До упора Райан Кендалл

Глава 10

Батарейки в комплекте

Бекка

Я проверяю время на экране ноутбука, наверное, в двухтысячный раз за день. На часах без двенадцати пять, прошло всего лишь две минуты с тех пор, как я проверяла в последний раз, а такое чувство, будто прошло полчаса.

Фу. Сегодня работа ползет особенно медленно.

Обычно мне нравится моя работа. Работать в чудесном мире профессионального хоккея – сбывшаяся мечта. Но с учетом того, что большинство выездных игр этого сезона уже распланировано, мне остается скоординировать не так много поездок моего босса. И поскольку я все еще жду ответа от университета, который пытается заполучить начальника в качестве оратора на вступительной речи, то сегодня мне светит только медленное скольжение по списку административных дел.

Не считая того, что я, словно одержимая, проверяю телефон в ожидании сообений от Оуэна. Внимание, спойлер: их нет. Он все утро провел на тренировке, а потом команда полетит в Колорадо на завтрашнюю выездную игру. У него нет времени общаться по телефону. Даже не знаю, почему я так дергаюсь по этому поводу.

А вот что я точно знаю – вечером субботы Оуэн переломил ход игры.

У меня были оргазмы, благодаря моим собственным пальцам и любой фантазии, которую могло вызвать мое воображение. Но оказалось, что бы я ни делала, это выглядело жалко по сравнению со вчерашним. Я и понятия не имела, что это может быть так. Если мастурбацию под собственные фантазии можно было бы сравнить с игрой хоккеистов-любителей, то вчера вечером состоялся, мать его, чемпионат профессионального уровня. А у нас ведь даже не было секса.

Считайте, мой мир официально пошатнулся.

Раздается стук в дверь кабинета, я поднимаю взгляд и вижу в дверях Оуэна, только пришедшего из душа. От одного взгляда на него мое сердце начинает стучать быстрее. Его неожиданное появление лучше любых текстовых сообщений.

Его глаза вспыхивают, когда он видит меня. Он улыбается этой своей улыбкой. Верхняя губа приподнимается, открывая белые зубы, и на левой щеке появляется ямочка.

Боже, эта проклятая ямочка. Внутри у меня все переворачивается.

– Привет, суперзвезда. Разве тебе не пора на самолет? – Я быстро оглядываю его, отмечая заодно уровень сексуального излучения в моем кабинете. Его мокрые волосы растрепаны, рубашка «Хоукс» под пиджаком липнет к мокрой коже, и мне это очень нравится. Первое слово, что приходит на ум, – вкусняшка.

Оуэн бросает взгляд на часы.

– Да, но у меня вроде как еще двадцать минут. Я хотел повидаться с тобой, прежде чем улететь в другой часовой пояс.

– Ты готов к Денверу?

Он проводит рукой по волосам.

– Думаю, вопрос в том, готов ли Денвер к нам, – отвечает он, хохотнув. – Сегодня на тренировке мы были несокрушимы. У них нет ни единого шанса.

От разряда этой улыбки в тысячу ватт у меня по спине бегут мурашки. Боже, его уверенность так сексуальна. Этот мужчина – хозяин на льду, и он это знает. Не удивительно, что он так притягивает женщин.

– Ну, если они извлекли урок из игры в Нью-Йорке, то уверена, они дрожат от страха.

– Чертовски верно, – отвечает он, уверенно кивнув. – Но я пришел не дела с тобой обсуждать. Вообще-то я принес тебе кое-что.

Когда Оуэн ставит сумку на стол и вытаскивает маленький розовый пузырчатый пакетик с блестящей белой упаковочной бумагой, мое сердце счастливо танцует. Он принес мне подарок?

– Секунду. – Он оглядывается через плечо и опускает спортивную сумку на пол, затем закрывает дверь в мой кабинет, прежде чем сесть в кресло по другую сторону стола. – Вот так. Вперед. Открывай.

Его голубые глаза сверкают ярче, чем обычно, – верный признак того, что он более чем взволнован этим подарком. Но ухмылка на его губах сбивает меня с толку. Я не знаю, что, черт возьми, он задумал, и есть лишь один способ узнать.

Я аккуратно снимаю сначала упаковочную бумагу, затем достаю из пакета прозрачную пластиковую коробочку со странным продолговатым предметом внутри. Мне требуется секунда, чтобы понять, что это.

О. Мой. Гребаный. Бог. Оуэн Пэриш подарил мне вибратор. Ярко-розовый вибратор. Я чувствую, как мои щеки становятся точно такого же цвета. Что за черт?

Как можно быстрее я запихиваю его обратно в пакет. Не то чтобы его мог увидеть еще кто-то, кроме Оуэна, но все же. Мысль о вибраторе в моих руках, пока я сижу за своим столом, кажется мне совершенно неправильной.

– Все в порядке, – заверяет Оуэн, поднимая руки перед собой. – Не пугайся. Дверь заперта. Никто не увидит. – Он коротко смеется, затем добавляет: – Хотя, если бы кто и увидел, то наверняка поздравил бы тебя с великолепной ночью, которую ты проведешь с этой штукой.

Я ошеломленно смотрю на него.

– Когда ты купил… это? – Я указываю на пакет, не в силах назвать это вслух.

– Сегодня перед тренировкой, – отвечает он, пожимая плечами. – Подумал, он поможет тебе не скучать, пока меня не будет. А потом мы сможем поговорить о том, что тебе понравилось… а что нет. Я подумал, было бы неплохо, ну, не знаю, обсуждать то, что тебе приятно.

О боже, хочется немедленно растаять, пусть даже я все еще немного в ужасе от того, что Оуэн – мускулистый спортсмен до мозга костей – предлагает обсуждать мои сексуальные предпочтения, чтобы знать, что мне нравится.

– Ты когда-нибудь пользовалась ими? – спрашивает он тихо и откровенно.

Я киваю и вновь медленно достаю пластиковую коробку из пакета, проворачивая ее в руке, чтобы оценить вес.

– Можешь вынуть его, – говорит Оуэн с ноткой волнения в голосе. – Он не кусается. Гарантирую.

Улыбаясь, я открываю пластиковую коробку и вытаскиваю свою новую игрушку. Она мягче, чем я себе представляла. Такая шелковистая на ощупь, и конец разделен на две секции, одна из которых похожа на кроличьи ушки.

Я удивлена тем, как приятно держать это в руках. Я чувствую себя странно могущественной и очень сексуальной. Может быть, в конце концов, это и не такой уж странный подарок.

– Батарейки в комплекте, – говорит он, кивая на пакет. – Просто отвинчиваешь заднюю часть и вставляешь. Он должен сразу включиться, как только нажмешь эту кнопку. Тут есть несколько скоростей.

Я подмигиваю ему, на моем лице расплывается понимающая улыбка.

– О, ты так хорошо знаком с этими штуками, а?

Он прячет руки в карманы и вновь пожимает плечами.

– Возможно, я провел некоторые исследования. Но эта штука совершенно новая, так что не подозревай лишнего.

– Об этом я и не переживала, – смеюсь я. – Но спасибо, что успокоил.

Пока я отвинчиваю крышку, Оуэн подскакивает открыть упаковку батареек и вручает мне три прежде, чем я успеваю спросить, сколько их тут нужно. Может быть «знаком» – не точное слово. Если он это имел в виду, когда говорил, что его вкусы не так ванильны, то я только за.

– Итак, вот в чем суть. Я вполне готов терпеть столько, сколько тебе потребуется, и вчера я получил массу удовольствия. Мне просто не понравилось видеть, как ты переживаешь, и поскольку нам обоим надо поближе познакомиться с твоим телом и узнать, что тебе нравится… я подумал, это может помочь.

Он смотрит, улыбаясь, в глазах его читается надежда, и я улыбаюсь в ответ.

– Да, думаю, это неплохая идея. – Теперь я нервничаю не столько от смущения, сколько от возбуждения.

Кто бы мог подумать, что секс-игрушка способна стать проявлением заботы?

Вставив в свою новую игрушку последнюю батарейку, я вновь завинчиваю ее и нажимаю кнопку на ручке. Мой крошечный розовый кролик жужжит быстрее, чем я могла себе представить. Это что, самая низкая скорость? Мои глаза удивленно распахиваются, и Оуэн не сдерживает смеха.

– Ты приноровишься, – говорит он, хохотнув. – Просто попробуй.

Переключив четыре оставшихся скорости, я нажимаю большим пальцем на кнопку до тех пор, пока мой новый розовый зверь не замирает. Я вся как на иголках. То ли от вибраций игрушки, то ли от желания вручить ее Оуэну, чтобы он испытал ее на мне прямо здесь и сейчас, – я не уверена.

Но я выбираю несколько более соответствующую офисной атмосфере версию благодарности. Не задумываясь, я перегибаюсь через стол и оставляю на губах Оуэна благодарный поцелуй.

– Спасибо, – шепчу я, снова целуя его в щеку. – Это немного странно, но мне нравится. Очень.

И это правда. Если всего несколько недель назад мне сказали бы, что я искренне обрадуюсь, получив от своего лучшего друга секс-игрушку в подарок, я бы ни за что в это не поверила. Но сейчас я, ничуть не смущаясь, кладу в сумку своего розового друга. На самом деле я чувствую себя своего рода сексуальной богиней. И разве не в этом и был смысл? Я – женщина, слышишь мой рык? И все такое.

Теперь я точно чувствую себя могущественной и контролирующей ситуацию. Той, кто думает прежде всего о собственном удовольствии. Может быть, этого и хотел Оуэн, а может, он просто извращенный ублюдок, но прямо сейчас это не имеет значения.

Быстрый взгляд на часы на экране ноутбука подсказывает, что Оуэну пора выдвигаться. И он тоже явно знает об этом. Быстро застегнув свою спортивную сумку, он встает. Если подумать, то и мне нужно идти.

– Хотелось бы задержаться подольше, – говорит он, поправляя ремень сумки.

– Не переживай, все равно я планировала поужинать с Элизой.

Я натягиваю кожаную куртку на плечо, и в горле встает ком. Я планирую ужинать с его сестрой. Я мысленно делаю заметку и близко не подпускать ее к своей сумочке. Или, точнее, к тому, что там лежит.

Когда мы направляемся к двери, Оуэн обхватывает меня за талию мускулистой рукой и притягивает для быстрого прощального поцелуя в лоб.

– Развлекись с этой штучкой, – игриво шепчет он, быстро сжимая мою задницу.

Я улыбаюсь ему, прищурившись.

– Мне кажется, сильно стараться не придется.

Оуэн снова коротко смеется и, наконец, отпускает меня.

– Жду не дождусь, когда услышу рассказ об этом.

Я наблюдаю, как его массивная фигура исчезает в конце коридора, и все это время мое сердце пытается вырваться из груди.

* * *

Ехать до суши-бара, где мы согласились встретиться с Элизой, совсем не долго. Паркуясь, я замечаю ее ярко-голубую «тойоту» на другой стороне улицы.

Не удивительно, что она обогнала меня. Учителя дошколят заканчивают работу немного раньше всей остальной корпоративной Америки, может быть, чтобы дать учителям несколько лишних часов для обретения дополнительного терпения. Элиза, будучи святой, профессионально управляет своим классом мини-человечков. Я бы так никогда не смогла.

В дальнем конце суши-бара я замечаю Элизу – она жует заказанный эдамамэ. Подруга машет мне, снимая сумочку со стула, который заняла для меня. Суши-бар на удивление переполнен для вечера пятницы. Мы – не единственные в Сиэтле, кто захотел полакомиться суши в те часы, когда их продают с пятидесятипроцентной скидкой.

Проскальзывая на место, я безмолвно благодарю владельцев бара за столь тусклое освещение. Меньше шансов, что Элиза заметит ярко-розовый подарок в моей сумочке.

– Привет, привет, – говорит она, улыбаясь и надкусывая ярко-зеленый стручок эдамамэ. – Как работа?

– Еле ползет. Все это время провела в мечтах об острых роллах с тунцом. – Это не совсем ложь. Работа и правда еле тянулась, и я действительно все это время фантазировала. Просто мои фантазии не имели ничего общего с сырой рыбой.

После того, как мы делаем заказ, я спрашиваю Элизу о Джастине. Она тут же принимается рассказывать о свидании, которое он спланировал для них на пирсе шестьдесят шесть. Я киваю по мере того, как она излагает все милые детали, ахая в соответствующих местах и время от времени восклицая: «Какой он милый!»

И все это время я невольно задаюсь вопросом, каким бы было свидание с Оуэном.

Будет ли это что-то странное и спонтанное, вроде того похода в безумный массажный салон? Или он больше похож на парня, предпочитающего остаться дома ради совместно приготовленного ужина? За все время нашего знакомства я ни разу не слышала, чтобы он приглашал девушек на свидания. Если, конечно, не считать свиданиями одну совместную ночь в комнате для отдыха. А я, определенно, так не считаю.

– Ну, а что насчет тебя?

Меня выдергивает из мечтаний в реальность, где Элиза выжидающе на меня смотрит.

– Ч-что насчет меня? – заикаюсь я.

– Твоя любовная жизнь, – мягко говорит она, с интересом склоняясь ближе. – Не думала о том, чтобы снова начать ходить на свидания? Мне просто интересно, вдруг ты уже готова?

Прежде чем я успеваю ответить, официант ставит на стол перед нами две прекрасные тарелки разноцветных суши. Я громко благодарю его за заказ и молчаливо – за то, что он так вовремя прервал нас.

Я люблю Элизу, и мне не хочется лгать ей. Но я не знаю, как она отреагирует на правду о моей текущей личной жизни.

Особенно если она узнает, что в моей сумочке – секс-игрушка, любезно предоставленная никем иным, как ее старшим братом. Чтобы выиграть время, я запихиваю в рот кусочек суши.

Глава 11

Терпение – не мой конек

Оуэн

– Когда произносишь тост, надо смотреть прямо в глаза тому, за кого пьешь. Или тебя ждет семь лет плохого секса, – говорит Тедди, когда мы поднимаем пивные бутылки за покерным столом.

Язык у Тедди как помело – никогда не знаешь, что слетит с него в следующий момент. Но когда мой взгляд падает на Бекку, я вижу, что она смеется и качает головой.

Мы уже два дня как вернулись из Денвера, и все это время мы с Беккой болтали по телефону и переписывались. До сих пор мне не удалось повидаться с ней. И она выглядит чертовски хорошо, одетая в обтягивающие темные джинсы и уютный серый свитер, на ногах у нее – коричневые ботинки, в которых ноги ее выглядят длинными и соблазнительными.

Поиграть в покер на квартире у Тедди собрались все. Обычно на таких встречах я отдаю предпочтение разговорам о хоккее и крепким напиткам, но сейчас я ловлю себя на том, что мне хочется очутиться с Беккой в каком-нибудь уединенном месте. Мысль о том, чтобы медленно раздевать ее, отдавая дань каждому дюйму сексуальных изгибов ее тела, гораздо более привлекательна, чем игра в покер. Пусть даже я выиграл пятьдесят баксов.

Я вздыхаю и провожу рукой по лицу.

– Твоя очередь, Пэриш, – говорит Тедди, глядя на меня с другой стороны стола.

Я жую губу и кладу на покрытый войлоком стол даму. Потом достаю телефон и быстро набираю сообщение Бекке:

«Ты уже пробовала свою игрушку?»

Ее глаза распахиваются, когда на другой стороне комнаты она, стоя рядом с моей сестрой, читает сообщение. Игра, в которую я играю, опасна, но, черт возьми, у меня нет сил проявлять осторожность. Я отчаянно жду ее ответа.

Он приходит через секунду, и когда я опускаю взгляд на экран, я усмехаюсь.

«Веди себя прилично».

Закатив глаза, я отсылаю новое сообщение.

«Хочу поцеловать тебя взасос».

Мне жутко нравится видеть ее реакцию, когда она читает мои сообщения. Как будто я флиртую с ней, пусть даже за весь вечер мы не перекинулись и парой слов. Если она не хочет, чтобы наши друзья знали, что между нами что-то происходит, я должен уважать ее желание.

Бекка смеется, глядя в телефон.

«Это было бы приятно…»

Мои пальцы порхают над клавиатурой.

«Притворись, будто у тебя болит живот. Я отвезу тебя домой».

Она качает головой, коротко взглянув на меня, прежде чем набрать ответ.

«Все поймут».

– Чувак, отвлекись от телефона и вернись в игру, – говорит Тедди.

Я прячу телефон в карман, осознав, что снова пришла моя очередь.

На несколько минут я сосредотачиваюсь на игре, но не могу удержаться от того, чтобы каждые несколько секунд не поглядывать на Бекку. На щеках у нее румянец, и я невольно задаюсь вопросом – не потому ли это, что она представляет себе, что будет потом, как это делаю я. Черт, а может, она не хочет, чтобы после что-нибудь было, и мне нужно сдать назад. Это не круто, но, конечно же, я буду уважать ее желания.

Извинившись перед подругами, Бекка направляется на кухню. Я хлопаю ладонью по столу, вскрывая свои карты, и следую за ней.

– Привет, – говорю я, останавливаясь на пороге кухни.

Бекка стоит у раковины и медленно поворачивается посмотреть на меня. Мы впервые за весь вечер наедине, хотя в любой момент кто-нибудь может войти и увидеть нас.

– Развлекаешься? – спрашивает она, улыбаясь.

Я подхожу ближе и кладу одну руку ей на талию.

– Мне кажется, тебе нравится дразнить меня, – шепчу я, склоняясь к ней.

– Никогда бы не стала тебя дразнить, – шепчет она в ответ, ее губы парят в одном вздохе от моих.

Я сокращаю дистанцию между нами, накрывая ее губы долгим, неспешным поцелуем. На вкус ее губы – словно сладкая глазурь кекса, который она съела перед этим. Мне хочется целовать ее еще глубже, но я заставляю себя отстраниться.

– Прошу, пойдем, – умоляю я. – Сегодня тут уже не будет ничего интересного, а я хочу целовать тебя. Много.

Бекка улыбается мне в губы.

– Ладно.

Я испускаю стон облегчения и беру ее за руку, практически утаскивая с кухни.

– Я везу Бекку домой, – говорю я Тедди, отсчитывая свои фишки.

Джастин распахивает глаза, тогда как Тедди отвечает:

– Окей, – так медленно, будто растерян.

Элиза подходит обнять Бекку, словно все так и должно быть. Мне интересно, заметила ли она, как вспыхнули щеки Бекки.

– Да. Позвони мне завтра, – говорит Бекка.

К тому моменту, как мы садимся в мою машину, мы оба смеемся так, будто только что удрали с места преступления, прихватив с собой награбленное.

– К тебе или ко мне? – спрашиваю я, заводя мотор.

– Ко мне, – отвечает она. – Потому что у тебя, вероятно, скоро будут Джастин с Элизой.

– Резонно. – Я вжимаю в пол педаль газа, и сердце мое колотится при мысли, что скоро мы останемся вдвоем. Глава 12

Больше, чем нормально

Бекка

Оуэн, может, и приличный игрок в покер, но в тот момент, когда он сдает свои фишки, все надежды сохранить невозмутимое выражение лица идут прахом. Экспонат «А» – наше поспешное бегство из квартиры Тедди.

Всю дорогу до дома мы смеемся над тем, как неловко он объявил о том, что мы уезжаем вместе. Надеюсь, Элиза и ребята решат, что это не более чем возможность сэкономить на «Убере». По крайней мере, я на это рассчитываю, хотя и не переоцениваю подобную вероятность.

Кроме того, я не могу волноваться о том, гадают ли наши друзья, что между нами происходит. Каждая клеточка моего мозга сосредоточена на Оуэне: его длинные, крепкие пальцы уверенно сжимают руль, пока он везет нас к моему дому. Мы оба рискуем взорваться, если не доберемся друг до друга как можно скорее.

Это так ново для меня. Обычно в такие минуты я начинала волноваться и паниковать, отчаянно пытаясь придумать предлог, чтобы парень высадил меня у дома и ушел. Сами свидания проходили нормально, но именно следовавшее за этим ожидание скручивало меня пружиной кошмаров.

С Оуэном все совсем иначе. Я хочу, чтобы он остался. И я не могу не мучиться вопросом, сколько придется ждать между тем, как Оуэн припаркуется, и тем, как его губы накроют мои.

И сколько же? Меньше минуты.

Мы с Оуэном едва успеваем войти, прежде чем кинуться друг к другу. Его пальцы вплетаются в мои волосы, когда он захватывает губами мою нижнюю губу, отчего каждый волосок на затылке встает дыбом.

В отличие от всех последних наших поцелуев, на этот раз я ничуть не нервничаю. Вся тревога, которую я испытывала при мысли о том, чтобы быть с Оуэном, сменяется теплым трепетом возбуждения в груди, растущим по мере того, как его язык поглаживает мой медленными, умелыми движениями.

Он божественен на вкус – поразительная смесь Оуэна и тростникового сахара. Именно этого я хотела с того момента, как он вышел из моего кабинета, чтобы успеть на свой рейс на выездную игру. Это было всего несколько дней назад, но судя по тому, как он целует меня – глубоко и страстно, словно никогда больше не отпустит, – можно решить, что это было лет десять назад.

Отчасти я надеюсь, что он никогда меня не отпустит.

Когда я прерываю поцелуй, чтобы спросить, не переместиться ли нам из прихожей в саму квартиру, Оуэн заговаривает первым, до того, как я успеваю хотя бы перевести дыхание.

– Ты так и не ответила на вопрос, который я задал тебе у Тедди.

– Который? Ты весь вечер закидывал меня сообщениями, – дразню я, пробегая пальцами по наждачно-колючей коже его подбородка. Мне не хватало этих легких прикосновений, пока его не было. Пусть даже он отсутствовал всего пару дней.

– О вибраторе, – отвечает он хриплым голосом.

Я поняла это и так.

– Я не собиралась писать тебе об этом, когда вокруг были все наши друзья, – отвечаю я, игриво дергая его футболку на груди. – Ты знаешь, я не умею держать лицо.

– Ну, теперь-то тут никого нет, а? – Он цепляет большим пальцем петлю для ремня и притягивает меня к себе так близко, что места между нами практически не остается. – Так что? Ты им пользовалась?

Я пожевываю нижнюю губу, смущенно опуская взгляд.

– Может быть.

Оуэн приподнимает мой подбородок пальцами, ловя мой взгляд.

– Никаких «может быть». Да или нет?

Глаза у него яркие, дико-голубые, словно два разделенных океана, в которые мне хочется погрузиться. Я не могу лгать этим глазам.

Я отбрасываю остатки застенчивости и даю прямой ответ, который он хочет.

– Да. Пользовалась. И… я думала о тебе.

Из уст Оуэна вырывается мучительный стон.

– Твою мать, Бекка. Знаешь, что это делает со мной?