Семь сестер. Сестра тени Райли Люсинда

15

На следующее утро Флора, проснувшись, стала вслушиваться в незнакомые звуки, которыми полнился дом и которые доносились с улицы. В семь утра в ее дверь тихонько постучали. Вошла Пегги, неся перед собой поднос с завтраком. Она тут же разожгла камин.

Флора медленно пила чай и все не переставала удивляться тому, что видела вокруг себя. Надо же! В этом доме слуги прислуживают слугам. Ведь кто она, в сущности, есть? Когда Пегги ушла, унося под мышкой упирающуюся Пантеру, Флора вскочила с кровати и обозрела свой более чем скромный гардероб, остановив окончательный выбор на голубом платье из хлопка с каймой из ручной вышивки. Это Сара украсила наряд, вышив по краю подола цветы чертополоха. В тот момент, когда девушка приводила в порядок свои непослушные волосы, закалывая их шпильками, в спальне снова появилась Пегги с котенком на руках.

– Вы готовы, мисс? Они уже ждут вас в комнате для игр.

Флора подхватила на руки Пантеру и заторопилась вслед за Пегги наверх. Они вошли в большую светлую комнату, стены которой были выкрашены в белый цвет. Из огромных окон открывался дивный вид на парк, раскинувшийся внизу. Миссис Кеппел стояла возле камина рядом с дочерьми. Младшая Соня была наряжена в белое накрахмаленное платьице, на ножках черные лакированные туфельки. Старшая сестра Вайолет, которой, по словам мамы, уже исполнилось пятнадцать, была в юбке и блузке, очень смахивающей на мужскую сорочку с глухим воротом. Венчал наряд галстук.

– А сейчас, дорогие мои, поздоровайтесь с мисс Макникол.

– Здравствуйте, мисс Макникол, – вежливо поздоровались с ней девочки хором.

– Здравствуйте, – улыбнулась им в ответ Флора, принявшись исподтишка разглядывать дочерей миссис Кеппел. Вайолет, несмотря на свой довольно странный наряд, была точной копией матери: те же женственные локоны на голове и те же бездонно-голубые глаза. Соня, темноволосая, худенькая, такая же смуглая, как и сама Флора. Бросающийся в глаза контраст между сестрами сразу же напомнил Флоре о том, что и они с Аурелией тоже совершенно разные.

– А как зовут этого котенка? – Вайолет показала на Пантеру, удобно устроившуюся на руке у Флоры. – Его можно взять на руки? Он не царапается? У него такие острые коготки. Наверняка он тут же пустит их в ход.

– Кошечку зовут Пантера. Уверяю вас, она очень смирная и ласковая. Только не любит, когда ее дразнят, – добавила на всякий случай Флора, инстинктивно почувствовав, что Вайолет капризная и взбалмошная девочка.

– А можно, я поглажу ее? – Соня подошла к котенку и протянула к нему руку.

– Конечно, можно, – ответила ей Флора и передала Пантеру с рук на руки девочки. И тут же преисполнилась к Соне самыми добрыми чувствами, особенно когда увидела, что Пантера тоже с удовольствием трется своей головкой о пальцы девочки, блаженно жмурясь при этом.

– Позвольте, мисс Макникол, я познакомлю вас с нашей няней и с мадемуазель Клейсак, – промолвила миссис Кеппел, заметив, как в комнату вошли две женщины. Первая из них плотного телосложения, облаченная в платье серого цвета и белоснежный фартук, накрахмаленный до хруста. Вторая, миниатюрная пухленькая блондинка, взглянула на Флору с таким выражением лица, словно вдруг почувствовала дурной запах в комнате.

– Рада познакомиться, – сказала Флора и склонилась в реверансе перед няней. Почему-то она сразу почувствовала, что именно эта широкоплечая женщина и заправляет всем в детских комнатах на двух этажах.

– Мы тоже рады познакомиться с вами, – откликнулась та довольно дружелюбным тоном, чего Флора никак не ожидала, с легким шотландским акцентом.

– Enchante, – прощебетала мадмуазель Клейсак по-французски. Дескать, рада. – Можете называть меня просто Мойзель, – добавила она надменным тоном уже по-английски.

– Мойзель занимается с Соней в классной комнате, – пояснила Флоре миссис Кеппел. – А Вайолет посещает частную школу мисс Вулф на Саут-Одли-стрит.

– Мамочка, мне нельзя опаздывать, – подала голос Вайолет, посмотрев на часы, висевшие на стене. – Вита уже наверняка ждет меня на улице.

– Конечно, моя дорогая, беги. А вас троих я прошу продумать, как изменить расписание дня у девочек наилучшим образом с тем, чтобы выкроить ежедневно один час для занятий с ними для мисс Макникол.

– Да, мадам, – послушно отреагировала няня, тоже уважительно сделав книксен, правда, не совсем элегантно.

Вайолет неожиданно чихнула, и мать тут же бросила на нее озабоченный взгляд.

– Вайолет, дорогая моя, надеюсь, ты не простыла?

– Нет. Наверняка это все из-за него, – Вайолет ткнула пальцем в Пантеру, все еще нежившуюся на руках у Сони.

Флора замерла от ужаса. Сейчас ее любимицу с треском изгонят из детской, и навсегда. Но миссис Кеппел лишь рассеянно пожала плечами в ответ.

– Не верю я во все эти новомодные разговоры про аллергию. А тебе, милая, порекомендую лишь одно. Надо потихоньку привыкать к меху животных.

В этот момент Флора прониклась еще большей любовью к миссис Кеппел.

Итак, Вайолет отправилась в школу, Пантеру, несмотря на ее сопротивление, забрали из рук Сони, и та отправилась вслед за Мойзель на утренние уроки в классной комнате. Флора осталась наедине с няней. И обе они стали пытаться изменить расписание таким образом, чтобы отыскать часок для ее ежедневных занятий с девочками. Что оказалось совсем не просто, так как день у обеих сестер был расписан буквально по минутам. Уроки танцев, гимнастика, культпоходы по музеям и картинным галереям вместе с Мойзель. И это не считая всевозможных светских мероприятий, выпадающих обычно на вторую половину дня.

– Может, на шесть часов вечера, – робко предложила Флора, ткнув пальцем в единственную форточку в расписании на весь день.

– Возможно, иногда так оно и будет, мисс Макникол, – согласилась с ней няня. – Но очень часто именно в это самое время их приглашают вниз, выпить чашечку чая в компании… с гостем их матери…

– Но надо же нам как-то начинать. Я и так не буду видеть девочек целыми днями.

– Я переговорю с Мойзель. Может, она согласится пару раз в неделю отпускать Соню с уроков по утрам, – тут же поспешила успокоить ее няня. – Да, совсем забыла! Приглашаю вас сегодня на ланч и на ужин. Стол для нас обычно накрывают в комнате для игр. Впрочем, полагаю, вы очень скоро смените нашу компанию на ту, что трапезничает внизу. А сейчас мне пора заняться своими делами. – Няня поднялась со стула.

Поскольку никаких указаний относительно того, чем ей надлежит заниматься весь оставшийся день, Флора так и не получила, она с унылым видом поплелась обратно в свою спальню. Уселась там на постель и стала размышлять, зачем миссис Кеппел вообще пригласила ее к себе в дом. Здесь и так все работает, как хорошо отлаженный механизм, и никакой видимой нужды в ней нет.

Но вот в дверь снова постучали, и на пороге появилась Пегги.

– Мисс Макникол, ваша матушка ждет вас внизу, в гостиной миссис Кеппел.

– Спасибо, Пегги, – тут же вскочила со своего места Флора и побежала вниз.

Мама поджидала ее, уже стоя в дорожном пальто.

– Здравствуй, Флора. Ну, как? Познакомилась с девочками? Как они тебе?

– Очень милые. Обе. Правда, я виделась с ними всего лишь несколько минут.

– Вот и славно, – с удовлетворенным видом кивнула ей мать. – Уверена, Флора, тебе здесь будет очень хорошо. Миссис Кеппел необыкновенно добрая и чуткая женщина. Вскоре ты познакомишься с самыми высокопоставленными людьми из столичного общества. Надеюсь, ты не подведешь меня.

– Буду стараться изо всех сил, мамочка.

– Наш новый адрес у тебя есть?

– Да. Обещаю, я буду часто писать тебе.

– Тогда жду от тебя все самые свежие великосветские новости. Знаешь, я даже немного тебе завидую. Честное слово, хотелось бы мне оказаться на твоем месте. Прощай, Флора. Молю Бога, чтобы мы не ошиблись, приняв это непростое решение. Наверное, так будет правильно для всех нас.

Роза расцеловала дочь в обе щеки и выплыла из комнаты.

У Флоры слезы навернулись на глаза. Она подошла к окну и стала наблюдать за тем, как мама садится в карету. Глядя на мать, Флора подумала, что, несмотря на то, что ее саму с корнями вырвали из родного края, лишили любимого дома, но все равно создавалось впечатление, будто это не она, а мама лишилась всего на свете.

– С тобой все в порядке, милая? – участливо поинтересовалась у нее миссис Кеппел, входя в зал.

– Да, спасибо, все в порядке. – Флора украдкой смахнула выступившие слезы.

– Конечно, тебе было трудно покидать Озерный край. А тут еще и разлука с близкими, с семьей. Очень хочу, чтобы наш дом отныне тоже стал для тебя родным. А мы все – твоей второй семьей. Договорились? Да, и вот еще что. Завтра в десять утра к тебе заглянет моя портниха. Нам нужно существенно обновить твой гардероб, прежде… чем выводить тебя в люди. – Миссис Кеппел окинула Флору долгим изучающим взглядом, будто орел, выслеживающий свою добычу. – Твои прекрасные волосы тоже нуждаются в том, чтобы над ними поработал хороший парикмахер. Стрижка им совсем не помешает.

– Но, миссис Кеппел, я вполне обойдусь и так. Тем более что волосы я подстригала в последний раз всего лишь пару недель тому назад.

– Дитя мое, ты, может быть, и обойдешься. Но только не я!

– А я думала, что мне выдадут униформу.

– Униформу?! Что за вздор! Ты что, вообразила себе, что ты у нас на правах служанки? – Миссис Кеппел рассмеялась своим мелодичным серебристым смехом. – Моя дорогая Флора! Наш с тобой разговор с каждой минутой приобретает все более и более комичный характер! Уж не переименовать ли мне тебя в Золушку, а? – Она ласково обняла Флору за плечи и увлекла ее к тахте в дальнем углу комнаты, а там усадила рядом с собой. – Заверяю тебя, девочка моя, ты в этом доме отнюдь не служанка. Ты гостишь у нас на правах юного друга нашего семейства. Словом, ты – наш гость. Вот и все! Обязательно расскажу об этом нашем с тобой разговоре Берти. Вот уж он повеселится от души. Однако до поры до времени, пока не будет готов соответствующий гардероб, придется тебе посидеть вместе с детьми на верхних этажах. Заодно и познакомишься с ними поближе. Соня – очень милая девочка, а что же до Вайолет… то… – Миссис Кеппел тяжело вздохнула. – То, я думаю, ей тоже не помешает компания более взрослой девушки, чем она сама. У нее сейчас очень сложный период. Одно слово, переходный возраст.

– Я постараюсь помочь обеим вашим девочкам, миссис Кеппел. Всем, чем смогу.

– Спасибо, милая. А сейчас мне пора переодеваться. Я жду гостей к ланчу.

Флора покинула гостиную мисс Кеппел в полнейшей растерянности. С какой стати эта женщина тратит свое время и свои деньги на нее? Ведь она ехала сюда в твердой уверенности, что ее берут на должность гувернантки или кого-то подобного. А сейчас она и понятия не имела, какое положение ей уготовано в этом доме.

Впрочем, из того немногого, что ей уже удалось увидеть, она поняла, что и сам этот дом не вполне обычен. Да и миссис Кеппел тоже очень необычная женщина.

Флора воспльзовалась приглашением няни и отобедала вместе с ней, Мойзель и Соней в комнате для игр. Соня, обрадовавшись появлению нового человека за столом, болтала без умолку.

– Мойзель сказала, что вы будете обучать меня рисованию, да? И про цветы будете рассказывать.

– Да. С удовольствием расскажу, если только нам удастся выкроить для этого свободную минутку.

– Вы уж постарайтесь, пожалуйста! – прошептала ей Соня, пока мадемуазель отлучилась от стола, чтобы забрать с тележки свою порцию пудинга. – Терпеть не могу эту Мойзель! И ее уроки тоже ненавижу!

– Обещаю, постараюсь что-нибудь придумать, – так же шепотом заверила девочку Флора.

– У вас есть сестра, мисс Макникол?

– Да.

– И вы ее любите?

– Очень. Я ее просто обожаю.

– А вот даже няня говорит, что Вайолет у нас большая задавака. И со мной она часто ведет себя грубо.

– Бывает, что некоторые девочки держатся со своими младшими сестрами чересчур покровительственно, что ли. Но все равно, в глубине души они их очень любят.

Соня уже открыла рот, чтобы высказать свое мнение по этому поводу, но, заметив, что Мойзель снова возвращается к столу, лишь сказала вдруг не по-детски серьезным тоном:

– Я тоже буду стараться из всех сил, чтобы полюбить свою сестру еще больше.

После ланча няня забрала Соню, чтобы умыть ее, причесать и переодеть, а потом везти на урок танцев. А Флора снова вернулась в свою комнату и стала читать. Однако в комнате было душно, и ей не хватало свежего воздуха. Тогда она подхватила Пантеру на руки и поспешила вниз, чтобы выйти во двор и глотнуть хоть немного воздуха. Да и Пантера за это время переделает все свои дела.

На первом этаже, когда она уже почти приготовилась, чтобы открыть дверь черного входа, за которой виднелось некое подобие дворика, и выйти на улицу, ее вдруг схватил за руку дворецкий мистер Ролф.

– Куда это вы собрались, мисс Макникол?

Флора сбивчиво объяснила, куда и зачем она держит путь. Дворецкий слушал ее вполуха. Он явно был чем-то взбудоражен и все время поглядывал на каретные часы, стоявшие на приставном столике возле стены.

– Я сейчас позову Пегги, чтобы она забрала вашего котенка и вынесла бы его на улицу, а потом принесла обратно к вам.

– Да мне и самой хочется побыть немного на свежем воздухе.

– Пока это невозможно, мисс Макникол. К миссис Кеппел должен с минуты на минуту приехать гость на чай.

После чего мистер Ролф вызвал Пегги. Та уже через несколько секунд появилась перед ними и тут же забрала Пантеру из рук Флоры.

– Не волнуйтесь, мисс. Я за ним присмотрю не хуже вашего. Я тоже люблю котят, очень-очень.

Горничная убежала, унося с собой котенка, а мистер Ролф лично сопроводил Флору обратно к парадной лестнице, все время бросая выжидательные взгляды на входную дверь. Когда Флора уже поднималась по лестнице, она услышала, как возле их дома остановилась карета.

– Это он, Джонсон. Ступай, открой ему дверь, – приказал дворецкий лакею, и тот опрометью бросился к дверям.

Флоре очень хотелось хотя бы одним глазком взглянуть на того таинственного гостя миссис Кеппел, приезд которого сопровождается такой суетой в доме, но она боялась ослушаться строгого дворецкого, а потому заторопилась наверх. Прошла мимо утренней гостиной миссис Кеппел, откуда на нее пахнуло сильным цветочным запахом. Поднялась этажом выше и там свесилась через перила. Расслышала мужской голос, чьи-то тяжелые шаги по лестнице. Потом послышался хриплый затяжной кашель, запахло дымом крепких сигар. Флора перегнулась еще ниже, чтобы хотя бы мельком увидеть того человека, но в этот момент кто-то схватил ее за плечо и оттащил от перил.

– В этом доме, мисс Макникол, нельзя подглядывать за тем, что делается внизу, – попеняла ей няня, явно забавляясь ее детским любопытством.

Но вот внизу хлопнула дверь, шаги моментально стихли.

– В это время дня миссис Кеппел всегда очень занята, и ее нельзя беспокоить. Понятно?

– Да, – растерянно промямлила в ответ Флора, моментально покрывшись краской стыда.

И тут же снова поспешно ретировалась к себе в спальню.

16

Двумя неделями позже Барни, личная камеристка миссис Кеппел, туго затягивала на Флоре корсет на пластинках из китового уса, велев ей выдохнуть еще раз. Сейчас она переломает мне все ребра, испугалась Флора. Куда уж туже?

– Ну, вот наконец-то, – удовлетворенно хмыкнула служанка.

– Но я не могу даже вдохнуть, – пожаловалась ей Флора.

– И не надо! Дамам это не положено, – флегматично отреагировала Барни. – Зато взгляните на себя. – Она махнула рукой на зеркало. – Сейчас у вас обозначилась талия. А к корсету вы со временем привыкнете, мисс Макникол. Все дамы привыкают. Ваш пока еще новый, а потому немного жестковат. Но разносится, и все будет нормально.

– Я даже шага не могу сделать, – пробормотала Флора, когда Барни, подхватив со стула пенообразную груду из шелка холодного голубого цвета, поманила ее к себе, чтобы та вступила в самую середину этой пены.

– Миссис Кеппел права, – одобрительно буркнула Барни, натягивая на нее наряд. – Этот цвет удивительно вам к лицу. Впрочем, миссис Кеппел всегда права. И во всем. Имейте это в виду, – добавила она и начала застегивать на спине Флоры крохотные жемчужные пуговки.

– Да, – немедленно и чистосердечно согласилась с ней Флора. В самом деле, если она Золушка, то миссис Кеппел наверняка и есть та самая волшебная фея из сказки, но только проживающая по вполне определенному адресу: Портман-сквер, дом 30. Эту женщину обожают все, начиная от судомойки, подвизающейся в подсобке, и кончая богато разодетыми гостями, которые почти каждый вечер заполняют их огромный дом. Вокруг нее сразу же каким-то волшебным образом распространялись покой и тишина. Она никогда не повышает голос. Одного слова миссис Кеппел достаточно для того, чтобы получить все, что ей нужно.

– Она похожа на королеву, – поделилась Флора своими впечатлениями с няней после того, как на прошлой неделе вернулась с широко распахнутыми глазами домой после похода по магазинам вместе с миссис Кеппел и ее дочерями. Они посетили, в том числе, и магазин игрушек Моррелла, персонал которого ловил буквально каждое слово миссис Кеппел, с поклоном выполняя все ее требования.

Обычно сдержанная на проявление эмоций, няня при этих словах Флоры вдруг расхохоталась и воскликнула:

– Да она и есть самая настоящая королева! Кто бы в этом сомневался?

Постепенно Флора стала привыкать к тому режиму, по которому жили в этом доме, и к тем людям, которые здесь всем заправляли. Вся обслуга, занятая в особняке, своими манерами и поведением очень напоминала свою хозяйку: такие же все улыбчивые и очаровательные. Судя по всему, слуги воспринимают свою работу в доме миссис Кеппел как огромную честь. Мистер Ролф и повариха миссис Стейси заправляют всем персоналом. Экономка мисс Драппер и камеристка Барни занимают несколько привилегированное положение. Именно они, кстати, всегда занимаются обустройством и подготовкой покоев миссис Кеппел к приему важного гостя. Часами там чистят, моют, скребут, наводят блеск на все вокруг, постоянно меняют цветы в вазах и прочее.

Мужа миссис Кеппел, которого слуги звали между собой просто «мистер Георг», Флора видела всего лишь пару раз: этакий добрый великан с таким же хорошим, добрым лицом и мягким голосом. Он ей сразу же понравился. Каждый вечер Соня бежала в покои отца и, согнувшись калачиком на его коленях, часами просиживала в гостиной, пока он читал ей вслух про всякие увлекательные приключения, которые она потом с удовольствием пересказывала другим.

Минувшие две недели Флора почти безвылазно провела в детской, стараясь изо всех сил хоть чем-то помочь няне и мадемуазель Мойзель. Да и так просто, чтобы хоть как-то занять саму себя. Вечерами Флора вместе с детьми устраивалась возле камина в комнате для игр, все трое лакомились сдобными булочками, а она в это время рассказывала девочкам всякие истории из своего детства в Эствейт-Холл. Вайолет, правда, демонстрировала всем своим видом полное отсутствие интереса к ее рассказам, нарочито уткнувшись головой в тетрадь, – якобы что-то писала там, хотя по большей части просто грызла кончик ручки, но Флора видела, что на самом деле девочка тоже слушает ее, и слушает очень внимательно.

– Вы сами управляли двуколкой, впряженной в пони? – совершенно искренне удивилась она, когда Флора стала рассказывать сестрам о своей любимице Майле.

– Без извозчика?! А где же была няня? Или хотя бы какой-нибудь слуга?

– Никого. Я была одна.

– Ах, как бы я хотела тоже иметь такую же свободу, – выдохнула Вайолет, забыв на секунду о своем показном равнодушии к историям Флоры, но уже в следующее мгновенье снова уткнулась носом в тетрадь.

Да, тогда у нее действительно ничего и никого не было, подумала Флора. Зато сейчас, вернулась она в день сегодняшний, ей одних одежек накупили столько, что можно с легкостью облачить в ее наряды весь королевский двор. Оставалось лишь надеяться, что со временем миссис Кеппел даже разрешит ей выходить из дома и прогуливаться по парку, который всего лишь в двух шагах от них, прямо через дорогу. А может быть, в один прекрасный день ей даже позволят самостоятельно побродить по Лондону. Пока же она, как и ее Пантера, чувствовала себя этаким зверем в клетке.

– А сейчас я займусь вашей прической, – вмешалась в ход ее мыслей Барни.

– Спасибо.

Флора уселась перед трельяжем, и Барни принялась расчесывать ее длинные густые волосы расческой в массивной серебряной оправе.

Если с общим укладом в доме Флора более или менее разобралась, то все же одна тайна этого жилища по-прежнему не давала ей покоя. Кто же этот таинственный гость, которого миссис Кеппел регулярно потчует чаем в своих апартаментах? Видно, очень важная персона, ибо уже даже в ожидании его прибытия вся прислуга, можно сказать, стоит на ушах. Первый знак, точнее, звук, возвещавший о предстоящем визите гостя и будивший Флору ровно в семь утра, – позвякивание латунных прутиков на лестнице, на которые наводили блеск Мейбел и Кейт, полируя металл до остервенения. Начинали с верхних этажей и заканчивали парадной лестницей внизу. В полдень в доме появлялся флорист, и все парадные залы тут же начинали благоухать только что распустившимися розами. После ланча Барни надолго исчезала в будуаре миссис Кеппел. Помогала хозяйке привести себя в должный вид перед встречей гостя.

Но стоило этому самому гостю появиться на пороге, как вся прислуга тут же разбегалась по углам, и на дом опускалась звенящая тишина, нарушаемая лишь хриплым кашлем и тяжелыми шагами на лестнице, по которой поднимался гость, оставляя после себя тяжелый запах табачного дыма. Иногда на чаепитие приглашали и девочек. И тогда, Вайолет и Соня, облаченные в свои самые нарядные платья, ровно в шесть вечера спускались вниз в парадную гостиную миссис Кеппел.

Такое впечатление, что с отъездом важного гостя, а уезжал он в огромной и роскошной карете – в этом Флора убедилась самолично, разглядев из окна своей спальни верх этой самой кареты, так вот, с отбытием визитера восвояси, весь дом, казалось, переводил дух, и жизнь тотчас же возвращалась в свое привычное русло. Флоре очень хотелось расспросить девочек об этой важной персоне, с которой их мать встречалась за плотно закрытыми дверями, но она боялась показаться бестактной в своем любопытстве.

– Ну вот, мисс Флора. Взгляните сами. Нравится? – Барни отступила на шаг, чтобы полюбоваться результатом своих усилий.

Флора молча рассматривала свою прическу. Барни удалось совладать с ее непослушными волосами, пустив в ход гребни и множество заколок. Вот только устоят ли они против натиска ее непокорной гривы хотя бы десять минут? В этом Флора сильно сомневалась. И все же, взглянув на себя в зеркало, она невольно поразилась тем переменам в самой себе, которые сотворили с ней красивая прическа и нарядное платье.

– А я… смотрюсь совсем по-другому, – проговорила она немного озадаченно.

– Вы выглядите самой настоящей красавицей, мисс, – улыбнулась в ответ Барни. – Вот сейчас вы полностью готовы к тому, чтобы спуститься вниз. Но вначале миссис Кеппел желает видеть вас в своей маленькой гостиной.

Флора поднялась со стула. Тесный корсет и турнюр сзади несколько сковывали ее движения. Она с трудом доковыляла до двери.

– Спасибо вам, Барни, – поблагодарила она камеристку миссис Кеппел и вышла на лестничную площадку. И почти одновременно с ней там появилась Соня в сопровождении няни.

– Вот это да! – воскликнула девочка, пустив в ход свое любимое междометие, которое она позаимствовала у горничной Мейбел. Та однажды этим восклицанием встретила огромного черного паука, выползшего из корзины для угля. – А вы выглядите очень красиво, Флора. Я вас сразу даже не узнала.

– Спасибо, – поблагодарила ее Флора и, коротко усмехнувшись, опустилась перед Соней в неловком реверансе.

– А куда это вы собрались?

– У вашей мамы сегодня салон, и она пригласила меня присоединиться к ее гостям.

– О, это значит, что соберется много всяких дам. Они будут пить чай с пирожными и разговаривать. Я права, няня?

– Абсолютно права, золотце мое.

– Это же такая скукотень, Флора! Пошли лучше с нами в парк. Послушаем там шарманщика, погладим его обезьянку, а потом будем лакомиться мороженым.

– Я бы очень хотела, но не могу, – прошептала Флора Соне на ухо и направилась в маленькую гостиную миссис Кеппел.

При виде Флоры по лицу миссис Кеппел разлилось нескрываемое удовлетворение.

– Боже мой, Флора! Да ты самая что ни на есть утонченная юная леди. Идем же, я познакомлю тебя сейчас со своими гостями. – Она подала ей свою руку, и они вместе стали спускаться вниз по лестнице. – Кстати, у меня для тебя небольшой сюрприз. Твоя сестра тоже будет у меня этим вечером.

– Аурелия?! Как замечательно! А я и не знала, что она снова в Лондоне.

– Да. Думаю, она немного устала ждать того, что, судя по всему, пока так и не случилось в Кенте. – Миссис Кеппел слегка понизила голос, когда они приблизились к большой парадной гостиной. – Кстати, она попросила моего разрешения привести с собой эту занудливую особу, свою приятельницу, мисс Элизабет Воган. Говорят, она уже помолвлена с каким-то чайным плантатором и в скором будущем, сразу же после свадьбы, уедет вместе с мужем на Цейлон. Ты тоже находишь ее скучной, Флора?

– Я… я слишком плохо знаю Элизабет, чтобы судить о ее характере. Но мне она показалась весьма милой девушкой.

– О, ты очень дипломатична… и осторожна в своих оценках. Что ж, в Лондоне тебе эти качества очень пригодятся, – сказала миссис Кеппел одобрительным тоном. Часы пробили ровно три часа дня. Очередная карета остановилась снаружи. – А сейчас идем и продемонстрируем и твоей сестре, и всему Лондону, как ты преобразилась и буквально расцвела за последние недели.

* * *

– Неужели это ты, Флора? – воскликнула изумленная Аурелия, входя в гостиную и обнимая сестру. – Ты выглядишь… очень красиво! И платье у тебя… – Сестра обвела Флору оценивающим взглядом. От ее внимания не ускользнула ни одна мелочь: дорогие кружева на воротничке и манжетах, изысканная вышивка на юбке. – Великолепный наряд! – Аурелия придвинулась к сестре поближе и прошептала ей на ухо: – Вот и у тебя, моя дорогая Флора, судя по всему, нашелся богатый покровитель. Миссис Кеппел, как никто, подходит на эту роль. К тому же она одна из самых влиятельных дам в Лондоне.

Потом Флора поздоровалась с Элизабет, которая тут же сунула ей под нос массивный перстень с огромным сапфиром, который подарил ей жених по случаю помолвки. После чего увлекла сестру в сторону. Ей хотелось поговорить с Аурелией наедине.

– Миссис Кеппел действительно очень добра ко мне, – проронила она, подводя Аурелию к кушетке в дальнем углу комнаты. – Присаживайся! Хочу услышать от тебя во всех подробностях, как ты провела лето.

– О, тогда мне, пожалуй, придется остаться у вас и на ужин, и даже на завтрак, – невесело пошутила Аурелия и тяжело вздохнула. Какое-то время сестры молча наблюдали за тем, как миссис Кеппел встречает своих гостей, одаривая каждую вновь прибывшую даму вниманием и теплом по-настоящему радушной хозяйки. – Если бы мамочка могла сейчас увидеть нас с тобой здесь, среди самых избранных дам Лондона! Представляю, как она была бы счастлива. И как гордилась бы нами…

– Знаешь, если не считать одного раза, что я ходила вместе с миссис Кеппел по магазинам, это, можно сказать, мой первый выход в люди. Миссис Кеппел не хотела, чтобы я показывалась где-то, пока не будет полностью готов мой гардероб.

– И я совсем не удивляюсь этому. Ведь у нее самый фешенебельный салон в Лондоне.

– Сказать честно, я немного сбита с толку всем тем, что случилось со мной за последние несколько недель. Ведь я была абсолютно уверена в том, что еду сюда на правах наставницы для девочек. Но, судя по всему, у миссис Кеппел другие планы на мой счет.

– Если она вознамерилась сделать тебя своей протеже и поспособствовать тому, чтобы ввести тебя в высшее общество, то о лучшем варианте и мечтать не приходится. Впрочем, тебе, наверное, известно, что есть и другие мнения на сей счет. И двери некоторых домов перед ней закрыты. Уверена, живя с ней под одной крышей, ты уже в курсе того…

– Флора, моя дорогая девочка! – послышалось радостное восклицание, и перед ними возникла тетя Шарлотта. Флора поднялась с кушетки и уже приготовилась сделать тете вежливый книксен, но ее новый наряд с турнюром не позволил ей совершить сей акт.

– Как поживаете, тетя Шарлотта?

– Устала, конечно. Сезон был таким долгим. А вот ты, моя дорогая, выглядишь просто превосходно. Божественно! Лондон должен подойти тебе по всем статьям.

– Я еще только-только начинаю здесь осваиваться, тетя.

– Это такое чудо, что миссис Кеппел согласилась стать твоей покровительницей. Хотя, с другой стороны, лично я вполне понимаю, почему она это сделала. Ты обязательно должна наведаться к нам в гости на Гросвенор- сквер, и уже в ближайшее же время. Дорогая Аурелия так скрашивает наш дом своим присутствием. Мне будет очень ее не хватать, когда она вернется к своим дорогим отцу и маме. А сейчас прошу простить меня, но мне надо срочно переговорить с леди Эйлингтон по поводу одной благотворительной акции для маленьких сирот.

– Так ты возвращаешься в Шотландию? – удивилась Флора, снова повернувшись к сестре.

– Да.

Глаза Аурелии внезапно затуманились.

– Но ведь я уверена, что вокруг тебя кружили толпы поклонников, добивавшихся твоей руки и сердца.

– Поклонники были, это правда. Но, боюсь, я повела себя немного опрометчиво и многим дала, как говорится, от ворот поворот. Вот они и разбежались в разные стороны, перекинулись на других дебютанток. Стали искать свое счастье в иных местах. Тот виконт из Беркшира, помнишь, я тебе о нем писала? Так вот, уже объявлено о его помолвке с одной из моих подруг. Об этом на неделе даже «Таймс» сообщила.

– Неужели никто так и не похитил твоего сердца?

– Почему же? Такой человек есть. Но в этом-то вся и проблема, если честно.

– Что ты имеешь в виду? – спросила у Аурелии Флора с замиранием сердца, хотя сразу же все поняла.

– Видишь ли, когда меня пригласили погостить в имение Воганов Хай-Уилд, я надеялась… то есть я даже почти не сомневалась в том, что Арчи сделает мне предложение. Он был в июле на охоте вместе с папой, и я в курсе того, что у них там… состоялся разговор по этому поводу. Потому все другие предложения я отвергла, решив, что раз меня пригласили в Кент, значит, Арчи уже готов сделать мне предложение. Но… но что-то пошло не так. Я прожила с ним под одной крышей целый месяц, и все это время он старательно избегал меня. Я его видела только мельком, главным образом, за столом во время трапезы. А я… Ах, боже мой! – Аурелия закусила губу, боясь расплакаться. – А я так его люблю, Флора.

Флора выслушала монолог сестры, охваченная самыми противоречивыми чувствами. Предательница, укорила она себя. Но в глубине души вдруг почувствовала невыразимое облегчение от того, что помолвка так и не состоялась. С другой стороны, ее тут же стало снедать раскаяние. Ведь она хорошо понимала, что это по ее вине Аурелия сейчас так несчастна.

– Я… – начала она и запнулась. – Может, он просто ждет какой подходящий момент, а?

– Милая Флора! Ты, как всегда, сама доброта. Спасибо тебе за участие, за то, что пытаешься хоть как-то утешить меня. Но какой такой момент ему еще нужен? Если бы он только захотел, у него была тьма этих моментов. Его мать постоянно упрашивала его, уговаривала, чтобы он сводил меня на прогулку в свой сад… А сады у них, надо сказать, действительно великолепные. Я таких красивых садов еще не видела в своей жизни. И вот мы идем с ним на прогулку, а он всю дорогу толкует мне о каких-то там растениях, которыми он хочет пополнить свою коллекцию. Я даже их названий не знаю! А потом мы возвращаемся домой, и он тут же исчезает в своей драгоценной оранжерее, а потом… – Аурелия снова стала кусать губы. – Словом, в конце концов я решила вернуться в Лондон.

– Может, хоть сейчас он осознает, что начинает терять тебя, и бросится вслед за тобой, как думаешь? – предложила Флора наобум. Хотя только сейчас до нее дошел весь полный смысл того, о чем писал ей Арчи в своем письме. Ужасный смысл!

– Нет! Ждать я его больше не стану. Я и так уже злоупотребила гостеприимством тети Шарлотты сверх всякой меры. Надо возвращаться домой.

– Ах, Аурелия! Мне так жаль тебя… так жаль… но, может, этот Арчи вообще не создан для брака?

– Едва ли. Ведь одна из причин, по которой папа решился на продажу Эствейт-Холл, это дать мне приличное приданое и тем самым помочь семейству Воганов привести в порядок Хай-Уилд, который должен был стать моим фамильным домом. Ведь ты же знаешь, что леди Воган – близкая подруга нашей мамы. Они дружны с детства. – Заметив стоявшую неподалеку Элизабет, Аурелия заговорила еще тише. – Они-то все и спланировали, а папа уже потом обсуждал все эти дела с Арчи в Шотландии.

– Понятно, – промолвила Флора ровным голосом. Ей действительно стало все понятно.

– Зато сейчас у меня нет иного выбора, как только упаковать свои вещи и отбыть в Шотландию. Ну, не ирония ли это судьбы, а? – Аурелия мрачно улыбнулась. – Я возвращаюсь домой ни с чем, а ты остаешься в Лондоне под патронажем миссис Кеппел. Не то чтобы я тебе завидую или держу обиду… Конечно же, ничего подобного, дорогая Флора.

– Аурелия, поверь и ты мне. Я была буквально убита горем, когда мама сообщила мне о том, что мы должны покинуть Эствейт-Холл. Ты же знаешь, как я любила наш дом. Всем сердцем, каждой клеточкой своего тела… Я бы отдала все на свете за то, чтобы снова вернуться туда.

– Знаю, моя дорогая сестра, знаю, – промолвила Аурелия, беря Флору за руку. – Прости меня за то, что нагнала на тебя тоску. Но мне ведь и поделиться больше не с кем, кроме тебя.

– Но если между Арчи и папой существует договоренность, – нахмурилась вдруг Флора, – то, конечно же, он обязан повести себя как человек чести.

– Что мне с того? Даже если он наконец соизволит сделать мне предложение, то я уже сама не хочу больше за него замуж. Сама подумай, в начале сезона он буквально осыпал меня знаками внимания. А когда я приехала в Кент, то даже не смотрел в мою сторону. Я нутром чувствую, что у него кто-то есть. Другая женщина похитила его сердце. Но хоть убей меня, не могу догадаться кто.

Аурелия снова издала тяжелый вздох, а Флора в этот момент желала лишь одного. Чтобы сейчас под ней разверзлась земля и поглотила ее вместе с ее вероломным сердцем. И с Арчи Воганом в придачу.

– Однако, дорогая Флора, хватит о моих проблемах. Поговорим лучше о тебе. Расскажи мне, как тебе здесь живется.

Флора принялась самым подробным образом рассказывать сестре о дочерях миссис Кеппел – Вайолет и Соне, о своем распорядке дня, о занятиях с девочками. Однако собственное предательство по отношению к сестре, пусть и не преднамеренное, пусть и не злоумышленное, жгло ее душу раскаленным железом и мешало сосредоточиться на мыслях о своей нынешней жизни. А потому она искренне обрадовалась, когда к ним подошла миссис Кеппел и объявила им обеим, что хочет познакомить Флору со своими подругами.

– Они все уже просто сгорают от нетерпения познакомиться с новой и самой красивой обитательницей моего дома, – добавила миссис Кеппел с улыбкой, беря Флору под локоток. После чего провела ее по всей комнате с таким видом, будто демонстрировала всем окружающим свой личный трофей. И действительно, многие дамы были очень рады познакомиться с ней. Время от времени Флора бросала украдкой взгляды на кушетку, где сидела Аурелия. Вид у нее был по-прежнему удрученный, она о чем-то разговаривала с дамой в черном, присевшей рядом, судя по всему, такой же одинокой и никому не нужной в этой гостиной, как и сама Аурелия.

Но вот гости стали расходиться. Флора поспешно извинилась перед графиней Торби, которая настоятельно приглашала ее на свое суаре, которое должно состояться в ближайшем будущем. Ей хотелось попрощаться с сестрой отдельно.

– Для нас будет играть сама Кавалерственная дама Нелли Мелба. Она только что вернулась после своего гастрольного тура по Австралии. И представляете, моя дорогая, сразу же прямиком в Кенвуд-Хаус, – продолжила графиня, обращаясь не только к Флоре, но и к дамам, восторженным кругом сомкнувшимся вокруг девушки.

Подошла Аурелия. Одарила поцелуем на прощание.

– Так когда же ты уезжаешь в Шотландию?

– Думаю, в конце этой недели. Чем скорее, тем лучше, – ответила сестра со вздохом. – Лондон не очень-то благоволит к неудачникам.

– Ты перед отъездом еще навестишь меня?

– Обязательно. И, пожалуйста, не переживай за меня. Вдруг в горах Шотландии я встречу какого-нибудь помещика из местных и стану хозяйкой его красивого дома, кто знает? – Аурелия выдавила из себя слабую улыбку. – В любом случае для меня пришло время окончательно забыть имя Арчи Вогана. Прощай, моя дорогая сестра.

Когда все гости разошлись, а в гостиной остались только Мейбел и лакей, которые занимались тем, что собирали посуду – пустые чашки и тарелки с нетронутыми деликатесами, миссис Кеппел подвела Флору к камину и усадила в кресло, а сама уселась напротив нее.

– Итак, Флора, полагаю, что твое первое явление высшему свету Лондона имело просто грандиозный успех. Вскоре тебя завалят приглашениями на многие недели вперед. Ведь уже прямо сегодня ты получила сразу несколько таких приглашений. Все дамы, присутствовавшие у меня сегодня в гостях, в один голос твердили, что ты само очарование.

– Спасибо. Но боюсь, такая чрезмерная загруженность визитами помешает нашим занятиям с девочками.

– Моя дорогая Флора, неужели ты до сих пор не поняла, что занятия с моими дочерями – это всего лишь предлог, удобный предлог для того, чтобы твоя мать позволила тебе приехать в Лондон и поселиться под одной крышей со мной? Конечно, учитывая тот факт, что я до той поры ни разу не встречалась с тобой, мне, естественно, нужен был какой-то запасной вариант на тот случай, если ты… покажешься… скажем так, не совсем подходящей на ту роль, которую я тебе уготовила. Но когда я тебя увидела… такую образованную, очаровательную, элегантную девушку, все мои сомнения отпали разом. Итак, после сегодняшнего салона у нас с тобой на этой неделе еще один званый ужин, а дальше… приватное чаепитие. После которого, уверена, в Лондоне не найдется ни одного приличного дома, хозяева которого не пожелали бы заполучить тебя в качестве своей гостьи. Отныне ты у нас сенсация номер один!