Я извлекала шарики фундука из шоколадки и поочередно отправляла их в рот. У подъезда своего дома. Зимним вечером. Чтобы дома не отобрали...

Меня это насторожило. Как-то неправильно я пыталась отстоять свои личные границы. Надо было что-то решать. И я решила — обзавестись тайником. Не для браслетов и колец, не для денежных пачек и флешек с компроматом. В недрах шкафа, за джемпером и лыжными штанами, обосновались мои любимые кокосовые вафли, бутылка Pepsi без сахара, коробочка зефира и растрепанная фольга, манящая запахом шоколада.

Все это добро я прятала от своего шестилетнего сына. Мамы поймут.

Запасы изредка пополнялись, а растворялись неспешно… Ни с чем не сравнимый кайф — потянуть из шуршащего пакетика вафлю и дать ей раствориться на языке. А потом заглянуть в детскую, где малыш хрустит такими же вафлями. У сына свои, у меня свои. И никакой дележки: «Сыночек, угости меня, пожалуйста», «Я съем еще две и, обещаю, больше не буду», «Все, это точно последняя!».

Стена моей секретной зоны была выложена из комфорта и права на личное, не принадлежащее даже самому дорогому человечку на свете. Только мое, без этих детских хитростей: «Половинка шоколадки? Тебе зачем? Растолстеешь, мамочка!»; «У тебя Pepsi без сахара? Она тоже вкусная, мне подойдет!». А вот этот шедевр я даже увековечила, записав в семейный фотоальбом: «Ты поделишься со мной конфетами, потому что ты моя мама. И когда ты делишься, таким образом ты тоже меня воспитываешь. А мне с тобой делиться необязательно, потому что ты уже воспитанна!»

«Эгоистка!» — приговорила бы меня моя бабуля. У нее, начальницы мужского общежития и Королевы порядка, вселенский был контроль.

«Эгоистка!» — слышала пятилетняя я, стоило ма-а-аленькой ниточке оказаться на паласе или крошкам возле опустевшей тарелки.

«Эгоистка»... Я не понимала значения этого слова, но пугалась и старалась не гневить бабушку. Мне казалось, что эгоист — это человек, который сорит на полу. А мама говорила, что эгоист — это человек, который никого не любит. А папа говорил, что это тот, кто любит только себя. Бабулю я любила, себя и маму с папой тоже. Сплошная путаница была с этими эгоистами.

Я выросла, стала психологом и разложила «эгоиста» по полочкам. Профессия и многолетний опыт практики научили меня примерять понятия, названия, определения на каждую ситуацию индивидуально, подобно портному, который прикладывает сметанный костюм к фигуре клиента. Поэтому давайте для начала разберемся с «эгоистом» №1 в этой главе, то есть со мной.

Когда года в четыре сын открыл для себя мир съедобных «вредностей», шансы побаловать мои вкусовые рецепторы резко сократились. Шуршание пестрой упаковки выманивало малыша из любого уголка квартиры, маленькие ручки ловко извлекали из моего рта каждую конфетку, зефирку, вафельку. Приходилось делиться сладостями или вовсе оставаться без них, даже если у сына было достаточно таких же. Ведь мамино вкуснее! Мои пояснения, примеры из жизни, доводы и вяленькое «нет» не работали. Не жадничала, не раздражалась, люблю сына без ума. Но просто хотелось наедине с собой прожевать кусочек. Потому что я просто человек, а не только мать! Мамы поймут.

Вот так, эмпирическим путем и родилась идея тайника. Теперь все было на своих местах — и мои границы, и лишние для ребенка дозы сахара. Зато мне не нужно было прятать морскую капусту и брокколи. Точно не отберет!

Что плохого в том, чтобы выбрать себя, не навредив при этом другому человеку и ни в чем его не ограничив?

В обществе понятие «эгоист» окрашено в негативный оттенок и предполагает нечто неприличное, ему рисуют «нечеловеческое» лицо. Подразумевается, что эгоист — это тот, кто безразличен к потребностям, чувствам других людей и сконцентрирован исключительно на себе. Никто не хочет прослыть эгоистом и быть изгнанным из «общественного рая».

Во время консультаций клиентов и в дискуссиях с коллегами я не использую слово «эгоист», потому что оно не является психологическим термином. «Эгоиста» как психотипа или акцентуации характера не существует.

Я спорю с обществом, рискуя быть закиданной помидорами. И у меня есть официальное заявление:

Дорогое Общество! Ты перепутало признаки расстройства нарциссической личности и поведение человека, который умеет позаботиться о себе.

А также привычку одних людей использовать других, перекладывая на них свою ответственность.

И когда те, кого использовали, делают свои границы жестче, то «пользователям» становится неуютно. Они злятся на свой дискомфорт и обвиняют в эгоизме тех, кого больше не получается использовать.

В чем разница между проявлениями эго и нарциссической личности?

Эго (от лат. ego — я) — это рациональная часть личности, которая отвечает за ваши способности принимать решения, выбирать, действовать.

При этом вы осознаете свои потребности и желания. Здесь просто: вы решаете, что вам нужен новый телефон — идете в магазин — выбираете модель — покупаете — пользуетесь.

Также эго отвечает за наше «нет». Благодаря этой функции мы можем вовремя отказаться от того, что нам не нужно или неполезно. Если вам неприятна соседка баба Галя, то вы не ходите к ней в гости и не обсуждаете с ней соседа Борю. Вы говорите «нет» вашему контакту и ограничиваетесь только сухим «здрасьте».

Если эго-функция в норме, то человек знает, чего хочет, долго не сомневается. А если сделал неправильный выбор, то не грызет себя сожалением и самообвинением, а делает выводы, исправляет ошибку. Такой способ контактирования с миром и с собой означает умение позаботиться о себе.

Нарциссическая личность — это человек с завышенной самооценкой, который поддерживает самоуважение через внешнее подтверждение. Собственная значимость у нарциссов выше некуда. Интересы и чувства других людей они не замечают и не учитывают. Нарциссам сложно строить близкие отношения, потому что этот процесс предполагает взаимообмен. Они хотят многого для себя, не отдавая партнеру ничего взамен.

Помните заледеневшее сердечко Кая из сказки «Снежная королева» и растерянность Герды от невозможности приблизиться к мальчику? С нарциссами вы чувствуете себя так же. Их эмоции заморожены. Но только в отличие от сказочного героя любовью их не отогреть. У них любовь одна и на всю жизнь — к себе.

Окружающих людей нарциссы используют как функцию для удовлетворения собственного комфорта.

Вышеописанных личностей часто и называют «эгоистами». Но никакого отношения к ЭГО и его функциям такие характеристики не имеют.

Если неправильно использовать это определение, то всех нас без исключения можно будет назвать «эгоистами».

Почему?

Все, что мы делаем для других, мы делаем прежде всего для удовлетворения собственных психологических потребностей. Часто — неосознаваемых.

Как это? Поясню на примерах. Для этого приглашаю заглянуть в мой кабинет.

Марина пришла на терапию с запросом: «Хочу полюбить себя».

— Каждый раз одно и то же повторяется! Для своих друзей я как будто мама. Забочусь о них, беспокоюсь, помогаю решать проблемы, они советуются со мной. И не только с друзьями так, со всеми вокруг. Кто-то что-нибудь попросит, я откладываю свои дела и бегу помогать. Почему? Зачем я так все время делаю? Сделаю, а после уже понимаю: ну вот, опять! Я не против помогать, но у меня с этим перебор. Я же им всем не мама!

— А что происходит у тебя внутри, какие ты испытываешь ощущения, когда окружающие обращаются к тебе, когда ты помогаешь и заботишься? — спрашиваю я клиентку.

Минуту Марина вглядывалась в пейзаж за окном, потом распрямила плечи и заулыбалась:

— Я чувствую себя нужной, важной, ценной. Но это как-то неспециально, подсознательно, что ли…

— Марина, ты чувствуешь себя нужной, важной, ценной. Это и есть ответ на твой вопрос «зачем?».

Кирилл хочет научиться заботиться о себе больше, чем о других.

— Я так никогда не накоплю себе на квартиру! Родственники и друзья постоянно одалживают у меня деньги. И не всегда отдают, кстати. По правде говоря, почти никогда не отдают… Я вроде понимаю, что краник давно надо было прикрыть, но каждый раз как-то само получается — опять даю деньги.

— А какие мысли у тебя возникают в тот момент, когда даешь деньги? — провоцирую я Кирилла на осознавание.

— Вроде как им сейчас нужнее… И всегда верю, что отдадут. Ничему печальный опыт меня не учит, — Кирилл потер ладонями лицо. — Как так-то? Почему я это делаю?

— Кирилл, попробуй сейчас вспомнить одну из таких ситуаций и прислушайся к себе. Каким ты себя ощущаешь, когда они просят, а ты даешь?

Он отвечает без паузы, уверенно:

— Достигшим чего-то в жизни. Большим и добрым, благородным. Я — могу!

— Кирилл, ты это делаешь, потому что чувствуешь себя достигшим чего-то в жизни, добрым и благородным. Ты сам это называешь, услышь себя.

— Хм… Не смотрел с такой стороны.

Если бы у Общества была возможность подслушать мои разговоры с клиентами, оно бы возразило: «Ну какие же это эгоисты! Марина и Кирилл хорошие, они для людей стараются!»

Точно. Но в ущерб себе…

Когда удобно окружающим, но некомфортно самому, это говорит о том, что функция ЭГО делает неправильный выбор для своего обладателя.

У этих двух клиентских историй есть продолжение длиною в личную психотерапию.

Марина училась ценить себя, свое пространство и время, не озираясь на окружающих. Это непростой навык, требующий времени и наработки. Миллиграммы инъекции с новым предъявлением себя постепенно заменяли привычные мысли.

Из прежних размышлений Марины:

«Что подумает про меня воспитательница детского сада, если я откажусь нарисовать плакат для утренника…»

«Моя подруга не захочет со мной больше общаться, если я намекну, что она слишком часто остается у меня ночевать, когда ссорится с мужем…»

«Мама обидится, если я не пойду с ней на шопинг в воскресенье...»

«Соседка перестанет здороваться, если я не буду снова сидеть с ее ребенком…»

Да, да, да! «Пользователям» станет некомфортно. Но вот на что стоит обратить внимание.

Грань между «просить о помощи» и «перекладывать ответственность» такая же тонкая, как между «помогать» и «позволять собой пользоваться».

Подруга, соседка, воспитательница не позаботятся о ваших границах, пока вы не начнете говорить «нет».

С вами все в порядке, если возникла потребность сказать «НЕТ» другому человеку.

И — ДА, С ЛЮДЬМИ ТАК МОЖНО! Они справятся!

Сказать «нет» можно по-разному. Вот что стало получаться у Марины.

Подруге: «Кать, люблю тебя и всегда рада пообщаться. Но у меня нет возможности так часто принимать тебя на ночевки. У тебя проблемы в семье, и я очень сочувствую. Могу дать контакт хорошего психолога».

Воспитательнице: «Простите, но у меня нет времени. Я в этом году уже покрасила лесенку на площадке и оформила корзину с дарами осени для городской ярмарки. А ведь у нас в группе еще восемнадцать пар родителей».

Маме: «Извини, у меня сегодня единственный выходной. Я отправлю детей гулять с мужем, а сама наконец высплюсь. Мамуль, у тебя отличный вкус, и я уверена, что ты выберешь себе идеальное пальто!»

Соседке: «Оль, я очень хорошо отношусь к тебе и твоей дочке. И обязательно помогу, если случится что-то серьезное. Но сейчас у меня больше нет возможности так часто сидеть с твоим ребенком».

Не всем друзьям и родственникам понравилась «новая» Марина. Догадываетесь, что ей сказали «пользователи», прежде чем отдалились? Правильно: «Ты. Стала. Эгоисткой!» Рядом остались те, кому Марина была важна просто потому, что это она, а не потому, что она была полезна.

С Кириллом мы заглядывали в детство на протяжении десяти сессий. Там — родительские требования с посылом «любовь надо заслужить»:

«Если ты не будешь послушным, тебя никто не будет любить».

«За что тебя хвалить? Ты заработал? Похвалу нужно заслужить».

«Людям нужно отдавать, тогда и они к тебе будут относиться по-хорошему». (Вот это в жизни особенно не работает! Простите, не удержалась.)

Там мамины недельные демонстративные молчанки… За порванную куртку, за потерянные сто рублей, за учительское «отвлекается на уроках» в дневнике.

Кирилл зарабатывал, заслуживал, заслуживал, зарабатывал, как мог, как понимал, как умел — по-своему, по-детски. Но детство закончилось, родители уже не требуют, а неосознанная привычка заслуживать осталась.

Постепенно, по одному градусу Кирилл учился поворачиваться к себе и говорить окружающим «нет». Теперь он доказывает что-то только одному человеку — себе. Он не перестал помогать, но больше не позволяет собой пользоваться. Купил квартиру. Правда, это не понравилось его тете: «Эгоистом стал! Себе квартиру купил, а сестре достроить дом не помог…»

Я как мама нашла способ оставить свои границы в неприкосновенности, не обделив при этом ребенка. Марина повысила самооценку, никому не навредив. Кирилл обрел чувство собственного достоинства, не раздав деньги. Мы эгоисты? Друзья, решайте сами. И будьте немного «эгоистами» — это полезно для здоровья!

Резюме главы

1. Приговор «эгоист».
2. Выбрать себя, не навредив другому.
3. Быть «эгоистом» — это неприлично в глазах общества.
4. Функция эго и нарциссизма.
5. Мы делаем для других, но при этом удовлетворяем собственные психологические потребности.
6. «Эгоист» и чужая ответственность.
7. Говорить «нет» — можно.

— Я получу двойку за контрольную, — буркнул мой четырнадцатилетний сын, пряча ногу под одеяло.

— Почему ты так думаешь? Не подготовился? — подыграла я, зная, что это не так.

Стрелка часов волновалась около отметки «10», а я — возле двери комнаты Марка, заглядывая туда раз восемнадцатый. Розовые уши, подсвеченные настольной лампой, все еще торчали из-за спинки кресла. Сын готовился к контрольной с семи вечера. Щелкала клавиатура ноутбука, шуршала ручка по тетрадному листу, стопка шпаргалок неспешно пополнялась новыми полосками, усеянными «гарантом знаний».

— Я готовился, но не жду ничего хорошего от этого события, — вздохнул Марк, разворачиваясь к стене. Последнее слово проглотило одеяло, натянутое на голову.

— Но ты ведь не всегда получаешь двойки. Даже очень редко. И пятерки случаются. Какая разница: ждать пятерку или двойку? Ты, вообще, какую оценку хочешь получить?

— Я хорошую хочу. Но лучше ждать плохую.

— А смысл?

— У меня своя теория на этот счет.

Я погасила свет и погрузила нашу беседу в шепот.

— Поделишься своей теорией? Может, и мне пригодится для работы, — улыбаюсь я в темноту.

— Понимаешь, когда ждешь плохого и оно случается, не так обидно становится, потому что ты был как бы уже готов к этому. А если вдруг получаешь хорошую оценку, то это неожиданность и праздник! — вскочил и сел в кровати Марк.

«А еще это смахивает на предостережение для мамы: получил двойку — ну, вроде как предупреждал, — подумала я. — Он, конечно, готовился, но, похоже, в материале плавает. Не уверен. Хитро закрученная теория. Сейчас он переживает за контрольную по физике, а вот про контрольную по английскому, которым занимается дополнительно, не обмолвился».

Скользкая это штука — негативное мышление, неоднозначная. На нее удобно опираться, но не как на собственные крепкие ноги, а скорее как на костыли.

За плохие оценки я Марка не ругаю. «Двойка — это ошибка. Имеешь право, ты — живой человек. Но ошибки надо исправлять. Ведь самому же неприятно… Значит, выучи, договорись с учителем и перепиши. Если, конечно, выберешь улучшить ситуацию», — такая моя позиция. А свой «мамско-психологический спич» на тему его теории отложила до завтра, чтобы обсудить на свежую голову.

— Любопытная у тебя теория. Но сейчас я предлагаю думать не про то, что ждет завтра, а про то, что у тебя есть прямо сейчас: твоя мягкая кровать, тяжелые веки, уставшее тело… Все, что ты мог сделать сегодня, ты уже сделал. Помнишь про здесь и сейчас? Спи, дорогой.

***

Чему я точно не стану учить своего сына, так это «позитивному мышлению».

Не призываю я к этому и своих клиентов.

Не выделю «позитиву» и страниц этой главы.

Негатив/позитив, плохой/хороший, несчастный/счастливый — это крайности.

Переход на «темную сторону» категоричности — это брак в работе психолога.

«Я безумно счастлива!» или «Жизнь не удалась» навсегда не бывает. Меняются обстоятельства, наше отношение к ним, мы сами. Находиться в крайних состояниях мы можем лишь эпизодически. Разброс между — поле, по которому я собираю анамнез и факты, выращиваю и перепроверяю гипотезы. И только после, обнаружив причину и обозначив флажком на поле, мы с клиентом перерабатываем ее: отшелушиваем лишнее, проживаем неслучившееся, удобряем ресурсами, соединяем с реальностью безопасными порциями.

Причины негативного мышления:

• заниженная самооценка;
• депрессивное состояние;
• тревожно-фобическое расстройство;
• психологическая травма;
• установки, навязанные другими людьми;
• особенности психотипа;
• состояние здоровья;
• стрессовая ситуация;
• кризис — ситуационный или возрастной;
• переутомление, выгорание.

Если одно из этих словосочетаний для вас с горчинкой, значит, проблема есть, и я приглашаю вас на психотерапию. А если все «флажки» остались в руках и вы скользите взглядом ниже, то я буду подозревать причину, которую не принято дописывать даже со звездочкой…

Вы мыслите негативно, потому что вам это выгодно.

За полем — лес. Труднопроходимый и темный. И не каждый готов туда двигаться. В поле все прозрачно, хорошо видно и поэтому контролируемо. А по лесу придется продираться: царапают ветки, плутает тропа, непонятно и боязно — вдруг зверь какой выскочит... Туда не хочется, туда — сложно.

Это место, в котором некоторые клиенты решают закончить с психотерапией. Их останавливает сопротивление, которое защищает от неизбежного дискомфорта на пути к переменам, непредсказуемому результату, другому уровню ответственности, к новому себе.

Мне жаль… Потому что именно в этом месте психотерапия часто погружается на глубину.

Изящно выразил идею о сопротивлении французский психоаналитик Жак Лакан: «…Сопротивление происходит от невозможности субъекта преуспеть в области реализации своей истины»¹². Подвинуть сопротивление можно только действием. Обратите внимание: я не призываю вас «избавиться», «убрать», «побороть». Это термины насилия над собой. Попробуйте, и вы вернетесь к тому же сопротивлению, только укрепленному втрое.

Сопротивление изменениям — это нормальный, естественный процесс психики, защитная реакция перед неизвестностью.

С сопротивлением сталкиваются абсолютно все люди в ситуации новизны.

Но чем отличаются те, кто получает результат и развивается, от тех, кто негативно мыслит, перекладывает ответственность на фатум, ищет оправдания, прокрастинирует? Только одним — первые не дают сопротивлению перекрыть свой путь, сдвигают его в сторону. Оно никуда не девается. Толкает в плечо, дышит в ухо, жужжит страхами, ставит подножки, иногда выскакивает на середину дороги. Но человек все равно двигается. Как умеет: с присущим его темпераменту темпом, с рывками, остановками, откатами, иногда взлетами, порой обходными тропами. Но двигается.

Ну вот, начала со скучной школьной контрольной, а тут такое: сопротивление с буреломами... Вы еще со мной? Не напугала? На самом деле все это не страшно, просто глаголов «действуйте», «двигайтесь», «делайте» в тексте становится больше.

***

Со школьной подругой Верой мы не виделись пять лет. Встретились.

— Ты почти не изменилась! — обняла меня Вера.

Вечером за ужином, взбалтывая вино в бокале, Вера спросила:

— Признавайся, как тебе удается оставаться такой стройной? Мне вот, похоже, не судьба уже похудеть…

— Верунчик, болеешь чем-то? Гормональный сбой? — забеспокоилась я.

— Да нет, не болею, слава богу, — отмахнулась подруга.

— А почему «не судьба похудеть» говоришь?

— Ну-у знаешь… Не всем это дано! Не тот я человек по характеру, не получится у меня… Да и возраст… — прозвучало как заученное четверостишие.

— Возраст… Нам с тобой по сорок три! Вера, давай так: ты похудеть хочешь?

— Да.

— Что для этого делать нужно, знаешь?

— Знаю.

— ДЕЛАЕШЬ?

— Нет.

— Вера, а я ДЕЛАЮ. А когда перестаю делать, тоже начинаю поправляться и тоже у меня случается «не судьба», — больше мне нечего было добавить.

Вера перешла на другую тему, подлив себе вина.

«У меня не получится», «я не способна», «не судьба», «карма у меня такая», «трудное детство», «я невезучий», «все зря», «государство во всем виновато», «меня обманут», «никто не поймет», «кому-то не понравится», «все равно мы все умрем», «я не жду ничего хорошего», «меня не ждет ничего хорошего» — выгодно так думать и верить, чтобы НЕ ДЕЛАТЬ.

Почему именно «выгодно»? Негативное мышление — это не только мыслительный процесс, но и эмоциональный. Насыщенный, емкий, энергозатратный. Как проживание еще одной жизни в жизни: вы страдаете, боитесь, горюете, злитесь, обижаетесь, возмущаетесь, впадаете в беспомощность, заставляете себя, жалеете, разрешаете себе, запрещаете себе, бросаете, ругаете себя, ненавидите, опять начинаете, хотите и не можете, откладываете и выбиваетесь из сил. Есть чем себя занять!

В этом процессе вы как будто отрываетесь от реальности, в которой нужно совершить одно маленькое действие. А потом второе. А потом… возможно, ошибиться, возможно, услышать чью-то критику или разочароваться, или сделать шаг назад. А возможно, порадоваться новым результатам, или заработать на машину, или влюбиться в свое творение, или заснуть счастливым, потому что получилось принести пользу. Кто знает… Выгодно проживать знакомую жизнь, гарантированно без рисков.

У нашей психики есть свойство — стремиться к изменениям ровно в той же степени, что и к статичности.

Изменения равно риск. Статичность равно ощущение безопасности.

Эта особенность задает плавность между резкими рывками и остановками в развитии человека.

Славик создает сайты, работая удаленно в однокомнатной съемной квартирке. Но он мечтает о собственной IT-компании.

— Я хочу, но не могу начать, — описывает он свое затруднение.

— Славик, о чем вы думаете, когда хотите сесть за работу и не можете? — пытаюсь я прояснить ситуацию.

— Думаю о своем бизнесе, о новом уровне жизни, о том, что смогу зарабатывать в пять раз больше, занимаясь любимым делом.

Я представляю себя на месте Славика, и мне становится некомфортно. Его мечта бьет в глаза дальним светом. Мне хочется зажмуриться. Я представляю, как выжимаю тормоз, закрываю лицо руками и съезжаю на обочину. Такая далекая цель меня пугает, то же происходит и с моим клиентом. В этом месте психика начинает тревожиться, протягивая одну лапку к диванной подушке, а другой цепляясь за то, что ей хорошо знакомо.

— Славик, что вы можете сделать для своего проекта прямо сегодня? Или за три дня, оставшиеся до конца недели? Что-то небольшое, — «переключаю дальний свет на ближний».

— М-м-м… Написать один-два кода для стартовой программы, которую я ковыряю уже полгода.

— Стоп. Следующую задачу поставим вместе на встрече через неделю, — прервала я клиента, предупредив его скачок.

Нарисуйте сегодня один эскиз, не думая о выставке своих картин через год. Выпейте перед сном стакан воды вместо чая с сахаром, не думая о похудении на двадцать килограммов. Посвятите полтора часа просмотру банковских предложений о кредитах, не думая об организации целой стоматологической клиники.

Сделав одно маленькое действие, вы покажете своему мозгу: смотри, мы так умеем! И своей психике: смотри, это не опасно! Получив такой опыт не-опасности, легче двинуться дальше.

Я спрашиваю у Славика:

— Что вам мешает заниматься своим проектом?

— Не знаю, что мешает. То ли вдохновения нет, то ли уверенности. Я могу зажечься, поработать, новые идеи появляются, но… Надолго меня не хватает, я гасну, возвращаюсь к старому, впадаю опять в негатив.

Писатель и преподаватель писательского мастерства Екатерина Оаро прекрасно рассказала о мифе вдохновения. Я привожу цитату из ее книги «Держись и пиши», одобрительно кивая в ответ на каждое предложение.

«Я пишу эту главу и привожу вам цитату за цитатой, чтобы показать, что роман на одном только порыве, на одном только вдохновении не создать. Что романы рождаются не только от искры, но с помощью дисциплины, самоограничений и упорства. Что сложности — это часть процесса, к которой лучше быть готовыми. Пересекая в маленькой ванне большой Атлантический океан, вы попадете в шторм, но и видами налюбуетесь вдоволь. Мне кажется, самое здравое, что может сделать автор — помнить о том, что сложности, сомнения, потеря интереса — просто один из этапов работы над большой вещью.

И что даже Лев наш Николаевич иногда прокрастинировал:

7 сентября 1875 года

"...С своим романом вожусь по утрам, но не берет, и ухожу на охоту".

[…]

15 марта 1876 года

А. А. Фету

"Я все мечтаю окончить роман до лета, но начинаю сомневаться"»¹³.

«Каждый раз, когда я преодолеваю собственное сопротивление и все-таки пишу, я вспоминаю слова Стивена Кинга: "Любители сидят и ждут вдохновения. Остальные из нас просто встают и идут работать", — и чувствую себя не размазней, а профессионалом»¹⁴.

Славик не писатель. Вы, возможно, тоже. Но все же примерьте вышенаписанное на свою деятельность. По-моему, эта истина универсальна.

Как психолог я могу только поддакивать: делайте, делайте, делайте. Как получается: по сантиметру в день; раз в неделю по тридцать минут или по три дня раз в месяц; на диване с ноутбуком или под музыку в спортзале; с поддержкой друга или в одиночку. Просто делайте. И тогда вы заметите интересный феномен:

Ваши действия перевоплощают каждую негативную мысль в разрешение себе — быть разным и допускать неожиданный исход дела.

Почувствуйте, как по-другому звучит: «ПУСТЬ у меня ничего не получится», «ПУСТЬ меня не ждет ничего хорошего», «ПУСТЬ это кому-то не понравится».

«ПУСТЬ» стремится продолжиться «НО»: «НО все равно я буду делать!»

Если цель поставлена, значит, вы «укомплектованы» для ее реализации: у вас есть мотивация, мечта, план, силы, время, место, способности, опыт. А если чего-то не хватает и вы не находите способа себе это организовать, то, возможно, стоит по-честному себя спросить: «А моя ли это цель на самом деле?»

Ответили? И неважно, что вы ответили. Ведь дальше вам придется действовать: начать двигаться к выбранной цели, поставить другую или просто сменить тему, подлив себе вина.

***

— Марк, как контрольная? — спросила я сына на следующий день.

— Так себе… Нормально. Но я не все написал. Я же говорил, что надо ждать плохой оценки! — победоносно ответил Марк.

— Марк, как думаешь, что произойдет, если ты не будешь ждать ни плохого, ни хорошего? — сделала я психологический заход.

— Это как? А что делать?

— Во-о-от! Именно «делать»! Ты угадал. А это так: ты готовишься к контрольной и говоришь себе: «Интересно, что из этого всего получится?» Ты испытываешь любопытство, интерес. И еще, смотри, какая штука получается: ты не все написал на контрольной, а значит, уже видны дырки в твоих знаниях. И вместо того чтобы вздыхать о плохих результатах, подучи материал, в котором плаваешь. Вместо того чтобы ждать и грустить, сделай.

— Ну-у… Я подумаю, — протянул сын и пошел переваривать информацию. — А ты не будешь меня ругать, если все же двойка? — выкрикнул он на всякий случай из-за угла.

— Не знаю, ведь я ничего не жду. Но что я знаю точно, так это то, что могу помочь тебе разобраться с физикой, если будет непонятно.

Резюме главы

1. Удобно опираться на негативное мышление, но только как на костыли.
2. «Позитивное мышление» — это крайность.
3. Причины негативного мышления.
4. Вы мыслите негативно, потому что вам это выгодно.
5. Сопротивление изменениям преодолевается только действием.
6. Выгодно думать негативно, чтобы бездействовать.
7. Сделайте одно маленькое действие сегодня, не думая о великой конечной цели.
8. Миф о вдохновении.
9. Действия перевоплощают каждую негативную мысль в разрешение себе.
10. Любопытство вместо негатива.

Двигались в танце тела, в такт музыке мерцал свет, выдергивая из темноты то Пашкино раскрасневшееся лицо, то Ларисины ножки, которые плавно скользили по танцполу.

— Последний! Ребят, последний танец молодых! — кричал нам Паша, указывая рукой на пространство между собой и Ларисой.

Он обхватил партнершу за талию, притянул к себе и стал что-то быстро говорить на ухо. Лара рассмеялась, они вернулись на свои места за столик.

— Ну, за наш с Лариком развод! — поднял Паша бокал с шампанским над головой.

Мы дзинькнули и опустошили бокалы «за развод».

Ровно два года назад, тем же составом друзей плюс еще тридцать пять человек, мы дзинькнули и опустошили бокалы «за вечную любовь» на свадьбе Паши и Ларисы. 18 мая! Они устроили вечеринку в честь своего развода в тот же день, что и свадьбу. И пригласительные даже разослали: «Клуб "Желтая зебра", 19:00. Мы развелись и приглашаем тебя отпраздновать это событие. Подарков не надо, берите с собой только хорошее настроение!»

Паша был моим другом детства, и взрослой жизни не хватило то ли сил, то ли времени, чтобы расколоть нашу дружбу. Пока я училась на четвертом курсе, Паша уже верил в меня как в профессионального психолога, и об их отношениях с Ларисой я была осведомлена, возможно, подробнее, чем хотела бы.

— Перегорело, понимаешь? И у нее, и у меня, — делился со мной Паша историей своего развода. — Мы много и откровенно об этом говорили. Я очень уважаю эту женщину, и она меня тоже. Но вот любви больше нет — самого главного! Мы стали друг другу, как такие — знаешь? — «качественные» брат с сестрой... И жизненные цели, как показало время в браке, у нас разные. Мы оба не видим смысла при таком раскладе заводить детей и пытаться строить отношения дальше. Решили развестись. Как говорится, «слезть с дохлой лошади». Но ты себе даже не представляешь, как много мы об этом разговаривали, сомневались, прислушивались к себе, чтобы понять, не делаем ли ошибку. Решили расстаться по-хорошему, цивилизованно, высказали друг другу все. Вот прям все! У меня теперь пусто и спокойно внутри. И только благодарность к ней. То-о-олько!

Тогда эта история казалась мне просто немного странной. И я ответила Паше что-то вроде: «Хорошо, что хорошо кончается». Но сейчас, имея пятнадцатилетний опыт работы с темой отношений, я назову этот случай «редким».

«Мы много и откровенно об этом говорили»; «сомневались, прислушивались к себе»; «решили расстаться по-хорошему»; «высказали друг другу все»; «у меня теперь пусто и спокойно внутри». У Паши и Ларисы получилось осознанно завершить отношения, не оставить вопросов друг другу и распрощаться на финише.

***

Когда ко мне приходит клиент с запросом «у меня вдруг появилась тревога», первое, что я уточняю, — это когда тревога включилась и какие стрессовые события происходили в жизни человека примерно за полгода до этого.

Кира испытывает тревогу уже три месяца. Из разряда необычных событий она назвала свое незапланированное увольнение с работы. Но как «стрессовое» клиентка его не запомнила.

— Там такая история с этим увольнением, про которые обычно говорят «с хеппи-эндом». Я, конечно, была в стрессе сначала, но потом все неожиданно развернулось в мою пользу.

Я проработала в этой компании бухгалтером четыре года. Работала хорошо, несмотря на то что начальство не всегда поступало порядочно: были там проблемы с зарплатой, сверхурочными и так далее. Я закрывала глаза, молчала, потому что работу свою люблю, да и ответственная я, даже, наверное, гипер…

И тут к нам направили нового главного начальника, который принялся наводить свои порядки. В один не самый прекрасный день меня вызывает мой прямой начальник и говорит, что я попадаю под сокращение, что мне нужно уволиться... В тот день у нас разговора не состоялось. Я была в таком шоке, что слова не могла из себя выдавить. Следующим утром проснулась больная и не вышла на работу. Пару дней дома отлеживалась, переваривала свои переживания. И, знаете, такую я чувствовала горькую несправедливость, такую обиду, что решила: а не буду я молчать в этот раз, вот не буду! Да и терять мне, собственно, было нечего!

Я пришла в кабинет к начальнику и все ему высказала: «Это не вы меня увольняете, а я от вас ухожу! Я хорошо работаю, и вы прекрасно это знаете! Ухожу с удовольствием. Мне с вами было плохо». И припомнила ему все эти махинации с неполными выплатами, неоплаченные дополнительные рабочие часы и прочие «некрасивости». Диалога у нас не вышло, на этот раз он был в шоке. Да я и не ждала от него ничего, я для себя это сделала. Мне, знаете, так легко на душе вдруг стало, так свободно! Я домой не шла, а парила, и даже не думала о том, что без работы осталась.

Но самое интересное случилось потом. Начальник попросил личной встречи со мной. У нас был долгий разговор, очень человеческий. Шеф объяснил, что не все от него зависит, что он тоже человек подневольный, говорил про «новую метлу» и о моей ценности как сотрудника. Сказал, что тоже будет увольняться. И предложил помощь в поиске новой работы. Слово свое сдержал: порекомендовал мою кандидатуру в хорошую фирму. Теперь у меня прекрасная любимая работа и зарплата гораздо выше!

Причину тревоги мы с Кирой отыскали. Но ее историю с увольнением я тоже занесу в столбец под шапкой «случается редко».

«...Решила: а не буду я молчать в этот раз, вот не буду!»; «Я пришла в кабинет к начальнику и все ему высказала»; «Я не ждала от него ничего, я для себя это сделала»; «Так легко на душе вдруг стало, так свободно». У Киры получилось высказаться и не оставить открытых вопросов, уходя с работы.

С точками и восклицательными знаками, но без многоточий и вопросов — такие завершенные отношения и ситуации составляют в моей практике всего два процента.

А вот что я слышу из кресла напротив гораздо чаще:

— Я вернулся, а ее вещей нет, на звонки и сообщения не отвечает. Я не понимаю ее реакции...