Карьера мятежника Казаков Дмитрий
— Да, не сомневаюсь, — он усмехнулся. — Ну что, смотри, что у нас с дворцом.
Сердце мое встрепенулось — пока сражались с тиззгха, я несколько забыл о главной цели и о главном враге.
Геррат говорил неспешно, обстоятельно, я слушал его и старался все запоминать, хотя знал, что он перешлет все на мой классификатор. О том, кто именно сейчас охраняет дворцовый комплекс, сколько там народу, и о том, что внутрь можно попасть не только через главные ворота или один из служебных входов.
Очень давно, чуть ли не в момент создания дворца выкопали подземный тоннель для срочного бегства самых главных шишек. Он ни разу не пригодился, потом про него забыли, и теперь нам предстояло проверить, в каком он состоянии.
* * *
Вход в древние подземелья прятался в узком овраге, сверху заросшем густыми кустами так, что его не было видно и с десяти метров. Зато от его устья начиналась дорога, очень древняя, заросшая, покрытая грязью, но все еще различимая — обломки плит проезжей части, некоторые лежат, другие стоят вертикально, вырванные корнями, между ними пучки травы.
Сам вход прятался под слоем земли примерно в метр, и я нашел его только по вентиляционной трубе с решеткой, которая торчала из склона.
— Придется поработать лопатами, — сказал я, скидывая с плеч рюкзак.
— Вот уж какая радость, — отозвался Макс. — Как сказал старый фараон Тутанхамон… копайте, рабы, солнце еще высоко.
Сил не было, но я вонзал короткое лезвие с плотную бурую глину, откидывал прочь тяжелые комья, рядом то же самое делали еще трое бойцов, больше просто не помещалось. Затем мы отходили в сторону, чтобы передохнуть, и наше место занимала другая, свежая бригада. Остальные тем временем дрыхли прямо тут же, положив головы на рюкзаки. Спрятавшееся за ветвями небо понемногу темнело, этот невероятно долгий день катился к завершению.
Яма росла на глазах, и наконец одна из лопат ударилась обо что-то металлическое.
Мы заработали шустрее, и вскоре на дневной свет явился круглый люк с гербом Гегемонов — перекрещенные свиток и меч.
— Выглядит так, словно его поставили вчера, — удивленно проговорил Макс.
И действительно, люк блестел, металл не то что не заржавел, его даже не покрывала патина, хотя подземный ход вырыли несколько столетий назад.
— Нет, позавчера, — буркнул я, и принялся осматривать замок.
Сразу стало ясно, что силой нам эту штуку не вскрыть, автоматы тут не справятся. Пригодилась бы взрывчатка или снаряд, выпущенный из танковой пушки, но у нас ни того, ни другого с собой не было.
Оставались мои инструменты и слесарные навыки.
На мое счастье, древние крепления все же немного расшатались, и я с ними кое-как справился. Тут подсверлил, там подколупнул, здесь вывинтил, и внутри толщи металла что-то задвигалось, ожило… осталось только вставить туда отвертку и повернуть так, чтобы механизм заработал.
Каждый слесарь в чем-то немного взломщик.
Чтобы открыть люк, мы навалились втроем, и он со скрежетом пошел в сторону. Открылся черный круглый лаз, похожий на логово чудовищного червя, из него пахнуло сыростью и холодом.
— А вдруг там эти? Эти? — спросила Юнесса, и в голосе ее прозвучал страх.
Черные люди, обитатели подземелий под городом.
— Не должны, — ответил я. — Все же это не канализация… А вот сюрпризы могут быть. Поэтому двигаемся осторожно.
— Может передохнем? Куда еще идти? — спросил кто-то из бойцов.
— Нет. Времени нет. Вперед.
До завтрашнего полдня, когда Табгун коронует сам себя, осталось часов пятнадцать. Ну а заняв трон в виде морской волны, он прикончит всех своих родственников, чтобы избавиться от «конкурентов», в том числе — Сашку с Юлей.
Тоннель был широк и высок, тут проехал бы легковой автомобиль, не всякий конечно. На потолке болтались осветительные блоки, вот только активировались они наверняка изнутри дворца, если вообще функционировали. Наверняка тут имелась и система сигнализации на случай проникновения незваных гостей снаружи, но поскольку ходом неведомо сколько никто не пользовался, я не опасался того, что она сработает.
А вот сюрпризы начались достаточно быстро.
Сначала мы наткнулись на завал, перегородивший ход так, что остался только узкий лаз сверху справа. Дю-Жхе ввинтился в него, и я затаил дыхание — если тут окажется тупик, то нам остается либо безнадежная попытка прокопаться через это голыми руками, либо прорваться во дворец поверху.
— Нормально, — донесся приглушенный голос ферини. — Забирайтесь.
Только в этот момент я осознал, что последние несколько минут я задерживал дыхание, и что легкие уже горят.
По другую сторону завала продолжился тот же тоннель, но тут появились трещины в стенах, потеки сырости на потолке и полу. Потом мы наткнулись на решетку, но она, в отличие от люка, основательно проржавела, ну и рассыпались, не выдержав первого же удара прикладом.
— Долго тут тащиться? — поинтересовался Макс, когда мы миновали техническое расширение, где из стены торчали толстенные трубы с вентилями.
— Сейчас посмотрим, — я активировал браслет-классификатор, и над ним зажглась трехмерная схема подземелья, которую мне сбросил неведомо где добывший ее Геррат. — Немного… Километр… И вот там должен быть лифт, который наверняка не работает. Придется по лесенке подниматься.
— Блин, — бывший московский хипстер явно не обрадовался.
Лифт обнаружился там, где я и ждал — никаких створок, просто кабина, слегка осевшая на один бок. Понятно, что кнопка подъема на нажатие не отреагировала, и я принялся вскрывать дверцу в боковой стенке лифта.
За ней пряталась узкая аварийная лестница, идущая зигзагом по стенкам лифтовой шахты.
— Опа, — сказал я, вступив на нее, поскольку металлическая конструкция заскрежетала под моей ногой, ступенька ощутимо прогнулась.
Но следующая оказалась нормальной, и я пошел вверх, пробуя каждую, стараясь держаться поближе к серой шероховатой стене. Лифт остался внизу, один виток, второй, третий, ноги налились тяжестью, сердце задергалось в груди.
Ничего, я спасу жену и дочь, даже если сдохну по дороге, вернусь с той стороны, как Лиргана.
В какой-то момент все же пришлось остановиться и немного передохнуть, глотнуть воды из фляжки. Затем я потащился дальше, с остервенением вглядываясь вверх, надеясь увидеть завершение этого проклятого подъема.
Лестница закончилась, и к этому моменту я был весь мокрый от пота, а ноги дрожали.
В приемной кабине сверху имелись створки, и их пришлось раздвинуть силой. Исключительно для того, чтобы обнаружить за ними глухую стену, но к счастью не каменную, а всего лишь деревянную.
Автомат несколько раз глухо тявкнул у меня в руках, и дальше в ход пошли те же лопаты, из-под них полетели щепки.
— Так, что у нас тут? — спросил я, выглядываясь в получившееся отверстие.
Если верить схемам Геррата, то мы должны были попасть в Старый корпус, маленькое здание на юго-западной окраине громадного дворцового комплекса. Если Гегемон тут и обитал, то очень давно, а теперь здесь размещались всякие вспомогательные службы, склады и мастерские.
Деревянная стенка принадлежала огромному стеллажу, а тот находился в узком подвале. Напротив виднелся такой же стеллаж, и на его полках стояли корзины, коробки и бочонки.
Самое главное — туб было тихо и темно, никто не кричал «караул».
— Добрались, — сказал я. — Осталась ерунда. Разобраться с охраной и убить Табгуна.
Глава 22
Подвал оказался кухонным складом — это мы обнаружили, заглянув в одну из коробок. Некогда тут располагался вход в тоннель, но затем про него забыли, и начали использовать помещение куда более прозаически.
Специи в небольших баночках, мешки круп, овощи странного для землянина вида — все, что может храниться без холодильника.
— Это что, там кухня? — высказал резонное предположение Макс, когда мы все выбрались через дыру в стеллаже.
— Должна быть, — я перехватил автомат. — Сейчас узнаем.
Дверь была не заперта, так что мне не пришлось даже стрелять в замок.
И за ней я увидел кухню такую большую, что даже представить не мог, что такие существуют: десятки плит, вытяжки, очень похожие на наши, разделочные столы, и суетящиеся всюду человекоподобные существа в белых халатах и обтягивающих шапочках; наверняка дворец поглощал тонны еды, и работа тут кипела круглосуточно.
На нас обратили внимание не сразу.
Только когда мы добрались чуть ли не до середины помещения, один из поваров уронил нож и испуганно вскрикнул.
— Тихо все! — сказал я. — Кто начнет орать — получит пулю!
Они замолкли и даже перестали дышать, стало слышно, как булькает кипящая вода в кастрюлях и скворчит масло на сковородах.
— А в-вы к-кто? — осмелился подать голос очень старый вилидаро, кожа у которого была такой светлой, что он вполне мог сойти за человека.
— Гости вашего нового главного, — буркнул Макс, прежде чем я успел его остановить. — Незваные, ха-ха. Вот он будет рад, когда мы ему кишки выпустим!
— Стой! — рявкнул я, думая, что теперь придется всех этих мастеров поварешки вязать и укладывать в том же подвале.
Но обитатели кухни таращились на нас уже иначе, и помимо страха в их глазах — кайтеритских алых, блеклых шавванских, черных вилидарских — читалось теперь нечто иное.
— Так тут его нет, — проговорил тот же старик, уже не заикаясь. — Снаружи охрана.
Он оглянулся в сторону двери в противоположной стене.
— Если сунетесь туда, то вас быстро положат, — закончил он.
— Ну это мы еще посмотрим, — пробормотал я.
Вилидаро улыбнулся, показав редкие зубы цвета слоновой кости.
— Но мы вам поможем, — сказал он.
— Это еще почему? — не поверил я.
— А потому, что принц Табгун — гнусная тварь, мерзкий узурпатор и предатель, — сообщил старик. — Если он займет трон, то нам всем будет плохо, всем в Гегемонии, я имею в виду… кто угодно, только не он.
По кухне разнеслось одобрительное бормотание, знак того, что коллектив с аксакалом поварского дела согласен.
— И как вы нам поможете? — влез Дю-Жхе.
— Через час в сторону Большого корпуса отправится транспорт с нашей продукцией. Мы вас в нем спрячем… Большой корпус — это не Тронный, где сейчас Табгун, но гораздо ближе. Ну а пока, если не возражаете, то мы вас покормим, — старик мелко захихикал. — Больно уж вы заморенные.
— Ну… можно, — сказал я. — Макс, двери на тебе.
Мой земляк кивнул, и его бойцы принялись разбегаться по кухне, чтобы взять под присмотр все выходы.
— Они же нас отравят, — шепнула мне на ухо Юнесса. — Или снотворного подмешают! Эти пальцем деланные, ага.
— Откуда у них яд? — я посмотрел на нее с удивлением. — Или снотворное на нашу ораву?
Девушка-занга выглядела усталой до предела, под яркими синими глазами залегли темные круги.
— Ты ляг и поспи, — велел я ей. — Час — лучше чем ничего. Прямо там, на складе. Соберемся уходить — разбудим.
Она упрямо помотала головой, дернула себя за мочку уха, явно собираясь спорить, но затем просто кивнула. Вместе с Юнессой я отправил дрыхнуть еще нескольких бойцов, которым сон был явно нужнее еды.
Чтобы кухня могла нормально работать, остальным пришлось переместиться в один из углов, где в ряд стояли забитые грязной посудой раковины. Ну а затем нас начали кормить — едой если не со стола непосредственно правителей Гегемонии, то их ближайших подручных: нежнейший паштет по консистенции как сливочное масло, ломтики мяса такие тонкие, что просвечивают, обильно усыпанные крупинками специй, нечто вроде котлет, но кубической формы, а внутри — кусочки сладкого творога, еще какие-то вещи, которым я не мог подобрать аналога из своего опыта, шарики мясистого меда, салат из «насекомьих крыльев», хрустящий и тающий во рту. Вскоре я обнаружил, что больше не могу есть, но все равно ел.
Старый повар, глядя на нас, только посмеивался.
— Э, кто хорошо ест — хорошо живет, — повторял он.
Только услышав слово «транспорт», я принялся раздумывать, что это может быть. Когда же меня привели в соседнее отделение, «депо», чтобы показать, я только рот открыл от удивления.
Ряд вагончиков, маленьких, словно игрушечных, без окон, но с множеством дверок в одном из боков. Внутри полки, на которые можно ставить кастрюли, сковороды и все прочее, полки можно легко вынимать и вставлять обратно на разных уровнях, и все это заизолировано от потерь тепла.
Ну а тащит процессию таких вагонов небольшой транспортер.
— Снизу все вынем, — объяснил мне старый повар. — Сверху нагрузим всякой продукции. Закроем, но запирать не станем, придется вам изнутри держать. Сопровождение наше. Заведем в депо Большого корпуса, ну а дальше сами.
— Спасибо, — я глянул на него с новым уважением. — Но вы же сильно рискуете.
— Чем? — он хмыкнул. — Тут сейчас такой бардак, что никто ничего не соображает. Начнут подозревать — все поклянемся, что сделали все под угрозой расстрела.
— И никто не сдаст?
— Никто, — старик сжал кулачок, и выглядел он в этот момент настолько сурово, что я поверил: да, этот тип держит кухню не хуже, чем Сонный — Изнанку, хотя оружием для этого не пользуется вообще.
Пришлось будить Юнессу и остальных, и мы начали размещаться в вагончиках.
Я посмотрел, как два первых бойца впихиваются под полки, умещаются там мордой друг к другу, согнувшись в три погибели. Повара закрыли дверцы, в которых имелись простые поворотные щеколды, но запирать не стали, нашим пришлось изнутри прихватить створки за очень подходящие для этого ручки.
— Как там? — спросил я.
— Нормально, — пришел сдавленный ответ. — Некоторое время выдержим.
— Давайте остальных, — сказал я старому вилидаро.
Я снял рюкзак, спина захрустела, когда полез в казавшуюся очень маленькой нишу. Ударился шлемом о полку сверху, так что та лязгнула и едва не вылетела из пазов, автомат и рюкзак уместил на коленях.
— Ну что, к транспортировке готов, — буркнул я, и ждавший свое очереди Дю-Жхе мрачно улыбнулся.
* * *
Вагончик катился неспешно, покачивался на поворотах, сверху позвякивали кастрюли. Я ощущал себя гномом из «Хоббита» Толкиена, которого засунули в странную бочку, и пустили в сплав по реке. Левой рукой приходилось держать дверцу, а правой я сжимал автомат, надеясь, что его не придется пустить в ход.
Мы остановились, и от головы нашего «состава» донеслись голоса.
Вроде как мы наткнулись на охрану, и повар-сопровождающий теперь разговаривал с ними. И если он решит сдать нас, то мы ничего не сможем сделать, нас просто расстреляют снаружи, да и все дела.
Я прислушался.
Разговор шел мирно, обычная болтовня двух не очень знакомых мужчин.
— Ничего, справимся, — прошептал Дю-Жхе, и я благодарно ему кивнул: поддерживает как может.
Мы поехали дальше, и меня это порадовало, ведь левая рука уже начала затекать. Почти тут же остановились снова, и я услышал новые голоса, и на этот раз говорили не на общем. Язык показался знакомым — я где-то с ним сталкивался, но вот где, вспомнить не получилось.
Еще один рывок, мы преодолели десяток метров и остановились.
— Все, — проговорили снаружи. — Можете выходить. Тут никого нет, кроме меня. Утренняя смена придет все забирать только перед рассветом.
Я с облегчением выпустил дверцу и полез наружу.
Мы находились в точно таком же депо, что было в Старом корпусе: двустворчатые ворота наружу, высокий потолок, под ним видны световые оконца, за которыми сейчас ночь, тускло горят несколько осветительных блоков, и две двери в противоположной от ворот стене.
— Спасибо, — сказал я молодом повару-вилидаро, очень похожему на старика — наверняка родственники.
Он кивнул в ответ и зашагал к воротам, и я поспешил за ним — прикрыть и глянуть, что снаружи. Дю-Жхе метнулся к одной из дверей, выбравшийся из своего вагончика Макс занял позицию около другой.
Створка приоткрылась, я увидел густые заросли, уходящую в них дорожку, очертания прямоугольного тяжеловесного здания вдалеке. Охрана, с которой беседовал наш провожатый, видимо утопала по своему маршруту — ну и хорошо, целее будут, мы не с ними воевать пришли.
Повар утопал по дорожке и пропал из виду, и я собрался закрыть и запереть створку, как вдруг слева в поле моего зрения появились двое бриан, самых настоящих, длинноволосых, в характерной одежде — я навидался их за время войны и ошибиться не мог. Меня словно обварило кипятком — откуда они тут?
Вооружены эти парни были ружьями, они шли спокойно и уверенно, словно находились в родных лесах, а не в Столице.
— Чтоб я сдох… — прошептал я.
Табгун не доверяет никому, ни армии, ни тем более Службе надзора, и его охраняют те, с кем Гегемония вроде как воюет?
Они прошагали мимо и пропали за углом, а я аккуратно закрыл створку и обернулся. Все бойцы покинули вагончики, и теперь смотрели на меня вопросительно — куда дальше, командир, что делаем?
— Надо посмотреть, что там, — сказал я.
— Уже, ха-ха, — доложил Макс. — За моей дверью кухня, но там темно и нет никого.
— Посмотри насчет других выходов, — я повернулся к Дю-Жхе.
— Зал. Огромный. В центре стол, вдоль стен — шкафы. Огромные окна со шторами.
Я попытался вспомнить, что рассказал мне старый повар об устройстве дворца: Большой корпус делится на три крыла, мы сейчас в западном, а выход в сторону Тронного корпуса, куда нам надо, расположен в среднем крыле, оно должно быть справа.
— Там еще один выход, — сообщил вернувшийся Макс. — Заперто.
— Ну и не будем ломать, — пробормотал я. — У нас тут, кстати, полно бриан. Дело такое.
Взгляды бойцов стали удивленными, а кое у кого злобными.
— Давай в зал, сначала вы вдвоем, осмотритесь, — приказал я ферини.
Дю-Жхе кивнул, и они вместе с еще одним бойцом исчезли за дверью.
И только когда у меня в наушнике щелкнуло, мы двинулись следом за разведкой. Помещение, куда мы попали, оказалось еще больше, чем я думал — настоящий зал для балов или обедов императорского уровня, шириной метров десять, а длиной — все пятьдесят.
Шторы ниспадали красивыми драпировками, на стенах поблескивали мозаичные панно.
— Они там, — шепот Дю-Жхе донесся от двери в дальнем углу.
Именно в ту сторону нам надо.
Хотя помещение такое огромное, что наверняка можно выбраться на другую сторону здания через окна.
— Макс, проверьте, получится ли там вылезти, — приказал я, а сам потрусил к ферини.
Через щель в чуточку приоткрытой двери была видна комната, столь же богато украшенная, как и зал, но куда меньшая по размерам. И в ней на низких мягких стульях сидели все те же бриан, лесные дикари, смотревшиеся дико в окружении всей этой роскоши.
Они болтали, ухмылялись, прихлебывали из фляжек, которые выглядели так, словно их сплели из коры. Оружие в руках не держали, в общем чувствовали себя явно не на враждебной территории.
Вот чей язык я слышал из вагончика!
Я оглянулся на Макса, он в ответ развел руками — окна не открыть без шума, плохо. Придется вломиться туда, нейтрализовать всех бриан… и потом, если нам повезет сделать все быстро и тихо, то…
Мысль довести до конца я не успел, в соседней комнате поднялась суматоха, бриан повскакивали со стульев, похватали ружья. Донеслись шаги — кто-то приближался неспешно и важно, мягко шлепал по полу брианской обувкой без каблуков.
— Всем за шторы, — скомандовал я, для чего рискнул активировать систему связи.
Окна широкие, их много, ткань ниспадает до пола, за каждой можно спрятаться втроем.
Сам метнулся к ближайшей, откинул ее в сторону, рядом оказались Дю-Жхе и его боец. Едва штора опустилась на место, как громыхнула дверь и в зале вспыхнул свет, ослепительно яркий, после темноты.
Я выглянул в щелочку и увидел… Двух Звезд.
Правитель бриан стоял, оглядываясь с таким видом, словно это был его дворец, а не Гегемона. Может быть, он на самом деле примерялся, чтобы свергнуть Табгуна, переиграв того в коварстве, и загрести все это себе.
Я поманил Дю-Жхе, велел ему глянуть, и мы поняли друг друга без слов.
Вот он, наш шанс — Две Звезды в сопровождении всего лишь трех охранников, буквально в наших руках.
— Без приказа не стрелять, — шепнул я в микрофон, и отдернул штору в сторону.
Дю-Жхе выстрелил раз, второй, двое воинов-бриан повалились, точно сбитые кегли. Третий повернулся в нашу сторону, но его срезал я, и правитель Бриа остался в гордом одиночестве, под нашими прицелами.
В дверь ломанулся еще кто-то, но я крикнул:
— Если кто сунется сюда, то Две Звезды будет убит! Он у нас на прицеле!
Правитель бриан посмотрел на меня, в глазах его мелькнуло удивление, но вот страха или растерянности я не заметил.
* * *
В следующий момент я уже стоял за спиной у Двух Звезд, и ствол моего автомата упирался ему в затылок.
— Ну вот мы и встретились снова, — вождь бриан говорил мягко и спокойно, словно Дю-Жхе не вязал ему руки в этот момент. — В тот момент, когда мы почти достигли своей цели. Война ушла с нашей планеты, она вернулась туда, где родилась… и в этом ты нам помог. Разумный с извилистой судьбой… что ты хочешь?
— Мы пройдем через здание, — я говорил медленно и четко, выверяя каждое слово. — Твои воины пропустят нас. Проявление враждебности или резкое движение — я стреляю. Понятно?
Две Звезды кивнул.
— Любая твоя попытка освободиться — я стреляю. Понятно?
Он кивнул снова.
— Разъясни ситуацию своим. Пусть положат оружие на пол и сами отойдут к стенам.
Вождь бриан заговорил на своем языке, и я перестал его понимать, поскольку забыл включить переводчик. Глянул на Дю-Жхе, который должен все улавливать, и обнаружив, что тот совершенно спокоен, перестал дергаться и сам.
Две Звезды обязан думать, что его слова — не тайна для нас.
— Готово, — сказал он уже на общем. — Можно двигаться. И чего ты все же хочешь? Разумный с…
— Заткнись, — я нажал на автомат, и вождь бриан замолк. — Вперед, мелкими шагами. Остальные за мной. По сторонам смотреть!
И мы двинулись к выходу из зала.
Едва очутились в соседней комнате, как в меня уперлись десятки полных ненависти взглядов. Один из бриан, самый возрастной, волосы которого были не седыми, а бурыми, а лицо покрывали глубокие морщины — страшно оскалился, но шее его надулись жилы, а из горла вырвалось утробное бурчание.
Но хватило одного взгляда Двух Звезд, чтобы этот тип замолк и опустил взгляд.
Вторая комната, тут тоже несколько бойцов, все стоят стенки, ружья лежат на полу. Открытая дверь направо, куда нам не надо, видна роскошная спальня, помятая кровать, тумбочка с зеркалом.
Я старался не выпускать заложника из вида, я помнил, насколько он быстрый и сильный. Одновременно я пытался держать в голове план здания и его ориентацию, соображал, куда нам необходимо двигаться, чтобы оказаться как можно ближе к Тронному корпусу.
Мы очутились в еще одном зале, стены которого были сплошь увешаны оружием, и вовсе не парадным. Эти ружья, автоматы, вообще странные штуки, которым я не знал названия, побывали в бою, и на них остались следы — царапины, сколы, черные пятна нагара, следы кислоты или щелочи.
Третий порадовал нас головами животных, сплошь клыкастые чудовища одно хищнее другого на вид. Эту коллекцию собрал настоящий маньяк-охотник, и я вспомнил, что вроде бы один из Гегемонов был страшный любитель пострелять всякую живность… Пира рассказала когда-то, Пира, знавшая все о правителях звездной империи, и погибшая совсем недавно.
И вот за этим залом обнаружилось то, что нам было нужно — ведущая налево, наружу, дверь, которую охраняли еще двое бриан, ну раньше охраняли, а теперь просто стояли навытяжку и смотрели за нас с неприязнью.
— Ну вот, мы и дошли, — сказал Две Звезды. — Так чего ты все же хочешь, разумный? Вспомни, что я тебе говорил — что ты сыграешь свою роль, хочешь этого или нет, и ты сыграл. Гегемония на грани коллапса, и не ее войска терзают землю нашей планеты, а мои занимают один из дворцов.
Голос его звучал мягко и завораживающе, и почему-то я не мог приказать ему заткнуться.
— Убить Табгуна, освободить жену и ребенка, — сказал я, борясь со странной вялостью, что сковала мой язык.
— Это хорошие цели, — вождь бриан кивнул. — И мы не будем поднимать тревогу, о нет. Там патрули, конечно, но вы справитесь… И кстати я понял, зачем мы с тобой встретились. Если мы останемся наедине, то я сделаю тебе подарок. Настоящий, роскошный. Честно.
Я заколебался.
Крылся в этом какой-то подвох, но что он может сделать мне, если я с автоматом, а он безоружен?
— Ну… давай, — проговорил я. — Дю-Жхе, вернитесь в предыдущий зал. Этих возьмите.
Последняя фраза относилась к парочке бриан, которые так и сверкали глазами, не трогаясь с места.
Через минуту мы остались вдвоем.
— Говори, — велел я.
Две Звезды повернулся, и я обнаружил, что руки его, которые я так аккуратно связывал, свободны. Все это время он играл, с нами, поддавался, и может даже отдался нам в руки случайно — рискнул ради каких-то своих пророческих целей, которые обычном разумному существу не понять.
— Ты нашел кое-что на Бриа, — сказал вождь бриан. — Не для себя. Для других. Удивительный предмет из далекой древности.
О чем он? Ах да, Уплотнитель Реальности!
— Он может все. Даже убрать то, что вживили эти омерзительные твари тебе в голову, — он указал мне на лоб, и я вздрогнул.
Воистину ясновидящий.
— Но как… — начал я.
— Как пользоваться? Он сам тебе подскажет.
— Он не работает, — сообщил я уныло. — Поэтому тиззгха за мной и гоняются.
Две Звезды улыбнулся, показав десны, покрытые вместо зубов крохотными присосками.
— Он работает только в руках того, кто взял его первым. То есть в твоих.
Меня точно ударили под ложечку, меня сковало морозом, оглушило молнией.
— В общем удачи вам в убийстве Табгуна. А мы пожалуй двинемся домой. Хватит, — вождь бриан похлопал меня по плечу и исчез у меня за спиной.
— Что это было? Почему ты его отпустил? — забормотал оказавшийся рядом Макс. — Почему…
— Мы не враги, — ответил я тихо. — Ну что, выходим наружу и двигаемся дальше. Ботва…
— Аааа, человвеккк Егор, — раскатилось у меня в голове. — Ты соскучился по нам?
Чтоб я сдох, вспомни тиззгха, тут же они и появятся!
— Вы убили многих моих детей, — продолжала вещать Тир-Тир-Вага-Хуммаа, Мать Кладки. — Но это не важно… Важно то, что мы скоро доберемся до тебя и выпотрошим. Насмерть.
Она говорила, что-то еще, но дальше я слушать не стал, просто выпихнул ее из своего мозга. А потом сделал шаг к ведущей на улицу двери и положил ладонь на округлую прохладную ручку.
Глава 23
С северной стороны от Большого корпуса начинался тот самый парк, который я видел во время прошлого визита в эти места. Аккуратные аллеи, стены из подстриженных кустов, лужайки, торчащие из зарослей чудные конструкции вроде огромных вилок, воткнутых в землю черенком — все это занимало огромную территорию, и ее патрулировала охрана.
Читать бесплатно другие книги:
