Позволь нам случиться Невеличка Ася

— Так они все не его…

— Да, Катюха, — хохотнул Влад. — Они все твои. Вот он и бегает, как в жопу ужаленный, в поисках тебя!

Я скисла. Никогда не интересовалась делами Стаса и не знала, что все активы муж записывает на меня. Все что я могла сказать о своей вовлеченности, что периодически езжу вместе с ним к нотариусу и подписываю ему генеральные доверенности на полное распоряжение и владение, а чего именно — он даже дочитывать не давал.

И вот теперь у меня на коленях список из восьми фирм с разными активами, которыми номинально владею я. Стас, как мой муж, по закону тоже владеет половиной, но… Вряд ли я буду претендовать на свою. Хотя вот сейчас у меня забрезжила надежда, что именно так я смогу выкупить свою свободу, в обмен на свою половину бизнеса.

— Ладно. Отчитаюсь шефу, а ты давай, тряси своего Николая. Пусть теперь проверит связь твоего муженька с Кельмером. Может это не бизнес-партнерство, как Алексей думает.

— А какое?

— Личное. Кто их, извращенцев, поймет? У тебя два дня.

Влад отключился, и я сразу же набрала Колю, чтобы дать новое задание, а вот про свалившееся на меня внезапно состояние разговаривать отказалась.

— Да ты его теперь как катком разделать можешь!

— Не буду.

— Трусиха. Он же не отстанет от тебя. Это явно долгосрочные вложения.

— Коль, я пока не готова. Может потом.

— Когда?

— Не знаю… Когда Бергер разберется со своей ситуацией, тогда и я попробую разобраться со своей. А сейчас… Знаешь, я слишком мало знаю своего мужа. То, что ты помогаешь Бергеру — очень выручает меня.

— Дурочка, вообще-то я тебе помогаю, но ты очень выручаешь этим Бергера.

— Так ты узнаешь, что за совместный проект у Стаса с Кельмером?

— Я попробую, но не гарантирую. У них офигенные заслоны стоят — атакуют на каждую попытку пробраться ближе. Но так даже интереснее! Но за два дня не управлюсь.

— А за сколько?

— Ну, может за неделю.

Я приуныла, но требовать от Коли больше, чем уже, верх наглости.

И вот теперь Влад зачем-то едет сюда, хотя я уже по телефонному разговору поняла, что никто мне неделю предоставлять не будет.

Какое же я испытала облегчение, когда узнала, что Влад приехал к шефу с докладом. Они около часа просидели в кабинете, а потом я накрыла ужин и позвала их в столовую.

Бергер по-хозяйски прошел вперед, а Влад пропустил меня, чем напряг еще сильнее. Вдруг шеф заподозрит в галантности Влада намёк на мой обман? Но все обошлось. Мы сидели за столом, поглощали очередной шедевр Яна, причем я с шефом — молча, а Влад не затыкал рта.

Как он вообще умудряется есть и восхищаться одновременно?

И вдруг шеф заговорил:

— Как могла попасть левая фирма в этот список? Логично, что он держал всё на жене, если занимался махинациями. Тогда любой провал и у него есть возможность сбросить хвост. Но новая фирма не имеет связи с Разумовским. Откуда у тебя данные, Влад? Может фирма попала в список по ошибке?

— Н-ну-у… — протянул безопасник, откладывая вилку с ножом и поглядывая на меня. — Не уверен, но могу пробить фирму получше.

— Ты должен был пробить ее до того, как приносить список мне, — отрезал Бергер, продолжая ужинать, словно и не прерывался на разговор.

Зато аппетит у Влада пропал и теперь он ковырялся в сочном начиненном овощами ягненке. Безопасник продолжал коситься на меня, заверяя шефа, что уже завтра информация будет, а меня потряхивало от его наглой самоуверенности.

— Теперь насчет его жены.

— А что с ней? — встрепенулся Влад и снова посмотрел на меня. Да он раскроет мою тайну на раз, если не будет контролировать свои реакции.

— Она сбежала. Я бы хотел знать, где она.

— А. Ну это не проблема, — расслабился и заулыбался безопасник.

— Ты знаешь, куда она сбежала? — удивился шеф, а я чуть не взвыла от очередного тупого взгляда Влада на меня.

— Ну есть прикидки, где могла скрыться.

— Отлично. Присмотри за ней. Вполне возможно мы ей воспользуемся.

Влад снова хохотнул, теперь привлекая внимание Бергера своим необъяснимым поведением.

— Что-то не так?

— Всё так, шеф. Воспользуемся. Обязательно воспользуемся!

Я заскрежетала зубами, повторяя излюбленный прием Бергера. И тут мы встретились с ним глазами. О, как мне не понравился его темный настороженный взгляд! Но я ничего не могла поделать, только отвела свой и уставилась в вычищенную тарелку.

— Я, пожалуй, подам чай. Или желаете крепкие напитки?

Бергер скривился и отрицательно махнул рукой. А на желания Влада я сама налевала. Чертов придурок! Он же обещал хранить мою тайну за информацию, а теперь я снова в подвешенном состоянии. Как только шефу понадобиться моя голова — Влад тут же принесет ее на блюдечке.

Как же мне избавиться от этого упыря?

* * *

Что удивительно, Бергер словно старался мне помочь! После ужина он извинился перед нами и ушел в кабинет, оставив меня с Владом, и я решила напомнить ему о соглашении.

— Так ведь я тебя не сдал, Катюха, чего ты взвилась?

— Тише ты!

Он придвинулся ко мне ближе, а я удержала за руки, заглядывая за его плечо, не услышал ли своего безопасника Бергер. На мое счастье, шеф из кабинета не выходил, а дверь была плотно закрыта. Только я рано расслабилась.

Влад неожиданно оттеснил меня к стене столовой, навалившись грузным телом, и тяжело дыша, накрыл руками перетянутую грудь.

Я изумленно вскинула взгляд на его покрасневшее лицо и вцепилась в запястья, оттаскивая его лапы от себя.

— Не ломайся, Катюх… Ну же? Как давно тебя настоящий мужчина трогал? Ну не дёргайся ты…

Он неприятно пыхтел в лицо и все сильнее зажимал меня телом. Паника накатывала волнами, превращая меня в безвольную тряпку. Перед глазами поплыли черные круги, и накатила тошнота.

А Влад между тем оставил мою грудь в покое, переместил огромные ладони на задницу и резко прижал к себе.

Я пискнула, упираясь руками в его грудь и отклоняясь от надутого пуза. Но ничего не могло сгладить впечатления упирающегося в мой живот эрегированного члена.

Он же не… Не станет насиловать меня здесь, в столовой Бергера?

— Я закричу! — выдохнула я в побагровевшую морду безопасника.

— Ну чего ты, Катюх… Я же только предлагаю… По взаимному согласию.

— Я не согласна! Пусти!

Еще две минуты грязных тисканий и я уже открыла рот, чтобы завизжать, как Влад резко отступил.

— Ты передумаешь, я дождусь. Я очень терпеливый и щедрый любовник. И настоящий. Подумай.

Он ушел, не настаивая на сопровождении, а я сползла по стене на пол и тихо завыла, обнимая себя дрожащими руками.

Могу ли я рассчитывать на его слово, и что он не выдаст меня Бергеру? Ладно, если Бергеру! Не выдаст ли Влад меня Стасу?!

* * *

Утро. Писк часов. Не будильник, а вызов. На часах без пятнадцати шесть.

Господи, неужели Бергер заставит меня бежать? Застонала, вспоминая, что трехдневный перерыв закончен.

Две минуты под контрастным душем, спортивное белье под трикотажный костюм и кепку на голову. Ладно, пока бегу, обдумаю ситуацию с шефом, мужем и Владом. Ведь он не отступится, и теперь отсидеться у Бергера не получится.

Еще Коля. Нужно напомнить Коле про информацию для Влада. Для шефа. Может, если я буду ценным информатором, Влад перестанет до мне докапываться?

Бергер ждал внизу. К моему удивлению в ушах у него не торчали наушники.

— Готов?

Кивнула. И мы побежали.

Сегодня шеф выбрал лёгкий бег, так что я за ним даже успевала. А ежедневная тренировка в тренажерном зале всю предыдущую неделю только дала мне преимущество: преодолев три километра, я даже не запыхалась. Это отметил и Бергер:

— Хорошо держишься.

— Спасибо, — засмущалась я.

— Тогда, если не против, побудь моими ушами…

— Что? — кажется, я споткнулась и чуть не навернулась носом на тропинку, но снова выручил шеф, легко подхватив меня и прижав к своему корпусу. — Я еще ничьими ушами не была, не знаю как…

Он отпустил меня, зачем-то разглаживая на моих бедрах вздернутый костюм.

— Лишь бы не стала чьим-то языком, — невнятно пробормотал он, усмехнулся и кивнул по направлению дорожки дальше.

Я послушно взяла темп, и только поравнявшись с шефом, поняла, что он на бегу собирается разговаривать! Вот это выправка. Мне бы с закрытым ртом не задохнуться, а он бежит, да еще ведет аргументированный монолог.

— Итак, мы знаем, что Кельмер скидывает акции по своим шахтам и лабораториям на бирже. Зачем?

Не успела я открыть рот, чтобы хоть что-то выдать, как Бергер продолжил:

— Скорее всего ему нужны инвестиции в новый проект. Продает акции, увеличивает свои активы и вкладывает. Куда? Это первый вопрос — узнать, во что Игорь вкладывается и попробовать влезть в дело.

Я кивнула, но Алексей не обращал на меня внимания:

— Эти акции должен был скупить я. Так проще подобраться к Игорю. Но их уводят у меня из-под носа. Кто?

— Это второй вопрос? — успела влезть в его монолог.

— Не совсем. Я знаю ответ: Разумовский.

Тут я споткнулась, но быстро выровнялась и догнала шефа.

— А ему зачем?

— Вот второй вопрос. Зачем нахрен Разумовскому акции Игоря? И тут сплывает его связь с Кельмером-младшим. Перефразируем вопрос: зачем Жене скупать акции брата?

— Ну-у… Чтобы помочь? Профинансировать?

— Тайно? Скупщик действует через посредника.

— Через Разумовского?

— Нет, — Бергер резко остановился. — Женя нанял Разумовского, а тот скупает акции еще через одну прослойку. Они не хотят, чтобы Игорь узнал, что в скупке замешан брат.

Я кивнула. Логично же.

— А значит, Женя готовит не помощь, а подставу Игорю. Тем более это в духе Разумовского.

— Что в духе? — не поняла я.

— Быть подлым.

Я выдохнула. Тут ведь не поспоришь.

— Скажи, он тебе угрожал? Запугивал?

Я сбилась с бега:

— Ч-что?

— Мне ты можешь сказать правду, именно на ней строится доверие. Он тебя принуждал?

Я не знала, как отреагировать. Стас меня пугал до смерти, угрожал. Вот только все его угрозы и запугивания никак не относились к бизнесу или к Коле. А только ко мне — забитой и зашоренной жене.

— Я… Не…

Мы остановились, и теперь Бергер стоял напротив меня, явно сдерживая дыхание.

— Мне можешь сказать.

Но я не могла! Я не настолько доверяла мужчинам, чтобы сбежав от одного, тут же отдать себя в руки другого.

— Да. Было. И я ушел, как только подвернулась такая возможность.

Алексей кивнул.

— Подвернулась моя вакансия?

— Да.

— Коля, скажи… Разумовский тебя насиловал?

Эти слова как удар в солнечное сплетение. У меня закружилась голова и перед глазами поплыли цветные пятна. Я с трудом проталкивала в легкие воздух, задыхаясь и теряя равновесие. Кажется, Бергер подхватил меня и усадил на подстриженной лужайке, насильно впихнув в руки баллончик с водой, поднеся ко рту.

— Спокойнее. Отдышись.

Не знаю, сколько прошло время, пока я не успокоилась настолько, чтобы заговорить.

— Да. Стас грубый. Но я больше не хочу вспоминать об этом и говорить не хочу.

Бергер молчал, сидел передо мной на коленях и всматривался в лицо. Потом легко встал и подал руку.

— Я вызову кар, доедешь до дома и займешься завтраком.

— Уши вам больше не нужны? — невесело усмехнулась я.

— Мне, возможно, понадобятся не только твои уши, — невнятно ответил он, тут же переключился на разговор по телефону, вызывая мне мини-машинку. — Не паникуй из-за Разумовского. Он близко к тебе не подойдет, пока я рядом.

— Правда?

Бергер не ответил, только стиснул зубы и заиграл желваками.

Как же я люблю этот его жест! Я верю ему, даже без прямого ответа.

Может так и рождается доверие?

Глава 11. Сбитая ориентация

Мысли злили. После пробежки я завернул в бассейн и еще с час нарезал там круги.

Каким подонком нужно быть, чтобы заловить доверчивого мальчишку и трахнуть его. Заставлять трахаться. Твою мать! Если бы Разумовский сейчас был в зоне моей досягаемости — удавил бы тварь собственными руками.

— Алексей, звонок из Нью-Йорка.

Я вылез из бассейа, вытер руки полотенцем и забрал телефон из рук помощника.

— Да? Снова купили раньше нас? А цена? Черт, вы могли поднять цену и перекупить! Как она может быть объявленная без аукциона?

Мне совсем не нравилась возня вокруг акций Игоря Кельмера. И дело даже не в том, что я сам хотел влезть в его бизнес, а кто-то оказался проворнее. А в том, что все собранные данные говорили о готовящейся махинации против Кельмера, которого я хотел себе в партнеры. В сильные стабильные партнеры.

— Я услышал. Отбой.

Вернул Николаю телефон, испытывая внезапно навалившуюся апатию.

— Завтрак? — осторожно спросил Коля.

Я кивнул, принимая, что он тонко чувствует мое настроение.

— Еще сегодня деловой обед в немецком посольстве. Там будет присутствовать Кельмер-младший.

Я оживился, с интересом поглядывая в планшет помощника с расписанием программы приема.

— Я должен туда попасть. Три персоны.

— Не уверен, что смогу организовать на три. Круг приглашенных в посольство всегда узкий и согласовывается заранее. Одно место — для вас.

— Постарайся три. Поедешь ты и Влад.

Коля тяжело вздохнул и прижал планшет к груди. Что же он у меня какой пугливый? Прямо зайчонок. Хотя в свете последних сведений, у него есть основание бояться и не доверять мужчинам.

— Я переоденусь и спущусь в столовую.

— Хорошо. Я за это время успею узнать по посольству и закажу чистку ковров в холле.

Он развернулся, мягко ступая по мраморной плитке, удаляясь хлопотать по дому и устраивать мне встречи. И было в этом что-то трогательное и беззащитное. Настолько беззащитное, что хотелось закрыть его в доме, обвешать электронными замками и обложить тремя кордонами охранников.

А ведь он мне даже не любовник!

* * *

Напротив меня расположился Влад, удовлетворенно потирающий руки от только что принесенных новостей.

— Это подтверждено, что новая компания Разумовского занимается скупкой акций Кельмера? — еще раз уточнил я.

— Подтверждено-подтверждено. Это и есть наш липовый посредник. Разумовский, конечно, припрятал свои связи с этой фирмой, но мы нарыли неопровержимые доказательства его причастности!

Я заметил, как Коля хмыкнул и постарался спрятать свою реакцию, отвернувшись к окну. Что это еще за ухмылки? Не рано ли я стал доверять помощнику?

— Ты что-то хочешь добавить? — хмуро одернул я его.

— Нет. Сбором проверенной информации у вас занимается Владислав, а я только сопровождающий.

Ну хорошо, спишем реакцию Коли на нервное утро. После завтрака я узнал, что увеличить приглашение до трёх ему так и не удалось, но все же взял с собой и его и безопасника. Пока сам нахожусь на приеме, они дождутся в машине.

— То, что у нас есть доказательства связи скупщика с Разумовским, а того с Кельмером-младшим, уже дает возможность уличить их в махинации. Плюс его супруга в бегах — это отличный крючок на Разумовского, чтобы взять его за яйца в случае чего, — вслух размышлял я.

— Как? — встрял Николай.

— Что как?

— Как с помощью его жены можно взять Стаса за яйца?

— Шантажировать, — отмахнулся я. — На ней все его активы и он очень хочет получить ее обратно. Значит, можно перехватить ее первыми и заставить Разумовского сделать то, что нужно нам, прежде чем отдать жену обратно.

Николай вдруг поник, как-то разом съежился и отодвинулся, что мне совершенно не понравилось.

— Думаешь, её он тоже бьет и насилует? Жену? — аккуратно попробовал прощупать почву, но помощник только дёрнул плечом. — Но тебе не все ли равно? Это ее проблемы — сама связалась с подонком, сама и расхлёбывает.

— Так она и расхлёбывает, а вы ее хотите использовать в своей игре и вернуть к мужу. Вроде справедливо, чтобы она сама решала возвращаться ей к подонку или нет.

Я сжал челюсть. Конечно, со мной можно поспорить и даже попробовать настоять на своем мнении, но не в этом случае. Не в таком тоне.

— Всё равно будет так, как я решу, Николай. Я не буду трогать женщину, если в этом не будет необходимости. Но если Разумовский попытается прихлопнуть мой бизнес или бизнес Кельмера — я воспользуюсь ею.

— Да-да, — закивал Влад, — мы воспользуемся, и всё встанет на свои места. Шеф получит партнерство с Кельмером, а Разумовский воссоединиться со своей семьей.

— Добавь еще «благодетель ты наш», — огрызнулся Николай.

— Так, оставьте разборки! Немедленно! Сегодня я попробую разговорить Женю про ситуацию у Игоря. Может он подкинет мне факты, на что Игорь собирает деньги. А вы ждите меня в машине. И постарайтесь за это время не подраться.

Оба кивнули, набычившись друг на друга.

— Влад, обложи фирму-посредника Разумовского и контролируй каждый шаг. Когда он начнет свою афёру — мы должны быть готовыми среагировать.

— Есть, Алексей. Уже всё готово, но мразь слишком хитрая, не палится.

— Возможно, пока у него нет команды действовать. Будь наготове.

Раздраженный, я вышел у посольства и оставил этих двоих в салоне.

С полтора часа раскланивался с дипломатами, обмениваясь устаревшими новостями и сплетнями, пару раз пытался разговорить Евгения Кельмера, но тот уходил в глухую оборону, отрицая какое-либо участие в жизни брата, тогда я отказался от обеда и сбежал, сославшись на срочные дела.

Но никак не думал, что попаду к самому кульминационному моменту в салоне личного автомобиля.

Не сразу сообразил в переплетении рук и ног, что происходит, сначала думал, что потасовка. Что парни решились все же отдубасить друг друга, пока я на приеме.

Но уже в следующий момент в ужасе осознал, что Влад недвусмысленно тискает Николая за задницу, навалившись на него всем телом, пыхтит и пытается целовать сопротивляющегося помощника.

— Пусти! Пусти!

— Хватит ломаться. Как давно тебя качественно трахали, а? Тебе понравится… Ну же…

Снова пыхтение и я чувствую, как у меня срывает крышу.

— Ты охренел? — сорвался я на крик, хватая за шкирку Влада и оттаскивая от побледневшего помощника.

Больше из меня не вылетело ни слова. Я молча отделывал своего безопасника у раскрытой двери авто, перед воротами немецкого посольства, под скулёж личного помощника, скидывая копившееся раздражение.

Глава 12. Крылатые качели…

— Вас посадят.

— Не посадят. Не реви.

Я морщился, когда зарёванный Коля перематывал мне сбитые костяшки.

— Он не простит вам.

— Коля, заканчивай. Влад не в детском саду, отлежится в больнице, подлечит разбитую морду и вернется на службу.

— К вам?

— А куда ему еще идти? Зато больше не будет покушаться на твою задницу. И не благодари! — сразу прервал я зарёванного Николая, потому что сомневался, что задница помощника в безопасности от меня.

Всё словно нарочно сошлось в одну точку. Сначала Ян Заславский, примерный семьянин, строил глазки и флиртовал с Колей. Это я еще могу простить, столичная тусовка требует «дружить» и жеманничать с представителями сексуального меньшинства. Но подкат безопасника к помощнику? Это до сих пор не укладывалось в моей голове.

Влад и Коля? Влад на Коле? Влад целующий Колю?!

Куда нахрен катится этот мир? И почему я так живо представляю, как можно целовать Николая? Почему уверен, что мне башку снесет, если я раздвину его губы и войду в рот языком…

— Твою мать!

Я пихнул кулаком подушку и подскочил с кровати как ужаленный. Охрененный я мужик с зудящими мыслями в голове о помощнике и с торчащим пульсирующим членом, как при утренней эрекции.

— Охренеть!

Вышел подышать на балконную террасу, но удушающая прокаленная ночь только усугубляла лихорадку. Лель? Но я не хочу её. При всей ее субтильности она была всего лишь Лель, а не Колей…

— Да какого черта?..

Если я правильно оценивал свое состояние, то Николай сейчас находился под той же угрозой быть изнасилованным мной. А это хреново. Это, мать твою, очень хреново, потому что тянет еще и на насилие над собой.

Ох, Коля-Коля, что же ты на нормальных мужчин так ненормально влияешь? Так и хочется вздрючить тебя по самые яйца, натянуть и отодрать хоть в какую-нибудь щель, пригодную для спаривания.

Я подхватил халат и помчался к бассейну.

И меньше всего ожидал застать там Николая.

Да он просто напрашивается на грех, щенок!

Страницы: «« « 4567891011 » ... »»