Семь сестер. Сестра тени Райли Люсинда
– Тогда я принимаюсь за дело.
– А я тем временем забираю этого юного джентльмена с собой. Предлагаю вам, милорд, партию в шахматы. Проигравший моет посуду после ужина.
– Но ты же всегда выигрываешь, дядя Ландо, – жалобно попытался возразить Рори, когда они оба строевым шагом направились из кухни.
Я приготовила мясо, потушила овощи и уселась к столу, вполне довольная собой, с наслаждением вдыхая аппетитные ароматы, заполнившие кухню. Тепло, уютно, что еще надо? Мысли мои снова вернулись к прочитанному. Получается, что та фигурка, которую оставил мне отец, это не пантера, как я думала ранее, а любимая кошка Флоры. Потом я начала размышлять о самой Флоре. Ведь Па Солт недвусмысленно дал мне понять, что что-то же связывает меня с этой женщиной. Конечно, между нами просматривается кое-какое сходство. Например, мы обе любим природу, увлекаемся ботаникой. Но мало ли на свете людей с подобными увлечениями? Миллионы и миллионы, я думаю. К тому же из того, что я успела прочитать, гораздо вероятнее моя потенциальная связь с Аурелией. В конце концов, это же она вошла в семейство Воганов на правах жены Арчи.
Но больше всего на свете мне хотелось отыскать те незримые нити, которые связывают меня с имением Хай-Уилд. Ведь что-то же непонятное влечет меня к этому дому, к этой необычной семье, живущей под его крышей. Кроме того, день ото дня я все более и более привязываюсь по крайней мере к двум членам семейства.
После того как мы лихо расправились с куском филе, что Орландо тут же провозгласил «поистине героическим действом», я повела Рори наверх принимать ванну перед сном. Чувствовала я себя не очень уверенно, ибо не вполне представляла, какие конкретно правила существуют в семье относительно самой процедуры омовения. А потому решила отвести главенствующую роль Рори. Пусть он сам руководит всем процессом. Первым делом он достал из ушей слуховые аппараты и аккуратно положил их на полку.
– Мне уйти? – спросила я как бы между прочим, когда он залез в ванну, наполненную до краев пенящимися мыльными пузырями. Но Рори отрицательно качнул головой.
– Поговори со мной, Стар. Расскажи мне какую-нибудь интересную историю о своей семье.
Я уселась на старомодный деревянный стульчак и пустилась в рассказы, максимально задействовав не только свою мимику, но и выражение лица, если языка жестов было мало. Словом, изложила Рори в предельно сжатом виде историю своего детства в Атлантисе, не забыв присовокупить и пару случаев, когда мы с Сиси, будучи маленькими, попадали во всякие неприятные передряги.
– Сестрицы-проказницы! – весело хихикнул Рори, выбираясь из ванны и закутываясь в полотенце, которое я тут же раскрыла для него. Но вот его ярко-зеленые глаза посерьезнели. – Я тоже хочу сестру или брата. Это же весело, правда?
Я помогла ему надеть пижамку, потом дала ему слуховые аппараты. Он аккуратно вставил наушники в каждое ухо, потом обхватил меня за шею и поцеловал в щеку. – Будь моей сестрой ты, Стар, ладно?
– С удовольствием, – тут же согласилась я и, взяв ребенка за руку, повела по коридору в его комнату.
Через пару минут на пороге появился Орландо. Он нерешительно замялся у дверей.
– Омовение завершено? – поинтересовался он.
– Да. Спокойной ночи, мой ангел. – Я поцеловала Рори на прощание.
– Спокойной ночи, Стар.
* * *
Назавтра сразу же после завтрака я занялась приготовлением воскресного обеда.
Сначала отдельно подрумянила ножки фазанов в большой чугунной кастрюле, потом добавила туда ягоды крыжовника, травы и немного красного вина, которое, как я надеялась, должно полностью выпариться в процессе готовки, придав лишь пикантный вкус самому соусу. Затем я завернула грудки в полоски из бекона, выложила их на противень и на время отодвинула в сторону. Запекать их я поставлю попозже. Рори пристроился рядом за кухонным столом, всецело занятый рисованием. Так мы и трудились с ним мирно, каждый занимаясь своим делом. Я начала раскатывать тесто для фруктового пирога, изредка бросая взгляды в сторону Рори. Я сотни раз наблюдала за тем, как рисует Сиси. Ее живопись всегда была предельно точной, но у Рори все было иначе. Он смело смешивал акварельные краски, добиваясь нужного ему оттенка, и так же лихо наносил их кистью на картон, ничуть не опасаясь за последствия. К тому моменту как я поставила пирог в духовку, осенний пейзаж у Рори был уже завершен. И замечательный пейзаж, надо признать. Пожалуй, я не смогла бы его скопировать и за долгие месяцы усердной работы.
– Красота! – выдохнула я восхищенно, наблюдая за тем, как он ставит свой автограф на акварели. Буквы у него получались немного корявыми, совсем не такими легкими и изящными, как мазки его кисти.
– Я люблю рисовать.
– Нам всем нравится заниматься тем, что у нас хорошо получается, – улыбнулась я в ответ.
Утром Орландо куда-то отлучался. Не сказал куда, но, судя по его настроению, не очень-то он горел желанием туда ходить. Назад он вернулся не один, а вместе с Мышью. Я как раз начала готовить картофельное пюре.
– Посмотрите, что я нарисовал, – тут же похвалился им Рори. – Это для Стар.
Орландо немедленно рассыпался в дежурных комплиментах, а Мышь лишь мельком взглянул на акварель, но воздержался от комментариев.
– Что скажете, если к фазанам, приготовленным Стар, я присовокуплю бутылочку вакейраса? – спросил у нас Орландо, не обращаясь ни к кому конкретно. И не дожидаясь нашего ответа, направился в кладовку, чтобы принести вино.
– Ну как, прочитали мою рукопись? – поинтересовался у меня Мышь с места в карьер.
– Да, прочитала. Большое спасибо. – Я указала на аккуратную стопку листов, сложенных возле телефона.
– Нашли для себя что-то полезное?
– Да, много чего интересного.
– А я бы хотел взглянуть на ту фигурку пантеры, если она при вас.
– Как правило, я не вожу ее с собой, – бодро солгала я, надеясь, что лицо мое не вспыхнуло краской стыда, как это всегда бывает со мной, если я говорю неправду.
– Жаль. Очень жаль. Орландо полагает, что эта вещица – дело рук Фаберже.
– Пороюсь еще раз в своих вещах до отъезда, – пообещала я вяло.
– Уж будьте так любезны.
В этот момент зазвонил телефон. Мышь снял трубку.
– Привет, Маргарет. Да, здесь все в полном порядке. И с ним тоже все о’кей. Правда, Рори?
– Да! – выкрикнул Рори во весь голос, так, чтобы его услышала мать на другом конце провода. – Все чудесно!
– Когда ты возвращаешься? В какое время?
Я повернулась к духовке, чтобы не мешать их разговору. Еще чего, доброго, подумает, что я подслушиваю.
– Понятно. У меня точно никак не получится. Сейчас переговорю с Орландо и Стар, если они смогут. Орландо! Ты где?
– Я здесь, – Орландо возник из кладовки с бутылкой красного сухого вина в руке.
– Маргарет просят задержаться во Франции еще на пару деньков. Она спрашивает, не могли бы вы со Стар присмотреть за Рори в эти дни.
– К великому сожалению, это невозможно. В Лондоне на днях состоятся два очень важных аукциона, и я там обязательно должен присутствовать. А ты сам, Мышь, не можешь?
– Нет. Ты же видел, что творится у меня на ферме. К тому ж у Рори укороченные занятия в школе и потом…
Я взглянула на Рори. Он сидел между двумя братьями и безмолвно крутил головой, посматривая то на одного, то на другого, пока те пикировались, небрежно перекидывая мяч в этой словесной игре с одной стороны поля на другую. Наверное, в эту минуту он чувствовал себя таким же незначительным, таким же мелким, как тот метафорический мяч, который они оба старательно пинали.
– Я останусь! – внезапно вырвалось у меня. – То есть я хочу сказать, что вы же, Орландо, сможете управиться в магазине и без меня в эти пару дней.
– Надо подумать. Наверное, управлюсь.
Рори погладил руки Орландо и порывисто выдохнул.
– Да, пожалуйста, позволь Стар остаться! Она так вкусно готовит!
Последовала короткая пауза. Братья молча переглянулись, потом оба уставились на меня.
– Учитывая, какой у тебя наплыв покупателей в магазине, предполагаю, что вся ее работа сводится к протиранию пыли на полках, – обронил Мышь.
Я уже была готова вспылить в ответ, но с трудом сдержала себя. Кажется, Орландо проделал над собой то же усилие.
– Главное, чтобы Рори был доволен. А он, судя по всему, на седьмом небе от счастья, – сказал он наконец.
– Тогда все решено. Маргарет, ты нас слышишь? Стар остается с Рори, тот безмерно счастлив, – бросил Мышь в трубку. – Я буду тоже заглядывать, присматривать, как они тут управляются. Так когда точно ты возвращаешься, в среду? Сообщи, ладно? О’кей, пока.
– Обед готов, – объявила я, обращаясь к Орландо. Тот как раз разливал вино по бокалам.
– Отлично! Давайте пообедаем прямо здесь, на кухне, – предложил он. – Я… то есть я хочу сказать, мы… – Орландо взглянул на брата. – Мы невероятно вам благодарны, Стар, за помощь.
– Пустяки, – ответила я и повернулась к духовке.
Сразу же после обеда, который, не скрою, стал моим маленьким кулинарным триумфом, особенно с учетом того, что я никогда ранее не имела дела с фазанами, Мышь повез Орландо на своем побитом «лендровере» в Ашворд, чтобы успеть на поезд до Лондона. Напряжение между братьями было заметно невооруженным глазом. Наверное, они успели о чем-то сильно поспорить сегодня с самого утра, решила я. А тут еще этот звонок Маргарет.
Уходя, Мышь бросил мне, что он еще заглянет к нам попрощаться на ночь с Рори, но часы пробили восемь, а он так и не появился. Я с трудом оторвала Рори от созерцания очередной серии «Супермена», выкупала его и уложила в постель.
Вернувшись к себе в комнату, я порылась в рюкзаке и извлекла оттуда на свет божий папино письмо и фигурку черного котенка. Внимательно разглядела крохотное создание со всех сторон, припомнив, как ярко сама Флора живописала свою Пантеру.
– Так ты Пантера? – спросила я вслух, обращаясь к фигурке и, не получив ответа, снова спрятала ее в рюкзак. Если это и правда изделие Фаберже, как предполагает Мышь, то стоит безделушка немалых денег. Наверное, миссис Кеппел, которая когда-то коллекционировала произведения Фаберже, преподнесла эту кошечку Флоре в качестве такого подарка…
Но узнать, так ли это было на самом деле, можно лишь одним единственным способом. Поинтересоваться у помойной крысы. Ой, что это я! Конечно же, у Мыши, тут же мысленно поправила я себя. Еще не хватало, чтобы прозвище, которое я ему дала, случайно сорвалось с моих уст в разговоре с кем-то посторонним.
Я побрела в ванную и мигом окунулась там в те же мыльные пузыри, которые ранее приготовила для Рори. Вчера вечером я уже на собственном опыте прочувствовала, что это значит – совершать омовение холодной водой. Ведь старый титан рассчитан лишь на одну ванну в день, и не более того. После чего поспешила обратно к себе в спальню, чтобы натянуть на себя как можно больше одежек. Потом спустилась вниз.
Какое-то время постояла у парадных дверей, прикидывая, запираться мне на ночь или не стоит. Но тут у меня за спиной из темноты возникла чья-то фигура. Я даже вскрикнула от неожиданности.
– Это всего лишь я, – объявил мне Мышь. – Зашел с черного входа, пока вы были наверху. Хотел отдать вам вот это. – Он протянул мне кольцо, на котором болтались два огромных латунных ключа.
– Спасибо.
– Это вам спасибо за то, что согласились остаться. По всему видно, что Рори к вам сильно привязался. Маргарет пообещала завтра перезвонить. Обычно она никогда не задерживается в своих поездках. Не поддается ни на какие уговоры, но, видно, что-то там требует ее присутствия, – пробормотал он вполголоса. – Как правило, она работает дома, предпочитает местные заказы, такие, которые позволяют ей вечером обязательно находиться дома… ради Рори… Но вот пошли заказы уже и из-за границы. Судя по всему, слава ее растет. Однако вернемся к вашим делам. Вам точно нужен кое-какой провиант на ближайшие дни. Составьте мне список всех необходимых вам продуктов, и я завтра с самого утра сгоняю в магазин. Но предупреждаю, это будет именно с самого утра.
– Нет проблем, – согласилась я миролюбиво. – Вы не возражаете, если я воспользуюсь домашним телефоном, чтобы позвонить в Лондон? Хочу предупредить сестру, что я сегодня вечером не вернусь. А мой мобильник не ловит сигнал связи.
– Звоните, конечно. Какие разговоры? Чувствуйте себя здесь как дома. А если хотите отправить сообщение по электронной почте, то милости просим ко мне. Прямо за воротами направо, переходите дорогу. Пройдете несколько сот ярдов и слева от себя увидите указатель «Домашняя ферма». Домик так себе, не дворец, одним словом. Но зато есть Wi-Fi.
– Спасибо, но, думаю, телефонного разговора будет вполне достаточно.
– И все же, если вы отыщете среди своих вещей фигурку этой зверюшки, я бы очень хотел взглянуть на нее. В прошлом нашего семейства имеются некоторые пробелы. Так сказать, зияющие дыры. Надеюсь, мне удастся со временем заполнить их.
– Хорошо, пороюсь в своем рюкзаке еще раз.
– Надеюсь, пантера все-таки отыщется, в конце концов. Доброй ночи.
– И вам доброй ночи.
Я выпустила его через парадную дверь и тут же заперла ее на замок. Потом вернулась на кухню, сняла телефонную трубку и набрала номер мобильника Сиси.
– Привет, это я.
– Стар! Куда ты запропастилась? И почему ты звонишь с какого-то чужого номера?
Я постаралась объяснить сестре как можно более подробно все, что произошло. После моего монолога последовала длинная пауза.
– Итак, мало того, что эта семейка платит тебе жалкие гроши за то, что ты торчишь днями напролет в их книжном магазине, так сейчас они решили еще поэксплуатировать тебя бесплатно в качестве няни и повара. Так?
– Орландо пообещал, что зарплата моя сохранится, несмотря на отсутствие, и Маргарет тоже заплатит мне за мои услуги отдельно.
– Вся проблема в том, что ты у нас очень уж мягкосердечная. Тебя легко разжалобит первый встречный.
– Случились непредвиденные обстоятельства, и так уж вышло, что я оказалась единственным человеком, кто может помочь. А я, по правде говоря, и не сильно возражала. Мне здесь очень нравится, – призналась я честно.
– Все равно, проследи за тем, чтобы они рассчитались с тобой как положено. Я очень по тебе скучаю, сестричка. Эта квартира слишком велика для меня одной.
– Я скоро вернусь. А пока, если что надо, звони мне по этому номеру.
– В среду пропущу последнюю лекцию в колледже ради нашего с тобой совместного ужина. Последние несколько недель мы ведь практически не общались.
– Знаю. Но так уж получилось. Прости, Сиси. И спокойной тебе ночи.
– Постараюсь как-то уснуть. Пока.
Сиси резко оборвала разговор, и на другом конце провода установилась тишина. Я подавила тяжелый вздох и потащилась в гостиную, проверить, все ли в порядке с камином. Вот еще одно золотое правило, которому в свое время научил меня отец: никогда не оставлять на ночь огонь в камине. Потом выключила везде свет и отправилась спать. Но прежде заглянула к Рори. Тот спал безмятежным сном. Какое счастье, подумала вдруг я, что еще две ночи, целых две ночи! – я проведу в этом замечательном, в этом волшебном доме.
21
На следующее утро я поднялась рано. Собственно, меня разбудил Рори. Вскарабкался ко мне на кровать и сообщил, что проголодался и совсем не прочь поесть. А потому к тому времени, как Мышь объявился на нашей кухне, мы с Рори уже сидели за столом и завтракали.
– О, пахнет вкусно! – с порога воскликнул Мышь, к моему немалому изумлению. Ведь от него так редко можно было услышать доброе слово в свой адрес.
– Ничего особенного. Обычные гренки, поджаренные в молоке с яйцом. Хотите?
– Хочу. Я их последний раз ел еще ребенком. С удовольствием, если это не доставит вам хлопот.
– Свежий кофе на столе, – указала я на кофейник.
Рори погладил дядю по руке и знаками изобразил свой вопрос.
– Можно мне покататься на тракторе?
– Что? – Мышь вопросительно уставился на мальчика.
– Рори спрашивает, можно ли ему покататься на вашем тракторе, – пришла я на помощь, бухнув перед ним тарелку с гренками.
– Еще чего! Конечно же, нет! – отрезал Мышь, с жадностью набрасываясь на угощение. Совсем не так, как вчера за обедом. – Восхитительные гренки! – воскликнул он, уминая поджаренные хлебцы за обе щеки. – Люблю еду для маленьких детей. Вкусно! – Он залпом выпил кофе, поднялся со своего места, не забыв прихватить со стола составленный мною список. – Привезу, когда смогу.
И с этими словами ретировался вон.
– То есть трактора не будет, да? – спросил у меня Рори с таким жалобным выражением лица, что у меня заныло сердце.
– Сегодня нет, Рори. Наверное, когда-нибудь в другой раз. Но как смотришь, если мы с тобой совершим велосипедную прогулку, а? Только оденься потеплее.
Рори порулил на своем велике в сад, и мы там набрали столько яблок и мелкой черной сливы, сколько смогли унести. Старым деревьям отчаянно нужна была обрезка. Но я знала, что обрезкой садовых деревьев нужно заниматься лишь в разгар зимы.
– Мы же никогда это все не съедим, – со вздохом заметил Рори, когда мы транспортировали собранные фрукты домой на скрипучей развалюхе-тачке, которую я отыскала поблизости.
– Конечно, не съедим. Но сливы хороши и для пирогов. Да и варенье из них получается отменное.
– Ты умеешь варить варенье? – страшно удивился Рори.
– Умею, – рассмеялась я в ответ, забавляясь его вопросу. Судя по всему, ребенок вырос в полной уверенности, что все то, что он ест, поступает из какого-то невидимого супермаркета.
Вторую половину дня я как раз и занялась пирогами. Рори же, как всегда, потребовал для просмотра своего «Супермена». Я поставила ему диск и вернулась на кухню, чтобы проверить, как там поживают мои пироги в духовке, а заодно и выпить чашечку чая. Руки у меня так и чесались, чтобы навести относительный порядок и в кухонных шкафчиках, и в кладовке, но я сдержала свой хозяйственный порыв. Не мое это дело наводить свои порядки в чужом доме.
Мельком глянув на часы, увидела, что уже почти шесть вечера. Время готовить ужин для Рори. Поскольку обещанные продукты пока так и не прибыли, я пошла в кладовку посмотреть, что там можно найти съедобного.
Как раз тогда, когда я вынимала из духовки последний пирог, отворилась дверь, и в кухню вошел Мышь с двумя пластиковыми пакетами, полными продуктов.
– Вот и мы, – сказал он, тяжело опуская пакеты на стол. – У вас что, вечеринка намечается? – он кивнул на пироги.
– Нет, просто насобирали в саду опавшие яблоки и решили пустить их в дело.
Он достал из одного пакета банку с пивом и открыл ее.
– Хотите?
– Нет, спасибо.
– С Рори все в порядке?
– Все хорошо.
Я принялась разгружать продукты. Извлекла из мешка колбаски-гриль, тут же выложила несколько штучек на противень и поставила их в духовку запекаться.
– Приготовлю-ка я домашние чипсы, – сказала я, извлекая пакет с картофелем. Затем достала из шкафчика нож для чистки картофеля. – Надеюсь, Рори понравится.
– С учетом того, что они с Маргарет живут, главным образом, на яйцах и консервированных бобах, уверен, он будет в восторге. Кстати, я тоже не откажусь, если что-то останется.
Я про себя лишь усмехнулась. Надо же! А еда моя, кажется, нравится ему все больше и больше.
– Чипсов должно хватить на всех, – заявила я уверенным тоном, показывая на большой пакет с картошкой. – Пойду скажу Рори, что вы приехали.
– Минуточку-минуточку! – что-то в голосе Мыши заставило меня замереть на месте. Я повернулась к нему и увидела, что выражение лица у него самое что ни на есть мрачное. – Хочу спросить у вас напрямую еще раз. Так вы привезли с собой эту фигурку Фаберже? Одно из двух: либо ее у вас здесь нет, либо вы просто не хотите показывать ее мне. Мотивы ваши мне вполне понятны. Я хорошо понимаю, почему вы не доверяете мне. В конце концов, я встретил вас отнюдь не с распростертыми объятиями, это правда. Как правда и то, что все это меня в конечном счете мало волнует. Уж тут поверьте мне, Стар, на слово. Все вокруг считают меня откровенно дерьмовым человеком. Я и есть дерьмо. Полное дерьмо! Люди не ошибаются.
Ах, так у нас приступ жалости к самим себе. Как трогательно! Если он надеется, что я сейчас стану возражать и убеждать его в обратном, то глубоко заблуждается. Не дождется!
– В любом случае, – продолжил Мышь, не обращая внимания на мое молчание, – предлагаю вам сделку. Я рассказываю вам все, что уже накопал об истории нашего семейства, а вы взамен показываете мне кошку. – Потому что если это и правда Фаберже, то тогда почти наверняка я знаю, кто именно подарил эту фигурку Флоре Макникол.
– Я…
– Мышь пришел! – радостно провозгласил Рори, вбежав в кухню. Момент для продолжения разговора был упущен.
За ужином Мышь был гораздо веселее обычного. Во всяком случае, я его в таком благодушном настроении еще не видела. Либо пытается втереться ко мне в доверие, добивается, чтобы я потеряла бдительность, хотя бы на время, а потом снова вернется в свое привычное угрюмое состояние, либо приготовленные мною чипсы действительно пришлись ему по вкусу. В любом случае я была рада за Рори, когда дядя сделал попытку чем-то занять мальчика после трапезы. Я предложила им сыграть в крестики-нолики, но Рори даже понятия не имел, как в эту игру играют. Но когда я все самым подробным образом ему объяснила, он немедленно вошел во вкус, оглашая кухню счастливыми криками всякий раз, когда его крестики побеждали. Я видела, что Мышь намеренно уступает ему, и это неожиданное проявление доброты и понимания тоже вселяло надежду.
– Все, пора спать, – внезапно объявил нам Мышь.
Я глянула на часы: еще только начало восьмого. Но Рори тут же послушно встал со своего места. Ни дать ни взять этакий маленький солдат-новобранец, безропотно выполняющий приказы своего сержанта.
– Тогда идем принимать ванну, – сказала я, протягивая ему руку.
– Спокойной ночи, Мышь, – попрощался с дядей Рори.
– Спокойной ночи, Рори.
Я наполнила ванну. Вначале Рори немного поплескался, а потом откинулся на спину и закрыл глаза. Я намылила его волосы шампунем, и он тут же нырнул под воду, потом вынырнул и открыл глаза.
– Стар?
– Да, милый.
Он извлек из воды руки и жестами показал мне:
– Мне кажется, Мышь меня не очень любит.
– Думаю, ты ошибаешься. Мышь тебя очень любит. Просто у него плохо вот с этим. – Я показала на наши руки, намекая, что Мышь не владеет языком жестов.
– Не беда! Мы его научим.
– Обязательно, – согласилась я с мальчиком и распростерла перед своим лицом полотенце, чтобы он мог, выйдя из воды, соблюсти все приличия, не уронив при этом своего мужского достоинства, и сразу же укутала его. Потом я помогла пижамку и повела по коридору в его комнату.
– Ну, что сейчас? Хочешь, чтобы я тебе что-нибудь почитала на ночь? Или у меня плохо это получается? – пошутила я, слегка пощекотав мальчика.
– У тебя получается гораздо лучше, чем у Мыши. Почитай, пожалуйста.
Рори повернулся первым, потом уже оглянулась я и увидела Мышь, который стоял на пороге комнаты. Какое счастье, подумала я, что он не понимает язык жестов, на котором мы только что разговаривали с Рори.
– Укрыть тебя, Рори, поплотнее? – спросил у него Мышь.
– Да, пожалуйста, – безропотно согласился малыш.
– Спокойной ночи, милый. – Я поцеловала Рори и вышла из комнаты.
– А у вас очень хорошо получается ладить с этим мальчишкой, – заметил Мышь, снова возникнув на кухне, когда я уже заканчивала мыть посуду. Из всех современных удобств больше всего не хватает в этом доме посудомоечной машины. Ее бы я купила в самую первую очередь.
– Спасибо.
– Полагаю, вам и раньше приходилось работать с маленькими ребятишками, у которых проблемы со слухом?
– Никогда.
– Тогда как вы?..
Я коротко рассказала ему, при каких таких обстоятельствах выучила в свое время язык жестов. Он внимательно слушал меня, попутно достал из холодильника бутылку пива и с треском вскрыл крышку.
– Любопытно, что вы так быстро сошлись с Рори, – бросил он вскользь. – Возможно, потому, что вы ведь тоже немногословны. А Рори лишние слова и не нужны вовсе. Он попросту не замечает их отсутствия, как это замечает тот, кто хорошо слышит. Не очень-то вы разговорчивы, я прав?
Ты тоже не особо разговорчивый, подумала я про себя.
– Вы ведь живете вместе со своей сестрой. Я прав?
Все-то он помнит, подумала я про себя и ответила коротко:
– Да.
– А дружок-то есть? Или что-нибудь посерьезнее?
– Нет. – И не твоего ума это дело. – А у вас? – нанесла я ответный удар.
– Вы же прекрасно понимаете, что ни одна женщина на свете не захочет со мной связываться. Ну и чудесно!
На такое заявление я не собиралась реагировать. Ни за что! А потому начала молча расставлять чистую посуду по полкам и шкафчикам.
– Вообще-то, – нарушил он молчание, затянувшееся непозволительно долго, а потому явно приготовившись поделиться со мной большей толикой сведений о себе, чем он намеревался это сделать изначально, – я уже однажды был женат.
– И?
– Она даже считала меня вполне приличным человеком.
Я снова промолчала.
– А потом…
Молчание с моей стороны.
– А потом она умерла.
Вот это называется нанести удар под самый дых. Раз, и я повержена на землю. Ведь на такое сообщение невозможно не отреагировать. Тут уже не отмолчишься.
– Сочувствую. Мне очень жаль, что так случилось. – Я повернулась к нему лицом, замерев в неловкой позе у стола.
– Мне тоже. Но такова жизнь… Жизнь и смерть, они ведь всегда идут рядом, не так ли?
– Вы правы, – ответила я, вспомнив Па Солта.
Последовала еще одна короткая пауза. Потом он глянул на часы, висевшие на стене, и сказал:
– Мне пора. Работы невпроворот. У меня в запасе осталось всего лишь три месяца, чтобы разобраться с целой кучей просроченных и неоплаченных счетов. Спасибо за ужин.
Оставив недопитую бутылку с пивом на столе, Мышь удалился через черный вход.
* * *
Всю ночь я промучилась без сна. Чувствовала я себя ужасно. Мне было стыдно, потому что я понимала: вчерашний внезапный уход Мыши был спровоцирован моей внешне безразличной реакцией на его слова о смерти жены. Да, пусть он грубый и неприятный человек, но поделился же он со мной, в конце концов, своими душевными переживаниями. А я в ответ произнесла каких-то пару банальных фраз, и все.
По сути, позволила себе опуститься до его же уровня.
Промучившись от собственных невеселых мыслей, я кое-как поднялась с постели с восходом солнца, в начале седьмого утра. Быстро натянула на себя все свои теплые одежки и направилась прямиком на кухню.
А там занялась тем, что, как знала по собственному опыту, может успокоить меня лучше всего. Решила испечь торт.
После завтрака я попросила Рори отвести меня на ферму к дяде Мыши. В ответ мальчик энергично закивал головой в знак согласия.
– Я подумала, что, если мы возьмем с собой торт в качестве подарка для него? – поинтересовалась я у Рори.
– Здорово! – воскликнул Рори и вскинул вверх два больших пальца в подтверждение своих слов. – Мышь, он ведь такой одинокий.
Итак, мы тронулись в путь. Рори на своем велосипеде, я пешком с жестянкой в руке, в которую предварительно поместила торт. Мы прошлись по дорожке от дома, потом пересекли проезжую часть дороги и перешли на другую сторону шоссе. Рори уверенно рулил вперед по узенькой, заросшей травой тропинке вдоль обочины. Я шла и вдыхала полной грудью свежий воздух, пахнущий уже глубокой осенью. Вот какая она, эта поздняя осень в Англии. С полей доносился легкий запах перегноя. Это гнили в земле остатки урожая минувшего лета, удобряя собой почву и подготавливая ее для следующей весны.
– Вот! – Рори ткнул пальцем в знак, указывающий направление в сторону заросшей бурьяном подъездной дороги. Рори покатил впереди, а я с тортом в руке осторожно пробиралась следом за ним. Наконец показался и сам дом. Простое, но крепкое на вид здание из красного кирпича без каких-либо архитектурных излишеств. Ничего общего с родовой усадьбой по другую сторону дороги. Если Хай-Уилд с первого же взгляда производит впечатление аристократа, то Домашняя ферма Мыши – это типичный образчик представителя простого рабочего люда: минимум удобств и красоты.
По центру дома – большая входная дверь, когда-то, давным-давно, выкрашенная в темно-красный цвет. Однако почти вся краска уже успела облупиться, являя взору потемневшую от времени древесину. Перед домом торчали кусты лаванды, тоже старые-престарые. По-хорошему, их уже давно следовало бы выбросить вон и посадить новые. Тем не менее запах лаванды явственно витал в воздухе. Рори со знанием дела объехал вокруг дома и притормозил возле черного входа.
– Постучи! – показала я рукой. Он постучал с явным удовольствием, наслаждаясь вибрацией древесины под его пальцами. Никакого ответа не последовало.
– Еще раз постучи, – предложила я.
– Да у него всегда открыто. Пошли так.
– О’кей, – уступила я. – Пошли.
Чувствуя себя не вполне комфортно от того, что вторгаюсь на чужую территорию без спроса, я осторожно проследовала за Рори на кухню, которая полностью повторяла, но только в миниатюре, ту кухню, которую мы недавно покинули. Разве что хаоса и беспорядка в ней было еще больше, чем у нас. Сосновая столешница обеденного стола была вся завалена газетами, какими-то бумагами, смахивающими по внешнему виду на банковские счета, чеками, квитанциями, рецептами и прочее, а также заставлена чашками с остатками застарелого кофе. Под порывом ветра, залетевшего в распахнутую дверь, пара бумажек спланировали со стола на пол. Я поставила торт на стол, а сама нагнулась, чтобы подобрать их, и в эту минуту в кухню вошел Мышь. Появился откуда-то из глубины дома.
Он взглянул на квитанции в моей руке и слегка нахмурился.
– Они валялись на полу, – проговорила я извиняющимся тоном, кладя бумаги обратно на стол. – Мы привезли вам подарок. Рори, вручи дяде банку.
– Это испекла Стар, – прожестикулировал он, обращаясь к Мыши. – Для тебя.
– Это торт с лимонной цедрой, – пояснила я.
Мышь глянул на жестянку с таким видом, будто в ней лежала бомба.
– Спасибо.
– Не за что.
Какое-то время мы все трое стояли молча, переминаясь с ноги на ногу. На кухне царил зверский холод. Меня уже даже начало трясти. Плита не работала, и если снаружи дом еще обещал наличие некоего уюта, то внутри ничего похожего на уют не было и близко.
– У вас все в порядке? – поинтересовался у меня Мышь.
Читать бесплатно другие книги:
