Пустоши демонов Буревой Андрей

– Вот именно, – мрачно сказала Мэри. – От этих заклинаний у меня уже голова идет кругом, а от перевоплощений устала как собака.

– Как ты, летать еще не научилась? – полюбопытствовала Эстер.

– Нет, – пробурчала Мэри. – Не мертвая я, чтоб о собственной жизни не беспокоиться и сразу в небеса подняться. Пока только над озером взлететь пытаюсь.

– Ничего, научишься, – сказала Эстер. – Птицы же летают и не разбиваются.

– Может, ты мне еще предложишь их способом учиться летать? – спросила Мэри.

– Хорошая идея, – усмехнулась Эстер. – Интересно было бы посмотреть, научишься ты с первого раза пользоваться крыльями в падении, как птенцы, или нет.

– Кому интересно, а кому не очень, – фыркнула Мэри.

– А с магией как дела? – спросила Эстер.

– С магией все в порядке, – устало вздохнула девушка. – Хотя и с ней не так просто. После занятий я буквально теряю сознание.

– Может, не стоит накачиваться зельями, улучшающими память и внимание? – обеспокоилась Эстер. – Как бы не загнала ты себя. Вон какая стала бледная и худая.

– У меня не так много времени, чтоб добиться абсолютного превосходства над Дартом, – помрачнела девушка. – Поэтому я любыми способами согласна обрести силу.

– Справишься ты с ним и без магии, – твердо сказала Эстер.

– Все-таки я сама буду решать, справлюсь или нет, – непреклонно заявила Мэри.

– Справишься, обязательно справишься. Тем более, Дарт сейчас магию не изучает.

– Откуда ты знаешь? – насторожилась девушка.

– Откуда? – усмехнулась Эстер. – Оттуда. В конце концов, я глава Тайной стражи или нет? Объявился твой партнер, вот и узнала я, что сейчас магию он не изучает.

– Где объявился? – вскинулась Мэри.

– В Гармине устроился, – сказала Эстер и усмехнулась. – Наглость какая.

– Хитер, – покачала головой Мэри. – Там бы я его в последнюю очередь искать стала.

– Это не хитрость, а наглость, – сказала Эстер. – Поселиться в городе, за который ты отвечала.

– Так что с ним? – поторопила девушка. – Присматривают за ним или поймали уже?

– Все гораздо хуже, – вздохнула Эстер. – На твое место я назначила Киру, а она все испортила.

– Убила или упустила? – заволновалась Мэри.

– Он их чуть не убил, – сказала Эстер. – Да пожалел, видно. Эту ослицу я отозвала из Гармина, больше ей ни одно сложное задание не поручу.

– Ну от этой тупицы и не стоило ожидать успехов, – улыбнулась Мэри.

– Неудача – это полбеды, – сказала Эстер. – Проблема не в том, что они с твоим партнером не справились. Кира ведь о том, что Дарт в Гармине промышляет, пять декад назад узнала и никому не доложила. Решила сама его поймать. Вилена сказала, что Кира заподозрила вас с ним в сговоре и решила разоблачить.

– Вот дура, – фыркнула Мэри. – Сговор. Какой меж нами может быть сговор?

– Так вот, – продолжила Эстер. – Дарт притащил крупную сумму в денежный дом, и о нем доложили Кире, а она его опознала. Несколько декад поисков в Гармине результата не дали. И вот недавно он объявился, оказалось, в пустошах с охотниками промышлял. Кира, конечно, сразу решила его схватить. Она даже мага с собой взяла, видимо, чтоб облегчить поимку. Только не помог ей маг. Мало того что у Дарта меч был, про который ты рассказывала, так он еще обзавелся защитным амулетом с заклинанием второго круга. Тут, сама понимаешь, шансов у Киры не оставалось. Так Дарт их всех оглушил, а Киру еще и ранил. Амулеты с них снял и удрал.

– Кда?

– В пустоши, – сказала Эстер. – Не дурак же он через Элорию пробираться. Кира хотела в погоню отправиться, даже боевую скиллу по тревоге подняла, но, слава Арис, не послушался ее Меррит. Не хватало еще в пустошах боевую скиллу потерять для полного счастья. Не война ведь, чтоб такие силы задействовать. Ведь ей ясно объяснили – боевая скилла в Гармине расквартирована на случай, если обнаружится мощный артефакт, чтоб никто, кроме нас, не мог им завладеть. А гоняться по пустошам за мальчишками…

– Да дура она, что тут и говорить, – с усмешкой сказала Мэри.

– Я тоже начинаю так думать, – вздохнула Эстер.

– Откуда, интересно, у Дарта столько денег, что он их в денежном доме хранит, – задумалась Мэри.

– Ночную гильдию Гармина обчистил, – рассмеялась Эстер. – Обворовал воров.

– Плохо, – сказала Мэри. – Могут Гарта скинуть, а он нам полезен.

– Не скинут. Кира – добрая душа – компенсировала ворам утраченное. Тысячу семьсот золотых подарила. Надеялась, видишь ли, поймав Дарта, денежки вернуть. А вышел еще ущерб помимо этого – амулетов на шестьсот золотых, испорченные городские ворота – тридцать золотых, разрушенный паром – десять золотых, да и саму Киру лечить пришлось.

– Изрядно Дарт повеселился, – улыбнулась Мэри.

– Я вот думаю выловить его и в Цитадель отправить, – сказала Эстер. – В качестве учебного пособия. Пусть на нем тренируются преступников ловить.

– Не так просто его выловить, – сказала Мэри. – Больше он в Элорию не сунется. А я его в Цитадель отдавать не намерена.

– Зря, – огорчилась Эстер. – Это и твою проблему бы решило.

– Я сама решу свою проблему.

– Ладно, – сказала Эстер. – Твое дело, как с Дартом поступить. А я тебе хочу от него послание передать.

– Что за послание? – удивилась Мэри.

– В комнате, которую он в Гармине снимал, при обыске нашли, – Эстер протянула ей листок. – Кира после этой находки едва не зарыдала. Такое доказательство вашего сговора.

Пробежав взглядом по странице, Мэри оскалилась:

– Гаденыш-ш, ничего, доберусь я до тебя… Я тебе покажу «дорогую»…

– Успокойся, – сказала Эстер.

Глубоко вздохнув, Мэри спросила:

– Киру он сильно ранил?

– Довольно сильно. Руку разрубил. Вылечили ее, конечно, но повозиться целителю пришлось.

– Ну что ж, за Киру я ему прощу это послание, – решила Мэри. – Одно слово за один удар.

– Как вы мне надоели со своими мелочными разборками, – скривилась Эстер. – Что ты, что Кира. Вам бы только цапаться. Словно не одно дело делаете.

– Да чтоб эту дуру демоны сожрали, – высказала пожелание Мэри.

– Ладно, иди отсюда, – сказала Эстер. – Овладей поскорее своими новыми возможностями и разберись со своим партнером. Тут работы уйма, а ты отдыхаешь.

– Я не буду спешить, – заявила Мэри. – Это не тот случай, когда спешка поможет. К тому же я не собираюсь ловить Дарта по всему свету. Этим пускай тупоголовая Кира занимается. У меня давно разработан план, как и где я его выловлю, причем без особых хлопот.

– И как долго ты намерена улаживать свои дела? – спросила Эстер.

– Еще минимум полгода.

– Ладно, будь по-твоему. Но потом отдыха не проси, мотаться у меня будешь по всей стране.

* * *

Со следующего дня я стал делать в светлое время по два долгих привала. Спешить было некуда: погони-то нет, а вот силы поберечь надо. И книжки изучить. Оставив большую книгу на потом, я штудировал записи Древнего мага. Как-то наткнулся на главу о слиянии заклинаний третьего круга и аж заозирался, на мгновение забыв, что никого рядом нет и поделиться восторгом не с кем. Плюнул с досады и принялся читать.

«Слияние даже простейших энергоформ дает еще и возможность повысить их эффективность. К примеру, варр, или «Воздушная стена», великолепно комбинируется с заклинаниями, имевшими начальное ускорение, такими, как квели – «Ледяная стрела», лими – «Огненная стрела» и им подобными. Слияние этих энергоформ с энергоформой ваар приводит к тому, что скорость перемещения воплощенной энергоформы значительно увеличивается и, как следствие, одноуровневое энергополе не может противостоять такому воздействию. По моим измерениям выходило, что сила воздействия новой энергоструктуры как минимум на треть выше, чем у простейших энергоструктур».

У меня пересохло в горле, и я, отложив книгу, приложился к фляжке. Глотнув воды, я схватил книгу и продолжил чтение, молясь про себя, чтобы Древний маг описал, как создавать подобные заклинания. Бегло просмотрев пару страничек, я добрался до нужного места.

«Комбинирование осуществляется путем слияния двух и более энергоформ. Для слияния необходимо определить узлы напряженности в структуре энергоформы и, выявив их, произвести слияние с однофокусными узлами другой энергоформы. Это легкая задача даже для простых людей. Хоть они и не обладают видением энергетических потоков в полном объеме, но уж по цвету определить однофокусные узлы смогут. Обычно в простейших энергоформах имеется по два узла напряженности, через которые происходит слияние, но в некоторых случаях их количество достигает и пяти. Так, например, чтоб слить энергоформу ваар, или «Воздушную стену» с энергоформой трис («Средние раны»), необходимо соединить пять узлов напряженности. Думаю, вбить в голову простого человека, что нужно соединять одноцветные узлы напряженности, не составит труда, пара десятков несчастных случаев, и они будут делать все как нужно».

Издав ликующий вопль, я создал структуру заклинания молнии. Не насыщая ее энергией, принялся изучать узор заклинания, ища два одноцветных узла. После второго осмотра мой энтузиазм угас: двух одноцветных узлов не было, было три. Вот еще проблема, к каким из них другую структуру присоединять. Или ко всем трем… Я один и мне одного несчастного случая за глаза хватит, не говоря уже о нескольких десятках. Вздохнув, я поднял книгу. Все равно заклинание «Воздушная стена» мне не создать. Прочитав еще пару строк, я захлопнул книгу и поднялся с камня.

Чудесная находка, просто чудесная. Теперь только выучить заклинание «Воздушная стена», и можно будет попытаться создать новую структуру. Вот здорово. Если я научусь создавать на треть более мощное заклинание, чем боевые третьего круга, получу возможность гарантированно преодолевать защитные заклинания того же круга. Это же просто чудо. Это даст мне немалое преимущество над недоброжелателями. Я же практически сравняюсь в таком случае с магами второй ступени. Заклинание воздушной стены изучить, и мои боевые возможности значительно увеличатся. Даже не понадобится совместное использование меча или болтов с чарами. Пусть бльшую часть заклинания поглотит защита, все равно ущерб будет причинен. Надо только соединить воздушную стену с заклинанием молнии, это должно ошеломлять противника, а в лучшем случае заставит потерять сознание. Это лучше, чем нанести рану ледяной стрелой или поджарить огненной. Хотя огненную стрелу тоже нужно изучить: в некоторых случаях один немного поджаренный боец может создать много паники и остудить пыл других нападающих. Очень, очень полезная книга, и столь же опасная. Нельзя, чтоб она попала в руки других магов, войны в таком случае не избежать. У меня-то нет цели завоевать весь мир, мне и небольшого усиления возможностей хватит.

Обдумывая открывающиеся передо мной перспективы, я шел по пустошам. Чтоб отвлечься от однообразия местности, воспользовался истинным зрением. Не так давно меня мороки заставили научиться лучше владеть истинным зрением, и теперь мне было несложно ориентироваться в пространстве, не пользуясь зрением обычным. К тому же так можно было продолжить тренировки. Получалось поначалу не очень, я сбивался, строя заклинание на ходу, но к концу третьей декады моего путешествия каждодневные тренировки принесли плоды. Теперь я мог создавать заклинания в движении. Хоть маленькая, но полезная добавка к моим возможностям.

На привалах я продолжал штудировать книги. Прочитав записи мага до конца, я с сожалением обнаружил, что он успел написать не так много. Дневник обрывался. Хотя грех аловаться: знания, заключавшиеся в этой малости, были поистине бесценны. Каждый день я тратил по два часа, заучивая и обдумывая записи. Пусть книгу я уничтожу, но знания останутся при мне. Книгу с описанием заклинаний я тоже не забывал и ежедневно изучал по одному, запоминая его структуру и воздействие.

Пока добрался до гор, я полностью изучил дневник мага, запомнив каждую закорючку. Огромное количество знаний получил я из этого дневника, причем очень для меня полезных. Осталось только выучить заклинания, требуемые для создания новых. Обнаружив, что прикрепленное к переплету стило не только позволяет писать в дневнике, но и стирает текст, я очистил книгу от записей Древнего мага.

Об одном я сожалел в своем путешествии: об отсутствии карты. С едой-то проблем не было, демонов в пустошах водилось достаточно, а вот с водой была проблема. Каждый раз, когда вода подходила к концу, это меня изрядно беспокоило. Но, слава богам, страдать от жажды не пришлось. Во встречавшихся рощах имелись озерца или болота, где всегда можно пополнить запасы воды. А иногда воды было даже слишком много, как тогда, когда мне пришлось переплывать Фиару. Хоть она и не была в месте моей переправы так широка, как возле долины, но, пока переплыл, воды нахлебался изрядно.

Еще было тоскливо без компании. Поговорить даже не с кем. Во время охоты, конечно, мне приходилось на несколько дней, а то и на декаду, оставаться одному, но не на четыре же. Когда я добрался до предгорий, отделяющих пустоши от Сулима, у меня уже возникло странное чувство, что я совсем один в этом мире. Крохотная букашка, ползущая по изувеченным войной землям. Возможно, чувству нереальности происходящего помогало то, что теперь я практически не пользовался истинным зрением. Все упражнялся в построении заклинаний, да и идти легче, когда солнце глаза не слепит.

В предгорьях я устроил небольшую охоту на демонов и навялил мяса. Слишком уж я много сил в путешествии истратил, чтоб без пищи перебраться через горы. Набив сумку мясом и наполнив флягу водой, отправился преодолевать последнюю преграду на пути к моей цели.

Горы здесь были пониже, чем у нас, и я уж решил, что через них перебраться будет совсем легко. Однако боги не дремали и устроили мне настоящее испытание. Провалы, трещины, глубокие ущелья и пропасти, осыпающиеся скалы и россыпи камней – все это сильно затрудняло мое продвижение. Пару раз даже пришлось вернуться немного назад, из-за чего я потерял не меньше суток. Больше декады ушло у меня на преодоление гор. Подсчитав время в пути, я немного ошалел, поняв, что мое путешествие длилось чуть менее пяти декад.

Добравшись до предгорий Сулима, я присмотрел более-менее удобный спуск в горную долину. Можно было пройти по отрогу немного дальше, но в долине я приметил деревья и решил, что лучше спуститься здесь, чем рыскать потом по округе, разыскивая дрова. Хоть отогреюсь у костра.

В подступающих сумерках я начал спуск в долину. Не очень крутой склон позволил мне без труда добраться до деревьев. Создав заклинание магического света, я осмотрел ближайшие и с сожалением обнаружил, что они совсем маленькие, едва выше моего роста. Скорее кустарники-переростки, а не деревья. И сухих веток практически нет. Яблони, причем какие-то дикие, решил я приглядевшись. Видимо, когда-то здесь был сад, вот и выросла дичка. Углубившись в заросли, я прошел сотен пять ярдов, ища хоть одно сухое дерево на дрова. Так и не найдя среди покрытых листвой деревьев подходящий материал для костра, я выбрался из яблоневых зарослей.

Обнаружив перед собой преграду, на мгновение остановился в раздумьях. Лезть через заросли колючего кустарника не хотелось. Не самое приятное занятие – через колючки пробираться. Немного подумав, воспользовался истинным зрением. Увидел впереди высокие деревья, решительно вытащил меч и врубился в кусты. Оставляя после себя просеку в полтора ярда, и вышел к деревьям. Магический свет неплохо освещал округу, и я рассмотрел, что выбрался на узенькую дорожку.

Совсем крохотная, заросшая травой, она проходила вдоль высоких деревьев. Использовали ее, видать, не часто, однако люди здесь ходили, да и колея была выбита небольшой тележкой. Я создал сторожевое заклинание, и, убедившись, что людей на расстоянии в полмили от меня нет – только троица волков обнаружилась на краю паутины, – пошел к деревьям. Конечно, можно было бы попытаться по дорожке дойти до жилья, но неизвестно, далеко ли шагать. Вдруг до него всю ночь топать придется? Не очень-то часто этой дорогой пользуются, может, эта долина расположена далеко от селения.

Завтра доберусь. Приняв решение, я прошелся вдоль диких груш, вымахавших на два десятка ярдов в высоту. Прошел полсотни ярдов, обнаружил засохшее дерево. Положив на землю дорожную сумку, ударом меча срубил его, и оно повалилось на землю, обломав при этом множество веток у соседних деревьев. Что ж, двойная польза, из веток с листвой сделаю лежанку.

Нарубив сучьев, я развел большой костер. Дров полно, не жалко, а обнаруженные охранной паутиной волки сюда не сунутся, решил я. Наломав зеленых веток, я сделал возле костра лежанку и улегся. Создал сторожевую сеть, растянул ее на сотню ярдов вокруг себя. Не успел задремать, как меня разбудил злобный рык, и тут же паутина сторожевого заклинания оповестила о вторжении в сферу действия. Подскочив, я увидел, как ко мне несутся волки.

Не мешкая я выхватил меч и приготовился встретить злобных тварей, с завываниями мчавшихся ко мне и не обращавших никакого внимания на костер. Чем ближе они подбегали, тем большее недоумение у меня вызывали. Здоровенные, лохматые, размером чуть не с теленка… Какие к демонам волки? Одичавшие собаки.

Не замедлив ни на миг свой бег, собаки набросились на меня. Отлетели от вспыхнувшей защиты, и, поднявшись на ноги, кинулись снова. Только я в тот же миг начал орудовать мечом. Три отблеска красного пламени – и одичавшие псы были повержены. Осмотрев мертвых собак, я не обнаружил на них ошейников, указывающих, что имеются хозяева. Оттащив их останки подальше, подкинул в костер дров и завалился спать.

* * *

– Господин Паким, господин Паким! – взволнованный голос слуги заставил Пакима недовольно поморщиться. Только под утро удалось уснуть – и на тебе, никакого покоя. Вздохнув, он открыл глаза, искренне надеясь, что ничего важного не произошло и можно, обругав Талиха, поспать еще.

– Чего тебе? – спросил Паким.

– Воры, господин Паким, гнусные воры пробрались в ваш сад, – поклонившись, доложил Талих.

– Воры? – возмущенно взревел Паким. – Воры в моем саду?

– Паким, – раздался хриплый голос жены, – ты совсем сбрендил, орать по утрам? Еще один вопль – и ночевать ты будешь в пристройке для слуг. Понял?

– Прости, Тафия, прости, – понизил голос Паким. – Беда у нас, вот я и разволновался.

– Было б чего волноваться, – сказала Тафия. – У тебя сторожей пять человек и три пахитских пса, они что, зря плату и кормежку получают? Давно уже должны были воров поймать. Иначе гнать их в шею, дармоедов.

– Псов на ночь отпускали? – тихо спросил Паким, спешно одеваясь.

– Конечно, господин, – заверил его Талих. – Как обычно, на ночь из загона их выпустили.

– Тогда они должны были воров растерзать, – заметил Паким.

– Не вернулись псы на рассвете, – сказал Талих. – Помните, как в тот раз, когда им мясо с сонным зельем подкинули и большую часть урожая мака украли. Сколько я вас просил нанять еще десяток сторожей, а вы все не соглашались, вот и случилась беда. Не могут пять человек за таким огромным садом уследить.

– Расторопней быть надо, – пробормотала Тафия. – Они деньги немалые за свою работу получают, так пусть не спят по ночам, а сад сторожат.

– Подожди, – остановился Паким, – какие сейчас могут быть воры? Весна еще, никакого урожая нет.

– Не знаю, чего им сейчас понадобилось, но псов нет, а значит, в саду воры, – ответил Талих. – Просто так псы не могли исчезнуть.

– Паким, если что-нибудь украли, вычти расходы из платы сторожей, – сонно проговорила Тафия. – Чтоб знали, что за хозяйское добро отвечать придется.

– Хорошо, Тафия, хорошо, – послушно покивал головой Паким и вышел вслед за Талихом из спальни.

В гостиной уже собрались сторожа и хмуро смотрели по сторонам, предчувствуя, что хвалить их сегодня не будут. Войдя в комнату, Паким окинул взглядом собравшихся и скривился.

– Как же вы охрану несете, что по саду ворье безнаказанно шастает?

– Господин Паким, – несмело предположил самый молодой из сторожей, – может, и нет никаких воров?

– А где тогда собаки? – высунулся из-за хозяйского плеча Талих.

– Может, у них собачья свадьба, вот и не вернулись еще, – предположил тот же сторож и враз схлопотал подзатыльник от старшего товарища.

– Собачья свадьба у трех кобелей? – на миг обалдел от такого предположения Паким и тут же пришел в ярость: – Да вы надо мной издеваетесь! Ничего, вот проверим сейчас сад, и если, не дай боги, хоть что-нибудь пропало, я взыщу с вас двойную, нет, тройную стоимость украденного.

– Господин Паким, это несправедливо, – высказался сторож, пожилой мужчина с посохом в руках. – Не в силах мы уберечь от воров такой огромный сад. Еще десятка два сторожей для этого необходимо.

– А еще нанять охотников, чтоб убили демона, промышляющего на краю долины, – добавил другой сторож. – Как можно сад охранять, когда только по сторонам озираешься, демона опасаясь.

– Нет там никакого демона, – решительно заявил Паким. – Это он привиделся Урису спьяну.

– Угу, – пробурчали охотники. – Родниковая вода в голову стукнула. Урис сроду к вину не прикладывался.

– Так, хватит ныть, – сказал Паким. – Если хотите, могу нанять еще сторожей, но тогда вашу плату придется делить на всех.

– Тогда пусть этот демон вам сад и сторожит, – сказал пожилой сторож. – Вашей платы нам едва на жизнь хватает, а вы ее еще урезать хотите.

– Платы вам мало? – скривился Паким. – Сейчас проверим, что воры украли. Может, вы мне еще должны будете заплатить, а не я вам.

* * *

Меня разбудила потревоженная сторожевая сеть. Открыв глаза, я сел и осмотрелся. По дорожке в мою сторону шли мужчины. Пятеро в простой, крепкой одежде были вооружены луками и короткими мечами. А двое идущих впереди, наоборот, оружия не имели и щеголяли в чем-то ярком. Увеличив охват сторожевой сети до полумили, я удостоверился, что больше никого в округе нет, и встал с лежанки. Приметив меня, мужчины ускорили шаг и вскоре подобрались к моей стоянке. Увидев поваленное мной дерево, добравшийся до меня первым толстячок начал хватать ртом воздух.

Справившись наконец с шоком, он взвыл:

– Груши, мои груши… Вы только посмотрите, что стало с моими сайорскими грушами…

Смутившись, я покосился на поваленное дерево. Вроде бы незначительные ночью, днем увечья, нанесенные сваленным стволом другим деревьям, были видны гораздо лучше. Очень сильно были повреждены два деревца, и еще с одного было сорвано несколько ветвей.

Худощавый мужчина в заметно вылинявшей яркой одежде тронул толстяка за локоть и указал ему на проделанную мной в колючих зарослях просеку. Взглянув туда, толстяк ахнул.

– Мой крыжовник! Мой янтарный крыжовник! – взвыл толстяк. – Лучший крыжовник в Сулиме…

– Ничего, господин Паким, новый посадим, – принялся утешать худощавый мужчина.

– Ах ты, варвар! – набросился на меня с обвинениями толстяк. – Негодяй! Да я тебя… Да я тебя на галеры. Нет, на каторгу. Нет, сначала на галеры, а потом на каторгу. Негодяй! Хватайте его!

– Постойте, – предложил я выдвинувшимся вперед вооруженным мужчинам. – Я не хотел наносить урона вашему саду. Это вышло случайно. Ночью с гор спустился, и в ваш сад забрел. Запущенный он у вас очень, вот я и не разобрал в темноте, что это не заброшенный сад.

– Заброшенный? – разгневался толстяк. – Да что ты, осел, понимаешь в уходе за садом!

– Ну не слишком много, – признался я. – Но понимаю, что ничего страшного, за что можно отправить человека на галеры, не натворил. Кусты я не корчевал, значит, новые вырастут. Дерево срубил сухое, а то, что немного ветви на других деревьях повредил, так это не страшно. Я оплачу вам ущерб, и разойдемся миром.

– Оплатишь ущерб? – зло засмеялся толстяк. – Да тебе, голодранец, всю жизнь надо работать, чтоб мне ущерб возместить. Нет у тебя пяти золотых.

– За десяток кустов и несколько сломанных ветвей пять золотых? – возмутился я. – Да за эти деньги можно пару тысяч новых деревьев посадить.

– А мне за десяток кустов и несколько ветвей и пяти золотых мало, – заявил толстяк. – На каторгу отправишься. Уж тогда-то окрестное ворье к моему саду и приближаться не будет.

– Да вы с ума сошли. Какая каторга?

– На своей шкуре узнаешь, какая, – зло бросил толстяк. – Не переживай, хватит у меня возможностей тебя упечь. Сам султан Фасир меня ценит. Уж он-то уважит мою просьбу и отправит тебя на каторгу.

– За что? – воззвал я к разуму толстяка. – За что на каторгу? Как можно человека из-за пары веток на каторгу отправить?

– Плоды с этой пары веток и десятка кустарников поставлялись к столу самого султана, – сказал толстяк. – Так что ты не только на мой сад покусился, ты самого султана без пропитания оставил. За это-то тебя на каторгу и отправят.

– Неужто стол султана из-за нескольких плодов оскудеет? – усомнился я.

– Не оскудеет, – согласился толстяк. – Но таким варварам, как ты, самое место на каторге. Не просто так ты в мой сад залез, видно ведь, что злой умысел у тебя был. Если бы ты случайно сюда забрел, тебя бы собаки отогнали.

– Верно, господин Паким, – кивнул худощавый. – Не иначе как этот варвар усыпил псов.

– Да вон же они валяются, – приметил останки псов молодой парнишка. – За поваленным деревом.

Худощавый метнулся туда и зарыдал в полный голос.

– Господин Паким, господин Паким, – плача обратился он к Пакиму, – этот негодяй убил ваших прекрасных псов. Не дайте такому преступлению остаться безнаказанным, повесьте этого негодяя.

– Ах ты, мерзкий разбойник… – побледнел толстяк. – Так ты еще и собачек моих убил?

– Они на меня набросились, вот и пришлось их убить, – вздохнул я, с каждым мигом теряя надежду разрешить дело миром.

– Да один пес стоит дороже, чем твоя жизнь, голодранец! – завопил толстяк.

– Так что, мне надо было спокойно ждать, пока они меня растерзают? – спросил я.

– Пусть бы растерзали, – заявил толстяк. – Нечего ночами бродить по чужим садам.

– Идите вы прямо на восход солнца, пока до края мира не доберетесь, – обозлился я. – И собачек с собой захватите.

– Ах ты, скотина… – прошипел толстяк. – Еще и оскорблять меня будешь…

– Хватайте его, – крикнул худощавый. – Нечего смотреть, как вашего господина оскорбляют.

Вооруженные мужчины вышли вперед. Двое самых старших приготовили луки, а остальные вытащили из ножен мечи.

– Ну на кой это вам? – спросил я, делая еще одну попытку к примирению. – Говорю же, не нарочно я в сад забрался. Впотьмах с гор спускался и забрел сюда.

– Нам-то что, – пожал плечами старший мужчина. – здесь господин Паким распоряжается.

– Хватайте негодяя, – приказал толстяк.

– Ничего у вас не выйдет, – покачал я головой. – Здесь и поляжете все.

– Думаешь, один с нами совладаешь? – спросил молодой парень и шагнул вперед.

– Сурхат, не лезь к нему, – остановил его мужчина, натягивающий лук, и предложил мне: – Бросай меч.

– Может, мне еще своим ходом на каторгу отправиться? – поинтересовался я. – У вас тут в Сулиме, похоже, солнце сильно голову печет, раз вы всерьез рассчитываете, что я сдамся.

– Да не отправит тебя господин Паким на каторгу, – сказал мужчина. – Это вспылил он, увидев, что ты натворил. Свободы тебе, конечно, не видать, пока ущерб не возместишь, но и каторга тебе не грозит. Через пару лет будешь вольный как птица.

– Так я не против возместить ущерб, – сказал я. – Давайте подсчитаем убытки, и я все оплачу.

– Если не хочет меч бросать, подстрелите его, – посоветовал худощавый.

Сплюнув, я создал заклинание молнии. Ударив в землю перед Сурхатом, она заставила его замереть.

– Хватит мне угрожать, – сказал я. – Ничего вы мне сделать не можете. Так что давайте по-человечески обсудим возникшие разногласия.

– Простите, господин Паким, но магов ловить мы не нанимались, – сказал пожилой мужчина.

– Ты маг? – изумленно спросил Паким. – Но что ты здесь делаешь, да еще в таком виде?

– Из пустошей иду, – пояснил я.

– Тогда пять, нет, десять золотых будут справедливым возмещением ущерба, – сказал Паким.

– Пять серебряных, – предложил я.

– Не пойдет. Десять золотых, не меньше. Для мага это малость, так что не жмись. Иначе не будет тебе покоя, я найду на тебя управу. У меня влиятельных друзей хватит, чтоб и магу неприятности причинить, – пригрозил Паким.

– Может, дешевле вас всех убить? – задумался я. – Никаких расходов и неприятностей.

– Девять, пусть будет девять золотых, – быстро сказал Паким.

– Нет, придется вас убить, – покачал я головой.

Пожилой мужчина подошел к Пакиму и начал что-то шептать ему на ухо, косясь на меня. Толстяк, выслушав его, на миг призадумался и кивнул.

– Если не хочешь платить, помоги нам с бедой управиться, – предложил Паким.

– С какой бедой?

– Демона в саду видели, – пояснил Паким. – Избавь нас от него, и разойдемся миром. Ну и еще пять золотых сверху.

– Я неимоверно устал, – сказал я. – Не до охоты мне сейчас.

– Так никто и не предлагает прямо сейчас на демона охотиться, – сказал Паким. – Передохни немного, а как сил наберешься, так демона и убей.

– А деревня далеко? – спросил я.

– Зачем тебе деревня? Нечего тебе в деревне делать. У меня поживешь, пока не убьшь демона.

Немного подумав, я кивнул:

– Хорошо, убью я вашего демона. Но приплачивать не буду.

– Как же так? – спросил Паким. – А за кров над головой, а за пищу? Не бесплатно же ты у меня жить будешь.

– Тогда я лучше в деревне отдохну, – заявил я. – Что-то мне не верится, что у тебя там дворец с прислугой, чтоб за несколько дней проживания пять золотых требовать.

Пожилой мужчина начал снова шептать Пакиму на ухо. Толстяк то медленно кивал, то начинал резко мотать головой, слушая его. Наконец Паким услышал нечто, что пришлось ему по нраву, и, быстро кивнув, он окинул меня взглядом.

– Один золотой, – сказал Паким. – Мне ведь нужно теперь щенков покупать, а они дорогие…

– Договорились, – сказал я.

– Тогда пошли, – сказал Паким.

Подобрав дорожную сумку, я закинул ее на плечо и зашагал вслед за Пакимом. Пройдя немногим более мили, мы добрались до окруженного невысокой каменной стеной поместья. Двухэтажный каменный дом, по-видимому, был хозяйским, а в двух деревянных жили слуги и рабочие. По двору сновала челядь, как мне показалось, не столько занимаясь работой, сколько разводя суету напоказ хозяину. Однако оказалось, что и без хозяина за рабочими было кому присмотреть. На крыльцо вышла женщина в атласном халате с вышитыми золотыми розами и, окинув взглядом двор, подбоченилась.

– Фарах, где тебя носит, козлиная твоя рожа? – раздался с крыльца громкий возглас.

– Сейчас, госпожа, сейчас, – по двору прошаркал старичок, тащивший корзинку.

– А, Паким, поймал-таки вора? – заметила нас женщина. – Плетей ему да на водяное колесо. Будет знать, как воровать у добрых людей.

Толстяк метнулся через двор к крыльцу и начал что-то объяснять женщине. Прикинув, что стоящая рядом с Пакимом особа как минимум вдвое толще его, я улыбнулся.

* * *

– Тише, тише, Тафия, – прошептал Паким, подбежав к жене.

– Ты что, хочешь сказать, что я не могу в собственном доме крикнуть, если мне этого хочется? – спросила Тафия.

– Что ты, Тафия, что ты, можешь кричать когда угодно, – шепнул Паким. – Только сейчас не кричи. Видишь, я парня привел?

– Вижу, – недоуменно уставилась на мужа Тафия. – Так что, мне из-за какого-то вора нельзя в собственном дворе голос повышать?

– Этот парень не вор, а маг, – восторженно прошептал Паким. – Из пустошей возвращался и в наш сад забрел. Пару деревьев мне попортил и пообещал в уплату демона прикончить. Представь, какая экономия выйдет, охотники ведь с меня за уничтожение демона десять золотых требовали, а он, считай, бесплатно его изведет.

– Молодец, Паким, – похвалила его Тафия, – умеешь, когда нужно, выгоду обнаружить. Только если он из пустошей идет, может, у него добыча богатая?

– Может, и так, – сказал Паким. – Нам-то что за выгода? Ведь с магом нам не совладать. Был бы он обычным человеком, я бы еще в саду его обобрал, а самого к колесу отправил.

– Братцу твоему можно работенку подкинуть, – сказала Тафия. – Зря, что ли, мы его прятали в прошлом году, когда его шайку стражники по всему Сулиму ловили? Он ведь хвалился, что у него и против магов верное средство есть. Так пусть с этим мальчишкой разберется.

– А если не справится он с парнем? Маг все-таки.

– Да какой из него маг, – поморщилась Тафия. – Сам посмотри: совсем мальчишка, всего пару заклинаний, наверное, и знает.

– Время нужно, чтоб Палама известить, – вздохнул Паким.

– Что-нибудь придумаем и мальчишку задержим.

– Вообще-то он говорил, что устал с дороги и не сразу демона изничтожать отправится.

– Тем более. Торопить его не нужно, пусть отдыхает, сколько хочет, а мы уж расстараемся, чтоб он не спешил на охоту.

* * *

– Фелия идет, – донесся до меня восторженный шепот стоявшего рядом Сурхата.

Покосившись на него, я окинул двор взглядом, ища вызвавшую такой восторг особу. Увидев посматривающую на нас с усмешкой девушку, вышедшую из-за дома с букетом цветов, я уставился на нее. Не увидел ничего достойного хотя бы второго взгляда, не говоря уж о восхищении, и хмыкнул. Что ж, у всех разные вкусы, по мне так у девицы чересчур много округлостей. Слишком много. А дальше, похоже, будет еще больше. Вот кому слипа подарить надо, – мелькнула у меня мысль, и я улыбнулся. Видимо, решив, что моя улыбка предназначается ей, девушка задрала подбородок и дальше шествовала с гордым и неприступным видом.

Потеряв к ней интерес, я посмотрел на остальных мужчин, стоявших возле меня. Они восторженно глазели на девушку и едва не облизывались. То, что эта девица вызвала у всех такой интерес, меня не на шутку озадачило. Неужто здесь в таком почете упитанные девушки? Странно. Фелия тем временем скрылась в доме.