Худловары Шелли Мерси

Глава 8. За ебизнес!

после любви

комар в темноте

на тебе? на мне?

Стриптиз эконом-класса

Сколько бы в Питере не было духовности, на пару летних месяцев она уступает место утонченной северной эротике. Это видно даже по рекламе секса с малолетними, которая развешана по всему городу. Нарисована красивая девочка, и подпись:

«Катя. 15 лет. Читает модные журналы. Делает то, что хочет. Выдумывает. Не курит».

Жалко, телефона не написано.

Правда, после второго такого плаката, уже с мальчиком, я заподозрил, что это всего лишь реклама здорового образа жизни — под мальчиком тоже было написано «не курит». Но я списал это подозрение на свою больную фантазию математика: ну кто еще будет искать подобные совпадения на плакатах в разных концах города? Конечно же, речь идет о ненавязчивой, интеллигентной пропаганде ранних половых связей. Такого не встретишь в развратной Москве. Я всего две недели в Питере, а как уже москвичей ненавижу!

Изящная эротическая словесность проникает даже в подъезд дома, где я живу. Там на двери появляется надпись черным:

«Бей жидов»

В следующие выходные возникает приписка розовым — то ли губной помадой, то ли вообще детским мелком:

«Еби скинов»

Любому, кто не чужд высоких материй, сразу видно, что речь идет о японской поэтической игре «хайкай-но рэнга», более известной у русских как «буриме». И рука уже тянется, чтобы дописать третью строчку:

«Души прекрасные порывы»

А еще за время моего отсутствия многие питерские заведения превратились из грязных забегаловок в огромные центры удовольствий для ценителей извращенного прекрасного. Взять хоть «От заката до рассвета», в прошлом — маленькую кафешку, которую швейцарская газета FACTS описывала так:

«Пивная „От рассвета до заката“ расположена на Мойке. Она представляет собой место сбора хакеров и тех, кто хочет ими стать. Каждый, кто посещает эту пивную, окружен смертью. Скелеты свисают с кирпичных стен. На буфетной стойке лежат черепа… Майор Константин Китаев, руководитель отдела по борьбе с компьютерными преступлениями и преступлениями в области высоких технологий, сидит в небольшой комнате перед деревянной (sic!) печкой. Несмотря на жарко натопленную печку в комнате довольно прохладно: декабрьский холод проникает сквозь двери и окна».

Но то зимой и глазами швейцарцев. А летом мы с доктором Волошиным заходим в «От заката до рассвета», чтобы перекусить, — и попадаем в трехэтажное заведение со стриптизом. Однако стриптиз особый, питерский. Все стриптизерши, доходя до столика, который перед нашим, обязательно смахивают один из бокалов. И в конце концов начисто разносят всю посуду тех ребят, что сидят впереди. Даже стриптизер-негр, пролетая на цыпочках мимо них, успевает сбить стакан. У меня тут же рождается гипотеза, которую излагаю доктору Волошину.

— Прикинь, — говорю, — они наверняка не за бабки пляшут, а для своего удовольствия. Сидит вот эта девочка весь день на лекциях по экономике, мается. А вечером приходит сюда — и давай своим голосистым шевелить. Типа, отдыхает.

Волошин только посмеивается — благо он опытный педиатор, а не психиатор какой-нибудь. Но на выходе я застреваю в дверях с одной из танцовщиц. И из вежливости говорю комплимент. Девушка сразу рубит фишку, повисает у меня на шее и предлагает «пойти наверх», станцевать мне там приватный VIP-танец на столе.

Мы уже почти сговариваемся, но тут подходит этот махровый педиатор Волошин с во-о-о-т таким фотоаппаратом и начинает брать интервью. Как вы, мол, дошли до такой жизни, девушка? Что вас заставляет выполнять эту недетскую работу?

— А я для своего удовольствия танцую! — говорит девушка. — Сегодня вообще не мой день по расписанию. Я просто так пришла, отдохнуть.

У нас с Волошиным глаза на лоб лезут. А что тут еще сделаешь, кроме глазного массажа лобных долей? Моя страшная гипотеза начинает сбываться. Хватаясь за остатки романтических стереотипов юности («брошенная подлецом-мужиком… одна с тремя детьми… бедная девочка вынуждена… за кусок хлеба… побои и унижения… кругом хламидии и монады…») — я спрашиваю с последней надеждой на старый анекдот:

— Вы случайно не филолог?

— Да за кого вы меня принимаете! — дергает ногой плеченогая блондинка. — Я экономист!

В утешение доктор Волошин рассказывает мне секретную технологию получения хороших улыбок на фотографиях: при съемке надо произносить не «сыр», а «секс». Но и это не помогает. Ведь история с экономическим стриптизом имеет гораздо более глубокий смысл, связанный с моей новой работой.

# # #

Работа нашлась на кубке «Яндекса» по поиску. Сам кубок я тоже выиграл, кстати. Но в официальных результатах вы этого не найдете. Да и зачем там искать? Официальные результаты касались вот какого поиска: десяток больных на голову граждан скрючиваются над мониторами и, быстро-быстро перебирая лапками, ищут ответ на бессмысленный вопрос типа «Как назывался район к западу от того района, где жил Карлсон». Да любому астриду понятно, что Карлсон жил на крыше, а не в районе! Но они все равно сидят и ищут — сначала паспорт Карлсона, потом в паспорте — регистрацию, потом пробивают по милицейской базе Стокгольма… Маньяки.

Я поступил хитрее. На кубке «Яндекса» я первым нашел спрятанный столик, где стояло пиво «Хайнекен». И успел вылакать аж три бутылки к тому моменту, как до столика добрались Саша Плющев, Рубен Макаров и другие настоящие участники кубка по поиску.

Среди них была и Наташа Хайтина, бывший замглавред бывшего мужского журнала «Мир Internet». Она тоже по-своему выиграла кубок. Потому что у столика она нашла меня и, пользуясь моим победным состоянием, предложила стать замглавредом «Нетоскопа».

Неужто еще один женский журнал, гармонично сочетающий эротику с хайтеком? Вот здорово!

Теперь и не вспомнить, что ввело меня в заблуждение — то ли пиво, то ли ностальгия по предыдущему женскому журналу… Да и сам «Нетоскоп» неплохо маскировался под формат. Застрявшая в заднице мобила, захват домена Sex.com маленькими геями, виртуальные издевательства женщин над мужчинами под видом домашних животных — все лучшие новости года поставлял нам именно «Нетоскоп». А их офис находился в местной Силиконовой долине, то есть на Васильевском острове. Если высунуть из окна ногу, можно дотянуться до офиса Житинского, а если руку — то до Пьянченкова. Тут же рядом обитает известный деятель сетевого андеграуда Сумерк Богов. А буквально в соседний дом регулярно заезжает к маме Путин — о его грядущих визитах всегда можно узнать по вымытому с шампунем тротуару и ментам в каждой подворотне…

Да, все-таки виноват Питер. Летний Питер с его обманчивой северной эротикой, карикатурой южных рождественских открыток.

Копулятивная этика

Слово «e-business» я впервые встретил в журнале «Мир Internet» в 97-м. И сразу отметил, что они боятся писать его по-русски. Тогда же родилось и определение, которое использовалось в романе «Паутина»:

«ВИРТУАЛЬНЫЙ СЕКС — способ общения посредством Сети. К настоящему сексу не имеет никакого отношения. Вероятно, столь странное название возникло потому, что многие термины электронной культуры образовывались путем присоединения приставки „Е“ к обычным словам, так что новые слова часто путали с терминами из сексологии. В результате этого термины электронной культуры, которые вначале использовались лишь в сугубо деловой речи (ЕБИЗНЕС), стали применяться и для выражения самых разнообразных эмоций — как отрицательных (ругательство „ЕБИЗНЕС ВСЕ КОНЕМ!“), так и положительных (тост „ЗА ЕБИЗНЕС!“)».

Но это и вправду оказалось новой формой секса! Практически весь Рунет 90-х был сделан на голом (в хорошем смысле) энтузиазме. А с началом нового века пришли новые люди с труднозапоминаемыми фамилиями, которые занялись активной перепродажей всего нарощенного и награбленного за первую рунетовскую пятилетку. Сами они не очень любили слово «ебизнес», звучание выдавало истинный смысл их деятельности — то есть мозгоеблю. Им срочно требовались благозвучные термины. Lenta.Ru, освещая в марте 2000-го ежегодный Российский Интернет-Форум, прямо так и писала:

«Как видно из программы, большая часть докладов РИФа посвящена электронной коммерции и смежным вопросам. Так, тема одного из круглых столов называется „E-business: как это по-русски?“. Напомним, что „e-business“ звучит не очень прилично для русского уха, а хороший отечественный аналог этому термину пока не найден».

Лично я предлагал в качестве синонима понятие «факоммерция». Соответственно, специалисты в данной области могли бы называться «факоммеры». Легко запомнить — они факом меряются. Но это было все еще слишком откровенно, поэтому гораздо чаще использовался термин «интернет-маркетинг». Отец рунецкого садо-мазо Кирилл Готовцев описывал эту схему так:

— Сначала ты говоришь «бла-бла-бла Интернет». Клиент открывает рот. Потом ты говоришь «бла-бла-бла маркетинг». У клиента вылезают глаза. А потом ты делаешь руками вот так и произносишь «интернет-маркетинг». Все, клиент готов.

Постепенно в языке бывалых интернетчиков таких слов становится все больше. Вместо скучного технического сленга они употребляют выражения «прямой оральный маркетинг», «реальный Бабицкий по ночному тарифу», «работаем по схеме B2B (Бивис-ту-Батхед)». Обсуждаются «вертикальные порталы с горизонтальным расслоением» и другие странные композиции, не снившиеся даже знатокам Камасутры.

Организация сексуальных отношений в этой извращенной форме сама по себе становится индустрией. В 2000-м году по первым вторникам каждого месяца в московском ресторане «Планета Голливуд» проводятся встречи потенциальных инвесторов с представителями интернет-проектов. Намерения присутствующих определяются тем же способом, который когда-то применяли в публичных домах: инвесторам выдают бэджи красного цвета, интернетчикам — зеленого. Ебизнес коромыслом!

Если сравнение с борделем кажется слишком резким, то замечу, что многие компании в это время и сами не стеснялись признать, чем занимаются:

«Computerra: Во время совместного с Verysell и OCS брифинга глава представительства Sun Microsystems в СНГ Сергей Тарасов исполнил свою презентацию, посвященную преимуществу полигамии на ИТ-рынках, в стиле, пограничном между жесткой эротикой и мягкой порнографией.

Как время холостячества при многочисленных домогательствах описал докладчик деятельность Sun до июля 1998 года, когда компания работала в России с клиентами напрямую (картинка фривольная, но в пределах приличий).

Подписание CDP-соглашения с компанией CHS — Merisel (ныне — Verysell) летом 1998 года было представлено как „взятие в дом первой жены“ (следует картинка „на грани“) и начало практикования работы с локальными и региональными партнерами по двухуровневой партнерской системе.

И вот теперь Sun объявляет о „втором браке“ (на экране — полная групповуха), то есть заключении еще одного дистрибуторского соглашения на рынке СНГ. Второй „женой“ стала компания OCS со штаб-квартирой в Питере».

Но такая открытость в вопросах ебизнеса имеет свои негативные стороны. Одна только смелая аналогия с многоженством может вызвать противоречивые чувства у правоверных российских клиентов. А что, если чья-то аналитическая проницательность пойдет дальше, вплоть до сцены в духе сурового садо-мазо, под заголовком «Акционеры имеют „Sun“ в глубоком виду»?

Поэтому сразу после первых успешных сделок в российском ебизнесе возникает то, что в обычном человеческом соебществе называется «этикой». Сильно оголенные органы спешно прикрываются пиджаками высоких намерений.

Эта новая этика называется «корпоративной». Но корпорации состоят из людей. А значит, идея прикрытия распространяется и на самый бытовой уровень. То есть пиджаки требуются буквальные — театр начинается с вешалки. Холдинг РБК специальным приказом запрещает своим неграм носить кольца в носу, а также шорты и цветные волосы. А компания КРОК вообще настаивает на «мелкой промышленной вязке» — нет, это не секс по-собачьи в рамках служебного романа, но звучит так, что и вправду задумаешься о двойных стандартах.

# # #

Работая в прогрессивном женском журнале «Internet», я успешно обходился без этих извращений. Хотя уже тогда они понемногу начинали вторгаться в жизнь. «Я не участвую вовне, вовне участвует во мне», — как писал известный токарь Евтушенко.

Конец апреля 2001-го. Я топаю на работу в наш умирающий журнал и думаю, не посетить ли выставку «КОМТЕК». Может, хоть нальют на халяву? И в середине этой мысли, посередине Проспекта Мира — вдруг чувствую, как-то легче стало идти. Смотрю — отлетел каблук от ботинка, и лежит позади на Проспекте Мира. И, в принципе, даже удобнее стало. У каждого человека одна нога длиннее другой. Это доставляет кучу неудобств. Я лично из-за этого на работу иду на полчаса дольше. То за блондинкой какой сверну не в ту сторону, то пива куплю — и по синусоиде… Все из-за разницы в длине ног. А тут разница cкомпенсировалась, я и на работу моментально пришел. По самой прямой, никуда не сворачивая.

Но когда пришел, задумался. Потому что узнал, что корреспондента 3DNews не пустили на международную конференцию «Россия на пути к новой экономике: бизнес и Интернет». Не пустили из-за неподходящей формы одежды.

Грешным делом я вначале подумал на Юлю Судакову. Мы познакомились с ней в одной из саун, которые устраивала сотрудница нашего женского журнала «Internet» Вика, она же Наташа Рябова. Вскоре после сауны мы с Юлей снова встретились на каком-то пафосном мероприятии. Увидав меня, она крикнула через весь зал: «О-о, а в одежде я тебя не сразу узнала!» Присутствующие пиджаки сделали такие лица, будто по ним прошлись утюгом.

Но выяснилось, что на конференцию не пустили самого главреда 3DNews Андрея Кузина. Который вообще-то даже шляпу носит. Зато не носит галстуков. Вот ему и сказали, что их совершенно не интересуют интернет-издания без галстуков. Кузин признал, что это логично: ведь цель конференции — окучить тех, кто в галстуках. Так что ебизнес России в надежных руках! Да и самим сотрудникам 3Dnews это помогло определиться с местами будущей работы: Юля сейчас в Орлеане, Андрей на Тайване — и оба, насколько я знаю, по-прежнему без галстуков шастают.

Но идти ли мне в таком свете на «КОМТЕК» с одним каблуком? Вначале я проявил слабость — оторвал второй каблук тоже. Стали типа шлепанцы. Конечно, ноги опять разной длины, и я снова стал ходить по таким кривым, какие высшему топологу Фоменко и не снились. А чего поделаешь: имидж! Но на «КОМТЕК» так и не пошел. Могут ведь и к шлепанцам прикопаться. И за каким багом мне тогда пилить в другой конец города? Меньше всего нужны мне твои «КОМТЕКи»!

Столь же счастливо я избежал и поездок на РИФ, где сущность ебизнеса ежегодно раскрывалась до самой нефритовой ручки. Если корпоративная этика материализуется на бытовом уровне в пиджаки и галстуки, то копулятивная природа ебизнеса, опускаясь на уровень отдельных людей, точно так же меняет личные сексуальные привычки своих адептов. Само собой, для отвода глаз на всех сборищах имеется глянцевая обложка, то есть официальная программа. В ней вы никогда не найдете описание реального РИФа-2001. Но большой знаток извращений Сережа Кузнецов сохранил для нас эту историческую стенограмму.

«Действующие лица:

Дамиан „Дема“ Кудрявцев — один из основателей и владельцев компании „Ситилайн“, ближайший сотрудник Бориса Березовского, живая легенда Рунета, близкий друг Антона Носика;

Аркадий Морейнис — директор компании Price.ru, сайта, к которому неизбежно обращается любой, покупающий что-либо связанное с компьютерами в крупнейших городах России;

Никита „Кит“ Корзун — руководитель List.ru (1998–1999), впоследствии — вице-президент по развитию Port.ru (1999–2000). Считается одним из самых талантливых и вместе с тем беспринципных менеджеров Рунета.

Содержание действия: Дема разводит собравшихся в „Пумбе“ игроков интернет-рынка на деньги, обещая, что если сумма будет достаточно крупной, Кит и Морейнис публично поцелуются взасос.

Шоу длится часа два. Все это время все пьют, занимаются своими делами, беседуют — и изредка появляется Дема (который тоже пьет и занимается своими делами) и предлагает сдавать деньги. Поначалу он еще объясняет, на что сдают деньги, но постепенно сводит все к обещаниям: „Дело стоящее, вы не пожалеете“. Делает это страстно и увлеченно, публично упрекая не сдавших деньги в том, что у представляемых ими структур финансовые трудности. Обсуждается предложение заплатить тысячу долларов с карточки, чтобы Корзун и Морейнис поцеловались голыми, но эта идея как-то не получает развития.

В конце концов, собрав около 500 долларов, Дема объявляет, что два крупнейших игрока на интернет-рынке сейчас публично поцелуются. Морейнис и Корзун выходят на импровизированную сцену и долго целуются взасос под одобрительные крики „Пидоры!“. После этого Дема делит пачку денег пополам, отдает половину Корзуну, а вторую оставляет себе. Корзун отдает треть Морейнису, и все продолжают пить».

Даже сама информация о таких сторонах ебизнеса позволяет сколотить собственный бизнес. Наиболее масштабно к делу подходит московский холдинг Algorithm Group. В конце 2001 года они объявляют о создании модельного агентства Algorithm Offline, состоящего из пары сотен симпатичных девушек для поставок на IT-мероприятия в качестве украшения. Этих гейш обещают надрочить для светских разговоров на хайтековские темы, вплоть до изучения специальной литературы по тематике каждого конкретного клиента. Все понимают, что на самом деле речь идет о создании сети обольстительных шпионок, которые призваны вытягивать из потерявших бдительность деятелей IT-индустрии ценную рыночную информацию.

Новостное агентство «Нетоскоп» было создано на год раньше, с совершенно противоположной целью. Непосвященные могут подумать, что оно обосновалось в Питере только потому, что именно там жила Наташа Хайтина, которая очень интересовалась проблемами освещения ебизнеса. Но это не главное.

Выбор Питера был частью хитрого плана Носика и Воложа. Я-то сразу догадался, в чем стратегия. Я же учился в той половине питерского универа, которую в эпоху застоя специально перенесли из центра города в Петергоф. Чтобы представители настоящих, естественных наук не смущали гуманитарное население города своими прогрессивными наблюдениями.

Примерно по тем же соображениям сетевое агентство, освещающее московский ебизнес, было организовано в Питере. Копулятивные тонкости ебизнеса должны были остаться в тайне от широкой общественности.

Но каким же образом издание, призванное решить такую скучную задачу, умудрилось вместо этого прославиться своими новостями о трахающихся покемонах, вибраторах-убийцах и других красивых явлениях, достойных освещения в продвинутом женском журнале?

Это непростая история.

Доброе слово о спаме

Дистанционное освещение ебизнеса держится на двух китах, имена которых — Пресс-Релиз и Черно-Слив. Но прежде надо сказать несколько добрых слов об их старшем брате. То есть о Спаме. Иначе будет трудно понять особенности этих новых форм литературной болезни.

Если верить статистике Gartner Group, основные темы непрошеных рекламных рассылок — это рецепты «быстрого обогащения», реклама порнухи и прочего софта. Но данное исследование проводилось на Западе. Отечественный спам имеет свои национальные особенности:

«Уважаемые господа! Вас приветствует фирма „НАРИТ“. Перед Вами стоят печальные заботы? Вы решаете вопрос об установке памятника? Где сделать заказ, какие сроки, какое качество? Мы поможем Вам решить эти вопросы…»

Что может быть лучше, чем предложение подумать о надгробном памятнике солнечным весенним утром?! «В законченных работах присутствует стиль, такт и торжественность» — разве не радует такая подача любого читателя, привыкшего к дешевому американскому спаму в духе «MAKE $$$ FAST»? А чего стоит название фирмы — слово ТИРАН, записанное наоборот!

То же касается и сексуальной темы. За время обитания в Интернете мне пришло столько англоязычных писем про penis enlargement, что если бы я соглашался лишь на каждое десятое, у меня уже был бы шланг до Луны. Зато первое и единственное письмо на родном языке с грубым предложением увеличить член я получил лишь в 2005 году, на 10-м году своей интернет-жизни.

В том же году было еще несколько революционных писем на русском. Но увы, немного. Отличился разве что сайт «Клиники Петербурга». В первой рассылке они предлагали заморозить меня на 200–300 лет, причем «стоимость размораживания определяется по факту, в случае успешности» процедуры. Во втором письме мне давали возможность забеременеть от Элвиса Пресли или получить отпрыска от Мадонны, купив сперму и яйцеклетки звезд (и прайс-лист для оптовиков!). Наконец, в третьем письме та же братия из литературно-криминальной столицы, но уже под названием ЗАО «Чужая почка», сообщила, что заканчивает распродажу донорских органов («с получением органа от интересующего Вас человека»).

Но это, повторяю, редкие исключения. В основном же русский спам все эти 10 лет предлагал более духовные альтернативы. Год за годом я наслаждался рассылками нашего спамера #1 Михаила Армалинского, который под разными соусами предлагал купить эротическую книжку «Тайные записки Пушкина». Особенно порадовала компания MIPCO летом 2000-м:

«Сегодня мы послали В. Гусинскому в Бутырскую тюрьму экземпляр „Тайных записок 1836–1837 годов“ А. С. Пушкина. Пакет послан скорой почтой (Express Mail) по адресу: зэку Владимиру Александровичу Гусинскому, Бутырская тюрьма, Новослободская улица 45, Moscow, Russia

Адвокат Гусинского сообщил по НТВ, что его клиент мучается в заключении от бездеятельности. Мы решили посильно помочь Гусинскому, зная, что чтение русских классиков всегда благотворно влияло на российских политических заключённых. Кроме того, читая эту книгу, он легко найдет, к чему приложить руки. Люди доброй воли! Присоединяйтесь к облегчению участи Гусинского!»

Короче, даже не заглядывая в музей спама, собранный литературоведом Романом Лейбовым, можно констатировать: российский спамер — это явление скорее культурное и литературное, в отличие от корыстолюбивых спамеров Запада. Россия вбросила в Интернет огромное количество гуманитариев, чья языковая подкованность нахер никому не нужна в реале — но здесь они наконец нашли свою аудиторию.

Высококультурную природу русского спама подтверждает и следующая история. Первого апреля 2003 года Антон Носик решил по-своему отметить «День дурака». Он предложил френдам своего ЖЖ вместе написать детектив. Книга, по мысли Антона, должна была начинаться так:

«В офисе небольшой турфирмы находят ее директора, застреленного из охотничьего ружья. При прослушивании автоответчика обнаруживаются десятки звонков по объявлению про „золотые Азоры“, и один звонок в два часа ночи с угрозами — от Антиспамерской лиги. Следователь Гоплин начинает разбираться со спамерскими рассылками, которые отправлял потерпевший. Выясняется, что турфирма бомбардировала население РУНЕТа своими предложениями отдыха на „золотых Азорах“ не реже двух раз в неделю».

Как всякая дурацкая шутка, это была довольно точная футурология. Спустя два года в Москве убили самого известного на то время спамера Рунета. В одном лишь предсказание Антона не сошлось: он не учел российской духовности. Главный спамер Рунета занимался вовсе не туризмом, а руководил «Центром английского разговорного языка», чьи навязчивые предложения выучить этот самый английский не достигли разве что ушей мертвого посла Нигерии в Чехии, убитого несколько раньше и тоже из-за спама. То есть даже здесь мы получили разборку филологического характера — в отличие от инцидента на чешско-нигерийской границе, где дело касалось денег.

При этом спам является и самой честной формой литературы. Он бесплатен и никогда не скрывает своих истинных намерений. Лучшее подтверждение инопланетной сущности литературной болезни я получил в виде спамерской рассылки:

«Милый Землянин!

Пpивет! Я — существо из далекой галактики, посещаю вашу планету. Я превратила себя в этот текстовый файл. Пока ты читаешь меня, я занимаюсь любовью с сетчаткой твоего глаза. Знаю, тебе нравится это — ведь ты улыбаешься! Пожалуйста, передай меня еще кому-нибудь — я такая маньячка!»

Помню, я так обрадовался столь открытому признанию, что расслабился и помог инопланетной маньячке трахнуть еще несколько тысяч человек благодаря публикации ее «тела» в своем дневнике. Наверное, она набила себе мозоли на консоли.

Кстати, о массовом поражении — самый лучший спам рассылает себя сам. В 2000-м году психолог из Лос-Анджелеса Дебора Купер заявила, что из-за эпидемии нового «любовного» вируса нас ожидает эпидемия самоубийств. Троянец распространялся в письме с завлекающим названием «I love you», и после этого многие люди вообще перестали открывать послания с интимными признаниями. По мнению психолога Деборы Купер, такое недоверие к словам любви должно разбить множество пар. А по-моему, очень даже хорошее лекарство от литературной болезни: меньше будешь путать настоящую любовь с липовыми словами.

Летом 2001 года доверчивых любителей слов подкосил вирус повеселее. Заразив компьютер, SirCam брал какой-нибудь крупный файл из папки «Мои документы», и прикрепив себя к этому файлу, рассылался по всей адресной книжке зараженного гражданина. Самым прикольным следствием эпидемии SirCam стала автоматическая утечка в Интернет кучи секретной литературы — ее вполне можно было читать, предварительно вырезав вирус редактором какого-нибудь FARа. Достоянием масс стали даже файлы ФБР и планы украинского президента: при этом выяснилось, что администрация Кучмы составляет документы вовсе не на украинском, а на русском. А вот названия некоторых файлов, присланных вирусом мне лично: «Трудности разработки законодательства», «Финансовый отчет», «Competitive Intelligence», «Как снять девушку». Самим же девушкам, между прочим, приходило другое: Катя Теплова получила файл «Мужчины Америки» с разными там данными. Чуть не поддалась, бедняжка…

В ноябре, спустя три месяца после начала эпидемии, лучший новостной заголовок месяца выдает журнал The Register: «Тысячи идиотов до сих пор заражены вирусом SirCam». Я громко зачитываю его в редакции «Нетоскопа» и рекомендую всем сотрудникам писать новости именно с такими заголовками. Что ни говори, а диагноз универсален. Тысячи идиотов до сих пор смотрят телевизор. Тысячи идиотов до сих пор читают. Тысячи идиотов. До сих пор.

Маклюэн все-таки облажался, когда сказал, что the media is the message itself. Сообщение имеет смысл лишь тогда, когда его ожидают. А сильное ожидание слопает любые сообщения. Даже вирус, если он называется «Я тебя люблю». Потому что пустой почтовый ящик раздражает пустотой. The mailbox is the message itself, вот как надо говорить. А почтальоны — совсем не важно какие.

По той же причине я практически не пользуюсь ни антивирусами, ни антиспамом. Глупо доверять гандонам то, что должен уметь ты сам. Есть простой набор правил, позволяющих самостоятельно уменьшить количество мусора. А лучшее средство — просто сносить время от времени свои почтовые ящики. Привет Маклюэну!

«Reuters, ЛОНДОН: Люди, отправлявшие свои письма из Йоркширкского парка, по ошибке кидали их в ящик для собачьего дерьма, думая, что это почтовый ящик. Ящик для собачьего дерьма должен быть зеленым, однако местная строительная фирма поставила красный. „Красный цвет говорит всем, что это почтовый ящик“, — сообщил мэр города Джеф Ричардсон».

Что лижут в пресс-релизах

Пресс-релиз — всего лишь цивилизованная форма спама. Хотя по хайтековским пресс-релизам вполне можно делать неплохие новости. Ну, в каком смысле неплохие? Выше я писал, что все хайтековские новости в России представляют собой ненаучную фантастику. Но оригинальные пресс-релизы хайтек-компаний — фантастика вполне научная.

Нет, это не комплимент. Просто уточнение жанра. Научная фантастика всегда содержала больше пи*ара, чем науки. Совсем недолго побыв «просто приключенческой», как книжки Жюля Верна, она быстро стала идеологическим оружием враждующих систем. «Наш» космос покоряли идеологически-стойкие герои Толстого и Ефремова. Зато «ихний» Артур Кларк не в последнюю очередь прославился благодаря тому, что назвал героев «Космической Одиссеи» именами советских диссидентов. У нас не издавали Филипа Дика, у них не издавали Лема. Но космос, космос был у всех в мозгах!

В реальности все это обернулось запуском сомнительных космофаллических символов, падающих на головы бедным мексиканцам и их космодромным антиподам-казахам. Но даже это не отменило фантастические бизнес-планы. Европейское Космическое Агентство в 2000 году начало исследование «Инновационные технологии из научной фантастики для работы в космосе», которое на практике оказалось повтором штампов НФ полувековой давности.

Такой же цирк с конями устроили в Штатах. Исследование Департамента торговли США и Национального Комитета по науке называлось «Конвертация технологий для улучшения человеческой жизни»… и копировало фантастику 30-х: отдельные пассажи 400-страничного доклада не отличались от цитат из «Дивного нового мира» Хаксли и «Шепчущего во тьме» Лавкрафта.

Из-за такой неповоротливости государственных структур гораздо активнее развивается «корпоративная фантастика». В пресс-релизах становится модно дописывать парочку фантастических абзацев, начинающихся словами «в будущем подобные устройства позволят…» — и далее о том, как счастливо будет жить новое поколение добровольных инвалидов, вставивших себе в задницу очередной электронный костыль.

Иные пресс-релизы и вовсе состоят из чистых прогнозов. Вот изобретатель электросамоката Segway предсказывает, что через несколько лет Segway вытеснит автомобили, и города будут перестраивать с учетом массового распространения таких самокатов. А вот футуролог из British Telecom обещает скорый выпуск оргазматронов. А вот компания Space Island Group собирается открыть в космосе гостиницу для влюбленных парочек…

Конечно, по жизни все происходит иначе. Президент США Буш при первой же попытке проехаться на «Сигвее» падает с него и стукается башкой об асфальт. Это никак не отражается на мировой политике, потому что дедушка старый и ему все равно. Однако в нескольких городах США электросамокаты запрещают и на автодорогах, и на пешеходных дорожках.

Оргазматроны так и не поступают в продажу. Зато с каждым годом все больше женщин обращаются к врачам с проблемой перевозбуждения, которое вызывают мобилы в режиме вибрации.

Космический секс-отель тоже не спешит взлететь. И слава Багу! Ведь настоящие ученые знают, что секс в космосе возможен только втроем: третий должен обязательно поддерживать ебучую парочку, иначе вместо секса друг с другом они будут иметь секс с бортовыми приборами. Но поскольку в пресс-релизе сказано о «парочках» — можно себе представить, как сильно будут погнуты бортовые приборы после первого же заселения в такой отель. А может быть и хуже: осенью 2003 году станция МКС развернулась на 25 градусов из-за случайного запуска двигателей корабля «Союз-ТМА» при отстыковке от станции. Как сообщалось позже в пресс-релизе корпорации «Энергия», один из членов экипажа «случайно воздействовал частью тела на фальш-панель пульта управления космическим кораблем». Дескать, в спускаемой капсуле было очень тесно. Ага, ну да. Мы-то с вами понимаем, что? они там делали и какая часть тела так неудачно выступила.

Но разве это проблемы? Зато через такие пресс-релизы ты занимаешься очень полезным, гуманным пи*аром будущего — и не какого-нибудь, а самого светлого!

Увы, подобная фантастика делается на Западе. Из отечественных технологий на этот уровень выходит разве что военпром. То и дело почитывая красивые военные новости, я вижу, как хорошо тут можно развернуться пи*арщикам. Представьте: крупным планом вид на Грозный, летящие ракеты, прочий дым отечества. Камера выхватывает где-то вдалеке подлого Басаева — он прячется в окопе. На переднем плане хорошо упитанный военный журналист — следы озабоченности на лице, вполне фрейдистский микрофон перед открытым ртом:

«Агентство Военных Новостей. Военно-морской флот на этой неделе закупит у Научно-производственного Объединения Специальных материалов (Санкт-Петербург) партию облегченных бронежилетов повышенной прочности „Модуль“. Они предназначаются для морских пехотинцев, находящихся сейчас в Чечне…»

Здесь картинка начинает меняться: корреспондент превращается в сексапильную девицу, одетую в один только бронежилет и автомат. Девица несется по перевалу, постреливая в направлении Турции. Впереди виден убегающий Басаев. У него на спине надпись «Обычный бронежилет», вместо буквы «О» — сквозная дыра в два кулака. Басаев отстреливается, но пули отскакивают от девушки. Голос за кадром продолжает:

«Использование этих бронежилетов позволит существенно снизить потери при ведении боевых действий в населенных пунктах. Бронежилет „Модуль“ разработан в НПО Специальных материалов и Балтийском государственном техническом университете».

Крупный план: доброе и усталое лицо человека, склонившегося над микроскопом. Под микроскопом лежит чей-то простреленный партбилет. На лице последнего оставшегося в стране ученого отражается работа мысли — сверхпроводники, холодный ядерный синтез, полный геном человека, углеродный нанокомпьютер, схема влияния ледовых потоков Антарктиды на климат, спектрограмма загадочного пятна на Юпитере, и наконец — бронежилет в разрезе:

«Он состоит из тканевого чехла, усиленного несколькими слоями баллистической ткани „Таврон“ и сменными стальными или керамическими бронепанелями».

Картинка снова меняется: победившая девица подходит к реке, начинает раздеваться. Бронежилет падает в самое глубокое место. Отчаяние на лице девушки. Голос за кадром:

«Этот бронежилет не тонет в воде».

Бронежилет вылетает из воды, как поплавок. В нем запуталась небольшая щука на 3–4 кг. Радость на лице героини. Под ее счастливым лицом появляется надпись «Бронежилет „Модуль“». На другой половине экрана — Басаев, некрасивый и расстроенный. Он тоже голый, стоит раком над водой, что-то ищет на дне, но безуспешно. Титры под этой половиной экрана: «Обычный бронежилет — тонет в воде и горит в огне». Радостная девушка с правильным бронежилетом растекается на весь экран. Ее любят окружающие бойцы. Голос за кадром:

«Стоимость одного „Модуля“ не превышает 5 тысяч рублей».

Крупный план — улыбка на лице продавца, который заворачивает бронежилет в красивый упаковочный камуфляж. Продавец подмигивает и незаметно для покупателя подсовывает что-то в упаковку. Громкий шепот продавца: «С каждой покупкой у нас — бесплатная граната РГД-5!»

Увы, я не работаю даже и близко к военной промышленности, чтобы гнать такой креатив. Я тружусь в агентстве «Нетоскоп», которое освещает ебизнес Рунета. А в наших пресс-релизах с хайтеком еще глуше, чем в танке.

Но хуже всего из-за этого приходится не мне. А тем бойцам невидимого фронта, кто остался в Москве. Где-то там, в маленьком подвале в Газетном переулке, прямо напротив здания следственного комитета МВД, в аквариуме с ядовитыми муренами сидит закованный в кандалы человек с лицом Спасителя. Каждый вечер злоебучие мурены проедают его печень, требуя совершенно на пустом месте написать пресс-релиз, доказывающий существование студии Лебедева. И каждое утро печень Норвежского Лесного отрастает вновь вместе с гениальными заголовками:

«Студия Лебедева взяла на себя ответственность за выпавший в Москве снег»

«Студия Лебедева всерьез займется балетом»

«Студия Лебедева с размахом отмечает годовщину смерти популярного христианского священника»

«Студия Лебедева пускает с молотка свою последнюю кошку»

Но к тому времени, как я попал в «Нетоскопе», даже творческая печень Лесного начала давать сбои. Пиком его творчества останется пресс-релиз «Про муху» от 19 апреля 2001 г. Это совершенно дзэнский текст, где мужественному прессовику даже под пыткой муренами удалось рассказать, что в студии Лебедева не происходит вообще ничего достойного внимания:

«В минувшую среду охранники, как обычно, пропустили всех сотрудников входящих в холдинг Art. Lebedev Group (ALG) компаний на свои рабочие места. При этом охранники дружелюбно улыбались и выглядели совсем не строгими.

Никого из сотрудников не арестовали, не задержали и не выдали правоохранительным органам. Никого не посадили в изолятор и не сбили мотоциклом. Ничьих счетов не заморозили.

Никто из руководителей входящих в ALG компаний не написал заявления об уходе. Творческие коллективы не раскололись. Митингов не было. Кофейный аппарат не сломался. И даже холодильник не испортился. Дизайнеры целый день сидели перед своими большими мониторами и рисовали красивые картинки. Редакторы сочиняли хорошие тексты. Программисты писали новые программы. В бухгалтерии что-то подсчитывали. Менеджеры звонили по телефонам, разговаривали с клиентами, ездили на встречи и зарабатывали деньги. Кодеры собирали иллюстрации, комментарии и ссылки в единое целое. Управляющие ходили по коридорам и управляли. Кошки бесшумно шмыгали туда-сюда, занимаясь стандартными кошачьими делами. Пресс-служба ALG смотрела на все это, курила, чесала у себя в затылке и не могла придумать ни одного человеческого информационного повода.

В форточку с улицы залетела большая весенняя муха и шумно забилась о стекло, пытаясь выбраться наружу. Пришлось осторожно поймать ее, выйти на крыльцо студии и разжать кулак. Муха радостно зажужжала и улетела. Но не о мухе же писать, верно?»

Невзирая на это откровение, Норвежского пытали муренами еще целых два года. Было заметно, что он уже не тот. В пресс-релизах все чаще шли повторы избитых поэтических приемов: еда, весна, балет, Microsoft. В апреле 2003-го выжатый как лимон Норвежский наконец усыпил бдительность мурен и вырвался из подвала. Говорят, именно после этого он и занялся фотографией.

Душа инсайда

Чернослив, мстительный братец пресс-релиза, на первый взгляд может показаться более информативным жанром. Аналогом чернослива в программерском мире является хакерский взлом, а в фантастике — киберпанк. Именно киберпанки разоблачают липовую пи*арскую сущность классической НФ, которая витает где-то в космосе, закрывая глаза на реальные проблемы.

«Чудовища киберпанка не исчезают так просто. Они уже бродят по улицам. Они рядом с нами. Возможно, что и мы являемся Чудовищами. Чудовище будет защищено авторским правом, и их будут изготовлять во всем мире. Скоро все Чудовища будут работать посудомойщиками или официантами в низкопробных забегаловках»,

— пишет наш старый знакомый Брюс Стерлинг, который в 1997-м назвал нас страной победившего киберпанка. Эти чокнутые американцы вообще усиленно пи*арят Россию как источник хайтека. У Гибсона в каждом романе — то оплавленная дискета с русским «ледорубом», то еще какие крутые хакерские приблуды с кириллицей. А уж когда с русской стороны и вправду что-то прилетает…

2001 год, «Нетоскоп». Новость об аресте хакера Дмитрия Склярова выпрыгивает из монитора, точно свежая треска — из песка Сахары. На Западе уже шумят на всю катушку: Склярова называют «молодым русским ученым», харизма его растет как на дрожжах и почти достигает уровня Матери Терезы.

Признаться, я даже испытал прилив зависти. Нет, я не жалел, что забросил науку. Мой внутренний маятник гармонии слишком часто намекал, что я и так уже променял значительную часть реальной жизни на мертвые закорючки букв и цифр. И все же, когда я слышал об успехах «молодых русских ученых»… А уж если за дело взялось ФБР… Вот она, настоящая научная слава — Фокс Малдер и Дана Скалли идут по следу русского открытия, грозящего перевернуть мир с ног на задницу! Атомная бомба нервно курит в сторонке!

Но что же он сделал такое, за что его грозят посадить на срок в 25 лет, предназначенный для маньяков-убийц? Первые новости (то есть одна новость, которую скопипейздили и переврали сотни сайтов) были слишком скудными. Поэтому я позвонил в Штаты Алексу Каталову, боссу молодого русского ученого Склярова, и взял первое подробное интервью с пафосным заголовком «На Дмитрия сразу надели наручники».

Oh those Russians… Ну ничего с нашим братом не сделаешь: вся наука и тут упирается в литературу! ФБР повязало Склярова вовсе не за холодный ядерный синтез, а за взлом защиты электронных книг Adobe. Хотя это и вправду научный подход — не умножать сучности без надобности. Зачем писать свои книжки, если можно на халяву читать чужие! Но все-таки взлом военного спутника с последующей трансляцией через него Кобзона, или хотя бы использование компьютерной сети «Макдоналдса» для вычисления самого большого простого числа выглядели бы как-то… весомее, что ли.

Каталов еще рассказывал, что одно издательство предлагало им продать эксклюзивные права на мемуары Димы:

— Я долго не мог въехать — откуда мемуары-то взять. Но они меня радостно заверили, что за 25 лет он уж точно их напишет!

Видимо, Скляров так и не написал эту книгу, потому что его оправдали. А жаль. Это было бы первое и единственное русское произведение в жанре «киберпанк». Хотя вы наверняка видите такой термин во многих аннотациях. Как и термин «научная фантастика». Но сами-то подумайте, откуда ей взяться, если нет науки?

Другое дело, что национальная гордость не позволяет это признать. Мы ведь не какая-нибудь Аргентина, где в 2002 году первое судебное разбирательство о хакерстве было закрыто после того, как судья постановил, что законы этой страны карают только за те преступления, в которых участвуют «люди, вещи и животные», а не «цифровые атаки». Нет, ну что вы! Животные — это не про нас. У нас же такая великая держава!

Потому ярлычки типа «настоящая российская НФ» до сих пор в ходу. Только под ними чаще всего прячется «фидорпанк», еще одна форма нашего психиатрического Голливуда, как Достоевский и Госдума. Никакого хайтека, зато вагоны духовности.

# # #

Та же петрушка и с черносливом. Как западные люди устраивают ебизнес на утечках информации? Они открывают сайт FuckedCompany.com, где делаются ставки на то, какая интернет-компания быстрее обанкротится. Сайт тут же превращается в любимую площадку аналитиков. Еще бы! Ведь тут есть то, чего нет в напомаженных пресс-релизах. Реальные цифры, реальный компромат. Ведь даже шуточный слив может обрушить ихнюю биржу.

Но у нас и биржи нету. И потому ждать продвинутого ебизнеса на сливах в отечественной IT-индустрии — все равно, что ждать русского спама об увеличении пениса. Даже если сам захочешь такой слив устроить, не поймет тебя никто. Это ведь IT, сложные технические термины…

В новом офисе «Нетоскопа», аккурат напротив Кровавого Спаса, у меня под ногами валяется пачка дисков с надписью «Логи Mail.ru». Они снимали этот офис до нас, ну и позабыли барахлишко. Сначала я злорадно ухмылялся, воображая, как можно скомпрометировать Mail.ru этими дисками.

Но вскоре ухмылки мои стали вянуть. И вот я уже хожу мимо дисков с откровенной грустью. Иногда выуживаю из пачки парочку и убеждаюсь, что они идут подряд. На одном, скажем, написано «Логи Mail.ru 20.04.00–22.04.00», на другом — «Логи Mail.ru 23.04.00–24.04.00». Я кладу их обратно в стопку, вздыхаю и говорю себе что-нибудь типа:

— Нет, я не из ФБР….

или:

— Нет, я не бизнесмен…

или:

— Нет, я не Скляров, я другой…

Потому что я уже рассказал об этих дисках куче народу. Мол, если кто хочет логи Mail.ru, обращайтесь. У нас этого гуталину — просто завались. Так ведь не оценил никто! В конце концов я подарил диски своей младшей сестре, которая использовала их в дизайне люстры у себя дома.

# # #

Зато поклонники отечественного чернослива моментально проникаются твоей информацией, когда она становится литературной. То есть касается человеческих отношений, а не какой-то бездушной базы логов. Я заметил это уже на второй день работы в «Нетоскопе». За день до этого давал интервью «Рунетке»:

— Чем вы занимались в первый рабочий день в «Нетоскопе»?

— Все как обычно — с девушками в метро знакомился, с Пьянченковым пиво пил, потом ходил блевать на Васильевский остров… А вот, чуть не забыл! — еще я в этот день кота гладил. Ну, сами знаете, обычный тяжелый день заместителя главного редактора.

— Насколько нам известно, до последнего времени вы занимали должность заместителя главного редактора журнала «Internet». Что стало с журналом?