Медовый олигарх Хрусталева Ирина
– Кадкин, я тебя сейчас убью, – прошипела Олеся.
– За что? – вытаращился тот.
– За твои дебильные шуточки! Это ты стул отодвинул?
– Леся, дорогая, с тобой все в порядке? Как я его мог отодвинуть, когда я здесь стою, а стул вон где!
– Ногой!
– Мне очень жаль тебя разочаровывать, ма шер, но, чтобы дотянуться до этого стула, мои ноги должны были бы отрасти еще на полметра. Причем в очень сжатые сроки, всего за пять минут.
– А кто же тогда это сделал? – икнула Леся, растерянно оглядываясь на Сергея и Виктора. Те стояли от стола настолько далеко, что тоже никак не сумели бы дотянуться до стула. – Сережа, как ты думаешь… – жалобно пролепетала она. – Кто это мог сделать?
– А ты не догадываешься?
– Кажется, догадываюсь, – прошептала девушка.
– Дорогая, если я не ошибаюсь, тебе предлагают присесть, – осторожно намекнул Валя. – Я бы на твоем месте не стал сопротивляться. Не нужно раздражать потусторонние силы, сделай, как они просят.
– Я боюсь! – провыла Олеся, и все увидели, как блюдце резко дернулось и снова замерло перед буквами.
– Садимся! Все по местам, Веда хочет нам что-то сказать, – громко произнес Сергей и первым уселся на свой стул.
Остальные последовали его примеру, заняв свои места. Олеся долго не решалась положить руку на блюдце, но когда оно снова резко сдвинулось, девушка вздрогнула и осторожно дотронулась до него кончиками пальцев. Блюдце не заставило себя долго ждать и, сорвавшись с места, заметалось среди букв по какой-то сложной траектории. Сергей схватил ручку и начал записывать буквы, которые произносила вслух Олеся. Через несколько минут блюдце остановилось, и все с интересом уставились на полученный текст.
– «Не так страшен черт, как его малюют!.. Твоя сила в тебе и с тобой, не бойся и воспользуйся ей!.. Незваный гость хуже татарина…» – прочитал Сергей.
– Ну вот, я так и знал, что она снова подкинет нам головоломку, – всплеснул Валя руками. – И как это прикажете понимать? Госпожа Веда, а перевод к этому не прилагается? Э-эй, что все это значит-то? – спросил он, постучав костяшкой пальца по блюдцу.
– Валя, прекрати немедленно, – шикнула на друга Олеся. – Нашел время шутить!
– А кто шутит? – возмутился тот. – Я и не думал! Что нам прикажешь вот с этим делать? – кивнул он на текст. – Здесь без шифровальщика из ЦРУ вряд ли обойдешься. А где ж его взять-то… среди ночи?
– Вот погремушка, и когда ты только повзрослеешь? – вздохнула Олеся. – В прошлый раз мы тоже ничего не могли понять, но ведь разобрались же, – напомнила она. – Даст бог, и сейчас все выясним.
– Тогда у нас хоть ориентиры были – Капище и тайник, – мы знали, что нужно искать тайник, а тут никаких намеков. Что значит: «Не так страшен черт, как его малюют», или вот это: «Незваный гость хуже татарина»? Что за гость? Где этого татарина прикажете искать?.. О, первую загадку я, кажется, разгадал! Хуже татарина, чем наша мадам Грицацуева, и придумать невозможно. Я тебе, Леська, сразу сказал, что она – троянский конь, только ты мне почему-то не поверила.
– О господи, пошли мне терпения и сдержанности, чтобы не прибить эту трещотку, – вздохнула та.
– Почему сразу прибить? – обиделся Валя. – Я размышляю вслух, и никто не имеет права запретить мне это делать.
– Валь, что это ты разошелся? – хмыкнул Сергей. – Завтра будет день, будет и пища… для размышления.
– Вот именно, – поддакнула Олеся. – Я ужасно устала. Чувствую себя как выжатый лимон.
– Я тоже, – вздохнул Сергей.
– И я! – нехотя согласился Валя. – Но насчет троянского коня я прав, вот увидите, – не забыл отметить он.
– Я пошел спать, – сообщил Виктор.
– Я, пожалуй, тоже, – сказала Олеся, потирая покрасневшие глаза. – Последуем примеру Скарлетт О’Хара – «я обо всем подумаю завтра». Ой, а про близнецов-то я совсем забыла, – спохватилась она. – Они же еще с дискотеки не вернулись!
– Ну и что? – пожал плечами Сергей. – Не маленькие дети, не заблудятся.
– Если мы все спать ляжем, кто же их тогда в дом впустит? Не оставлять же дверь открытой? Придется мне их подождать.
– Нечего тебе сидеть и дожидаться! Отправляйся спать, я их сам встречу, – возразил Сергей.
– Настоящий полковник, – прошептал Валя, смачно зевая. – Пардон, господа, не могу удержаться, прямо раздирает, рот сам открывается. Как, однако, лихо выкачивают из нас энергию потусторонние силы!
– Поэтому и нельзя слишком часто проводить спиритические сеансы, – сказала Олеся и тоже зевнула. – Это чревато печальными последствиями.
– А как красиво сегодня прошел сеанс! – восхищенно причмокнул Валя. – Гром, молния…
– И Фатиния… вся в белом! – захохотала Олеся.
– И где она только умудрилась найти белый пеньюар такого размера? – хмыкнул Валентин. – Наверняка парашют перекроила. Мадам Помпадур!
– Да уж, это было нечто, – согласился Сергей. – Я имею в виду ее столь эффектное появление в дверях, сопровождаемое громом и молнией. Я далеко не трус, но признаюсь честно, пережил довольно неприятные мгновения. Даже почувствовал, как по спине струйка пота потекла.
– У меня тоже, – проворчал Валя. – Вы даже не можете себе представить мой ужас, когда я увидел в дверях этого исполина! Лесь, тебе ничего это не напомнило?
– Как же не напомнило? – хмыкнула та. – Я как увидела огромную фигуру в дверях, сразу же подумала – это невозможно, так просто не бывает!
– А мне все очень понравилось, – подал голос Виктор. – И даже больше, чем в прошлый раз. Все так загадочно, жутковато, кровь по жилам так и бежит без остановки. Хорошо! Завтра же законспектирую все события, чтобы ничего не забыть.
– Зачем это тебе? – удивился Валя.
– Я решил книгу написать об этом удивительном доме и о его хозяйке, – улыбнулся Воронин. – Вернее, о двух хозяйках, прежней и нынешней.
– Про Олеську, что ли?
– Ну да!
– Ого, я тоже хочу увековечиться! Ты там в своих мемуарах про меня не забудь упомянуть.
– Зачем?
– Затем, что я здесь почти главный персонаж, это во-первых, а во-вторых, без меня тебя бы тоже здесь никогда не было, – выдвинул веский аргумент Валентин. – Так что десять процентов гонорара мои!
– А это еще почему?! – изумился Воронин.
– Потому что в противном случае я не дам своего согласия на упоминание моего имени. А если его в книге не будет, значит, пропадет самая смачная изюминка, потому что я тебе уже сказал, что я главный герой.
– Валь, ты сам-то понял, что нагородил? – усмехнулась Олеся.
– Это не важно, главное, чтобы Воронин все понял, – отмахнулся тот. – Ну как, по рукам? Я про этот дом могу тебе такое рассказать, что ты ахнешь! По рукам?
– Я подумаю, а пока что спать пойду, – усмехнулся Виктор.
– Так и скажи, Воронин, что тебя жаба задушила!
– Все, мои хорошие, если вы хотите продолжать спор, то на здоровье, а я иду ложиться, – сказала Олеся. – Спокойной ночи!
– Я тоже ухожу, – сказал Виктор и направился к выходу вслед за девушкой.
– Но завтра мы обязательно продолжим наш разговор, и я сделаю тебе такое предложение, от которого ты не сможешь отказаться, – сообщил его спине Валя. – Мы с тобой такой триллер запузырим, что все бестселлеры мира скончаются от зеленой зависти! Думаю, десяти процентов мне будет маловато, а вот двадцать пять в самый раз. Эй, Воронин, ты меня слышишь?
– Да слышу, слышу, – отмахнулся тот. – Иди-ка ты, Валентин Николаевич, в койку, а то у тебя от переутомления слишком разыгралось воображение. Тоже мне, коммерсант нашелся, – фыркнул историк, выходя за дверь.
19
Олеся подскочила на кровати как ошпаренная от истеричного крика, разносившегося по всему дому.
– Карау-у-ул, помогите! – надрывалась Фатиния, при этом еще и страшно топоча босыми ногами. Было такое впечатление, что в дом ворвался взбесившийся бизон с непреклонным намерением не оставить от него камня на камне.
– О господи, что там еще случилось?! – испуганно выдохнула девушка, торопливо натягивая на себя халат и босиком выбегая из своей комнаты.
Едва она успела выскочить за дверь, как в ее объятия тут же попала Фата и опрокинула Лесю на пол, придавив ее своими могучими телесами.
– Пожалуйста, если вас не затруднит, слезьте с меня, иначе я сейчас задохнусь, – еле слышно прохрипела Олеся.
– Ой, ой, помогите! – лепетала Фата, сползая с девушки и затравленно озираясь по сторонам. – Что же это такое творится?! Что у вас здесь происходит?! Отвезите меня на вокзал немедленно!
– Что случилось? – спросила ее Олеся, с жадностью хватая ртом воздух и ощупывая свои помятые ребра. – Кто вас так напугал?
– Ой, божечки мои, как же страшно-то! – всхлипнула Фатиния, судорожно хватаясь за свою шею. – Спала себе спокойно, никого не трогала, и вдруг… Он ведь меня чуть не задушил.
– Кто?
– Да откуда же мне знать, кто?! – истерично взгвизнула женщина. – Домовой или еще кто-то…
– Какой домовой?! – округлила глаза Олеся.
– Какой, какой! Обыкновенный! Лохматый и страшный!
– Что вы такое говорите? Откуда он взялся?
– Это я у вас должна спросить, откуда он взялся! – с новой силой взвилась великанша. – Занимаетесь здесь черт знает чем, а потом удивляетесь, откуда домовые берутся! Немедленно отвезите меня на вокзал, я здесь ни минуты больше не останусь!
– Вы хотите уехать?
– Чем быстрее, тем лучше!
– А как же ваша проблема? – спросила Олеся.
– Да лучше я еще десять раз стану черной вдовой, чем один раз клиенткой психушки! – рявкнула Фатиния и, оглянувшись в конец коридора, где была ее комната, снизила голос до шепота: – У вас в доме святая вода есть?
– Не знаю, – пожала Олеся плечами. – Живая есть, а вот святая… наверное, нет.
– Э-э-эх, нехристи, – покачала головой великанша. – Вот поэтому у вас так свободно и разгуливает всякая нечисть. Да святая вода, так же как и соль, всегда в доме должна быть!
– Зачем?
– Как зачем? Чтобы нечистую силу отпугивать.
– Какую нечистую силу?
– Олеся, проснитесь, милая, ау, – пощелкала Фата пальцами перед лицом девушки. – Я же только что вам сказала, что меня чуть домовой не задушил, а вы спрашиваете – какую нечистую силу!
– Я уже проснулась… с вашей помощью, и вы не совсем правы, – возразила девушка. – Домовые не относятся к нечистой силе. Нечисть – это злые сущности, а домовые, они всегда добрые, если, конечно, хозяева им нравятся. Вы ведь наверняка слышали о таком обычае: когда семья переезжает на другое место, люди всегда зовут с собой домового, потому что он должен быть в каждом доме, чтобы охранять и защищать его. Его еще хозяином называют. Вы ведь тоже за городом живете, у вас свой дом?
– Ну и что?
– Разве у вас в доме нет хозяина?
– В нем есть хозяйка – это я! – не терпящим возражений тоном произнесла Фата, хлопнув кулаком по своей могучей груди. – А в вашем доме вообще неизвестно что творится! Нечисть спокойно себе разгуливает, как будто так и надо. Конечно, что же тут удивительного, когда сама хозяйка всякими непотребными вещами по ночам занимается?
– Чем это непотребным я занимаюсь? – опешила Олеся.
– Как это чем? А этот ваш спиритизм? Это же общение с потусторонним миром! Это же грех великий!
– Я это делаю очень редко, только в исключительных случаях, когда того требуют обстоятельства.
– Редко, да, видно, слишком метко, – проворчала Фатиния, с опаской оглядываясь по сторонам. – Я в окно сегодня посмотрела и увидела…
– Что за шум, а драки нет? – спросил Валя, подходя к женщинам. – Или есть? – хмыкнул он, увидев их, сидевших на полу со вздыбленными волосами. На руках у молодого человека устроился кот Василий, которого он неторопливо поглаживал. – Что случилось-то?
– Да вот Фата говорит, что в ее комнату домовой приходил, – сообщила другу Олеся.
– Лохматый и страшный, – поддакнула та. – Я чуть не умерла от страха, когда он мне прямо на шею прыгнул! Ведь он же меня до смерти удушить мог, если бы я не убежала!
– Уж прямо так и до смерти? – хмыкнул Валя.
– А вам, как я погляжу, смешно, да? – рявкнула Фатиния.
– А вы хотите, чтобы я безутешно зарыдал, слушая вашу «душераздирающую» историю про домового? – огрызнулся Валентин. – Небось хлопнули стаканчик коньячку с устатку, вот вам и мерещится бог знает что, – с сарказмом усмехнулся он.
– Да как же ты смеешь такие вещи про меня говорить? Я порядочная женщина, а не алкоголичка какая-нибудь! – взвизгнула великанша. – Я смотрю, вы здесь все чересчур веселые, – прищурилась она, увидев широкую улыбку молодого человека. – Издеваться над людьми вам доставляет удовольствие? Я этого так не оставлю! Я обязательно сообщу куда следует, будете тогда знать!
– Фатиния, не нужно так волноваться, – миролюбиво произнесла Олеся. – Никто над вами не смеется. Может, и не было ничего? Может, вам просто страшный сон приснился?
– Я что, похожа на идиотку?! – еще пуще взвилась та. – Я пока еще своим собственным глазам верю. Я его вот так же, как вас, видела!
– Ну надо же, какая глазастая, – снова усмехнулся Валентин. – Вы разве со светом спите? – поинтересовался он.
– Почему со светом? – удивилась Фатиния. – Все выключила и спать легла.
– Как же вы тогда могли что-то заметить в темноте?
– Какая вам разница, видела я что-то или нет? – огрызнулась женщина. – Зато я очень распрекрасно почувствовала, что в комнате кто-то есть. Я сначала тоже подумала, что мне показалось, а потом… гляжу в окно, а там… – понизила она голос до шепота. – Нет, вы только посмотрите на него, он снова смеется! – всплеснула руками Фата, рассердившись на Валентина. – Вы не верите мне, что ли? Думаете, я все сочинила? Или, может, вы за сумасшедшую меня принимаете?
– Успокойтесь, Фата, никто ничего такого не думает, – сказала Олеся. – А на Валю не стоит обращать внимания, он у нас всегда такой… подозрительно веселый, – бросила она строгий взгляд на друга. – Лучше рассказывайте, что дальше произошло?
– А что дальше? Откуда-то сбоку кто-то мне на грудь как прыгнет, я прямо оторопела от страха. Правда, быстро опомнилась, рукой его схватила и с себя сбросила. Брр, как вспомню, какого страху в тот момент натерпелась, аж мороз по коже, – передернулась Фата. – Он, черт лохматый, тоже за все у меня ответит! Я с утра пойду в церковь, куплю ладан и святую воду. Обкурю ладаном и окроплю водой всю комнату! Вот тогда посмотрим, кто посмеется, нечисть бесстыжая. Я ему покажу, как надо мной хихикать!
– Что вы сказали? Кто над вами хихикал? – изумилась Олеся.
– Ваш домовой, вот кто! Я бегом из комнаты рванула, а он давай мне вслед смеяться.
– Как это смеяться?
– Так же нагло, как тогда из-под стола, в гостиной, хи-хи-хи, – изобразила Фата, скорчив при этом лицо в страшную гримасу.
– Ах, вот оно что?! – прошептала Олеся и, повернувшись в сторону Валентина, посмотрела на него таким взглядом, что тому сразу же захотелось дать деру.
– Почему сразу я-то? – пожал он плечами.
– Очень подозрительно! Я верно понимаю, это твоих рук дело? – строго спросила его Олеся.
– Ну вот еще! Почему как что, так сразу Валя? – запетушился тот. – И вообще, я тут совершенно ни при чем, она сама во всем виновата, – кивнул он в сторону Фатинии.
– Нет, вы только посмотрите на него, люди добрые, что за наглость! Что значит, сама виновата? – взревела та.
– А то и значит, что нечего валерьянку открытой на тумбочке оставлять, тогда и домовые вам мерещиться не будут, – тявкнул Валентин.
– Какую еще валерьянку?
– Обыкновенную, в пузырьке. Кто пузырек на тумбочке оставил, да еще открытый, Александр Сергеевич, что ли?
– При чем здесь какой-то Александр Сергеевич? Я одна в комнате была, – растерянно захлопала глазами Фатиния.
– Все с вами ясно, мадам, – вздохнул Валя.
– Постойте, постойте, кажется, я начинаю что-то понимать, – произнесла Олеся. – А ну, признавайся немедленно, Кадкин, а не этот ли «домовой» к Фате в комнату забрался? – строго спросила она, показывая на Василия. – Только не вздумай врать и выгораживать его, все приметы сходятся – лохматый и страшный!
– Мой Василий вовсе не страшный, он очень даже симпатичный кот, – возмутился Валя. – А мадам Фатима пусть мне скажет спасибо, что я вовремя заметил, как Васька в комнату к ней нырнул, и не дал ему выцарапать ей глаза. И пусть в следующий раз не забывает закрывать пузырек с валерьянкой!
– Я не Фатима, а Фатиния, – напомнила та.
– А мне без разницы, хоть сама Нефертити, но валерьянку оставлять открытой все равно не следует.
– Ах, вы про валерьянку? Да-да, я вспомнила, что перед сном ее принимала.
– Вот с этого и надо было начинать, – проворчал Валентин. – Разбрасывает всякую дрянь где попало, да еще крышечку не завинчивает, а потом обижается.
– Что там завинчивать, я почти все выпила, увидев, чем вы занимаетесь по ночам, – бурно возмутилась великанша.
– Чем мы занимались, это наше личное дело! И это совсем не повод для того… короче, это не дает вам права не закупоривать валерьянку, приманивая тем самым чужих котов в свою комнату… по ночам, – скаламбурил Валентин, похоже, и сам не совсем поняв, что он такое нагородил.
– Что-о-о?! – взревела Фатиния. – Это кого я в свою комнату приваживаю… приманиваю?! По каким таким ночам?!
– А вот по таким! – огрызнулся Валя. – Какой кошмар! А на вид вроде порядоч…
– Стоп, стоп, друзья мои, – громко хлопнула в ладоши Олеся, резко перебив Валентина. – Перестаньте спорить, это ничего нам не даст. Так значит, это все-таки Васька все устроил? – пряча улыбку, спросила она у Валентина.
– Ничего особенного он не устраивал, просто на запах валерьянки пошел. Я в это время проснулся, в туалет захотел, вышел из своей комнаты, двинулся было в нужном мне направлении и вдруг заметил, как Васька в приоткрытую дверь вот ее комнаты шмыгнул, – кивнул он на Фатинию. – Естественно, я за ним побежал, испугался, что она его придушит ненароком… ну, а дальнейшее вам уже известно.
– Что он говорит такое? – всплеснула Фата руками. – Разве я живодерка, чтобы животных душить?!
– А кто вас знает? – огрызнулся Валентин. – Вы его сразу невзлюбили, как только появились в этом доме.
– Это еще вопрос, кто кого невзлюбил, – нахмурилась женщина. – Я, что ли, в его туфли нагадила?
– Какое счастье, что коты ходят босиком! – парировал Валентин.
– Ну, может быть, вы все-таки прекратите ссориться? – устало спросила Олеся. – На дворе ночь давно. Какой же ты, Вася, оказывается, паршивец, так всех взбудоражил, – улыбнулась она, глядя на кота. – Фата, мы его непременно накажем, даю вам честное слово.
– Мне от этого не легче, – проворчала та. – Ваш кот – самый настоящий хулиган и бандит с большой дороги! Сначала туфли мне испоганил, а теперь и до меня самой добрался. А если бы у меня сердце было больное? Если бы со мной инфаркт, не дай бог, приключился? Или того хуже, вообще разрыв сердца? Вам срочно нужно от него избавиться, а то он такого натворит, что мало не покажется.
– Избавиться! – от всей души возмутился Валентин. – Василий ни в чем не виноват! Коты и кошки, только почуяв запах валерьянки, сразу же дуреют, перестают соображать. Это вы все устроили, а вовсе не он, нечего валить с больной головы на здоровую!
Фата раскрыла было рот, чтобы дать Вале достойный отпор, но в это время со стороны входа в дом раздался какой-то непонятный, но достаточно громкий шум, и Олеся с Валей, не сговариваясь, ринулись туда. Великанша задумалась секунд на десять – а не пойти ли ей спать? – но победило любопытство, и она изящной слоновой трусцой поторопилась за ними.
20
– Серж, дорогой, что случилось?! – вскричал Валя, увидев, что Сергей и Максим вносят в дом бесчувственного Дениса.
– Господи, что с ним?! – ахнула Олеся, подбегая к молодым людям. – Несите его вон туда, в ближайшую комнату, там есть диван.
– Боже мой, какой кошмар, у него кровь, – заломил Валя руки. – Его избили местные хулиганы, да? На его мотоцикл наехал грузовик, да? А он подлежит восстановлению? Серж, мон ами, ну что же ты ничего не рассказываешь?
– Слушай, отвянь по-хорошему, иначе я так тебе накостыляю, что ты-то уж точно не будешь подлежать восстановлению, – раздраженно рявкнул на него Максим.
– Фу, какой грубиян, – сморщился Валя. – А еще студент высшего учебного заведения! Это вас в институте учат разговаривать так неинтеллигентно?
– Пошел отсюда к чертовой матери, интеллигент недорезанный, не выводи меня из себя! – не своим голосом заорал Максим.
– Правда, Валь, неужели ты не видишь, что нам не до тебя?! – прикрикнула на него Олеся.
– А что я такого сделал? – обиделся тот. – Я интересуюсь, что случилось, проявляю заботу, участие и сострадание, а в результате…
– Хватит болтать, лучше принеси аптечку, – перебила его Олеся. – Надеюсь, ты помнишь, где она у нас лежит?
– Склерозом пока, слава богу, я не страдаю, – проворчал Валя, направляясь к двери. – Как что нужно, так сразу – Валя, принеси, а как на вопрос ответить, так…
– Ты еще здесь?
– Нет, я уже там! – тявкнул Валентин, нарочито медленно выходя из комнаты.
Олеся внимательно осмотрела раны Дениса и, поняв, что они не так страшны, как это могло показаться на первый взгляд, облегченно вздохнула.
– Ничего смертельного я не нашла, слава богу!
– Почему он без сознания? – обеспокоенно спросил Максим. – Он ведь после падения даже встал сначала, а потом – брык – и снова свалился. Когда я понял, что мне одному его не дотащить, сразу сюда побежал, хорошо, что Сергей не спал еще. Почему же он так долго не приходит в себя? – повторил он, испуганно глядя на бесчувственного брата.
– У него стрессовый обморок, наверное, а они почти всегда затяжными бывают, – выдвинул свою версию Сергей. – Он случайно вида крови не боится?
– А ты откуда знаешь?
– Я не знаю, просто спрашиваю, потому что в медицинском институте учусь.
– Будущий доктор, значит?
– Вроде того!
– Да, Дэн всегда крови боялся, с самого детства. Даже если у него малюсенькая ранка или царапина появилась, он сознание терял.
– Ну, вот и ответ на твой вопрос, – пожал плечами Сергей. – У него вон, все руки в крови.
– Темно вроде было, как он мог рассмотреть кровь на своих руках? – пожал плечами Максим. – Хотя, наверное, ты прав, фары от мотоцикла так и светили, когда он перевернулся.
– Он перевернулся на мотоцикле?! – ахнула Олеся. – Как же такое могло произойти?!
– Да черт его знает как! – нахмурился Максим. – Какой-то идиот прямо у него перед колесами нарисовался. Кстати, тот тип через забор перелез, я сам видел. Спрыгнул с него перед мотоциклом Дэна, тот вдарил по тормозам, его и занесло, а тот дурак деру дал, только его и видели.
– Кто перепрыгнул? Через какой забор? – не поняла Олеся.
– Через твой забор, идущий вокруг этого участка. А кто перепрыгнул, понятия не имею! Вроде мужик какой-то.
– Как это?
– Откуда мне-то знать, как? Говорю о том, что видел собственными глазами.
– Вот аптечка, – сказал Валентин, возвращаясь в комнату. – Что вы видели собственными глазами? – полюбопытствовал он.
– Много будешь знать, плохо будешь спать, – огрызнулся Максим.
– Почему вы мне грубите, молодой человек? – насупился Валя. – Что я такого спросил?
– Нечего совать свой нос в чужие дела!
– Все, что происходит в этом доме, не чужие дела, а и мои тоже, – запетушился Валентин. – И не смейте разговаривать со мной в подобном тоне, я этого не потерплю!
– Валь, успокойся, ради бога, – сморщилась Олеся. – Нашел время… Нужно Дениса в чувство привести, что-то слишком долго он лежит без сознания, мне это не нравится.
– Бог шельму метит, – проворчал Валя.
– Ты че сказал?! – прорычал Максим и, насупившись, двинулся на Валентина с явным намерением свернуть ему шею.
– А то и сказал, что вас никто сюда не приглашал, а незваный гость хуже татарина! – выкрикнул тот и отскочил за спину Сергею… для собственной безопасности. – На чужой каравай рот не разевай, это чревато тягостными последствиями. Вон, один уже получил по заслугам, очередь за следующим, то есть за вами!
– Да я тебя сейчас по стенке размажу, недомерок! – медведем взревел Максим. – Это кто хуже татарина?
– Догадайся с трех раз, – тявкнул Валя из-за спины пасечника.
– Прекратите немедленно этот балаган! – закричала Олеся. – Вы что, совсем с ума посходили?.. Постой, постой, как ты сейчас сказал? – вдруг удивленно спросила она у Вали. – Незваный гость…
– Вот-вот, хуже тата… о-ля-ля! – округлил тот глаза. – Вот и разгадка ребуса.
– Вы че мне мозги парите? – рявкнул Максим, переводя взгляд с Олеси на Валентина. – Что еще за ребус?
– Вам этого не понять! Это, пардон за откровенность, не для вашего интеллектуально недоразвитого мозга, – ехидно усмехнулся Валя, чувствуя себя в полной безопасности за широкой спиной ковбоя.
– Сережа, ты понимаешь, что…
– Может быть, сначала займешься Денисом, а уж потом и всем остальным? – строго спросил тот у Олеси. – Мне кажется, сейчас не совсем подходящее время для разгадки ребусов.
– Да-да, ты совершенно прав, – согласилась девушка и засуетилась вокруг бесчувственного парня. – Ребята, вам следует оставить меня наедине с Денисом, – сказала она.
– Это еще зачем? – насторожился Максим.
– Не переживай, Олеся не сделает твоему брату ничего плохого, – миролюбиво произнес Сергей. – Просто давай сделаем, как она просит. Верь мне, и пошли отсюда.
Максим нехотя подчинился и направился к двери, поминутно оглядываясь на Дениса.
– Не волнуйся, все будет нормально, – успокоил его Сергей. – Валентин, а ты что встал как вкопанный? Не слышал, что сказала Олеся?
– Я никуда не пойду, – буркнул тот, покосившись на Максима. – Я лучше здесь тихонечко в уголочке посижу. Ма шер, я, честное слово, тебе не помешаю, буду нем, как рыба, и тих, как покойник, – обратился он к Олесе, глядя на нее умоляющими глазами.
– Ладно, оставайся, мне может понадобиться твоя помощь, – кивнула Леся.
– Ну, что вы остановились-то? – приободрившись, спросил Валя у Сергея. – Слышали, что сказала хозяйка? Ей нужна моя помощь, а вы идите, идите себе, не мешайте нам.
– Вот клоун, блин, – сердито проворчал Максим и с недовольным видом вышел за дверь.
– Что-то я Фатинию не вижу, вроде она за нами пошла? – спросила Олеся у Валентина. – Встань вот здесь и приподними ему голову, – велела она.
– Нашла о ком беспокоиться, – фыркнул тот, подходя к бесчувственному Дэну. – Она уже в кухне, ревизию холодильника проводит.
– Откуда ты знаешь?
– Видел, когда за аптечкой ходил. Так нормально? – спросил Валя, приподнимая голову Дениса двумя руками.
– Да, – кивнула Олеся. – А теперь помолчи несколько минут. Ой, чуть не забыла, сначала же нужно ему руки протереть, – спохватилась она. – А то он очнется, увидит кровь и снова в обморок упадет. Валь, сходи, пожалуйста, в ванную комнату, намочи полотенце.
– В аптечке влажные салфетки есть, – подсказал тот.
Читать бесплатно другие книги:
