у тебя-то дела?

– Да как у меня могут быть дела? Кручусь с малышом, не замечаю, как летит время. Ник, а как там Юлька, не в курсе?

– Завтра я к ней еду, мне удалось добиться свидания.

– Правда? – подпрыгнула Света. – Вот здорово, ты там поподробней все у нее расспроси, может, что нужно.

– Для этого и иду – поддержать, чтобы не отчаивалась и не нервничала. Ребенка она обязана сберечь во что бы то ни стало. Я сегодня, кстати, Вадима навестила. Ой, Света, лучше бы я его не видела, страшно смотреть.

– Совсем там все плохо, да, Никусь?

– Врач говорит, что шансов практически нет.

– Совсем-совсем?

– Одна сотая процента, значит, почти ноль, – горько усмехнулась Ника.

– Юля этого не переживет, – заплакала Светлана.

– Хватит сырость разводить, подруга, и так тошно, – угрюмо проговорила Вероника. – Где мой крестник, хочу немного с ним понянчиться, может, сердце отойдет, а то будто булыжник на него свалился.

– Спит он, Никусь, не могу его сейчас будить, он у меня ночью плохо спал, – виновато начала оправдываться Света.

– Ладно, тогда пойду я, – махнула рукой Вероника. – Съезжу к себе за город, посмотрю, как там дела. Провалялась я с этой рукой столько времени, а дел в доме невпроворот.

Света поцеловала подругу в щеку и проводила до двери.

Ника дошла до дома, поднялась к себе и еще раз набрала номер Романа, но телефон по-прежнему был недоступен. Подумала: «Ладно, позвоню потом, в конце концов, если я ему нужна, значит, найдет меня сам».

Вероника спустилась во двор и поехала в свой загородный дом. Когда она прибыла на место, то увидела, что на соседнем участке вовсю кипит работа. Уже залили фундамент для нового дома и начали возводить стены. Она вошла во двор и, увидев знакомого уже молодого парня, поинтересовалась:

– Для кого дом-то строим? Очень мне интересно, кто будет моим соседом или соседкой?

– Нормальная семья, не переживайте, москвичи, вполне порядочные люди, – во весь рот улыбнулся строитель.

– Ну, слава богу, – проговорила Ника и тоже одарила молодого человека ослепительной улыбкой. И вернулась к себе. Как только вошла, включила систему отопления, потому что, хоть и близилось лето, ночи все еще стояли холодные и дом казался сырым. Ника прошлась по комнатам, проверила, все ли в порядке, и успокоилась. Мебель она сюда завезла дорогую, так как собиралась здесь жить постоянно. Войдя на кухню, включила кофеварку. На глаза попалась сумка; в прошлый раз, когда она уезжала из дома, то забыла ее на столе. Глядя на сумку, девушка вдруг вспомнила, что положила туда подарок Романа. Она очень удивилась этому подарку и сейчас решила как следует его рассмотреть.

Ника осторожно вытащила газовый баллончик, а это и был подарок Ромы, и начала его вертеть в руках. Потом увидела инструкцию по применению на английском языке и сделала попытку перевести текст. С английским она была не в ладах, поэтому перевод продвигался с трудом. В этот момент в дверь позвонили, и Вероника, продолжая бормотать написанные слова, с баллончиком в руках пошла открывать двери. На пороге стоял незнакомый высокий мужчина и приветливо улыбался Веронике. Девушка с удивлением смотрела на него, будто перед ней появился не просто человек, а фараон Рамзес Второй, воскресший прямо на ее глазах.

– Здравствуйте, Вероника Дмитриевна. Я могу войти в дом?

Ника растерянно улыбнулась и, отскочив от порога на некоторое расстояние, пустила в лицо мужчине струю нервно-паралитического газа. От волнения у нее дрожали руки, поэтому она держала баллончик двумя руками. Гипс ужасно мешал, но она изо всех сил нажимала на распылитель, закрыв глаза и отвернув лицо в сторону. Мужчина как стоял улыбаясь, так с улыбкой и грохнулся на крыльцо, а его «дипломат» отлетел в сторону. Вероника галопом бросилась в комнату, где лежал телефон, и начала судорожно набирать номер местного отделения милиции.

– Быстрее приезжайте, ко мне пришел преступник, он хочет меня убить! – истерично закричала в трубку Вероника.

– Спокойно, гражданочка, не кричите, давайте ваш адрес, – по-деловому потребовал дежурный.

Ника продиктовала адрес и, еще раз крикнув, чтобы они приезжали побыстрее, бросила трубку и кубарем полетела к двери. По дороге она схватила бельевую веревку, выскочила на крыльцо и начала торопливо опутывать мужчине ноги и руки. С одной рукой это делать было ужасно неудобно, но Вероника самоотверженно продолжала работу. Закончив свое дело, девушка вытерла пот со лба, уселась на лавочку и стала разглядывать лицо незнакомца. У него были черные волосы, спадающие на лоб, аккуратная бородка клинышком, тоже черного цвета, и большие очки в роговой оправе.

– Надо же, и сюда явился! – покачала головой Вероника. – Ничего, сейчас тебе во всем придется сознаться, козел бородатый! – волновалась она.

У Ники все еще тряслись руки и дрожали коленки. Она встала, прошла в дом и вернулась оттуда уже с сигаретами. Сев опять на лавочку, девушка щелкнула зажигалкой, закурила и пустила клубы дыма в лицо поверженного бородатого. За воротами просигналила милицейская машина, и Ника сорвалась с места, как ошпаренная. Когда машина въехала во двор, Ника тут же затараторила:

– Представляете, открываю дверь, а он стоит и нагло мне улыбается. Хорошо, что я сразу его узнала и сообразила, что нужно делать, а то бы лежала сейчас с перерезанным горлом. Ой, я прямо до сих пор не могу опомниться, спасибо, баллончик у меня в руках был. Вы его арестуйте, гада такого, он сегодня чуть Вадима в Склифе на тот свет не отправил.

– Успокойтесь, гражданочка, сейчас разберемся, – произнес участковый и неторопливо прошел к крыльцу.

– Я его на всякий случай связала, побоялась, что очухается раньше времени и сбежит, – взволнованно продолжала Ника.

Капитан подошел к связанному мужчине, заглянул ему в лицо и, вытаращив глаза, посмотрел на Веронику.

– Послушайте, гражданочка, – осторожно произнес он. – Как ваше имя и фамилия?

– Вероника Королева, а что?

– Гражданка Королева, вы на всех людей так кидаетесь? Это же страховой агент, Лев Иванович.

– К… какой агент? – обомлела Ника.

– Страховой, – четко произнес капитан милиции. – Он страхует дома от разных несчастных случаев, пожары, там, наводнения и прочие неприятности. Вчера ко мне приходил и вообще каждый год сюда приезжает. У вас дом новый, вот он к вам и явился. Вчера, когда он был у меня, мы как раз разговаривали о том, что в прошлом году произошло здесь, ну, я имею в виду взрывы.

– Мамочки, – пропищала Ника и зажала рот рукой. – А что же теперь будет? С ним ничего не случится?

– Чем вы его так отключили?

– Сейчас принесу, покажу. – И Ника бросилась в дом.

Она мгновенно вернулась обратно и сунула в руки участковому баллончик. Тот посмотрел на него, покачал головой:

– Ну и ну, нужно на всякий случай «Скорую» вызвать. Вдруг у человека заболевание какое-нибудь. Вы хоть соображаете, что это дело подсудное? Ведь если он на вас заявит, то придется отвечать по всей строгости закона.

– Я ему все объясню, во всяком случае, постараюсь, чтобы он понял, что я здесь абсолютно ни при чем, – холодея от ужаса, пролепетала Вероника.

– Посмотрим, – сказал капитан и склонился над мужчиной. Похлопал его по щекам и позвал по имени: – Лев Иванович, вы живой?

Страховой агент приоткрыл глаза и, подняв голову, с удивлением посмотрел на свои связанные конечности.

– Что это? Где я? – испуганно произнес мужчина.

Ника опрометью бросилась ко Льву Ивановичу, торопливо начала освобождать его от веревок, бормоча:

– Простите меня, ради бога, я приняла вас за преступника, вы так похожи на него, что я просто обалдела! Ну, прямо родные братья! Как вы себя чувствуете? Пойдемте в дом, я сейчас и дом застрахую, и машину, и свою жизнь, и если хотите, то даже свою болонку и кота тоже. Мне так стыдно перед вами, я даже не знаю как. Еще раз простите, я сейчас постараюсь вам все объяснить. Вы человек хороший, я это вижу по вашим глазам и уверена, что вы простите меня. Пойдемте в дом. – И Вероника стала помогать подниматься мужчине.

Тот в крайне раздраженном состоянии пребывал до той минуты, пока Ника не пообещала, что готова застраховать все, что он пожелает. Профессиональный интерес взял верх, и Лев Иванович улыбнулся, предвкушая, на какую сумму он сейчас раскрутит эту эксцентричную девицу. Вероника приняла его улыбку за хороший знак и немного успокоилась. Она согласилась бы сейчас на любые условия бородатого агента, поэтому приготовилась застраховать даже будущих тараканов, которые периодически появляются в любом доме.

Глава 19

Утром следующего дня Вероника собралась к Юлии и волновалась так, будто ей предстояло первое свидание с любимым. Она еще с вечера накупила в магазине всякой всячины в таком количестве, что с этим можно было запросто пережить небольшую осаду роте солдат сроком в неделю. В результате Ника приехала на место раньше времени на целый час, то и дело выбегая на лестницу, чтобы покурить. Наконец час прошел, и девушка влетела в палату, как ураган. Ни слова не говоря, она бросилась к подруге и начала ее целовать. Слезы сами собой брызнули из глаз обеих.

– Никусенька, милая моя, как же ты сумела, как же тебя пустили? – бормотала Юля.

Вероника взяла себя в руки и совсем бодрым голосом произнесла:

– Уметь надо, подружка. – Потом расхохоталась, вспомнив лицо Сергея, когда он, придя от начальства, начал выписывать ей пропуск, и пропела: – Там, где пехота не пройдет и бронепоезд не промчится, Никусь на пузе проползет, и ничего с ней не случится.

– Ник, давай рассказывай, что там и как! И вообще, про все, про все. Твой Ромка, как партизан на допросе, или отмалчивается, или обходит тему, как минное поле.

– А что рассказывать-то, Юль? Все нормально, Роман добивается, чтобы освободить тебя под залог. Пока не получается, но я думаю, что этот вопрос решится в ближайшее время.

– Вероника, на данный момент меня это волнует меньше всего, ты же прекрасно знаешь, о чем, вернее, о ком я у тебя спрашиваю. Ты была у Вадима? Как он?

– Идет на поправку, – ляпнула Ника, не успев вовремя прикусить язык.

Юля вцепилась в нее так, что затрещал больничный белый халат, надетый на Веронику.

– Ты нарочно это мне говоришь, да? Ты меня просто успокаиваешь, да? Отвечай же, черт тебя побери! – сорвалась девушка на крик.

– Хватит меня трясти, как созревшую грушу. Интересно, почему это я тебя должна обманывать? Мне что, делать больше нечего?

– Поклянись, что не врешь, – потребовала Юля.

– Чтоб мне облысеть, – тут же брякнула Вероника.

Юлька посмотрела на взлохмаченную рыжую копну волос, которая великолепно себя чувствовала на голове у Ники, и засмеялась:

– Ложь во имя… да?

– Хватит меня обвинять черт знает в чем, – разозлилась Вероника, решив: врать, так врать до конца. – Я вчера была у Вадима, он, конечно, еще не Аполлон, но уже пришел в сознание, и у врачей достаточно оптимистичные прогнозы.

– Ты с ним говорила?

– Нет, поговорить не удалось, к нему пока не пускают даже следователя, но через стекло я его видела, – продолжала напропалую врать Ника, уже начиная верить в то, что говорит правду.

Она рассказала Юле про Свету и ее малыша, про свой новый дом… Час пролетел, как одна минута. В палату вошел охранник, молча показал на часы и вышел. Подружки опять разревелись.

– Юленька, я тебя очень прошу, ты только береги себя и не думай ни о чем. Самое главное для тебя сейчас – это беречь ребенка, остальное суета. Верь мне и Ромке, мы тебя обязательно вытащим отсюда. Я попробую еще к тебе приехать, может, получится. Я пошла, моя хорошая. Не скучай, побольше читай, тогда время будет лететь незаметно, и побольше ешь витаминов, ребенок должен быть здоров. Я тебя люблю, – сказала на прощание Ника и, глотая подступившие слезы, выскочила из палаты с решетками на окнах.

Вероника вернулась в городскую квартиру, чтобы забрать у соседки Дуську и кота. Едва она переступила порог квартиры, зазвонил телефон, и Ника, даже не успев снять куртку, побежала к нему. Звонил Роман и, как только услышал голос Вероники, сразу, без предисловий, опрокинул на девушку ушат ледяной воды:

– Ника, Александр Демидов покончил жизнь самоубийством!

– Как самоубийством? – подпрыгнула девушка.

– Бросился с балкона из квартиры Вадима.

– Как же он попал в квартиру? – задала Ника глупый вопрос.

– Откуда мне знать, как он туда попал? – раздраженно проговорил Роман и продолжал не менее взволнованно: – Ты теперь понимаешь, что твоя версия лопнула, как мыльный пузырь? Значит, и тормоза вам испортил совсем не Александр, а кто-то другой.

– Почему ты так думаешь? Может, его просто совесть замучила, вот он и решил, чем так жить…

– Слушай, что ты ахинею плетешь? У людей, которые идут на совершение таких преступлений, как убийство, совесть отсутствует, и она не может их мучить. Никитин сейчас поехал туда, он мне позвонил и просил тоже приехать, я сейчас отправляюсь.

– Можно мне с тобой? – тут же выпалила Вероника.

– Нет, моя дорогая, лучше не надо, а то боюсь, что у Сергея, как только он тебя увидит, сразу же исчезнет сыскной нюх, и он не сможет работать. Интересно, чем ты его так достала, что он при одном упоминании твоего имени начинает икать? – смеясь в трубку, поинтересовался Роман.

– Ничем особенным, просто я вчера утром в его кабинете доказала, кто из нас прав. Мне пришлось дойти до самого высокого начальника. Представляешь, он не хотел разрешать мне навестить Юльку в больнице! У меня, между прочим, тоже новости есть. Я вчера была в больнице у Вадима и узнала кое-что интересное. На него там было совершено покушение, – без остановки тараторила Вероника, перескакивая с одной темы на другую.

– Что за бред ты опять несешь? Как можно покушаться на и так почти мертвого человека?

– Вот именно, почти, – таинственно проговорила Ника. – Мне теперь ясно, как дважды два, что это дело рук кого-то из родственников. Ведь пока Вадим жив, он остается хозяином своего состояния, и совершенно неважно, какое у него там самочувствие. Пока нет свидетельства о смерти, никто не имеет права претендовать на наследство. Вот и решили родственнички поторопить события.

– Как же такое могло произойти в стенах больницы? – удивился Роман.

– Все очень просто, приехал какой-нибудь новоявленный «двоюродный братец», под благовидным предлогом удалил медсестру на несколько минут и отключил аппарат жизнеобеспечения.

– Лихо, – пробормотал Роман.

– Хорошо, что врач буквально тут же вошел в палату, а так бы сегодня было уже два мертвых Демидова. Знаешь что, Ром, я думаю, что и Александру помогли совершить полет в неизвестность. У меня, как узнала, мозги прямо задымились. Я же была уверена, что все это дело его рук, я имею в виду Александра, а теперь даже не знаю, на кого и думать. Может, Эллочка?

– Ты же сама сказала, что в больнице был какой-то двоюродный брат, а Элла женщина.

– Рома, не прикидывайся ребенком, сейчас за деньги и брата нанять можно, и сестру, и даже тещу. Ну ладно, давай езжай к Никитину, а оттуда сразу ко мне. Я еще кое-что хочу тебе рассказать, мы тут с доктором посоветовались насчет одной вещи. И без Сергея никак нельзя будет этот вопрос решить, поэтому он тоже должен приехать.

– Ник, вечно у тебя какие-то загадки. Что за доктор и какая вещь?

– Все потом, милый, а сейчас отчаливай, я тебя буду с нетерпением ждать. Было бы просто замечательно, если бы ты уговорила приехать и Сережу.

– Не думаю, что он согласится по собственной воле лезть в пасть к крокодилу, – хмыкнул Роман.

– Ну, Ребров, появись ты только перед моими глазами, – зашипела Вероника. – И этот крокодил сожрет тебя с потрохами.

Роман рассмеялся и положил трубку. А Вероника задумалась: «Это что же за хренатень такая получается? Александр вылетел с балкона из квартиры Вадима. Представляю, что от него осталось, там ведь седьмой этаж. Брр… что-то мне нехорошо, нужно немного отключиться. Пойду-ка схожу к Раечке, как там мои Дуська с Зайкой».

Ника вышла из квартиры и позвонила в дверь к своей соседке Рае, с которой они жили на одной лестничной площадке. Оттуда донесся радостный лай болонки, и дверь тут же распахнулась.

– Ой, Вероника, привет, моя дорогая, проходи!

Дуська тут же прыгнула к Нике на руки и полезла целоваться. Девушка, смеясь, отворачивала лицо от шершавого язычка собаки.

– Соскучилась, моя хорошая, ноги надо оторвать твоей хозяйке, совсем забросила милую девочку. Ну ничего, сегодня я с тобой пойду погуляю. Давай слезай с рук, ты хоть и весишь как пушинка, но все равно рука у меня еще побаливает. Соседка, чаем напоишь? А то мне одной дома скучно чаевничать, ничего в горло не лезет.

– Что за глупые вопросы, Ника? Конечно, напою, да еще с пирожными. Ко мне вчера мои подружки опять кандидата в мужья притаскивали, вот после них и остались.

– Это уже которого по счету? – засмеялась Вероника, проходя на кухню.

– Сто двадцать пятого, – улыбнулась Раечка. – Знаешь, Ник, самое интересное то, что они никак не угомонятся. Я уже почти открытым текстом им говорю, какая я занудливая баба, а они все равно не оставляют своей идеи фикс. У меня появилось подозрение, что они поспорили на меня: сумеют ли найти такого мужика, с которым я с закрытыми глазами понесусь в загс, или нет.

– Рай, а может, они правы? Сколько же можно во вдовах ходить? Ведь уже пять лет прошло, как Михаил твой умер, пора о себе подумать. Ты молодая, еще парочку ребятишек успеешь родить.

– Да не в этом дело, Вероника. Ты что же думаешь, я прямо такая мужененавистница? Да ничего подобного. Никому не рассказывала, как я один раз обломилась, но тебе расскажу. Умора, одним словом. Попалась мне как-то одна рекламка на глаза. «Брачное агентство берется устроить ваше счастье в кратчайшие сроки». Было это в прошлом году, четыре с половиной года прошло, как муж мой умер, и за все это время у меня ни одного мужика в постели не было. Злая ходила, как мегера. Может, потому и проносилась мимо меня мужская половина человечества со скоростью дизельного локомотива. Ну вот, подумала я, а вдруг действительно повезет, чем черт не шутит, и позвонила в это агентство. Мне прямо по телефону все объяснили и пригласили к себе, чтобы я заполнила формуляр со всеми своими данными и пожеланиями, ну и оплатила, конечно, их услуги. Напомнили, чтобы я привезла свою фотографию, которая даст возможность мужчинам видеть, с кем они хотят познакомиться. В общем, все очень пристойно и культурно.

На следующий день я, как умная Маша, оделась как можно привлекательней и поперлась на другой конец города за своим счастьем. Встретили меня, конечно, по высшему разряду: в кресло усадили, кофе принесли и каталог с фотографиями. Я полистала, выбрала двоих, на мой взгляд, наиболее подходящих и по возрасту, и по внешности. Мне после этого подали чек, от которого у меня тут же отвалилась челюсть. Но я женщина воспитанная, заплатила, конечно, и отправилась восвояси ждать, когда счастье постучится ко мне в дверь. Ну, прождала я две недели и, если честно, уже плюнула на это дело, как вдруг раздается телефонный звонок. Довольно интеллигентный мужской голос сообщил мне радостную новость, что я женщина его мечты и он всю жизнь искал именно меня. Предложил встретиться с ним в кафе. Я, конечно, согласилась, вспомнив его лицо на фотографии. Сходила в парикмахерскую, надела новое платье и понеслась почти на крыльях любви на свидание. В кафе я вошла на пять минут позже назначенного времени и стала осматриваться. Когда ко мне подошел незнакомый мужчина и сказал, что это звонил он, сердечко мое прямо как в юности забилось, а он начал объяснять, что, увидев мою фотографию, решил позвонить.

Ой, Вероника, одно тебе могу сказать, до чего же мы, бабы, дуры, падки на спецэффекты! Букетик увидали, коробочку конфет слопали, от бокала шампанского глазки засверкали – и все. Ну, вот я, идиотка, неужели не видела, что такой мужик никогда в жизни один не останется и что не мог он обращаться в брачное агентство. В общем, не буду тебя утомлять, недельку я побалдела, любовник он, конечно, был отпадный. Я уже ему и запасной комплектик ключиков от квартиры сделала, все, как полагается. И вот в один прекрасный день приезжаю с работы, а меня ограбили. Причем ограбили очень аккуратно. Взяли только доллары, которые я собирала на покупку дачи, и мое золотишко.

– Значит, обчистил любовничек? – покачала головой Ника.

– Он! И обчистил красиво, – засмеялась Раиса. – Веришь, Ник, меня с тех пор, как на мужика посмотрю, так тошнить начинает! Прямо настоящая аллергия, даже смешно. Не на всех, конечно, а только на того, которого я хоть на минуту представлю своим партнером в постели. Вот и жду, пока пройдет, а подругам рассказать стыдно, поэтому они и продолжают таскать ко мне всех свободных.

– Рай, а ты что же, даже в милицию не заявила? Ведь какая сумма пропала, не считая золота.

– Стыдно, Ника. Что я там скажу? Что меня любовник ограбил, которому я через неделю после знакомства ключи от квартиры вручила? Ты же понимаешь, что только на смех поднимут и никто искать не будет. Скажут, никто, дамочка, не виноват, что у вас крыша от любви поехала, что сами двери своего дома жулику открыли. Да что уж говорить, действительно сама виновата. Я за эти полгода давно успокоилась, только вот не знаю, как мне от этой чертовой аллергии избавиться, смех, да и только.

– Ну а в то брачное агентство ты тоже не обращалась?

– Да не было его в том агентстве. Он мне что-то там наплел про друга, у которого он в Интернете мое фото увидел, влюбился и записал данные.

– Так ты что, еще и в Интернете себя разместила?

– Ничего я не размещала, это брачное агентство размещает, за это я им и заплатила.

– Теперь все понятно.

– Рай, ну неужели ты даже паспорта его не видела?

– Все я видела, и паспорт, и адрес, а когда по адресу узнала телефон, позвонила, там про такого слыхом не слыхивали. Вот такие пироги! Я все думаю, может, мне к врачу обратиться, что это такое со мной происходит? Ведь самая настоящая тошнота появляется, как будто пищевое отравление. Аж наизнанку начинает выворачивать. Я где-то читала, что это реакция организма на стресс, но вот как теперь от этого избавиться, просто не знаю.

– К психологу нужно идти, который занимается именно случаями, связанными с сексуальными отношениями.

Раздался звонок, и Дуська с лаем понеслась к входной двери. Вероника услышала голоса, и в кухню вошел Роман.

– Привет, ты же сказал, что на Кутузовский поедешь, – удивилась Ника.

– Я за тобой, Рыжик, собирайся. Когда позвонил Сергею и сказал о том, что случилось в больнице, он попросил, чтобы ты тоже приехала.

– А, значит, заинтересовался?

– Поменьше говори и собирайся. Это его работа, чтобы всем интересоваться, что связано с этим делом.

Вероника попрощалась с соседкой, извинилась за то, что опять придется ей погулять с Дуськой, и пошла в свою квартиру, чтобы переодеться. За сорок минут они с Романом добрались до Кутузовского проспекта. Во дворе вокруг милицейских машин столпились жители дома. Тут и там сновали журналисты и старались получить дополнительную информацию у жильцов дома. Тело уже увезли, но Ника увидела на асфальте следы крови; наверное, именно сюда упал Александр. В квартире они застали оперативников, а за столом расположился Сергей Никитин и что-то писал. Когда он увидел вошедших Романа с Викой, поднялся из-за стола и провел их в другую комнату.

– Вероника, что там случилось в больнице? – обратился Сергей к девушке.

Ника рассказала, как она приехала в Институт Склифосовского, чтобы узнать о состоянии здоровья Демидова, и что произошло дальше.

– А что случилось здесь? – в свою очередь поинтересовалась Ника.

– Нам позвонили в двенадцать тридцать и доложили о происшествии. Наша оперативная группа сразу же отправилась сюда. Что можно сказать? Александр Демидов стоял на балконе, курил и с кем-то говорил по телефону. Потом взял и прыгнул с седьмого этажа. Сигарета так и осталась у него во рту, он намертво зажал ее зубами. А телефон он бросил на балконе. Такое впечатление, что он даже с кем-то не договорил, потому что, когда мы подняли трубку, оттуда неслись короткие гудки.

– Вы хоть проверили, откуда был звонок? – взволнованно спросила Ника.

– Вероника, неужели ты полагаешь, что здесь работают одни лохи? – зло прищурив глаза, проговорил Никитин. – Звонили из автомата. И теперь мне очень интересно, что могли сообщить Александру такого страшного, что он тут же сиганул вниз? Даже сигарету не докурил.

– А почему такая уверенность, что он сам прыгнул? Мне, например, кажется, что его могли столкнуть во время разговора по телефону.

– Это невозможно, потому что в квартире, кроме него, никого больше не было. Вы же видели, что внизу охрана. Охранник записывает фамилии приходящих в журнал. Даже самого Александра записали, хотя он и является родным братом хозяина квартиры. Но так как здесь не прописан, значит, является гостем, а раз гость, будь любезен – в журнальчик. Здесь с этим строго, домовый комитет следит, чтобы охрана исполняла свою работу добросовестно. Я уже успел поговорить и с теми, и с другими. Охрана уверяет, что Александр приехал в двенадцать, а в двенадцать тридцать уже полетел вниз.

– Родственникам сообщили? – спросила Ника.

– Да, я разговаривал с женой покойного, она должна приехать с минуты на минуту.

– Не очень мне хочется встречаться с ней, – проворчала Вероника. – У нас с первой встречи взаимная любовь с первого взгляда. Интересно, конечно, послушать, что она будет говорить, но лучше я пойду. Сережа, ты не забыл, о чем мы с тобой договорились насчет Юлии?

– Нет, не забыл, – кивнул Никитин. – Если честно, не очень мне все это нравится, но, судя по тому, что сейчас происходит, полагаю, эта мера необходима. Ох, Вероника, втравила ты меня в авантюру, не знаю, как потом буду перед начальством отчитываться, но чувствую, что по головке меня за это не погладят.

– Ничего, Сереженька, цель оправдывает средства, и я очень рада, что в тебе еще не умер дух авантюризма, как во многих работниках правоохранительных органов. Вот увидишь, это даст свои результаты и принесет плоды, да и Юлю убережет от нервотрепки. А победителя не судят, сам знаешь.

– Твоими бы устами, – вздохнул Никитин.

– Я пока поеду, ладно? – Вероника повернулась к Роману. – Ты отвезешь меня домой?

– Конечно, что за вопрос, вот только сейчас с Сергеем обсудим некоторые детали. Завтра я должен ехать к Юлии, нужно подписать кое-какие документы. В общем, рутинная адвокатская работа.

Вероника пока пристроилась на кухне и вынула сигарету. Она бросила курить еще в прошлом году, но, когда Дуська притащила в дом слепого котенка, Ника приняла его за живую крысу и так перепугалась, что чуть не осталась заикой. Когда наконец она поняла, что это всего лишь котенок, то от радости тут же опять закурила. С тех пор делает это очень редко, лишь в минуты сильного волнения… Ника включила телевизор и пощелкала пультом, отыскивая музыку. И вдруг в «Новостях» услышала, как диктор рассказывает о происшествии на Кутузовском проспекте.

– Совсем недавно было совершено покушение на известного магната Вадима Демидова. В ходе следствия удалось выяснить, что в Демидова стреляла его жена, она взята под стражу, и сейчас в состоянии комы он лежит в Институте Склифосовского. Буквально час назад мы получили еще одно сообщение: сегодня в полдень покончил жизнь самоубийством родной брат магната, Александр Демидов, сбросившись с балкона седьмого этажа. Следователь отказался давать по этому вопросу какие-либо комментарии.

Диктор на минуту отвлекся, а потом очень взволнованно проговорил:

– Только что по Интерфаксу мы получили сообщение, что полчаса назад на МКАД произошло дорожно-транспортное происшествие. Автомобиль «Вольво» на полной скорости врезался в бетонное ограждение. Похоже, у машины отказали тормоза, водитель скончался на месте. За рулем сидела жена только что погибшего Александра Демидова».

Вероника уронила сигарету и зажала рот ладонью, чтобы не закричать.

Глава 20

Роман уверенно вел машину, изредка бросая озабоченный взгляд в сторону Ники. Она откинула голову и сидела с закрытыми глазами.

– Ник, не нужно так переживать. Это, наверное, стечение обстоятельств.

– Никакие это не стечения, это преднамеренное убийство. Неужели ты не понимаешь? Я ужасно боюсь за Юлю, ее нужно очень хорошо охранять. Но кто же это? Рома, я уже всю голову сломала, кто это может быть? Не тетушки же, в конце концов, эти божьи одуванчики? Или Лариса, полудевушка-полуребенок? Знаешь, мне в голову пришла одна мысль: нужно срочно проверить всю родословную Демидовых. Может быть, существуют какие-нибудь дальние родственники, которые могут предъявить свои права на наследство?

– И что это даст?

– Как что? Сразу станет ясно, кто все это делает.

– Вероника, тебе не кажется, что ты заблуждаешься?

– Что ты имеешь в виду?

– Почему ты думаешь, что это могут быть только родственники? Ведь, скажем, иные компаньоны тоже, очевидно, не прочь увидеть Демидова в гробу. Да и потом, у такого человека, как Вадим, думаю, врагов накопилось с избытком.

– Все, конечно, может быть, но все-таки сначала стоит прощупать родственников.

– Не знаю, что из этого получится, но попробовать, конечно, можно.

– Вот давай мы с тобой прямо сейчас и попробуем. Разворачивай машину, поехали в Марсово, наверняка они все там, – торопливо проговорила Вероника.

– Кого ты имеешь в виду?

– Мать Демидовых и тетушек.

– Не думаю, что они захотят с нами говорить, но попробовать можно, – повторил Роман и развернул машину.

– Захотят, никуда не денутся. Знаешь такое выражение: «Не можешь – научим, не хочешь – заставим». Давай, Ромочка, вперед и с песнями. Я перестану себя уважать, если не смогу убедить Розу Ефимовну быть нашим союзником и помощником.

– Рыжик, а вдруг это она? Я уже ничему не удивлюсь.

– Нет, она единственный человек, которого я не подозреваю. Мне Юлька рассказывала, как она фанатично любит своих сыновей.

Они проехали мимо искореженной «Вольво», стоявшей на обочине. Ни гаишников, ни «Скорой помощи» уже не было. Роман не стал останавливаться, а проехал мимо, отвернув голову от малоприятной картины. Немного погодя они подъезжали уже к поселку Марсово, и пришлось притормозить. Из-за поворота выскочила машина «Скорой помощи» и на огромной скорости с включенной сиреной промчалась мимо них.

– Не иначе как из дома Демидовых, – взволнованно проговорила Вероника. – Ромочка, давай быстрее туда.

Они въехали во двор, и Вероника опрометью бросилась в дом. Там стояла гробовая тишина, и, только как следует осмотревшись, Ника увидела сидящих в уголку гостиной, как обычно, прижавшихся друг к другу, сестер Розы Ефимовны.

– Что случилось? – как можно спокойнее спросила она у женщин.

– Розочку забрали в больницу, – ответила одна из них и захлюпала носом.

– С сердечным приступом… Как только узнала про Сашу… – неожиданно твердым голосом проговорила вторая. – У нее сердце слабое. После Вадима она еще как-то держалась, а вот как про Сашу сегодня сообщили, все, сразу обширный инфаркт.

Появилась домработница и подошла к сестрам.

– Ухожу я, Зоя Ефимовна, не могу больше. Не дом у вас, а прямо склеп какой-то. Я человек верующий, не могу оставаться, боюсь.

– Ступай, нечего при посторонних панихиду заводить. Не нравится – уходи, кто ж тебя держит? – строго проговорила Зоя Ефимовна.

– А как же мы будем, Зоенька? – пропищала вторая сестрица.