Загадка сорвавшейся встречи Иванов Антон

Глава II

БАСК И ДОНАТЕЛЛО

В тот вечер Команда отчаянных так и не удосужилась завершить новогоднюю газету. Когда настала пора расходиться, Герасим ханжески заявил:

— И правильно, что не стали доделывать без Дятловой. Иначе она бы очень расстроилась.,

— А она и расстроилась, — уточнил Иван, который беседовал с огорченной Наташкой по телефону.

— Вот оно значит как. — Маргарита поджала губы и кинула на Ивана ревниво-изучающий взгляд.

Впрочем, девочка почти тут же взяла себя в руки. Винить во всем она могла только себя. Ведь именно благодаря ей Дятлова затесалась в их тесную и замкнутую компанию.

Дело в том, что однажды Марго и Варвара заметили: Дятлова на уроках просто пожирает взглядом Ивана. Подруги решили принять превентивные меры. Иными словами, Варя, велев Маргарите отвлечь чем-нибудь на перемене Дятлову, залезла в ее дневник. Именно с целью отвлечения Марго и ляпнула Наташке первое, что пришло ей в голову. Мол, Команда отчаянных собирается преподнести классу сюрприз в виде новогодней стенгазеты. От природы общественно активная, Наташка с жаром поддержала идею. Отступать было некуда. А самое главное, Маргарита добилась эффекта, прямо противоположного желаемому. Иван, который прежде в упор не замечал Дятлову, теперь частенько становился на ее сторону. И вообще вся мужская часть Команды отчаянных вполне благосклонно отнеслась к ее обществу. И Марго с Варей никак теперь не могли этому помешать. Хорошо еще, ребята не ставили Дятлову в курс детективной деятельности. Однако Марго сильно опасалась: если в самые ближайшие дни не завершить эту проклятую газету, то Наташка настолько вживется в их компанию, что от нее никогда уже не отделаешься.

— Ладно, — махнул рукой Луна. — На газету у нас еще есть несколько дней. Успеем. Тем более что она почти готова. А сейчас давайте решать, во сколько завтра в музей отправимся.

— Насколько я помню, тебе, то есть не тебе, назначена встреча в семнадцать ноль-ноль, — отозвался Муму. — Вот к пяти вечера и пойдем.

— А я считаю, что нужно заранее, — придерживался другого мнения Иван.

— На фига нам заранее? — мигом вступил в дискуссию Герасим.

— Осмотреться надо, — пояснил Иван. — И выбрать удобное место для наблюдения.

— Совершенно с тобой, Пуаро, согласен, — кивнул Луна. — Нам нужно так устроиться, чтобы и самим не засветиться, и абсолютно все видеть, что происходит возле этого льва.

— Донателло, — со свойственной ему дотошностью добавил Каменное Муму.

— В данном случае, Герочка, авторство статуи нам не очень важно, — ехидно произнесла Варя.

— Это тебе не важно, — высокомерно бросил Муму. — А там, между прочим, вполне могут быть еще какие-нибудь каменные львы.

— Несколько каменных львов! — схватилась за голову Варя. — Да еще наше Каменное Муму в придачу! Нет! Это какой-то ужас!

— Я, между прочим, совсем не шучу, — буркнул Герасим. — По-моему, в греческом дворике тоже стоит что-то каменно-львиное.

— Главное, чтобы не каменно-мумушное, — с издевкою продолжала Варя. — Потому что два Каменных Муму на один музей, по-моему, перебор.

— Глупо и плоско, — проворчал Герасим. —

Так когда едем в музей? — перевел он взгляд на Павла.

— Давайте сразу после уроков, — вмешалась Марго.

— Сразу? — задумчиво посмотрел на нее Луна. — А пообедать?

— Естественно, мы поедем после обеда, — скороговоркой отвечала девочка. — И предков надо предупредить.

— Верно! — воскликнул Иван. — Скажем, что у нас экскурсия.

— Замечательный предлог! — одобрил Павел. — Все поверят и даже обрадуются.

— Обрадуются! — всплеснула руками Варя. — Да они заплачут от счастья. Подумают, что мы наконец взялись за ум и решили приобщиться к высоким духовным ценностям.

— Хорошо бы они подольше так думали. — И круглое розовощекое лицо Луны озарила хитрая улыбка.

— Будем надеяться, — откликнулись остальные.

— Если мы быстро пообедаем, то в четыре — начале пятого будем на месте, — сказала Марго.

— Это еще как успеем, — вновь возразил Герасим.

— А чего тут ехать-то, — отозвался Иван. — Уж в начале пятого-то наверняка прибудем.

— Мы-то прибудем, — снова заговорил Муму. — Но главное, чтобы там завтра никакой модной выставки не было. А то мы недавно с дедом пошли и час на морозе торчали в очереди, чтобы в музей попасть.

— Наверное, в выходной поперлись, — предположил Луна.

— Нет, — покачал головою Муму. — Это был будний день, правда, в период осенних каникул.

— Тогда все ясно, — усмехнулась Марго. — Детишек организованно водили смотреть большое искусство.

— Нет, — продолжал спорить Герасим. — Всему виной не каникулы с детишками, а модная выставка. Когда такие выставки бывают, в Пушкинском вечно очередь.

— Ну, вообще-то не всегда, — была в курсе Марго. — Но на всякий случай можем уточнить.

И она потянулась к журналу «Афиша». Пе-релистнув страницы, девочка нашла Пушкинский музей.

— Ничего особенного там сейчас нет. Так что можно не беспокоиться. Попадем.

— Тогда следующий вопрос, — воздел указательный палец Луна. — Кто-то припрется на встречу. Однако другого человека, естественно, не будет.

— Ну и… — выжидающе посмотрел на друга Иван.

— Ну и как мы вычислим, что это именно тот, кто нам нужен? — озадаченно произнес Луна.

— Но ведь он придет, — отвечала Марго. — И наверняка будет ошиваться возле этого льва Донателло.

— А если там еще кто-нибудь будет ошиваться? — предположил Луна.

— Сомнительно, — покачала головой Марго. — Копия льва Донателло — это все-таки не «Сикстинская Мадонна». К нему зритель валом не валит.

— «Сикстинской Мадонны» в Пушкинском нет, — мгновенно объявил Герасим.

— Это мы и без тебя знаем, — сказала Варя. — Важно, что лев Донателло бешеной популярностью не пользуется. Так что возле него толпы не возникнет. И полагаю, мы этого типа как-нибудь вычислим.

— Главное, после не упустить его, — гораздо больше волновался именно по этому поводу Иван.

— Вот именно, — сказал Луна. — Тем более что мое, а вернее совсем не мое, отсутствие может сильно его насторожить, и он по-тихому смоется.

— Если он на машине, нам все равно далеко за ним не уйти, — сказал Герасим.

— Тогда хотя бы запомним номер, — не растерялся Луна.

— Верно, — кивнул Иван. — По номеру можно установить, на кого машина зарегистрирована.

— Интересно, Ваня, как ты это собираешься устанавливать? — с изумлением посмотрела на него Варвара.

— Когда выяснится, что он уехал от нас на машине, тогда и сообразим, — ответил Пуаро. — Но в принципе это возможно.

— В принципе он может уехать на машине, но не на своей, а на такси, — сообразила Марго.

— Слушайте! — рассердился Павел. — Что с вами? Мы еще даже никуда не пошли и никого не видели, а вы нагородили полно предполагаемых трудностей.

— Лучше перестраховаться, чем недострахо-ваться, — веско произнес Герасим.

— Ото всего не застрахуешься, — перебил Павел.

— Святые слова, — подхватила Варя. — Вот мы сейчас будем думать, прикидывать, на какой машине от нас удерет нехороший дяденька. А нехороший дяденька свистнет по-быстрому какого-нибудь многомиллионного импрессиониста, побежит с ним на крышу музея, а там у него вертолет.

— Стр-ратегический р-расчет, — вновь возник в гостиной попугай.

— Опять приперся! — Лицо Герасима исказила гримаса. — Между прочим, ты мешаешь нам сосредоточиться.

— Дур-рная стр-ратегия, — заявил Птичка Божья и удалился.

— Знаешь, Муму, он прав, — проводил попугая взглядом Луна. — Не будем создавать себе лишних проблем. Мы вообще пока толком не знаем, зачем назначена встреча. А если именно затем, что мы предполагаем, то этот тип, скорее всего, припрется на метро.

— Умен! — с обличительным пафосом воскликнул Герасим. — Я бы даже сказал, умен, как утка.

— При чем тут утка? — недоуменно уставился на него Павел.

— Да при том, что на метро картины воровать не приезжают, — покровительственно похлопал его по плечу Каменное Муму. — В таких случаях преступникам нужно выиграть время. А значит, они унесутся с места преступления на машине.

— Во-первых, не они, а он, — хранил полную невозмутимость Луна. — Второго сообщника ведь не будет.

— Но первый-то об этом не знает, — стоял на своем Муму. — Поэтому припрется на машине.

— А может, как раз именно я должен припереться на машине, а он пешком, — сказал Павел.

Герасим уже вознамерился чтогто возразить, когда Марго быстро произнесла:

— Ребята, я предлагаю решать проблемы слежки по мере их поступления. Заранее все равно бесполезно.

— Совершенно согласен, — поддержал Иван. Из передней послышались громкие голоса.

Это вернулись с работы родители Марго.

— Ладно. Разбегаемся, — сказала девочка.

— А если чего еще придет в голову, обсудим завтра в школе, — уже натягивая куртку, говорил Павел. — Как-никак до похода в музей еще целый учебный день.

Наутро Иван встретился с Марго в лифте. А едва выйдя на улицу, они увидели Муму и Вар'-вару, живших в том же восемнадцатом доме по Ленинградскому проспекту, только не в первом, а во втором подъезде. Друзья пересекли улицу

Правды и поспешили к дому номер двадцать шесть, чтобы подхватить по пути Луну, а после дворами выбраться к экспериментальной авторской школе «Пирамида».

Уже на подходе к обнесенному металлической оградой зданию родного учебного заведения их окликнула Дятлова:

— Стойте! Стойте! Ну, как? Доделали?

Наташка запыхалась. Русые волосы выбились из-под вязаной шапочки. Издалека заметив Команду отчаянных, девочка долго бежала навстречу, чтобы скорее узнать о судьбе новогодней газеты.

— Нет. Мы ничего без тебя решили не делать, — с радостным видом сообщил Иван.

Если бы он видел, как взглянула на него Маргарита! Но Ваня не видел, потому что смотрел на Дятлову. А та, в свою очередь, с восторгом взирала на него.

— Правда, Ваня? Ты не шутишь? — с таким видом проговорила она, словно Холмский только что объяснился ей в любви.

— А чего мне врать, — ответил Иван.

— У нас просто времени вчера на газету не было, — вырвалось у Герасима. — Вот мы и…

— Время тут совершенно ни при чем, — боясь, как бы Муму не выболтал лишнего, спешно перебил Луна. — Просто мы подумали и решили: раз все вместе газету делали, вместе должны и закончить.

— Ой, мальчики, спасибо! — продолжая пожирать глазами Ивана, просияла Наташка.

— Между прочим, и мы с Варькой тоже так решили, — подчеркнуто холодно напомнила Маргарита о существовании женской части Команды отчаянных.

— Ну, да. Конечно, — скользнула по ней равнодушным взглядом Дятлова и вновь уставилась на Ивана. — Кстати, как вам понравился мой новогодний рассказ?

— Ну, так, в общем, это… вроде бы… ничего, — крайне неопределенно произнес Иван, который так и не удосужился ознакомиться с новогодним Наташкиным творчеством.

Остальные тоже этого пока не сделали. Да и когда они могли? Наташка вручила им рассказ вчера в школе. А вечером всей компании было совершенно не до того.

— Не понравилось? — горестно осведомилась Дятлова у одного лишь Ивана.

— Между прочим, Ваня у нас в этом мало понимает, — вмешалась Марго.

— Это еще почему? — обиделся мальчик. — Понимаю не хуже других. Просто я еще не читал.

— Тогда обязательно прочитай, — взмолилась Наташка.

— Ладно, — пообещал Иван.

— А когда газету доделывать будем? — спросила Наташка. — Сегодня?

— Только не сегодня, — решительно запротестовала Варвара.

— Почему? — искренне удивилась Дятлова. — Мне как раз было бы очень удобно. Я совершенно свободна.

— Зато мы заняты, — отрезала Марго.-

На сей раз Иван поймал ее взгляд. В огромных черных глазах Маргариты сверкала ярость. «Не понимаю, — подумал мальчик. — С чего она эту Наташку так невзлюбила?»

— А когда, если не сегодня? — продолжала допытываться та. — Времени-то почти совсем не осталось. Новый год на носу.

Ивану сделалось ее жаль. И, стремясь смягчить неловкость, он, хлопнув Дятлову по плечу, бодренько произнес:

— Не расстраивайся. Успеем. Завтра или, в крайнем случае, послезавтра соберемся у Марго и доделаем.

«Он еще и моей квартирой распоряжается!» — про себя возмущалась Марго. С каким бы удовольствием она сейчас объявила Наташке, что совершенно не жаждет видеть ее у себя дома. Однако Маргарита смолчала. Напустив на себя полное равнодушие, она отошла в сторону. Правда, и Дятлова возле Команды отчаянных не задержалась. Выяснилось, что она сегодня дежурная. А потому должна раньше других попасть в их восьмой «А» класс.

— Видите, — поглядел Муму вслед удаляющейся Наташке. — Можно сказать, пустячок, газету вчера недоделали, а человеку приятно.

— Смотря какому человеку, — словно бы ни к кому не обращаясь, тихо произнесла Марго.

— Естественно, Дятловой, — не ощутил подоплеки Герасим.

Тут ситуация, грозившая перерасти в конфликт, разрешилась самым наилучшим образом. Возле школы затормозил джип «Ниссан». Из него вылез одноклассник и друг Команды отчаянных Сеня Баскаков, по прозвищу Баск. Машина, сорвавшись с места, уехала. Баск подбежал к ребятам:

— Здорово! Как жизнь?

— Да так, — уклончиво отозвался Павел.

— Слушайте, вы газету уже доделали? — осведомился Баск.

— Почти, но не совсем, — любил во всем точность Муму.

— Отлично, — с волнением продолжал Сеня. — Я тут пленки проявил и нашел несколько классных кадров. Как раз то, что нужно для нашей газеты.

— Покажи! — заорал Муму.

— Ща. Только не здесь, — огляделся по сторонам Сеня. — Лучше без лишних свидетелей.

И Баск, заговорщицки подмигнув, поманил друзей за угол школьного здания. Там он опять огляделся.

— Показывай! — уже изнывал от нетерпения Герасим.

Сеня снял с плеча кожаный рюкзачок и извлек оттуда конверт с фотографиями. Первый же снимок поверг ребят в бурный восторг. Фотография относилась к посещению одной из многочисленных иностранных делегаций, которые с легкой руки спонсора «Пирамиды», латиноамериканского миллионера русского происхождения Ярослава Хосе Рауля Гонсалеса, постоянно наезжали в шко-

лу для обмена передовыми педагогическими методами. Баск запечатлел делегацию шотландских учителей в национальных костюмах.

— Помните? — усмехнулся Сеня. — Куча мужиков, и все в юбках.

— Не только в юбках, — дополнила картину Варвара. — У одного мужика еще была волынка, и он постоянно выдувал из нее совершенно кошмарные звуки.

— Ну! — энергично кивнул Баск. — Это было… — Он чуть замялся в поисках подходящего сравнения. — Как будто сразу много котов одновременно дернули за хвосты. Хорошо, у меня аппарат с собой оказался. И я кучу фоток нащелкал. Но, по-моему, самый лучший снимок вот этот.

— Еще бы! — поддержали друзья.

На фотографии Баск очень четко запечатлел торжественный президиум. Величественная директриса «Пирамиды» Екатерина Дмитриевна Рогалева-Кривицкая произносила речь. Выражение лица у нее было пафосным. Шотландки и шотландцы сочувственно улыбались. Рядом с Екатериной Дмитриевной сидел гордость «Пирамид», председатель совета школьного Английского клуба, ученик одиннадцатого «А» Игорь Коростелев. Рот его был широко разинут. Коростелев зевал.

— Пустячок, а приятно, — фыркнула Варя.

— Полагаю, наша гордость школы такому паблисити не обрадуется, — в предвкушении удовольствия потер руки Герасим.

— Баск, ты гений, — хлопнул его по могучему плечу Луна. — Как тебе удалось его так поймать?

— Кое-что умеем, — снова расплылся в улыбке Сеня.

— Коростелеву, конечно, такое не понравится, — нараспев произнесла Варя. — А вот другим даже очень.

— Еще бы! — горячо поддержал Иван, у которого были свои счеты с Английским клубом, а в частности и с Коростелевым.

— В общем-то это случайная удача, — честно признался Баск. — Нас ведь всех тогда в зал загнали. Мне стало скучно. Вот я от нечего делать и щелкнул президиум. А уж зевнул этот тип абсолютно сам.

— Все равно молодец! — еще раз похвалили ребята.

— А вот наша дорогая Дятлова, — достал из конверта еще один снимок Баск.

Ребята засмеялись. Наташка, поднявшись на цыпочки и изогнувшись вопросительным знаком, подглядывала в щелку чуть приоткрытой двери, на которой отчетливо виднелась табличка: «Учительская».

— Это я вообще не понимаю, как мне удалось, — продолжал изумляться Сеня. — И главное, никак не вспомню когда.

— Р-ранний склер-роз, — изобразила собственного попугая Марго.

— Кстати, как у тебя этот парень? — Сеня, в отличие от Каменного Муму, был в прекрасных отношениях с Птичкой Божьей.

— Нормально, — улыбнулась Маргарита.

— Воюет с Мумушкой на полную катушку, — мигом облекла информацию в рифму Варя.

— Эх! — мечтательно посмотрел Баск на Герасима. — Надо бы еще для нашей газеты Муму с попугаем заснять. Обоих в профиль. Тогда как две капли воды будут.

— Ну уж нет! — заорал Герасим. — Чтобы я когда-нибудь стал сниматься с этой недожаренной курицей?

— Интересно у тебя, Герка, получается, — вмешался Иван. — Значит, Наташку с учительской можно, а тебя с Птичкой Божьей нельзя?

— Наташка — это школьная тематика и к тому же смешно, — принялся защищаться Муму. — А я с попугаем… Во-первых, ничего остроумного, а во-вторых, не имеет отношения к жизни нашей «Пирамиды».

— Как это не имеет? — звонко расхохоталась Варя. — Ты же, Мумушечка, неотъемлемая часть жизни «Пирамиды».

— Соглашайся, Герка, — все сильней увлекал замысел Баска. — Отличный снимок выйдет. Я уж постараюсь.

— Знаю, как ты постараешься, — проворчал Муму. — Потом надо мной вся школа ржать будет.

— По-моему, для того газету и делаем, — резонно заметил Сеня.

Герасим, надувшись, молчал. Признаться, что он не хочет насмешек, было бы глупо. Но и задумка Баска его не радовала. Все-таки взяв верх над эмоциями, Муму с кислой улыбкой выдавил из себя:

— Ладно. Снимай, если выйдет.

— Другое дело, — обрадовался Сеня.

А Муму с надеждой подумал: «Может, еще Птичка Божья сниматься не захочет. Или места в газете для этой моей фотографии не останется».

— Ну, Баск, чего у тебя еще там в конверте? — поспешил перевести разговор он.

— Эта, — начал, не торопясь, вытягивать из конверта снимок Баскаков, — вообще прошлогодняя. Но, по-моему, получилось отпадно.

Друзья поглядели. На первом плане Баск запечатлел их классную руководительницу Ольгу Борисовну Пантюшенкову. Стоя посреди кабинета литературы, она что-то рассказывала своим питомцам. Ото всего ее облика веяло вдохновением и увлеченностью. Из-за спины Ольги Борисовны выглядывал Юрка Чечилов. Состроив кому-то умопомрачительную физиономию, он одновременно при помощи двух пальцев изобразил рожки над головою учительницы.

— Ну, Чича, дает! — восхитился Иван, который пришел в «Пирамиду» только в этом году.

— Главное, что потом было, — предался воспоминаниям Муму. — Ольга вдруг обернулась, а Чича, лопух, не успел вовремя среагировать.

— Ага, — подхватил Луна.

— Ну, чего случилось? — поинтересовался Иван.

— Бедному нашему Чиче пришлось писать сочинение, — внесла ясность Варя. — На тему: «Сто причин, почему нельзя строить рожки учителю».

— Сто причин? — охнул Иван.

— Именно сто, — с характерной своею полуулыбкой подтвердила Марго. — Мы всем классом ему помогали.

— Если бы не помогли, — с важным видом изрек Герасим, — Чича бы до сих пор этот труд века ваял.

— Ты бы уж, Мумушечка, не хвастался, — кинула на него язвительный взгляд Варвара. — Видишь ли, Ваня. Наш дорогой Герасим тогда не смог родить ни одной причины, кроме самой очевидной. Мол, если состроишь рожки учителю, после придется писать сочинение.

— Ничего подобного, — немедленно принялся спорить Каменное Муму. — Я Юрке еще кучу хороших причин накидал.