Новейший Путин. Что ждет Россию? Белковский Станислав

В на-Марс страну

Как возникают империи? Почему государства объединяются в союзы? Почему у одной страны возникает мотивация прислониться к другой? История даёт недвусмысленный ответ на этот вопрос.

Государство способно и готово добровольно стать младшим партнёром другого, если потенциальный старший партнёр:

— выступает единственно правильным гарантом безопасности этого государства, в том числе — безопасности социокультурной, то есть сохранения идентичности «империализуемой» нации;

— создаёт для возможных союзников-сателлитов творческие, интеллектуальные и моральные образцы, которым хочется подражать;

— предоставляет элитам этого государства возможности для использования своих ресурсов, недоступные прежде — и немыслимые ни в каком другом, альтернативном «большом пространстве»;

— обеспечивает доступ к качественно новым пространствам — экономическим и культурным;

— открывает для растущих, входящих в жизнь поколений «младших партнёров» невиданные доселе возможности вертикальной социальной мобильности: тот, кто мог бы стать лишь первым в деревне, отныне может прорваться в город и даже, со временем, стать в этом громокипящем городе хозяином положения.

Так империя Александра Македонского дала толчок распространению великой эллинской культуры на огромной территории — до Египта, Сирии и Вавилонии. Так Рим спас, защитил от разлива варварства эллинистическую культуру и интегрировал греков в имперскую элиту. Так Россия защитила Украину от ополячивания и окатоличивания — в том и был смысл подвергаемый ныне множественным сомнениям Переяславской Рады, а позднее взяла под защиту от Турции и Персии Армению и Грузию, дав последним сохранить национальную, культурную и религиозную идентичность. Так Венгрия и балканские славяне спаслись от угрозы потери национальной и религиозной идентичности, исходящей от османских завоевателей, под сенью империи Габсбургов.

Франция позволила и помогла провинциалу-корсиканцу стать императором Наполеоном Первым. Только в Германии приобрёл шансы на политическую карьеру провинциальный художник Гитлер, только в Советском Союзе сын сапожника мог превратиться во властелина мира, а другие дети далёких окраин — стать членами всемогущего Политбюро ЦК КПСС, академиками и Героями. Империя позволяет лучшим, талантливейшим вырваться за околицу провинциального мира, прикоснуться к неисчислимым богатствам иных измерений — и в том её привлекательность и сила.

Причём, разумеется, решения об интеграции в те или иные союзы, качественно новые геополитические сущности всегда принимаются элитами стран — и никогда на плебисцитах. Элиты сразу видят возможности для прорыва, которые открывает Большое Государство, тем качественно и отличающееся от Малого — пусть прекрасного и удобного, но неизбежно — провинциального.

Сегодня в бывшем СССР осталось без малого 5 стран, элиты которых объективно — то есть независимо от взаимной любви-ненависти президентов, премьеров и начальников генеральных штабов — пока ещё (!) заинтересованы в реальном альянсе с Россией. Белоруссия, Армения, Казахстан, Таджикистан, Киргизия (страшно сказать, но отпадение последней от России ещё толком и не начиналось, несмотря на сумбурную весеннюю революцию).

Что должна — и по-прежнему может — предложить Россия элитам этих стран?

1. Возможности для инвестиций, то есть фактически легализации капиталов на российской территории. Очевидно, что эти капиталы, сформированные за минувшие 15 лет, не могут найти достойного применения на скромных территориях собственных отечеств. А в странах G7 носителей подобных капиталов ждёт, в лучшем случае, тюремно-скандальная судьба Павла Лазаренко. Так что российский рынок постсоветским инвесторам нужен как воздух.

2. Безопасность. В одиночестве, без силовой поддержки извне Белоруссия и Казахстан едва ли смогут сохранить свою государственность, Армения — обеспечить фактическую независимость Нагорного Карабаха. Таджикистан — предотвратить исламский переворот. Киргизия — избежать распада. Конечно, США как военный гарант куда сильнее немытой России, но «сильнее» в данном случае не значит «эффективнее». Задачи Америки слишком сильно расходятся с интересами национальных элит всех пяти стран, чтобы последние могли безоглядно довериться Вашингтону.

3. Рост над собой. Карьера в большой России — выход для тех, кому тесны рамки небольших национальных участков. К тому же продвигаться в культурном поле России для людей и поколений, не забывших русский язык, куда проще, чем безнадёжно инородными телами пытаться пробить стену американо-европейского отчуждения. Конечно, чтобы создать единый механизм вертикальной мобильности в рамках СССР, Россия должна ввести институт двойного гражданства с каждой из союзных стран. Со временем талантливые армяне и казахи, киргизы и белорусы смогут править Россией. А это, товарищи, — жизненный стимул.

4. Защиту от глобализации. Глобализация, которая есть во многом американизация, не оставляет странам и народам шанса сохранить свою идентичность, уникальную социокультурную среду. Проблема многих стран и культур сегодня — как использовать технологические структуры, порождённые глобализацией, и не утратить собственную национальную уникальность, равно как и волю к принятию своих, отдельных политических решений, к самостоятельному формированию своего будущего. Найти баланс непросто, но межгосударственный союз открывает для этого возможности.

Если в конце прошлого века Американская Империя воспринималась как защитник и освободитель Восточной Европы от гегемонии СССР и советского тоталитаризма, то сегодня, напротив, многие нации нуждаются в защите от превращения в размазанных и обезличенных официантов и посудомоек на глобальном американском балу удачи. В региональном масштабе Россия как носитель сильной, всё ещё не утраченной культуры и не уничтоженной традиции государственности может играть роль неформального лидера коалиции тех, кто понимает свободу, прежде всего, как право быть самим собой.

Поэтому и только поэтому может быть создан новый СССР — удалённая от вашингтонского Старшего Брата территория самоценности и потому — свободы.

Условия Содружества

Хотим сразу оговориться, что есть два необходимых условия воплощения какого бы то ни было геополитического проекта, исходящего от России. Тем более — такого сложного, как СССР.

Условие первое. Смена российской правящей корпорации. Власть по состоянию на 1 апреля 2005 года полностью маргинализирована как политически, так и интеллектуально. Из Кремля уже давно не исходит ни одной жизнеспособной идеи. Люди, принимающие основополагающие решения в современной России, расписались в том, что не живут национальными ценностями, что долгосрочная судьба российской государственности их, по большому счёту, не интересует. И любая нация на это готова сказать России: если вы сами себе не нужны, то какого чёрта вы нам предлагаете быть с вами? Если ваша собственная страна вам не дорога, то чего ж вы запускаете грязные руки в наши независимые страны, которые нам-то очень даже дороги? Здесь и лежит ключ к пониманию стремительного растущего отчуждения между Россией и теми, кто ещё недавно надеялся на неё или, по крайней мере, уважал её.

Разумеется, то, о чём нельзя говорить вслух, надо произнести. Смена правящей корпорации, бесспорно, означает уход Владимира Путина от власти. Потому что он — подлинное средоточие псевдоценностей этой корпорации. И никаких образцов, привлекательных для постсоветских стран, Путин и Ко создать по определению не могут. Государство, в котором идеальные политики — Грызлов со Слиской, а идеальный интеллектуал — псевдополитолог со скошенными к носу от постоянного вранья глазами, не может быть привлекательным ни как старший исторический партнёр, ни как партнёр вообще. И в постсоветском хамстве, обрушившемся сегодня на Россию, кроется дикое карнавальное осознание нашими бывшими друзьями-попутчиками той колоссальной деградации, каковая постигла российский правящий класс. Никакие госканалы российского телевидения, никакая чахлая путинская цензура не способны скрыть мерзопакостную слюнявую нищету, вырождение сегодняшнего Кремля.

Условие второе. Роспуск Содружества Независимых Государств по инициативе России. Только такой шаг позволит Москве вернуть себе политическую инициативу и моральное правое что-либо предлагать потенциальным странам-партнёрам.

Успех проекта СССР зависит, по большому счёту, не от того, кто придёт к власти в последних странах бывшего СНГ. А в первую голову от власти, которая займёт Кремль после феерически бездарного и бессмысленного Путина. А значит — всё опять зависит от нас. Попробуем всё ж таки что-нибудь сделать.

Очень маленькое зло

Кремль вкупе с независимой Общественной палатой уже проанализировали недавнюю трагедию в Челябинском танковом училище и поняли, почему министр обороны РФ Сергей Иванов ни в чём не виноват, а призывы к его отставке — несерьёзны и конъюнктурны.

Во-первых, никакой трагедии вообще не произошло. Андрей Сычёв лишился обеих ног и половых органов в результате рядового, как он сам, случая дедовщины, усугублённого добровольным нежеланием Сычёва служить в армии. Министр же национальной обороны занимается великими делами — оттого и оказался в нужное время в нужном месте, то есть «высоко в горах» — и не обязан реагировать на каждый навозный чих.

Во-вторых, Сергей Иванов — лучший, талантливейший министр обороны всех русских времён, и даже миллион солдатских конечностей не стоят одного волоса с министерской стратегической головы.

В-третьих, скандал вокруг челябинской микродрамы организован и раздут коварными аппаратными врагами министра Иванова, которые давно искали повод побольнее укусить «лучшего и талантливейшего».

С последним утверждением можно почти согласиться. Действительно, Главная военная прокуратура существенно активизировалась в деле разоблачения истинных масштабов и форм дедовщины сразу после того, как Сергей Иванов стал вице-премьером и попытался глубоко залезть в финансовые потоки оборонно-промышленного комплекса. А значительную часть этих потоков контролирует помощник президента РФ Игорь Сечин, который: а) в силу своего природного консерватизма не хочет этим контролем ни с кем делиться; б) имеет необъяснимое магическое влияние на Генпрокуратуру вообще и Главную военную прокуратуру в частности.

Но попробуем всё же забыть про сечино-прокурорский заговор и упростим вопрос: должен ли министр Иванов, несмотря ни какие подводные течения подать в отставку? Да, должен. Причём незамедлительно.

Второстепенная причина отставки такова: если в некоем ведомстве случилось нечто, чему ужаснулся — без преувеличения — весь мир, то начальник ведомства обязан уйти. Независимо от степени его личного и непосредственного участия в непотребных деяниях.

Главная же причина, за право обсудить которую мы должны сказать спасибо Челябинскому танковому училищу и лично несчастному рядовому Сычёву: Сергей Иванов катастрофически не справляется с обязанностями министра обороны РФ.

Модернизация армии и тем паче военная реформа, слухами о которых Минобороны наполняет информационное пространство много лет напролёт, — не более чем наглый блеф.

На сегодняшний день из 20 000 танков, стоящих на вооружении российской армии, 9 000 вообще полностью вышли из строя, а ещё 4 500 — нуждаются в ремонте и в боевых действиях участвовать не могут. Из 1800 самолётов не могут подняться в воздух без капремонта — 1200. Более половины этих машин уже нет смысла и ремонтировать, так как они простояли без дела 10 лет и почти полностью разукомплектованы.

Широко разрекламированное «радикальное увеличение военного бюджета» тоже очень напоминает гигантский блеф с ярко выраженными элементами казнокрадства. Денежное довольствие военнослужащих как было, так и остаётся нищенским. Среднестатистический полковник получает сегодня менее 11 000 руб. (примерно $380) в месяц — вдвое меньше, чем, например, охранник, украшающий собой парадный подъезд «Газпрома». С перевооружением армии тоже как-то не складывается. С 2001 года Вооружённые силы РФ получили 15 новых танков, 40 бронетранспортёров, 2 (два) истребителя Су-27 (все они, заметим, выпущены в советское время, а в постсоветской России лишь несколько модернизированы), целых 3 стратегических бомбардировщика Ту-160 и 4 вертолёта. Для сравнения: Индия, военный бюджет которой сопоставим с российским, закупила за это же время 124 танка, 8 вертолётов Ка-31, 22 истребителя МиГ-29 и даже тяжёлый авианесущий крейсер «Адмирал Горшков».

Что же касается престижа воинской службы и морального климата в войсках, то здесь, пожалуй, и без цифр всё ясно. Но и некоторые цифры не помешают. За время работы «лучшего, талантливейшего» из армии уволилось свыше 250 000 офицеров, из них около 170 000 — досрочно. Как правило, офицер остаётся в войсках до получения долгожданной квартиры, а там — лучше уж быть рядовым охранником, который, как мы уже выяснили, живёт куда лучше. За 3 последних года осуждены за уголовные преступления свыше 350 офицеров — годовой выпуск общевойскового училища. Даже по официальным (а значит, почти всегда заниженным) данным, в 2004 году покончили с собой 246 военнослужащих. По данным исследования социологического центра «РОМИР-мониторинг» (2005 год), свыше 70 % российских студентов готовы «отдать всё», чтобы не служить в армии.

Ссылки на наследие проклятого ельцинского прошлого уже неуместны. Путин находится у власти 6 лет, Иванов во главе Минобороны — 5. И как раз на эти годы пришёлся нефтяной бум, который принёс стабфондам и прочим резервуарам национальной экономики сотни миллиардов долларов. И властная вертикаль укрепилась настолько, что, казалось бы, любые модернизационно-реформаторские решения стало проводить очень просто.

Только в одном Сергей Иванов, пожалуй, преуспел: он убрал-таки из армии харизматичных амбициозных генералов Казанцева, Шаманова и Трошева, которые ничтоже сумняшеся полагали, что именно они в 1999 году привели Владимира Путина к власти.

Даже если отринуть классические соображения политики и морали, министр Иванов должен положить на президентский стол роковой рапорт потому, что он злостно и систематически не исполняет Положение № 1082 о министерстве обороны РФ, утверждённое указом Путина от 16.08.2004. В частности, «талантливейший» де-факто не обеспечивает мобилизационную готовность Вооружённых сил, не занимается вопросами социальной защиты военнослужащих, не организует правовое и морально-психологическое обеспечение Вооружённых сил — а всех этих безмерных усилий великодержавное Положение от него прямо требует.

Отставка?

Другой вопрос

Разумеется, всякий человек, хоть немного знакомый с реалиями российской политики, знает: Сергей Иванов не уйдёт в отставку. Во всяком случае, пока труба Верховного Главнокомандующего не протрубит ему триумфальный окончательный отбой.

Потому что в административной системе путинской России результаты работы, управленческая эффективность и т. п. вообще не есть критерии оценки деятельности чиновника. Руководитель современного образца приходит на высокий пост не для того, чтобы служить Родине (народу, государству) или решать какие-то конкретные отраслевые задачи (стратегические или тактические). Он приходит во имя кормления — создания многоуровневой системы распределения теневых доходов, возникающих в процессе работы министерства (ведомства, госкорпорации). И единственное требование к начальнику путино-ивановского типа: чёткое и максимально конфиденциальное обеспечение раздела (на профессиональном сленге — «распила») специфических благ между самим чиновником и сопредельными участниками «вертикали власти».

В этом смысле все путинские топ-чиновники заняты одним и тем же, только в разных кабинетах. И потому — абсолютно взаимозаменяемы. Например, никто не был бы поражён, увидев Алексея Кудрина в кресле главы ФСБ, Игоря Сечина — на посту министра здравоохранения (и социального развития), а того же многострадального Сергея Иванова — в неестественной позиции предправления РАО «ЕЭС России». «Распил» — он везде «распил».

Для оправдания же любых результатов работы такого начальника существует фундаментальная доктрина «меньшего зла». Эта доктрина окончательно сформировалась в России в 2005 году и уже нашла изрядную поддержку среди интеллектуалов, ещё недавно сокрушавшихся по поводу стратегической несостоятельности правящего режима.

Доктрина проста, как всё великое. Если команда Путина уйдёт от власти, на смену ей придут хищные тоталитарные ксенофобы, враждебные всему живому. Они немедленно устроят на русской земле ГУЛАГ и Освенцим одновременно. Более того, эти изверги могут заняться какими-нибудь большими модернизационными программами, а такие вещи на российской почве никогда ничем хорошим не заканчивались. Ибо мобилизовать на что-то русского человека можно только с помощью плётки и вертухая.

Согласно доктрине меньшего зла, путинская власть в принципе не отвечает за плоды своих трудов и не обязана ни перед кем отчитываться. Поскольку она выполняет единственную и главную историческую миссию — занимает тёплое правящее место, на которое в противном случае покусилось бы безобразное Большое Зло. Олицетворяемое полковником Квачковым и безумцем Копцевым, устроившим резню в Московской синагоге.

И Сергей Иванов — лучший министр по определению, чтобы бы там в армии ни творилось. Ибо уйдёт Иванов — и тогда неизбежно придёт на его место неукротимый палач и вешатель, генерал-капитан Сидоров, который 100 млн. человек забреет в солдаты, снесёт ювелирные бутики в Барвихе и на их месте построит вонючие безжалостные казармы.

Потому сегодняшняя власть имеет право на любые ошибки, на какие угодно моральные и юридические преступления. А мы всё равно должны говорить «спасибо» за то, что нами правит это ну Очень Маленькое Зло (ОМЗ).

Ротация зла

Эта доктрина, не лишённая некоторой софистической изысканности, не учитывает главного. Именно режим «меньшего зла» и создаёт все предпосылки для прихода к власти зла большего. Большое зло в истории — закономерный преемник маленького.

Потому что когда власть и — шире — правящая элита ни за что не отвечают ни перед людьми, ни перед Богом, а моральные конструкции общества сгнивают дотла, вероятность пришествия свирепого народного смирителя возрастает на порядки. Очень Маленькое Зло, быть может, наделено неким шармом бурного роскошного разложения, но оно совершенно точно никогда не бывает центром мобилизации и сплочения нации. Можно согласиться с тем, что распутинщина в каком-то смысле гораздо лучше большевистского террора. Но большевики приходят именно на плацдарм, тщательно подготовленный именно распутинщиной. И невозможно представить себе, чтобы кто-то сплотился вокруг Распутина в борьбе с какими бы то ни было угрозами, внутренними и внешними, настоящими и будущими. Колдовские чары Большого Зла как раз и проявляются на фоне тотального цинизма и безнадёжности, исходящих от Зла Очень Маленького. И скрытый пока от публичного взора генерал-капитан Сидоров должен быть премного доволен потугами гражданского министра Иванова, всеми его рекламными успехами и высокогорными нравственными откровениями.

Свежайший пример — победа ХАМАСа в Палестинской автономии. Да, доселе палестинцами управляло классическое меньшее зло. Оно не занималось строительством государства и разворовывало иностранную помощь. А на все скромные вопросы отвечало: ну если же не мы, тогда ведь экстремисты придут! И напомаженный цивилизованный мир стыдливо опускал очи долу: действительно, чёрт побери, лучше ворюги, чем кровопийцы!

И экстремисты, конечно, пришли. На выборах. А если б не было выборов — всё равно бы взяли власть. Силой оружия. Через год-другой, не позже. Потому что если от власти кисло-сладко пахнет позапрошлогодним арбузом, спасения нет.

У России тоже есть два варианта. Первый: приход новой, ответственной элиты с реальной модернизационной программой. Второй: вялотекущая путиноивановщина с Большим Злом в неизбежном скором финале.

Что выберем?

Убийственно маленькое зло

Как? Вы ещё не знаете, кто убил Александра Литвиненко (и Анну Политковскую)? Тогда мы идём к вам.

Фриц Эрмарт, экс-глава совета по разведке ЦРУ США: «…таким образом группа Игоря Сечина даёт жёсткие сигналы Путину о том, что Россию не надо выводить из тьмы».

Генри Киссинджер, вице-премьер всемирного жидомасонского правительства: «…мне представляется очень возможным, что Литвиненко был убит своими бывшими товарищами по КГБ».

Эберхард Шнайдер, профессор, член правления центра «ЕС — Россия», для австрийской газеты Der Standard: «…убийства Литвиненко и журналистки Анны Политковской рассматриваются через призму назначенных на 2008 год президентских выборов… возглавляемая заместителем главы администрации Игорем Сечиным группа, состоящая из сотрудников спецслужб, непременно захочет оставить Путина у власти и после 2008 года… с помощью убийств и даже террористических актов российское общество будет приведено в состояние такой неуверенности, что требование «жёсткой руки» в российской политике зазвучит всё громче и громче».

Алексей Венедиктов, один из самых информированных людей России, для New York Times: «…отряд убийц, не подчиняющийся в своих действиях правительству, убил Литвиненко, чтобы запугать политическую элиту и заставить Путина остаться на третий срок, хочет он того или нет… те, кто стоит за убийством, хотят в будущем возложить ответственность на Путина, чтобы тот не оставил свой пост, опасаясь уголовного преследования».

Леонид Гозман, ходячий талисман правых сил: «…мы знаем, к чему привели все три происшествия (третье происшествие — это лжеотравление гипертонического Е. Т. Гайдара радиоактивным пятизвёздочным завтраком. — С. Б.)… Это выгодно людям, которые хотят изоляции России от внешнего мира, от Запада. Тем, кто хочет вернуться к холодной войне и локальным горячим войнам и в условиях этой изоляции творить безобразия. Часть этих людей живут в нашей стране».

А вот, кстати, что пишет федеральный орган ЦК суверенно-тератологической демократии (журнал «Эксперт») в забойной статье последнего номера:

«…радикально антироссийское крыло на Западе (в первую очередь в Америке) заинтересовано в авторитарной и изолированной России. В этом же заинтересованы те силы в России, которые у нас принято называть силовиками. Путинская Россия их вполне устраивает, но её срок подходит к концу. Переход же России в послепутинскую эпоху им представляется опасным и чреватым серьёзными угрозами (как для государства, так и лично для них). Выход из этой ситуации они видят в усилении госконтроля над экономикой, ослаблении влияния Запада и закреплении административных механизмов управления. Именно эти группы настроены сегодня наиболее радикально… они готовы вести большую игру, основанную на системной провокации, без особых моральных ограничений».

Вы ещё сомневаетесь, что Политковскую-Литвиненко убили, а Е. Т. Гайдара довели до гипертонического криза смертельные силовики и непосредственно царь их Сечин? Что ж, почитайте уважаемую газету Corriere della Serra за 27 ноября 2006 г., где итальянским по белому написано: всех расстрелял и полонизировал ветеран спецслужб Игорь Власов, профессиональный петербургский киллер 1960 года рождения, в свободное от гибельной работы время владеющий португальским языком. Да, кстати: Игорь Иванович Сечин, как на грех, тоже 1960 года рождения и тоже очень владеет португальским. Скоро, совсем скоро из надёжно проверенных сообщений СМИ мы узнаем, что Сечин и Власов в одном мозамбикско-ангольском полку служили, работают старыми друзьями и давно привыкли давать друг другу наиделикатнейшие поручения.

Остаётся только обнаружить в туалете прокажённого лондон-бара Itsu записную книжку доктора Сечина с пометками собственноручным почерком: «Октябрь 7, 2006. Убить П. Ноябрь 1, 2006. Отравить Л. Декабрь 1-31, 2006: убедить Володю остаться на третий срок».

И — русская народная демократия уходит со сцены, не доплясав даже до антракта.

Пять сечинских вопросов

Итак, за маской милого кремлёвского жителя Игоря Ивановича С. скрывается серийный политический киллер, готовый уничтожить полчеловечества, лишь бы заставить Путина не уходить.

Под обаянием этой безотказной версии одно время, признаться, пребывал и я. Но, к счастью, недолго. Усомниться меня заставили многочисленные маленькие друзья А. С. Волошина и Р. А. Абрамовича, которые сразу после деньрожденческой драмы 7 октября побежали по всем углам, чтоб донести до раскалённых ушей любопытных слушателей единственно благую весть: убивал — Игорь Иванович! Больше — некому! И любопытные слушатели текли дальше, распространяя заветный слух.

И тогда, вооружившись на коммунальной кухне неподдельной водочной рюмочкой и последней в нашей истории банкой латышских шпрот, я решил задать себе пять вопросов.

1. Знаком ли Игорь Сечин с Владимиром Путиным?

Да, очень хорошо знаком. Причём он знает живого реального Путина, а не приласканный телегением миф. И потому он не может не знать, что Путин ни в коем случае не собирается идти на третий срок. Не потому, что нынешний русский президент до безумия боится своей собственной государыни Конституции (плевать он на неё хотел, по правде говоря). А потому, что этот самый бессрочный срок означает крушение всей путинской жизненной стратегии. Которая хочет не сталинской безмерной ответственности, а много меньше — 25 лет спокойной красивой жизни в Европе сразу по завершении невероятного авантюрного водевиля «Как уездный подполковник 8 лет царя-батюшку изображал».

И потому, собственно, нет и не может быть никакой Партии третьего срока (ПТС), о чём мне уже приходилось и прежде рассказывать. ПТС — пропагандистский фантом для Запада, такая себе равнобедренная пугалка для самых либерально-впечатлительных, не более (хотя и никак не менее) того. И преступления, леностно инкриминируемые несуществующей ПТС, хотят совершать — другие.

2. Можно пи назвать Игоря Сечина осторожным человеком?

Да, вероятно, можно. Португальствующий путинский помощник обычно ввязывается в дела с вероятностью успеха никак не меньше 50 %. В то время как «теория Волошина» (назовём так для простоты версию «политтрупы ради третьего срока») требует от Игоря Ивановича ну просто какого-то болливудского безрассудства. Сечин, выходит, пошёл на большие и весьма рискованные преступления во имя цели, вероятность достижения которой не выходит за пределы статистической погрешности (см. вопрос 1).

3. Можно ли считать Игоря Сечина законченным идиотом?

В человеческой РФ-жизни — едва ли. Но в волошинской теории только таким Игорь Иванович и должен быть.

Потому что, если теория верна, Игорь Сечин:

— не понимал, что убийства Литвиненко и Политковской принесут некоторые тяжёлые неприятности ему самому, причём сразу же, не отходя от стойки суши-бара;

— специально поручил спецслужбам применить такие методы (индустриальный полоний и пр.), чтобы сразу было ясно: без КГБ-ФСБ СССР-РФ никак не обошлось.

В общем, теоретический Сечин оставил как-то много живых следов своей сопричастности преступлениям. Сечин практический, привыкший многие вопросы решать исключительно чужими руками / губами, так бы ни при каком случае не поступил.

4. Где хранятся деньги Игоря Сечина?

Вот ведь интересно: куда деваются доходы Сечина и Ко от прикарманенных «Юганскнефтегазов» и всякой прочей северстальщины? Вы думаете, откладываются помаленьку на счетах сечинских отпрысков в нечернозёмных отделениях Сбербанка России?

Молодцы, что так не думаете. Для этих венценосных доходов есть всякие иностранные банки, в особенности же — швейцарские и, страшно сказать, лихтенштейнские. И за семь лет там уже набежало — в общем, сто миллионов тонн печенья и сто тысяч вагонов варенья можно враз закупить.

И вот, стало быть, скопив всё это и отправив прямо в пасть ненавистной Европы, Игорь Иванович Сечин теперь хочет превратить РФ в осаждённую крепость, плюнуть Западу в фильдеперсовое мурло, а значит, всё вывезенное — махом одним потерять?! Как-то не верится, воля ваша, не сходится. Альтруист, конечно, наш свинцовый Иваныч, но не до такой же степени!

5. Насколько Игорь Сечин богат воображением?

Предположим, что за мёртвыми трупами и вправду стоит наш герой-помощник. И хотел бы он насовсем испортить путинскую репутацию на Западе, чтобы да и уговорить старшего брата поцарствовать ещё, до полного конца.

Свершилось. Тела предъявлены. Репутация истерзана в хлам. Тогда помощник Игорь, надев парадный мундир фабрики «Большевичка» и скрипучие заангольские ордена, открывает кирзовой стопою дверь в кабинет переизолированного патрона и говорит такие сладкие слова:

— Володь, ты чё — всё ещё уходить собираешься?

О…ел? Газеты западные читаешь? Нет? А, ну ясно — ты ж португальского-то ни хера не знаешь. Так я тебе объясню. Там на тебя уже семь ордеров выписали. В Гааге спецкамеру приготовили. Что? Нет, не та, где Милошевич. Хуже гораздо. Сортир в коридоре, хе-хе… В общем, если тебе не западло в петлю залезть, то можешь, как говорится, соблюдать Конституцию. Зорькин тебе в помощь.

— Что, никакого выхода нет? — вопрошает перепуганный Володя, собирая гербовым платочком лобный хлорофилловый пот.

— Нет, старик. То есть я хотел сказать — есть. Оставайся на третий срок. И сам срок увеличь раза в четыре. Путём поглощения менее строгого более строгим. Ну, это я пошутил, ты же мои шутки знаешь… А мы — мы прикроем, не ссы. Я, кстати, с утра велел Гайдарчика дотравить. Послал ему от твоего имени специального коньячочку. Да ладно, ты че, шуток не понимаешь?… Вот, держи текст обращения. Уважаемые граждане России там, дорогие друзья, хуё-моё. Вы хотели, чтоб я остался, я и остаюсь. А кто не хочет — на того всегда свежий полоний найдётся, у нас ведь это — атомная отрасль поднимается. Ну ладно, ладно, ты уже от страха, видать, совсем юмор понимать перестал… Давай. Камера ждёт. Да нет, тьфу на тебя, не та камера совсем. Первый канал — вот какая камера.

И заперепуганный верным оруженосцем, презрев себя и все свои многотворческие планы, президент Володя покорно идёт совершать международное преступление.

Вот ты, дорогой читатель, такую картину себе представляешь? Я тоже нет. А Сечин, если доверять «теории Волошина», прекрасно представляет.

Действительно ли у всех португалистов такое фантастическое воображение?

Искупительная жертва

И то правда — после открытых убийств репутация Владимира Путина на Западе действительно взорвана. Надо её спасать. А как прикажете спасать? Выход-то где?

Общественное мнение, как известно, право всегда. А разбираться в нюансах оно, это мнение, совершенно не обязано. Уже известно, что убили русские силовики. Значит, чтобы мнение успокоилось, в его пучину надо бросить этих самых силовиков. И гладко выбритую голову председателя Сечина — отдельно, пожалуйста. Ну и, ясный перец, околосечинского премьера Фрадкова по разведывательному прозвищу «Винни-Пух» — туда же, в кипящий котёл.

А потом — вывести под уздцы на подиум всего мира Самое Маленькое Зло (СМЗ), Либеральнейшее из Возможных — нового премьер-министра и преемника Дмитрия Анатольевича Медведева. Чтобы у цивилизованных народов, уже запасающих соль и спички на случай третьесрочной ядерной атаки, отлегло от сердца и других жизненно важных органов.

Получается, что у Путина в настоящем его положении почти не остаётся других вариантов, кроме как убрать кровавую КГБ-шную клику. Этого, вы хотите сказать, добивался именно Сечин? Нет, не он? А кто?

Страхи Владимира Путина

У президента РФ есть ещё друзья. Давние, добрые. Знающие Путина хорошо. Не одним Сечиным, право слово, жив человек.

Эти друзья (7 стабилизационных лет назад и порекомендовавшие В. В. на главную водевильную роль) понимают, что Путин — создание чрезвычайно мнительное. И особо боящееся, что вдруг какие-то силовики, вооружённые сверхзвуковыми базуками и ядерными портпледами, выйдут из-под контроля и начнут размахивать оголтелыми руками на свой страх и риск. Без превентивного монаршего благословения.

Вот когда Путин заподозрил (и, в общем, небеспричинно) в чём-то таком экс-генпрокурора В. В. Устинова — то сразу же и отправил оного в юстиционное небытие. Практически за одну ночь. Благо спикер Совфеда С. М. Миронов живёт неподалёку от президентской дачи и смог быстро поймать зеленоглазое такси.

Теперь же, после мерцающих смертей А. П. и А. Л. (на фоне вдвое похудевшего Е. Г), Путину прямо предписано понимать: Сечин со чекисты совсем распоясался. Убивает, понимаешь, не спросив у руководства, всемирно подставляет нашего Главнокомандующего почём зря. Ещё немного — и отравят, того гляди, Лабрадора возлюбленного. А там — уже и Вашему Превосходительству никогда не придётся безмятежно пить чай, если в Кремле. Честное слово.

А ведь когда с вами что случится, то… Правильно, по матушке-Конституции и. о. президента становится круглолысый сечинский холопец Фрадков. Тут и наступает конец наших противоречивых, но всё же очень до некоторой степени удачных времён. Значит, есть у сечиновиков мотив для Главного Преступления (ГП). Есть.

Потому. Пока не поздно. Надо определённых должностных лиц незамедлительно удалить. Каких лиц — совершенно, впрочем, понятно. Тех самых, которые всё ещё мешают кандидату СМЗ стать 100 %-ным премьером и благодатным преемником президента.

Ну а либеральной общественности место завсегда найдётся. Для неё приуготовлен на праздничном утреннике отдельный прозаический номер. Выйти, чтобы сказать: мы никогда не любили Путина, особенно по эстетической части, но Совсем Маленькое Зло всё же много, много лучше чего-то очень большого. И потому — поддержим это Зло. Овации растроганных родителей. Занавес. Апельсиновый сок.

Правило неучастия

Дело не в том, скоро ли уволят пустоместного Фрадкова и кто залезет с ногами в его запотевшее кресло (СМЗ Медведев, а может быть, доктор Жуков или вовсе генерал Иванов). И даже совсем не в том, когда президент решит погнать бамбуковыми палками старейшего и блаженнейшего друга своего. Игоря, блин, Иваныча.

А в том дело, что взыскующее порядочной и даже либеральной поддержки маленькое зло вновь пошло своим привычным путём. 7 лет назад оно взрывало безвестные окраинные дома. Сейчас, недавно — хорошо известных на Западе, но подзабытых Россией людей. И в том, и в другом случае маленькое зло убивает тех, кого ему не жалко. (Потому, кстати, и в настоящее отравление Гайдара автор этих строчек никогда совершенно не верил. Таких ценных пацанов в рекламных целях не травят.)

Это зло будет и дальше действовать по своей программе. Ему, по большому счёту, наплевать и на уходящего старика Путина, и на остающихся бесприютных нас.

А как же мы?.. А что мы? Мы не так много и можем. Кажется, мы не способны остановить зло. Но мы всё ещё способны не ехать в его обозе. Главное, как говорится, не победа. Главное — неучастие.

Гайдаромор, или восстание рвотных масс

Почти весь постсоветский народ с робким частым придыханием следит сейчас за судьбой отравленной врагами России (вариант: врагами российской власти) глыбы русского либерализма — Егора Тимуровича Гайдара.

И я тоже — не могу не следить. Ибо по собственному опыту знаю, что такое — быть Гайдаром. То есть человеком не слишком молодым, вполне лояльным к алкоголю, сверх меры упитанным, в неполном расцвете сил. Бывает, проснёшься утром — и понимаешь, что точно Березовский с Сечиным тебя неизвестным ядом траванули. Мне ли не знать, что смерть русской демократии покоится на дне зеленовато-золотистой, как утреннее лицо правильного реформатора, бутылки Tullamore Dew!

Так что я всемерно сочувствую Егору Тимуровичу. Конечно, у меня, как у многих обыкновенных смертных, возникают порой отдельные нетипичные вопросы, как-то:

• Почему проф. Гайдар, ощущая себя смертельно отравленным врагами-интервентами, столь поспешно покинул шикарное (как и всё на Руси) медицинское учреждение в Дублине и отправился в заведение совсем немедицинское — посольство РФ (где, как известно, провёл целую ночь)? Да ещё после этого 5 часов рискованно летел из Дублина в Москву, в душноватом самолёте без врача и медсестры?

• Как же так ирландские врачи-убийцы, прежде известные своим внелиберальным гуманизмом, бестрепетно отпустили Егора Тимурыча умирать на стороне?

• Отчего ни один медик — ни ирландский, ни русский — до сих пор ни полсловом не обмолвился об отравлении?

• Куда стремительно исчез из Е.Т.-организма тот самый токсин, столь же неведомый, сколь и смертоносный?

• Почему, претерпев от секретных отравителей, Егор Тимурыч нисколько не обратился в правоохранительные органы — хоть ирландские, хоть русские?

• Если профессора отравили прямо в университете, где он презентовал гибель советской империи, то почему в этом учёном заведении до сих никого не допросили и ничего не обыскали?

• Выдвинута ли уже на Нобелевскую премию по формальной логике пророческая фраза Егора Гайдара: «Быстрота восстановления организма показывает: задачей было не искалечить, а именно убить!» (Из классической статьи Е.Т. в газете «Ведомости», 07.12.2006)?

А главное:

• Кто всё-таки, чёрт возьми, осмелился покуситься на наше пастозное святое? В раннем постотравительном интервью «Русскому Newsweek» святое полупрозрачно намекало на «спецслужбы России», которые «по природе своей организация закрытая», а значит, «далеко не очевидно, что их руководители выполняют лишь чётко сформулированную волю российских властей». Но чуть позже, видимо, убоявшись объектов своих намёков (Игоря Сечина и Николая Патрушева, если называть эти вещи своими именами), Егор Тимурович вроде бы решил скоцентрироваться на действительно плохом человеке — бывшем олигархе Б. Березовском, а также ядерном лаборанте последнего А. Гольдфарбе. Правда, намёки при этом стали такими тонкими, что мы, одутловатые постсоветские люди, вообще перестали их разбирать.

Но я гоню, гоню мелкого беса дурацких сомнений. 100 % — было гайдаропокушение посредством гайдароотравления. Тут один известный в 1990-е годы журналист-заказушник (а ещё ранее известный также как самый бесперспективный из младших научных сотрудников Института США и Канады АН СССР), вызвавшийся быть неформальным пресс-секретарём отравления, чётко пояснил нам, почему Егору Тимурычу надо безоговорочно верить. Потому что (цитирую):

«Е. Т. Гайдар — не авантюрист и не интриган, охваченный жаждой личной мести на почве оскорблённого тщеславия. Е. Т. Гайдар — макроэкономист мирового класса. И при этом — смелый до потери инстинкта самосохранения политик-реформатор. Он — человек, гражданин и учёный с давно устоявшейся высокой репутацией».

И мы, конечно, верим. Ой, верим.

Не пропьёшь

Репутацию мирового класса, действительно, не пропьёшь. Сколько бы возлюбленного «Тулламора Дью» не наливали в VIP-салоне самолёта «Москва — Дублин».

Мы помним эту мегарепутацию ещё по 1980-м годам, когда молодой (тридцать с копейками!) к. э. н. Гайдар возглавлял отделы экономики в журнале ЦК КПСС «Коммунист», а потом и в главной газете ЦК КПСС «Правда». Уже тогда, балансируя на бритвенной грани инстинкта аппаратного самосохранения, тайный суперагент либеральной трансформации отчаянно писал:

«Революции в России выявили и острые социальные конфликты, связанные с развитием здесь капитализма, и неспособность власти их урегулировать. История не оставила шанса повторить английскую модель социального развития. Идея же, что сегодня можно выбросить из памяти семьдесят лет истории, попробовать переиграть сыгранную партию (очевидно, КПСС, действительным членом которой Гайдар стал в двадцать с немногим лет. — С.Б.), обеспечить общественное соглаcue, передав средства производства в руки нуворишей теневой экономики, наиболее разворотливых начальников и международных корпораций, лишь демонстрирует силу утопических традиций в нашей стране. Программа реформы, не предусматривающая упрочения таких ценностей, как равенство условий жизненного старта вне зависимости от имущественного положения, общественное регулирование дифференциации доходов, активное участие трудящихся в управлении производством, просто нежизнеспособна. Курс на обновление социализма, включающий и демократизацию общественной жизни, и создание гибкой, динамичной, многосекторной экономики, и развитие системы социальных гарантий, не дань верности идеологическим ориентирам прошлого, а просто результат здравого анализа реальной расстановки общественных сил».

Помним мы Егора Тимурыча и как идеолога депутатской группы «Союз» Верховного Совета СССР — той самой, имени Алксниса-Когана-Блохина, яростно ратовавшей за сохранение опального Союза. А уже через пару месяцев, когда путченосный Верховный Совет умудрился быть распущенным, — главным провозвестником шоковой терапии на дымных союзных руинах.

Помним ещё расстрелы — и Белого Дома (октябрь 1993 года), и брошенной на премьерской даче дворняжки Жульки (январь 1993 года).

И нынче, в эпоху малой назальной крови и больших рвотных масс, неохваченный неавантюрист себе не изменяет. В Ходорковской тишине весны 2004 года гражданин-учёный Гайдар, соорудив принципиальное выражение лица, инстинктивно твёрдым тенором рубанул: не будем каяться за грехи шоковых реформ, и всё тут! Не пристало, понимаешь, макроэкономисту мирового класса перед всяким там русским народным быдлом оправдываться!

С 1992 года не удалось нам забыть, что Егор Тимурович Гайдар — агностик. То есть про существование Бога ничего пока не узнал. Потому и ищет сложные объяснения всяческим рвотным массам, не обращая внимание на простые. Не чувствует многоопытный карьерный мудрец, что единственно правильные решения принимает руководитель куда более могущественный, чем Сечин с Березовским и Чубайсом вместе взятые.

Хочется пожелать Гайдару очень лёгкой командировки к этому руководителю.

Конкретные предложения

Пора покончить с псевдоинтеллигентской лирикой, ибо кровь, пролитая из либеральных солнечных глаз, вопиет от земли.

В связи с вышеизложенным предлагаю:

• Официально признать покушение на Гайдара Е. Т. актом геноцида многонационального народа РФ.

• Законодательно ввести для обозначения свершившегося акта геноцида термин «гайдаромор».

• Ввести административную ответственность за отрицание гайдаромора и уголовную ответственность — за неоднократное публичное отрицание такового.

• Создать Международный трибунал по гайдаромору; просить власти Ирландской Республики предоставить для трибунала здание в г. Дублине — по месту совершения акта геноцида, а также спецблок Центральной дублинской тюрьмы — для размещения обвиняемых и подозреваемых; предложить возглавить Трибунал известному экономическому гражданину с высокой репутацией Абрамовичу Р. А.

• С помощью войск НАТО и боевого дедморозного отряда организации «Наши» доставить в Центральную дублинскую тюрьму (следственный изолятор Международного трибунала по гайдаромору) потенциальных виновников геноцида (подозреваемых): Сечина И. И., Патрушева Н. П., Березовского Б. А., Гольдфарба А.? (по согласованию).

• Требовать от русского народа как косвенного виновника гайдаромора коллективного извинения перед жертвой геноцида.

• Принять федеральный закон о компенсациях жертве гайдаромора, предусматривающий, что каждый гражданин России, который сможет увидеть на улице Гайдара Е. Т., обязан в тот же момент передать жертве (или охраннику жертвы, если прямой контакт с жертвой не представляется возможным) 10 ООО руб. (номинальную стоимость приватизационного ваучера на 01.10.1992); ввести административную ответственность за непередачу компенсации.

• Считать этот текст обращением в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.

Заранее — страшно благодарен.

Национал-оранжизм как стратегия русского возрождения

Текст выступления, которое должно было состояться 31 октября 2006 года на конференции «Русские в XXI веке», организованной Институтом национальной стратегии и Лигой консервативной журналистики

* * *

Термин «национал-оранжизм» придумал совсем не я. А как раз наоборот — какие-то быстроглазые мальчики, обивающие пороги околопрезидентской бюрократии в поисках моментальной славы.

Ещё недавно я думал, что это плохой термин. Но сейчас подумал по-другому. Если разобраться, то национал-оранжизм как он есть, в его первозданном значении-понимании — единственно возможная стратегия смены власти в России и трансформации нашей страны. Стратегия, которая может и должна быть воплощена в 2007–2008 годах.

Источник и три составные части оранжизма

В начале 2005 года, когда Кремль унизительно профукал свой залихватский проект «Янукович — президент Украины», администрация российского президента придумала и решила, что оранжевую революцию устроили американские толстосумы, чтобы отнять у стремительно возрождающейся России её полузаконный кусок газовой трубы. С тех пор многие — искренне или по невниманию — считают, что украинская революция-2004 была проамериканской, ультралиберальной и очень буржуазной.

Разумеется, такая версия была для Владимира Путина единственно спасительной: нельзя же было признать, что Кремль проиграл потому, что не смог верно сформулировать ни целей собственного присутствия в украинской политике, ни тем более философии и технологии их достижения.

На самом же деле та самая революция стала для Америки почти такой же неожиданностью, как и для кремлёвской России (причитавшей в крайние дни революционной осени, что вот-вот ударят морозы, и народ с Майдана навсегда уйдёт в ближайшие кабаре). В конце ноября — начале декабря 2004 года посол США на Украине Джон Хербст занимался, главным образом, выслушиванием жалоб Леонида Кучмы и уговариванием революционного штаба, чтобы восставший против политтехнологического Януковича народ ни в коем случае не заходил в административные здания, а заодно и на сосновую дачу экс-президента.

И хотя разные участники революции преследовали, конечно, неодинаковые цели, революция в целом была левой и националистической.

Её организаторами выступили левые (Юлия Тимошенко, Социалистическая партия) и националистические («Наша Украина») политические силы.

Основными источниками майданной энергии были народные запросы на:

— национальную самоидентификацию;

— социальную справедливость;

— политическую свободу.

Проект «Янукович», напротив, воплощал все классические ценности ельцинопутинской клептократии. И постольку русский патриот должен был поддержать оранжевую революцию, поскольку она — так или иначе, ничего не надо преувеличивать — вела к ослаблению нашей родной клептократии, окопавшейся в нефтегазоносном лакированном Кремле.

Собственно, национальное возрождение + справедливость + свобода — на этой триаде и должна быть, и будет построена программа объединённой российской оппозиции в 2008 году.

Как уже неоднократно приходилось говорить и писать, оранжевая революция по украинскому сценарию в России принципиально невозможна. (Хочу заметить, что перепуганные Майданом кремлёвские идеологи пришли к такому выводу много позже, чем мы — сторонники украинской революции-2004.) Поскольку у нас в политике, в отличие от Украины, доминирует идея царя. И революция возможна только после делегитимации царя и царского трона как таковых, что всегда в русской истории вело к жертвам и разрушениям неисчислимым.

Потому стратегия русского национал-оранжизма — это смена власти без революции, с обеспечением символьной преемственности между следующим поколением правителей и нынешним местоблюстителем кремлёвского престола Владимиром Путиным.

Смысл современного охранительства

Современное российское охранительство направлено исключительно на защиту нынешней кремлёвской клептократии и её подлинных ценностей (материальных и нематериальных). Это необходимо высказать со всей возможной недвусмысленностью.

Имперские штандарты и православные хоругви, которыми размахивают наши адепты самоценной стабильности, — не более чем бутафория, элементы PR-кампании этой клептократии, прикрывающейся несколькими батальонами псевдоохранителей.

Только законченный циник сегодня не признаёт, а законченный глупец — не понимает, что режим Владимира Путина:

— есть органическое продолжение ельцинского режима, его высшая и последняя стадия;

— выражает экономические интересы узкой группы физических лиц — и ничего более;

— является антинациональным по содержанию;

— не укрепил, а серьёзно ослабил позиции России в мире и в первую очередь на пространстве исторической Российской империи;

— разрушает традиционную для России систему распределения социальных благ, а также образование, науку и культуру;

— не расширяет права Церкви, а напротив — стремится сделать РПЦ всё более зависимой от своекорыстной атеистической бюрократии;

— политически и психологически полностью зависим от властей тех стран, куда вывозятся капиталы сегодняшнего российского правящего слоя; поэтому России не нужно предотвращать внешнее управление, ибо мы и так при нем живём; внешнее управление — это не гражданин США в кресле кремлёвского завхоза, а ситуация, при которой все жизненно важные интересы правящего слоя лежат за пределами страны; и нам потому надо избавляться от внешнего управления, а путь к этому один — национал-оранжизм;

— никогда не пойдёт на реальный союз с Белоруссией, признание самопровозглашённых постсоветских государств и т. п.

Следовательно, нынешнее российское охранительство — это союз циников и глупцов во имя защиты интересов правящего капитала. Прошу сострадать и жаловать.

Русский национализм как ядро национал-оранжизма

Сегодня мы наблюдаем радикальный подъём русского национализма в России. Некоторые либеральные теоретики полагают, что этот подъём спровоцирован Кремлём, который-де в пропагандистских целях разрешил говорить о чём-то, о чём в 1990-е годы рассуждать было не принято.

Это не так. Всплеск русского национализма — вполне естественная защитная реакция русского-российского организма на затянувшуюся, почти двадцатилетнюю эпоху национального унижения. Когда постоянно и систематически унижают человека, объясняя ему, что он — недоделанное полено, недостойное хорошей людской доли, у человека, даже самого кроткого, рано или поздно кончается терпение, а начинается — тяга к топору. То же относится и к народам, «нациям-личностям», а к русскому народу — сегодня и сейчас.

В первой половине текущего десятилетия казалось, что с периодом национального унижения покончит Владимир Путин. Этого не случилось. Унижения лишь усугубились, а ожидания и надежды разбились о скверный анекдот «Пятой империи», символы которой — Рамзан Кадыров и Ксения Собчак на гламурной кокаиновой вечеринке.

Русский национализм возрастает объективно и потому он неостановим. Вопрос лишь в том, станет ли этот национализм созидательной силой или разрушительной. Первое требует серьёзной и ответственной политической структуры русского национализма.

Пока на этом политическом поле есть лишь серьёзная структура. Это ДПНИ. Не соглашусь с тем, что идеология ДПНИ маргинальна. Маргинальны многочисленные моллюски, налипающие на борта растущей силы, а не само движение, возглавляемое Александром Беловым.

В какой-то мере ДПНИ — сила европейского выбора. Ведь идеи и лозунги борьбы против нелегальной иммиграции становятся всё популярнее, более того — всё неизбежнее в Европе. В том числе — в контексте цивилизационного кризиса «страны святых чудес». Большой начальник моего любимого западноевропейского города, в котором практически нет преступности (на самом деле нет), сказал недавно: у нас потому нет преступлений, что мы не создаём рабочих мест для чуждых нам людей из отдалённых миров. Так и сказал.

ДПНИ, безусловно, претерпит ещё массу трансформаций и едва ли сохранится в нынешнем виде. Но националистические силы в процессе транзита власти в 2007–2008 годах сыграют большую роль — в этом сомневаться не приходится.

10–12 лет спустя

По экспертной России циркулирует миф, согласно которому у нас уже была оранжевая революция — в 1991 году.

Вынужден не согласиться. Если брать за эталон «оранжевого» украинскую революцию-2004, то 1991 год не имеет к оранжизму ни малейшего отношения.

Действительно, в России имела место национал-оранжевая политическая коалиция. Но ни в каком не 1991-м, а как раз наоборот — в 1996-м году. Народнопатриотический союз России (НПСР), поддержавший кандидата в президенты Геннадия Зюганова. Многочисленные некоммунисты и даже антикоммунисты сделали тогда ставку на представителя КПРФ. Но у той коалиции не хватило энергии и воли, чтобы взять власть.

Путь к победе-2008 лежит через создание нового НПСР, способного выдвинуть единого кандидата от всей без исключения реальной (небутафорской) оппозиции. Кандидата, который сумеет победить.