Наследие звездного дракона. Отбор Черникова Любовь

Глава 15

Ольга

В холле тихо переговаривались невесты, ожидающие отмашки деоры Агенси. Я невидящим взглядом таращилась на лестницу, не в силах забыть достойную самого страшного фильма ужасов картину. Странно то, что вспоминалось и воспринималось произошедшее действительно как кино. Всего лишь жуткие кадры. Спустя два дня уже почти не верилось, что это случилось со мной на самом деле. Забавная все-таки штука — человеческая психика, но лучше уж так, чем сойти с ума от осознания реальности существования подобных тварей.

Наутро после происшествия во время завтрака в столовой появился Дрейк и честно сообщил всем о зверски убитой Эстринде Ландерброк, пообещав разобраться и покарать виновных. Умолчал он только о демоне-ищейке и о нашем с Ораной участии в его уничтожении. Хотя моя часть заключалась в высокохудожественном визге…

Блин! До сих пор стыдно.

Занятия в тот день отменили, а нам посоветовали оставаться в своих покоях и воздержаться от прогулок по саду в этот день, пока инсаль проверяется и возводится дополнительная защита. Всем желающим позволили покинуть отбор немедленно. Несколько невест так и поступили. Самыми бесстрашными оказались мы с Ораной, эльфийки, суккуб и ее компания в виде двух демонесс, гроза Сан-Дор, бабочка Гюльнефли, дриада Эльталло и кошка Марр иль Толла, змеедева Сакхираша Шашш. А также моя тайная союзница Флориана Миттернат и моя соперница в борьбе за сердце Дрейка — Перфекта Левантер. Куда уж без нее.

На плечо легла рука орчихи — после той ночи мы с Ораной забыли о разногласиях и старались держаться вместе.

— Вспоминаешь?

— Угу.

— И я.

Выстроившись в шеренгу, невесты двинулись сквозь арку, а вскоре наступил и наш черед. Миновав портал в холле, мы очутились под открытым небом. Я закрутила головой и улыбнулась, увидев на соседнем острове замок, а по центру этого — приметную скалу и водопад.

— Я так хотела побывать на этом острове! — поделилась впечатлением с Ораной. — Каждый раз, глядя в окно гостиной, об этом думала.

— И я. Очень красиво!

Остальные невесты так же, как и мы, выглядели приятно удивленными. Особой радостью светилась дриада Эльталло, даже татуировки на ее лице замерцали ярче. Подружки-эльфийки сегодня выглядели намного лучше, чем накануне. Похоже, Флориана дала им передышку, позволив выспаться перед испытанием.

— Стрекозы, — предупредила Орана.

— Угу, — кивнула я.

Следует быть предельно внимательной и не допускать ошибок. В отличие от арены на природе эти папарацци гармонировали с окружением и не бросались в глаза. Легко попасться за каким-нибудь неприглядным занятием, так что зад лучше не почесывать, в носу не ковыряться и так далее. Последней из арки вышла деора Агенси, закрыв за собой портал. Рядом со свахой материализовался уже знакомый маг-распорядитель. Долговязый и нескладный, он согнулся в три погибели, чтобы поцеловать пальчики старой свахе:

— Деора Агенси. Диали. Рад приветствовать вас!

Затем маг отвесил поклон нам и взмахом руки послал несколько десятков разноцветных световых шаров. Я снова предпочла сиреневый, хотя сегодня в моем наряде отсутствовали подобные оттенки. Кстати, «пель» гласил, что одеться требуется «удобно, опрятно и подобающе, если вдруг нагрянут высокие гости». О самом задании было мало что сказано, лишь прилагалась выдержка из учебника по этикету: про странные рассуждения на тему чести, приличий. К тому же полагалось содержать в чистоте как жилище, так и помыслы.

Понятной оказалась только часть про одежду, и мы с Карли подобрали нечто потрясающее и приводящее в восторг мою не чуждую модным веяниям душу: темно-серые узкие брючки, поверх которых соответствующая приличиям юбка с запахом того же оттенка. Удобные сапоги на невысоком каблуке и бордовый камзол поверх кипенно белой блузки. Двойной ряд блестящих начищенным серебром пуговиц, воротник-стойка, массивный пояс и самые настоящие эполеты с серебряной же бахромой ассоциировались у меня со стилем милитари. Ей-богу, был бы хлыст — прихватила бы и его для полноты картины. И треуголку. Да!

Я мысленно поблагодарила Карли. Не иначе, она что-то знала о грядущем испытании, а вот камеристки демонессок точно нет, судя по их едва ли не вечерним нарядам.

Сжав шарик, ощутила тепло в кулаке, и сетка рисунка снова покрыла мою руку от запястья до скрытого рукавом камзола локтя, но на этот раз мы не видели ни колб, ни экрана и не знали, на каком месте в рейтинге находимся.

— Диали, каждой из вас предстоит в одиночестве провести здесь на острове весь день до захода солнца, — инструктировал распорядитель.

Несколько невест подняли руки, и деора Агенси милостиво разрешила задать вопросы.

— А что нам придется делать? — спросила нагайна.

— Что посчитаете нужным и уместным. — Сваха усмехнулась.

— О каких высоких гостях идет речь? — Это дева-гроза Сан-Дор.

— Если вас удостоят посещения, увидите.

Ответы на все последующие вопросы оказались столь же уклончивыми, точно старушенция специально тренировалась, и их поток быстро иссяк, а нас пригласили к большой арке, проявившейся посреди поляны.

Мы с Ораной взглядами пожелали друг другу удачи, призывая к осторожности. Несмотря на заверения Дрейка, что подобное больше не повторится на его территории, было немного тревожно оставаться в одиночестве.

Стоило пройти сквозь арку, как я и правда осталась одна. Осмотревшись, поняла, что все еще нахожусь там же. Оплот Изгнанника теперь было видно не справа, а слева, и по центру острова по-прежнему возвышается гора с приметной вершиной, вокруг которой вьются драконы. Ага, значит, я на противоположной стороне. Отметив, что и здесь хватает любопытных стрекоз, пошла вверх по тропинке. Как только она взобралась на плато, взгляд уперся в избушку на опушке леса. Неподалеку со скалы срывался небольшой водопад, превращаясь не то в речушку, не то в ручеек, что с веселым журчанием убегал вниз по склону. Светило ласковое утреннее солнце, обещая теплый, если не жаркий денек, но пока еще было прохладно.

Решив, что домик тут не просто так, прежде обошла поляну по кругу и лишь потом поднялась на скрипучее крыльцо и осторожно потянула за простую металлическую ручку в виде кольца. Дверь оказалась не заперта, и я опасливо заглянула внутрь. Не обнаружив явной опасности, миновала сени и очутилась в просторной светлой кухоньке.

Никого.

Кроме кухни, здесь была еще одна комната — спальня, судя по наличию шкафа и кровати-полуторки. Быт не слишком отличался от земного деревенского, разве что дизайн мебели немного иной. А еще все внутри покрывал толстый слой пылищи. Если придется принимать гостей, неплохо бы для начала прибраться. На это намекали несколько лоханей, пара веников, тряпки в сенях. Еще раз осмотрев дом на предмет скрытого, я ничего не нашла и осторожно, чтобы не испачкать одежду, вышла наружу. Вдохнула свежий утренний воздух, улыбнулась солнцу и вдруг ощутила небывалый энтузиазм, будто приехала после долгой зимы на дачу.

Скинув кафтан, аккуратно повесила его на ветку дерева, напоминающего яблоню. Подумав, размотала юбку, оставшись в рубахе и штанах. Эх! Белая рубашка такое не выдержит. Наплевав на стрекоз, я и ее сняла, благо под ней имелось сарьи — помесь топа с мягким корсетом. Удобная штука. Сарьи допускалось носить просто так, только не в общественных местах и не на официальных мероприятиях. Проще сказать, дома. Вероятно, отбор попадает под второй пункт, но буду считать, что никто меня не видит, не считая стрекоз и доброй доли жителей Флигенерде, но это уже их личные трудности. Ага.

Наполнив в ручье две бадьи, принялась за дело с таким удовольствием, будто нет ничего интересней, чем уборка. Начала со стирки занавесок, скатертей и постельного белья. В спальне обнаружился шкаф, где всему этому нашлась замена. Отметив этот факт, я, вооружившись веником и тряпкой, принялась за дело.

Солнце перевалило зенит, когда довольная собой и проделанной работой я присела на крыльце. За домик теперь не стыдно, пусть даже император с императрицей в гости нагрянут. Про стол того же не скажу, хотя и тут я расстаралась. В духовом шкафу доходил пирог с похожей на крупную малину без косточек ягодой. Сохранялись в тепле уха и жаренная на огне рыба, которая обнаружилась еще живой в расставленных чуть ниже по течению сетях, а неподалеку и заросли кустов, сплошь усеянных спелой ягодой. Как я все это добывала и готовила, стараясь не испачкаться, — отдельная история. Мука, соль, сахар, приправы, утварь — все обнаружилось в ящике в сенях. Может, ужин и не королевский, но от голода точно не умрешь. Сама я уже зверски проголодалась и с удовольствием все умну, если в течение часа никто так и не явится.

Передохнув несколько минут, отправилась к водопаду с твердым намерением вымыться — денек выдался жарким, я вспотела и пропылилась с ног до головы. Прихватив выстиранную простыню, приладила к веткам нависших над водой кустов вроде ширмы и осмотрелась. Так и есть — я уже некоторое время совсем не вижу стрекоз. Ни одной. Ну и слава богу, встречать гостей потной мне бы не хотелось. Наскоро раздевшись, быстро ополоснулась в холодной воде, только голову трогать не стала. Магия Карли сохранила волосы чистыми и аккуратно прибранными. Покончив с гигиеническими процедурами, натянула рубашку и даже набросила камзол.

Предчувствие меня не обмануло. Стоило вернуться к домику, как на крыльце увидела знакомую фигуру, тактично стоящую спиной.

— Блин… — прошипела сквозь зубы, глядя на улыбающегося Лайонела, который тотчас обернулся на звук шагов.

— Доброго дня, прекрасная диали Хельга! — радостно воскликнул он, расплываясь в коронной улыбке.

Наследник двинулся навстречу, и вскоре моя рука оказалась в его. Тыльной стороны ладони коснулись его губы, но, несмотря на отсутствие морфа — Кляксу я не стала брать с собой, — поняла, что совершенно не реагирую на него так, как раньше. Даже ничего нигде не екнуло. Может, иммунитет вырабатывается?

Наследник тем временем распинался о том, как он рад остаться со мной наедине. Как желал этого с момента нашего совместного ужина. И о том, что тут нас никто не побеспокоит хоть и до утра, подтвердив, что здесь нет стрекоз, потому что это закрытая часть испытания, важная для него лично, и можно быть раскованными. Такими, какие есть. Его красноречие прервал могучий рев у меня в желудке. Я даже покраснела. Совсем немного, самую малость.

— Лайонел, может, к столу? У меня там рыбка и пирог… — устало предложила, пытаясь уловить какую-то мысль.

Наследник поддержал идею и первым взбежал на крыльцо, отворив дверь. Я не торопилась. Жара спала, на улице было очень хорошо и совершенно не хотелось сидеть взаперти. Хоть и в компании такого роскошного мужчины, как Лайонел Рейгель.

— Может, вынесем стол сюда? — предложила я. — Поужинаем на свежем воздухе.

— Вспоминаешь? — мурлыкающим тоном спросил принц и небрежным взмахом руки материализовал на указанном мной месте застеленный белоснежной скатертью столик и пару стульев.

— Ну или так.

Несмотря на умиротворение, которое я получила от такого созидательного занятия, как уборка, внутри вдруг закипело. Скорее всего никто больше так не заморачивался. Прямо вижу, как Перфекта рукой махнула аки царевна-лебедь, и готовенько. Чистота-красота. Едва ли не с отвращением я уставилась на тарелку с парующим куском нежнейшего на вид мяса. От упрямства и легкой обиды голод затаился.

— Что-то не так? — спросил Лайонел, усаживаясь напротив.

— Кажется, есть больше не хочется…

Избегая зрительного контакта, я задумчиво уставилась в сторону, решая, как бы потактичнее сказать, что мне все это надоело хуже запашистых носков анестезиолога, и попросить его выгнать или отчислить меня на этом этапе. Если надо, даже признаюсь, что в моем сердце другой и что не вижу для себя смысла дальше оставаться в отборе. Но слова никак не шли, и я встала из-за стола — на ногах как-то соображается лучше.

Видимо, наследник принял это за сигнал.

— Отлично, я тоже не голоден.

Он, тут же оказавшись рядом, приобнял меня за талию одной рукой, а другой погладил плечо.

— У меня есть мысли поинтереснее.

Шепот пощекотал мне шею, и я отпрыгнула как ужаленная от последовавшего поцелуя. Ничего похожего на прежнюю реакцию я не испытала, а от прикосновения его губ стало противно. Аккуратно высвободившись, холодно спросила:

— Так понимаю, слово Лайонела Рейгеля пустой звук?

— Слово?

Что-то в интонации и в выражении лица, с которым наследник задал этот вопрос, показалось неправильным и одновременно очень знакомым. Вдруг меня осенило: это не он! Прикрываясь тяжким вздохом, опустила веки, уже почти привычно сосредотачиваясь. Так и есть!

— Бальтазар! — взревела и передернулась от осознания того, что мою шею поцеловал лысый демон. — Фу! — не сдержавшись, скривилась от отвращения и потерла в том месте.

Образ принца поплыл, и передо мной предстал демон.

— Так уж и «фу»! — недовольно передразнил он и непонятно добавил: — И вообще это побочный эффект.

Неужто и правда задела?

— А выиграешь отбор, что станешь делать, когда тебя станет целовать сам Лайонел Рейгель?

— Настоящий Лайонел — не ты. Мы сумеем договориться.

Я нагло усмехнулась, не отведя взгляда, даже когда в глазах демона полыхнул злой огонь. Он чем-то недоволен?

— Не смей отказываться от участия, сосуд! — рыкнул без улыбки демонюка.

— Что? Как ты меня назвал?!

Бальтазар, проигнорировав мой вопрос, предупредил:

— Нарушишь договор, им конец!

Его рука очертила полукруг перед моим лицом, и я очутилась в палате. Реанимация. На высокой кровати та девушка… Нет, молодая женщина. Будущая мать. Она спит. Под глазами залегли глубокие тени, синяки, бинты, трубки, из-под одеяла вниз тянется еще одна, но монитор пациента говорит мне: несчастная стабильна. Им удалось!

Им удалось ее спасти, если это не иллюзия, созданная раздраженным демоном.

И все же я уверена — удалось. Удалось, несмотря на то что случилось со мной во время операции.

Громкий всхлип, мой собственный, вернул в реальность. Ни Бальтазара, ни стола с ужином больше не было. Я закрыла лицо ладонями и сделала глубокий вдох, успокаиваясь. Потерла тупо занывшие виски. И, нервно усмехнувшись, от души и со вкусом выкрикнула вслух, выплескивая злость на демона:

— Козел!

В горах разнеслось эхо. С ближайших деревьев снялась стайка ярко-зеленых птиц. Надеюсь, адресат тоже услышал. Устало опустившись на ступеньку крыльца, некоторое время так сидела, восстанавливая душевное равновесие и думая о том, как демон меня назвал. Сосуд. Это что еще за фигня?

Изнутри доносились вкусные запахи пищи, и в желудке снова заурчало. Война войной, а обед по расписанию. Довольно ожиданий, у меня уже живот к спине прилип. Я поднялась на ноги, уверенно распахнув дверь, миновала сени и чуть не взвизгнула от неожиданности, оказавшись в объятиях Дрейка. Внутри тут же всколыхнулась целая буря чувств: радость, счастье, умиротворение, ощущение правильности происходящего. И главное: мне не нужно было проверять, он ли это. Я и так знала, чувствовала всеми фибрами души, каждой клеточкой кожи.

— Как ты здесь оказался?

— Я же инсальер, — напомнил он.

Обхватив его руками, прильнула к груди щекой и просто молча стояла, ощущая себя севшим телефончиком на подзарядке. На душе постепенно легчало, и я прижималась тесней, наслаждаясь ощущением покоя и безопасности. Продолжалось это недолго. До тех пор, пока неугомонный желудок снова не попросил есть. Громко. Очень.

Мы оба уставились друг на друга и прыснули.

— Потрясающе пахнет, — произнес Дрейк, глядя на меня сверху вниз с улыбкой. — Накормишь голодного мужчину, хозяйка?

Я готова была его расцеловать. Приятно, когда твой труд не обесценивают.

— Конечно. Мой руки и садись за стол.

Он выпустил меня не сразу, точно нехотя. Двигаясь к плите, я все еще была не в силах разорвать зрительный контакт. Хотелось смотреть на него и смотреть. Прямо какой-то откат после недолгого, но заставившего перенервничать общения с Бальтазаром. Я выставила на стол все, что приготовила, разлила уху по глубоким мискам, подала на большом блюде три рыбины, нарезала истекающий малиновым соком пирог.

— Сделать чаю? — спросил Изгнанник.

— Давай, — не стала я отказываться, хотя вода уже закипала на плите.

Перед нами тут же появились две простых глиняных кружки — под стать интерьеру. Глоток намагиченного Дрейком травяного отвара пришелся как нельзя кстати. Мы принялись за еду, и довольно мычащий и сыпящий удовлетворенными междометиями мужчина радовал мою женскую душу на уровне инстинктов: накормила! Я вдруг поняла, как важно это почувствовать. Нет, вряд ли бы я так радовалась, стоя у плиты каждый день, но сейчас… Это снова было как-то правильно.

— Ты все время улыбаешься, — констатировал Дрейк.

— Мне приятно смотреть, как ты ешь.

— В некоторых мирах это важный признак. — Он хитро сощурился.

— Знаю, — усмехнулась я и неожиданно призналась: — Ты мне нравишься. Сильно. И это совсем не то, что ты прочел в моей голове в первый день.

Я на миг закрыла глаза, борясь с обуявшим смущением. Изгнанник взял мои ладони в свои, прижался к ним лбом и так некоторое время сидел. Потом поднял голову и очень серьезно посмотрел мне в глаза.

— Я сейчас тебе кое-что расскажу, но ты должна сама решить, как действовать дальше.

— Сначала я! — перехватила инициативу, опасаясь, что не получу ответа на очередной вопрос. — Почему Бальтазар назвал меня сосудом?

— Сосудом?!

Дрейк нахмурился, внимательно глядя на меня. Его рука на столе дрогнула, губы плотно сжались, будто мужчина принял какое-то решение.

— Это многое объясняет, но почему…

Он не договорил, а просто потянулся и, подцепив цепочку, извлек мой защитный амулет на свет. Ощутив касание его пальцев, я прикрыла веки и с трудом сдержалась, чтобы не потереться о его руку щекой. Стиснув камень в кулаке, Дрейк кивнул сам себе.

— Хельга, с этого момента я буду ежедневно или через день проверять состояние твоего защитного амулета.

Его слова насторожили.

— С ним что-то не так?

— Хм. Не с ним, скорее с тобой. Мне сложно сейчас это объяснить, прежде необходимо подтвердить одну догадку.

— Ладно.

Я согласна, тем более что это повод видеться с Дрейком чаще. Цепочка была короткой, и нам пришлось наклониться друг к другу через стол, не скрываясь, я с наслаждением вдыхала его свежий запах, то и дело касаясь взглядом губ. Боже! У Дрейка идеальные губы! Я всегда была придирчивой к их форме.

— Так что ты хотел мне рассказать? — спросила, чтобы немного отвлечься.

Пальцы Дрейка на камне стиснулись крепче. Ответ последовал не сразу, и я успела налюбоваться его сосредоточенным лицом, пока он что-то творил с моим амулетом.

— Я долго думал и понял, демон-ищейка гнался именно за тобой, Хелли. Ты представляешь для Бьосангрифа ценность. У меня не нашлось иного объяснения, а то, что ты сказала, лишь подтвердило мою теорию. Именно тебя приманили криком о помощи. Удалось выяснить, что его слышали только принцесса Орана и ты, другие девушки безмятежно проспали всю ночь, и их ничего не беспокоило. Одно никак в толк не возьму: как ты смогла перейти из своего коридорного пространства в иное. На подобное способен только инсальер.

Я пожала плечами:

— Без понятия.

— Спишем это на твои нераскрытые способности. Зачем ты вообще вышла из покоев?

Испугалась за морфа, но об этом нельзя говорить.

— Так ведь звали на помощь, — не соврала, скорее недоговорила я.

Для меня тут не все так однозначно, ведь Клякса прилепился к ночнушке, когда за нами гнался демон. Так что скорее бьосы искали морфа, а не меня. Позже в кабинете Дрейка я старательно прятала перепуганного кружевного дракона под пледом, опасаясь, что флигенердцы его почувствуют. И все же, не выдержав, закинула удочку:

— Мне кажется, ты ошибаешься. Зачем им такая, как я, магическая никчемность?

Все же глубоко засели эти обидные слова в сердце. Не так-то просто их теперь оттуда выполоть.

— Не говори так, Хелли. Я уже признал, что был не прав. Не стирать же тебе память о нашей первой встрече, чтобы ты не обижалась на меня каждый раз, как ее вспомнишь. Считаю это слишком жестоко.

Дрейк усмехнулся.

— Эй! Даже не думай ничего мне стирать! Еще не хватало! Я хочу помнить каждое мгновение рядом с тобой!

Улыбка драона Абданкена стала шире, а потом он резко посерьезнел.

— Хельга, несмотря ни на что, ты должна остаться в отборе и дойти до конца. Теперь я в этом твердо уверен.

— Но…

Он остановил меня жестом.

— Сейчас скажу тебе самое важное. Насколько сильно ты любишь свой мир? Ты ведь не желаешь ему гибели?

— Какое это имеет отношение к нам? — спросила я севшим голосом, ощущая, как внутри что-то обрывается. Да уж. Недолго продлилась иллюзия счастья…

— Если бьосы покорят Флигенерде, остальным мирам несдобровать. Они без раздумий используют порталы, ради них сюда и стремятся. Все миры окажутся в опасности, твой — не исключение. Особенно теперь, когда есть подозрения, что ты можешь оказаться сосудом.

На секунду я представила на улицах наших городов «окна», откуда вываливаются твари вроде двухголового пса, а то и страшней. Уверена, есть у них экземпляры и похуже. А из пистолета такую убьешь? Из пулемета? Что-то подсказывает, что без магии земляне окажутся беззащитными. И все же, несмотря на весь патриотизм, спросила эгоистично-главное:

— Но ты? Что чувствуешь ко мне ты?

Желваки Дрейка дрогнули, вертикальная складка на лбу стала глубже.

— Это неважно, пока идет отбор.

Он выпустил амулет, увеличивая пропасть, образовавшуюся между нами.

— Мне пора. Спасибо за чудесный ужин, Хелли.

Дрейк исчез. Еще с минуту я, не мигая, пялилась в одну точку, продолжая ощущать невесомое прикосновение его губ к уголку рта и думать, показалось мне или нет. Потом поднялась на ноги и обхватила руками плечи. По телу пробежал озноб, когда амулет скользнул в ворот рубашки. Я достала его и взглянула на камень. Теперь он стал густо-фиолетовым, почти черным и снова ожил, заиграв искрами в темной глубине.

Вяло подумалось, а ведь и правда, я не придавала значения тому, что со временем мой камень тускнеет. Надо будет у учителя Кикороса спросить почему. Продолжая мусолить в голове разговор, перебирая сказанное и недосказанное, я направилась прямиком в маленькую спальню и рухнула без сил на кровать, там-то меня и нашли крепко спящей, когда пришли на закате.

Сегодня выдался день отдыха, я невидящим взглядом уставилась в учебник, прокручивая в уме вчерашний разговор.

— Диали, желаете посмотреть по маговизору, как проходили вчерашние испытания? — вырвала меня из задумчивости Карли.

Лисичка была возбуждена, ее глаза сверкали, а пышный хвост в нетерпении ходил из стороны в сторону. Я хотела было отказаться, но подавленное состояние так раздражало, что я злилась сама на себя.

— Конечно, хочу! — согласилась, будто в наказание, назло собственной хандре.

Камеристка радостно открыла коробочку с маговизором, и большой экран соткался прямо посреди гостиной. Она поколдовала еще, словно перематывая изображение назад, и я увидела невест, которые по очереди входили в арку.

— С которой начнем? — спросила Карли.

— С любой, — ответила я равнодушно.

Правильно расценив мой ответ, она пояснила:

— Покажу только самое важное и интересное. Это поможет вам лучше понять соперниц.

На экране появилась Перфекта Левантер. Осмотревшись на поляне, она подобрала юбки платья, похожего на дорожное, и потопала прямиком к дому. Осмотрев временное пристанище, недовольно наморщила нос и принялась колдовать. Собственно, как я и предполагала, с помощью магии Перфекта привела в порядок дом, и это отняло совсем немного времени. Создав удобное кресло, она уселась в него, материализовала в руках толстый томик и принялась читать.

— Ну тут дальше скучно.

Карли сделала пасс, и изображение сменилось. По падающим теням было понятно, дело к вечеру — время появиться гостю. Блондинка тоже будто что-то заметила, отложила книгу, развеяв ее вместе с креслом, и намагичила накрытый стол. Немного подумав, сменила и платье на понаряднее. Уселась на стул и принялась чинно ждать, а вскоре на поляне появился… демон.

— Ох, ты ж! — не выдержала я и даже привстала с дивана.

Нет, это был не Бальтазар, а кто-то совсем иного толка.

Огромный, со страшной нечеловеческой мордой, обнаженным мускулистым торсом и большущими рогами экземпляр. С сальной улыбкой он вразвалочку направился к магичке. Та на миг растерялась, но быстро взяла себя в руки и, не отвлекаясь на разговоры, жахнула по гостю фиолетовым шаром, развеяв того на молекулы. После на экране увеличилось изображение колбы, которая все время маячила в нижнем углу, она на глазах наполнилась до краев, сверху побежали какие-то многозначные цифры. Затем показали турнирную таблицу и место — один. Происходящее комментировал диктор, рассыпаясь в комплиментах диали Перфекте Левантер.

— Давай дальше.

Карли включила Флориану Миттернат. Начало испытания моей тайной подруги мало чем отличалось. Я не ошиблась, уборку здесь предпочитали делать при помощи магии. Вечером к Фло пришел Лайонел. Стрекозы крупным планом показали лицо девушки. Сколько эмоций отразилось в ее бездонных, меняющих цвет глазах, словами не передать! Мне стало искренне жаль деву ночи. Как только ее сердце кровью не изошло до сих пор? Но стоило наследнику поцеловать ей пальцы, как лицо Миттернат изменилось, превратившись в каменную маску с пристойным моменту выражением. Взмахом изящной руки она развеяла иллюзию, которую создал незнакомый мне маг, обеспечив тем самым себе второе место.

Мы с Карли стали смотреть дальше. Те, кто не умел пользоваться бытовой магией, наводили порядок сами, а целых две невесты психанули по поводу неподобающего положению занятия и напрочь отказались заниматься уборкой. Это были дева-бабочка Гюльнефли и, к моему удивлению, Экскалиара из дома Натод — темная эльфийка. Похоже, у нее от недосыпа нервы сдали или просто домой захотелось? Неожиданностью стало отчисление дриады Эльталло, которая поддалась обаянию лже-Лайонела. Все трое в итоге выбыли.

На себя я особо не желала смотреть, но ровно до тех пор, пока лисичка не принялась собирать в коробку экран. Грех было не заподозрить неладное.

— Карли, а я?

— Я думала, вам неинтересно, — растерялась камеристка. — То есть вы же и так там были…

— Включай! — безапелляционно скомандовала я и терпеливо дождалась, пока лисичка не соберет экран вновь.

Начало и впрямь ничем не могло удивить.

— Дальше, дальше, дальше, — торопила я ее, чтобы поскорее добраться до главного.

Как оказалось, помывку мою все же снимали, но только издалека. Ничего предосудительного зрители не увидели. Маленькое изображение колбы в нижнем углу наполнилось наполовину, когда появился Бальтазар в обличии Лайонела, а дальше я едва не потеряла дар речи.

— Карли! Но все было совершенно не так! Я… я… я раскрыла иллюзию!

В полном шоке я наблюдала, как лже-Лайонел покрывает поцелуями мою шею, а я довольно хохочу, обвивая его руками, и мы вместе отправляемся в дом.

— Я поэтому не хотела вам показывать… Думала, вам будет не очень приятно.

— Но этого всего не было, Карли! Этого не было!

После такой выходки приток энергии в мою колбу закономерно прекратился, отражая изменившееся отношение флигенердцев. Голос диктора за кадром иронично намекал на убойное обаяние и любвеобильность принца, перед которым тяжело устоять. И на провинциалок, что плохо знакомы с нормами морали. В общем, диали Хельга Ферро уже не в первый раз демонстрирует раскованность и легкость нрава, чего только стоит ее наряд на испытании артефактом.

Неудивительно, что я заняла последнее место. Странно, что тоже не выгнали. Впрочем, это тут же получило объяснение. Оказывается, я так расстаралась, что наследник использовал право вето, чтобы оставить меня среди претенденток. Вот так.

— Блин!

Уверена, это происки Бальтазара. Похоже, задела я демона за живое своим пренебрежением. Вот же мерзость!

Глава 16

Девять невест, и я в их числе, собрались вместе. Позади несложный участок лабиринта, который мы только что преодолели без потерь, не считая времени — дважды забрели в тупик и дважды пришлось вернуться к исходной точке, прежде чем выбрались сюда, на обширную округлую площадь. Проход позади мгновенно зарос непроходимым плющом, будто его и не было, а перед нами предстали целых пять ответвлений, совершенно одинаковых на вид.

Пока негромко препирались, решая, что делать дальше, вперед вышла Иилима из дома Кавеларов. Без своей подружки Экс она стала более замкнутой и хмурой и почти ни с кем не общалась, если не было особой необходимости. Ее губы шевельнулись, выдав мелодичную тираду на неизвестном мне языке, и на ладони материализовалась крупная белка. Эльфийка улыбнулась зверьку, ласково о чем-то попросила и, дождавшись кивка, осторожно опустила на пол. Грызунья повела носом от одного прохода к другому, подумала немного и смело ускакала в центральный коридор.

— Сюда, — заявила Иилима и первой двинулась следом.

— Стоять! — недовольно рявкнула суккуб. — Не помню, чтобы кто-то назначил тебя лидером.

— Думаешь, мы доверимся твоей крысе, трава? — ухмыльнувшись, поддержала ее Анжезара Шарралин, презрительно сверкнув красными с поволокой глазами.

Демонессы и примкнувшая к их компании Сан-Дор и не думали идти следом.

— Ты что себе позволяешь, рогатая? — вздернула подбородок дочь дома Кавеларов.

— Нам бы еще кто-то вроде тебя не указывал! Две твои соплеменницы уже вылетели, дело за тобой.

Демонессы нарочно сравняли эльфиек и дриаду, стараясь побольнее задеть.

— И за твоими падкими до утех придатками, — добавила Дайли Холо, красноречиво скосив фиолетовые, без зрачков глаза на меня.

Я стоически промолчала, как и раньше игнорируя все выпады в свою сторону. Стрекоз в лабиринте не видно, но это еще не значит, что их нет и за нами не наблюдают. Наоборот. Уверена, сейчас на экраны маговизоров Флигенерде передается каждый шаг, каждый жест и каждое слово, а позора мне хватило за эти три дня. Невесты, не стесняясь, отпускали остроты и колкости, стараясь побольнее задеть. Иногда я отвечала им тем же, но чаще просто молчала, пребывая в упадническом настроении, главной причиной которого был Дрейк.

Каждый день после ужина мы встречались, и он что-то творил с моим амулетом. Тот теперь тускнел ровно за сутки, а драон Абданкен возвращал ему яркость и жизнь. Общались мы сухо, он почти не смотрел на меня во время процесса, и лишь запах свежести и грозового неба, который я вдыхала полной грудью, до боли расширяя легкие, был тем интимным и близким, что нас объединяло в эти моменты.

Кошка Марр иль Толла не участвовала в споре. Уверенной мягкой походкой она скрылась в четвертом туннеле.

— Если вас что-то не устраивает, выбирайте собственный путь, — прервала перепалку Левантер и, обогнав эльфийку, первой двинулась в центральный.

Видит бог, в этот момент я почувствовала благодарность к блондинке за то, что выдернула меня из меланхоличных мыслей. Наверное, я бы так и стояла, не в силах самостоятельно выбрать. Все пять увитых зеленью туннелей выглядели совершенно одинаково и не вызывали подозрений, как бы я их ни рассматривала: и так, и эдак.

— Идем за ними? — спросила тихо у Ораны.

Орчиха пожала плечами и не стала спорить. Мы двинулись следом, а замыкала наше почти дружное шествие Флориана Миттернат. Одновременно демонессы направились в первый, к ним присоединились дева-гроза и нагайна.

Некоторое время унылый зеленый коридор тянулся, никуда не сворачивая. Мы старались не шуметь, прислушиваясь и приглядываясь к высоким, смыкающимся в аркообразный потолок стенам. Вскоре коридор начал вилять, а тишину нарушили шорохи, раздающиеся то впереди, то где-то сбоку за плотной стеной из сплетения веток. Изредка раздавались громкий треск и скрежет. В такие моменты Орана подбиралась вся, по привычке нащупывая на поясе краш-панч, она явно нервничает. Оружия же на законном месте не было, все невесты вошли в Лабиринт Откровений и Слез босыми, простоволосыми и одетыми в одни лишь белые хламиды — эдакие ночнушки типа «кулек», узкие у горла и расклешенные книзу, с просторными рукавами. Ткань, из которой они были сделаны, казалась эфемерной, сквозь нее заметно просвечивало тело на выпуклостях и изгибах, вызывая ощущение беззащитности и уязвимости.

Шло третье по счету испытание невест. Интересно, чем здесь все закончится? Сказали, нужно найти выход, но как будут судить, если мы просто идем одной группой? Нет, чувствую, впереди какой-то подвох.

Кстати, насчет подвохов. Никак не могу выбросить из головы разговор с Дрейком по поводу искажения результатов моего испытания.

— Как это понимать? — не сдержала я возмущения.

— Поверь, так было нужно.

— Но это же подлог! А отбор? Выходит, его результаты так легко подтасовать?

— Нет! Хельга, твой случай — исключение. Бальтазар действовал по обстоятельствам. Никто не знает, что ты можешь видеть сокрытое, пусть и дальше так остается.

— Хорошо. Но нельзя ли было это сделать как-то по-другому? Чтобы не пачкать мою репутацию. Теперь я любвеобильная провинциалка! Бр!

— Согласен, не слишком удачный ход.

— О да! Выставить меня девицей легкого поведения действительно не очень удачный ход, особенно с моей точки зрения.

Я решила, что при случае обязательно отомщу демонюке каким-нибудь изощренным способом. Пусть на своей шкуре все прочувствует, гад!

— Не обижайся, Хельга. Если бы ты его раскусила прямо перед стрекозами, твоя уникальная способность стала бы общим достоянием. Это могло еще больше заинтересовать бьосов.

Разговор, что я уже в который раз прокручивала в голове, прервал истошный крик, раздавшийся из-за правой стены. Не сговариваясь, мы остановились как вкопанные.